Текст книги "Ленинградский стратилат (СИ)"

Автор книги: Лара Вагнер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 23

– Понимаешь, Валера, – начал я. – Бывает, что сначала все классно, а потом быстро портится. Вот у нас тоже так вышло. Мы сидели у меня дома, общались…

– Девчонки хоть симпатичные были? – уточнил он.

– Девчонки были супер. Особенно… То есть обе. Дело не в этом. Когда Влад вдруг на одну накинулся... Не в плохом смысле, а… Ну, тоже в плохом. Укусил за шею слегка, – Влад нахмурился и вышел в комнату дяди Паши. Я понизил голос: – Все еще никак не привыкнет…

– К этому довольно трудно привыкнуть.

– Наверное. Так вот, Карина не сопротивлялась. А с другой девушкой, Марго, странно получилось. Я не знаю, как там обычно у вас бывает…

– Объясни толком.

– Ну, как тебе объяснить? Нормально было, а дальше жуть какая-то.

Валера посмотрел на меня озадаченно. Честно говоря, я сам себе удивлялся. В пересказе ночные события выглядели тускловато. Хотя я и не считал себя косноязычным, но сейчас слова подбирались с трудом.

А ведь ночная картина так и стояла перед глазами. Только я не мог эффектно ее передать, чтобы Валера тоже все представил. Эх, не быть мне писателем!

Я сижу в кресле, а напротив, на диване Влад и Карина целуются взасос. Марго, которая устроилась на подлокотнике кресла, прижимается ко мне. Я чувствую ее тепло, запах сладких духов… Она тихонько кладет руку на мне на бедро. Наверное, у нас тоже все будет по-взрослому. Уже совсем скоро, она ведь не против… Мягкий свет торшера делает всё вокруг таинственным и уютным, бокалы на столе мерцают золотистыми бликами. Влад не секунду отрывается от Карины, опускает голову. Карина вскрикивает. Это точно не поцелуй, а укус в шею, чуть повыше ключицы.

– Что ты делаешь?!

Вместо ответа он скидывает Карину со своих колен, втискивает в угол дивана, наваливается на нее, придавливая к спинке. Голова Карины запрокидывается. Все это происходит так быстро, что я не успеваю ничего понять. Да и никто бы не понял. Марго рядом испуганно ойкает, но остается на месте. На диване Карина уже не пытается вырваться, ее рука безвольно свешивается до самого пола, тонкие пальцы чуть вздрагивают, пока Влад пьет кровь. Полутемная комната кажется какой-то незнакомой. Будто я не у себя в квартире, а попал в чужой дом, где творятся странные, пугающие дела. По углам собираются черные тени, музыка теперь звучит иначе, хотя никто, конечно, не менял кассету. Звуки стали низкими, густыми, басы давят на лоб и виски, не позволяют ничего сообразить. Даже воздух, в котором эти звуки плавают, кажется густым и тяжёлым. Становится трудно дышать…

Влад небрежно отстраняется от Карины, словно от ставшей ненужной вещи. Без поддержки ее тело оседает, едва не соскальзывая с дивана. Она вся будто марионетка, от которой отрезали ниточки. В ней уже нет ничего общего с живой девушкой, это лишь пустая оболочка.

А Влад встает и направляется прямиком к нам. Да чего там, «направляется». Нас разделяет пара-тройка шагов. Даже в этом освещении заметно, как изменилось его лицо. Глаза блестят не обычным отраженным светом. Нет, они светятся сами по себе… На кого он набросится теперь? На меня или на Марго? Правда, в мою сторону даже не смотрит, тянется к Марго.

Я словно онемел, но она вскрикивает:

– Не подходи!

– Короче, Марго потом нож схватила.

Влад усмехается, скалит зубы. В ровном верхнем ряду отчетливо выступают острые клыки, рот испачкан кровью Карины.

Марго хватает нож со стола, успевает всадить острие в ладонь Влада. Короткая борьба… он стискивает ее запястье так, что пальцы разжимаются, и нож падает. Влад швыряет Марго на ковер…

– А ты просто рядом сидел и не отсвечивал? – не очень деликатно интересуется Валера. – Зассал вмешаться?

– Сам не знаю, почему так получилось. Меня будто парализовало. Хотя, наверное, просто с выпивкой перебрал.

– Ясненько.

Марго ожесточенно сопротивляется. Она оказывается удивительно сильной для девушки. Возможно, отчаянье придает ей смелости. Но долго продолжаться это не может. Вот она уже лежит под Владом, придавленная его телом. Еще извивается, стараясь вырваться… Снова укус и снова из живого тела выкачивается кровь. Марго уже не пытается высвободиться, покорилась. Тихонько, ритмично стонет…

– Ну, хорошо, вторую он укусил. Что не так-то?

Вторая жертва теперь лежит неподвижно, вся вытянувшись. Влад приподнимается, замирает, уставившись на рану, оставленную его клыками. Потом переводит взгляд на свою рассеченную ладонь. Снова смотрит на Марго… Валится рядом с ней на ковер. Наверно, опять потерял сознание при виде крови.

Музыка перестает звучать. Закончилась кассета или у меня отключился слух. Теперь я в одной комнате с тремя телами, не подающими признаков жизни. И что дальше делать? Пытаюсь встать с кресла, упираюсь в пол ногами, но они будто ватные. Неужели я такой трус или меня и правда парализовало?!

Зато вдруг начинает шевелиться Марго. Она поворачивается на бок, неловко, неуверенно перебирая руками и ногами, подползает к дивану. Карабкается на него, срывается, опять карабкается, будто это не диван, а какая-то неприступная скала. Наконец ей это удается, и Марго залезает на Карину, присасывается к открытой ране на шее. В абсолютной тишине слышно, как она жадно пьет кровь, всхлипывая и причмокивая.

– В общем, Марго потом у подружки кровь тоже пила. Сама не кусала, просто к ране пристроилась. Хотя Влад ближе лежал, у него от ножа порез на руке оставался. Может, Марго это не заметила? Или у него не сумела бы кровь выпить? Дальше я уже ничего не помню. Ну, вот как-то так.

– А тебя она не покусала заодно? – Подозрительно посмотрел на меня Валера.

– Не, точно не покусала. Я бы почувствовал. И утром никаких следов не было.

– Интересное кино. Молодцы. Хорошо посидели, есть что вспомнить.

Влад вернулся из комнаты дяди Паши, хмуро посмотрел на нас.

– У тебя рука сразу зажила? – спросил Валера.

– У тебя же морда зажила.

– Да, хоть что-то положительное есть в вампирской жизни.

Валера и правда легко отделался. Разбитая ночью скула и распухшая губа утром зажили чудесным образом. Если специально приглядываться, можно было разглядеть чуть заметные следы недавней драки, но это если очень постараться. А так лицо выглядело совершенно нормальным и целым.

– Да-ааа-а, не помешает этих ваших подружек отыскать, – подвел итог Валера. – Не угадаешь, что в итоге выйдет. Вы совсем-совсем ничего про них не знаете?

– Влад на дискотеке с ними познакомился… Игорь, конечно, попросит своих студентов поискать, но…

– Стойте, – сказал Влад. – Карина говорила, что в техникуме учится. Правда в каком, не помню. Хоть убейте. На последнем курсе.

– Это уже кое-что.

– У меня же одноклассник тоже в техникуме! Холодильной промышленности, правда. Но вдруг как-то пересекались? Позвоню ему сейчас.

Я кинулся звонить Чагину. Дома его не оказалось. Чагинский отец записал мой новый номер и пообещал передать, что я просил перезвонить.

Когда я вернулся в комнату, мы начали наводить там порядок, раз уж Игорь так настаивал. Нашли веник, тряпки и ведро, притащили воды. Все равно надо было чем-то заняться. Оттерли межкомнатную дверь, убрали паутину и сор. В комнате у дяди Паши и так было идеально чисто, нигде ни пылинки. На книжных полках тоже. Там стояли технические книги (дядя Паша до пенсии всю жизнь проработал инженером), но была и полка с художкой, в основном с научной фантастикой. Мы полили цветы и теперь уже могли отдыхать с чистой совестью. Влад занял софу Игоря. Лежа на животе, читал сборник зарубежной фантастики. Я за круглым столом – "Сто лет одиночества" – сто лет уже собирался, почему бы и не сейчас. Валера листал толстый журнал, сидя в старинном кресле с высокой резной спинкой.

Наверное, со стороны можно было бы залюбоваться – какие мы начитанные и культурные.

Но вот Валера опустил журнал на колени и уставился на Влада. Точнее, на его затылок. Продолжалось это довольно долго. Наконец Валера разлепил губы и спросил:

– Ты ничего не чувствуешь?

– Кончай на меня пялиться, – не оборачиваясь, буркнул Влад. – Чего тебе надо?

– Я хочу, чтобы ты встал и принес мне свою книжку.

– Зачем?

– Какая тебе разница? Я твой стратилат, ты мой пиявец. Должен подчиняться.

– Иди нахер! Отвянь от меня!

Однако Валера тоже никуда не пошел, остался сидеть в напоминавшем трон кресле.

– Ладно, посмотрим еще.

Мне показалось, ему было слегка неприятно, что пиявец отказался подчиняться. Однако Валера не подал виду. Сидел, надменно задрав подбородок и положив руки на деревянные подлокотники. В воздухе повеяло очередным конфликтом, и я это сразу уловил. Пожалуй, стоило направить энергию вампиров в мирное русло.

– Я вот подумал: может, и правда обои переклеить? Вдруг после отпуска мои родители заглянут в гости. Сразу поймут, что я наврал. Сказал ведь: Игорю ремонт помогаю делать.

Обои в комнате действительно были выцветшими и местами отставали от стен. Сын дяди Паши в ожидании новой квартиры не заморачивался с ремонтом. В одном углу Игорь даже приклеил другие обои, в синюю полоску и довольно страшноватые. Результат ему не понравился, поэтому Игорь ремонт отложил на неопределенное время.

На мой призыв среагировал только Влад:

– Точно! Может, тогда брательник твой перестанет на нас рычать. А то он такой злющий… Типичный препод.

– Игорь нормальный, просто характер не очень. Ты говорил, что можешь импортные обои достать…

– Без проблем. – Влад вскочил с софы, подошел к своей сумке, покопался внутри, достал телефонную книжку. – Сейчас позвоню кое-кому и поедем обои покупать.

С этими словами он испарился из комнаты.

Глава 24

Мы с Валерой топтались возле служебного входа большого хозяйственного магазина. Вокруг лежали ящики и рваные картонные коробки. В самой глубине двора курили и что-то увлеченно обсуждали трое граждан в синих комбинезонах. По всей видимости, грузчики. В общем, место было непарадное. Меня так и тянуло расспросить Валеру о жизни вампиров и обо всей системе, которая сложилась в нашей стране. Но что-то мешало. Странная неловкость возникла. Не то чтобы от страха… и все-таки от друга Игоря исходило чувство опасности. Это чувствовалось. Хотя внешне Валеру вполне можно было принять за безобидного скромного парня – долго оставаться наедине с ним становилось неуютно. Поэтому я с нетерпением ждал возвращения Влада, который как скрылся за дверью служебного входа уже полчаса назад, так до сих пор не появлялся.

Валера равнодушно смотрел на замусоренный двор, время от времени и по мне скользил изучающим взглядом, однако первым тоже не заговаривал. Молчание затянулось… Наконец-то хлопнула дверь, и на крыльцо вышел Влад. В обеих руках держал связанные шпагатом рулоны.

– Остальные сами возьмите.

Мы забрали остальные обои, которые вынес наружу толстый лысоватый мужчина в черном халате, и покинули магазинные задворки.

– Почему они такие тяжеленные?

Обои и правда оказались непривычно увесистыми.

– Они виниловые, – небрежно бросил Влад. – Финские. Так что долго прослужат.

– А, ну тогда отлично.

На улице к нам сразу пристала какая-то тетка в цветастом платье. Начала нас допрашивать, где выбросили такие обои. А их нигде и не выбрасывали, до прилавка они не дошли. Вот просто интересно, какими путями в обычном магазине оказался дефицитный импортный товар, которым и не пахло в торговом зале? Чтобы отвязаться от настойчивой гражданки, пришлось ускориться. Зато в автобус загрузились без проблем и довольно быстро доехали до нужной остановки.

Уже возле самого подъезда меня осенила очень важная мысль:

– Их же еще клеить надо.

– Насчет клея не подумал как-то, – признался Влад.

– Можно клейстер сварить. Я умею, с родителями ремонт делал.

Теперь пришлось бежать в гастроном и покупать муку. Мы рассудили, что Игорь вряд ли держит дома запас.

Потом, слегка усталые и довольные, дотащили наши покупки до квартиры и свалили рулоны на пол.

– Хорошо, что ты умеешь клейстер варить, – сказал Влад. Снова улёгся на софе и раскрыл книжку.

Валера уселся на диванчик, положил ногу на ногу и скрестил руки на груди.

– Мне кажется, для таких обоев клейстер надо делать погуще. У тебя все получится.

Честно говоря, я представлял начало ремонта немного иначе. Думал, что буду делиться опытом, давать полезные советы, терпеливо учить обоих новичков и исправлять их промахи. Но в итоге оказался в полном одиночестве на огромной коммунальной кухне. На плите булькала вместительная алюминиевая кастрюля, а я мешал ложкой густую мутную жижу, чтобы она не подгорела. Конечно, она подгорела, хотя я очень старался. В воздухе запахло гарью, мутная жижа превратилась в какое-то гнусное болото, в котором плавали темные комки… Зато со второго захода все действительно получилось.

К счастью, у вампиров проснулась совесть, и дальше работа уже пошла в полную силу и втроём. Мы принесли из коридора стремянку, нарезали обои… это был долгий, довольно нервный и шумный процесс… Повезло ещё, что Влад выбрал обои с рисунком под штукатурку. Поэтому хотя бы не пришлось мучиться, подбирая рисунок. Постепенно работа наладилась, и мы даже умудрились разругаться не слишком сильно. Хотя каждый считал, что лучше знает, как все надо делать.

Когда Игорь вернулся с работы, мы уже успели оклеить одну из стен. Получилось по-настоящему классно. Стена казалась покрытой светлой штукатуркой с узором и чуть-чуть блестела. Такой цвет, кажется, называют жемчужным. В общем, смотрелось как в каком-нибудь дворце или роскошной дворянской усадьбе.

– Где такие достали? – восхитился Игорь.

– В магазине купили.

– Ага, как же, так я и поверил. Дорогущие, наверное? Деньги отдам обязательно.

– Не надо, мы скинулись. Это тебе подарок.

Мне кажется, Игорь по-настоящему растрогался. Целый час не ворчал на меня. И на Влада тоже ни разу косо не взглянул. Вот что значит угодить человеку с подарком. Тем временем мы решили перенести продолжение ремонта на следующий день. Свернули обрезки обоев, сложили их вместе с тряпками, ножницами и всем остальным в угол и прикрыли газетами. Вынесли в коридор стремянку. Вымыли кастрюлю и отмылись от клейстера сами. Комната снова обрела жилой вид.

Ещё более усталые, зато с чувством выполненного долга сели за стол. Игорь лично сварил вкуснейший югославский суп из пакетика, на котором был нарисован петух. Пожарил картошку, нарезал докторскую колбасу и помидоры.

– Обедайте скорей и пора уже собираться. На кладбище надо засветло успеть.

– Так полно же времени ещё до вечера.

– Все равно лучше не тянуть.

*****

Ворота старого кладбища были раскрыты наполовину. Мы зашли внутрь и двинулись вслед за Валерой, который легко ориентировался в запутанном скоплении старых могил, деревьев, разросшихся кустов, полуразрушенных изгородей и обветшавших памятников. Лишний раз смотреть по сторонам не хотелось, но глаза как-то сами читали полустертые надписи на памятниках и могильных плитах. Сколько же людей здесь сгнило в темной, почти черной земле… Вокруг стояла такая тишина, что было даже неудобно открыть рот, заговорить, потревожить этот город мертвых. Но и молчать скоро стало уже невмоготу.

– Мы тут одни живые, похоже. Вообще никто на кладбище не заглядывает?

– А чего ты хотел? Вторник, разгар рабочего дня. Да и не хоронят тут давно. Самые новые могилы – начало двадцатого века. Тридцатые годы примерно. А в основном совсем старинные могилы.

– Ясно. Далеко ещё идти?

– Не очень.

Валера не обманул. Всего два-три поворота – и мы оказались перед одноэтажным домиком. Он был сложен из серого камня, примерно такого, как и большинство памятников.

– Это склеп?

– Сторожка.

Валера постучал в дверь, потом в крошечное окошко.

– Дядя Сережа! Это я.

Никто не ответил.

– Наверное, где-то по кладбищу ходит. Или в город по делам выбрался. Ладно, ничего страшного. – Он пошарил под обломком гранитной плиты, лежавшей у самой двери, достал ключ и открыл дверь. – Я сейчас…

Мы ждали у входа, а Валера отыскал в полутемной, заставленной какими-то вещами комнатке рюкзак.

– Только записку ему напишу, что приходил.

Он вынул из кармана рюкзака карандаш и записную книжку. Черкнул несколько слов, вырвал листок и положил на квадратный столик у окна.

– Все, можно двигать обратно.

Снова прикрыл дверь, и мы с удовольствием двинулись в обратный путь.

– Как ты в эту сторожку угодил? – спросил я.

– Случайно получилось. Я в ту ночь с пятницы на субботу где только не побывал. Носился по городу… Лишь бы только не останавливаться и снова не думать… о том, что случилось… Не помню, как оказался перед воротами. Смотрю, за решетками кресты и памятники проглядывают. Ну, думаю, тут мне самое и место… с живыми людьми лучше не встречаться никогда. Перелез через ограду… Долго метался среди могил, потом помедленней пошел. Потом силы совсем закончились, ноги подкашивались уже. Присел отдохнуть и не заметил, как уснул. Меня утром дядя Сережа растолкал, я спал на чьей-то могиле.

Конечно, я ему ничего такого о себе не раскрыл. Сказал, что с родителями поссорился и ушел из дома. Жить негде. Он предложил остаться пока в сторожке. Я там на топчане ночевал. В общем, дядя Сережа приютил меня. Он хороший, невезучий просто. Пил сильно, потом за что-то в тюрягу угодил по глупости. Когда вернулся, жена его успела из квартиры выписать. Короче, устроился сторожем на это кладбище. Какое-никакое, но служебное жилье.

– Да уж, престижная работа, – усмехнулся Игорь.

– А чего? Нормально. Ко всему можно привыкнуть. Тихо-спокойно. Целый день делай что хочешь. Только время от времени обходи территорию. И никаких претензий ни у кого.

– С одной стороны, неплохо, – согласился Игорь. – Эх, были бы мои студенты такие же спокойные, как местные обитатели.

– Вот видишь, везде найдутся плюсы… Кстати, можно к воротам быстрей выйти. Давайте срежем путь. Вот на эту аллею свернуть надо. Я тут уже все повороты изучил.

– Тебе видней. Давай срежем.

Мы свернули на совсем уж старинную аллею с покосившимися оградами и зашагали вслед за Валерой, который продвигался вперед очень уверенно. Будто обитал на кладбище не пару дней, а целый год. Шагали… шагали… шагали… Мне уже давно казалось, что путь обратно гораздо длиннее. Влад, который шел впереди меня, вдруг так резко остановился, что я чуть не уткнулся в его спину.

– Погодите! Мы мимо этого памятника с венком уже третий раз проходим.

Примечания:

Купить красивые обои в Советском Союзе было непросто. В свободной продаже, как правило, встречались только довольно неказистые бумажные обои. Что-то нешаблонное, тем более, иностранного производства, приходилось доставать «из-под полы» с переплатой, по знакомству или выстаивать длинные очереди. Особым шиком считались плотные моющиеся обои, самоклеющаяся пленка, фотообои. А еще в восьмидесятые годы были очень модны мягкие красно-коричневые обои «кирпичиком» из пеноплена. Ими предпочитали оклеивать стены в прихожей и коридоре. Обойный клей имелся в свободной продаже не всегда. Многие просто варили клейстер из муки или крахмала. Кстати, на правильно сваренном клейстере обои держатся отлично.

Суп из пакетиков – с такими супами в Советском Союзе дела обстояли очень даже хорошо. Ассортимент был широким, производились самые разнообразные супы быстрого приготовления – крупяные, с вермишелью, мясом, овощами, супы-пюре, супы для детского питания, даже сладкие супы. Некоторые с ностальгией вспоминают «суп со звёздочками» на основе крошечных макарошек такой формы. Поклонники советской эпохи утверждают, что никакие искусственные добавки и усилители вкуса не использовались. Справедливости ради надо уточнить: в некоторых супах усилитель вкуса присутствовал – все тот же пресловутый глутамат (тогда было принято написание «глютамат») натрия. В любом случае, концентрированные супы были доступными, дешевыми и позволяли экономить время на готовку и закупку продуктов. Импортные супы тоже пользовались спросом. Например, когда появлялась возможность приобрести югославский куриный суп в пакетиках из фольги – его закупали буквально коробками. Сейчас он тоже производится, но, по мнению знатоков, на вкус уже совершенно не тот.

Глава 25

– Думаешь, мы заблудились?

– Я ничего не думаю. Пусть думает тот, кто тут ориентируется.

Мне сразу стало ясно, что Влад сейчас прав как никогда. Он только подтвердил мои подозрения. Памятник и правда был приметный – скульптор повесил на граненую колонну большой каменный венок. Часть дубовых листьев из серого камня уже отвалилась, но все равно венок выглядел внушительным и запоминающимся. Вряд ли поблизости можно было встретить его точную копию. Поэтому я тоже высказался:

– Мы уже давно должны были к воротам выйти. Битый час тащимся.

Игорь дипломатично промолчал. Наверное, не хотел подрывать авторитет своего закадычного друга. Только выразительно посмотрел на него. Валера был вынужден признать:

– Да, кажется, я тогда свернул слишком рано. Очень странно, два раза ведь по той дороге ходил. Ну, ладно, сейчас вернёмся и уж точно свернем, где нужно.

– Хорошо.

Мы вернулись. Правда, лично я не был уверен, что мы именно вернулись, а не шли наугад в каком-то неизвестном направлении. Однако примерно через двадцать минут Валера с гордостью заявил:

– Вот теперь сюда свернем и выберемся на короткий путь.

Я огляделся. Место казалось абсолютно незнакомым, аллея с наполовину засохшими деревьями не внушала оптимизма.

– Валер, может, ну его нафиг, этот короткий путь? Давайте лучше сторожку найдем. А потом двинем длинным путем. Но там хотя бы надежда есть сегодня с кладбища выбраться.

– Макс, чего ты ноешь? – сказал Игорь. – Солнце ещё высоко.

– Где ты солнце увидел? И я не ною, просто предлагаю.

На самом деле солнце давно скрылось за серыми облаками. Если поднять голову и приглядеться, на небе можно было различить очертания причудливых памятников, туманных холмиков и крестов. Прямо небесное кладбище… Лучше уж не приглядываться.

– Ну, раз это такая проблема, вернёмся к сторожке, – так уж и быть согласился Валера.

И мы бы, конечно, вернулись. С огромным удовольствием. Если бы могли. Кладбище оказалось настоящей ловушкой. Мы уже перестали различать и запоминать памятники и ограды, все они будто стали частями бесконечного лабиринта.

– Должен же план быть, – выдохнул Игорь. – Хоть какая-то логика. Что за дебил это кладбище проектировал?

– Ага, мы кругами ходим, мне кажется, – поддакнул Валера, словно это не он нас сюда завел, а кто-то другой. – Хоронили, как бог на душу положит.

– Вот именно.

Мы с Владом пока помалкивали. По правде говоря, уже сил не было разворачивать дискуссию.

– Блин! – Влад запнулся о корень и чуть не упал. В последний момент ухватился за покрытый мхом памятник.

– Под ноги смотрите, – предупредил Валера. – Тут такие места есть… Дядя Сережа рассказывал: иногда хоронили так, что памятников не ставили. Просто сравнивали могилу с землёй. Короче, как собак закапывали.

– Это всяких злодеев и самоубийц?

– Наверное. В общем, они где-то между нормальными могилами лежат. Так вот, он однажды идет по тропинке, а кто-то из-под земли его за ноги хватает. Еле вырвался. Ещё пару шагов сделал – опять костлявые руки из-под земли тянутся…

– Померещилось твоему дяде Сереже спьяну, – сказал Игорь.

– Это вряд ли.

Влад сел прямо на землю, на могильный холмик.

– Давайте отдохнем немного. Ноги уже не идут.

– Долго только не рассиживайтесь, – отозвался Валера. – Знаете, сколько сейчас времени?

– Сколько? – похоже, Владу даже неохота было самому посмотреть на часы.

– Пятнадцать минут седьмого.

– Нифига себе.

В наших блужданиях мы совсем позабыли о том, что время бежит… Ну, правильно: пока вышли из дома, пока доехали до нужной остановки, пока добрались до кладбища… Потом шли до сторожки, а дальше…

– Хорошо, сейчас июнь, – примирительно заметил Игорь. – Самые длинные дни в году.

– Нам крупно повезло, – согласился Влад и прикрыл глаза.

– Ну все, отдохнули?

– Погоди, дай хоть немного посидеть.

– Так ворота же закроют!

– Херня вопрос, – Влад вытянул ноги и удобнее прислонился к памятнику. – Перелезем. Если, конечно, до ворот доберёмся. Когда-нибудь.

– Закрыли уже наверняка, – предположил я. – То есть дядя Сережа закрыл. Может, покричать, и он нас найдет? И спасет?

– Знаешь, какая тут территория?

Мы всё-таки поорали на всякий случай. Естественно, безо всякой пользы.

– Валер, а у дяди Серёжи со слухом все нормально?

Он пожал плечами.

– Вроде бы да.

– Дядя Сережа-ааа-а!!!

Гробовая тишина в ответ.

– Скорее уж местные подземные жители отзовутся.

– Ладно, пойдемте дальше, – вздохнул Валера.

Идти никуда не хотелось совершенно. Мне, например, на низенькой каменной скамеечке сиделось вполне уютно. Тем более, я кое-что вспомнил.

– Читал в одном журнале: бывают места, из которых не выберешься. Бесполезно и пытаться. Вот как говорят: бес кружит. Это про нас, получается.

– Да вы с ума посходили, что ли? – взорвался наконец Игорь, который слишком долго вел себя дружелюбно. Совсем как кот Леопольд. – Расселись! Ночевать тут собрались?!

– Сусанин наш ночевал однажды на могиле, и все нормуль. Не помер, – отозвался Влад.

– Хватит! – заорал Игорь. – Быстро встали и пошли! Валер, прикажи этому своему… пиявцу.

– Пусть только попробует!

– Думаешь, он меня послушает? Да я первый раз такого наглого пиявца вижу!

Они довольно долго собачились втроём. Наконец выдохлись и всё-таки зашагали вперёд. Мне тоже, разумеется пришлось. По дороге как-то незаметно помирились.

Неожиданно вышли на относительно свободное пространство, окружённое могилами. А на пустом месте стояло маленькое невысокое строение с арочной дверью и двумя узкими окнами с осколками стекол за решетками.

– О, вот это, наверное, и есть склеп? – догадался я.

– Какой ещё склеп? – буркнул Игорь. – Это часовня. Неужели не понятно?

– Да где уж нам понять. Кстати, если правда до ночи не выберемся к воротам… Сможем здесь заночевать. Всё-таки не среди могил. Крыша над головой какая-никая.

– Мы-то сможем. А вот эти двое…

– В смысле?

– В смысле вампиры не могут порог часовни переступить. Тут хоть креста не видать, до сих осталась защита от нечисти. Все равно как в церкви.

"Нечисть" в лице Валеры мрачно посмотрела на Игоря. Влад отвернулся.

Мне не очень-то верилось в эти слова.

– Не может такого быть.

– Сейчас попробую, – сказал Валера. – Но вряд ли получится…

Это было что-то необъяснимое, жуткое и пугающее. Я даже на время позабыл об остальных неприятностях. Валера – такой же, вроде, обычный парень, ничем не отличающийся от меня, стоял на пороге часовни и не мог двинуться с места. Будто невидимая сила отталкивала, не давала сделать последний шаг. Его лицо исказилось почти до неузнаваемости…

Валера ступил обратно, на жирную черную землю.

– Вот видите.

– А Влад?

– Я не пойду туда, – угрюмо бросил он.

– Может, часовня вообще никого не пускает?

Я шагнул за порог. Нет, ничего странного и необъяснимого. Просто спокойно зашёл в почти совсем темное помещение с непонятными мне предметами и всяким мусором на полу.

– Ух ты, здесь роспись на стенах! Жалко, не разглядишь, темно…

От узких окон не было никакого толку.

– Возьми мой фонарик.

Я вышел наружу. Валера порылся в рюкзаке, вытащил карманный фонарик, включил.

– Держи.

– Спасибо. Игорь, осмотримся по-быстрому? Интересно же.

– Ладно, хрен с тобой, – сдался Игорь. – Только недолго. А вы не уходите никуда… Мы скоро. Вот ведь черт дёрнул! Из-за какого-то несчастного рюкзака. Приехали бы в выходные, с утра.

– Не ворчи. Ничего с нами не случится.

Я уже почему-то перестал загоняться. В конце-концов, нас было четверо. Не так уж и жутко вместе. Даже если придется ночевать на кладбище. Нормальное приключение. Вот в одиночку, как Валера тогда – это настоящая жуть…

Фонарик освещал желтоватым светом смутные фигуры на темных стенах, лица с огромными глазами, длинные одежды…

– Как в музее.

– Макс, – тихо сказал Игорь, – Если ночью Влада на кровь потянет, не пугайся. Я ему свою кровь дам. Мне не привыкать. С Валеркой так же было. Ну, мы решили так, чтобы он на других людей не кидался.

– Что?!

– Понемножку, из запястья – это ничего страшного.

Я не знал, что ответить. Пожалуй, пора было выбираться на свежий воздух из затхлого, пропахшего сыростью и гнилью помещения. С другой стороны, на свежем воздухе нас поджидала парочка вампиров, а вечер близился. Но я все-таки шагнул в сторону дверного проема, Игорь двинулся за мной. Доски под ногами треснули, раздвинулись, и мы вдвоем полетели вниз, в полную темноту…

Полет оказался недолгим. Я грохнулся на каменный пол, но, к счастью, не очень сильно ушибся. В темноте послышался голос Игоря:

– Макс, ты цел?

– Ага. А ты?

– Вроде бы. Фонарик у тебя?

– Да, в руке. Погас только.

Я пощелкал кнопкой, и фонарик снова загорелся. Каким же ярким показался его теплый свет в черном пространстве, куда мы провалились…

– Вот угораздило! А все ты, юный археолог, – проворчал Игорь, поднялся на ноги и отряхнулся. – Придется ждать, пока наши вампиры не догадаются: что-то случилось.

– Как думаешь, скоро догадаются?

– Кто же знает, когда до них дойдет. Главное, чтобы эти умники не передрались опять без нас.

– Слушай, а что толку? Они в часовню зайти все равно не могут.

– Точно. Дурацкая ситуация.

Игорь с досады пнул какой-то предмет, который отлетел в сторону и ударился о стену. Предмет оказался костью. И похоже, что человеческой.

– Вот ведь занесло! Это я виноват. Вы-то молодняк, а я мог сообразить. Чего дома не сиделось?

– Не истери. Придумаем что-нибудь. Вскарабкаемся наверх. Подсадишь меня?

Увы, подвал был слишком глубоким. До пола часовни мы не смогли дотянуться.

– Игорь, смотри, тут коридор какой-то…

Мы осторожно двинулись вперёд. Всё-таки повезло, что фонарик уцелел, он стал нашей путеводной звездой. Оштукатуренный коридор все понижался. Складывалось такое впечатление, что мы скоро насовсем уйдем в глубину. А над нашими головами – могилы, могилы, могилы…

– Как думаешь, зачем это подземелье устроили?

Мой вопрос остался без ответа. Может, лучше вернуться?

Но тут уровень пола начал постепенно повышаться. Ещё несколько метров, и мы наткнулись на кирпичные ступени, которые вели наверх. Воздух уже не был таким затхлым…

Мы поднялись по ступеням и оказались в каком-то крошечном, узком помещении. Потом выбрались наружу.

– Похоже, тут раньше инструменты держали, – предположил Игорь.

– Наверное.

Мы стояли возле маленького низкого строения. Да, очень напоминавшего каменный сарай.

– Где там наши дорогие друзья?

Оказывается, мы не так уж далеко отошли от часовни. Хотя пять минут назад, в темноте, казалось наоборот. По крайней мере, теперь добрались до часовни очень быстро. Валера, который расхаживал взад и вперёд возле крыльца, с удивлением уставился на нас.