Текст книги "Айна для Повелителя Дракона (СИ)"

Автор книги: Лана Воронецкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

Я скривилась. Сестренка четко орала мое имя. Впервые в жизни выговорила букву «р». Только глухой мог не услышать. Я поджала губы, смотрела выжидающе. Коли не захочет говорить, так и будет молчать. А у меня аж дыхание перехватывало от страха. Сначала пятно, теперь, оказывается, имя мое ему знать не надо было. Я выдавила:

–Знает он… Айрин закричала мое имя, когда испугалась.

Глава 6

-Ну, и ладно, -вредная старуха, которая и вовсе не старухой выглядела, толкнула дверь и показала заходить внутрь.

Айрин забежала и уселась за стол, радостно осматривая избу.

–Что ладно? –на негнущихся ногах я переступила порог.

–Призывать сможет, -огорошила Катарпилла, -во сне.

Ей реально стало весело. Она придвинулась ближе и зашептала:

–Ты же потом поделишься? Расскажешь, какой он, а? Мы же девочки, такие девочки, -она засмеялась, -посплетничать любим.

Вот, старая развратница.

–Ох, ну чего ты боишься? Не ты первая, не ты последняя. Знаешь, сколько у него в постели перебывало? Опытный. Научит всему.

–Ты-то откуда знаешь?

Мне совсем не хотелось в постель к старику. Да и пугал он до чертиков. Страшный и ужасный Повелитель кошмаров. У него, чай и души-то нет. Сколько нелюдей сгубил, отправив их за черту Авадонна.

Одно радовало, что я хотя бы не влюблюсь, если все-таки что-то пойдет не так. А пойти очень даже могло. Ну, я хотя бы за тетю тогда смогу поторговаться. До чего мысли додумались. Жуть какая. Это все старая карга на меня дурно влияет.

Наша хозяюшка суетилась, доставая скатерть из кухонного шкафа. А я бочком двинулась к туалетному столику с колодой карт. Ух, сколько раз просила ее погадать, раскинуть картишки. В лесу поговаривали, что лучше нее никто не умеет этого делать. И что колода у нее волшебная. Да и трактовать карты она мастерица. А мне просто необходимо заглянуть в будущее, хоть одним глазком. Сегодня ночью вся жизнь перевернулась с ног на голову, и старуха не спешила помогать советом.

Я уже почти дошла до заветной колоды, и потянулась рукой, когда меня настиг строгий окрик:

–Стоять.

Как же, ага. Два раза.

–И не подумаю, -я сделала еще шаг и неожиданно споткнулась, прямо о воздух, честное слово. Не было там ничего под ногами.

Старуха ехидно хмыкнула, наблюдая за моим полетом. У, старая карга, наговор пустила. Падая, я вытянулась, что есть мочи, и задела колоду. Карты рассыпались и попадали на пол вместе со мной. Одна осталась в руке, и еще одна перевернулась картинкой. Остальные усеяли коврик черными прямоугольниками –рубашками кверху.

На всю крохотную горницу разнеслось громовое:

–Сколько раз я тебе говорила? Не надо заглядывать в будущее. Надо жить настоящим. Всегда есть выбор. Гадания –это для слабых людей.

–Угу, -привычно согласилась, а сама уткнулась в рисунок, зажатый в руке.

Вздрогнула и выронила. Карту заволок черный клубящийся туман, который растянулся пеленой грани, точно такой, которая преследовала в лесу. Сквозь дымку проглядывали очертания мужского силуэта. Оххх. Я отпихнула карту ногой. И бросила взгляд на другую карту, которая перевернулась картинкой. Карга уже тянула свои загребущие ручонки к ней. Но я успела рассмотреть джокера – карлик в шутовском колпаке. Мне вдруг показалось, что его лицо перекошено параличом, как у Карлушки. Маленький негодник на картинке вдруг превратился в местного юродивого.

–Карлушка, -я поежилась.

Ночной кошмар отпечатался в голове: вот он не пускает мое платье и бежит за мной, а вот превращается в рослого детину, одежда трескается на мощных плечах, а потом он тянет свои лапы мне между ног.

Катарпилла нахмурилась и задумалась, разглядывая карту:

–Это джокер. Неизвестная лошадка. Я вижу тьму, идущую за ним.

А я снова увидела крылатого дракона, кружащего надо мной и Карлушку со страшными глазами, клубящимися тьмой. Эта тьма идет за ним? Это она меня преследует с тех пор, как тетя превратилась в мавку?

–Вам надо скоро уходить, -старая сменила тон, -А то навлечёте на нас беду. Уже навлекли.

–Катар, а что с Карлушкой не так? Он тоже не человек?

Катар махнула мне, чтобы я убралась с пола:

–Кыш, за стол!

Сама наклонилась, собирая карты. Ее лицо приняло серьезный, даже суровый вид:

–Если зло заползет в сон спящего, то может взять контроль над слабым разумом, а, соответственно, и телом. В результате человек сходит с ума.

В этом вся карга. Ничего толком не объяснит. Вот, Карлушка и так юродивым был, сколько я его знала. Интересно, и давно к нему заползло это непонятное зло, о котором говорила Катар? Кажется, страшный голос из его уст говорил, что давно за мной наблюдает. Странно все это. Ну, да пусть старая сама в своем лесу заповедном сказочном разбирается. А мне с сестренкой теперь все пути открыты. Нечего здесь больше ошиваться. И от Карлушки подальше, который, оказывается, не только юродивый, но еще и одержимый. И в люди сестренке надо. В школу уже пора.

Катарпилла переменила настроение, скатерть-самобранку раскинула с яствами заморскими всякими. Айришка уплетала за обе щеки –проголодалась маленькая. Глазки потихонечку слипались. Как никак всю ночь не спали. А уж за полдень перевалило.

Айришка заерзала:

–Ита, а когда придет мама?

Я закусила губу, но пришлось выдумать объяснение:

–Маме пришлось срочно уехать в город. За подарочками и обновками, -я легонько коснулась пальцем маленького носика, -только ты потом ей не говори, что я проболталась.

Я запихивала в рот еду, не чувствуя вкуса. Невеселые мысли вертелись по кругу.

На полу валялась карта. Карга не все подобрала, одну не заметила. Сначала я подумала, что она лежит рубашкой кверху. Черный прямоугольник так и манил, притягивая взгляд. Я разглядела легкую темную дымку, клубящуюся над ним и поежилась –это та самая карта, которую я выхватила из колоды. Вот непонятно, откуда у Карги карты с Повелителем и Карлушкой? Или это просто мерещится?

Я хорошенько проморгалась и рискнула попросить совет:

–Так что с тетей Элистер делать? Как ее теперь выручать? Однажды в архиве я наткнулась на поправку к закону о выселении нечеловеческих сущностей за грань. Там говорилось о прирожденном и приобретенном облике. Так, вот, я подумала, что тётя же родилась человеком. Это потом она превратилась в мавку.

Карга откусила пирог, заговорила с набитым ртом:

–Так чай к Повелителю на поклон идти. Прошение о помиловании отнести. Я тебе пособлю, напишу, -загадочно улыбнулась. – Может призовет, вот и поговорите?

Ага, прямо в постели и поговорим. Хотя прошение имело смысл. Надо отнести поверенным. Можно рассказать тетину историю, она ведь не родилась мавкой и показать Айрин, которая снова стала человеком. По моим расчетам, папоротника должно хватить на них двоих. И если цветок вернет тете человеческий облик, зачем ее держать в Аваддоне. Не если, а когда вернет человечность. Должен вернуть. Иначе все было зря.

Я снова глянула на черный провал карты, зияющий на полу –словно маленький лаз в мир за гранью, где притаился пугающий Повелитель с его кошмарами.

–Брррр, -аж похолодело внутри, -ты что в свахи переквалифицировалась? Не доведут тебя до добра все эти розовые сопли из бульварных романчиков. Лучше бы своей личной жизнью занялась.

Старая аж жевать перестала, рот приоткрыла:

–Моя личная жизнь –не твоего ума дело.

Хм, у Карги есть личная жизнь? А что? Я бросила на нее оценивающий взгляд –ничего себе так, красивая. В этом облике. Интересно, какой из ее обликов настоящий?

А потом Карга придвинулась чуть ближе:

–Ну, а что? Какой он? –она покосилась на малышку, но та допивала чай и клевала носом, совсем не прислушиваясь к нашим разговорам. -Признайся, понравилось, когда он тебя коснулся? –она смотрела мне на грудь, где под тканью скрывалось черное пятно.

–Чего? –я как вспомнила весь ужас, который испытала ночью на поляне, передернула плечами.

А потом про то, как уткнулась спиной в Повелителя на болоте, как он обхватил за бедра и крепко прижал, все помнила, до мельчайших подробностей: как ноги подкосились, как мурашки побежали по телу и очень четко запомнился запах. Почему-то снова запахло сандалом и мускусом, приятно потянуло низ живота. Я уставилась в чашечку ароматного чая в руках. Принюхалась –ах, же старая карга, чем она меня опоила?

–Что это?

–Сон-трава, с приятными воспоминаниями, -Катарпилла уперлась локтями в стол, положила подбородок на ладони, умиление расплылось по лицу.

Я сразу почувствовала, как веки потяжелели.

–Эх, молодость. Ничего соврать не умеете, все на лице написано. Так ты в кого влюбилась-то? В Повелителя нашего, али в Карлушкину тьму?

–Катар, не забивай мне голову всякими глупостями. Мне тетю выручать надо, а вы тут все сговорились что ли? Нимфы с танцами, ты со своим чаем. Эти мужики твои самовлюбленные, драку устроили. Не знаю, чего они там выясняли, но им точно было не до меня. Уже, наверное, и вовсе обо мне забыли.

–Ну, тогда и беспокоиться не о чем, -согласилась подозрительно быстро. – Отправляйтесь на океан, -ее голос убаюкивал, как будто Катар колыбельную пела: –Айны пришли со дна океана. Они родились в цветке лотоса, -вещала нараспев незнакомую легенду. –Океан –дом твой, твоя сила и защита. Душу и тело лечит, силой питает. Сущность твоя проснулась, надо бы соленой водицей подпитаться. А там глядишь, и не хватит силенок у Повелителя призвать тебя, раз ты так боишься. Ну, и на всякий случай…

На ладони Катар появилась горсть переливающегося порошка, она сдула его мне в лицо, окутав искрящемся облачком, которое тут же рассеялось, впитавшись в кожу. При этом она шептала странные слова:

–Руками не трогать. Без разрешения нельзя. Сердце айны в неволе петь не будет.

Тело налилось тяжестью, голова неумолимо клонилась к столу, я пыталась не сомкнуть глаз:

–Ты нас прогоняешь?

Не могла поверить, что Катар пытается от нас избавиться. Еще столько вопросов, а она нас уже выпроваживает.

Старая как будто мысли мои прочитала:

– Нечего все ответы знать. Сама, девочка, сама свой путь пройти должна. А вам пора, чую по вашу душу рыщут темные силы в округе. Нечего их сюда приманивать. Ступайте.

Она подняла два пальца благословляя, как делали жрецы Берегини:

–Ничего не бойтесь. Два часа проспите и проснетесь на берегу океана. Будете чувствовать себя, как будто всю ночь проспали.

Образ Катарпиллы размазывался нечеткими контурами, сознание неотвратимо ускользало в сон, доносились последние указания:

–Вас встретит Джаред. Мой хороший дружка. Слышишь? Запомнила? Он поможет.

Из последних сил я попыталась разлепить глаза, состроила выражение, которое должно было пристыдить каргу за то, что так вышвыривает без предупреждения и сонно кивнула. Лицо Катарпиллы расплылось нечетким пятном, мне снова почудилась улыбка Берегини, как при нашем первом знакомстве.

Совсем сквозь сон, а может мне уже пригрезилось, я видела, как Старая берет две карты в руки. Из них появляются объёмные призрачные образы: Карлушки-детины в потрескавшейся на мускулах одежде и Темного Повелителя, но без дымки тумана.

Черные, как тьма за гранью, густые волосы до плеч выглядят жестко, как и сам Повелитель. Интересно, а какие они на ощупь? Странная мысль засыпающего сознания. А он совсем не старый. Суровый молодой мужчина хмурит черные брови, стремящиеся к переносице и сверкает опасным взглядом. Аккуратная щетина подчеркивают аристократические черта лица. Под заострёнными скулами перекатываются желваки.

Сильные руки, которые касались меня. Мощная грудь, на которую я опиралась на болоте, чтобы не потерять равновесие.

Я никогда не видела Повелителя, он не афишировал свою персону, а на его портреты налагался запрет. Никто не смел нарушить закон, опасаясь через нарисованный образ привлечь кошмарных тварей, служащих ему. Кроме Катарпиллы, конечно. А может мне все привиделось.

Карга поцокала языком, рассматривая образы и забубнила под нос, разговаривая вслух сама с собой:

–Эх, что же будет? Не ошибись с выбором, деточка. Сердце не обманешь, а оно запело и если еще не влюбилось, то скоро сделает выбор. Тем более нимфы наплели заговор на кошмарную ночь.

Она водила головой, рассматривая то один рисунок, то другой. И все вздыхала.

Погружаясь в приятную дрему, я размышляла. Океан –это хорошо, это на южной части нашего государства. Подальше от Повелителя, который живет в северной столице. Я никогда не бывала ни на море, ни тем более на океане. Видела только рисунки в книжках и приятное предвкушение охватывало при мысли о далеком путешествии, в которое так запросто нас отправила старая волшебница, просто через сон.

Запах с древесными нотками не отпускал, умеет же Карга колдануть. К нему примешался тонкий мужской аромат –вот это эффект погружения. Любит Катар яркие представления устраивать. Я вдохнула посильнее, очарованная чужим вкусом, голова слегка закружилась и приятное тепло разлилось в груди. Какой сладкий сон. Я заулыбалась.

Тепло стало и коже, особенно спине и шее, по которой скользнуло горячее дыхание. Я выдохнула с легким стоном и приоткрыла глаза. И уткнулась взглядом в резной витраж балконных дверей из светло-розового стекла. Впереди открывался потрясающий вид свысока на бескрайний простор лазурной морской глади до самого горизонта, где она сливалась с бесконечным небом. Мягкий солнечный свет играл бликами на спокойной поверхности далеко внизу. Я наблюдала откуда-то сверху, из-за стеклянной двери, отгораживающей от летнего зноя. Океан. Нереальная красота. Никакие картинки и близко не сравнятся.

Снова почувствовала тяжелое обжигающе дыхание на шее, вызвавшее рой мурашек, которые разбежались по плечам, скользнули на спину и грудь, добрались до сосков, заставляя их сжаться. С трудом оторвалась от прекрасного вида, глянула на твердые горошинки. Почему-то во сне я стояла голая. Чужое дыхание заскользило ниже по плечу и обратно. Или это не сон? Я перестала дышать, внутри все замерло от страха, лишь гулкий стук сердца отдавался в висках.

Глава 7

Сглотнула. Резко развернулась и отшатнулась назад, сильно стукнулась головой о балконную дверь, что привело меня немного в чувства, и доказало, что я не сплю.

Пришлось немного задрать голову, чтобы рассмотреть во всех подробностях то самое лицо, которое я уже видела на карте у Катарпиллы. Один в один –даже лучше. Точеные мужские черты, словно высеченные из куска камня, излучали спокойствие и уверенность. Пронизывающий взгляд из-под густых, чуть нахмуренных бровей изучающе скользил по мне.

Я приоткрыла в растерянности рот, чем приковала к нему карие глаза с расширившимися зрачками. Его челюсти непроизвольно разжались, кадык дернулся, голова чуть склонилась набок и немного потянулась вперед.

Ближе, еще ближе. И еще.

Я облизала губы. Он глубоко вдохнул, грудная клетка расширилась. Черные волосы коснулись моего лица. Они оказались мягкими, а вовсе не такими жесткими, как я представляла. Захотелось потрогать, пропустить их сквозь пальцы, чтобы убедиться. Тихий утробный рык вырвался из глубины горла прямо мне в рот, когда мужские губы почти накрыли его. Я отдернула руки, которые начала было поднимать, чтобы зарыться в волосы и в испуге дернулась назад, уперлась в прохладное стекло, остудившее пыл. Он не остановился, и я зажмурилась, уперлась сильнее, пытаясь слиться с тонкой преградой.

Балконные двери неожиданно распахнулись, я не удержала равновесие и вывалилась на террасу.

Но мужские руки не дали упасть, подхватили налету, недовольно вздернули вверх и крепко прижали, а его губы грубо, уже с громким рыком впились в мой рот. В панике я напряглась и сжала зубы до скрежета. Наглая ручища по-хозяйски обхватила ягодицу и сжала, другая удерживала голову, не позволяя отстраниться. Голые груди прижимались к нему, соски терлись о шершавую поверхность кожаного колета, твердея еще больше. Он терзал мой рот, настойчиво пытаясь разжать языком зубы. Я часто дышала, сердце выскакивало из груди, было до чертиков страшно, но приятные искры проскакивали в животе, скатывались вниз, к кончикам пальцев, заставляя их неметь, а ноги подкашиваться.

И вдруг все прекратилось. Нахальные руки больше не прижимали, рот перестал мучать мои губы, а облик Повелителя стал истончаться прямо на глазах. Искреннее удивление отразилось на суровом лице. Он приподнял брови, в изумлении перебирая пальцами воздух и прорычал:

–Я не отпускал.

А я вдруг рассмеялась, вспоминая шаловливую Катарпиллу и пропела в ответ:

–Руками не трогать, -и совсем разошлась: погрозила пальчиком, высунула язык.

Не знаю, успел он рассмотреть, или мой образ уже растворился. А я осталась наедине с собственными ощущениями в теле, которое пылало, требуя продолжения. Ветерок обдувал твердые соски, заставляя каждый раз вздрагивать от сладкой истомы, пробегающей пульсирующим ручейком вниз по животу и ускользающей между ног.

Я оказалась на самом берегу океана –сидела на мелкой гальке, игривые мелкие волны прибоя накатывали, касаясь кончиков пальцев на ногах, немного охлаждая пыл. Солнце клонилось к горизонту, собираясь нырнуть в океан. Огляделась.

В нескольких метрах, в тени одной из торчащих пальм сладко посапывала малышка Айрин. Рядом с ней валялся мой сарафан. Чуть поодаль высились прибрежные скалы. Вдалеке на одной из неприступных вершин левее, в вечерних лучах сверкали золотистые купола южной резиденции правителя. В народе ее окрестили «Ласточкино гнездо» – такую красоту ни с чем не перепутать. В отличие от портрета Повелителя, картинки его дворцов не являлись секретом, зачастую привлекая толпы туристов поглазеть хотя бы издалека. Каждая их трех основных резиденций представляла собой архитектурный шедевр.

Значит, монаршая особа покинул столицу и сейчас находился с визитом в южных землях. Как же не вовремя.

Я улыбнулась, представив с каким выражением лица должно быть сейчас Повелитель прохаживается по террасе, на которую вели балконные двери из розового стекла, как смотрит на океан, а возможно, даже в мою сторону. По телу прокатилась волна возбуждения. Жар не отпускал. Низ живота скрутился в тугой узел, я сжала ноги, пытаясь прекратить чувственную пытку. Когда не помогло, скользнула рукой по телу. Повелитель сжимал ягодицу сильной властной рукой. Воображение нарисовало в голове, как он ведет ею по бедру, перемещает вперед, касается треугольника между ног. Не смогла удержаться –потрогала себя там и просунула ладонь между сомкнутых бедер. Там было влажно. Легкий стон сорвался с губ.

Я отдернула руку и наклонилась к воде, плеснула в лицо. Оглянулась –сестренка не просыпалась. Тело горело, груди напряглись, а низ живота пульсировал, из горла вырывалось тихое рваное дыхание. Я заползла в прохладную морскую воду по шею, даже нырнула с головой –не помогло.

Я вынырнула, глотнула воздуха. Морская вода не уменьшила жар, а, наоборот, лишь ласкала тело струйками неспешного, но ощутимого подводного течения. Я снова посмотрела на дворец и скользнула рукой между ног. В воде никто не видит. Как будто я ничего плохого и не делаю. Мне казалось, я чувствую взгляд Повелителя и изнутри окатило незнакомое ощущение, пробежалось легкой волной в животе, отозвалось дрожью. Я продолжила ласку и ощущение повторилось с большей силой, даря неизведанное предвкушение. Новый прилив взорвался сладкой судорогой внизу живота, которая вмиг разбежалась во все стороны по телу, наполнила каждую клеточку наслаждением, сводящим с ума. Я услышала свой громкий стон. И представила темный взгляд Повелителя.

Сквозь полу сомкнутые ресницы меня ослепила вспышка. От тела брызнул яркий свет и расплылся золотистым пятном по поверхности вокруг. Эхо сладкой истомы переливалось внутри, вырываясь наружу нежной мелодией из самого сердца. В лучах заходящего солнца морская поверхность искрилась золотом, расходящимся от меня кругами по воде. Первый раз в жизни я испытала настоящее женское наслаждение. Раньше только читала в книжках. Я тихо рассмеялась, вторя мелодии. Душа пела, по телу разбегались отголоски послевкусия.

Я стояла в соленой воде по грудь. Вытянула руку –полюбовалась. Золотистая паутинка истончилась, перестала светиться, но бархатистая кожа отливала теплой бронзой, как будто я успела немного загореть. Катар говорила, что кожа светится только на ярком солнце. Что ж, на землю опускались южные сумерки –к лучшему, у посторонних не возникнет вопросов.

Подводное течение у берега слегка усилилось, извиваясь шаловливыми струйками вокруг ног, закручиваясь спиралью по бедрам и выше к талии. Водная стихия ласкала тело, остужала затихающую страсть. Странные ощущения –как будто чьи-то прикосновения. Я напряглась, оттолкнула воду руками, а затем и пнула под водой ногой –получилось оттолкнуть течение. Разве такое возможно?

Я следила за солнцем, коснувшемся океана, когда прямо на фоне алеющего диска, в паре метров от меня взметнулся высокий столп морской воды. Мелодия сердца дрогнула и затихла. Махина воды обрушилась вниз, превратившись в очертания мужской головы, с человеческий рост. Водовороты на месте глаз, с бесстыжим любопытством уставились на меня из-под кустистых водорослей, служивших бровями.

Берегинечка, милая, спаси и сохрани. Непроизвольно я приложила два пальца ко лбу в ритуальном жесте, попятилась задом к берегу. Вспомнила, что голая и принялась сгибать ноги, пока совсем не присела, когда стало мельче, уперлась руками в дно и далее отползала на корячках.

У водяной головы появился рот, она раскатисто рассмеялась, проняв дрожью до костей. Я завизжала, вскочила и потеряв всякий стыд, засверкала голым задом, бросилась к сестренке. Малышка подскочила от моих воплей. Я схватила сарафан, трясущимися руками с трудом натянула на мокрое тело, оглянулась через плечо.

С воды донеслось раскатистое:

–Прости, прости. Напугал.

Голова обрушилась водопадом обратно в океан, вызвав волну, которая прокатилась до берега и снова поднялась столбом на самой кромке, закружилась воронкой и опала, оставив вместо себя водяной мужской силуэт. Потоки переливались струйками, обвивая контуры тела.

Я схватила Айрин на руки и собиралась бежать, когда водяной фантом примирительно развел руками и пробасил:

–Я Джа. Прости, что напугал.

Все-таки я отступила на пару шагов, прикидывая в какую сторону рвануть.

–Джаред, -протянул водяной человек, -Катар просила присмотреть за вами.

Не сразу вспомнила имя Джаред, но упоминание Старой Карги немного привело в чувства. Айришка заерзала на руках, с любопытством выглядывая из-за моего плеча, рассматривая незнакомца.

–Простите, девочки, -он закрутился водоворотом и остановился в облике человека.

Высокий, широкоплечий мужчина с вьющимися русыми волосами ниже плеч. Пронзительные голубые, как сам океан, глаза в обрамлении темных густых бровей смотрели с лукавой насмешкой.

–Хороша, айна, -склонил голову к плечу, любуясь.

А я медленно покраснела. Он что, трогал меня в воде? Те струйки, которые скользили по телу очень уж походили на прикосновения. Я недовольно прищурилась, разглядывая развратника.

–Порадовала старика, -он заулыбался и потер щетинистую щеку.

Какой же он старик? Выглядел не старше того же Повелителя. Хотя и Катарпилла сегодня встретила ее в образе молодой женщины. Невольно задалась вопросом: сколько же им всем лет? И как им удается скрываться от кошмарных псов и не загреметь в Аваддон? Всем же известно, в нашем мире не место магическим существам, или как их принято называть –нечеловеческим тварям.

–Мелодия твоего сердца –услада старику. Споешь еще?

Я смутилась, пожала плечами:

–Так, оно само поет, сердце. Я не знаю, как это происходит.

Айришка слезла с рук и теперь выглядывала из-за моей юбки, рассматривая незнакомца. Он подмигнул ей и пошел ближе.

–Так-так-так, -протянул Джа, -Само поет… Что-то произошло по дороге сюда?

Я закусила губу, чувствуя, что снова краснею. Надеялась, что в сумерках он не заметит. В груди разлилось приятное тепло, стоило вспомнить прикосновения Повелителя. Да, что за морок такой. Грубые приставания вызывали желание, от которого было ужасно стыдно. Я пожаловалась скорбным голосом:

–Меня выкинуло прямо в лапы к Повелителю, хотя Катарпилла обещала, что он меня не достанет.

Джаред хмыкнул:

–Видимо, сильно приглянулась. Отслеживал твой сон даже днем.

Я опешила:

–Что же, мне теперь совсем не спать? Так и будет меня призывать?

Джаред заломил бровь:

–Скажешь, что тебе не понравилось? А как сердце пело, -он закатил глаза и подначил, вызвав новую волну смущения: -Какие круги золотые по воде красивые расплывались, уммм...

Джаред -похабник. Развратник. Подглядывал. Какой ужас. Я сжала губы и процедила:

–Обойдется. Лапать меня вздумал. Я ему не девка гулящая.

Водный дух одобрительно причмокнул, весело заржал:

–Обломался, наш Темный, -успокоился, договорил: -Ну, что ж, моя красавица айна, хорошая новость –ты теперь на океане, будешь питаться его силами. Темный больше не сможет призвать против воли. Днем так уж точно, а вот, ночь –это его стихия. Если невмоготу сделается, так дотянется.

Так… придется ночами не спать.

Айрин осмелела и подошла к Джареду, потыкала пальцем штанину:

–Совсем не мокр-ррый, -брови взлетели в удивлении, -сухой.

Он присел перед ней на корточки:

–Привет, малышка! Пойдешь ко мне на ручки?

Сестренка оглянулась за разрешением. Я кивнула. Джаред легко поднял девчушку и направился к воде.

–Эй, ты куда? –я подхватила босоножки и сумку, которую нам собрала Катар, и пошлепала босиком следом.

–Отведу вас на остров с рыбацким поселением. Там есть милая хижина, можете пока в ней пожить. Здесь недалеко.

Немного правее и, правда, виднелся небольшой остров. Джаред пошел прямо по воде. О! Берегинечка, свалился на мою голову. Я остановилась у кромки, позвала:

–Эй, ты куда сестренку потащил? А как же я?

Джаред притопнул ногой по воде и на поверхности проявилась темная дорожка.

–Иди по тропке, аккуратнее, не оступись.

Да кто он такой? Что за магическая тварь? Я нерешительно потрогала тропинку ногой –твердая. Наступила, в воду не провалилась. Украдкой глянула на резиденцию Повелителя, где уже зажглись вечерние огни и окна отсвечивали мягкими розоватыми пятнами. Как будто снова услышала грозное: «Я тебя не отпускал» и мурашки пробежались по коже. А я тебе не девочка для любовных утех, огрызнулась мысленно и уже смелее поспешила по водной тверди за проводником.

Глава 8

Повелитель

Я вышел на террасу остудить пыл. Прохладный бриз едва ли мог усмирить бурю желания и гнева, разрывающие изнутри. Солнце невыносимо медленно опускалось в океан, разбрызгивало багряные полосы по темнеющему небу, отражалось в воде, вторило красками моей неудовлетворенной страсти, смешанной с яростью.

Ускользнула. Опять. Как посмела? Хрупкое тело так и стояло перед глазами, руки непроизвольно ухватили воздух, который прошел сквозь пальцы. Также, как она -истаяла без разрешения, оставив легкое цветочное послевкусие. Я облизал губы, пока аромат айны окончательно не исчез.

Солнце садилось слишком медленно, оно мне не подчинялось, как и прелестная Итар. Я прорычал имя вслух, перекатывая последнюю букву на языке. Скоро светило окончательно скроется –таков порядок вещей. И тогда я призову ее, вновь. Мой мир– мои правила. Айна подчинится. Я заберу ее прямо из-под носа у Ракшаса. Прошлый раз чуть не опоздал, думал, что Черный Дракон успел завладеть ценным артефактом. И как только прознал? Пришлось разбираться с ним и хорошенько потрепать, чтобы выкинул всякие мысли об айне. Наверное, сейчас зализывает раны.

Древнее пророчество гласило: «Тот, кто завладеет айной, получит свободу». Я доберусь до девушки первый.

Маленькая негодница сбежала, забрав цветок папоротника и теперь может скрыть свою волшебную сущность.

У самого пола черной дымкой клубились кошмары –терлись о мои ноги. Я слегка вытянул руку, желая погладить и дымка тут же взметнулась, принимая очертания верных псов, жадных до хозяйской ласки.

–Ищите, -дал обнюхать руки, которые обнимали айну, -Ночь опустилась, люди ложатся спать.

Кошмарные псы перероют человеческие сны, заглянут в воспоминания и возьмут ее след. Если я сам не призову непокорную айну раньше.

По взмаху руки кошмары метнулись прочь через перила террасы и растворились в ночных сумерках.

Я прикрыл глаза, сконцентрировался на поиске клейма. Ночная тьма отозвалась тишиной. Не могла же айна выспаться за пару часов? Она непременно заснет и откликнется на призыв или мои псы отыщут ее быстрее.

После встречи в лесу я не ожидал, что айна заснет прямо днем, но мне так не терпелось призвать ее, что все время сканировал пространство, проверяя не отзовется ли клеймо. Я удивился тому, как айна была слаба, что получилось выдернуть через сон даже днем. Хорошо, что она далеко от океана, своей родной стихии. И как она вообще попала в этот мир? Видимо, подарок богов. Но что произошло? Почему она исчезла прямо из рук?

Шум прибоя у подножия скалы, на которой находился замок успокаивал гнев, но не мог справиться с возбуждением. В штанах было тесно, и стоило подумать об айне, напряжение усиливалось, распирая ткань.

Я порылся в памяти, перебирая юных дев, время от времени согревающих постель. Среди них нашлось несколько со светлыми волосами, но все они представляли лишь отдаленное подобие айны. Никто не мог сравниться. Я выбрал хрупкую блондинку, призвал щелчком пальцев. Пока девушка воплощалась перед ним, придал золотого блеска ее волосам, а коже бархатистый оттенок, отливающей бронзой. И никакой одежды. Я чувствовал голод и злость.

Пусть девочка утолит, пока я жду…

Милое личико улыбнулось, но наткнулось на суровое выражение и застыло в нерешительности, краем глаза косясь на длинные золотые локоны, которые я ей воплотил.

Я расстегнул штаны, придавил девушку за плечи, опуская вниз на колени, грубо схватил за волосы и резко вошел в раскрытый от удивления ротик, обхватил ее голову руками, направляя движения и задавая ритм, представляя, что это айна.

*****

Я шла по воде –вот это да! А сама тайком оглядывалась на дворец, возвышающийся на вершине скалы. Башенки и шпили разрезали сумеречное небо, мягкий розовый ореол святящихся окон создавал волшебную атмосферу. Где-то там сейчас находился Повелитель. Интересно, он сильно разозлился? Думает обо мне или уже успокоился и забыл? Я вздохнула. Потому что у меня навряд ли получится выкинуть его из головы.

Мы подошли со стороны причала, где волны бились о корму рыбацких суденышек, пришвартованных к берегу. Прошлись по деревянному настилу и ступили на песок. Впереди чернели стволы пальм, их листья топорщились высоко в темнеющем небе. Эхо принесло звуки шумного веселья. Неподалеку играли музыканты и гулял народ.

Мы шли в другую сторону, к нескольких хижинам, притулившимся чуть поодаль.