Текст книги "Новый каменный век. Том V (СИ)"

Автор книги: Лев Белин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

Я стоял перед ним, смотря прямо в глаза.

– Давай биться! – закричал он надорванным голосом. – Пусть нас рассудит Белый Волк!

– Ты не заслужил драться, – холодно ответил я. – Ты не заслужил называть имя Белого Волка после того, как предал его! Предал волков!

– Не-е-ет! – раздался отчаянный крик Даны.

И в этот миг я дёрнул рукой! Лезвие пробило грудь, захрустела кость!

Глаза Ия широко раскрылись, он глядел на меня, не в силах поверить в произошедшее. Но следом ноги его обессилели, он упал на колени, а затем мужчины выпустили его, и он распластался на земле в луже крови. Захрипел, но вскоре затих…

Лезвие попало точно в область сердца. Быстрая смерть. И с ней словно что-то внутри меня оборвалось. Я чувствовал, как колошматит сердце в груди, как трясутся мои руки. И всё смотрел на мёртвого человека у ног. Человека, которого убил я.

«Возьми себя в руки! Не сейчас!» – приказал я себе, отметая скорбь, боль и стыд.

– Поутру дым костра унесёт его к Айю, – сказал я, глядя в мерцающее пламя. – Там лишь предки решат, достоин ли он их костра. А нам нужно готовиться к битве.

Глава 14

Ветер завывал меж кривых крон сосен и оголившихся стволов берёз, взбирался по склону и увлекал за собой дым костров на плато. Прелая подстилка из листвы и хвои хрустела мороженой коркой под подошвами унт. Небо покрылось серой пеленой туч, пряча луну, а солнце перевалило за великий хребет. Глаз едва видел дальше двух-трёх метров, но этот склон мы знали наизусть. Это наш склон. Наша территория.

– Ив, – тихо кликнули меня сзади.

Я обернулся и увидал Ранда.

– Всё готово. Шкуры на месте.

– Хорошо, – кивнул я. – Значит, нам остаётся только ждать.

– Ты уверен, что они не пойдут сразу?

– Уверен, – ответил я. – Они же не дураки. Лучше всего атаковать с высоты, с кромки скальной стены. Там и Шанд-Ий ночью караулить должен был.

В этом я был уверен почти полностью. Из того, что мне рассказала Така, я примерно представлял их логику и потребности. Им важно, чтобы женщины остались целыми, но при этом нужно убить мужчин. В эту ночь по плану Шанд-Ий должен был дежурить на склоне. И следовательно, это единственное доступное им направление, чтобы не привлечь внимание раньше времени и при этом завладеть естественным укрытием. С плато метить вверх, да ещё и на такую высоту – нереально.

И в то же время, вероятно, туда пойдут не все. Скорее всего, половина. Остальные зайдут со стороны Быстрой реки, с фланга. Широкая река будет преграждать нам путь к бегству, перебраться через неё можно только по бревну либо вброд. По склону в ночь тоже не побежишь – расшибёшься почти наверняка.

«Жаль, что придётся потратить столько жира, скипидара и живицы. Все наши запасы, всё, что мы успели произвести, – сожалел я, – но зато у них не будет и шанса на сопротивление».

Охотник кивнул и ускорился, обгоняя меня. И тут же я увидел грузную фигуру Белка. Тот шёл со стороны Быстрой реки. Он махнул рукой, тоже подтверждая, что всё готово.

Через несколько минут появился и Канк – уже с другой стороны. Он подбежал ко мне и деловито доложил:

– Залил, Ив. Тика даже за метр не видно.

– Его в любом случае не заметят, они с той стороны не пойдут. А вот за Гуну я немного беспокоюсь, – ответил я.

– Всё нормально будет. Даже Ранд бы не углядел её с двух шагов. Да и она прыткая девчонка, быстро удерёт. А соколам не до неё будет.

– Это точно, – осклабилась Шайя.

– Фуф! – словно подтвердил Ветер.

Мы поднялись выше, добрались до оврага, где Ранд и остальные пережидали Красный ветер в первый раз. И это же место стало убежищем и базой на время битвы. Тут должны были остаться те, кто не сильно хорош в бою: Уна, Ака, Дана и Кон. Но это не означало, что они не будут участвовать.

– Ив! – воскликнула Ака, увидав меня. – А нам точно хватит камней? А щиты⁈ А если они пойдут…

– Ака, – оборвал я её, – всё будет в порядке.

– Мы их не подпустим к вам, – басовито сказал Белк. – Вы главное по нам не попадите. Выше, помнишь?

Он глянул на древки копий, к которым были приспособлены пращи.

Это метательное орудие звалось «фустибал». И как правило, оно применялось при осадах. По сути, та же праща, только камни можно метать уже куда крупнее. Да и справиться с ней несложно, потому эта честь выпала девушкам. Они уже умели управляться с обычной пращей, а с этим орудием за денёк приноровились. И всё же я это воспринимал лишь как вспомогательный элемент.

– Помню! – надула губы Ака. – Всего один раз по тебе попала…

Тут же у нас уже были приготовлены все необходимые орудия: атлатли, дротики, огненные шары и щиты на случай, если дело дойдёт до ближнего боя. Уна с Даной сидели в сторонке и в свете лучины подготавливали мох, бересту, иглы и жилы. Мы не исключали того, что кто-то может быть ранен, и реагировать придётся быстро.

– У вас всё готово? – опустился я на корточки рядом с девушками.

– Да, всё готово, Ив, – кивнула Уна, а Дана даже не взглянула на меня.

– Хорошо. Вы же помните, что нужно делать?

– Помним, – всё так же не поднимая головы, буркнула Дана.

– Ты знаешь, что я должен был это сделать.

– Да, знаю… но… я знаю, Ив, – с болью, через силу сказала Дана.

Уна положила свою ладонь на её, и я увидел, как плечи девушки задрожали. Дана и впрямь всё понимала. Она была не такой, как Шанд-Ий, она умнее и старалась руководствоваться разумом, а не чувствами. И ей просто требовалось время. С этим я ничего поделать не мог.

«Прости меня, Дана…» – подумал я, но говорить такое не мог себе позволить. В устоях общины мне не за что было извиняться. Это было бы равносильно признанию ошибки. А я не ошибся. Не в этот раз.

– Ветер, – глянул я на волчонка. – Место тут, – тыкнул я рядом с Уной. – Охранять.

– Фаф!

Ему ещё рано было идти в бой. Но он уже был способен разорвать взрослого мужчину. Я дивился тому, как быстро он рос, и пока с трудом представлял, какого размера достигнет.

– Берём всё, что нужно, и идём на позиции, – скомандовал я, распрямившись. – Ждём сигналов.

Белк, Ранд, Шайя и Канк ухватили копья, щиты, атлатли и дротики. Я же, в отличие от них, вместо атлатля довольствовался своим луком, но тоже взял копьё и плетёный щит из прутьев ивы, лыка, шерсти, обитый шкурой. Я понимал, что нам предстоит бой за свою жизнь. Но, помимо этого, я осознавал, что это шанс испытать наши силы в столкновении с другими людьми. И более того, я принимал это как возможность.

«Рано или поздно нам придётся биться с Вакой. И он куда лучше разбирается в битве человека против человека», – думал я, подвязывая колчан за спину, и всё же ощущал, как внутри щемило.

Вчера я хладнокровно убил Шанд-Ийя. Казнил человека по своей воле. И теперь… искренне верил, что был прав и поступил верно.

Во что же я превращаюсь?

Но мне не хотелось об этом думать. Больше я не видел смысла и пользы в рассуждениях о благе, зле, цене жизни. Всё это раньше я пропускал через свою культурную призму, притворяясь, будто всё понимаю. Но только сейчас я наконец стал по-настоящему видеть мир глазами Ива, а не того, кем был раньше.

И мне было страшно.

Но не было пути назад.

– Скажешь что-нибудь? – спросила у меня Шайя, когда мы уже должны были идти на позиции.

Я оглядел их. Посмотрел на Уну, на волчонка, на малыша Кона и Дану, что несла в себе новую жизнь. А они смотрели на меня и ждали, что я скажу им: «Всё будет хорошо. Мы все выживем. Я защищу вас, обещаю».

– Пусть великие духи не оставят нас, – начал я. – Белый Волк… – я коснулся клыка на шее. – Большие Рога, Серый Сокол… – я видел, как Белк нахмурился. – Все духи, что одарили людей знаниями, указали им верную тропу. Они вокруг нас, все они часть мира, как и мы с вами. И лишь каждый из нас сам решает, как использовать эти дары. Кто-то льёт кровь, иной забирает у другого, третий ищет что-то большее. А я лишь прошу, чтобы кровь ваша сегодня не коснулась земли…

– Пусть Волк дарует нам силу, – тихо сказал Канк, положив ладонь на клык.

– И Большие Рога укроют от беды, – хрипло прошептала Дана, подняв голову.

– И Сокол не позволит нам оказаться в чужих когтях, – проговорил я, вновь оглядев всех.

– Нам просто нужно убить их, – ухмыльнулся Ранд. – Так пойдёмте и убьём!

– Не думал, что соглашусь с тобой, – даже Белк немного ухмыльнулся.

– Идёмте… Все вы должны выжить, поняли? – спросил я.

– ДА! – ответили они хором.

Мы спокойно двинулись на свои места. Какой-то сложной структуры позиций не было. Канк, Ранд, Шайя и Белк располагались в трёх точках за естественными укрытиями, где-то в шестидесяти-семидесяти метрах от кромки скальной стены. Нам было важно, чтобы имелся свободный доступ всего к одному десятиметровому участку – как раз он идеально выходил к шалашам и центральному костру. Овраг же был выше, в метрах сорока от позиций. Таким образом, было сложно случайно попасть камнем из фустибала по нашим, но при этом они непременно долетали до кромки.

«Средняя прицельная дальность у него в районе ста пятидесяти метров. Но при этом, когда пойдёт огонь, будет, считай, коридор, и достаточно будет метить по его направлению. В любом случае в его конце цель никуда не денется, – думал я, карабкаясь по стволу лиственницы. – Даже попадания по руке или ноге достаточно, чтобы вывести из строя. Каждый камень почти полкилограмма, и с навесом скорость будет жуткая».

И притом это лишь вспомогательный элемент. А главная атака придёт от охотников с атлатлями.

А в это время я буду сверху – контролировать периметр, давать команды, ну и одаривать неприятеля стрелами. Эта лиственница самая высокая на склоне, ветки плотные, и даже Белку не удалось бросить копьё вертикально и поравняться с верхушкой. А уж соколам из той позиции, когда начнётся паника, будет невозможным меня достать. А мне их – преспокойно. Наверное, это даже немного подло, что я буду использовать превосходство в высоте, когда на это рассчитывали они.

– И всё же… на войне все средства хороши, – прошептал я, устраиваясь поудобнее в природной рогатине.

Отсюда я видел весь склон, скальную кромку, часть плато, подходы с двух сторон от рек. Даже наблюдал один из манекенов на окраине площадки внизу. Мы сделали несколько подобных, чтобы они создавали видимость караула. А на деле это были шкуры и палки, лишь в общих чертах похожие на фигуру человека.

– Ууу-ух! Куу-ви! – разнеслось со стороны реки.

И этот звук, практически неотличимый от крика совы, был знаком: «Они идут».

«Молодец, Диг!» – подумал я.

Паренёк был лучшим в имитации звуков. Хотя все из их племени были в этом хороши. Звуками они оперировали так же, как волки – жестами. Оттого и их увлечённость музыкой. И теперь мы имели в своём распоряжении оба таланта, соединив их в одну систему.

Теперь же дело было за мной. Я лучше всех видел склон, на светлом фоне тёмные силуэты точно не пропущу. И мой сигнал будет началом атаки. Я аккуратно достал костяной свисток из-за пазухи. Если Тик и Гуна не подведут – соколы падут за считанные минуты. А после них мы двинемся на стоянку за оставшимися.

Я ждал, глядел почти не моргая. Ветер щипал кожу, забираясь под ворот через капюшон, холодил мокрую от пота спину, покачивал ветви, на которых я сидел без единого движения. Пальцы сжимали рукоять лука, касались оперения стрелы, уже изнемогая от желания. В губах был зажат свисток. Мне приходилось дышать медленно, через нос, выпуская рассеянные облачка пара, что оседали на верхней губе.

В те минуты всё перестало иметь какой-то смысл. Глаза следили лишь за небольшим участком шириной десять метров. Мозг работал над одной задачей – уловить и осознать фигуру человека. Я был как бегун на старте, что видит только трассу и ждёт выстрела стартового пистолета.

И вскоре я увидел первого охотника. Невысокий, с дротиком в руке, он нерешительно выбрался на тот самый десятиметровый пятак. И в миг мои щёки вспыхнули жаром, кровь словно вскипела в жилах. Все мускулы разом натянулись. Но спешить было нельзя. Нужно было ждать остальных, нельзя, чтобы они оказались по другую сторону пламени.

«Раз, два, три… десять… – насчитал я, когда все они были на том самом пятаке. Я видел, как они общаются жестами, крутят головами в поисках Шанд-Ийя, что, по всей видимости, должен был ждать их на этом месте. – Филина нет… чёрт! Значит, пошёл с фланга!»

Ну и ладно, так даже лучше. Я рассчитывал на возможность взять его живьём. Была у меня одна идея.

Несколько охотников уже выглядывали за кромку, осматривая наше плато. Они должны были поднять шум, чтобы мы вышли из шалашей. Но не спешили, следили за обстановкой. И, похоже, начали что-то подозревать, судя по активной жестикуляции. Но больше ждать и не требовалось.

Я сжал губы и несильно дунул!

– Фью-ю! – разнеслось вокруг.

И краем глаза на периферии я увидел, как сверкнула искра, а через миг услышал, как камень чиркнул о камень.

И тут же вспыхло пламя! Огонь как змей потянулся к соколам с двух сторон! Отрезал их по бокам и осветил рыжим светом!

– Бей! – выкрикнул я, выплюнув свисток и одновременно натягивая тетиву.

Слева от меня засвистели первые камни! Они прорывались через стволы деревьев, какие-то ударяли по дереву, другие полетели прямо к цели!

Бам! Камень угодил в голову одному из мужчин, тот пошатнулся в сторону края!

– АА-ААА! – закричал он и полетел вниз со стены.

И в тот же миг я выпустил стрелу! Та помчалась в кучу метавшихся, не знающих себя от шока и страха мужчин! Наконечник пробил грудину одному, а я уже накладывал новую стрелу! Полетели дротики снизу! Волной налетели на соколов и унесли две жизни: один попал в ногу и увлёк мужчину вниз по стене, другой раздробил череп на месте!

За несколько секунд половина мужчин, окружённых пламенем, погибла!

– Бежим! Туда! – крикнул один из них, бросившись по огненному коридору.

Но не пробежал он и десятка метров, как моя стрела вонзилась ему в область ключицы! А следом живот пробил дротик, выпущенный кем-то из тех, кто был внизу!

А камни всё летели! Свистели дротики! А я уже спешил вниз!

Когда нога коснулась земли, все были мертвы. Но это ещё не конец.

– Идём вниз! – бросил я в лес, подхватывая щит и копьё, что стояли у дерева.

И кинулся к спуску со склона, огибая край стены. Сейчас весь он обильно освещался светом пламени.

Вскоре сбоку оказались Ранд и Белк со щитами и копьями, а позади нас пристроились Шайя и Канк с дротиками. Мы двинулись вниз, они же быстро оказались у края и начали застреливать тех, кого сумели увидать внизу.

– Будьте готовы встретить! – крикнул я, когда мы уже огибали скалу, за которой склон обращался в плато.

И когда нашему взору открылась родная стоянка, мы увидели трёх соколов, что спешили к реке. Они увидели нас и остановились. Четверо тел лежали цепочкой позади них, настигнутые дротиками Канка и Шайи. Эти же прильнули ближе к стене, в самую тень, чтобы в них было сложно попасть.

– Сомкнуться! Достать дротики! – скомандовал я, находясь по центру с копьём и щитом.

Белк и Ранд придвинулись ближе, края их щитов коснулись краёв моих. В руках у них уже ждали команды дротики у кремнёвых наконечников.

– Вперёд! – бросил я, и мы зашагали одновременно.

После многих охот с Белком мы отлично знали друг друга и двигались почти одновременно. Ранду же благодаря опыту не составляло труда подстроиться под нас. И наш небольшой строй начал надвигаться на соколов.

– Ха-я! – выкрикнул один из них и швырнул дротик.

Бам! Тот ударил в мой щит, но даже не воткнулся в него. Шерсть, шкура, ивовые прутья и лыко сработали идеально. Я ощутил толчок, но импульс мигом растворился в слоях, а остриё не пробилось сквозь щит.

– Ждём, – рыкнул я, и мы шагали дальше.

Новый дротик полетел к нам!

Бам!

Он ударил в щит Белка, пробил шкуру и повис безвольно.

И тогда я скомандовал:

– Огонь!

Белк и Ранд шагнули в сторону от меня, чтобы в образовавшийся проём бросить по дротику! Те свистнули в сторону соколов, и не успели они настигнуть цели, как щиты вновь соприкоснулись, и охотники уже доставали новые дротики из чехлов за спиной.

– АААА-АХ! – заревел один из соколов и рухнул наземь.

Другой кинулся вбок, в сторону резкого ската! Но пробежал недалеко – дротик сверху вонзился ему в спину!

А мы шли вперёд, шаг за шагом.

– Не убивайте! Я говорящий с духами! – кричал последний из трёх мужчин.

Он всё время прятался за ними, даже не решившись ударить навстречу нам.

– Ложись на землю! Руки за голову! – заревел я в лучших традициях ОМОНа.

И шаман без разговоров лёг на землю, отбросил копьё в сторону. Мы обступили его, забрали дротики и копьё. И вскоре он уже стоял на коленях перед нами, судорожно скача нервными глазками по лицам, как та куница, почуявшая неладное.

– Дай я убью его, – попросил Ранд, уже доставая нож из-за пояса.

– Не надо! За меня дадут шкур! Кости! Всё дадут! – завыл Старый Филин, едва не плача.

– Не надо, Ранд, – повёл я рукой. – Мы пролили достаточно крови сегодня, – выдохнул я, ощущая железную вонь от окисления крови. – А на него у меня ещё есть планы…

– Что ты хочешь⁈ Всё отдам! Хочешь ещё Живой воды⁈ Ты же пил её! Она дар…!

Не успел он закончить, как кулак Ранда влетел ему в скулу, послышался хруст. Старик опрокинулся на землю и заскулил от боли.

– Ранд! – бросил я.

– Я его не убил, – пожал он плечами.

– Подними его, – сказал я. – Белк, позови всех сюда.

– Да, – кивнул он.

А я посмотрел в сторону огней стоянки соколов. Сегодня они обрекли всю общину на погибель. Там остались одни женщины, дети, самые жалкие из мужчин, которых не удостоили охоты. Можно сказать, что их племя сегодня умерло. И всё потому, что они недооценили противника.

Мой взгляд скользнул дальше по долине, туда, где она изгибалась змеёй, уходила с рекой вбок. На одном из тех склонов, за сосновым бором, была пещера. И там я встречусь с Вакой. С волками.

И я… не буду недооценивать своего противника.

Глава 15

– Шагай давай быстрее! – Ранд ткнул шамана древком копья в спину. – У тебя руки связаны, не ноги! Шагай!

– Мы не спешим, Ранд, не горячись.

– Да не горю я, но хотелось бы к свету управиться, – раздражённо ответил охотник.

– Управимся, не волнуйся.

Мы шагали по низине долины в сторону соколиных костров. Впереди шли Канк, Шайя и Белк со щитами и дротиками – наш авангард на случай, если начнётся буча. За ними ковылял Такра со связанными за спиной руками, а за ним и мы.

– Значит, Кай-Хак не знал о том, что ты на нас пойдёшь? – спросил я.

– Отвечай! – Ранд стукнул древком между лопаток шамана.

Тот споткнулся и упал на колени, а затем распластался на земле.

– Вставай, Филин. Сам вставай, тебя никто не тронет, – проговорил я.

Тот неуклюже перевернулся на бок, поджал ноги и встал. Повернулся ко мне и злобно вгляделся в глаза, не произнося ни слова.

«Какой гордый, будто и не он недавно скулил и молил не убивать», – подумал я с отвращением.

– Ты предал свою кровь, сокол! – прошипел он. – Серое Крыло не простит тебя!

– Ранд, – только и бросил я, как охотник рванул древко и ударил Филина под колено.

– К-ха! – выдохнул он от боли и вновь упал на колени.

– Мне достаточно слова, чтобы дать ему волю, – я махнул в сторону Ранда, который жутко осклабился. – Кай-Хак отправил тебя с мужчинами к нам? Или ты опоил его и сам повёл их?

– Сам! Он слабый сокол! Разум его слаб!

– Слаб, – кивнул я, – и ты очень постарался, чтобы так произошло. Поил его живой водой, подчинял его волю. И добился успеха. Когда ты собирался убить его и повести соколов?

Тот оскалил жёлтые зубы, но Ранд сделал шаг, и лезвие копья оказалось у шеи шамана.

– Когда привёл бы женщин… Больше он не нёс силу своего отца… Он трус, слабый трус.

– А мне кажется, что он, в отличие от тебя, как раз не трус. И разумом он не обделён, пусть ты и лишил его воли им распоряжаться. Он недаром дрался со мной, щупал, на что способен тот, кто ведёт волков и оленей. И сделал выводы. Ты ведь предлагал ему напасть, да?

– И он струсил… испугался кучки щенков и женщин!

– Ха-ха! – рассмеялась Шайя, глядя на шамана. – Эти щенки и женщины вам перья повыдирали, точно куропаткам!

– Вы, гиеньи… – только и успел бросить шаман, как его внезапно прервало древко, ударившее в дыхало.

– Ха! Ах! – выдохнул он, хватая ртом воздух.

– Вставай, – сказал я. – Тебя твой вождь ждёт.

Значит, Кай-Хак не был в курсе авантюры Такры. Либо ответил отказом. А может, шаман его выгораживал. Варианты могли быть разные. Но суть заключалась в том, что их община за одну ночь потеряла почти всех мужчин, всех охотников. У них остались женщины, может, несколько не особо воинственных мужчин. Шаман обрёк своих же на смерть. Таким составом им будет почти нереально выжить. Может, только зиму на тех запасах, что успели скопить. А дальше – только вливаться в чью-то чужую общину.

И невольно закрадывалась мысль, что я мог бы заиметь пополнение в свою интертотемную общину. Соколы, волки, олени… звучало весьма прогрессивно.

Нас заметили ещё на подходах к стоянке. Костры осветили процессию, и люди начали опасливо кучковаться вблизи крайнего шалаша. Кто-то побежал к большому шалашу вождя, другие начали суетливо вооружаться копьями. Но те три с небольшим десятка человек были детьми, женщинами и калеками. И всё же среди них имелось два десятка взрослых, способных задавить нас числом. Поэтому мы не проходили дальше – ждали.

– Выведи его вперёд, пусть видят, с кем мы пришли, – сказал я Ранду.

– Выходи вперёд! Пропустите слышащего духов! – с насмешкой вещал Ранд.

Шайя и Канк расступились, пропуская его. Белк подошёл ко мне.

– На колени, Филин! – бросил охотник и стукнул шамана по ноге, отчего тот вновь упал.

А люди шептались, никто не подходил. Они, вероятно, не понимали, почему мы пришли с одним только шаманом. Куда делись остальные охотники? Что сталось с их мужчинами, с отцами детей? Большинство из них точно были в курсе того, что затевалось. И знали подробности. И не могли поверить, что их соплеменники уже не вернутся.

– Что дальше будешь делать? – тихо спросил меня Белк.

Ему не нравилась сама идея того, что мы пойдём к соколам. Мы их победили, разгромили без единой потери. И нам бы укрепиться на случай, если придут остальные. И праздновать, благодарить духов. Он, как и положено, желал перерезать шаману горло, но не как Ранд – ради самого факта отмщения, а как дар Волку, исключительно ритуально. И не мог понять, зачем я желал отдать того, кто напал на нас. Даже он, весьма неглупый парень, осознать смысл не мог.

– Мы много крови пролили, не думаешь? – спросил я.

– Недостаточно, чтобы впредь крылатые не решили пойти на волков.

– Считаешь, что лучше вырезать их всех? Женщин, детей?

– Они не забудут, что мы пустили их кровь, Ив. Как Ранд не забудет, что ты повинен в смерти Руши. Ты знаешь, что я думаю.

И да, я знал. Белк был практичным. Он считал, что Ранда стоит убить. Что он опасен в будущем. Как опасны и соколы – те, что останутся в живых и будут нести память о произошедшем. Предотвратить опасность до её зарождения. А Ранд, к моему удивлению, поддерживал его. Только уже со своей точки зрения – убить оставшихся и забрать то, что у них есть, ведь им оно без надобности, раз их община обречена.

И я мог понять их обоих. Как и то, что это соседняя от Ваки тропа. После произошедшего каждый из нас осознал, насколько мы превосходим иные общины в технической области, в тактике и знаниях. И каждый сделал соответствующие выводы. Эта битва стала переломным моментом для многих. И для меня тоже.

– Они ошиблись, решившись напасть на нас, – я посмотрел на друга. – Их ошибка стоила им многих жизней. Никто из них не решится напасть, зная, на что мы способны. И если бы они знали это раньше, такую ошибку не допустили бы. И пусть это знание пойдёт дальше, растечётся по иным стаям, кои они встретят. Или отправится на Ту сторону. На то лишь воля духов.

– Ты не Вака… – тихо сказал он. – И кровь их прольёшь не ради того, ради чего льёт Вака. А ради нас, ради своей стаи, – он всё пытался убедить меня, что уничтожение целой чужой общины – благо для нашей.

Но стоило мне пойти на поводу у него, у Ранда – это стало бы нормой, я легитимизировал бы подобные решения. И моя община и дальше двигалась бы, зная, что такое дозволено. Тогда не шла бы речь о борьбе с Вакой и его методами, мы сами стали бы подобны ему, лишь прикрываясь якобы иными мотивами. Нет, я не позволю.

– Нет, – чётко ответил я, смотря в глаза Белка. – Мы защитили себя. Никто из наших не погиб. Силу мы тоже продемонстрировали. Нам не за что мстить, нет причин убивать их всех. Это моё слово. И я хочу, чтобы ты поддержал меня, Белк, – надавил я.

Он всё ещё хмурился, явно был недоволен моим решением. Но всё же его вера в меня, наши отношения – пересилили его собственные желания и гордыню. Он кратко кивнул.

А тем временем я заметил, как от толпы перешёптывающихся людей откололась одна фигура и спешно двинулась к нам. На ней была красивая белая волчья шкура, кою я не видел раньше. Така не оглядывалась, перебирала ногами с решительностью человека, принявшего окончательное решение. Хотя она приняла его ещё в тот миг, когда позвала меня той ночью.

Передний ряд тут же ощетинился копьями, завидев, что к нам кто-то идёт. Но Ранд опередил меня со свойственным ему ироничным юморком:

– Чего копья выставили? Не видите – волчица идёт! – весело сказал он.

Те переглянулись, уставились на меня.

– Пустите, она моя кровь, – сказал я, встретившись глазами с Такой.

– ТАКА! ГИЕНА! ТЫ ПРЕДАЛА СОКОЛОВ! – выплюнул шаман, осознав, почему мы их ждали, почему их не встретил предатель Шанд-Ий, почему их племя оказалось разбито.

Ранд было хотел приложиться шаману древком вдоль хребта, но я его остановил:

– Не надо, Ранд.

Така приблизилась, замедлила шаг на последних метрах и вовсе остановилась в нескольких шагах от шамана. Она со страхом, перемешанным с отвращением, глядела на Такру сверху вниз. Одна её рука держала короткий рог носорога, другая касалась живота.

Я видел, как она сглотнула слюну, прежде чем заговорить.

– Серое Крыло даровал соколам знание! И наставил каждую хайку защищать своё дитя! – заговорила она. – Ты предал Большое Крыло, предал дар Серого Крыла… Он велел Кай-Хаку вести нас, как вёл его отец! И его сын повёл бы, как его отец! – я видел, как заблестели от слёз её глаза. – Но ты отрёкся от его Дара! Желал пустить кровь Хаку! И мне, что носит его Хайя! И Серое Крыло оставил тебя! ТЫ ПРЕДАЛ СОКОЛОВ! НЕ Я!

«Любовь матери к своему ребёнку не похожа ни на что на свете. Она не знает закона, не знает жалости; она дерзает на всё и безжалостно сокрушает всё, что стоит у неё на пути», – вспомнил я фразу из одного рассказа Агаты Кристи. И впрямь, нет силы могущественнее, чем любовь матери к своему чаду. И в племени, где эта структура обретала вес, быстрее любой иной зарождалась культура.

И тут пришло время мне выйти вперёд.

– Така, – позвал я. – Я защищу тебя и твоё дитя, – сказал я, выходя вперёд. – Я не прошу тебя отринуть перья, не прошу отрастить клыки. В моей стае рады волку, рады оленю и соколу. Мы пустим тебя к своему костру, как пустили когда-то меня. И мы никогда не поднимем ножа на дитя или мать, – я говорил громко, так, чтобы каждый услышал.

– Да… брат… – тихо кивнула она.

– Стань позади, – махнул я головой и прошёл дальше, встав возле шамана.

Наверное, некоторые из тех, кто находился за моей спиной, сейчас плохо понимали, что я делаю. Ведь я говорил, что к соколам нельзя даже прикасаться. И это было правдой. Риск существовал. И я осознанно шёл на этот риск. Придётся сжечь то, что надето на ней. Провести некоторое время в карантине, но, с другой стороны, этот момент принесёт больше прогресса, чем любые технологии, дарованные мной. Така несла с собой «институт семьи», нормы матери, отца и ребёнка. Этот уклад открывал совершенно новую культурную веху.

«Уж не знаю, каким образом соколы пришли к такому прогрессу – сами или нет, но это огромный шаг в будущее. Такие структуры, как „род“, „семья“, „мать и отец“, полностью меняют структуру общины, переносят её общность и связь на другой уровень», – это было для меня очевидно, как и то, что внедрить такие устои искусственно невероятно сложно, а вот на примере – куда проще. И Така станет таким примером. Пусть я вряд ли за жизнь увижу последствия такого решения, но оно даст начало невероятной линии истории, которая на тысячи лет опередит реальную – конечно, под моим присмотром.

– Соколы! – громко привлёк я всеобщее внимание, всё ещё не видя среди них Кай-Хака. Но нужно было начинать. – Старый Филин повёл ваших мужчин, отцов ваших детей, на смерть! В желании забрать наших женщин, пустить мне и моим людям кровь! И они по его воле никогда не вернутся к вам!

– Так нужно было! Стае нужны были…! – заверещал шаман, но Шайя быстро успокоила его ударом древка.

– Стае нужны были женщины! Но стая получила только смерть! – я шагнул вперёд, пока все глядели на меня как на демона. – И вы все знаете, что вам не пережить грядущую зиму! Некому защищать вас от звериных клыков, некому добывать мясо! Такра обрёк свою стаю на смерть! Вас! Ваших детей!

Я дал им время переварить услышанное и слушал, как они шептались. Растерянные, неспособные осознать, что их ожидает, даже поверить, что они лишились мужчин. Потеря даже одного охотника – серьёзный удар, потеря же всех – смерть.

Позади послышалось приближение, я глянул через плечо и увидел Белка. Тот был такой же растерянный, как и люди впереди.

– Ты же не собираешься пустить их в стаю? – тихо спросил он, встав сбоку. – Така – это одно, но они… они отомстят. Ночью, когда ты будешь спать, кто тебя защитит?

– Ветер, – просто ответил я.

Я осознавал все риски и не собирался принимать всех, кто изъявит желание.

– Така, подойди, – позвал я.

Девушка аккуратно подошла, помня, что я не разрешал касаться меня или других. Стала в полушаге сбоку от меня.

– Я знаю, что не все соколы поддерживали Такру! Знаю, что большинству из вас не пережить зимы без мужчин! И знаю, что ваш вождь слаб – живая вода пожрала его разум и продолжает жрать тело! – громко говорил я. – А я… могу защитить вас! Могу накормить! Уберечь от чёрного духа, что всякий снег забирает жизни!

Люди затихали, начинали оглядываться и смотреть друг на друга, словно в поисках подсказки, будто кто-то мог сказать им верный ответ. Но его не было. Каждый сам должен был решиться покинуть свою общину. И для большинства это являлось самым величайшим страхом и грехом.

Но вдруг первый человек вышел вперёд. Это был мужчина лет двадцати пяти от роду. Он уже обзавёлся кривыми шрамами на лице, судя по всему, от когтей. Но с первого взгляда он выглядел здоровым, сильным мужчиной.

«А почему он не был рядом с Такрой и остальными? – подумал я. – Сомневаюсь, что он непригоден».

– Меня звать Шикта! – басом произнес он. – Я желаю пойти с Такой! Пойти с тобой – вождь волков, оленей и соколов!