Текст книги "Айна для Повелителя Дракона (СИ)"

Автор книги: Лана Воронецкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)

–Веселье по поводу прошедшей «бешеной ночи»? –поинтересовалась я у Джареда.

–И это тоже, -он перехватил Айрин поудобнее, подождал пока поравняюсь с ними.

Всем было хорошо известно, что в короткую ночь запрещалось выходить из дому. А вот на следующий день можно смело праздновать и радоваться, что кошмары обошли стороной.

–А еще сегодня прибыла новая смена рыбаков. Прошлые отчалили как раз перед ночью всех кошмаров. Я покажу ваше жилье и предлагаю отужинать с народом. Заодно познакомитесь с местными.

–Хорошая идея, учитывая, что я теперь не рискну спать по ночам.

Мы дошли до самой дальней хижины с краю, двери и окна которой выходили прямо на океан. Как же должно быть здорово засыпать под легкий шум прибоя.

Нас встретила пожилая пара. Они соединили ладони перед сердцем, склонили головы, а затем подняли сложенные руки выше –прижали ко лбу и застыли. Выглядело, не просто как приветствие, для которого достаточно соединить ладони на уровне груди, что я и сделала. С их стороны, это была дань уважения и преклонения.

Джаред отпустил сестренку и по очереди коснулся кончиков вытянутых пальцев, благословляя.

–Они знают кто ты? –шепнула, подумав о водяном фантоме, которым тот нам явился.

–Нет, что ты, -он состроил страшное выражение на лице, потом беззаботно рассмеялся. –Если только догадываются. Но вас не тронут.

Они точно знали. Теперь, когда Джаред благословил, смотрели на него с почтением и обожанием.

Джаред слегка кивнул.

–Намасте, -заулыбались старики.

–Поклон тебе, -перевел наш проводник и заговорил на местном наречии, указал на меня с сестренкой. –Итар, Айрин, -продолжил непонятный разговор, указывая на хижину.

Пожилые люди улыбались, усердно кивали.

Джаред пояснил:

–Они присматривают за домом. А заодно присмотрят за вами, помогут устроиться. Я попросил проводить вас на праздник.

Он забрал сумку, передал старику. Тот побежал отнести в хижину.

–А как же ты? –я растерялась. –Мы никого здесь не знаем.

–Это поправимо, -он потрепал меня по голове. –Я не могу остаться. Зато вы можете здесь пожить столько, сколько понадобится. Лодочник возит на материк каждый день. Вы быстро освоитесь.

–С чего такая щедрость?

–За вас Катар попросила, -беззаботно пожал плечами и потрепал по волосам еще и сестренку. –Прощайте, девочки.

Вот так взял и развернулся в сторону океана, скрылся в темноте.

Рядом затараторила на местном диалекте старуха, тыча пальцем на Айрин и в спину Дажреду. Ох, верно подумала, что это его дочь. Вернувшийся старик жестко ответил, быстро угомонил супругу. Я ухмыльнулась про себя– видела бы она Айрин в истинном обличье мавки, без волшебного папоротника в волосах, никто бы не смог разубедить. Не успели мы появиться на острове, а, похоже, сплетни нам уже обеспечены.

Айришка заныла:

–Я хочу танцевать. Я совсем не устала.

–Да, милая, -я взяла сестренку за руку, -и поесть бы не помешало.

Я во весь рот заулыбалась нашим провожатым.

На небе появилась луна, подсветила путь, пока мы шли до места всеобщего веселья.

На берегу располагались несколько столов под натянутыми навесами и общее кострище, с вертелом, от которого расплывался пряный аромат мяса. На столбах, вкопанных по кругу, горели факелы. Они напоминали привычные капища, посвященные Берегине. Я осмотрелась в поисках лика Богини и замерла, разглядев мужские черты, высеченные на столбе побольше и повыше. Кудри, разлет глаз, профиль носа –поразительное сходство с нашим новым знакомым водяным фантомом. Разница лишь в суровом выражении на деревянном лице, в то время как Джаред казался беззаботным повесой, необременённым тяготами жизни.

Интересно, что их связывает с Катарпиллой?

Несколько молодых пар весело отплясывали под звуки струнных, гитары и барабанов. Айрин жалась к моим ногам, смущаясь большого количества людей. Еще сильнее застеснялась при виде группки детишек, гоняющих под ногами у взрослых.

Нас подвели к одному из столов. Старуха громко заверещала на островном наречии, остальные слушали, раскрыв рты. Потом начали приветствовать, складывая ладони перед грудью. Мы с сестренкой повторяли за местными. Я улыбалась радушному приему и старательно выговаривала:

–Намасте.

Когда нас накормили до отвала, подкладывая лучшие кусочки на тарелки, Айрин осмелела и пошла к местной ребятне, которые все головы повыворачивали, глазея на гостью. Мне немного взгрустнулось –какой блеклой и невыразительной выглядела сестренка на фоне загорелой когорты местных.

Размышления прервали пару девушек, которые вытянули меня из-за стола и потащили танцевать.

Отказать казалось неприличным. Хорошо, что здесь никто не пытался меня раздеть. Проказницы нимфы со своими чарами остались далеко позади. Как и розовеющие окна резиденции Повелителя, которые хорошо просматривались с танцевального места у костра на фоне ночного безоблачного неба, усыпанного яркими звездами.

Я мотнула головой. Вот же, лезут всякие мысли, но я снова и снова пялилась на дворец, словно высеченный на вершине скалы. Кто Повелитель, и кто я? Простая игрушка на одну ночь? Он назвал меня айной раньше, чем я сама узнала, что я не человек. Могучий и великий правитель пожелал развлечься перед тем, как вышвырнуть меня за грань, в холодный и ужасный мир Аваддона.

Я потерла грудь. Проклятое клеймо. Теперь главное не уснуть ночью. А там наступит рассвет и нужно будет попытать счастья, отвезти прошение, подготовленное Катарпиллой, в канцелярию. Мавками не рождаются. Ими становятся от несчастной любви. Разве можно за это лишать человека свободы? Пусть даже он и перестал быть человеком.

А потом нужно будет успеть выспаться, пока не наступит новая ночь.

Я не заметила, как бойкая музыка сменилась на мелодичный ритм, а вокруг образовались парочки. Колоритный местный танец завораживал откровенностью: парни обнимали, часто касались и тесно прижимали партнерш, а когда ненадолго отпускали, те извивались в чувственных движениях. Я ступила прочь из круга, чтобы не мешать, но меня кто-то крепко ухватил за рукав и утянул обратно в центр. Мужской голос пробасил над ухом:

–Потанцуйте со мной.

Глава 9

Я не успела рассмотреть кто это. Он умело развернул, прижал спиной к сильному телу, обхватил руками за талию, направляя движения, рисуя восьмерки бедрами вместе со мной.

–Я не умею, -попыталась отстраниться, но он сам крутнул, отталкивая, перехватил за руку, не отпустил, а, наоборот, немного подтянул к себе.

Мы встретились взглядами. Улыбка тронула уголки крупных губ.

–Зато я умею. Румба. Местный танец нежности и любви. Вы созданы для него, -пошевелил бедрами, показывая, вовлекая в танец. -Просто расслабьтесь, у вас все получится.

Меня рассматривал высокий загорелый мужчина с русыми, выцветшими на солнце волосами. Похоже из моих родных мест. Черты показались смутно знакомыми. Я нахмурилась, пытаясь понять, кого он мне напоминает.

Мужчина умело вел в танце. Не вырываться же, хоть смущение и накатывало волнами из-за откровенности танца. Но вокруг никто не стеснялся, и я постаралась расслабиться. Мой партнер двигался легко и грациозно, не смотря на мощное тело. Сильные руки уверенно поворачивали, прижимали и плавно направляли, так что я легко улавливала рисунок и ритм, подстраивая собственные движения, которые диктовало тело под зажигательные звуки.

Шершавые от мозолей ладони, привыкшие к тяжелой работе, подсказывали, что это один из рыбаков. Но его манеры, хищная грация и осанка создавали резкий диссонанс с простецкой внешностью: загар, выгоревшие волосы, кожа, обветренная соленой водой.

На последних звуках танца он склонился, целуя мне руку, пошел проводить к столу. Прямо к нам под ноги выскочила Айрин и без всякого стеснения протянула к рыбаку ручки:

–Пок-рружи меня.

Неожиданное поведение для тихой сестренки. Я засмеялась, пряча неловкость, попыталась ухватить Айрин за руку. Но мой неожиданный партнер по танцу не смутился, присел перед малышкой, внимательно разглядывая и заулыбался ей также открыто и искренне, как только пару минут назад улыбался, танцуя со мной.

–Кто это у нас здесь? Такая же красавица, как и ее мама? –явно польстил моей невзрачной человеческой сестренке.

В образе мавки Айрин выглядела намного ярче и симпатичнее. Должна признать, мавочка –была само очарование. Сейчас же малышка напоминала бледную моль из чулана.

Айрин глянула на меня, я подмигнула и приложила палец к губам, показывая, что мол, пусть это будет наш маленький секрет. Пускай этот галантный мужчина, который рыбак, ничего себе на мой счет не воображает и планов никаких не строит. Лучше, пусть думает, что я одинокая мамочка. Глядишь, быстрее отстанет.

Он подхватил маленькую пушинку и закружил, вызвав бурю восторга и смеха. Вот, теперь Айрин стала немного похожа на себя прежнюю.

Когда он отпустил, сестренка немного пошатнулась:

–Ой. Устала, -засмеялась и снова потянулась к мужчине, -возьми меня на ручки.

Я попыталась одернуть, но он оказался проворнее и снова подхватил девчушку. Айрин потрогала его щетину.

–Извините, у нас был сложный день и длинная дорога, -я потянулась забрать распоясавшуюся малышку. -Пожалуй, ей пора немного поспать.

Недовольная Айрин уклонилась от моих рук. Да что с ней такое происходит?

–Давайте, я вас провожу, -мужчина развернулся и ждал пока я покажу дорогу.

Устраивать сцену с непослушной сестренкой на глазах у кучи народа не хотелось. Вот, я задам ей, когда останемся одни. На нее это было совсем непохоже –лазить по чужим рукам. Как ему удалось втереться в доверие? Впрочем, пусть отнесет ее до хижины, раз уж так ему хочется. Я бросила укоризненный взгляд на Айрин и уныло поплелась вперед, чувствуя, что и сама ужасно устала.

Я вглядывалась в небо. Звезды сбавили яркость. Самое темное время ночи –перед рассветом. И самая тонкая грань между мирами тоже. Сейчас главное, не заснуть. Осталось подождать совсем немного. Может и к лучшему, что рыбак увязался с нами. Если Айришка заснет, будет с кем поболтать, чтобы прогнать сон.

–А как тебя зовут? –не унималась сестренка.

Он замялся, неуверенно ответил:

–…Карим.

Странный рыбак, который сомневается в собственном имени?

Когда мы подошли к хижине, Айрин заснула прямо на мужских руках. Я аккуратно забрала девочку, не собираясь пускать незнакомца через порог.

Он проводил нас грустным взглядом, чувствуя неловкость и не пытаясь напроситься внутрь. С надеждой спросил:

–Хотите прогуляться? Близится рассвет и мне скоро выходить в море. Уверен, будет очень красиво и вам понравится, -пожал плечами. -А потом сможете выспаться.

Отличное предложение. Сама бы я не решилась попросить, а так сделала вид, что сомневаюсь, раздумываю. И когда он поник, как-то ссутулился, я снизошла и бросила через плечо:

–Подождите здесь. Я уложу дочку и вернусь, -все-таки улыбнулась потому, что рыбак выглядел скорее жалким, чем наглым. Да и к Айрин отнесся с таким трепетом, а сестренка сразу прониклась в ответ. В общем, я не чувствовала никакой угрозы от такого большого, но милого мужчины и я обнадежила: -С удовольствием встречу с вами рассвет. Но, смотрите мне, вы обещали, что будет красиво.

Я не повернула головы, но слышала, что он аж подпрыгнул от радости.

Хоть глаза уже и привыкли к темноте, ориентироваться в незнакомой обстановке было трудно. Я споткнулась, чуть не упала, стукнулась обо что-то плечом. Наконец, доковыляла до кровати и сгрузила сестренку. Сняла ей босоножки и укутала одеялом.

По полу потянуло сквозняком. Ощущения усилились. Теперь казалось, что под ногами что-то шевелится. Я даже переступила, потом махнула одной ногой, отгоняя непонятные прикосновения. Что-то слишком крупное для насекомых, но и слишком мягкое для какого-нибудь животного, заползшего без разрешения в дом.

Шевеление в ногах продолжилось, становясь все плотнее, как будто кошка терлась мягкой шерстью.

Глаза налились тяжестью, усталость обрушилась неожиданно, выбивая все посторонние мысли из головы, кроме желания прилечь. На минуточку. Не спать, просто отдохнуть. Руки потянулись к мягкой перине, ноги ослабли, я присела с краю кровати. Потом накренилась, тяжелая голова тянула вниз, маня прилечь. Я сейчас. На минуточку.

Рядом перина прогнулась под тяжестью черного размытого пятна. Пригляделась –с пола запрыгнул темный пес. Потом еще один. Повелитель послал за мной свои кошмары? Ну, что ж, для меня не было ничего страшнее близости с ним. Тело сгорало от желания, стоило оказаться рядом. Мой кошмар, мое наваждение.

Чем сильнее я погружалась в сон, тем отчетливее становился зов. Клеймо пульсировало на груди, выталкивая тело к пугающему Повелителю. Как же так, я не дотерпела, уснула? До рассвета оставалось всего ничего. Это все кошмарные псы виноваты. Они убаюкивали сознание, не позволяя открыть глаз.

Я уже чувствовала знакомый аромат, отдающий нотками мускуса и сандала –меня окутал дым от курилен, расставленных на полу. Я видела отблески сотен свечей, разгоняющие мрак просторной комнаты и их отражения в витражных окнах из розового стекла, слышала рычащее: «Итаа-аррр». Низкий голос будоражил воображение, вызывал мурашки и заставлял сердце биться быстрее. От страха. И от жара, разливающегося по ногам.

Оставалась надежда, что он дотронется и я снова исчезну. От этой мысли сердце чуть не выскочило из груди и выпустило переливчатую трель. Тело жаждало прикосновения. Я рвано выдохнула. Из груди выскользнули новые звуки нежной мелодии. Я не смогла их сдержать.

Как же так? Я не хочу влюбиться, столкнуться с разочарованием и превратиться в мавку. Прямо, как тетя. Мужчинам нельзя доверять. Тем более таким, как Повелитель, который берет то, что хочет, не спрашивая разрешения, топчет и выбрасывает, когда наиграется. Также, как они все. Также, как сделал тетин любовник -насладился близостью, пресытился и ушел, наплевал на ее боль, наполнил жизнь невыносимым страданием. Использовал и выкинул. Он даже не знает, что у него родилась дочь.

–Айна Итаррр, -пророкотало у самого уха.

Но Повелитель не спешил дотронуться. Прошлая встреча преподнесла ему урок. Похоже, он быстро учился и в этот раз не спешил распускать руки.

Я сглотнула и попросила:

–Отпусти, -голос сорвался на последнем слоге.

–Значит, руками не трогать? -он, напротив, повысил голос.

Ой, он слышал, как я смеялась над ним? Я зажмурилась. Может, еще и видел, как я дразнилась, показывая язык? Ну, что за детская выходка. Надо было держать себя в руках.

Душераздирающий вой заставил меня вздрогнуть и широко распахнуть глаза. Я снова оказалась в хижине, на кровати со спящей сестренкой. Что случилось? Повелитель меня не трогал. Отпустил?

Его псы исчезли с кровати. Малышка крепко спала, а снаружи раздался собачий скулеж. Псы выли от боли так пронзительно, что внутри все перевернулось и заныло. Я выскочила за дверь, открытую нараспашку. Небо начало светлеть. Я прекрасно разглядела Карима.

Прямо на моих глазах он схватил темного пса за морду, раскрыл ему пасть и разодрал в разные стороны. Вой, полный боли и страдания, разлетелся по округе, подхваченный эхом. А Карим не остановился, он порвал кошмарную сущность на два куска и отбросил на песок, сплюнул. По рукам стекала кровь. К горлу подступила тошнота. Неожиданная жестокость. Хотя, таким образом он вырвал меня из лап Повелителя.

Вторая безжизненная тень тушки трепыхалась на кромке воды. Ее смыло очередной прибрежной волной.

Не оглядываясь, Карим пнул куски тьмы, зашвырнул один за другим вслед первому псу, в океан. Сам опустился, смыл кровь, плеснул водой в лицо и потряс головой, разбрызгивая капли вокруг.

Я обхватила себя руками и закусила губы, пересиливая неприязнь. Подошла ближе, удивляясь, как он смог справиться с темными сущностями. Как узнал, что мне грозила опасность? Наверное, стоило поблагодарить и спрятать подальше отвращение. Предсмертные завывания стояли в ушах.

Карим так и сидел, скорчившись над водой:

–Что? Понравилось в постели Повелителя? –раздался неожиданно злой голос с ломающимися нотками.

Пока до меня доходил смысл претензии, полной неприкрытой ярости, Карим резко поднялся, развернулся и навис надо мной, уперев руки в бока и вперив раздраженный взгляд:

–Потаскуха! -выплюнул обидное слово мне прямо в лицо чужим голосом.

Его глаза почернели, их заволокла черная дымка и просочилась наружу. Черты исказились, обращая Карима рослым детиной, в которого превратился Карлушка на поляне в «бешенную» ночь. Мускулы раздались, но одежда осталась цела потому, что сам Карим был не дюжего роста и крепкого сложения. Ноздри дрожали от злости.

–Что, взял он тебя, айна? Смотрю, понравилось, -обидные слова вырывались с шипением, пару раз брызнула слюна. -Сердце запело, еще не успела исчезнуть по его зову, -он отер рот рукавом.

Страх перемешался со стыдом, рука сама отвесила звонкую пощечину и, заикаясь, я стала оправдываться:

–Я не буду с мужчиной. Никогда. Не по собственной воле.

Ноги и руки дрожали. Что я творю? На кого замахнулась? Надо бежать, спасаться, а не доказывать что-то злой сущности, которая говорила, что давно меня преследует. Карим и есть сама тьма, или он тоже одержим? Вроде, еще молодой мужчина не выглядел, как человек, слабый разумом. Не то, что Карлушка в сказочном лесу.

Карим потер щеку, перехватил мою дрожащую руку и ухмыльнулся, дернул на себя:

–Не все ему достается так легко? Да?

Тьма сильнее повалила из глаз, он наклонил лицо ниже, почти касаясь губами прошептал мне прямо в рот:

–Я обещал быть нежным.

Вырваться не получалось. Я укусила наглого мужика за губу, он зашипел. Сильно зашипел и запахло паленой кожей.

Солнечные лучи вырвались из-за широкой спины, расчертили небо над головой, прогоняя утреннюю дымку. День выдался на диво ясный и безоблачный.

Тьма, до этого валившая из глаз, вспыхнула на солнце и загорелась, не оставляя ожогов. Карим схватился руками за лицо, принялся с остервенением тереть. Я отпрянула. Мужское тело пульсировало –то скукоживаясь до размеров горбатого карлика, верещавшего тонюсеньким голоском, то вновь прорисовываясь могучими контурами детины с поляны, ревущего грубым басом.

А сзади выбежала Айришка с криками:

–Кар-ррим, Каррим, -ринулась прямо к нему.

Я попыталась перехватить. Надо бежать отсюда. Нас снова настигла тьма. Бежать, пока Карим не очухался. Еще и Айришка попадет ему под тяжелую руку.

Мужчина рухнул на колени, согнулся, а сестренка обхватила его, обнимая, вцепилась в рубашку –не оттащить.

Глава 10

Тело Карима застыло, перестало моргать, меняя облики. Я ухватилась за Айришку, но она завизжала, не желая разжимать пальцы. Мужчина поник и тяжело дышал, успокаиваясь в детских объятиях, не смел поднять головы.

Берегиня, богиня моя родная, да что происходит? Какая упрямая девчонка.

Айрин запричитала:

–Ты что, не видишь? Это же наш Карр-луша, -она всхлипнула. –Бедненький. Больно тебе?

Я тяжело опустилась на песок рядом с парочкой.

Племяшка погладила Карима по волосам.

–Карр-луша хороший. Не плач.

–С чего ты взяла, что это Карлушка? –спросила, сама уже смирившись с вывертами реальности.

По щекам племяшки катились слезки:

–Я сразу узнала. Но молчала. Думала, ты мне не поверишь.

Вот ведь, детская непосредственность.

Айрин поцеловала выцветшую макушку. Карим горестно закачал головой, простонал. Позволил племяшке погладить еще. Потом высвободился из детских ручонок, поднял на нее больные покрасневшие глаза, через силу улыбнулся, расцеловал детские ручонки в ответ.

–Моя принцесса, -произнес с придыханием, -мое спасение.

Похоже, солнце и наступающий день выжгли всю тьму из мужчины.

–Что происходит? –потребовала я объяснений.

Карим усадил довольную Айрин к себе на коленки. Помолчал, подбирая слова.

–Моя жизнь словно расколота на куски. Память подводит и творит странные вещи со мной. Вот, например, Айришка. Я сейчас очень хорошо вспомнил ее, несмотря на то, что девочка перестала быть мавкой. А еще то, как жил горбатым карликом в лесной глуши рядом с ней и ее мамой. Как они были добры ко мне, -он заправил девочке непослушный локон.

–Мне больше нравились зеленые волосы, -пожаловалась малышка.

–Ты прекрасна, -улыбнулся Карим, -в любом виде. А где твоя мама?

–Итаррр говорит, она скоро приедет, – Айрин посмотрела на меня, как бы спрашивая разрешения разболтать секрет.

Я махнула рукой. Какие уж тут тайны. Наврала, конечно, племяшке. Но не могла же я ей рассказать, что может мы больше никогда не увидим Элистер. Я надеялась найти тетю. И вернуть.

Айрин затараторила:

–Мамочка поехала за подарочками. Только, это секрет, -она приложила палец к губам и выпучила глазенки.

Я нащупала на песке ракушку и протянула племяшке:

–Смотри, какая красота.

Она восхищено втянула воздух.

–Иди, пособирай камушки и ракушки на берегу.

Айришка успела успокоиться и вернулась к хорошему настроению, с удовольствием пошла шлепать по воде.

–Только не отходи далеко.

Карим хмурился, силясь собраться с мыслями:

–Тебя тоже помню, как ты приезжала навестить мавок.

–Знаешь, Карим, я не стала говорить при Айрин о том, что случилось с тетей. Малышка думает, что мама скоро вернется. На самом деле, ее утащили стражи. Может, уже и отправили в Аваддон.

–Надо написать прошение Повелителю, -сказал Карим и сам удивился. –Память –странная штука. Я помню всякие мирские реалии. Теперь вспомнил, как жил в образе юродивого в лесной глуше с нимфами и лешими. Но я не помню, чем я занимался раньше, где вырос.

Какие слова знает ущербный из волшебного леса! Подумать только –мирские реалии. Да кто он такой, мать его? Я не мешала. Он проморгался, тряхнул головой.

–Я прибыл на остров вместе с рыбаками. Помню море, как ловили рыбу. И все, больше ничего. Думал перебрал с мужиками на радостях. Считается большой удачей попасть в команду, промышляющей у этих берегов –рыбное место. А сейчас в голову лезут разные обрывки странных воспоминаний. Как такое возможно?

Он расправил плечи, вытянулся, посмотрел за спину.

–Вот, нет же никакого горба, -удивленно оглядел руки, ноги. –Получается, я раньше был уродцем?

–Карлушка еще и юродивый был, соображал плохо. Что еще ты помнишь из жизни в лесу?

Карим перевел взгляд с племяшки на меня и обратно:

–Вас помню. Вы всегда были добры к Карлуше, -он замялся, -получается, добры были ко мне? Воспоминания очень путанные. Все, как в тумане.

Он снова наморщил лоб.

–А как ты попал в тот лес помнишь?

–Нет, -Карим качнул головой, прикрыл глаза и задумался. –Скомканные, обрывочные ощущения постоянного страха. Кисель из мыслей и мания преследования. Карлуша, -он споткнулся на имени, исправился: -Вернее, я. Я боялся темноты, прихода ночи и кошмаров во сне. Мне снился крылатый черный дракон–он все время шипел, мучил, как будто метался в моей голове, в моем теле.

–Думаешь, это кошмарная тварь Повелителя? Выследила тебя во сне? Может, ты тоже не человек?

Карим мотнул головой:

–Я точно знаю, что темная тварь не принадлежит Повелителю. И это знание из моей прошлой жизни. Той, о которой я забыл. Черный дракон –это тьма, пришедшая в наш мир. И, похоже, он использует меня, чтобы выбраться на свет.

Перед глазами всплыла сцена на поляне в «бешеную ночь»: как Карлушка обратился рослым детиной, а потом и вовсе змеюкой крылатым.

–А ты помнишь, как дрался с Повелителем на поляне?

–Я? –Карим поднял голову и округлил глаза. Даже рот приоткрыл.

Я вздохнула:

–Значит, не помнишь. Похоже, этот змей берет контроль над твоим разумом и использует твое тело. Катарпилла говорила о слабых людях, к которым зло заползает во сне.

Карим впечатлился:

–Сама старуха лесная тебя привечала? Большая редкость. Она ни с кем не общается. Что еще она говорила про это зло?

–Что человек, к которому оно является, сходит с ума.

Карим сжал губы в тонкую линию, уставился на океан. Из-за линии горизонта всплывал солнечный диск. Луч упал мне на руку, кожа заискрилась. Карим заметил и благоговейно прошептал:

–Айна…

Я встрепенулась:

–Что тебе известно об айнах?

Мужчина заморгал -силился вспомнить, потер виски.

–Айны пришли со дна океана, -он скользнул взглядом по ряби на соленой поверхности.

–Это я уже слышала, -не сдержала разочарования. -Что-нибудь еще?

Из уст Карима вырвались заученные слова:

–Тот, кто завладеет айной, получит свободу, -прозвучало так, будто фраза набила оскомину от миллиона повторений.

Завладеет? Жаром плеснуло в лицо. Там, на поляне, детина собирался именно завладеть, и сейчас, перед рассветом. Прошлый раз его остановил Повелитель, а теперь утреннее солнце.

Я потерла шею.

–Значит этот черный дракон хочет использовать не только твое тело, но и мое? –высказала я неприятную догадку.

Карим вздохнул:

–Значит, нам надо подготовиться к приходу ночи. Моя голова, оказывается, забита кучей знаний, о которых я понятия не имел всего пару часов назад. Говорят, айны пробуждают истинную сущность в людях, -он залюбовался мною.

Солнце вовсю слепило, отражаясь бликами на воде и искрами на моих руках и лице –я чувствовала отблески в глазах.

–Прекрасные айны существуют… -прошептал Карим, а потом тряхнул головой, сбрасывая наваждение.

–Мне нужно укромное место и надежные оковы к ночи. Я знаю состав сплава, который удержит обращение.

На мой невысказанный вопрос, он отрезал:

–Не спрашивай. Понятия не имею, откуда я это знаю.

Он посмотрел на большие мозолистые ладони, которые свидетельствовали о тяжелом физическом труде, а не умственной работе. Кто же ты такой, Карим? Смысла спрашивать не было, я промолчала.

–На острове есть кузня. У меня есть сбережения. Я займусь делом, -он прокрутил что-то в уме и замялся: -Может возникнуть проблема.

–Какая?

На самом деле мои мысли все время улетали в сторону от проблем Карима. Хоть они у нас и были общие. Меня беспокоило то, что я упускаю время. Солнце взошло и мне надо спешить, чтобы не упустить лодочника. Судьба тети волновала гораздо больше, чем вселенские вопросы борьбы добра и зла.

–Для сплава нужно неочищенное серебро. Не уверен, что смогу найти на острове.

Я даже повеселела:

–А мне срочно нужно в город. Отвезти прошение. Переживаю, как бы лодочник не отчалил. Могу поискать серебро на базаре.

–Добро, -кивнул Карим, -Только как бы не опоздать к ночи.

Я встала, окрикнула Айрин. Племяшка прошлепала по кромке обратно, радостно брызгая водой во все стороны и протянула ручонки с ракушками:

–Смотрите, какие сокровища, -восторгом сияли глаза, на шее блеснула цепочка с кулоном.

Подарок Элистер дочке.

–Айрин, солнышко, -состроила просительное выражение, -а ты же ведь не жадина-говядина?

Племяшка тяжело вздохнула, но протянула ракушки:

–Ладно, можешь выбрать себе тоже.

Умничка, девочка. Я заулыбалась.

–А дашь Карлуше цепочку? Ему очень нужно, -я умоляюще сложила ладони, -Пожалуйста, пожалуйста. А я потом тебе новую куплю и колечко еще.

–И сережки, -прищурилась хитрая малышка.

Я глянула на Карима с показной возмутимостью, театрально вздохнула и снизошла:

–Да, этот дядя купит тебе и, колечко, и сережки, -вопросительно изогнула бровь, глядя на мужчину.

–Да, да, конечно, -он засмеялся, -любые, какие выберет моя принцесса.

Я тихонько пихнула Карима. Не до такой же степени баловать, а то с племяшки станется затребовать дорогие каменья.

–И уши разрешите проколоть? –Айрин аж подпрыгнула от радости.

Карим подмигнул:

–Я уговорю. Моя девочка должна блистать и быть самой-самой красивой малышкой.

–Это я –твоя девочка? -залилась смехом Айрин.

Ох, я запереживала. Зачем он так? Привяжет к себе малышку. А она смотрит на него влюбленными глазами. Еще не хватало, чтоб приняла за отца. Элистер мне устроит тогда. Я же знала, как девочке не хватает папы.

Айрин стащила цепочку, раскрыла кулон:

–Смотри, это -моя мама, когда она еще мавкой не стала.

Вот, уже клинья подбивает. Элистер вернется, а тут Айрин женишка ей подыскала.

Карим взглянул, улыбка застыла, словно приклеенная, но из глаз все веселье выветрилось. Портрет приковал внимание, гипнотизируя. Племяшка продолжала щебетать, но он не слушал. Он же видел Элистер раньше, когда Карлушкой в лесу жил с ними, пусть и в образе мавки, но почему он так пялится на ее человеческий портрет? Мужские глаза блеснули на солнце. Или показалось.

Глава 11

Айрин вытянула цепочку из украшения, вложила в руку Кариму и захлопнула кулон перед его носом. Он очнулся, приложил руку к сердцу, болезненно потер.

–Что с тобой? –Айрин изогнулась, заглядывая Кариму в глаза. –Сердце колет?

Он медленно выдохнул:

–Все в порядке. Уже перестало.

Он рассеяно принял детский дар. Странная задумчивость не покинула. Карим откашлялся:

–Мавками не рождаются. Поэтому, у вас есть все шансы вернуть тётю на условиях реабилитации, с переселением в резервацию. Я даже слышал истории, когда мавки возвращали человеческий облик. Вот, ведь у Айришки получилось, -он снова посмотрел на малышку с неподдельной нежностью.

–Это все цветок папоротника. И это не настоящая внешность. Просто человеческий облик, как маска.

Карим пожевал губами:

–Я думал, девочка стала человечкой благодаря тебе, айна.

Я кисло усмехнулась:

–Ну, она-то уж точно мной не владела. Как там в пророчестве твоем говорится.

–Кто знает, -пожал плечами, -Ко мне стала возвращаться память, когда тебя встретил.

Я притянула племяшку, расплела мышиную облезлую косичку. Зеленые густые кудри рассыпались по детским плечикам. Щечки налились румянцем, глаза округлились и расползлись на пол лица, позеленели, а зрачки исчезли. Айрин набрала воздуха в грудь, расставила руки и подставила лицо солнышку, закружилась: искренняя, радостная, красивая –даже в нечеловеческом облике. Какая же она должно быть красавица на самом деле. Неужели, и правда, есть способ? В горле застряли слезы.

Карим поднялся, подхватил Айрин и закружил сильнее. Под звонкий визг закричал:

–Способ вернуть мавкам человечность есть. Надо покопаться в архивах.

Я оторвала лепесток от голубого огненного цветка папоротника, заплела в косу. Краски вокруг поблекли, звуки стали тише, даже запахи схлынули. Больше не чувствовала соленый манящий бриз океана на губах, солнце не ласкало кожу, прибой больше не пел успокаивающим фоном –так, просто тихий плеск и только.

Карим криво улыбнулся и подбодрил:

–Ну, не уродина и то хорошо. Чего расстроилась? Зато айну в тебе точно не признать.

Я вздохнула и подозвала Айрин заплести цветок обратно. Племяшка заупрямилась:

–Не хочу. Мне не нравится.

Как я ее понимала. Но нам нельзя открыться людям. Мы вынуждены прятать истинную суть. Всю жизнь. Если только, действительно, есть способ все исправить. Для Айрин. И Элистер. Но не для меня. Ну, и ладно. А у меня есть папоротник.

Карим забрал цветок и присел на корточки перед Айрин:

–Останешься со мной, пока тетя на материк сплавает?

Айрин согласно закивала.

–Только придется потерпеть, -Карим помахал папоротником, а мне пояснил: -Так быстрее управишься.