Текст книги "Плохие парни по ваши души"
Автор книги: Лаура Тонян
Соавторы: Анна Милтон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)
Я не помню, чтобы целовал кого-то так. Даже Джейн. Настолько страстно, грубо, невозможно, горячо!
Джейн извивается в моих руках. Я просовываю язык глубже в ее рот, затем ласково прикусываю нижнюю губу, и она стонет. Громко. Когда моя рука поднимает вверх по ее шикарной ноге, я дотрагиваюсь до края ее черного чулка. Ммм… кружево. Мне нравится целовать ее и прикасаться пальцами к бархатной коже стройных бедер. Нравится трогать ее, исследовать, как раньше… но сейчас я делаю это намного грубее, чем раньше. Почему? Потому что я скучал за ней. Просто чертовски сильно. И я хочу быть грубым. Не хочу сдерживать себя. Я буду диким с ней.
Джейн выгибается, она дышит часто и томно. Я усаживаю ее на стол, не прекращая ласкать и покусывать эти сладкие губы. Срываю резким движением с нее черные кружевные трусики. Ее темные глаза затуманены. Она целует меня настойчивее, и я теряюсь в ее хрупких пальчиках, расстегивающих ремень на моих джинсах. Джейн хватает мой член рукой, оттягивая ткань боксеров.
Мы отстраняемся, оба понимая, как сильно желаем друг друга. Я так возбужден, что еще несколько непринужденных движений, и могу кончить прямо сейчас.
– Пожалуйста, – шепчет она мне в рот. – Войти в меня.
Моя девочка раздвигает ноги шире, как бы зовя меня, приглашая к себе, и ложится на спину. Я спускаюсь ниже, целую внутреннюю часть сначала одного бедра, затем другого. Провожу языком по раскаленной нежной коже. Дотрагиваюсь до лобка. Она чертовски идеальна.
– Пожалуйста, – Джейн приподнимается на локтях.
Меня не нужно просить еще раз. Я приспускаю джинсы и боксеры. Приближаю Джейн за ноги ближе к себе, а после резко вхожу в нее. Мы издаем синхронный восторженный стон от сладкого проникновения моего члена в ее киску. Я начинаю стимулировать клитор пальцем, продолжая двигаться в ней. Мне нужно, чтобы мы кончили одновременно.
Любимая вновь роняет голову на стол. Она выгибает спину сильнее, пока я довожу ее до экстаза. Джейн стонет громче, когда я начинаю двигаться в ней быстрее.
– Боже, Эйден! – выкрикивает она.
Джейн изнемогает в ожидании оргазма. В ожидании нашего с ней непревзойденного, мать его, оргазма. Уверен, моя малышка никогда не забудет это.
Что можно делать после двух часов секса? Не представляю другого варианта, как снова заняться им. Особенно, если речь идет о Джейн. Я не могу насытиться ею. Наша разлука была чертовски болезненной и долгой. Даже имея других девушек, я вспоминал о Джейн. Нет. Не так. Я всегда думал о ней. И только о ней. Моей Джейн.
Я покрываю робкими поцелуями каждый участок ее обнаженной кожи. Сейчас она сидит голая, на ее теле – не застегнутая белая рубашка. Я ласкаю языком ее соски, слушая тихие стоны , и это самый прекрасный звук на свете. Джейн цепляется в мои руки, ведь я мучаю ее своей медлительностью.
Сколько раз я довел ее до оргазма? Пять раз? Шесть? Но это же моя девочка. Ей этого недостаточно.
Мне нужно повалить ее на кровать. Я так и поступаю. Умещаюсь между ее ног. Мой дружок готов войти в нее. Он всегда готов. Джейн открывается мне шире и смотрит в мои глаза умоляющим взглядом. Ей не хватило. Она жаждет продолжения.
Хорошо.
Одним резким толчком я вхожу в нее, на всю глубину.
Джейн вскрикивает.
– Я скучал за тобой , – снова совершаю толчок.
Она прикусывает губу, и это сводит меня с ума.
– Ты хоть представляешь, как я скучал, – я замираю в ней на миг.
Джейн извивается, она стонет от наслаждения.
– Да-а-а-а, – ловит ртом воздух, пока я заполняю ее всю. – Еще, пожалуйста! Эйден! Еще…
Она хватается руками за белые простыни, продолжает кусать свои губки, и я тихо рычу на грани того, чтобы превратиться в обезумевшего зверя. Я больше не в силах терпеть. Это, черт, безумно хорошо. Я не могу сдерживать стоны. Мы издаем звуки удовольствия в унисон.
Грудь Джейн приподнимается. У нее второй размер. Даже немного больше. Это прекрасно. Идеально. Ее соски хотят, чтобы я вновь облизал их.
Но Джейн настолько тугая, что я не сдерживаюсь, запрокидываю голову назад и провожу языком по своим засохшим губам, жаждущим вкусить ее.
– Черт возьми, Джейн, – рычу я. – Такая узкая, – произношу уже шепотом.
В ответ она лишь выкрикивает мое имя и сжимает пальцы в кулаки. Я вижу ее лицо. Мы на грани оргазма, но мгновение перед самым его наступлением затягивается и становится бесконечным. Это настолько приятно, что можно свихнуться.
– Пожалуйста, быстрее, – всхлипывает любимая.
Как скажешь, детка. Все будет так, как ты скажешь.
Я ускоряюсь. Джейн все еще в моей рубашке. Никто не может представить, как это сексуально. Потому что нет никого на моем месте, кроме меня. Никто, кроме меня, не видит ее, умоляющую лишь одними губами об оргазме.
Наконец, я наклоняюсь вперед. Джейн тихо вскрикивает. Я изменяю позу и касаюсь языком ее сосков – стоны наслаждения становится громче.
– Д-а-а-а, – кричит она, погружая пальцы в мои волосы и цепляясь за них.
Я не прекращаю двигаться. Мой член твердеет внутри нее. Он набухает, и я боюсь, что может взорваться. Это запросто, когда он в Джейн. Я повышаю настойчивость своих толчков. Поднимаю голову. Джейн закрывает глаза, ее ротик округляется.
Да, детка!
Вот так.
Я чувствую то же самое. Ощущаю пульсацию в пенисе. Я хочу кончить в нее, я хочу почувствовать, каково это – когда моя жидкость вытекает из любимой девушки. Но я не могу…
Мне приходится высунуть член и кончить ей на живот.
Джейн не прекращает сладко стонать. Она кладет обе ладони на свою грудь, переводя дыхание. Мое дыхание сбивчивое и тяжелое. Моя сперма на ней. Это выглядит безумно сексуально.
Джейн Мортис – моя.
Я резко убираю ее руки от груди, склоняюсь над ней и вновь принимаюсь ласкать бардовые упругие соски.
Они такие сладкие и мягкие! Дерьмо.
– Эйден, – возбужденно шепчет Джейн, и я поднимаю голову. – Я не могу… Больше не могу… Но ты заводишь меня снова… прошу, не надо…
Я хитро улыбаюсь ей и продолжаю стимулировать пальцами соски на ее груди. А мой рот находится прямо у ее киски. Джейн приподнимается. Ее глаза встречаются с моими, и на этот миг время замирает. Я никогда не делал этого для нее. Надеюсь, что никто не делал. Я буду первым. Я, черт подери, должен быть первым. Во всем.
Джейн резко вбирает в себя воздух, когда мой язык пробует на вкус ее центр. Я кружу им по самому уязвимому месту на ее прекрасном теле.
ДЕРЬМО! ВЫ НЕ СЛЫШИТЕ, КАК ОНА СТОНЕТ!
А я слышу.
И мой член тоже. Он сходит с ума.
Руки Джейн больно сжимают мои волосы, но я игнорирую это.
– Боже, детка, – я поднимаюсь на мгновение, чтобы поцеловать ее в губы. – Ты и понятия не имеешь о том, какая сладкая.
Она останавливает меня, когда я вновь собираюсь спуститься вниз, к ее киске. Джейн прижимает свои теплые ладони к моему лицу и тянет к своим губам. Она дарит мне такой сумасшедший поцелуй, словно в него вложила всю себя.
– Эй, – смеюсь я. – Мне нужно закончить то, что я начал.
Вместо ответа Джейн опрокидывает меня на спину и садится сверху.
Она, черт возьми, садится прямиком на мой огромный стояк, заполняя себя полностью.
– Господи! – чуть ли не кричу я.
Черт!
Черт!
Черт!
Я вижу, как она прикладывает пальцы к своему клитору, продолжая то, что не дала мне закончить. Джейн доводит себя , она двигается просто дьявольски отлично! Я слега приподнимаюсь, чтобы коснуться ее совершенного живота.
Матерь Божья!
Как Джейн это делает?
Черт!
Как она ласкает себя! Это горячо, твою мать…. Только от одного вида я готов кончить.
Джейн стонет. Я понимаю, что она уже близко.
Я не выдерживаю. Поднимаюсь и захватываю ее губы в плен. Провожу ладонями по ее спине, пробираясь под свою рубашку. Джейн начинает дрожать. Теперь двигаюсь я.
Быстро. Нескончаемо жестко, принося ей боль и удовольствие.
– Эйден, – произносит она, и в ее стоне я слышу что-то еще. – Эйден!
В душе я кончаю оттого, как Джейн выговаривает мое имя. Не выразить словами, как приятно, когда с этих прелестных губ слетает твое имя. Она олицетворяет его с удовольствием. И я опьянен этой мыслью, как алкоголик дорогим виски.
Я делаю резкий толчок и, чувствуя, что кончаю, нежно кладу Джейн на спину, отпуская себя на нее.
Медленно переводя дыхание, ложусь рядом. Целую в губы, но на этот раз ласково и осторожно.
– Ты осталась при своих, – шепчу я, касаясь пальцем ее клитора.
Джейн вздрагивает и тянется ко мне. Наш поцелуй длится долго. Она придерживает меня за голову, пока я медленными, неторопливыми движениями довожу ее до экстаза. Меняю тем, играя с ней.
Быстро.
Медленно.
Снова быстро.
От этого Джейн недовольно всхлипывает, так как когда я замедляю движение своих пальцев, то отдаляю ее приближение к пику наслаждения.
Мне нравится видеть ее такой. Дерзкой, возбужденной, и в то же время незащищенной и уязвимой. Сейчас она очень женственная и робкая.
Быстро…
Медленно…
Быстрее быстрого…
– А-а-ах, – моя Джейн не может сдерживать звуки восторга. Наши лица совсем близко. Я раскрываю губы и вдыхаю в себя ее экстаз. – Прошу тебя…
– Скажи, что любишь меня, – я пользуюсь моментом.
Да, я засранец. Знаю.
Она замирает. Мои пальцы замирают. Мир вокруг нас замирает. Я медленно убираю от нее руку. Вижу разочарование в карих глазах, которое просачивается сквозь поры на коже и отравляет, вызывает помутнение рассудка.
Я знаю, что если через несколько секунд вновь прикоснусь к ее набухшему клитору, то Джейн будет вдвойне приятнее.
Я так и делаю.
Джейн начинает дрожать и закатывает глаза от удовольствия.
– Черт, – шепчет она.
Мои губы касаются ее подбородка, затем губ. Но лишь слегка. Так же, как и мои пальцы двигаются очень, очень медленно.
– Скажи, что любишь меня, Джейн, – повторяю я тихо.
– Эйден, – она еле качает головой.
– Скажи, – настаиваю я и давлю на клитор.
Сейчас она полностью подчинена мне, и я обожаю думать об этом.
Джейн крепко хватается за мою руку. Ее ногти впиваются в мою кожу. Я набираю скорость движений.
Быстро!
Черт возьми, очень быстро!
Джейн сводит брови вместе. Тихо рычит. Я не могу сдержать довольную улыбку. Люблю ее. Просто чертовски сильно.
Когда я чувствую, что она близко, то убираю пальцы.
– Не делай так, – Джейн задыхается, она пытается сама дотянуться до своей киски, но я пресекаю эту возможность.
Хватаю тонкие кисти и придерживаю их над ее головой одной рукой. Джейн не может вырваться. Она всхлипывает. Я прижимаюсь к ее губам и дарю грубый поцелуй. Очень грубый. Мы растворяемся в нем, словно сахар в горячей воде.
Когда я касаюсь ее плоти, Джейн судорожно и громко выдыхает мне в рот , но этого ей недостаточно, чтобы кончить.
– Скажи, Джейн, – мой язык касается мочки ее уха.
Пальцы возобновляют круговое движение, но через минуту вновь убираю, вызывая у Джейн слезы.
– Умоляю, – тихо молвит она.
– Скажи, что ты все еще любишь меня, – хрипло отвечаю и кусаю губу, потому что стояк вызывает неудобства.
– Я… – Джейн подавленно сглатывает.
Я вновь касаюсь ее там. Медленно. Чувственно.
– Тебя… – ее дыхание становится глубоким и быстрым.
Черт, она готова кончить.
– Ну? – ласкаю ее ухо, шею.
Я ускоряю движение своей руки.
Джейн выгибает спину.
– Я люблю тебя, Эйден! – выкрикивает она и зажмуривает глаза. Слезы катятся по ее щекам, и я спешу убрать их.
Мое сердце заполняется теплом, и я опускаю голову, чтобы втянуть в рот левой сосок ее груди. Быстро кружа пальцами по клитору, я приближаю Джейн к стремительному и умопомрачительному оргазму. Я чувствую сладкий сок у себя в руке, и это чертовски приятно.
Через некоторое время Джейн перестает дрожать. Она выпрямляется на постели, и я больше не держу ее, но не перестаю целовать. Джейн обнимает меня за шею, обвивая своей ногой мое бедро.
– Я тоже люблю тебя, – запоздало говорю в ответ. – Больше, чем ты можешь себе представить.
Джейн улыбается сквозь слезы. Я стираю их поцелуями.
– Прости, – произношу негромко.
Она не отвечает, лишь качает головой.
Я крепко прижимаю к себе Джейн. Ее волосы пахнут ягодами. Это безумно вкусный запах. Я люблю ее, и я растворился в ней… Полностью. Снова.
– Пообещай, что не оставишь меня, – вдруг шепчет она, обвивая меня своей рукой.
Я крепко зажмуриваюсь и проклинаю себя в тысячный раз.
Я не должен говорить ей этого и тем более обещать. Рядом со мной Джейн в опасности. Рядом со мной ее не ждет ничего хорошего. Но… я не настолько силен, чтобы оставить ее во второй раз.
– Пожалуйста, Эйден, – она поднимает голову и устремляет на меня жалостливый взгляд. Будто от этого обещания зависит ее жизнь.
Мое проклятое черное сердце сжимается в тиски.
– Обещаю, – хрипло произношу я. – Я никуда не уйду.
Ее губы расплываются в нерешительной улыбке, и она целует меня в шею.
– Спасибо, – отзывается тихо. – Спасибо.
ВОСЬМАЯ ГЛАВА
Джейн
– Черт. Я всерьез подумываю о том, чтобы переехать к тебе и поселиться в твоем шкафу, – бормочет Синтия.
Она стоит перед большим зеркалом в моей комнате, приложив к себе изумрудное атласное платье, которое я купила прошлым летом в одном бутике во время поездки в Атланту с мамой. Мы занимались шопингом, и наши отношения были более -менее сносными.
Я ухмыляюсь, лежа на кровати. Лора сидит рядом и листает модный глянцевый журнал. Она выглядит так, будто ей вообще все равно, в чем идти на вечеринку в честь какого-то городского праздника. Дня Спасения, кажется.
Синтия отводит одну руку, в которой держит платье, от себя и смотрит на него грустными глазами.
– Оно потрясающее, – вздыхает тяжко и протяжно. – Но зеленый цвет мне не идет.
Она поворачивается ко мне, чтобы я оценила.
– Ты права. Зеленый – не твой цвет, – я поджимаю губы и качаю головой. – Примерь янтарное платье с баской. Оно висит в дальнем правом углу, – я указываю пальцем в сторону гардероба, куда едва уместились мои вещи. – Оно подойдет к цвету твоих волос.
Аквамариновые глаза Синтии начинают гореть неистовым пламенем. Она подпрыгивает в порыве радости и разворачивается к огромному шкафу почти во всю восточную стену комнаты. Начинает копошиться и достает то платье, о котором я говорила.
– Примерь его, – киваю, когда девушка вопросительно и умоляюще смотрит на меня.
– Спасибо! – Синтия вновь начинает скакать и аккуратно кладет платье рядом с нами на кровать. – Девочки, не против стриптиза?
Я смеюсь и поворачиваю голову в сторону Лоры, щеки которой слегка краснеют. Синтия начинает снимать с себя вещи и остается перед нами в одном нижнем белье.
– Вечеринка будет через три часа, – тараторит, натягивая на себя платье. – Боже! – восклицает, когда ткань плотно обтягивает ее бедра. – Оно чертовски узкое. Но я все равно надену тебя, – Синтия опускает голову и обращается к платью, – потому что ты просто дьявольски крутое.
Я перевожу взгляд на телефон, который лежит под боком. Хватаю его и вижу сообщение от Эйдена. На моем лице расплывается широкая улыбка, и сердце начинает отбивать яростный ритм, когда в сознании всплывают моменты нашего вчерашнего горячего секса.
Эйден : «Уже не терпится тебя увидеть».
Я прикусываю губу и спешу набрать ответное сообщение.
Я : «И мне».
Эйден : «Что? Тоже не терпится увидеть себя?».
Я : «ЛОЛ. Нет, дурачок. Схожу с ума, как хочу встретиться с тобой».
Эйден : «Три часа, детка, и я возьму тебя. Прямо в Святой Марии ».
Я чувствую, как жар растекается по телу, пробуждая дикую пульсацию внизу живота.
Я : «Черт. Не говорит об этом. Я в комнате с Лорой и Синтией. Могу сорваться и изнасиловать их.
Эйден : Потерпи детка, и прибереги силы для меня. Обещаю, после вечеринки ты забудешь, как ходить».
О-о-о-ох. Матерь Божья.
– Джейн?
Слышу, как Синтия называет мое имя, и резко поднимаю голову.
– Что?
– Ты с нами? – усмехается она и демонстративно проводит руками по воздуху вдоль своего тела. Платье уже на ней. – Как тебе? Я думаю, оно просто создано для меня. Не считая, конечно, того, что если я сяду, ткань лопнет на моей заднице. Ну да ладно. Я заставлю ее подружиться с платьем. Я не собираюсь сидеть. Ну, если только на ком-нибудь верхом, – Синтия подмигивает мне.
Я смотрю на нее несколько секунд, но перед собой вижу Эйдена. Обнаженного. Спускаю взгляд ниже и задерживаю его на животе девушки. Там был бы его…
– Эй, – Синтия щелкает пальцами перед моим лицом. – Ты где витаешь?
– Нигде, – отзываюсь рассеяно. Затем произношу: – Платье действительно тебе идет. Ты просто обязана быть в нем на вечеринке.
– А ты, – она указывает на меня, – просто обязана подарить мне его. Что скажешь? Прости за мою неслыханную наглость, но я готова сделать все, что угодно, лишь бы получить его, – под конец издает отчаявшийся вдох и опускает плечи.
Я бы не вспомнила об этом платье до этих пор. Поэтому…
– Конечно, – мой голос слегка дрожит, но не от неуверенности, а оттого, что я не могу выбросить из головы мысль о словах Эйдена и его соблазнительных планах на этот вечер. – Ты можешь забрать платье себе.
Синтия не шевелится некоторое время, похоронив свой недоверчивый взгляд на мне.
– Правда? – осторожно уточняет.
Я улыбаюсь.
– Правда.
Стремительно ее губы расплываются в широкой улыбке.
– Спасибо! – Синтия бросается ко мне, чтобы обнять. Она запрыгивает на кровать и прижимает меня к себе, крепко обхватив мою шею руками. – Спасибо! Ты чудо, Джейн! И ты вовсе не стерва.
Отстранившись, я награждаю ее несколько обиженным взглядом.
– Вау. Ну, спасибо…
Синтия сползает с кровати.
– Не то, что бы я считала тебя стервой. Но другие… ты же знаешь, – она делает небрежный взмах рукой.
– Да, – наконец, оживает Лора и отрывает взгляд от глянцевых страниц журнала «Cosmopolitan ». – Брианна Стоун до сих пор не может угомониться , что ей нашлась достойная замена, – ее большие глаза устремляются на меня.
– Что? – я начинаю смеяться. – Я не собираюсь никого заменять. Пусть почетное звание Сучки принадлежит ей.
– Она завидует тебе, – соглашается с Лорой Синтия.
– Плевать, – пожимаю плечами и покидаю кровать. Двигаюсь к гардеробу. – Брианна может говорить и думать все, что ей хочется. Если бы она имела для меня какое-нибудь значение, я бы давно с ней разобралась. Уж поверьте.
Мне не один раз приходилось иметь дело со стервами. Ладно. С такими, как я. Но из всех стерв я наименее… стервозная.
– Давайте не будем о ней, – предлагаю и тянусь к платью, в котором собираюсь быть на сегодняшней вечеринке. Оно черное, маленькое, с открытой спиной. Я купила его за несколько дней до того, как переехала в Дайморт-Бич. Как чувствовала, что оно может понадобиться мне в такой дыре. – Что скажете об этом? – поворачиваюсь с платьем к Лоре и Синтии.
***
– Подъезжаем, – объявляет Эйден, сворачивая с дороги на парковочную стоянку.
Лора и Синтия болтают на задних сидениях, а я не могу насмотреться на Эйдена. Своего парня.
Он действительно мой парень. Снова. И пока что ничто не способно повысить мне настроение так, как мысль об этом. В столь огромном мире именно невзрачный Дайморт-Бич стал нашей точкой соприкосновения. Нашим вторым шансом.
И у меня по-прежнему куча вопросов.
– Чего улыбаешься? – весело спрашивает Эйден.
Я встряхиваю уложенными волосами и моргаю.
– Да так. Задумалась.
– О чем?
– О тебе, – отвечаю прямо, не сводя с него восхищенных глаз.
Он выглядит просто невероятно в этом обычном черном смокинге. Но я с трудом держу свои руки при себе. Хочется сорвать с него одежду, потому что без нее Эйден просто великолепен.
Он сглатывает и поворачивает голову в мою сторону. Я ловлю его слегка взволнованный взгляд и робко улыбаюсь. Надеюсь, он тоже хочет снять с меня платье, потому что я – да.
Эйден не отвечает, пытается улыбнуться в ответ. Но его губы лишь едва заметно вздрагивают. Их манящая пухлость вытворяет что-то сумасшедшее с моими внутренностями. Я хочу наклониться и искусать их.
Эйден останавливает автомобиль своего брата Росса, у которого язык, как помело. Я издаю неглубокий вдох и отворачиваюсь к окну. Отчего-то сердце начинает неспокойно тарабанить в груди, и мои ладони становятся влажными. Я незаметно вытираю их о прохладную ткань платья и толкаю от себя дверцу.
Меня окутывает слабый ветер, и я оглядываюсь. Заняты почти все места на парковке. Сегодня воскресенье, и вместо того, чтобы валяться дома в объятиях Эйдена… Нет. Не правильно. Вместо того , чтобы сгорать с Эйденом в объятиях друг друга, мы вынуждены идти на этот дурацкий вечер в честь такого же дурацкого Дня Спасения – что-то вроде городского праздника, основанного на бессмысленной, не имеющего ничего общего с реальностью легендой о душах, злых демонах и какой-то женщине со сверхспособностями, спасшей жителей Дайморт-Бич…
Смахивает на «Дневники вампира».
Эйден подкрадывается сзади и кладет руки на мою талию.
– Пойдем? – спрашивает он.
Его шепот ласкает кожу на моей шее.
Я накрываю его руки своими ладонями и согласно мычу в ответ. Эйден целует меня в мочку уха и обходит, чтобы подставить свой локоть, за который я цепляюсь и благодарно улыбаюсь.
Мы движемся к главному корпусу. Лора и Синтия плетутся за нами.
Стены колледжа украшены шарами, картинами ангелов и демонов. Весь пол усыпан разноцветными конфетти. Эйден держит меня за руку, наши пальцы переплетаются. Сейчас я чувствую себя счастливой. Ничто не сможет испортить этот вечер.
Мои ноги подкашиваются, когда Эйден кладет одну руку мне на спину. Его прикосновения воздушны. Он проводит пальцами ниже, заставляя мою голову кружиться. Я вся трепещу, словно малолетняя девчонка.
Я люблю его.
– Хэй, мисс Чикаго!
Мое сердце пропускает удар, когда из-за угла появляется Росс.
Какого черта?
Мы с Эйденом замираем. Лора и Синтия вопросительно смотрят на нас. Я заставляю себя отвести взгляд от старшего Картера и киваю подругам, чтобы они шли дальше. Росс бесстыдно смотрит на их задницы, когда те спешат скрыться, затем поворачивается и складывает руки на груди. И вот его лицо вновь украшает напыщенная ухмылка. Цепкий взгляд не сулит ничего хорошего.
– Так и знала, что идеальные моменты не длятся вечно, – ворчу я, прижимаясь ближе к Эйдену.
– В чем дело, Росс? – мой парень устало вздыхает. – Сегодня праздник. Хотя бы в этот день не порть мне настроение своим лицом.
– Да, братишка, – говорит брюнет со стальными глазами. – Само собой. Может, отойдем и поздравим друг друга? Надеюсь, ты приготовил для меня долгую и трогательную речь?
Эйден закатывает глаза, и его рука соскальзывает с моей спины. Я чувствую, как холод заполняет меня, когда он делает шаг к своему брату.
– Эйден, – произношу и обрываю себя, так как не знаю, что сказать.
Он оборачивается ко мне через плечо и дарит печальную улыбку.
– Я скоро вернусь. Не скучай.
Я громко вздыхаю и слышу едкий смех Росса.
– Придурок, – не сразу понимаю, что сказала это вслух.
Ой. Нехорошо.
Поджимаю губы, чтобы сдержать смешок. Лицо Картера старшего становится раздраженным.
– Ты…
Эйден намеренно сильно хлопает брата по плечу.
– Ты, кажется, хотел поговорить? У меня нет времени на болтовню. Пошли.
И он тянет Росса в сторону.
Брюнет превращает меня в горстку пепла своим яростным взглядом.
***
Эйден
Мы проходим через сплошные коридоры. Я уже запыхался. Вдруг Росс останавливается возле очередного стенда, который посвящен истории Святой Марии. Брат долго смотрит на меня обвиняющим, пронзительно недовольным взглядом.
– Что? – я развожу руками.
– Я знаю, кого ты трахал вчера, чувак! – он морщится. – Прекрати строить из себя ангелочка!
Я отвечаю ему пытливым недоуменным взглядом, а потом медленно закрываю глаза. Проклятье. Это уже не смешно.
– Ты следишь за мной? – спрашиваю.
– Да. Потому что , если ты на минуточку забыл, от этого зависит сохранность наших шкур!
В одно мгновение я становлюсь взвинченным. Что еще он видел?!
– Слушай, это мое личное дело, ясно? – рявкаю взвинчено и подхожу к нему.
Его серая рубашка идеально выглажена. Удивительно.
– Нет, не твое. А наше. Хватит крутить с ней интрижку, Эйден! Вы не можете быть вместе. Вы из разных миров , – Росс повышает голос. – Вы – две далекие галактики , – он разводи руки в стороны, как бы показывая размеры нашей несовместимости с Джейн. – Вы как Джим Моррисон и Шанайя Твейн. Как Джек Дэниэлс и Хеннесси, в конце концов ! Понимаешь это, или нет?
– Нет! – резко говорю я. – Ты тоже можешь влюбиться в девушку. Ты наполовину человек. Тебе свойственно чувствовать. И вот когда ты влюбишься…
– Этого не случится. Никогда, – строго прерывает брат. – Никогда. Я умею и могу себя контролировать. Мои отношения с Анной – живой пример.
– Да ты просто используешь ее, – горланю возмущенно.
Было бы наивно полагать, что я сумею вызвать у Росса чувство вины.
Брат откашливается и поправляет воротник своей рубашки.
– Это взаимовыгодное сотрудничество, заключенное нами по обоюдному желанию, – отзывается нарочито деловым, бесстрастным тоном.
– Как же, – я громко фыркаю. – Ты заигрался, Росс. Она влюблена в тебя. Ты просто идиот, если не видишь этого.
– Сейчас речь идет не о нас с Анной, – холодно изрекает Росс. – Ты и Джейн. Вот что на данный момент делает мою жизнь чертовым кошмаром.
– Оставь меня в покое, – рычу, приближаясь к нему. – Оставь в покое Джейн. Лучше займись своей личной жизнью и своими проблемами.
– Вот именно, Эйден! Нет личной жизни – нет проблем!
– Я люблю ее, – не собираюсь отступать.
И Росс тоже.
– Ты должен оставить ее.
– Никогда.
– Ты, черт подери, должен понимать, чем все обернется, если не сумеешь угомонить свой член и подумать головой, а не им!
Из самых глубин моей души вырывается дикий, животный рык, и я бросаюсь на брата. Хватаю его за плечи и впечатываю в стену.
– Закрой свой рот, Росс, – гнев делает мой разум туманным, и с каждым мгновением мне все сильнее хочется свернуть своему брату шею.
– Иначе что? – ухмыляется он. В его глазах искрится жестокое веселье.
Чертов идиот.
Я встряхиваю его, отстраняю от стены и вновь вжимаю.
– Узнаешь, – обещаю тихим, зловещим голосом.
Росс смеется, запрокинув голову.
– Сопротивление бесполезно, Эйден, – говори притворно сожалеющим тоном.
Затем он опускает взгляд и резко скидывает с себя мои руки.
– Им все известно, – процеживает сквозь зубы, и мгновенно идиотское веселье уходит с его лица. – Ты в западне. Нет. Ты в глубокой заднице, брат мой, – Росс начинает идти на меня, и мне ничего не остается делать, как пятиться назад.
Моя бравая уверенность трещит по швам, но я изо всех сил стараюсь скрыть это от пронзающих насквозь глаз брата.
Они знают…
Эти слова эхом проносятся в моей голове, теряясь в глубинах сознания.
– Марго, Вестор, Бромас, Энгиан, – Росс перечисляет имена, от которых меня бросает в лихорадочную дрожь, от которых хочется сморщиться и убежать.
Да, черт. Я боюсь их. И Росс тоже, потому что эти демоны – психи. И они чистокровные. Они призваны следить за такими, как мы – наполовину демонами, наполовину людьми. Следить за тем, как мы выполняем свою работу. В случае отказа, нарушения правил, или непослушания они наказывают нас.
– Знаешь, на твоем месте я бы особенно боялся Марго, – добавляет Росс с такой ухмылкой, как будто ему доставляет огромное удовольствие мысль, что эта демонша может надрать мне зад.
О, она может. И сделает это с превеликим удовольствием. Ее мне действительно стоит бояться больше остальных.
– Если Вестор, Бромас и Энгиан могут закрыть глаза на твои отношения с Джейн, конечно, если будут в настроении, то Марго выпотрошит тебя в любом случае , – Росс сверлит меня убийственно мрачным взглядом. – Не сомневайся.
Ни на секунду.
Марго с какой-то ненормальной обеспокоенностью относится к связям демонов и людей. Она пресекает любую возможность возникновения отношений между нашими видами, дабы избежать смертей и других неприятностей.
Марго знала наших с Россом родителей. Она была сестрой отца… Нет. Она всегда ею будет. И всегда будет следить за мной и Россом.
– Ее рука ближе к твоим яйцам, чем ты думаешь, Эйден, – брат нависает надо мной, пригвождая взглядом к стене. – Одно твое неверное движение, и она оторвет их. И тогда мой гнев покажется тебе невинной шуткой. Я серьезно. Ты зашел слишком далеко с Джейн.
Я громко сглатываю и заставляю себя отвести взгляд, признавая поражение.
– Но ты и Анна… – хриплю и пытаюсь вдохнуть. – Вы тоже встречаетесь.
Росс отклоняется и отворачивается от меня, делая несколько шагов в сторону.
– Во-первых, я не люблю Анну. Во-вторых, Марго доверяет мне , а тебе – нет. Мы прекрасно помним, как ты взбунтовался в прошлом году, когда встретил Джейн в Чикаго, и несколько месяцев не возвращался домой! Ты забил на работу и свои обязанности. Ты игнорировал меня и приказы сверху. Такое не забывается на следующий день, смекаешь? Однажды провинившись, поддавшись влечению к нормальной земной жизни с человеком, ты оказываешься в черном списке.
Росс переводит дыхание после эмоциональной речи.
– И если я говорю, что ситуация с Анной под контролем, значит, так и есть, – брат смотрит на меня через плечо. – Но тебе Марго не верит , потому что из нас двоих эмоциональный слюнтяй, не способный справиться со своими чувствами, ты, а не я.
Не знаю, что ему ответить.
Потому что он прав. Целиком и полностью. Если ты относится к демонической расе, то просто не имеешь права на человеческие чувства. Нас – наполовину демонов, наполовину людей – рождают без любви. Мы появляемся на свет с особой целью. Но не для человеческой жизни.
Поэтому если я встречаюсь с девушкой, то не должен влюбляться в нее. Просто секс. Просто свидания. Просто жизнь демона.
Мой отец женился на моей матери, обычной смертной женщине, и за это был изгнан из Ада. Навсегда. Когда мама… умерла, ее душе было суждено отправиться к Дьяволу. Такова плата за союз с демоном. Отец желал ей Рая, и он пошел против своей сущности, против своего вида, чтобы даровать ей вечное спокойствие.
В итоге они оба мертвы.
И все, что есть у меня и Росса от них , – лишь фото в нашем доме и воспоминания в нас самих.
Ад уверяет, что делает нам одолжение, не разрешая испытывать чувства к людям. Ну конечно…
– Я… знаю, что ты хочешь быть с ней, Эйден, – неожиданно гробовую тишину разрезает приглушенный голос Росса. – И я верю, что ты влюблен в Джейн, – его глаза устремляются на меня, и все внутри застывает. – Но, к сожалению, даже ее смазливая мордашка и твои щенячьи глаза, – он горько усмехается, – не спасут вас от той участи, которая погубила наших родителей.
Я вздрагиваю. Росс редко упоминает родителей. Пусть он законченный эгоист и тот еще засранец, но его боль не меньше моей.
– Эти отношения обречены. Ты и сам прекрасно понимаешь, – добавляет собранным голосом.
Я понимаю.
– Это твоя жизнь, и твой выбор, но… – его голос срывается, и Росс трудно сглатывает. – Это коснется и меня тоже, – непроницаемые голубые глаза упираются в пол, скулы напрягаются. – Твой неправильный выбор, к которому ты уже сделал шаг, уничтожит все, что ты любишь и все, что у меня осталось. А у меня есть только ты. Если… – он судорожно выдыхает. – Я потеряю тебя, если ты выберешь Джейн. И все закончится, Эйден, – когда Росс поднимает голову, чтобы обрушить на меня уничтожающий взгляд, полный мольбы и боли, я перестаю чувствовать пол под своими ногами. – Твоя смерть не принесет мне облегчения.
