Текст книги "Кошелек или жизнь (ЛП)"

Автор книги: Куини Пусси

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

23

Логан

Она уснула. В моих объятиях. И, кажется, я обожаю это чувство. Мой член все еще горит, раскаленное желание пронизывает все тело, но видеть ее такой спокойной, такой расслабленной рядом со мной – это дарит умиротворение, какого я никогда прежде не испытывал. Я на грани взрыва, но ее безмятежное лицо успокаивает меня и удерживает в настоящем моменте.

Лили, наша маленькая букашка, теперь принадлежит нам. Она понимает, что пути назад нет. Эта ночь стала переломным моментом. Началом новой главы между нами, и она дала нам свое согласие.

– Ты собираешься проторчать здесь всю ночь, Логан? – Каст нарушает тишину. Я молчу, опасаясь потревожить ее сон, и лишь качаю головой. Она заслуживает отдыха. Крепко, но бережно обнимая ее за талию, я удерживаю ее рядом. Ее дыхание ровное, умиротворенное. Я мог бы бесконечно любоваться ею.

Лиам надевает футболку, спрашивая:

– И что теперь?

– Не знаю, как вы, а я иду в душ, – отвечает Каст, бросая взгляд на свои боксеры, на которых видны следы его экстаза.

– Эй, не ты один перевозбудился, – смеется Лиам.

Я усмехаюсь, довольный тем, что напряжение между ними исчезло. У Каста и Лиама всегда были особенные отношения. Не романтические, а просто... крепкая дружба. Наверное, их сложные семейные истории сблизили их. У меня все было иначе – отсутствие родительской любви сделало меня одиноким, эмоционально заброшенным ребенком. У них же все по-другому.

Лили слегка шевелится в моих объятиях, неосознанно ища больше тепла, и я возвращаюсь к реальности. Я не буду здесь задерживаться, хотя каждая клеточка моего существа умоляет об обратном.

– И что теперь? – шепчу я, не отрывая от нее взгляда.

Каст несколько секунд молчит, прежде чем ответить:

– Отнеси ее в постель. Ей нужен отдых. Лиам займется ее машиной. – Он достает ключи из куртки букашки.

Я киваю.

О, я определенно о ней позабочусь.

Лиам снова настаивает:

– Так что, оставляем все как есть?

– Да, на этот раз. Но наш план на Хэллоуин остается в силе. Мое решение не изменится.

Я улыбаюсь, представляя лицо Лили, когда она узнает, что мы приготовили для нее в этот вечер. Ей наверняка понравится, судя по тому, что я увидел сегодня. Она борется, сопротивляется, а потом уступает. Наша восхитительная Лили.

Я аккуратно поднимаю ее, ее руки обвивают мою шею, и вдруг осознаю позу, в которой держу ее. Черт, прямо как невесту.

– Подожди, – говорит Лиам, подходя, чтобы застегнуть джинсы Лили. – Так будет лучше.

– Верно, – отвечаю я с улыбкой. – Не хватало еще, чтобы прохожие заметили полуголую букашку в моих объятиях.

Пока я направляюсь к лестнице, Лиам делится с Кастом своими опасениями:

– Я тебе доверяю, но, пожалуйста, дай ей немного свободы в ближайшие недели. Ей понадобится вся ее энергия для того, что мы готовим.

Каст ворчит – видно, что ему не нравится эта идея, – но соглашается:

– Ладно, до Хэллоуина.

Я крепче прижимаю ее к себе, покидая подвал вместе с друзьями. В машине ее голова покоится у меня на коленях. Не могу сдержать улыбку, глядя, как она мирно спит с легкой улыбкой на губах. Даже во сне она выглядит довольной, и это что-то делает с моим сердцем... или же с моим эго.

Когда мы подъезжаем к «Мизери-Холл», Каст поворачивается ко мне.

– Поторопись.

Я вздыхаю, улавливая скрытый смысл. Перевод: «Не пользуйся ситуацией».

За кого он меня принимает, за безумца? Я не собираюсь прикасаться к ней, пока она спит. Иногда Каст утомляет своими намеками. Я осознаю, что часто перехожу границы дозволенного, но никогда – без согласия моего партнера.

Я открываю дверь спальни Лили – благодаря ключам, найденным в кармане ее куртки – стараясь не шуметь, чтобы не разбудить ее соседку по комнате. Затем осторожно укладываю ее в постель, аккуратно снимаю с нее джинсы и накрываю пуховым одеялом. Она стонет, когда ее голова касается подушки, и этот звук пробуждает во мне острое желание.

Я позабочусь об этом позже.

Поцеловав ее в лоб на прощание, я шепчу:

– Спокойной ночи, букашка.

Она что-то бормочет во сне, но я не разбираю ни единого слова. Я разворачиваюсь и покидаю ее комнату, в душе разливается умиротворение и безмятежность.

* * *

Вернувшись в лофт, Каст скрывается в ванной, а я, будучи измотанным, валюсь на кровать. Когда я начинаю засовывать руку в джинсы, дверь неожиданно распахивается, и на пороге появляется Лиам.

– Черт возьми, Лиам! Неужели нельзя постучать? – ворчу я.

Он приподнимает бровь.

– Да ладно, чего я там не видел.

Наверняка он привык видеть мой член во время наших «сеансов» с девушками. Тем не менее, я предпочитаю уединяться, когда дрочу свой член. А сегодня вечером, принимая во внимание все те образы, что до сих пор крутятся в моей голове, сеанс может оказаться недолгим.

– Да, но я бы не хотел, чтобы ты завидовал моим размерам, – поддразниваю я. Он остается невозмутимым.

– Не переживай, Логан, мне нечему завидовать.

В этом смысле он наделен не хуже меня, это факт. Более того, у него есть одно явное преимущество – пирсинг на головке.

Он смотрит на меня с серьезным видом. В его темных глазах читается беспокойство.

– С ней все было в порядке, когда ты уходил?

У меня возникает чувство, что мой друг слишком быстро проникся симпатией к букашке, что, впрочем, неудивительно.

Я стараюсь его успокоить:

– Она спала как младенец, – говорю я, поднимая руки в знак своей невиновности. – Обещаю, я ничего не делал.

Лиам кивает и направляется к двери. Я чувствую, что он что-то утаивает. Его измученное лицо говорит о том, что его что-то тревожит.

– Лиам, у тебя все в порядке?

Он колеблется мгновение.

– Да… Не знаю... Просто в этот раз я чувствую себя более... заинтересованным.

Его слова подтверждают мои подозрения. Нужно признать, что Лили – не просто очередная победа. Она оставила след в нашем разуме и проникла под кожу. И Лиам, похоже, наиболее восприимчив к ее очарованию.

– Не переживай, если все пойдет по плану, она будет нашей. Если захочешь увидеть ее между делом – действуй, но будь осторожен, – советую я ему.

Он слабо улыбается. Нет смысла портить себе психическое здоровье – если он чувствует потребность, он имеет право принимать собственные решения. Мы не в диктатуре, Каст все поймет.

– Спасибо, – выдыхает он, прежде чем в комнате воцаряется тишина.

Действительно, мы редко обсуждаем наши взаимные привязанности, хотя осознаем, насколько крепка наша дружба. И видеть его таким обеспокоенным почти вызывает у меня желание обнять его и прошептать, что все будет хорошо. Такое поведение совершенно мне не свойственно. Поэтому вместо того, чтобы поддаться своему защитному инстинкту, я принимаю привычную роль клоуна – образ, который мне хорошо знаком.

– Давай, проваливай, а то я начну дрочить прямо перед тобой и обрызгаю тебе лицо.

Его смех разносится по комнате и еще долго звучит в воздухе после того, как он уходит.

Я тоже улыбаюсь, радуясь тому, что нам удалось вернуть хотя бы частичку нашей прежней близости.

24

Лили

На следующий день я сижу на кровати, устремив взгляд в пустоту, будучи не в силах прогнать из головы воспоминания о ночи в подвале. Столько всего остается для меня непонятным, но странная дрожь пробегает по телу всякий раз, когда я об этом думаю.

Только что я была там, а в следующий миг уже здесь, в общежитии. Воспоминания размыты, словно окутаны туманом, будто что-то мешает им всплыть на поверхность. И все же я отчетливо помню ощущения. Их я никогда не забуду.

Я все еще чувствую на себе взгляд Логана, эту почти животную интенсивность, которая поглощала меня целиком. Его прикосновения были такими... всепоглощающими. Никогда не думала, что мое тело способно так реагировать, что каждое его касание может вызывать настолько усиленное удовольствие.

И это наслаждение... оно становилось острее от понимания, что я не одна, что за мной наблюдают. Это безмолвное внимание одновременно и смущало, и распаляло. Осознание чужого взгляда выбило почву из-под ног. Какая-то прежде неведомая часть меня проснулась и взяла верх. И мне это нравилось. Я упивалась чужим вниманием и этой осязаемой напряженностью в воздухе.

Во мне пробуждается неизведанная сторона – та, что не знает страха и стремится к близости. Не осталось ни стыда, ни смущения. Лишь жгучее любопытство, переплетенное с загадочным влечением. Все это казалось непривычным и удивительным, но при этом таким естественным, будто так и должно быть.

Во мне вспыхивает новая искра, я вижу ее в том, как смотрю на других и на саму себя. Я даже не догадывалась, что за моим благопристойным обликом таится такая сущность. Та ночь наложила неизгладимый отпечаток, и пусть я не все понимаю до конца, но ясно одно – прежняя я осталась в прошлом. И, возможно, это только начало.

Мои размышления прерывает появление Серены:

– О, ты проснулась. Твоя вечеринка была интересной?

Э-э... Как ей рассказать, что я ушла, чтобы заставить их прекратить свои игры, а все превратилось в настоящий эротический сон? Мне немного неловко делиться этой историей.

Моя соседка, а теперь подруга, воспринимает мое испуганное выражение лица как немой ответ.

– Поняла. Вы там, кажется, устроили настоящую битву с элементами петтинга, – шутит она, преувеличенно шевеля бровями.

Я прикусываю губу и киваю.

Серена разочарованно вздыхает, напоминая, что много раз предупреждала меня и что мне нужно быть осторожной с этой троицей. Действительно, моя несдержанность мешает мыслить ясно. Но я хочу исследовать эту новую часть себя, следовать за ней и посмотреть, куда она меня приведет.

– Я хочу прожить эту историю до конца, – говорю я, удивляясь собственной уверенности в этих словах.

– Ты имеешь на это право. В конце концов, мы в университете – самое время для сексуальных экспериментов. Просто ни к чему не принуждай себя, Лили. Ты всегда можешь отказаться, если не хочешь.

Тронутая ее сочувствием и поддержкой, я встаю и обнимаю ее.

Она недовольно ворчит:

– Ненавижу обнимашки, черт побери. Ты меня достала!

Я смеюсь и отпускаю ее, поблагодарив за понимание.

– Ладно-ладно. Иди, а то опоздаешь на занятия, – бурчит она, шлепая меня по правой ягодице.

Я вздрагиваю, затем быстро собираюсь, чтобы не пропустить начало лекции.

Раньше Серена была для меня просто одной из многих. Мы были студентками, делившими комнату. Но за последние недели она сумела поддержать меня по-своему. Она стала настоящей подругой и доверенным лицом. Между нами возникла особая связь, что-то невысказанное, но очевидное, словно мы вместе переступили некую невидимую, но значимую черту.

* * *

Проходят недели, и гнетущее молчание становится все тяжелее. Кроме единственного сообщения от Лиама – даже не представляю, как он раздобыл мой номер – от них нет никаких вестей. У меня такое чувство, будто той ночи в подвале никогда и не было. Даже Логан, который волнует меня больше всего, перестал делать какие-либо шаги. Когда мы встречаемся на занятиях, он ограничивается лишь кивком и едва бросает взгляд, словно все произошедшее ничего не значит.

Я почти испытываю ломку от недостатка их внимания и той особенной напряженности, которая была между нами. Они играют в кошки-мышки, и я начинаю по-настоящему злиться. Сегодня они пожирают меня глазами, а на следующий день полностью игнорируют. Мне не нравится эта игра. Она разъедает меня изнутри. Каждое их молчание – словно новый удар.

А затем я заболеваю. Настолько, что не могу подняться с постели несколько дней. Словно мое тело мстит за бессонные ночи и терзающие мысли. Я совершенно обессилена, температура высокая, и даже выбраться из своего убежища за стаканом воды превращается в тяжелое испытание.

Днем раздается стук в дверь. Я, все еще в пижаме – среди разбросанных по полу носовых платков – бормочу что-то невнятно, и дверь медленно приоткрывается. На пороге появляется Лиам с миской в руках. Я смотрю на него со смесью изумления и замешательства. Закутанная в одеяла, с пылающим лицом и саднящим горлом, я совершенно не ожидала его увидеть. Он подходит и ставит миску на тумбочку.

– Я принес тебе суп.

Я смотрю на него, немного ошарашенная.

– Спасибо, это... мило. Но ты не должен был, – удается мне произнести охрипшим голосом.

Он пожимает плечами, засунув руки в карманы джинсов.

– Я столкнулся с Сереной на занятиях по искусству, и она сказала, что тебе нужно поесть. Она заявила, цитирую: – Она настолько худая, что скоро исчезнет.

Типично для Серены.

Я киваю, все еще пораженная его присутствием, и беру миску. Теплый суп приносит утешение, и я начинаю медленно пить. Это мило с его стороны, однако я не могу не задаваться вопросом, почему он здесь.

– Ты часто заботишься о людях таким образом? – спрашиваю я, больше из любопытства, чем из необходимости.

Он присаживается на край моей кровати с едва заметной улыбкой в уголках губ.

– Да, немного. У меня была привычка с младшей сестрой.

Я поднимаю на него взгляд, будучи заинтригованной.

– У тебя есть младшая сестра? Я даже не знала об этом.

Я очень мало знаю о троице. Возможно, сейчас самое время узнать о них побольше, особенно учитывая, что Лиам, несмотря на свой суровый вид, кажется самым открытым.

– Она постоянно болела, когда была маленькой. Поэтому я заботился о ней. Суп, лекарства – все это, – рассказывает он с ностальгической улыбкой.

Я тоже улыбаюсь, тронутая его словами. Это первый раз, когда он открывается мне таким образом, и это делает меня еще более любопытной относительно его жизни. Однако я сдерживаюсь, чтобы не засыпать его вопросами.

– Тебе идет заботиться о других, – осмеливаюсь я прошептать.

Он слегка качает головой, немного смущенный.

– Не привыкай. Я не медсестра.

Я смеюсь, прежде чем подавиться приступом кашля. Лиам тут же выпрямляется, его глаза темнеют от беспокойства.

– Эй, полегче. Ты все еще выглядишь не очень хорошо. Тебе нужно отдохнуть.

Я ставлю миску, измотанная этим небольшим усилием. Мое тело тяжелое, голова кружится, но сам факт того, что он здесь, и что он беспокоится обо мне, приносит неожиданное чувство комфорта. Чего я не понимаю, так это внезапный поворот в его поведении.

– Почему ты пришел, Лиам? Я имею в виду... ты мог бы быть где-то еще, с ними.

Я задаю этот вопрос без особой надежды на ответ, хотя в глубине души мне хочется знать. Обычно они любят играть со мной, поэтому его появление здесь, чтобы позаботиться обо мне, противоречит всем моим представлениям.

Он проводит рукой по волосам, выглядя так, словно испытывает неловкость.

– Не знаю. У меня просто было чувство, что тебе нужна компания. И потом... я хотел убедиться, что с тобой все в порядке.

Я смотрю на него, немного удивленная. Это не тот Лиам, которого я знаю. Не тот, кто всегда окружен аурой таинственности и отстраненности.

– Я рада, что ты здесь, – шепчу я едва слышно.

Он слегка улыбается и скрещивает руки на груди.

– Да, я тоже.

Между нами воцаряется довольно уютное молчание. Я чувствую, что слишком устала, чтобы продолжать разговор, но его присутствие успокаивает. Я наконец задаю вопрос, почти робко, поскольку это сильнее меня.

– Ты можешь... остаться ненадолго?

Он кажется удивленным, но в конце концов кивает.

Лиам помогает мне принять лекарства, которые я купила в аптеке при первых симптомах болезни, а потом я расспрашиваю его о жизни. Время идет, и атмосфера постепенно становится более непринужденной. Серена сегодня у своего парня, так что мы одни в этой маленькой комнате. Странно, но мне тепло от того, что я не одна. Мы начинаем разговаривать, и, как ни странно, беседа переходит к его прошлому.

Лиам, который всегда кажется таким уверенным в себе, понемногу открывается. Он рассказывает о своем детстве, родителях и сестре, хотя я вижу, что эта тема дается ему нелегко.

Что же он пережил, раз в его голосе появляется такая нервозность?

У него особая манера говорить – взвешенно, обдуманно, словно он тщательно подбирает каждое слово. И чем больше он рассказывает, тем сильнее я меняюсь. Во мне просыпается какая-то новая эмпатия, которой раньше не было. Он оказывается сложнее, чем я думала. Более человечным.

Я лежу под одеялом, а Лиам пристраивается рядом, вытягиваясь во весь рост. Матрас узкий, и я чувствую его тепло сквозь слои одеял, не отрывая от него взгляда. Сегодня на нем темный свитер, скрывающий большую часть татуировок. Он снял пальто – оно небрежно брошено на мой стул, а обувь стоит на полу.

Он невероятно красив.

В какой-то момент я решаюсь на поступок. Моя рука медленно тянется к нему, словно это самое естественное движение в мире. Сердце начинает биться чаще, когда мои пальцы касаются его шеи, где виднеется какой-то рисунок, который я не могу разобрать. Он замирает, почувствовав мое прикосновение. Инстинктивно я приближаюсь к нему, наши лица оказываются в нескольких сантиметрах друг от друга. Острое желание поцеловать его накрывает меня волной, и я поддаюсь этому порыву, едва касаясь его губ. Его дыхание замирает, но потом он осторожно отстраняется.

– Лили... – он смотрит на меня, его глаза полны нежности, – ты больна. Тебе нужно восстановить силы.

На секунду я застываю, охваченная разочарованием. Затем слегка приподнимаюсь и скрещиваю руки на груди, демонстрируя свою обиду.

– Мне уже лучше... – лгу я, хотя понимаю, что с моей бледной кожей я, наверное, выгляжу как приведение.

Он смеется, забавляясь моей реакцией.

– Ты же знаешь, что это не так, – говорит он, поправляя на мне одеяло, и добавляет: – Обещаю, мы продолжим, когда ты снова будешь на ногах.

Я вздыхаю, раздосадованная, но не могу не восхититься его поступком. Он мог бы воспользоваться моментом, но не стал. Это многое говорит о его характере, и хотя я не признаю этого вслух, это трогает меня сильнее, чем я предполагала.

В итоге я засыпаю, а Лиам все еще здесь – молча лежит рядом со мной.

25

Логан

Недели проносятся одна за другой, и не успеваю я оглянуться, как наступает Хэллоуин вместе с несколькими днями осенних каникул. Перерыв долгожданный, хотя слишком короткий, чтобы ехать домой. Да и в любом случае мой отец с его спутницей в путешествии, так что оставаться одному в пустом доме бессмысленно. Приближаются экзамены, и, наверное, это отличный шанс нагнать упущенное по некоторым предметам.

Но на самом деле меня занимает совсем другое: я узнал кое-что интересное. Оказывается, букашка тоже не поедет домой. Рейвен Холлоу находится слишком далеко для короткого отпуска. А вот ее соседка Серена вернется к родителям, живущим всего в часе езды отсюда. Значит, Лили останется одна в своей комнате. Все складывается идеально. Именно этого мы и ждали, и теперь наш план может наконец воплотиться в жизнь.

Лиам рассказывал, что она болела какое-то время, но уже поправилась. Он проводил с ней время и даже отверг ее заигрывания, когда она была уязвима. Когда он поделился этим, я назвал его идиотом.

Как можно было упустить такой шанс?

Но, поразмыслив, я понял – он был прав. Лили должна быть в полном порядке, чтобы в полной мере насладиться тем, что мы ей предложим.

Каст остается загадкой. Я посвятил его во все детали, и чувствую, что Лили его беспокоит. Вместо того чтобы поделиться сомнениями, он замыкается в себе, хотя наши отношения вроде бы наладились. Не знаю, что творится у него в голове, и тоже начинаю нервничать.

Но в то же время... я так возбужден тем, что предстоит сегодня вечером, что даже чувствую вину за то, что не переживаю о нем сильнее, чем следовало бы.

Настал тот самый вечер. День Икс. Сегодня мы предъявим права на букашку.

Я готовлюсь, сердце колотится от предвкушения. Мы решили надеть те же костюмы, что и четыре года назад. Все черное, толстовки с капюшонами для маскировки. Я добавляю тыквенный колпак – отсылка к той знаменательной ночи. Лиам загримировался под зомби. Каст надел маску Карателя. Нам кажется символичным этот намек, хотя букашка воспримет это как провокацию.

Перед выходом из лофта мы хлопаем друг друга по плечам, подбадривая перед миссией.

Во мне начинает подниматься нездоровая эйфория. Я уже представляю реакцию Лили, когда увидит нас в своей комнате. Кажется, я могу взорваться от того, насколько эта мысль меня заводит. Я посмеиваюсь на заднем сиденье машины, будучи не в силах сдержать трепет возбуждения. Каст бросает на меня взгляд через зеркало заднего вида.

– Что с тобой?

– Ничего, – отвечаю я, подавляя очередной смешок. – Просто не терпится поиграть с букашкой.

Лиам, сидящий рядом, криво улыбается.

– С нашей букашкой, – поправляет он.

Я понимаю, что его нетерпение не меньше моего, особенно после того, как он поделился историей о ее попытках сблизиться с ним во время болезни. Теперь, когда она здорова и готова к противостоянию, я чувствую, что вечер будет поистине грандиозным. Сегодня она станет нашей. Полностью.

Наконец на горизонте появляется «Мизери-Холл», и я чувствую, как сердце начинает биться быстрее. Я почти нервничаю. Каст паркует машину недалеко от здания, чтобы наши действия остались незамеченными. Мы не хотим привлекать к себе внимание. Только не хватало, чтобы мой дядя узнал, что я похищаю девушек из общежитий.

Двигатель затихает, и мы выходим из машины. План готов, и волнение накаляется до предела. Напряжение между нами, эта невидимая связь побуждает нас действовать без лишних слов – каждый понимает, что нам предстоит совершить.

Время близится к 22 часам. Большинство студентов, оставшихся в кампусе, уже на вечеринках, пьяные и увлеченные костюмированными праздниками, которые женские клубы так любят устраивать в этот период. В коридоре, несмотря на музыку, доносящуюся из каждого угла, ни души. Когда мы подходим к той самой двери с номером 69, я не могу сдержать смех.

– Судьба любит играть с нами, – думаю я.

Ни единый луч света не пробивается под дверью – значит, букашка, должно быть, уже спит. Или ее нет дома, хотя в столь поздний час это маловероятно. Насколько нам известно, она не любит вечеринки и обычно их избегает. Она слишком усердна в учебе, чтобы тратить время на подобные развлечения.

Лиам поворачивает ручку, и дверь с легкостью открывается. Она даже не заперта. Первый промах нашей букашки. Хотя нам это и на руку, оставлять комнату настолько незащищенной, особенно в такой день, неразумно.

К счастью, нам не придется использовать дубликат ключей, который Лиам предусмотрительно сделал, пока она спала во время болезни.

Мы бесшумно входим внутрь. Мягкий свет прикроватной лампы едва освещает комнату – вот почему из коридора ничего не было видно. Лили лежит на кровати, глубоко погруженная в сон. На ней все еще надета серая шерстяная юбка с осенними цветами. Рядом с ней на матрасе лежит раскрытая книга. Быстрый взгляд на обложку вызывает у меня улыбку – это роман с крупным планом полуголого мужчины на обложке.

Лиам тихонько усмехается.

– Она продолжает удивлять меня каждый день, – шепчет он с серьезным видом.

Наша букашка оказалась маленькой проказницей. Интересно, применяет ли она на практике то, что читает в подобных романах? Потому что лично я готов выполнить любое ее желание – ей достаточно лишь слова.

Мы стоим неподвижно, любуясь ею, пока легкое посапывание не нарушает тишину комнаты.

Она действительно очаровательна.

Каст не тратит время впустую. Он достает черный тканевый мешок, пока Лиам бесшумно проскальзывает справа от кровати, готовый схватить ее в любой момент.

По моему телу пробегает дрожь предвкушения. Я встаю напротив, готовый ее разбудить.

– Ну что ж, игра начинается, – шепчу я.

Мои пальцы нежно касаются ее обнаженных щиколоток. Лили постанывает, но продолжает спать. Я усиливаю давление на ее кожу и веду пальцами вверх по ноге, достигая чувствительной внутренней поверхности колена. Она начинает ворочаться и поворачивает голову в мою сторону. Ее пылающий взгляд встречается с моим – и тут она начинает кричать.

Пришло время твоего похищения, моя маленькая букашка.