Текст книги "Кошелек или жизнь (ЛП)"

Автор книги: Куини Пусси

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

6

Каст

Лили Картер. Восемнадцать лет.

Живет в Рейвен Холлоу.

Да, это она – та самая букашка. Маленькая неуклюжая ведьма.

Этим утром в моих глазах загорелась искра. Та, что сулит новое приключение. Мы, как и всегда, собрались втроем перед занятиями за нашим столиком в дальнем углу столовой, вдали от любопытных глаз. Они сразу заметили, что у меня есть для них новость. Я был более возбужден, чем обычно, а для меня это большая редкость. И когда я упомянул имя Лили вместе с ее прозвищем, перед нами словно открылась новая игра. Букашка. Девушка, о которой мы немного забыли, но которая, как ни странно, оставила след в наших душах.

Когда я буквально столкнулся с ней в коридоре, я не ожидал встретить ту самую девочку, которую мы снимали на видео несколько лет назад. Когда я рассказал парням о нашей встрече, я почувствовал, как их интерес возрос до небес. Именно тогда родилась идея.

У Логана всегда была эта склонность испытывать людей и доводить их до предела, особенно тех, кого он считает слабыми. Для него это способ подтвердить собственную силу, доказать, что он все еще может контролировать ситуацию, несмотря на все, через что ему пришлось пройти.

Лиам, конечно же, не был в восторге. Он самый осторожный из нас троих. У него свои демоны, более мрачные. Его сестра... эта история до сих пор его преследует. С тех пор как она разорвала с ним все связи, он изменился. Он пытается казаться безразличным, но я вижу, как это разъедает его изнутри. Он не хочет новых драм и касаться тех серых зон, где можно потерять больше, чем обрести.

Я увидел в этом возможность. Возможность вывести Лиама из тени, которая следует за ним слишком долго. И, главное, шанс проверить Лили.

Не знаю точно, что так сильно притягивает меня к ней. Может быть, контраст между тем образом, который она создает, и тем, что я чувствую под поверхностью. У нее невинная, хрупкая аура, словно она не повзрослела и мир никогда по-настоящему ее не касался.

Я изложил свой план парням. Он заключается в том, чтобы проверить, способна ли она выдержать наше общество, стать частью нашего мира и противостоять давлению, которое мы на нее окажем. Это игра – да, но она довольно серьезная. Мы не хотим ее ломать – по крайней мере, пока. Мы хотим узнать, как далеко она может зайти. Потому что если она окажется на высоте... возможно, всего лишь возможно, она сможет войти в наш круг. Это не решение, которое мы принимаем легкомысленно. Мы связаны, едины в нашей боли, в нашем хаосе – так же, как в наших удовольствиях. Если Лили сможет идти с нами в ногу, она может стать больше, чем просто развлечением.

Не скажу, что Лиам убежден, но я чувствую: несмотря на его сомнения, часть его заинтригована. Он хочет увидеть, как все развернется. Может быть, он надеется, что все пойдет плохо, просто чтобы сказать, что мы ошибались. А может, в глубине души он понимает, что нуждается в этом так же, как и мы с Логаном. Что нам всем нужно что-то новое, чтобы вырваться из этой серой повседневности и проснуться.

Каждый год мы выбираем девушку из множества студенток, чтобы развлекать себя за ее счет на протяжении года. Мы тестируем ее храбрость, стойкость и проверяем, достойна ли она быть вместе с нами. Эти два года преподнесли нам и неудачи, и триумфы. Отобранные девушки проходили испытания, но последняя оказалась настолько податливой, что испортила нам все удовольствие. Особенно Логану, который обожает выводить женщин из равновесия. Он был разочарован ее излишней уступчивостью. Мы расстались с ней через две недели, пресытившись чересчур легкой победой. Девушка рыдала, кричала как дитя и даже бросила учебу. Она вступила в игру – и потерпела поражение.

Этот год будет другим. Я в восторге. Одна мысль о том, чтобы довести Лили до предела и заставить ее нервничать, заставляет меня трепетать. Я уже представляю ее широко раскрытые глаза, устремленные на меня и пытающиеся понять, что происходит, почему она стала нашей мишенью. Я хочу наблюдать, как она балансирует, ощущать ее на грани, словно она может сорваться в любой миг. Что заводит меня еще сильнее – я был первым, кто ее заметил. Логан почти ревнует, я видел это в его взгляде сегодня утром. Он понимает, что его черед не за горами. Даже сегодня.

Мы решили начать реализацию плана во время обеда. Найти способ установить ее пределы. Выяснить, как далеко она способна зайти, прежде чем сдастся. Это необходимо. Если она желает присоединиться к нашему кругу, она должна быть достаточно крепкой, чтобы выдержать нас троих. Она должна справиться с бременем наших историй, нашего прошлого. От одной этой мысли я чувствую, как во мне растет возбуждение.

Год обещает быть по-настоящему захватывающим, и хотя Лиам выглядит более сдержанным, я знаю: за всей этой маской новое развлечение с Лили интересует его сильнее, чем он готов признать. Возможно, он видит в этом способ вернуть контроль, который утратил. А может, он надеется, что она сможет заполнить ту пустоту, которую он так и не смог заполнить в одиночку.

Я с нетерпением жду того, что должно произойти.

7

Лили

День начинался так хорошо. Я была готова окунуться в студенческую жизнь и расцвести в этой новой главе, вдали от мучений прошлого. Все рухнуло в тот момент, когда я увидела его. Одного из троих. Встреча с ним сегодня, в кампусе, который я считала убежищем, резко вернула меня в то время, когда я задыхалась под тяжестью их жестокости.

Весь день я хожу настороже, с тревогой заглядывая за каждый угол коридора. Мое спокойствие испарилось, как пузырь, лопнувший при столкновении с реальностью, с тех пор как блондин сел рядом со мной в аудитории, неумолимо погружая в воспоминания. Несмотря на страх и стыд, охватившие меня в тот Хэллоуин, я хорошо запомнила, как гармонично они дополняли друг друга. Казалось, они знали друг друга с детства. Это осознание беспокоит меня еще больше. Если я снова встретила эту троицу, ничего хорошего ждать не приходится.

От этой мысли у меня сводит живот, но я отказываюсь сдаваться. Они не заставят меня бежать. Я больше не та четырнадцатилетняя девочка, хрупкая и беззащитная. Давай, Лили, ты смелая женщина!

Я повторяю эту мантру на протяжении всех занятий, сжимая кулаки под столом и скрывая нервозность за маской безразличия. Мое будущее на кону, и я не позволю никому, даже им, встать у меня на пути.

Однако, несмотря на решимость, я чувствую, как во мне растет гнев. Этот кампус должен был стать новым началом. Как можно спокойно строить свою судьбу, когда прошлое настигает тебя за каждым углом? Их присутствие превращает то, что должно было стать захватывающим опытом, в постоянную борьбу с собственными демонами. Я должна стать сильнее. Хитрее. И если придется противостоять им – я это сделаю. Если они думают, что я все такая же беззащитная, как раньше, они глубоко ошибаются.

* * *

Когда наконец возвращаюсь в общежитие, измотанная напряжением, накопленным за день, я сразу чувствую: что-то не так. Дверь моей комнаты широко распахнута. Серена, моя соседка по комнате, не из тех, кто оставляет дверь открытой – по крайней мере, насколько я ее знаю. Я приближаюсь, стиснув зубы, по коже пробегает волна тревоги. Как только я переступаю порог, сцена передо мной буквально лишает меня дыхания.

Моя половина комнаты превратилась в невообразимый хаос.

Кровать опрокинута, матрас валяется на полу, книги разбросаны повсюду. Мои вещи, которые я аккуратно сложила утром, теперь свалены в беспорядочные кучи. Шкаф распахнут настежь, одежда разбросана по всей комнате, вся помятая. Я даже замечаю свой бюстгальтер, висящий на ручке окна.

Что же здесь произошло?

Я кладу сумку на голый каркас кровати и бросаюсь к шкафу собирать вещи, проверяя, не повреждены ли они. Когда я начинаю складывать одежду, замечаю, что ящик с бельем полностью пуст. Я выпрямляюсь, оглядывая комнату в поисках нижнего белья, но безуспешно. Даже заглядываю на сторону Серены – там все идеально прибрано и ничего не тронуто. Неужели у меня правда украли нижнее белье?

Если у меня и были сомнения насчет личности злоумышленников, этот последний факт наводит на мысль только об одном загадочном трио, у которого была странная одержимость этим предметом одежды во время Хэллоуина.

Это они. Их фирменный почерк. Их способ дать понять, что они заметили мое присутствие и хотят меня мучить. Как раньше, словно все это время и расстояние не имели значения.

Я чувствую, как подгибаются колени, а смесь горького стыда и ярости заставляет дрожать. Сжимаю кулаки, ногти впиваются в ладони – и именно в этот момент появляется Серена с ухмылкой на лице. Она входит, даже не потрудившись проявить вежливость. Затем тихонько посмеивается, увидев беспорядок в комнате, словно все это – просто игра.

– Тебя пометили, – говорит она с какой-то циничной удовлетворенностью. – Адское трио выбрало тебя.

Я смотрю на нее в полном замешательстве.

О чем она говорит?

Мой разум затуманен гневом и разочарованием, поэтому я прошу объяснить. Она пожимает плечами, словно это очевидно.

– Каждый год они выбирают девушку. Жертву. И все начинается именно так: они крадут ее нижнее белье. Это их способ показать, что ты принадлежишь им. Что ты их новая добыча.

Ее слова ударяют меня прямо в грудь. Я словно попала в кошмар, который повторяется вновь и вновь. Этот день должен был стать одним из лучших в моей жизни, а они опять все испортили.

Я вглядываюсь в Серену – моего возможного союзника или врага, судя по ее мрачному взгляду, в котором читается смесь жалости и превосходства.

– Кто они?

Я хочу знать их имена, связать каждое лицо с костюмом той роковой ночи.

– Ты что, совсем не в курсе? Они тебя заживо съедят, подруга, – начинает она, качая головой и опускаясь на кровать. – Их трое, как ты уже догадалась. Главный – Каст Тейлор, потом Логан Мур, этот извращенный блондин, и наконец Лиам Андерсон, самый скрытный из них. Они держат власть в кампусе с самого приезда, и все пляшут под их дудку, как какие-то марионетки.

Ее язвительный тон привлекает мое внимание. Может, она тоже была их жертвой? Хотя я видела, как она шла к ним в первый вечер возле «Мизери-Холл». Правда, если я правильно помню, она только поздоровалась и не задержалась надолго. Во всяком случае, не похоже, чтобы она их одобряла, и это хорошо для меня. Может, удастся заручиться ее поддержкой.

Несмотря на то, что инстинкт подталкивает меня собрать вещи и убежать к родителям, я не сдаюсь. Наоборот, сжимаю кулаки еще крепче. Если они хотят войны – они ее получат. Я не просто переживу их садистские игры, я докажу, что они ошиблись. Они думают, что могут снова сломить меня, но не знают, что я стала сильнее и решительнее. И на этот раз именно я загоню их в угол.

Я спрашиваю Серену, где могу их встретить. Не собираюсь сидеть здесь и оплакивать свои разгромленные вещи. Если предстоит борьба – я хочу начать прямо сейчас, и первым шагом будет встреча с ними лицом к лицу. Серена отвечает без колебаний: – Их частенько можно найти в «Каппа Фи». Если хочешь их увидеть – тебе туда.

«Каппа Фи».

Одно из самых престижных братств в кампусе. Меня это даже не удивляет. Они всегда там, где могут царствовать и демонстрировать свое превосходство.

Я не трачу больше времени на раздумья. Выхожу из комнаты, уткнувшись в телефон, и ищу карту территории, чтобы сориентироваться. Мои руки дрожат, но уже не от страха. От ярости. Эти парни посмели снова напасть на меня. Они уверены, что я сломаюсь под их давлением, однако они узнают, насколько я могу быть коварной.

Они разбудили во мне зверя, и теперь об этом пожалеют.

8

Лили

Я не стала долго раздумывать, прежде чем направиться к дому «Каппа Фи». Гнев нес меня вперед, пылая в венах и направляя каждый мой шаг. Эти трое выбрали меня своей мишенью и осмелились тронуть мои вещи, будто имели право обращаться со мной подобным образом. Я докажу им, что я больше не та хрупкая букашка, над которой они издевались.

Добравшись до особняка, не колеблюсь ни секунды. Поднимаюсь по ступеням крыльца и колочу в дверь, словно обезумев. Мои кулаки яростно, настойчиво барабанят по дереву – так же, как сердце колотится в груди. Наконец кто-то открывает. Парень улыбается, удивленный моей настойчивостью, и собирается сказать что-то вежливое, но у меня нет времени на любезности. Я без слов отталкиваю его и врываюсь в дом, будто он принадлежит мне.

Внутри царит настоящий хаос. Люди повсюду – смеются, танцуют и пьют... Можно подумать, они веселятся без остановки, а ведь еще даже не шесть вечера. В воздухе витает тяжелый запах алкоголя и пота, и я с трудом сдерживаю гримасу отвращения. Осматриваю помещение в поисках Каста или Логана, но никого из них не вижу.

Я протискиваюсь между танцующими, движимая единственной целью: найти и противостоять им. Шаги ведут меня по узкому коридору, и там я слышу голоса, упоминающие Каста. Замираю у угла стены и прислушиваюсь.

– По-моему, Каст снова победит в этом раунде.

– Именно поэтому никто больше не хочет с ним состязаться, кроме его друзей. Я даже не хочу спускаться в подвал, чтобы поиграть.

Тревога просыпается при мысли о том, что они имеют ввиду. Речь идет о подпольных боях? Или о чем-то более страшном? Осознаю, что в доме есть подвал. Живот сводит спазмом. Мысль о спуске в это темное место, в их убежище, немного пугает, но гнев быстро заглушает страх. Они так просто не отделаются.

Я разворачиваюсь в поисках лестницы. После нескольких минут блуждания по шумному особняку натыкаюсь на девушку, опирающуюся на перила. Ее полуприкрытые глаза – вероятно, из-за алкоголя или чего-то покрепче – раздраженно смотрят на меня, когда я спрашиваю, где находится вход в подвал.

– Там, – бурчит она, указывая пальцем на деревянную дверь.

Я иду вперед – ноги тяжелеют от волнения – и толкаю дверь. Крутые ступеньки ведут вниз, в подвал, залитый приглушенным светом. Спускаюсь по ним, не оборачиваясь, полная решимости покончить с этим.

Когда я вхожу в помещение, передо мной открывается настоящая комната развлечений. Огромный экран занимает главную стену, показывая игровой процесс, а перед ним стоит массивный диван. Рядом – бильярдный стол, переполненные пепельницы и густой дым от сигарет и косяков, от которого першит в горле. Я кашляю, но продолжаю идти. И тут я вижу его. Каста, того парня, кто врезался в меня вчера. Он развалился на диване с геймпадом в руке и сосредоточенно играет в «Марио Карт». Рядом с ним Логан – скрестив руки на груди – небрежно наблюдает за экраном. Похоже, его друг играет без соперника.

На меня накатывает новая волна гнева. Все в них – их поза и их высокомерие – напоминает мне о том, почему я здесь.

Я обхожу диван и останавливаюсь прямо перед ними. Они наклоняют головы, продолжая смотреть в экран за моей спиной, не произнося ни слова. В глубине комнаты кто-то ругается, прося меня отойти с дороги, но я не обращаю на них внимания. Их безразличие обжигает и унижает меня. Я сжимаю кулаки. Все тело дрожит от смеси ярости и их пренебрежения.

Они осмеливаются презирать меня?

Что ж, я заставлю их заметить мое присутствие.

Внезапно в голове созревает идея. Не раздумывая, поворачиваюсь к розетке рядом со стеной и одним движением вырываю шнур. Экран тут же гаснет, погружая комнату в ошеломленное молчание.

Я чувствую на себе тяжесть взглядов. Выпрямляюсь, дыхание сбивчивое, кулаки по-прежнему сжаты. Стою посреди этой задымленной комнаты, окруженная фигурами из прошлого, которые столько лет преследовали мои кошмары. Сердце колотится как сумасшедшее, но я отказываюсь показывать хоть намек на слабость. Больше не позволю им топтаться по мне, не склонюсь перед их жестокостью.

Мой взгляд останавливается на Касте, который делает вид, что меня не существует, занятый прикуриванием сигареты. Он даже не удосуживается посмотреть в мою сторону, сосредоточившись на дыме, который выпускает в воздух. Его поведение только усиливает мою решимость. Он осмелился украсть мое белье и обыскать мои вещи, а теперь игнорирует меня, будто я пустое место. Я покажу ему, что больше не та маленькая девочка, которую они унизили.

Делаю шаг вперед, мой голос слегка дрожит от сжигающей меня злости.

– Верни то, что украл, – обращаюсь я прямо к нему, ведь он здесь главный.

Пока он продолжает сосредоточенно курить, он усмехается. Глубокий, насмешливый, почти презрительный смех. Этот звук пробуждает во мне поток давно похороненных эмоций: страх, унижение, стыд...

Первым заговорил Логан, его голос пронизан холодом, которого я не замечала раньше. Такое милое, симпатичное лицо, скрывающее на самом деле самую ледяную натуру – вот что он собой представляет.

– Игра началась, Лили, – предупреждает он почти весело. – И если хочешь, чтобы все закончилось, тебе придется следовать правилам.

Я смотрю на него, безуспешно пытаясь сдержать эмоции.

– Ваши дурацкие игры меня не интересуют, – выплевываю резким тоном. – Я не такая, как вы. И уж точно больше не та девчонка, которую вы терроризировали. Если вы продолжите, я без колебаний доложу декану.

Гордясь своим ответом, мне удается взять себя в руки и мыслить рационально. Меня не волнует, что меня сочтут стукачом. По крайней мере, если это избавит меня от них, я не буду возражать.

В комнате внезапно воцаряется тишина, такая плотная, что я почти слышу, как мое сердце колотится о ребра. Это молчание заставляет меня нервничать – возможно, я только что переступила опасную черту.

В этот момент из тени выходит мужчина с блестящими каштановыми волосами. До этого момента я даже не замечала его присутствия. На нем толстовка с логотипом какой-то рок-звезды, а закатанные рукава обнажают многочисленные татуировки на руках. Мой взгляд скользит вверх по его шее, к мощной челюсти и чувственным губам. Его присутствие подавляющее и гнетущее – он явно в ярости. Инстинкт подсказывает мне: вот он, третий член их трио.

– Все убирайтесь. Сейчас же, – его голос звучит как приказ, и люди в комнате разбегаются без лишних вопросов.

За считанные секунды я остаюсь наедине с троицей: Каст, все так же развалившийся на диване, Логан, сверлящий меня пронзительным взглядом, и тот, кого я теперь узнаю как Лиама – внешне невозмутимый, но напряженный.

Я сглатываю, стараясь сохранить самообладание. Лиам медленно приближается ко мне – эта уверенная походка пробуждает в памяти мрачные воспоминания. Он подходит слишком близко, нарушая мое личное пространство, вынуждая поднять глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. И именно в этих темных глазах я окончательно узнаю его. Да, это он. Тот самый зомби, который записывал видео.

Мой желудок сжимается, ноги подкашиваются, но я держу спину прямо. Я не сдамся. Не могу этого сделать.

Он наклоняется ко мне, его дыхание касается моего уха, и он шепчет голосом, одновременно мягким и ядовитым, от которого кровь стынет в жилах: – Ты правда думаешь, что у тебя есть выбор, букашка?

На мгновение закрываю глаза – его тон проникает в сознание, пробуждая страх, который, как мне казалось, давно похоронен.

– Если ты откажешься играть, Лили, я выложу видео. Ну, то самое, где ты в тех нелепых трусиках... Уверен, весь кампус будет в восторге. А представь, как это скажется на твоей карьере в международной торговле... не говоря уже о твоей с таким трудом заработанной стипендии.

Сердце пропускает удар.

Видео.

Все тело напрягается от угрозы. Я думала, что похоронила это воспоминание глубоко внутри, а он достает его как оружие, готовое разрушить все, что я пыталась построить.

– Если это видео выйдет в свет, тебе конец. Прощай репутация и все возможности. Так что выбирай: или ты играешь... или теряешь все.

Я сжимаю кулаки до такой степени, что ногти впиваются в ладони. Хочется кричать, визжать и отбиваться. Я отчетливо ощущаю паутину, которую они плетут вокруг меня. Они, как и тогда, давят на больные точки. Только теперь ставки намного выше простого подросткового унижения. Они явно собирали информацию обо мне, раз знают так много. Наверняка в курсе, что без стипендии я не смогу здесь учиться – у моих родителей нет средств на такое учебное заведение.

Я открываю глаза, взгляд холодный и твердый. Они думают, что победили. Считают, что я сломаюсь. Но они забыли одно: теперь я стала сильнее. Хитрее.

– Вы пожалеете, что перешли мне дорогу, – бросаю я сквозь стиснутые зубы.

Я выскакиваю из комнаты, сердце колотится так, словно готово разорваться в груди. Ноги сами несут меня к лестнице, и, не оборачиваясь, я перепрыгиваю через две ступеньки. Единственное желание – оказаться как можно дальше от них. Хотя их угрозы все еще звучат в моей голове, я чувствую, что сумела донести свою мысль: я не позволю себя растоптать.

Когда я покидаю дом «Каппа Фи», ночной воздух ударяет в лицо. Я глубоко вдыхаю, стараясь усмирить хаос в моей голове. Мне необходимо добраться до «Мизери-Холл» – там я буду в безопасности. Парк манит коротким путем к общежитию. Мои шаги эхом отзываются на влажной траве, и на мгновение тишина успокаивает натянутые нервы.

Однако эта тишина обманчива.

Я слышу звуки шагов. Тяжелых и быстрых. Они раздаются позади, волна адреналина пронзает тело насквозь. Просыпается инстинкт выживания, вопя бежать и спасаться, но реагировать уже поздно. Жесткая хватка сжимает запястье, и у меня перехватывает дыхание. Я не успеваю осмыслить происходящее, как спина впечатывается в шершавую кору дерева.

Передо мной стоит Каст – его лицо искажено расчетливой яростью. Его тяжелое дыхание обжигает кожу, мускусный запах заполняет ноздри. Несколько мгновений он молчит, и под его пронзительным взглядом я чувствую себя крошечной, словно игрушкой.

Он протягивает руку и прижимает ладонь к стволу дерева над моей головой. Вторая ложится на шею – прикосновение одновременно легкое и угрожающее, постоянное напоминание о том, что он в любой момент может усилить хватку. Сердце колотится так бешено, что, кажется, вот-вот остановится.

– Убери свои грязные лапы, – выплевываю я, пытаясь вырваться.

Его губы кривит самодовольная ухмылка.

– Какая дерзость. Хотя ты дрожишь. Думаешь, что можешь мне приказывать?

Он усиливает хватку, и мне становится трудно дышать. Страх разливается по венам, постепенно вытесняя остатки гнева.

– Приготовься, букашка, – шепчет он, и его слова, пропитанные угрозой, леденят кровь. – Война началась, и мы собираемся заявить на тебя права. Все трое.

– Ты говоришь о войне, но нападаешь, когда я не могу защититься. Какое ничтожество, – бормочу я ослабевшим голосом.

Его глаза вспыхивают мрачным, насмешливым огоньком.

– Ничтожество, говоришь? Посмотрим, будешь ли ты так дерзить, когда окажешься на коленях.

Эти слова проникают в меня, пугая сильнее, чем прежде. И неожиданно я чувствую странный трепет возбуждения. Почему, несмотря на сковывающий ужас, часть меня реагирует таким образом? Я хочу презирать себя за эти ощущения, за тепло, разливающееся внизу живота, но не могу.

– Мечтай дальше. Если думаешь, что я упаду перед тобой на колени, то ты глубоко ошибаешься.

Он смеется низким, почти садистским смехом, и наклоняется ко мне, обжигая дыханием щеку.

– Тогда докажи это.

Не успеваю я ответить или придумать защиту, как Каст наклоняется и грубо захватывает мои губы. Он вжимает меня в дерево с такой силой, что любая попытка вырваться становится невозможной. Его твердый член упирается в мой живот, словно требуя большего. Его язык яростно вторгается в мой рот – жестко и требовательно. Я борюсь внутри себя. Разум кричит сопротивляться и оттолкнуть его, однако тело меня предает. Оно откликается на эту грубость с силой, которую я не в силах понять. Этот поцелуй подавляет, подчиняет, и на миг я сдаюсь, растворяясь в его жесткости.

Это не я. Я не хочу этого.

Вспышка ясности пронзает сознание. Нужно взять себя в руки. Я протягиваю руку, хватаю его естественно вьющиеся волосы – несмотря на их приятную мягкость, касающуюся моей кожи – и резко дергаю, заставляя оторваться от меня. Он рычит от неожиданности, и я пользуюсь моментом, чтобы оттолкнуть его изо всех сил.

Мое дыхание прерывистое, губы все еще горят от этого нежеланного поцелуя.

Я слишком долго смотрю в его глаза, встречая вызов и что-то еще – эмоцию, которую не хочу анализировать. Затем разворачиваюсь и мчусь прочь, ноги едва справляются с напором бегства.

Я вновь убегаю, но теперь не от страха, а чтобы не сдаться. Чтобы не позволить поглотить себя тому опасному пламени, которое он разжег в моем теле.