Текст книги "Неотразимый (ЛП)"

Автор книги: Лили Валентэ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Доброй ночи, Пафф³.

Джейк: Доброй ночи, принцесса.

И прошу, зови меня Дракон. По крайней мере до тех пор, пока я не докажу тебе, что обладаю магией.

Шэйн: «смайлик дракон» Хорошо, договорились…

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Шэйн

Ночь прошла туманно. Кожа покрылась пóтом, простыни спутались, и все из-за снов о Джейке, где он всяческими способами доказывал мне, что является волшебником с помощью языка, рук и рта, извиваясь у меня между ног, трахая меня не-может-быть-столь-большим-как-ощущается-под-джинсами членом, пока я превращалась в расплывающуюся по полу лужицу из счастливой женщины.

Я просыпаюсь чуть позже четырех часов. Все мои нервные окончания горят, трусики намокли, и я проклинаю свое разыгравшееся воображение и проснувшееся либидо. Откинув одеяло, иду в гостиную, выпиваю стакан холодной воды и переключаю мысли на насилие с применением огнестрельного оружия, терроризм, щенячьи фермы и детский рак. Возвращаюсь в постель, стараясь отогнать все сексуальные фантазии поспать хотя бы пару часов, прежде чем начать новый день.

Но в следующий миг, стоило закрыть глаза, образ обнаженного Джейка, готового показать мне, за что его выбрало агентство, появился на моем мысленном телеэкране.

Наконец я поднимаюсь и тянусь за «Шреком», доставая зеленый вибратор из верхнего ящика, стараясь не думать о том, что неправильно использовать секс-игрушку, потому что завелась из-за фантазии о своем клиенте.

Я ложусь на спину, мысленно представляя Виго Мортенсона в образе Арагорна из «Властелина колец». Меня сводит с ума парень с мечом, длинными волосами и потерянными голубыми глазами. У меня есть несколько других мужчин для фантазий, которые время от времени появляются в ротации, но Арагорн почти никогда меня не оставлял.

По крайней мере, он помогал, чтобы «Шрек» смог закончить работу.

Я закрываю глаза, представляя, как лежу в палатке Арагорна на тюфяке, одетая лишь в меха, покрывающие мое обнаженное тело с выражением «приди и возьми меня». Кровь пульсирует. Течет по венам, густая и тяжелая, а пульс отдается между ног.

Не могу дождаться его прихода.

Иди сюда, возьми меня, доведи до оргазма, утоли голод, что скручивает меня изнутри, не давая возможности здраво мыслить.

Наконец, когда, кажется, что прошла вечность, звериная кожа сдвигается в сторону и внутрь входит мужчина, но не тот, которого я ожидала…

Это был Джейк, одетый в мягкие кожаные штаны, обтягивающие его впечатляющие бедра, тяжелые ботинки и больше ничего. Его великолепная грудь и ошеломляющие бицепсы были выставлены на всеобщее обозрение, мускулы перекатывались, когда он прикрыл дверь за собой.

– Тебя не должно здесь быть, – говорю я с бешено бьющимся сердцем.

– Не важно, – по его тону ясно, что он пробрался в Средиземье не для того, чтобы получить отрицательный ответ.

– Нам не следует, – шепчу я, но мех соскальзывает, обнажая верхнюю часть груди. – Мы обещали друг другу.

– К черту обещания.

С его волос стекают капли дождя, но он не останавливается, чтобы высушить их, а толкает меня обратно на тюфяк.

Холодные капли падают на мою разгоряченную кожу, а спустя мгновение он овладевает моими губами, грубо целует меня, стаскивая с тела меха, обнажая, чтобы прикоснуться. А затем его крупные, мозолистые руки согревают мою грудь, дразня соски, пока я борюсь с застежкой на его штанах. Из-за охватившего меня желания мне тяжело бороться с завязками, но я, наконец, освобождаю его член, простонав ему в рот. Ощущаю, какой он твердый и горячий.

Подтверждение того, что он отчаянно хочет того же, что и я, помогло отбросить чувство вины и воспользоваться моментом.

– Да, – бормочу я, чувствуя, как учащается пульс, пока он раздвигает коленом мои ноги, – Я хочу тебя.

– И ты получишь меня, – обещает он, – но сначала я получу тебя.

Он пронзает меня. Первое проникновение такое глубокое и крепкое, что я заплакала, но не от боли. Боже, совсем не от боли.

Потому что он так хорош, так чертовски хорош, что стоило нам начать, как я внезапно сжимаюсь, мое тело крепко обхватывает его член, кончая и кончая. Волны блаженства накатывают на меня до тех пор, пока я не становлюсь безвольной и бесполезной… И… звук жужжащего между ног «Шрека» вернул меня к реальности.

Щеки пылают, я убираю вибратор и прикрываю глаза рукой.

Дерьмо. Это плохо. Очень плохо. Мне будет сложно скрывать по лицу, которое так и кричало «нет, я вовсе не фантазировала о том, как трахаюсь с тобой».

Невозможно будет скрыть это от Джейка. Стоит ему только бросить взгляд на меня, и он поймет, что был героем моих фантазий.

С таким же успехом мужчина смог бы поймать меня с поличным.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Шэйн

– Нет-нет-нет… – бормочу я, направляясь в ванную и включая душ. У меня еще полдня, чтобы прийти в себя. – К полудню ты будешь измотана бессонницей и размер «хоккейной клюшки» Джейка будет не важен. Все, что тебе нужно, двенадцатичасовые объятия с подушкой.

Я стягиваю через голову ночную рубашку и со вздохом ступаю под теплые струи, жалея, что у меня нет четвероногого друга. Когда рядом нет пушистика, разговоры с самим собой выглядят странно.

Я скучаю по своей мохнатой племяннице Фэнг, чихуахуа моей подруги Кэт. В последний раз видела ее, когда она ощенилась. Скучаю по кошкам – Счастливчику, Соне, Трусишке, Упрямице, Капитану Пиклзу, Пирату, Персефоне, Смертельному когтю и мистеру Твитчу. Интересно, скучают ли они по мне…

Скорее всего, нет. Ведь это кошки.

Для них этапы кошачьей скорби проходят быстро.

Горькая тоска, чуть затяжное негодование, которое быстро перерастает в обычное состояние и им становится наплевать на все.

Кроме того, сейчас им отведен амбар моей подруги Беатрис в пригороде Атланты, лучший корм из моего любимого зоомагазина в Нью-Йорке, а еще старая овчарка Беатрис для того, чтобы скоротать время. Они, вероятно, счастливее наркоманов в опиумном притоне.

Одинока лишь я. Именно поэтому безнадежно влюбляюсь в первого попавшегося сексуального и умного мужчину, который встретился мне на пути.

Он не просто привлекательный, психопатка.

Он – сочетание всех фантастических героев из твоих грез в одном ароматном флаконе. Кроме того, он остроумен. Заметила, как быстро он подхватил ту шутку с Паффом прошлой ночью? Этого уже достаточно для того, чтобы ты кончила.

Ты не можешь устоять перед красавчиком с острым умом.

– Довольно, – простонала я, яростно потирая затылок. Пора перестать думать о невероятном теле Джейка и его остром уме.

Необходимо контролировать тело и разум, чтобы вернуть всеми любимого пламенного «Дракона», центрального нападающего. Это намного важнее, нежели заставить психически нездоровую женщину оставить его в покое. Прошлой ночью на сайтах появились фотографии, демонстрирующие то, что произошло с последней женщиной Джейка. Снимки Кери с синяками на шее смешивались с взбросами, плавающими по сети. И у фанатов Джейка складывалось собственное мнение о нем, по слухам и обсуждениям на форумах и в чатах.

Имидж Джейка был под угрозой, а дальше последовала бы и карьера. Нам необходимо заглушить эти сплетни, пока они не набрали обороты.

Самый простой способ, конечно, обратиться в полицию, но тогда начнется перекидывание вины друг на друга, что совсем не поможет Джейку в суде присяжных. И, конечно, стоит учитывать тот факт, что Джейк терпеть не может копов. Они для него, как шило в заднице. Он избегает полицейских участков.

Моя интуиция говорила, лучшее, что я смогу сделать для своего клиента – сменить тему разговора. Не лучше ли получить четырехстраничное повествование в глянцевом журнале «GQ»⁴? У меня есть связи в издательстве, и Дениза уже обещала убрать статью о представителе штата, который разослал изображение своего змеевидного члена половине Нью-Йорка.

А если серьезно, головка члена незадачливого политика действительно походила на змею. Если бы он был моим парнем, я б пририсовала ему маркером глаза. Когда обсуждала это с Эдди, она предположила, что змееподобный пенис с глазами выглядел бы пугающе, но я настаивала, что рисование на членах оказывает абсолютно противоположный эффект. Тогда ей захотелось узнать, как часто я рисовала на мужском «достоинстве», но, как говорила прежде, никому не рассказываю о том, как целуюсь или рисую.

Статья в журнале появится на столе через пару дней. Она практически стучится в дверь. Мы с Джейком обязаны воспользоваться ситуацией.

Придется, конечно, подключить к этому Баша.

Учитывая то, что проснулась я от письма, выглядело все не очень удачно.

Кому: Шэйн Буду Твоей

От кого: Привлекательный Подонок 1

Ответ: профиль в «GQ».

Определенно нет.

Точно нет. Нет, черт возьми.

Консультанты «КПП» держат в тайне свои личности, Уиллоуби. Мы стараемся воспрепятствовать тому, чтобы наши эксперты засветились в социальных сетях, не говоря уже о том, чтобы появиться в самом крупном журнале страны. Это поставит под удар ваши с Джейком «отношения», выставит на всеобщее обозрение, вручит каждому увеличительное стекло, способное прожечь дыру в вашей любовной истории, и все шансы Джейка пойдут коту под хвост.

Ты еще новичок, а ситуация очень деликатная.

Лучше всего для нас сейчас оставаться как можно дальше от общественных радаров. Знаю, что Джейк – знаменитость, но стоит скрываться, пока есть возможность.

К счастью вчера фотографов больше интересовала твоя задница. Нет четких фотографий твоего лица. Если нам повезет, то твою личность не установят. Нам просто стоит быть осторожнее.

Никуда не выходи без шарфа. Прячь свое личико, хорошо? Сейчас довольно прохладно, а обществу нет нужды видеть твою симпатичную мордашку, чтобы понять, что Джейк от тебя без ума. Он хорошо продемонстрировал свое отношение, положив руки на твою задницу.

Прекрасная работа! Вы двое отлично справляетесь! Теперь нужно лишь убедить Кери, что вы вместе надолго, и надеяться, что она уберется туда, откуда пришла.

Джейк написал о том, что ты не поддержала идею с фиктивной беременностью. Исключим это из списка. Не думаю, что нам это потребуется. У меня есть идеи и список общественной деятельности Кери на последующие несколько недель, так что вам придется показать себя с лучшей стороны.

Заходи завтра утром в офис. Пообщаемся за чашечкой кофе и огромными пончиками. Я прихватил коробочку из «Доуш» на Девятнадцатой улице. Это не мороженое, но скоро пончики станут вторым моим любимым блюдом на земле. Вечером я пробежал три мили, чтобы подготовить пищеварительную систему, так что приходи голодной и приготовься к тому, что сахар подскочит.

О, и я все еще копаюсь в прошлом Джейка. Пока не нашел никаких сведений в базе о несовершеннолетних, но покопаюсь в более темных уголках.

И Пенни сказала, чтобы не переживала о посте в «голливудском моллюске». Говорит, что выделяющиеся под бельем трусики были популярны в 1994 году… Не знаю, что это значит, но послушай ее, потому что она умница, а сайт был крут, когда назывался «голливудский тако».

Не то, чтобы я когда-нибудь просматривал его…

Поспеши, Неприятность. И прости, что не одобрил идею с твоим профилем, но ты справишься! Я чувствую!

Баш.

***

Закончив одеваться, сосредотачиваюсь на электронной почте, чтобы не думать о мужчине, что преследовал меня в порнографических снах. К моменту, когда я выхожу, во мне закипает злость.

Мне не нравится, когда мной командуют. Особенно Баш.

Он добрый, умный и хороший во всех отношениях парень, но также чертовски неосторожен. Считает, что держит все под контролем, но наступает момент, когда он лажает и тянет всех за собой. Если честно, он редко ошибается. Когда это происходит, то поступает как взрослый человек и берет всю ответственность на себя, но это неважно. Баш до сих пор напоминает мне другого красивого, высокомерного, обаятельного мужчину, который считал – он знает, что для меня лучше.

Я называла Уэсли «деревенщиной» на манер героя «Принцессы-невесты», а он звал меня «лютиком» и шептал каждый раз «как пожелаешь» на любую мою просьбу, о чем бы я не попросила – от пульта дистанционного управления до очередной кошки, завоевывая его сердце на следующие пятьдесят или шестьдесят лет.

Но на самом деле все было не так, как я хотела.

Всегда исполнялись желания Уэсли, даже когда он уходил.

Больше никогда ни один мужчина – друг или любовник – не станет решать, что для меня лучше. Знаю, что на самом деле непонимание – это несчастье. И даже людям с самыми лучшими намерениями не всегда можно доверять.

Профиль в «GQ» мог бы стать огромным преимуществом в деле Джейка, и мне стоит заставить Баша посмотреть на вещи моими глазами. Или втянуть его в такой спор, то он дважды подумает в следующий раз, прежде чем попросить меня снова стать «Чудесной неприятностью».

Я так увлечена придумыванием аргументов и застегиванием четырех тысяч пуговиц на своем новом пальто – за ночь заметно похолодало, и аромат зимы витал в воздухе – что не заметила притаившуюся за углом женщину, пока не налетела на нее.

– О, бог мой, простите, – говорю я, отстраняясь как раз вовремя, чтобы не наступить на ее дорогие туфли.

Я не одеваюсь, как шлюха, следуя примеру многих моих друзей, но узнаю на ней обувь от Кристиана Лабутена.

– Не могу, – хрипло произносит она, напоминая мою учительницу хора, которая от напряжения порвала голосовые связки. – Хоть ты и кажешься довольно милой.

Я тщательно изучаю ее лицо, ощущая острое покалывание от незримого осознания, что здесь что-то не так.

Совсем-совсем не так…

И прежде чем я сопоставляю приятные черты лица, оливковую кожу и медово-шоколадные глаза с фотографиями, увиденными ранее, по телу проходит легкое покалывание, предупреждая об опасности.

Кто-то все же смог признать меня по тем размытым фотографиям. И этот кто-то – Кери Уорнер.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Шэйн

Кери выглядела более хрупкой, чем на фото. Не выше пяти футов и двух дюймов и весила порядка пятидесяти четырех килограмм. Когда она приблизилась, мне пришлось прижать подбородок к груди, чтобы смотреть ей в глаза. А ее талия… Уверена, она меньше, чем моя икроножная мышца.

Впервые за долгое время я чувствую себя… Крупной.

Я достигла периода, когда больше не тревожусь из-за размера. Хорошо питаюсь, выполняю ежедневные тренировки и чувствую себя вполне хорошо, но никогда не стану сидеть на диете. В компании, где я заказывала купальники, говорили, что у меня пышные формы, но среди клиенток были и те, кто получили бы медаль на Олимпийских играх за голодание. Лично мне не нравилось голодать. Я была здорова, абсолютно счастлива и не тратила время на попытки похудеть, чтобы влезть в одежду.

Кроме того, я знаю, что на самом деле постеры, мотивирующие людей на похудение, лгут. Миндаль, свежий хлеб, бекон и обжаренная брюссельская капуста, стейк, пончики, все виды сыра, сладкое, алкоголь и то, что украшено кусочками ананаса, намного вкуснее того, что едят худышки.

И все же что-то в хрупкой фигурке красавицы Кери заставляло меня чувствовать себя настоящим животным по отношению к ней.

Возможно, злобный голосок в голове нашептывал мне, что если огонь в Джейке разожгла такая женщина, то я точно не в его вкусе. Хотя этот голос не имел права так думать о клиенте.

А может это другой голос, который предупреждал о том, что это может быть ужасно, если я не подготовлюсь к тому, чтобы обезопасить себя от безумной пикси, решившей вцепиться мне в горло. Я дралась раз или два. Но с тех пор, когда выросла из панталон, которые носила под униформой католической школы, больше никогда не дралась, особенно с теми, кто был в два раза меньше меня.

Я защищаю нападающего от женщины, голову которой могу раздавить под своей подмышкой.

У меня возникает ужасное желание повалить Кери на землю и сидеть на ней до тех пор, пока не прибудет полиция, но как только она направила на меня свой острый палец, мышцы напряглись, а нервы натянулись до предела.

– Я читала о твоей благотворительной деятельности, – продолжила она своим грубым, кошачьим голоском. – Ты помогаешь больным людям и детям. Уверена, ты поступаешь правильно, но тебе стоит покончить с Джейком прямо сейчас. Пока не стало слишком поздно.

– Слишком поздно для чего? – мой пульс подскочил, когда я представила, что это моя первая смертельная угроза.

– Пока твое сердце не разбилось.

Я расслабилась, пульс стал ровнее. Я почувствовала себя глупо, предположив, что эта женщина собирается атаковать меня, когда услышала ее шепот.

– Или что-то еще сломается. Ты видела, что сделал со мной Джейк? – она стянула шелковый шарф с шеи и груди, обнажив желто-зеленые следы на шее. Синяки исчезают, но они все еще уродливы и кажутся болезненными. И, по-видимому, они оставлены Джейком, но что-то в них не так.

Прежде чем я успеваю понять, что не так, Кери вновь надевает шарф.

– Иногда он проявляет жестокость. Я могу с этим справиться, но для тебя подобное не приемлемо.

– Ты ничего обо мне не знаешь, – спокойно говорю я, – а мне вот известно, что ты напала на Джейка с ножом, и зашивать рану пришлось мне. Думаю, ему следовало бы обратиться в полицию. Надеюсь, так он и поступит.

Она безмятежно улыбается, а когда снова начинает говорить, голос такой же спокойный, как и у других безумцев, уверенных в своей правоте.

– Джейк не позвонит в полицию. Он любит меня и сделает все, чтобы защитить нас и наше совместное будущее.

– Ты его ранила, Кери, – тихо говорю я. – Он этого не забудет. Ты могла бы серьезно навредить ему, даже убить. Я понимаю, что можно злиться на парня – на любого, у кого есть член – но это не повод, чтобы набрасываться на него с ножом. Особенное если ты его любишь.

– Я не стараюсь убедить себя в том, что люблю его, – сказала она с лихорадочным блеском в глазах. – Я действительно люблю его больше всего на свете, больше, чем кто-то богатый и привилегированный может себе представить. – Она склонила голову, голос перешел на шепот. – Я знаю, как чувствуют себя те, кто всего лишены, когда весь мир пытается побороть их. Так же с Джейком. У нас есть связь, которую ты никогда не сможешь разорвать. Тебе нужно покончить с ним. Сейчас же. Я единственная, кто может дать ему то, что нужно.

Я тяжело вздыхаю, осознав, что с таким же успехом могла пытаться убедить кирпичную стену, но все же складываю вместе пальцы.

– Прошу, Кери, – молю я, – обратись за помощью. Позаботься о себе, о своем здоровье. Прямо сейчас тебе необходимо сосредоточиться на своем самочувствии. Джейк рассказал, что ты перестала принимать лекарства. Я не терапевт, но знаю, что не стоило…

– Да пошла ты к черту, снисходительная сучка, – выпаливает она.

У меня челюсть отвисает от резкой смены тона и уровня конфликта, и прежде чем успеваю опомниться, она толкает меня в плечо, отбрасывая к стене. Я восстанавливаю равновесие, готовлюсь к следующей атаке, но она уже уходит.

– Еще посмотрим, кто посмеется последним, – она поспешно кивнула, словно уже видела эту картину: я плачу, а они с Джейком уходят вдаль. – Обещаю тебе. Джейк просто пытается заставить меня ревновать. Как только он поймет, что вид его, трахающего безмозглую куклу Барби, совсем не воздействует на меня, выставит тебя пинком под зад. – Кери подняла палец. – Даю тебе еще одно, может два свидания, потом ему станет скучно, и он приползет ко мне, начнет умолять, чтобы я дала ему второй шанс.

Я заставляю себя улыбнуться.

– Уходи, Кери. Ясно, что мы не придем к единому мнению, и я не скрываю того, что ты мне не нравишься.

– Взаимное чувство, – она усмехается, на щеке проступает ямочка. – Береги себя, Шэйн. И помни, что не следует наживать врага вроде меня. Я плохая, и у меня нет желания переходить на другую сторону.

Я поднимаю руку с дрожащими пальцами.

– Ясно. Угроза и все признаки, указывающие на настоящий обман.

Она сжала челюсть, но улыбка все еще не покинула ее, когда Кери кивнула.

– Мы еще посмотрим, кто из нас псих, милая.

А затем она уходит, оставив меня с таким чувством, будто я вот-вот вынырнула, продержавшись под водой слишком долго.

Святые. Угодники.

Истории Джейка не могли описать эту женщину. На самом деле она на все сто процентов помешанная. Обманчивая, жестокая, параноидальная и бог знает, какая еще, но все это приводит к огромной проблеме.

Я стою, наблюдая за тем, как возможно смертоносная психопатка переходит улицу и поднимает руку, чтобы остановить такси и решаю, что пора завершить игру.

Поэтому достаю телефон из кармана пальто и набираю Денис.

– Мы готовы, леди, – как только она отвечает, говорю я. – Джейку не терпится поделиться рассказом о своей карьере и наших отношениях. Мы готовы в любой момент. Как только выберешь подходящее время.

– Поразительно! – ахает Дениза удивительно восторженным голосом подростка, звучащим от женщины, которая носит одежду «от кутюр». – Я уже готова, Шэйн. Ты даже не представляешь. После всех извращенцев и политиков, которые давали мне интервью в последнее время, пара дней с приземленным хоккеистом и моей милой общественницей станут истинным удовольствием.

– Превосходно, – говорю я, и внутреннее напряжение спадает. Баш не прав. Нам нужно попасть под софиты. Мои отношения с Джейком должны казаться такими эпическими, что нужно осветить их в прессе, чтобы достучаться до Кери. – Будет здорово, Денис. Большое спасибо.

– Нет, тебе спасибо, – говорит она. – Я так взбудоражена новостью о вас с Джейком и о том, что вы до сих пор хранили все это в тайне. Я требую все подробности: особенно сексуальные, чувственные, грязные, которые я не смогу напечатать, но очень-очень хочу узнать.

– Мы еще не так долго встречаемся. И ты же знаешь, что я не рассказываю о поцелуях, – я смеюсь непринужденно и легко, уверенная, что могу одурачить подругу, особенно такую, как Дениза, которая не может хранить секрет, даже если от этого зависит ее жизнь. – Но мы можем неплохо пообщаться за хорошей едой и вином. Есть свободный вечер на этой неделе?

– Как насчет сегодня?

Мой пульс учащается, а уверенность улетучивается. Будем ли мы с Джейком готовы к сегодняшнему интервью?

Я хочу попрощаться, потому что еще одна ночь на подготовку, вероятно, лучшая идея.

– Мой друг, Хорхе, арендовал радужную комнату, чтобы отпраздновать выход нового джазового альбома. Он сказал, что я могу привести с собой кого-нибудь одного, но уверена, что не возразит и против двоих.

– Хорхе Хинес? Музыкант? Ты шутишь!

– Я никогда не шучу, если речь заходит о джазе, сочных интервью или потенциальной возможности увидеть, как Джейк Фальконе и его новая возлюбленная кружатся на танцполе. От переизбытка романтики у меня сводит зубы, но мне это нравится. Умираю от желания узнать, умеет ли этот мужчина танцевать.

– Мы придем, – выпаливаю я, представляя, что всегда смогу сослаться на плохое самочувствие, если Джейк скажет, что не готов к чему-то подобному, но чутье подсказывало мне, что он готов пойти на большее. Уверена, так и есть, раз Кери преследует меня.

Полагаю, что правильно поступаю…

Самая большая причина для того, чтобы либо уйти, либо двигаться дальше.

– Потрясающе! – восклицает Дениза. – Я напишу тебе все подробности. Для леди обязательны коктейльные наряды, а мужчинам полагаются фраки. Так что позаботься о том, что у твоего милого есть что-то такое.

– Принято. – Я направляюсь к Мэдисон-Авеню, где собираюсь позавтракать и купить новое платье перед тем, как пойти и посмотреть тренировку Джейка. – Еще раз спасибо, Дениза. Я признательна тебе за это.

– Никаких проблем, милая. Я знаю тебя. Если ты на стороне Джейка, значит он хороший человек. У того, кто считает иначе, куриный помет вместо мозгов.

Я снова благодарю ее, подписывая негласный договор о том, что ее статья будет сосредоточена на Джейке, о его восхождении и становлении лицом NHL, а не подольет масла в огонь и не даст почву новым сплетням и ужасным слухам.

Чувствуя уверенность и готовность к новым подвигам, набираю сообщение Башу.

Не смогу насладиться пончиками. Проснулась с расстройством желудка. Придется забежать в аптеку и отдохнуть. Позже позвоню в офис.

У Джейка вечером планы, так что он все равно не сможет присутствовать на обсуждении.

Отправляю, игнорируя покалывающее в груди чувство вины.

Вина – пустая трата времени. Я делаю то, что считаю лучшим для моего клиента. Если Башу не нравится мой способ, он может меня уволить.

Но надеюсь, что как только увидит то, что сегодня произойдет, поймет, что Шэйн знает лучше.

В любом случае, лучше же извиниться, чем просить разрешения?