Текст книги "К востоку и западу от Суэца: Закат колониализма и маневры неоколониализма на Арабском Востоке"

Автор книги: Леонид Медведко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 33 страниц)

Такая политика и практика израильских оккупантов, естественно, не могли способствовать созданию условий для выполнения ноябрьской резолюции Совета Безопасности ООН. Напротив, все это возводило непреодолимые барьеры на пути ее реализации и отдаляло перспективы урегулирования конфликта. Вот почему за год после принятия резолюции JV® 242 миссия Ярринга нисколько не продвинулась вперед.

Не удивительно, что министр иностранных дел Израиля А. Эбан в выступлении на XXIII сессии Генеральной Ассамблеи ООН и в своем меморандуме Г. Яррингу в октябре 1968 года вообще обошел полным молчанием главный пункт резолюции Совета Безопасности ООН о выводе израильских войск с захваченных арабских земель И эта колонизаторская политика израильских агрессоров находила полное понимание и активную поддержку американских неоколонизаторов.

США хотя и голосовали за резолюцию № 242 в Совете Безопасности, с самого начала кризиса практически поддерживали оккупацию Израилем арабских земель и не предпринимали никаких шагов для того, чтобы ускорить вывод его войск. Не случайно в изложенных президентом Л. Джонсоном 19 июня 1967 года «пяти принципах» упоминалось о признании прав народов на национальное существование, о справедливости по отношению к беженцам, об обеспечении беспрепятственного прохода судов по морским коммуникациям, об ограничении гонки вооружений, о политической независимости и территориальной целостности для всех, но ни слова не говорилось об отводе израильских войск с оккупированных арабских земель и о национальных правах арабского народа Палестины Таких взглядов придерживались и те, кто претендовал заменить Джонсона на посту президента. Сенатор Г. Хэмфри прямо заявил, что возвращение к обстановке, существовавшей до начала военных действий 4 июня 1967 года, «было бы не путем к миру, а путем к новой вспышке военных действий» Перечисляя же принципы мирного урегулирования на Ближнем Востоке, он даже не упомянул о палестинской проблеме[125]125
  Near East Report, 16. V. 1968.


[Закрыть].

Стратегия империализма США в первый период после июньской войны сводилась к тому, чтобы, с одной стороны, осуществлять военный нажим на арабские страны с помощью Израиля, как ударной силы колониализма, а с другой стороны – использовать стремление арабских народов к миру Шантаж войной и спекуляции на мире – такова была действительная сущность маневров американской дипломатии.

Американские дипломаты, политологи и пропагандисты усиленно пытались обосновать «правомерность» израильской агрессии, которая изображалась в качестве превентивной меры. Такую точку зрения, хотя она противоречит историческим фактам, США отстаивали в своей официальной политике в течение всех шести лет, последовавших за «шестидневной войной», и только октябрьская война 1973 года заставила внести в нее некоторые коррективы.

О выводе израильских войск даже не упоминалось в предвыборных речах кандидатов в президенты США. Р. Никсон откровенно ратовал за «усиление военной мощи Израиля» и критиковал демократов за непоследовательность ближневосточной политики США.

С приходом к власти республиканская администрация США стала проявлять еще больше рвения в финансовой и военной поддержке Тель-Авива, хотя и демократов несправедливо было упрекать в скупости. По неполным американским данным, за время с июня 1967 до конца 1969 года Израиль получил из США почти на миллиард долларов военного снаряжения Непосредственно после июньской войны 1967 года финансовая помощь агрессору из-за океана составляла в среднем 700—800 миллионов долларов ежегодно[126]126
  Carré O. Proche Orient entre la guerre et la paix. Paris, 1974, p. 112.


[Закрыть]. Кроме того, крупные суммы направлялись в Израиль по частным каналам Некоторые американские сионисты (Ч. Бассин, У. Аннеберг, Д. Вейлер, У. Розенвальд и другие) направили израильскому правительству со счетов своих компаний по одному миллиону долларов[127]127
  Donowan R. Six Days of June, p. 139.


[Закрыть].

Что же касается непоследовательности ближневосточной политики США, то она этим характеризовалась в периоды правления как демократов, так и республиканцев.

В начале 1968 года по поручению координационного комитета республиканской партии был опубликован доклад «Продолжающийся кризис на Ближнем Востоке», подготовленный созданной еще осенью 1967 года группой во главе с бывшим послом США в Ираке Джулиусом Холмсом. В этом докладе также выдвигалось требование о необходимости выработки новой американской политики на Ближнем Востоке и давался ряд рекомендаций на этот счет. Среди них особый интерес представляло предложение добиваться «равновесия сил» не просто между Израилем и арабами, а между Израилем и «умеренными», то есть реакционными арабскими странами, с одной стороны, и прогрессивными или, как их называют авторы, «воинственными», «недружественными арабами», получающими советскую боевую технику,– с другой стороны

Стоит отметить, что самый термин «недружественные арабы» был позаимствован в этом документе из первых британских колониальных договоров на Арабском Востоке, относящихся к началу XIX века В "последующей ближневосточной политике США этот тезис получил развитие в ориентации на арабскую феодальную реакцию, тем более что во всем этом регионе американский империализм во все возрастающей мере выступал в качестве преемника и «наследника» британского колониализма, стремясь при этом модернизировать его методы и дополнить их своими чисто неоколониалистскими приемами.

В упоминаемом докладе речь шла не столько о пересмотре политики, сколько о попытках возродить прежний неоколониалистский курс, который США стремились проводить сразу после суэцкого кризиса на основе «доктрины Эйзенхауэра».

Подобные же рекомендации содержались во многих выступлениях участников состоявшейся в конце 1968 года конференции -по ближневосточным проблемам в Академии политических наук при Колумбийском университете Материалы этой конференции были затем опубликованы в сборнике с претенциозным заглавием «Советско-американское соперничество на Ближнем Востоке». Во вступительной статье составитель этого сборника – американский реакционный политолог Дж. Гуревиц особо подчеркивал необходимость «поддерживать военное превосходство США» на Ближнем Востоке, «стать выше арабо-израильского конфликта и развивать дружбу с арабскими государствами», сосредоточив главные усилия американской дипломатии на «консервативных» арабских странах. Вместе с тем его коллега – профессор военных наук Л. Мартин признавал в своем докладе нереалистичность требований о «полном удалении советских военно-морских, а также, вероятно, и военно-воздушных сил из Средиземноморья» и предлагал искать соглашения об ограничении вооружений для стран этого района[128]128
  Hurewitz J. (ed.). Soviet-American Rivalry in the Middle East. New York., 1969, p. 2, 73


[Закрыть].

Еще более определенно политика США на Ближнем Востоке подвергалась резкой критике в книге видного американского финансового деятеля и публициста, бывшего советника президента Рузвельта Джеймса Уорбурга «Ближневосточный перекресток Обзор арабо-еврейских отношений в исторической и европейской перспективах» Пока такая политика будет продолжаться, писал Уорбург, США будут объединяться с «феодальными, нефтедобывающими государствами против бедных нефтью арабских стран, которые борются за социальный и экономический прогресс при поддержке, оказываемой Советским Союзом». Эта политика, говорится в книге, представляет США в роли противника прогрессивных изменений и отводит Израилю место главной военной опоры политико-экономического статус-квб.

Уорбург подчеркивал в своей книге, что сохранение мира на Ближнем Востоке зависит от сотрудничества США и СССР, которое могло бы быть организовано в рамках ООН или какой– либо новой международной организации, «способной не только сохранить мир, но и выступить посредником в конфликтах, не допуская их перерастания в вооруженное столкновение»[129]129
  Warburg J. Crosscurrents in the Middle East. London, 1969, p. 236, 222.


[Закрыть].

В свою очередь, орган деловых кругов Соединенных Штатов журнал «Бизнес унк» отмечал, что новая вспышка войны на Ближнем Востоке может вызвать репрессалии со стороны арабских правительств против нефтяных компаний, начиная с национализации и кончая эмбарго на поставки нефти[130]130
  Business Week, 26. IX 1970.


[Закрыть]. Это было серьезное и, как показали последующие события, весьма обоснованное предупреждение дирижерам политики США на Ближнем Востоке.

Все эти критические выступления, высказывания и предостережения отражали растущее беспокойство политических и деловых кругов США возрастающими негативными последствиями затягивания арабо-израильского конфликта. Администрация Никсона, убедившись, что миссия Ярринга зашла в тупик, сразу после, прихода к власти в поисках выхода из этого тупика попыталась заставить Насера пойти на уступки Израилю. В конце 1968 года Каир одновременно посетили государственный секретарь Д. Раск и министр финансов Р. Андерсен. Вслед за этим визитом состоялась серия американо-египетских контактов неофициального характера,

В декабре 1968 года Каир также посетил личный представитель Никсона Уильям Скрэнтон. Этот визит получил широкое освещение в арабской и прежде всего в египетской печати. «Идет много разговоров,– писала в те дни каирская газета «Ахбар аль-Яум»,– о новом американском проекте решения (ближневосточного) кризиса». Однако– вскоре та же газета констатировала, что ничего нового и конструктивного в этом проекте обнаружить не удалось.

В ходе проводившихся в Каире американо-египетских переговоров и контактов Вашингтон уже в тот период прощупывал возможность достижения при американском посредничестве сепаратной договоренности между Египтом и Израилем об урегулировании конфликта на основе односторонних уступок с египетской стороны. Однако американским дипломатам и дельцам, как и в 50-х годах, снова не удалось «подобрать ключи к Насеру». Египетский лидер категорически отказался идти на какие-либо сепаратные сделки с агрессором. Он готов был и в ряде случаев шел на компромиссы, но не за счет уступок Б принципиальных вопросах, касавшихся судеб египетской революции и всего арабского освободительного движения. От позиции борьбы за полную ликвидацию последствий израильской агрессии, за свободу, независимость и суверенитет всех арабов, включая арабский народ Палестины, неоколонизаторы не могли заставить его отступить ни посулами, ни обещаниями об оказании американской «помощи», ни шантажом и угрозами.

Насер был не просто искусным политиком, но и гибким революционным демократом. В борьбе на несколько фронтов он умел отличать временных попутчиков от надежных друзей и долгосрочных союзников. Даже в самых трудных условиях после проигранного военного сражения с сионистским Израилем, опирающимся на поддержку мирового империализма, он сумел консолидировать и, по существу, возглавить общеарабский фронт, придав ему антиимпериалистическую направленность, несмотря на участие в нём объективных союзников неоколониализма – арабских, монархических государств.

Сосредоточивая усилия на укреплении обороноспособности и военного потенциала Египта, Насер добился получения от них финансовой помощи (более 90 миллионов фунтов стерлингов ежегодно) в счет компенсации потерь от закрытия Суэцкого канала. И он это сделал не ценой отступления от главных принципов египетской революции и арабского освободительного движения, а лишь за счет второстепенных уступок (вывод египетских войск из Йемена); его целью было способствовать усилению арабского фронта борьбы против израильской агрессии Временные отступления и уступки как внутренней буржуазии, так и арабской реакции Насер делал в конечном итоге не для свертывания, а для дальнейшего развития египетской революции и укрепления арабского освободительного движения.

В борьбе с продолжавшейся вооруженной агрессией Израиля и в противоборстве с происками неоколониализма он находил самую надежную опору в лице Советского Союза, других стран социалистического содружества, всего мирового революционного движения. Вместе с тем на определенных этапах в целях противодействия политическим маневрам США и оказываемому ими на Египет нажиму Насер умело использовал существующие разногласия и противоречия между американскими и западноевропейскими империалистами, которые в большей степени, чем США, испытывали на себе негативные последствия израильской агрессии.

Западноевропейские страны все больше сознавали, что их политические издержки и экономические потери на Ближнем Востоке – это прямой результат откровенно просионистского курса Вашингтона, сделавшего ставку на Израиль для достижения неоколониалистских целей США в этом регионе Вот почему сразу вскоре после израильской агрессии против арабских стран в Западной Европе наметились те тенденции переориентации ближневосточной политики, которые отчетливо проявились впоследствии во время октябрьской войны 1973 года. Если в 1956 году Франция приняла самое активное участие в «тройственной» агрессии, то в 1967 году, после того как Тель-Авив не прислушался к французскому предупреждению и совершил нападение на арабские страны, она не только осудила Израиль, но и наложила эмбарго на поставки Израилю боевых самолетов, за которые частично было уже уплачено.

В ФРГ еще до июньской войны 1967 года подвергалась критике нереалистичная политика тогдашних правящих кругов за их поддержку Израиля в ущерб отношениям с арабскими странами, прежде всего с Египтом. В 1968 году западногерманский журналист Имхоф в своей книге «Дуэль в Средиземном море» напоминал, что ФРГ на 70 процентов зависит в своем энергетическом снабжении от Ближнего Востока, подчеркивал необходимость развития деловых связей с арабами[131]131
  Imhoff С. Duell im Mittelmeer. Freiburg, 1968, S. 139.


[Закрыть]. Во время военного конфликта Бонн, в отличие от суэцкой войны, занял, как пишет Имхоф, не просто нейтральную позицию, а старательно придерживался курса невмешательства, во всяком случае, не поддерживал агрессора.

Из крупных западноевропейских стран только Англия в этот период продолжала следовать в фарватере ближневосточной политики США. Но и там раздавались все громче голоса критики Вашингтона и английского Форин оффиса за их просчеты на Ближнем Востоке. Выступая в начале ноября 1967 года в палате общин, Гарольд Вильсон вынужден был признать, что закрытие Суэцкого канала, бездействующего в результате израильской агрессии, обходится Англии примерно в 20 миллионов фунтов стерлингов ежемесячно[132]132
  Tribune des Nations, 3.XI.1967


[Закрыть]. Если учесть, что к концу 1968 года потери Англии только из-за бездействия Суэцкого канала, не считая потерь от значительного сокращения внешнеторгового оборота с арабским миром, составили более 300 миллионов фунтов, не трудно понять, почему именно Великобритания выступила в ноябре 1967 года в Совете Безопасности инициатором принятия резолюции № 242, требующей вывода израильских войск с оккупированных арабских территорий наряду с ликвидацией других последствий израильской агрессии. Как писала французская газета «Трибюн де насьон», «упорство Насера, реакция России и Франции подрезали крылья молниеносной победе» Израиля, и первой жертвой этого стала именно Англия, которая, оказавшись «слишком привязанной к Америке, не смогла выступить в свою защиту»[133]133
  Ibidem.


[Закрыть].

Двойственное положение Англии определяло противоречивую политику Лондона в вопросах ближневосточного урегулирования.

Казалось, именно Форин оффис должен был бы проявить инициативу для поиска выхода из тупика, в который по вине Израиля зашла миссия Ярринга, осуществлявшаяся в рамках резолюции № 242. Вместо этого Англия действовала заодно с США в проведении политики фактического затягивания ближневосточного кризиса и поощрения Израиля, отказывавшегося под различными предлогами от выполнения в комплексе всех требований ноябрьской резолюции Совета Безопасности. Более того, США и Англия старались даже как-то оправдать ничем не оправданные аннексионистские притязания Израиля, выдвигавшиеся под предлогом обеспечения его «безопасных границ».

Когда в апреле 1969 года по предложению Франции начались консультации постоянных представителей четырех держав в Совете Безопасности по вопросу о миссии Ярринга на Ближнем Востоке, США и Англия настойчиво пытались обусловить выполнение основного положения резолюции № 242 о выводе израильских войск установлением «безопасных и признанных границ» Израиля, уклоняясь вместе с тем от каких-либо уточнений,, расшифровывающих это понятие США при английской поддержке добивались признания самого принципа целесообразности внесения некоторых «ректификаций» (изменений) в начертание будущих границ между арабскими странами и Израилем. В то же время израильские политики не стеснялись растолковывать свою позицию в том смысле, что речь должна идти о «крупных ректификациях». Между тем и из резолюции № 242 и из Устава ООН вытекает принцип недопустимости приобретения территории путем войны.

Тем временем Израиль усиливал военный нажим на арабские страны, особенно на Египет, надеясь в сочетании с дипломатическими маневрами англо-американских империалистов «дожать» арабов военными методами.

«Война на изнурение»

Израильские агрессоры не только осуществляли массовый террор и репрессии против мирного арабского населения в оккупированных ими районах. Уже в начале июля 1967 года они начали совершать разбойничьи налеты на лагеря беженцев, жирные арабские селения и города, расположенные по другую сторону линии прекращения огня. Суэцкий канал вскоре превратился снова в линию фронта затяжной позиционной войны. Каждая из сторон рассматривала ее как продолжение военной конфронтации «на изнурение».

Но цели сторон и используемые ими методы были разными. Если Израиль, по существу, продолжал вооруженную агрессию, то Египет и другие арабские страны вели справедливую борьбу за отражение этой агрессии и ликвидацию ее последствий. Противоположность целей «войны на изнурение» находила отражение в способах и методах ее ведения конфронтующими сторонами.

Израильские .агрессоры вели войну не столько против регулярной армии Египта, сколько против его мирного населения. Чуть ли не ежедневно, а иногда и по нескольку раз на день рвались бомбы и снаряды в жилых кварталах Суэца, Исмаилии, Порт-Саида. По дорогам, ведущим из этих городов и других населенных пунктов приканальной зоны в глубь страны, вновь потянулись колонны грузовиков и обозы с беженцами. Сразу после войны к 35 тысячам беженцев, эвакуировавшимся из оккупированных районов Синая, прибавилось 210 тысяч, покинувших зону Суэцкого канала[134]134
  Couland J. Israel et le Proche Orient arabe. Paris, 1969, p.115


[Закрыть].

Сотни убитых и раненых мирных жителей, тысячи людей, лишившихся крова, земли, работы Дымятся руины, зияют пробоины на фасадах школ, больниц, мечетей, жилых домов. Бездействует Суэцкий канал. Застигнутые войной полтора десятка иностранных судов остались надолго стоять здесь заложниками войны, развязанной израильскими агрессорами. Разрушенный израильскими снарядами монумент с каменной львицей, который был поставлен англичанами у входа в Суэцкий канал в годы первой мировой войны, как бы символизировал нарушенное в зоне канала судоходство . После Суэцкой авантюры 1956 года Моше Даян, который возглавлял тогда генеральный штаб Израиля, считал, что «ошибка наступающих частей» заключалась, дескать, в том, что они, выполняя резолюцию ООН, «рано остановились».

В первые же дни возобновившейся «воины на изнурение», которую повел Израиль против арабов, иностранная печать опять писала, что израильские, а также многие американские руководители «считают ошибочным» решение о прекращении военных действий Израилем в июне 1967 года, поскольку не были достигнуты главные цели агрессии. И арабские, и западные газеты резонно ставили тогда вопрос: «Не пытаются ли Тель-Авив и, Вашингтон исправить эту «ошибку»?»

Египетские войска не оставляли безответными вооруженные провокации израильских агрессоров. Подвергая артиллерийскому обстрелу их позиции на восточном берегу Суэцкого канала* и совершая .периодические десантно-диверсионные операции против врага, египтяне стремились помешать ему закрепиться на оккупированной территории и демонстрировали свою готовность дать отпор агрессору в ходе затяжной войны.

В октябре 1967 года был потоплен израильский эсминец «Элат», вторгшийся в территориальные воды Египта в районе Порт-Саида. Полученный агрессором отпор показал ошибочность расчетов Тель-Авива на то, что арабам долго не удастся восстановить свой военный потенциал. Египетская артиллерия наносила всё более ощутимые удары по оккупантам, окопавшимся на западном берегу Суэцкого канала.

Агрессоры вымещали свою злобу на мирном населении. 24 октября они подвергли новому массированному артиллерийскому обстрелу Суэц, нанеся большой ущерб портовому хозяйству и разрушив две нефтеочистительных установки. Израильские бомбардировки стали настолько безжалостными, что в конце октября 1967 года Насер принял решение полностью эвакуировать три города, расположенные в приканальной зоне (Порт– Саид, Исмаилию и Суэц), откуда более 400 тысяч новых беженцев; хлынули в Каир и в другие глубинные районы Египта[135]135
  Heikal M. The Road to Ramadan. London, 1975, p. 55


[Закрыть].

В западной и израильской литературе можно встретить утверждение, якобы «войну на изнурение» первым тачал Египет. Однако факты в их хронологической последовательности свидетельствуют о том, что президент Насер лишь принял вызов израильтян. Продолжая оккупацию арабских земель и осуществляя эскалацию военных действий, агрессор хотел «как можно больше унизить своего противника», еще больше ослабить его военный потенциал, увеличить экономические трудности, осложнить внутриполитическое положение, особенно в Египте, и добиться в конце концов свержения прогрессивных режимов, а также полной капитуляции арабов.

В создавшихся условиях, как признает американский исследователь И. Глассмен, для Насера единственным выходом было перейти тоже к «войне на изнурение», которую он в действительности объявил лишь в середине 1969 года[136]136
  Glassman J. Arms for the Arabs, p. 69.


[Закрыть].

Насер сознавал, что с помощью позиционной затяжной войны он не сможет заставить израильтян освободить все оккупированные арабские или хотя бы египетские земли. Однако он рассчитывал использовать «войну на изнурение» как рычаг военного давления на Израиль, чтобы вынудить его держать свои войска в максимальной степени отмобилизованными, создать для него дополнительные экономические и моральные трудности, а также добиться своеобразного военного равновесия Все, вместе взятое, могло бы заставить Тель-Авив согласиться на выполнение соответствующих резолюций ООН о политическом урегулировании конфликта

Западные военные исследователи, в частности английский историк майор О’Бэллэнс в книге «Электронная война на Ближнем Востоке 1968—1970 годов», выделяют в «войне на изнурение» два этапа. Первый этап охватывает период с июля 1967 по май 1969 года, когда военные действия велись якобы главным образом сухопутными войсками в зоне Суэцкого канала с применением обычных боевых средств, в основном артиллерии Второй этап – с середины 1969 по август 1970 года – в западной литературе называют иногда «электронной войной», поскольку в этот период обе стороны широко использовали авиацию и современные средства ПВО, включая зенитно-ракетные комплексы[137]137
  O’Ballance E. The Electronic War in the Middle East. 1968—1970. London, 1975, p. 11.


[Закрыть].

С такой периодизацией нельзя полностью согласиться, ибо если Египет в самом деле до середины 1969 года ограничивался главным образом применением артиллерии в зоне Суэцкого канала, то Израиль как на первом, так и на втором этапе использовал диверсии и воздушные налеты не столько против военных, сколько против гражданских объектов Египта, Иордании, Сирии и даже Ливана Для этого достаточно хотя бы вспомнить такие бандитские налеты израильской военщины, как бомбардировка в конце октября 1968 года трансформаторной станции Наг-Хаммади в южном Египте, ряд других диверсий по взрыву мостов и ирригационных плотин на Ниле, периодические обстрелы и бомбардировки иорданских селений и лагерей палестинских беженцев в долине Иордана и, наконец, пиратский налет в декабре 1968 года на международный аэропорт Бейрута, где были уничтожены все стоявшие там гражданские самолеты ливанских и иностранных авиакомпаний.

С предлагаемой иностранными военными историками периодизацией «войны на изнурение» можно условно согласиться, имея в виду не виды используемого в ней вооружения и характер боевых действий, а их результативность. С середины 1969 года израильские агрессоры действительно стали применять в более широких масштабах авиацию для воздушных налетов по глубинным районам Египта, ибо результаты развязанной ими «войны на изнурение» в зоне Суэцкого канала приобретали для них все более негативный характер.

А это произошло потому, что уже к ноябрю 1967 года, как свидетельствуют М Хейкал и ряд западных историков (У. Лакёр, О’Бэллэнс, И. Глассмен и другие), боеспособность египетских вооруженных сил была практически восстановлена благодаря широкой военной помощи Советского Союза, который, по признанию У. Лакера, в этот критический для арабов период «показал себя как истинный их друг». Эти поставки в широких масштабах современного советского оружия, пишет У. Лакёр, «имели не только большое военное значение, но и важный политический смысл: Египет, проигравший сражение, имел достаточно оснований не признавать себя побежденным в объявленной длительной «войне на изнурение»[138]138
  Laqueur W. La vraie guerre du Kippour. Paris, 1974, p.15


[Закрыть].

Число вооруженных столкновений на Суэцком канале росло чуть ли не в геометрической прогрессии. Если раньше перестрелки вспыхивали по нескольку раз в неделю, то к началу 1969 года – по нескольку раз в день.

По данным, приводимым О’Бэллэнсом, ссылающимся на официальные израильские источники, Израиль с июля 1967 по апрель 1969 года потерял убитыми на всех фронтах более 700 военнослужащих; только в зоне Суэцкого канала он потерял убитыми 543 военнослужащих и 116 гражданских лиц, ранеными – 1763 военнослужащих и 629 гражданских[139]139
  O'Ballance E. The Electronic War in the Middle East, p. 61.


[Закрыть]. Однако О’Бэллэнс допускает, что эти данные, возможно, слишком занижены. В другой книге, «Силы арабских партизан 1967—1972 годов», О’Бэллэнс, отмечая резко возросшую в этот период активизацию деятельности палестинского движения сопротивления, считает, что только в течение 1968 года имело место более тысячи вооруженных стычек лишь с палестинскими партизанами (не считая Суэцкого канала), в ходе которых было убито и ранено около 900 израильтян[140]140
  O’Ballance E. Arab Guerilla Power 1967—1972. London, 1974, p. 59—60.


[Закрыть].

По другим данным израильских источников, за период с июня 1967 по середину 1970 года израильтяне в столкновениях с палестинскими партизанами потеряли 738 человек убитыми и 2728 ранеными. Однако и эти цифры, очевидно, значительно занижены. В итоговой сводке палестинской организации «Фатх» указывается, что в ходе боевых операций, осуществленных только этой организацией в указанный период, было убито и ранено 3650 израильских солдат и более 40 офицеров[141]141
  Challiand G. La resistance palestinienne. Paris, 1970, p. 69


[Закрыть].

Во всяком случае, многие иностранные, в том числе и израильские, авторы признают, что к середине 1969 года потери Израиля в живой силе на первом этапе «войны на изнурение» были больше, чем в ходе июньской войны 1967 года. Кроме того, первый этап «войны на изнурение» в зоне канала, как отмечает У. Лакёр, показал, что израильские вооруженные силы «были далеки от того, чтобы добиться превосходства, особенно в артиллерии, как в количественном, так и в качественном отношении»[142]142
  Laqueur W. La vraie guerre du Kippour, p. 16.


[Закрыть].

Не только военные, но и политико-экономические итоги первого этапа «войны на изнурение» складывались не в пользу Израиля. Все больше усиливалась изоляция Израиля на международной арене. В глазах мирового общественного мнения «.война на изнурение», которую вел Израиль, выглядела как эскалация и расширение израильской агрессии против арабских стран, действия же египетских вооруженных сил и палестинских партизан рассматривались как справедливая борьба за ликвидацию последствий агрессии Израиля, который нагло саботировал выполнение резолюций ООН по политическому урегулированию конфликта.

За агрессивную политику сионистов израильским трудящимся приходилось расплачиваться и своей кровью, и своим кошельком.

Как отмечал американский автор Д. Дэвис, более пяти лет возглавлявший агентство ООН по оказанию помощи палестинским беженцам (ЮНРВА), война не решила ни одной из важных для Израиля проблем. «Израиль... просто-напросто сместил границу вражды, но это по-прежнему граница вражды, возможно даже большей, чем раньше.. Нельзя ожидать, как, по-видимому, ожидают Израиль и западные державы, что со временем арабы устанут от войны и подчинятся миру на израильских условиях»[143]143
  Davis J. The Evasive Peace. A Study of the Zionist-Arab Problem. London, 1968, p. 96—97.


[Закрыть].

В этих условиях израильские руководители, заручившись не только политической, но и военной поддержкой США, которые в 1969 году начали осуществлять в Израиль массовые поставки наступательного оружия, включая самолеты «А-4 Скайхок» и «Фантом», решили прибегнуть к новым методам «войны на изнурение» против Египта. Главный акцент был сделан теперь на бомбардировку с воздуха военных и гражданских объектов не только в приканальной зоне, но в глубинных районах Египта. Одновременно с эскалацией воздушных налетов все более ожесточенный характер принимали и артиллерийские перестрелки в зоне канала. Во время такой перестрелки 9 марта 1969 года погиб один из самых боевых и авторитетных египетских генералов– начальник генерального штаба Абдель Монейм Риад.

В июле 1969 года израильские ВВС совершили ряд налетов на зенитные позиции египтян. В небе Египта все чаще стали завязываться ожесточенные воздушные бои. В начале 1970 года израильские самолеты подвергли бомбардировке ряд военных и экономических объектов в глубинных районах Египта и окрестностях Каира, в том числе завод Абу-Заабале, где было убито 88 рабочих. Руками израильских пилотов с американских новейших самолетов сбрасывался смертоносный груз на мирные жилища и даже на школы В результате одной из таких бомбардировок в Бахал эль-Бакаре погибло более 50 детей. И это происходило как раз в тот момент, когда дипломатия США пыталась выступить со своей так называемой первой мирной инициативой в ближневосточном урегулировании Президент Насер, вполне естественно, отверг тогда подобную «мирную инициативу», начиненную бомбами Принимая 12 апреля 1970 года заместителя государственного секретаря США Дж. Сиско в Каире, Насер прямо заявил, что от подобной «инициативы» он испытывает такую горечь, которой у него даже «не было во времена Даллеса и Багдадского пакта, а теперь, с убийством детей, рабочих и гражданского населения, она появилась»[144]144
  Heikal M. The Road to Ramadan, p. 92.


[Закрыть].

Насер сразу разгадал опасную сущность нового комбинированного американо-израильского заговора против Египта. Израильские налеты и диверсионные акты являлись составной частью этого заговора.

В этот трудный для Египта час на помощь ему снова пришел Советский Союз. По просьбе египетского правительства, лично президента Насера были приняты срочные и эффективные меры по укреплению системы ПВО Египта, результаты которых не замедлили сказаться.

Эти результаты, пишет У. Лакёр, немедленно дали себя знать и в военной и в политической сфере. «Израильские налеты в глубь египетской территории были прекращены прежде всего потому, что они слишком дорого стали обходиться Израилю – только в период с 30 июня по 7 августа 1970 года было сбито 7 израильских самолетов», в том числе считавшиеся неуязвимыми американские «Фантомы»[145]145
  Laqueur W. La vraie guerre du Kippour, p. 18.


[Закрыть].