Текст книги "Я и есть Мориарти (СИ)"

Автор книги: Лидия Антонова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

Глава 28

Глава 28

Скрыть убийство невозможно. Особенно если этот человек вёл общественный образ жизни. Тело найдут и начнётся следствие. Пустить его по ложному следу есть возможность только в самом начале. Тем более, когда оно настолько близко ко мне. Поэтому необходимо не только подготовить новое место убийства, но и заранее назначить нового убийцу.

Велев Рену следовать за мной в двадцати шагах позади, быстро прокравшись до кабинета дяди, прислушалась. Убедившись, что внутри никого, достала отмычки. На этот раз я замок щёлкнул гораздо быстрее.

Осмотревшись, я выбрала подходящее место. Угол удара у ран прямой, а вот в шею остриём вверх, совсем немного, но этого достаточно. Значит, высокий мужчина должен был сидеть в кресле.

– Клади его сюда, – велела я Рену.

Положив тело и придав ему нужное положение, достала флягу с кровью.

Опрокинула кресло у стола, сдвинула книги, разбросала бумаги. Лужа крови заняла положенное ей место и форму. Размазала по столешнице, по корешкам книг, по ручке ящика. Достала кинжал с остатками крови Вэнса и кинула его под стол, словно его уронили, когда закончили.

Отойдя, осмотрелась, проверяя, не оставила ли я не нужных или слишком явных следов.

Выскользнув за дверь, не заперла. Пусть служанка утром найдёт её приоткрытой. Место преступления готово, теперь нужно позаботиться об убийце.

– Рен, можешь идти. Приходи завтра, сейчас ты мне очень будешь нужен.

– Хорошо.

Исполнительность этого парня мне нравилась. Улыбнувшись, я выдохнула и отправилась дальше. Сейчас мне предстоит самое сложное. Логично предположить, что сегодняшние вещи дядя скинул в своей комнате. Надеюсь, он спит один. Девушки более внимательные.

Ручка поддалась без звука. Чуть приоткрыв дверь, я заглянула в комнату, убедилась, что дядя спит.

В последней фляге оставалось совсем немного крови. Забрав вещи, которые были на дяде, я сложила их так, словно они надеты. Всунула в рукава, подвернула ту часть там, куда кровь попасть не могла. Набрала кровь в ладонь и мысленно рассчитав четверти, полила так, словно она брызнула. Каждый росчерк в зависимости от направления удара, даже несколько капель на ворот и расстёгнутую рубашку не забыла. После осторожно протёрла платком, словно им вытерли руки, несколько капель на брюки, так словно человек немного приподнялся. Самое сложное – рукава той руки, которая держала нож, тут пропитывать пришлось буквально по капле, чтобы не дать лишнего.

Смяв вещи, засунула их в ящик, где хранилась всякая мелочёвка. После протёрла так, чтобы оставить мелкие следы. Плеснула воду в раковину, смыла руки. Протёрла раковину, спереди хорошо, но несколько потёков оставила с одного бока. При прямом взгляде не видно, но при осмотре быстро найдут.

Больше ничего не требовалось. Если оставить улик слишком много, станет очень подозрительно. При подделке места преступления нельзя слишком сильно стараться.

За всё это время дядя даже не пошевелился. Закончив, я спокойно ушла к себе.

* * *

Как ни странно, но спала я очень хорошо. Поднявшись пораньше, тщательно выбрала платье. Теперь, когда я лучше узнала Элиона, я отмела розовые наряды. Обычно именно они вызывают у мужчин ощущение невинности девушки. Эльф же тот самый психотип, который воспримет этот цвет как слишком яркий. А девушка, одетая в этом цвете, будет восприниматься как назойливая муха.

Поэтому я нашла платье бледно-бирюзового цвета, уложила волосы в аккуратный пучок, но выпустила несколько тонких как паутинки прядей. Косметики по минимуму только для того, чтобы подчеркнуть блеск губ.

Я одной из первых спустилась в столовую на завтрак и присела в кресло, собираясь ждать развязку. Следующей спустилась тётя, которая удивилась, увидев меня.

– Офелия, почему ты так рано?

– Сириэль рассказала, что Элион встаёт очень рано.

– Какая приятная неожиданность, ты запомнила, что я тебе говорила. А мне всё казалось, что спишь с открытыми глазами.

– Я помню всё, тётя.

Я ей улыбнулась и опустила глаза. И тут на весь дом раздался визг.

– Что такое? – возмутилась тётя и пошла на крик.

Я бы побежала, но спешка, по мнению тёти, была именно такой. Она попросту слегка ускорила шаги. Мне пришлось следовать за ней, оставаясь позади. Когда события должны закрутиться с огромной скоростью, промедление буквально раздражает. Я чуть вся не извелась, пока мы дошли до кабинета.

Как я и ожидала, здесь уже собрались все домочадцы. Брат стоял в дверях и хмурился. Тётушка тоже заглянула, и брату пришлось её ловить. Я воспользовалась моментом и заглянула в кабинет.

Дядя стоял над телом, но, когда тётя вскрикнула, он обернулся и одарил всех нас полным брезгливости взглядом. Я поспешно опустила глаза, взяла тётю за руку и сделала вид, что меня больше волнует её состояние.

Впрочем, тётя падать в обморок не спешила.

– Какой скандал перед самым браком, – простонала она.

– Всем молчать! – приказал дядя. – Офелия, немедленно отправляйся к себе. Киран, ты тоже. Гвинет, закрой двери дома.

До меня стремительно дошло, что, составляя картину преступления, я совершила ошибку. Дядя, конечно же, постарается выяснить, кто совершил это преступление, но прибегать к посторонней помощи не планирует. Пока мне сопутствовала удача, но, похоже, сейчас она повернулась ко мне спиной.

– Офелия, идём.

Тётя крепко вцепилась мне в руку и потащила за собой. Её пальцы глубоко впивались в кожу, можно не сомневаться, обязательно останутся следы. Я не жаловалась, сейчас я пыталась просчитать: чем именно это всё может закончиться лично для меня? Обернувшись, увидела, как дядя подошёл к всхлипывающей служанке и, схватив её за шею, затянул в кабинет.

Дойдя до моей комнаты, тётя толкнула внутрь, и замок щёлкнул. Я кинулась к двери, в бессильной попытке её остановить. Меня заперли и ключ унесли с собой. Стучать и умолять меня освободить, не стала. Какой в этом смысл? Меня всегда поражало, когда в фильмах похищенные жертвы до изнеможения стучат и кричат, умоляя их освободить. Словно это хоть раз кому-то помогло.

«Спокойно, Воронцова, спокойно. Ты не оставила следов», – постаралась убедить себя я.

Эта грубая ошибка, будет стоить мне дорого. В этом я не сомневалась. Звать стражу дядя не станет, думаю, он избавится от тела и всех следов. А я так надеялась, что ближайшие несколько дней он проведёт в тюрьме и даст мне фору.

Хотя есть ещё один вариант, нужно отдать эльфу окровавленную одежду дяди. Он найдёт тело и…

Схватившись за голову, присела в кресло. Не стоит мечтать о несбыточном, сейчас у меня такой возможности нет. Дядя уже понял, что его хотели подставить, и что этот «заговорщик» находится в доме. Именно поэтому он разогнал всех по комнатам и велел запереть двери.

Боюсь, он сейчас устроит всем слугам допрос, и они расскажут о: случайно увиденном или услышанном. Затем, настанет наша очередь.

Сосредоточившись, я постаралась вспомнить всё, что делала и говорила в первые свои дни в этом мире. Если я и наделала ошибок, то точно в эти первые дни. Осознав, что сижу взаперти, словно в камере, и обдумываю, что сказать на допросе, нервно рассмеялась. Кажется, я метаюсь по этому миру, как чахлая лодка, возомнившая себя лайнером и угодившая в ураган.

Из самобичевания меня вывел щелчок замка.

– Офелия, завтрак на столе, – сообщила тётя.

– Мы будем завтракать? – удивилась я.

– Для обеда ещё рано.

– Но… Тётя… В кабинете…

Я старалась выглядеть больше растерянной, чем испуганной. Поскольку страх настоящий, то лучше его не показывать.

– Ничего не было.

– Не было?

– Дорогая моя, ты начала ходить во сне и видеть реалистичные иллюзии? Ты же не хочешь, чтобы об этом кто-то узнал?

Интересно, получается в этом мире тоже есть такие места, куда можно отправить ненужных родственников лечиться. Судя по всему, мне пообещали именно это.

– Ничего подобного я не помню, – быстро сказала я.

– Вот и хорошо.

Тётушка благосклонно кивнула, но её взгляд оставался цепким. У меня от этого табун мурашек пробежался по спине. Я выстояла, не поёжилась и даже нашла в себе силы изобразить покорность.

Это её вполне удовлетворило, но я уверена, она будет за мной следить чуть ли не до самой свадьбы. Если, конечно, она состоится, и дядя не избавится от меня раньше.

Этот дом у меня всегда вызывал неприятные чувства, а сегодня я готова была выпрыгнуть в окно на глазах у всех, лишь бы сбежать.

Мы сели за стол как ни в чём не бывало. Киран опять с отстранённой мечтательностью размазывал еду по тарелке. Явно думая о чём-то своём, и это ему нравилось. Дядя сосредоточенно ел, периодически кидая взгляды на стены. За едой он предпочитает созерцать предметы искусства, а не общаться с семьёй.

– Думаю, нам необходимо пригласить модистку и заняться свадебным платьем.

Тётушка аккуратно размазывала масло, серебряный нож ни разу не дрогнул в её руках. Это говорило о том, что она совершенно не волнуется. Случись такое в доме впервые, реакция была бы другой.

Я ещё раз обвила свою семью взглядом и поняла, что мы как итальянская семья мафиози, все друг другу враги, но со стороны всё должно выглядеть идеально. Тут нет невинных, только преступники.

– Хотелось бы, чтобы оно было красивым, – сказала я, старательно сдерживая дрожь.

Теперь я понимала, почему Офелия притворялась «овечкой», правда, её это не спасло, и в итоге её убили.

– В первую очередь оно должно быть дорогим, – назидательно сказала тётя.

Я вновь изобразила покорность, слегка опустив голову и потупив взгляд.

– Вчера был тяжёлый день, все устали, – ровным тоном сообщил дядя. – У Офелии слабое здоровье. Ей нужно больше отдыхать.

– Вы совершенно правы. Офелия, ты закончила завтрак? Вернись в постель, – приказала тётя.

– Хорошо, – сказала, отложив столовые приборы.

Мне и самой не терпелось уйти. Просто по той причине, что я заметила главное – за столом нам никто не прислуживал. В столовой не было ни одной служанки.

Глава 29

Глава 29

Сразу на поиски слуг я не отправилась. Всё равно не смогу ничего сделать, только подставлюсь. Хотя и было очень интересно, что с ними случилось.

Поэтому на самом деле поднялась к себе. В кровать, разумеется, не легла. Присев в кресло, решила выждать некоторое время, и чтобы хоть чем-то себя занять, открыла книгу по этикету.

Особой разницы не было, но, как говорится, дьявол познаётся в мелочах. У эльфов имело значение буквально всё: глубина поклона, приветствие и как подаёшь руку. Думаю, Офелия это всё выучила до автоматизма. Предположим, что некоторые мои промашки могли списать на амнезию и волнение. Однако в будущем стоит быть аккуратнее.

Нюансов было много, я старательно запомнила несколько моментов и даже встала перед зеркалом, чтобы потренировать поклон.

При этом я несколько раз коснулась звонка, вызывая служанку, но никто так и не появился. Чая уже захотелось вполне натурально. Время двигалось к обеду, но ко мне так никто и не пришёл.

Беспокойство, начавшееся как лёгкие царапки, довело меня до того, что я уже не могла читать. Самостоятельно сменив утреннее платье, на дневное (оказывается, это тоже важно), вышла из комнаты.

В доме стояла какая-то уж слишком подозрительная тишина. Мне даже захотелось разуться и прогуляться босиком, так получится тише. Правда, я не знала, как объяснить свой поступок в случае, если с кем-нибудь встречусь.

Спустившись на первый этаж, я свернула в боковой коридор и пошла в сторону кухни. И при этом не встретила никого ни на кухне, ни в коридоре. Покрутившись перед печью, поняла, что не знаю, как она включается, только вздохнула. Хорошо хоть догадалась потрогать чайник. Он оказался горячим.

Заварив себе чай в красивом чайнике, сервировала поднос, добыла из кладовой пирог и пошла на поиски брата. Тётя точно ничего не скажет, к дяде идти даже опасно. Остаётся только Киран.

Как я и ожидала, брат находился в своей лаборатории. Дверь была приоткрыта. Подцепив её носком туфли, поинтересовалась:

– Я могу войти?

– Офелия?

Брат сидел за столом, явно делая пометки в своих записях.

– Я заварила чай и решила принести тебе. Слуги сегодня работать не хотят, хоть зови, хоть не зови.

Я изобразила, что не понимаю происходящего. Не думаю, что их всех уволили, скорее заперли где-то. Вот только непонятно зачем. Большой дом без слуг – просто не сможет функционировать.

– Слуги – это вечная проблема, – философским тоном ответил брат.

Тем не менее он освободил место, для подноса. Поставив его, я разлила чай. Кирана больше заинтересовал пирог.

Подтянув поближе второй стул, я с комфортом устроилась.

– Давно мы так не сидели, – заметил Киран.

– Правда? – удивилась я.

– Я всё время забываю, что ты потеряла память. Иногда мне кажется, что ты совершенно другой человек.

Мне пришлось мягко улыбнуться, внимательно отслеживая его реакцию. Оказывается, Офелия и Киран были довольно близки. Разве не странно, что брат отстранился после того, как сестра потеряла память?

– Может, и правда изменилась, – грустно сказала я. – Я почти ничего не помню из прошлого.

– Не волнуйся, я тебе помогу, – заверил меня Киран.

В качестве благодарности я подлила ему чай. Не забывая украдкой отслеживать его реакцию. Сам брат оставался спокойным, вот только я успела заметить его быструю кривую улыбку. А брат не так прост, как пытается казаться.

А что, если Офелия, упоминая в своих записях некого мужчину, говорила именно о брате? Записи, конечно, странные, из них можно предположить, что они были весьма близки.

– Я так тебе благодарна, – произнесла я.

Брат неожиданно взял меня за руку. Я еле сдержалась, чтобы не отшатнуться.

– Ты можешь рассказать мне, чем мы занимались до того, как я потеряла память? Иногда мне кажется, что я забыла что-то важное.

Чтобы усилить сказанное, я чуть склонилась, приложив пальцы к виску.

– Ты хотела найти «Лунную слезу».

Вот не ожидала я, что он скажет это всё так просто.

– Лунная слеза? Что это?

– Это жетон-ключ, – спокойно сказал брат.

– Жетон-ключ? – переспросила я.

Киран кивнул. Я ожидала, что он скажет что-то вроде: «Артефакт великой силы» или что-то подобное.

– Брат, расскажи подробнее. Почему его называли артефактом?

– Древние рода строили хранилища, которые открываются только жетоном-ключом. Обычно он хранился у главы рода. Многие поколения ставили и усиливали защиту хранилищ. Поэтому без «Лунной слезы», открывающей дорогу, попасть в него нельзя. Так что, это, действительно, артефакт.

– А что находится в этом хранилище?

– Золото, драгоценные камни, большая часть фамильных украшений, древние артефакты, наиболее ценные книги.

Он старался перечислять спокойно, словно до содержимого ему нет дела. Однако пару раз его тон споткнулся, показав его заинтересованность.

Всё оказалось настолько банально, что стало обидно. Род Лансер собрал множество вещей в одном месте. Если провести аналогию между привычным мне антиквариатом и «наиболее ценными книгами», то становится многое ясно.

Помнится, в девяностые было много уголовных дел, когда разные «дельцы» ездили по отдалённым деревням и скупали иконы за гроши. А затем продавали их на закрытых аукционах и строили себе дворцы.

Тут то же самое: род Хауардов разорён, род Лансер богат. Всё дело в деньгах.

– Как ты думаешь: где он?

– Я считаю, что он среди вещей твоей матери. Но мы пересмотрели все их и ничего не нашли. Возможно, это из-за защиты самого артефакта.

– Тогда как его обойти?

– Ты должна выйти замуж.

Вот тут ещё очень многое встало на свои места!

Киран накрыл мою руку своей и проникновенно заглянул в глаза.

– Офелия, Элиону лучше не знать об этом. Распоряжаться наследием рода ты можешь сама. Я буду по-прежнему помогать тебе в поисках и хранить эту тайну.

«Манипуляция!» – взвыла моя интуиция.

– Конечно. Тогда нужно подумать, с чего начать поиски.

– Давай, поговорим об этом позже. Скоро обед и тебе лучше вернуться в комнату.

– Ты прав, – согласилась я.

Удерживать милое выражение лица стало совсем трудно. Доверять в этом доме никому нельзя.

Киран желает добраться до «пещеры Али-Бабы» раньше всех. На самом деле единственный, кто ему может помешать – это Элион.

Дядя жаждет того же, но не воспринимает эльфа всерьёз. Скорее всего, дядя единственный, кто знает, как выглядит этот жетон-ключ. Как только артефакт раскроет себя, он рассчитывает его получить, отдав подделку. После и наследницу можно убрать.

Тётя жаждет положения в обществе. Не думаю, что она не знает о планах мужа или сына. Скорее просто выжидает. Ну а если ничего не выйдет, тогда уважения и положения в обществе можно добиться с помощью родовитого зятя.

По всему выходит, что единственный, кто не собирается меня убивать – это Элион.

Он попросту собирается меня посадить!

* * *

Вернувшись в комнату, я присела в кресло.

Думать, прежде чем что-то делать очень полезно. Честно говоря, в своих собственных планах я уже и сама запуталась. А говорить об обстоятельствах жизни настоящей Офелии и не приходится.

Её ведь предали и убили…

Последняя мысль заставила замереть, а пальцы похолодеть. Офелия отправилась на тот мост, собираясь с кем-то встретиться. Я решила, что она ждала мужчину, возможно, даже спасшего её Элиона. А если… она встречалась с Кираном?

Или всё же с Элионом?

Раскрыв истинные мотивы брата, она решилась на поиски защиты у эльфа. Назначила ему встречу и погибла. Я заняла её место, а эльф спас меня.

Сделав глубокий вздох, я медленно расслабилась и откинулась в кресле. Нельзя дать одной версии взять вверх над уликами. Иначе я могу сознательно подтянуть все факты под неё. Для начала следует узнать мотивацию эльфа.

А это фактически невыполнимая задача. Он столько раз ко мне приходил, а я до сих пор не понимаю, как именно он ко мне относится.

Впрочем, сейчас это не важно. Главное – как он будет относиться ко мне в будущем. Нужно как-то его к себе расположить настолько, чтобы он отступился от своих принципов. Я знаю следователей, которые всю жизнь работали и даже с семьёй поступали так, словно у них вместо сердца свод законов. А влюбившись, становились пособниками преступлений.

В дверь робко постучали. Я вынырнула из своих размышлений и разрешила войти. На пороге появилась… Лира.

В первую секунду я обрадовалась. С ней ничего не случилось. Однако то, что девушку выпустили одной из первых, не могло не насторожить.

Это как в расследовании: кто первый из подозреваемых начинает сотрудничать, тот и идёт на волю под залог. Так что, в качестве залога оставила Лира? Что я вообще о ней знаю?

– Госпожа, я помогу вам переодеться к обеду.

Я ей улыбнулась.

– Хорошо, что ты пришла. Я звала тебя всё утро.

– Простите, мне дали задание на кухне. Мы только закончили.

Она врала, причём самым наглым образом. Я была на кухне и знаю, что там никого не было. Хотя чайник был горячим. Если она оставалась одной из немногих, кто обслуживал хозяев дома, в частности, дядю и тётю, то она приближённая.

И шпионка.

– Ничего страшного, – отмахнулась я, словно это действительно не имело никакого значения.

Оказывается, стоило немного нарушить плавное течение в доме и встряхнуть его, и сколько тайн вылезло наружу. Стоит подумать, как бы встряхнуть этот дом ещё раз.

Лира вытащила из шкафа платье персикового цвета. Сначала я хотела его отвергнуть, но подумав, всё же надела его. Сомневаюсь, что сегодня стоит ждать прихода Элиона. Тётушка сама придумает, как отказаться от его визита. А вот вся семья должна верить, что я глупая, беззащитная и ничего не понимающая.

Облачившись, я внимательно осмотрела себя в зеркале. Образ получился нежным, как принцесса Диснея в изгнании. Только взгляд выбивался из общей картины.

«Так, Воронцова, прячемся в глубине. Иначе я просто не выйду из этого дома».

Тренировать взгляд под бдительным оком Лиры я не решилась. Сделав вид, что я всем довольна, выпорхнула из комнаты.

* * *

До столовой я не дошла буквально шагов десять. В небольшой комнате, походившей на кабинет, в котором забыли поставить рабочий стол, в кресле меня поджидала тётя.

Едва я показалась в коридоре, как она меня заметила и тут же окликнула. Пришлось войти в комнату и, подчиняясь приказу, закрыть дверь.

Стоя перед тётей, я старалась не напрягать плечи, а также ухватить взглядом всё, находящееся по бокам. Вот бы ещё за спиной, но глаз на затылке не было. А жаль!

– Офелия, я хотела спросить тебя.

Её тон был нежным, ласковым, словно она говорит с горячо любимым ребёнком. У меня от этого по спине промаршировали ледяные мурашки, все инстинкты напряглись и завопили: «Опасность!».

– О чём, тётя? – спросила я.

– Ты же сегодня была у кабинета лорда Каэлена?