Текст книги "Как достать архимага 3 (СИ)"

Автор книги: Лев Котляров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Глава 6

Утро началось с того, что у меня зверски болела голова, желудок требовал еды, а организм намекал, что мне срочно нужно добраться до уборной. Буквально вскочив с кровати, я одним прыжком оказался возле удобств и выдохнул.

А потом взглянул на себя в зеркало.

– Да, архимаг, потрепала тебя жизнь-то!

В отражении я обнаружил моложавого мужчину с отросшими седыми прядями, усталым и сонным взглядом, отпечатком подушки на лице и почти пятидневной щетиной.

– Мужик, не знаю, кто ты, но я тебя побрею! – решительно сказал я и сразу же приступил к исполнению угрозы.

После принятия душа и смены одежды я уже был готов впиться зубами в ближайшее живое существо и сожрать его с потрохами. Но все эти существа должны быть благодарны Григорию, который, пока я приводил себя в порядок, принес в каюту горячий завтрак.

Впрочем, даже после обильной еды, мое настроение не улучшилось. Мне злило буквально все: вода в море, ветер в воздухе, солнце над головой и люди. Последние – особенно.

– Леша, ты мне обещал горшок сделать! – уже не зеленая Василиса застыла в дверях своей каюты.

– Сама сделай, у тебя тоже есть магия, – огрызнулся я.

– Алексей Николаевич, вас ждут на капитанском мостике, – бодро проговорил матрос, чьего имени я не помнил.

– Подождут!

– Алеуксей, нужноу поговориуть.

Я и Жу хотел что-то ответить в таком тоне, но усилием воли сдержался.

– Позже, – процедил я.

Из-за угла вывернул Антипкин с полным кофейников в руках.

– Алексей Николаевич! Доброе утро! Еще кофе? Я тут свежего сварил. Или кваса?

– Кваса, – выдавил я из себя, а потом резко развернулся и вернулся в каюту.

Что со мной⁈ Часы и календарь показывали, что я спал целых двенадцать часов. Неужели не выспался?

Сев на кровать, я внимательно прислушался к себе. Откуда вся эта злость? Эмоции быстро сменяли одну другую, но чаще в них мелькало именно какое-то глубинное негодование. Такого раньше со мной не было!

Да, не выспался, да, устал, да очень хотел, чтобы меня не трогали. Но вот чтобы прямо вот так?

Чтобы отвлечься, решил проверить уровень магии. Едва взглянул на резерв, сразу понял, что со мной происходит. Черная дрянь, которую я притащил с острова, не просто болталась на донышке резерва, а хорошо так пополнилась. Ее было больше, чем остальной, и на краешке сознания мне остро хотелось ею пользоваться. От нее-то и шли эти флюиды ненависти.

Зараза!

Я со всего размаху ударил кулаком в подушку, но это не помогло. Слишком мягко. Стена? Подойдет.

Но только я прицелился, ко мне в каюту прыгнула Жу, ловко забралась на кровать и внимательно на меня посмотрела.

– Алеуксей, нужноу поуговоурить. Сядь.

Последнее было сказано таким тоном, что рука сама опустилась. Но тут же к горящей злости добавилось еще и возмущение – исполнять ее прихоти и падать на стул, я не собирался.

– О чем ты хочешь поговорить? – я сложил руки на груди.

– А тыу сам не видеушь?

– Вижу, – я замолчал, а потом не выдержал ее взгляда и разозлился. – И что⁈

– Чтоу ты собирауешься с этим делауть?

– Не знаю.

Я действительно не знал. На острове я думал, что все дело в острове, а сейчас мы уже давно уплыли, а эта сила все продолжала восстанавливаться.

– Поусох.

Точно. Я поискал его глазами – вон он, – лежит на незаправленной кровати в складках одеяло.

– Из-за него?

– А сам-то каук думауешь?

– Нет времени на твои вопросы! Просто скажи, что мне нужно сделать!

Я машинально вытянул руку, и посох сам прыгнул мне в руку. В тот же момент я ощутил облегчение. На меня обрушились волны спокойствия и какой-то злой радости. На губах появилась улыбка, и даже голова перестала болеть.

– Плоухо.

– А, по-моему, хорошо.

Покрутил его в руке, и он идеально лежал в ладони. Идеально. Даже слишком. В нем еще были остатки его силы, и она мне нравилась.

– Плоухо.

– Ну что ты заладила? Плохо, да, плохо, – я улыбнулся.

– Ты в своеум умеу? Ты вообщеу, соображауешь, что с тобоуй происхоудит? Каук нау тебяу оун влиаует⁈

– Я точно знаю, что сейчас все стало правильно, – в подтверждение своих слов я стукнул посохом.

По кораблю в ответ прошлась волна черной силы. Сладкая, дурманящая, остро-пряного запаха, она вызвала во мне бурю положительных эмоций.

А Жу зашипела, выгнулась и впилась когтями в покрывало. Ее хвост снова стал крысиным, а на голове появились рога. Выглядела она очень грозно.

– Дураук! Дураук!

В каюту влетел Ли тоже в своем родном виде. Мелкий засранец.

– Чтоу случилоусь⁈ – зарычал он, припав к полу. – Др-рянь! Мер-рзоусть! Откудау⁈

– Посоух!

Ли оттолкнулся лапами и прыгнул в мою сторону, целясь когтями мне в руку. Я плавно ушел с траектории его полета, еще хотел ударить, чтобы кот вылетел прямо в окно, но не стал. Зачем лишние жертвы?

Кот злобно зашипел и грозно мявкнул. На этот звук в дверях появилась Вася.

– Леша? Что у вас тут происходит? Почему все шипят? – она подбежала к Жу и обняла ее. – Хорошая моя, ну что ты?

– Отбеур-риу у неугоу посоух! – ее шипение почти перестало походить на человеческую речь.

– Леша? Так все это из-за него? Посоха? – она изумленно посмотрела на меня. – Выброси его немедленно!

– Василиса, ты даже не понимаешь, о чем говоришь. Ты, вообще, ничего не понимаешь в магии, не пользуешься ей и даже не способна с ней взаимодействовать. И ты мне будешь говорить, что делать?

– Леша! Да как ты смеешь⁈ – она скинула с колен кошку и вскочила на ноги. – Я умею плести заклинания! Умею пользоваться силой!

– Да что ты там умеешь? – усмехнулся я. – Ты беспомощна, как ребенок, которым ты, по сути, и являешься.

В ее глазах сверкнули слезы, Вася сжала свои кулачки, но не убежала. Я смотрел на нее и продолжал улыбаться. Она мне не соперник. Возле ее рук появились нити заклинания, но я легко их развеял, даже не дернувшись.

– Что ты там пытаешься сплести? – умилительным голосом спросил я. – Заклинание на крепкий желудок?

– Сколько раз тебе говорить⁈ Меня не от еды тошнит!

– Неу слушауй его. Он не в себеу, – кошачьи лапки мягко коснулись бедра девушки. – Посоух на негоу влияует.

– И что⁈ – она тряхнула головой, и слезы полетели в разные стороны. – Если бы он так не думал, то никогда бы не сказал! Я бесполезная! Он прав!

– Неу слушауй еуго! – рыкнула Жу с невероятной силой. – Нужноу забрау посох!

– Да что в нем такого жуткого⁈ – Василиса быстро переключилась на другую тему, вытерев мокрые щеки ладонями.

– В нем сила, – ответил я.

О да, сила. Черная. Приятная. Она ластилась ко мне, омывая сознание мягкими волнами. И это нервировало всех в каюте. Они буквально застыли в напряжении, не зная, чего от меня ожидать.

Я чувствовал их эмоции, опасения, удивление, даже нотки решимости! Они действительно думали, что в составе двух котов и одной сопливой девчонки могут одолеть меня, архимага!

Но устраивать драку магией на корабле в середине моря я не стал. Жалко было эту очаровательную посудину, да и лишние жертвы мне были ни к чему. Пока что.

– Посох мой. И не вам пытаться у меня его отобрать, – сказал я, подводя черту под всем этим разговором.

– Алеуксей, воузьми себяу в рукиу! – укоризненно сказала кошка. – Этау силау изменяут, дурмаунит голоуву. Это всеу неу ты. Этоу онау.

– И что?

Меня не злили ее слова, она все правильно говорила. Но это ничего не значило. Буквально. Во мне ярко зрела мысль, что черная сила – мой проводник к чему-то большему, что мне даже не снилось в статусе архимага.

– Леша, ты не понимаешь, это же плохо!

Я не слушал ее, а размышлял.

Сейчас у меня было две силы, и черная их только дополняла. Я не считал ее отдельной магией. Она удивительным образом встраивалась во всю систему и усиливала ее. Искажала при этом до безобразия, но усиливала.

Да, в ней отчетливо сквозили нотки смерти и отчаяния, но они только дополняли, делая нестерпимо прекрасной.

На ладони вспыхнул черный огонь. Изломанная структура плетения выглядела удивительно уродливой и в то же время удивительно четкой. Один такой шарик мог убить минимум троих, забрать их души и навсегда поместить в посох.

В этот момент я понял, почему старуха так долго впитывала эту силу, заполняя каждый метр острова. Да никто в здравом уме не откажется от такого! Я могу бесконечно поглощать души и становиться сильнее!

Мысль о разрушенной мной статуе перескочила на ее историю. Как она там оказалась? Я взглянул на посох. Все мне говорят, что все дело в нем.

Проснулось любопытство. Сжав его посильнее, я постарался заглянуть в него.

Сначала противная деревяшка ничего не хотела мне показывать, сопротивлялась и вредничала. Но ощутимый удар магией заставил ее передумать.

После того как я это сделал, меня окутало черной вьюгой, полностью затопив сознание.

И я увидел.

* * *

У посоха было имя – Стронгалит. Ему было очень много лет, но точную цифру он не знал. Он помнил, кем он был раньше, не знал другого сосуда для себя, но четко осознавал, что ему нужны новые души, чтобы продолжать свое существование.

За каждую из них он готов был дарить владельцу посоха толику своей силы. Толику!

Мне было интересно другое: как он попал на остров и оказался в руках у той статуи. И после очередного удара силой он поделился и этой историей. Хотя это нельзя было назвать полноценной историей, посох знал только то, о чем думал его владелец.

– Я тогда лежал в расщелине скалы, где оставил меня предыдущий владелец. Меня нашел Эрнест, – ворчливо произнес посох. – Он себя так и называл. Сначала показался мне хорошим, правильным магом, но потом я понял, что он очередной идиот.

– А почему тебя там оставили? Кто?

– Несносный мальчишка не смог оценить мою силу. Слабак, – в его словах скользнула тень гнева. – Или не справился, сейчас это уже не имеет значения. Он даже не стал разбираться! Говорю же, слабак.

– Как его звали?

– Александро Бархант, он всегда произносил свое имя с невероятным пафосом! А мое ни разу не спросил! Кретин!

Ба! Да это же известный архимаг прошлого с грандиозной историей. Ее даже в академиях проходят, как базовый курс о становлении магии в целом. Помню, был в жизни архимага темный кусок, когда даже его друзья разводили руками, говоря, что Бархант исчез куда-то на десять лет, а потом снова появился. Возможно, посох об этом и говорит.

– Какая там история, он идиот и слабак! – рыкнул Стронгалит.

– И что дальше было с Эрнестом? – я вернул ворчуна к интересующей меня теме.

– Он как раз мог оценить мою силу. Мы отлично поладили с самого начала. Он чем-то похож на тебя, надеюсь, ты не такой идиот, как Эрнест. А у тебя еще и магии две, а не одна, как у всех. Такие огромные возможности! Мы с тобой будем править миром! Я это точно знаю!

– Подожди с миром, – я жестко оборвал его речь. – Как ты оказался на острове? Почему был в руках у статуи?

– Старуха! Жадная бестия! Мерзкая! Уродливая! – он него пошла одуряющая волна гнева.

Чем больше он рассказывал, тем ярче становились его эмоции. И ни одна из них не была положительной.

– Эрнест отдал меня за обещание награды, – его голос клокотал от ярости.

– Серьезно⁈ – я на мгновение опешил.

То есть ее поставили не для сбора темной силы, а еще раньше? Но зачем?

– Откуда я знаю? – посох прекрасно слышал мои мысли. – Эрнест специально искал это место, чтобы получить доступ к источнику.

– Источнику?

– Да, чтобы стать сильнее, конечно же, – пренебрежительно ответил он. – Думал, что может усилить мой уникальный дар и получать больше за меньшее количество душ.

– С чего он решил, что на этом острове есть так называемый источник?

– Он все время думал, что магический остров не просто так сделали, а зарыли там что-то важное. Вот он и искал. А тут эта статуя!

– Как он мог согласиться⁈ Там же видно, что ловушка.

– Он думал, что справится. Он же архимаг, да и не последней величины в мире, как я понял. Плюс моя сила. Она делала из него практически бога!

– Но зачем тогда он оставил тебя ей?

– Вот тут он поступил, как идиот, согласен! Но статуя буквально свела его с ума! Я пытался до него докричаться, но он не слушал. В итоге накричал на меня и отдал ей.

А вот это меня не удивляет. С учетом сварливого характера посоха это было несложно.

– Я-то сварливый⁈ – моментально разозлился он. – Да я лучшее, что с тобой случилось, дубина! Вместе мы завладеем миром!

– Да зачем мне мир⁈ – изумился я.

– Как это⁈ Владеть! – теперь настала очередь удивляться посоху. – Это же сила! Мощь! Все будут преклоняться перед тобой!

– И дальше что?

– Нет, ты определенно дубина, – вздохнул он и тут же сменил тон. – Но я благодарен тебе за то, что ты отобрал меня у старухи. Она невыносимо скучная. Ни о чем не думает! Я чуть не рехнулся. Поэтому я изо всех сил помогаю тебе восстановить мою силу.

– Что делала статуя?

– Она забирала другую силу! Не мою! Преобразовывала ее и отдавала все запертому на острове духу! Мне доставались крохотные остатки того, что было в ней самой. Не делилась даже!

– Духу? – не тот ли это черный глаз, который я видел в тумане?

– Он, он. Но теперь я с тобой, статуя разрушена, и вход запечатан. Открыть его сможет только служитель, но и ты его развеял. Молодец! Я знал, что ты потенциально очень силен, а тут еще и мозги в черепе есть!

– Как ты мог получать лишь крохи? Остров ведь весь пропитан этой силой!

– Про мозги – забудь.

– И все-таки?

– Старуха использовала меня! Тварь! Заставила быть проводником к духу! И ничего не давала! Лживая дрянь!

От потока негодования посох аж нагрелся и обжег мне кожу. До чего же он силен! Но не сильнее меня.

– Что⁈ Я не сильнее тебя⁈ – звучно расхохоталась эта палка. – Да что ты, вообще, умеешь-то⁈

Он один в один передал мои интонации, когда я разговаривал с Василисой. Но это проскочило в голове настолько стремительно, что я даже не осознал этого. Но что-то внутри меня щелкнуло. Права была Жу, это не я, а все дело в посохе. Его эмоции, его мысли, его черная суть.

Стронгалит, ощутив, что я вырываюсь из его власти, вспыхнул гневом. И эта вспышка была всепоглощающей.

Меня накрыло разом, буквально смыв желание продолжать разговор, и я ощутил давление черной силы. Ее было очень много. Много! Будто со всех сторон посох забирал ее, молотом загоняя в меня.

В ответ я ударил стихийной. Ее хватило, только чтобы сделать пару глотков воздуха.

– Ты подчинишься мне! Или я заберу и твою душу! – рычал посох.

Черные щупальца облепляли меня, поглощали остальную магию, быстро лишая меня возможности сопротивляться. Но я не переставал атаковать остатками родной силы, добавляя туда и призрачную. С ней дело сдвинулось с мертвой точки.

Стылый холод в сердце начал рассеиваться. Посоху такое не понравилось, и он принялся пожирать и эту силу. Но с ней вышла промашка. Чернота просто не могла за нее зацепиться, постоянно соскальзывая.

Это воодушевило меня. Разум упорно цеплялся за свободу и давил мерзкую дрянь. Но призрачной было слишком мало.

Вся эта драка хоть и происходила на магическом уровне, но постоянно выплескивалась наружу. До слуха доносились сдавленные стоны то Василисы, то Ли, которые тоже не могли справиться с ее давлением.

В глубине души проклюнулось переживание за них. Что я творю⁈ Я собирался использовать посох, смеялся над Васей, хотел выкинуть кота с корабля!

Вдруг в голове сверкнула мысль, что с ним я стану таким же несносным, как и он сам.

– Моя сила сделает тебя еще могущественнее! – голос посоха постарался вытеснить спасительные мысли из головы. – Сдавайся. Только со мной ты сможешь завладеть миром!

– Да иди ты к чертовой матери! – ругался я сквозь зубы. – На хрен мне весь мир, когда я хочу, чтобы от меня все отстали⁈

– Ты будешь сильнее каждого мага! – не унимался посох, не слушая меня. – Распахни душу! Мы поглотим всех, и ты ощутишь мощь моей силы!

– Нет. Мне такое не нужно!

Я не был убийцей. Это и стало ошибкой Стронгалита. Да, ощущение дурманящей черноты было упоительным, но плата за нее была не той, на которую я мог согласиться.

– Дубина! Ты ни на что не способен! Тряпка! Идиот!

Ярость посоха физически делала мне больно. Я боролся с его силой, давил призрачной магией, отвоевывая каждый сантиметр своего сознания.

В ответ посох давил сильнее.

И вдруг я почувствовал сильный удар по голове, что аж звездочки засверкали перед глазами.

Затем раздался протяжный крик:

– Не-е-е-т! Я еще не закончил! Он будет моим! Не сейчас! Верните меня!!!

Его вопль все отдалялся от меня, становясь практически неразборчивыми.

Мир закружился перед глазами, вдруг стало нестерпимо холодно, а потом меня поглотила темнота.

Последнее, что я услышал, это тихий вздох и едва слышные слова:

– Вы уж простите, Алексей Николаевич, но другого выхода не было.

Глава 7

Но ударом по моей и без того многострадальной голове борьба с черной дрянью не закончилась. Посох еще продолжал пытаться захватить разум, но что он мог сделать, если мое сознание не отвечало?

Перед внутренним взором мелькали образы из прошлого Стронгалита: то с его помощью обращали армии в бегство, то его топили, то пытались сломать, то он помогал добраться до небывалого могущества.

Все эти картинки настолько отличались друг от друга, но я не сразу поверил, что это история одного посоха. Зато становилось понятно, почему у него такой сварливый характер.

Но постепенно сознание очищалось, тело заполняла стихийная магия, а дышать становилось все легче и легче. До ушей то и дело доносились какие-то фразы. Их произносили то мужские, то женские голоса, но я ничего не мог разобрать.

Не знаю, сколько прошло времени, но когда я открыл глаза, за бортом царила ночь.

Рядом посапывала Василиса, возле нее стоял поднос с едой, кувшин кваса и большая кружка с кофе. Думаю, именно его запах меня вытащил из небытия.

Осторожно пошевелился, боясь разбудить девушку, я протянул руку к кружке. Но она стояла дальше, чем я предполагал. Поэтому решил воспользоваться магией и аккуратно подцепил ручку воздушной подушкой.

И когда поднял, осознал, что переборщил с силой.

Кружка перекувыркнулась в воздухе и с грохотом упала с тумбочки. Василиса мгновенно проснулась. Она удивленно посмотрела на меня, на осколки, а потом небрежно оттолкнула их от себя.

– Ты… – неуверенно начала Вася, – ты помнишь, что было три дня назад?

– Три дня⁈ Столько я провалялся в кровати?

– Да, – она еще несколько мгновений била осколки кружки мыском ботинка. – Так помнишь или нет?

– К сожалению, помню, – я хотел сначала соврать, но не стал.

– И действительно считаешь, что у меня нет способностей к магии?

– Я думаю, что ты по каким-то причинам, не хочешь ей пользоваться. Но почему именно говорить не желаешь, будто стыдишься.

– Я не стыжусь! – ее щеки моментально вспыхнули. – Просто… просто… все очень сложно!

– Я не прошу мне все рассказывать сразу, но общих слов было бы достаточно. Мы очень часто попадаем в опасные ситуации, и мне важно понимать, на что ты способна, сможешь ли ты подстраховать меня.

– Знаю, знаю, прости меня, Леш! – она вскочила со стула и заходила по комнате, расшвыривая остатки кружки. – Я и сама не понимаю, что и как со мной происходит.

– Давай я сейчас приведу себя в порядок, а потом ты мне расскажешь все, что знаешь. Или по крайней мере, что готова сказать. Хорошо?

– Ой, да, ты же только проснулся! – в ее глазах мелькнула тревога. – Как ты себя чувствуешь?

– Как будто меня приложили чем-то тяжелым по голове.

– Это все Григорий, – она обхватила себя руками. – Ты тогда совсем с катушек слетел, наговорил гадостей, а потом схватился за эту палку и остолбенел. Так продолжалось несколько минут, а потом вдруг – бац – вокруг тебя закружило черное марево. Мы все бросились вливать в тебя силу, но это помогало лишь на время. Да и в основном у нас всех призрачная, а нужна стихийная. Позвали Григория.

– И он решил помочь, стукнув меня по голове? – я был озадачен.

– Посох хотел завладеть тобой, а его сила не давала нам подойти ближе. А у Григория же антимагия, ну и дальше ты и сам понял. Это был единственный шанс остановить процесс. Он еще потом лед к голове приложил, чтобы шишки не было. Хотя, как сказала Жу, ты почти сам победил.

– Ладно, раз не было другого выхода, прощу ему такое обращение с его нанимателем.

– Ой, ну не ворчи. Ты должен был за прошлый раз весь свой запас ворчания выговорить! – у нее исправилось настроение, и она улыбалась. – Ладно, приводи себя в порядок, а я пойду.

Она поспешно выскочила из каюты, а сразу после зашел Григорий с еще одним подносом.

– Как вы себя чувствуете? – спросил он и, не дожидаясь моего ответа, быстро продолжил, – я хотел бы сразу извиниться за свой удар.

– Все хорошо, думаю, мне стоит поблагодарить тебя за него. Но премии не жди, – усмехнулся я.

– Да полно вам, Алексей Николаевич, премия! Скажите тоже. Давайте я вам помогу подняться, и доведу вас до ванной комнаты.

Я хотел было сказать, что все в порядке, но едва поднял голову, в ней вспыхнула сверхновая. Комната покачнулась, и я снова опустился на подушку.

– Сейчас дай мне минуту, – сквозь зубы сказал я.

– Хорошо-хорошо, я пока приберусь, – он проворно вскочил, вытащил откуда-то метлу и начал собирать осколки. – А то еще вспорите ногу, и как мне вас тут лечить без нормального лекаря?

– Что произошло за три дня, пока я валялся?

– Да ничего толком. Мы по очереди дежурили около вас, Василиса Михайловна уже чувствует себя гораздо лучше, капитан и остальная команда продолжают держать курс. Корабль цел, мы нигде не останавливались. До нашей цели осталось всего три дня.

– Три дня? Почему так долго? – по моим представлениям мы должны были уже завтра прибыть в порт назначения.

– Как только я вас выру… – он осекся, – после того, как вы потеряли сознание, ваша магия перестала работать. Потом сменился ветер, и вот мы и болтаемся в море.

– Сейчас приведу себя в порядок и сразу займусь этим. Домчим с ветерком.

– Вы сначала на ноги встаньте, – он отвлекся от уборки и остановился, с любопытством наблюдая за моими попытками подняться.

Получилось только с третьего раза. Голова, наконец, перестала кружиться, но дурное самочувствие все еще оставалось при мне. Но я все же решительно спустил ноги с кровати и, опираясь на спинку стула, поднялся.

Привести себя в порядок у меня заняло больше часа, каждое движение давалось с трудом, и я ощущал себя в толще воды. Но после душа и бритья стало полегче. В этот раз в зеркале мое лицо выглядело еще старше. Я даже подумал отпустить бороду, чтобы я не выглядел таким изможденным.

А когда я уже вышел из ванной, чувствовал себя практически обновленным. Григорий уже убрался, протер пол и поставил на тумбочку новую чашку. В этот раз я взял ее без опаски рукой и сделал большой глоток.

– Хорошо! – вздохнул я.

– Хотите поесть? У меня уже все готово.

– С удовольствием, – одновременно с моим ответом, заурчал желудок.

За три дня он сильно истосковался по еде, но когда на кухне я увидел, что именно приготовил Григорий, настроение сразу пошло на убыль.

– Это что такое? – я удивленно смотрел на желтую кашу в миске.

– Вы не волнуйтесь, Алексей Николаевич, это вкусно! Я добавил туда сахар и пару лепестков того цветка с острова. Удивительное растение, скажу я вам!

– Уже разобрались в его свойствах? – я все же зачерпнул ложкой это варево.

– Я отправил запрос знакомому ботанику, и он подтвердил, что это очень ценное растение. Найти его очень сложно. С меня спросили, где я такой нашел, но без вашего разрешения я не стал открывать правду. Ответил, что случайно увидел в банке с чаем.

– Это ты молодец. Ты же знаешь, как мы его добыли?

– Да, Василиса Михайловна рассказала. Вы ешьте, ешьте, – и выжидательно на меня посмотрел.

Мысленно выдохнув, я осторожно попробовал кашу. На вкус она была… как это сказать?.. сладкой. Да, пусть будет сладкой. Потому что кроме этого, я чувствовал легкую горечь, привкус травы и почему-то немного кислинки.

Под взглядом Григория я проглотил это странное месиво.

– И еще ложку, чтобы точно подействовало.

– А мяса нет?

– Мясо вам пока нельзя, слишком тяжелая еда после трехдневного голодания, – развел Антипкин руками, – но как только пойдете на поправку, сразу же подам.

– Григорий, я зверски голоден, и эта каша совершенно не то, что мне сейчас нужно.

– Алексей Николаевич! Но это же ваше здоровье! – сказал он нарочито громко, отошел от меня и подмигнул.

– Мяса, Гриша, мяса, – прошипел я.

– Нет! Не уговаривайте! – он открыл огромную кастрюлю. – Никакого мяса. Только каша!

Я смотрел на его действия, и брови поползли вверх.

– Каша! Только каша, – повторил он и достал тарелку с толстыми ломтями буженины.

– Хорошо, Григорий, пусть будет каша! – ответ я ворчливо и тоже громко, едва сдерживая смех.

– Быстрее берите, пока никто не видит, – прошептал он. – А то набегут, еще по шее получу.

– Спасибо, – улыбнулся я.

– Но кашу вы тоже ешьте, она действительно полезная.

– Лучше я сам цветок съел бы, – поморщился я. – И долго мне ее есть? – я подцепил кусок буженины и за два укуса проглотил ее.

– Хотя бы пару дней.

– Тогда не делай ее такой сладкой. Гадость же.

– Понял, принял, – он дождался, пока я не съел три куска и убрал тарелку обратно в кастрюлю. – А теперь ешьте ее, чтобы запах отбить.

– Думаешь, что Вася учует?

– При чём здесь Василиса Михайловна? Я про котов. Они мне такую головомойку устроили за все меню! Вы бы слышали. Это можно, это нельзя. Едва отвоевал эту буженину. Пришлось соврать, что она для меня.

– Спасибо. И за кристаллы, которые ты отдал Васе, и за тот удар, и за все, что ты для меня делаешь.

– Полно вам, Алексей Николаевич, это моя работа, – скромно ответил он.

– Ладно, перекусили, пора и поработать, – я поднялся из-за стола.

– Господин архимаг, а каша?

Я покосился на эту дрянь и с невероятным усилием проглотил еще одну ложку. А потом и еще одну, вдруг осознав, что чувствовал я себя стал гораздо лучше.

И сам не понял, как доел все. Этот грешный цветок действительно был лечебным, хотя на вкус, той еще дрянью.

Пока я был на кухне, к нам заглянули несколько матросов, они, как и я, получили свою порцию каши, чем меня сильно удивили. Они безропотно брали миски и уходили, чтобы через десять минут принести их пустыми.

И, бьюсь об заклад, матросы были счастливы. Значит, в этой каше все-таки что-то есть.

Разберусь с ней позже, к тому же у Василисы были пять ростков, а из них можно вывести в целый сад. И я очень надеюсь, что летающих существ в нем не будет. Кстати, я так и не понял, кто они.

Закончив с завтраком, я отправился к капитану, чтобы уточнить маршрут и восстановить заклинания для парусов. Мысль о том, чтобы болтаться в море лишних три дня меня не устраивала. Мало ли, опять какой остров на пути встретится?

– Павел Игоревич, – поприветствовал я капитана, – все хорошо?

– Рад видеть вас в добром здравии, господин архимаг, – он не улыбнулся, бросил на меня хмурый взгляд и продолжил проверять магические приборы.

На капитане, как всегда, была идеально выглаженная форма морского служащего. Она отличалась от формы гвардейцев не только синим цветом, но и материалом. Для работы на море требовалась ткань, которая отталкивает влагу и не подвержена воздействию соленой воды.

Павел Игоревич был гладковыбритым мужчиной в возрасте, с коротко стриженными седыми волосами, вечным прищуром правого глаза и полосой на затылке от фуражки, с которой редко расставался. Говорить он не очень любил, за него этим занимался Ляхов.

А вот из оружия у капитана был короткий нож, его он прятал под полой пиджака, и короткий металлический жезл во внутреннем кармане слева. Чаще всего он пользовался воздушной стихией, недолюбливал огонь и почти не обладал чувством юмора.

– Я хотел восстановить свои заклинания для ускорения хода судна, – я устроился на ближайшем стуле.

– Не самое подходящее время вы выбрали. Вчера был бы толк, а сегодня уже нет.

– Что вы хотите этим сказать?

– Если мы поплывем быстрее, то на полном ходу войдем в бурю.

– Вы перед отплытием говорили, что прогноз хороший, откуда тогда она?

– Я не гадалка, чтобы на такое ответить. Но уверен, что буря будет. Об этом говорит весь мой опыт и магия.

– Магия? Буря не простая?

– Это я смогу вам сказать, когда ее увижу своими глазами, – он отвернулся к карте.

– Обойти ее сможем?

– Как раз сейчас я и пытаюсь это понять, – он провел ногтем по синему полю моря с разбросанными по нему островками. – Мы можем свернуть вот здесь. В этом месте другое течение, придется сильно увеличить скорость, чтобы прорваться. И делать это нужно аккуратно, потому что отмель близко.

– Вы не хотите плыть этим маршрутом?

– Не сильно. Но буря обещает быть серьезной, и уж лучше я воспользуюсь вашими услугами и подниму корабль с мели, чем мне порвет все паруса.

– А если закрыть корабль большим защитным коконом?

– А волны? Нас будет болтать как… – он запнулся, – очень сильно. К тому же я не могу быть уверен, что ваша защита выдержит.

– Думаю, при хорошем раскладе, я осилю даже поднять корабль в воздух и перенести его на километр от бури, если такое понадобится, – оскалился я на укол капитана.

Он знал, что я архимаг, но ему ни о чем не говорило мое имя. Павел Игоревич не слышал о моих достижениях, не читал про два озера, которые я сделал для одного народа в засушливом районе, и даже не подразумевал, что однажды мое заклинание выдержало сход лавины, которая грозила накрыть небольшую деревушку.

Сейчас Ширков имел право сомневаться в моих словах и не хотел рисковать судном. Я прекрасно его понимал.

– Вы всегда можете рассчитывать на мою помощь. Я тоже заинтересован в благополучном исходе этого плавания.

– Раз так, то я прямо сейчас сменю маршрут к островам, так у нас будет шанс обойти бурю.

Я не стал его отговаривать, а просто поднялся и пошел искать Василису. Мне очень хотелось посмотреть, смогла ли она сделать горшок и вырастить цветы из ростков.

Белова нашлась не в своей каюте, а на корме, где ей выделили небольшой закуток. Здесь стояла тумба с бортами, на ней грубо сколоченный ящик, в котором стоял жуткого вида плоский горшок. В нем торчали пять зеленых побегов с крошечными бутонами.

– Привет, – я с любопытством рассматривал, как Василиса с нежностью копается в земле крохотным совочком.

К слову, он тоже выглядел максимально странно: эдакий гибрид детской лопатки и ложки. Его словно тоже слепили магией из двух разных предметов.

– Нравится? – с гордостью спросила она. – Я сама сделала!

– Молодец. Я смотрю, они быстро растут.

– Да, те ребята из Жужжалии очень мне все подробно рассказали.

– Надеюсь, в цветке нас не будет ждать один такой?

– О нет, они размножаются по-другому, – смущенно ответила Василиса.

– И я даже не хочу знать, как.

– Ой, да там все просто, – у нее вспыхнули щеки. – Как-нибудь потом расскажу.

«Как стану смелее», – мысленно добавил я, но вслух добавил другое: – капитан сказал, что мы меняем курс, чтобы обогнуть бурю.