Текст книги "Попаданка в Зазеркалье (СИ)"

Автор книги: Ксения Акула

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)

– Кто-то должен остаться с ним, – резким тоном заявил Тарт, и мы посмотрели друг на друга.

– Я останусь, – вызвалась тут же Марлен, – это мой дом, что я там не видела? – она махнула в сторону гор и зловещего темного ущелья, через которое нам всем еще предстояло пройти. – Я уверена, что Тарт справится и в одиночку.

Брат с усмешкой глянул на сестру и кивнул головой. Аирэль приблизилась к Марлен и отдала флягу с отваром, который недавно приготовила для Догнара.

– Вливай и заставляй глотать. Это поддержит его силы до прибытия целителя.

Марлен неохотно согласилась, принимая флягу, как сосуд с ядом. Хорошо хоть громкое «фи» не прозвучало, а то ссор точно не избежать. Оуэн и так сдерживался из последних сил, чтобы не высказать демонице, какого он о ней мнения. Что говорить, мы все немного на взводе, я уж точно. Одного вида Догнара хватало для того, чтобы чувствовать беспомощность и горечь, подкатывающие к горлу и к глазам. Но Тарт сказал, что Догнару грозит магическое истощение, а не смерть, и я выдохнула с облегчением, еще не понимая, что для мага истощение подобно смерти.

Марлен шепнула брату прощальные наставления, сверкая черными глазищами в сторону ущелья. (Ох, не к добру)! И мы вежливо попрощались с демоницей, умоляя ее заботиться о Догнаре.

– Остальные в цепочку и за мной. – Отдал приказ Тарт, недовольно глядя на мой балахон. – Растение, похожее на колючий кустарник, ядовито, поэтому старайтесь беречься от его шипов и даже цветов. Злата, – он снова оглядел меня с ног до головы. – Что у тебя под ним? – и дернул за полы балахона.

Я вскрикнула, опешив от такой бесцеремонности и вцепившись в плащ обеими руками.

– Повежливее! – одернул его Оуэн, но демон и бровью не повел в сторону хранителя.

– Надо избавиться от него, потому что полы плаща станут цеплять ядовитые колючки. В ущелье сыро, твое одеяние намокнет и станет тяжелым, ты станешь отставать, а нам потребуется максимальная отдача от тебя и Аирэль. За фею я спокоен, видел ее физическую подготовку, а ты… – Он скептически ухмыльнулся. – Так, что у тебя под ним?

Я бы поспорила на собственную руку, что Тарт еле сдерживает улыбку. Если бы не подрагивающий кончик его рта и не демонические огненные смешинки в непроницаемой черноте зрачка, он бы выглядел, как настоящий полководец: серьезный, собранный, внушительный, но я не верила. И к моему одеянию Тарт придрался скорее из вредности, чем в иных целях. И спорить я бы не стала, сняла плащ, в котором чувствовала себя вяленой рыбиной, но под ним только тонкая полупрозрачная сорочка и крошечные ажурные трусики, оставшиеся, как память о земном мире. Кто же знал, что церемония передачи младенца хранителям так подзатянется.

– Мы теряем время, – прикрикнул на меня Тарт, а Оуэн снова хотел вмешаться, но демон остановил его взмахом руки. – Либо вы доверяетесь мне, либо остаетесь здесь, – прервал он жестко друга, и тот отошел, предатель.

– Ничего нет, – соврала я демону, краснея под пристальным взглядом черных глаз. Тогда, Тарт наклонился и моему уху и коротко шепнул: «Неправда!»

Я стояла, как громом пораженная, вглядываясь в насмешливые и вместе с тем такие суровые черты лица демона.

«Это он! Он поцеловал меня на палубе, бесцеремонно запуская свои наглые руки под полы плаща и лаская спину, шею, сжимая стальным обручем талию»

От нахлынувших эмоций получалось только открывать и закрывать рот, пока Тарт снимал с себя рубашку, под которой оказалась черная майка с коротким рукавом, и отдавал мне.

– Переоденься, Злата, я не шутил, когда говорил о неуместности твоего одеяния. – И все. Ни единого намека на то, что он позволил себе на корабле хранителей, ни тени улыбки, ни-че-го! А у меня дрожат руки, и ухает в груди сердце. Воспоминания разом вспыхнули в сознании яркими картинками, ощущения вернулись, играя теплыми лучиками по позвоночнику.

– Тебе помочь? – зачем-то подошла ко мне Аирэль, оглядываясь на сердитых парней. – Если переживаешь, что явишься к демонам в неподобающем девушке виде, то можешь оставить свой плащ. Наденешь, как только пройдем ущелье.

Я машинально кивнула головой, соглашаясь на помощь Аирэль. Скинув плащ, отдала его в руки девушке вместе с полупрозрачной короткой сорочкой и когда-то белоснежными чулками. Облачившись в мужскую длинную рубаху Тарта, я тут же узнала этот запах. Терпкий, с нотками сладости. И вкус… Боги! Как такой суровый и грубый демонюга мог так сладко и нежно целоваться. Невероятно! Наверное, я все же ошиблась. Чего только не привидится девушке, которая готова видеть в жестком и самовлюбленном демоне человечного и пылкого юношу?

Немного успокоившись этой мыслью, я вышла к ребятам и заторопилась вместе с ними по тропинке к ущелью. Больше мы с Тартом ни о чем не разговаривали. Шли молча и так быстро, что я отстала уже в самом начале пути.

Мы несколько раз делали привал, чтобы отдохнуть и напиться согретой солнцем воды. Жара здесь стояла такая, что у меня даже губы потрескались, а кожу нещадно пекло. Тарт выглядел по-прежнему свежо, а Оуэн и Аирэль мило переговаривались друг с другом, стоило нам остановится. Фея заботливо ухаживала за другом, намазывая ему соком какого-то растения опаленные солнцем участки кожи.

– Устала? – спросил демон, когда я привалилась спиной к каменному уступу, смежив веки и желая остаться тут навеки. – Такие нагрузки непривычны для людей, я понимаю…

– Ничего ты не понимаешь! – огрызнулась я на Тарта, злясь все больше.

Сколько можно принижать меня тем фактом, что я человек?! Нагрузки и мне прекрасно знакомы, но из-за травмы колена я действительно очень долго не занималась и теперь ждала пронизывающей боли, как привычного наказания за любой физический труд. Но, не говорить же Тарту, что со мной случилось.

– Отстань, пожалуйста! – огрызнулась я на демона и поспешила к Оуэну. Тот распахнул объятия и отгородил меня руками от злого взгляда Тарта.

– Достает он тебя? – шепнул друг, а я беспомощно кивнула в ответ, пользуясь его добротой. С одной стороны стыдно, что использую его, а с другой, больше некому преклонить голову на плечо, а Оуэн сам вызвался быть моим другом, пусть терпит. – Не обращай внимания, Злата, он просто чувствует свою ответственность за всех нас. Сможешь дойти до ущелья?

Я снова кивнула головой и отстранилась, поймав на себе сразу два негодующих взгляда: Тарта и Аирэль.

«И что им всем заняться больше нечем, чем пялиться на нас с Оуэном?!»

Мое благодушное настроение быстро истаивало, а на смену приходила совершенно другая Злата. Я редко себя такой помнила: способной на все, лишь бы никто меня больше не цеплял. Хватит и того, что я уже вытерпела от всех этих коронованных особ.

– Жара допекает! – высказал Оуэн общий настрой и тут, наконец, мы вошли в тень высоких скальных пород, которые громоздились одна на другую. Я услышала общий вздох облегчения и первой отвязала от пояса свою флягу с водой. Там оставалась капля.

– Давайте отдохнем немного, – кивнул на участок травы демон, присаживаясь первым. – Ущелье очень опасное, и раньше служило местообитанием магов, поэтому не такое просто, как хотелось бы.

– Ты это о чем? – нахмурилась я, сбиваясь на истеричный тон.

«Нет, ну сколько можно?»

В Блэкпорте мне уже хватило испытаний на всю жизнь, я на большее не подписывалась. Стены Академии начали казаться отсюда такими родными и привычными, что я снова едва не расплакалась.

– Ущелье подобно зеркальной комнате, – начал объяснять нам демон. – Ничего страшного в ней нет, но магии столько, что она синтезируется сама по себе и вытягивает из всех, кто находится внутри, их чувства и эмоции. Что-то подобное мы видели, когда я применил запретное заклинание к Злате.

Думаете, когда Тарт упомянул об этом, он выглядел смущенным? Как бы не так, демон явно гордился своими умениями и навыками!

– Именно маги ущелья научили меня этому заклинанию, которое считается запретным, потому что обнажает наш внутренний мир. Но ущелью не нужны формулы и заклинания, оно вытянет из вас все и без этого.

На лицах Оуэна и Аирэль заиграла паника, расцветая всеми цветами красного, а Тарт оставался невозмутим. Оставалось только догадываться, чем он собирается пожертвовать ради полноценной жизни Догнара.

Глава третья

Кровавая империя демонов

– Злата, подожди! – позвала меня Аирэль, когда мы уже собирались подняться к ущелью.

Скоро дневные светила спрячутся в стальные воды Западного моря, и на Круговые горы опуститься ночь. Догнара рядом с нами нет, некому зажигать огненные сферы и освещать путь-дорогу, поэтому Тарт торопился. В ущелье оставались факелы еще со времен магов, они помогут нам ориентироваться в темноте, а от ущелья до границ империи рукой подать (по словам демона, конечно!)

Я повернула голову к фее, которая спешила ко мне по узкой тропинке, вьющейся по горному склону.

– Ты уже чувствовала это, – запыхавшись произнесла Аирэль, – расскажи.

Я поняла, о чем она говорит. На лицах каждого из нас застыла обреченность и неминуемая встреча с неизвестностью в стенах коварного ущелья.

«А что рассказывать? Что вспомнила свою прошлую жизнь? Что видела последние мгновения пребывания на Земле?»

– Тебя закручивает в вихре эмоций и воспоминаний, как на карусели, и тошнит примерно так же, – для значимости повертела пальчиков вокруг оси, создавая невидимый смерч, и скривила неприятною рожицу. Мол, действительно тошнотворные ощущения.

– Карусель? – повторила Аирэль незнакомое ей слово и подняла взгляд на темную расщелину, за которой и начинался вход в ущелье. – Теперь я понимаю Марлен, которая осталась внизу. Подождет, когда за ней прибудет оснащенный всем необходимым корабль, и прибудет домой целой и невредимой.

– Эй, я тоже не собираюсь умирать, – обиженно засопела на пессимистичный настрой Аирэль, но девушка только зубами в ответ скрипнула.

– Злишься? – приподняла я удивленно брови. Если честно, думала, что фее чужды нормальные человеческие эмоции.

– Боюсь, – откровенно призналась фея, но упрямо поджала пухлые губы и шагнула вперед, обгоняя меня на повороте тропы. Я снова плелась «в хвосте», пугаясь только черноты провала. Мало ли, что там еще придумали маги! Испытание ущелья не казалось мне таким ужасным, и я воспринимала его, как жертву ради Догнара. Знала бы, чем для нас обернется этот вечер, развернулась и бежала обратно, сверкая пятками.

Мы кое-как пробрались в расщелину, царапая руки и ноги об острые края породы. Тропинка обрывалась, а горы здесь расходились на приличное расстояние друг от друга, почти смыкаясь уже высоко над нашими головами. Небо почернело, мириады крохотных серебристых точек зажглись в его вышине, и Тарт сорвал со стен закрепленные в нишах факелы. Они с Оуэном двинулись вперед, освещая дорогу и разгоняя клубящийся мрак, а мы с Аирэль плелись следом. Сказать, что этот бесконечный день вымотал меня до предела, ничего не сказать. Сначала побег из Блэкпорта и бесконечно долгое плавание длиной практически в сутки. Поспать удавалось рывками, кто-то из нас постоянно сменял пост возле Догнара. Его жизненные силы так стремительно уходили, что мы волновались, доплывет ли маг до берега. Короткая передышка на горячем песке и снова путь наверх, уже по тропе к ущелью. Ноги дрожали, пульс зашкаливал, тело выдавало тревожные импульсы того, что вот-вот рухнет на землю.

Неожиданно меня под локоть взял Тарт. Его рука нагло скользнула от плеча к талии и осталась там лежать, как само собой разумеющееся, но на возражения и сопротивление у меня не осталось сил. Я плелась по каменному ущелью, спотыкаясь о неровности. По ногам гуляли табуны мурашек, холод проникал под короткую рубашку демона и холодил кожу, что немного отрезвляло.

– Ни конца, ни края, – прошептала я, в очередной раз удерживая равновесие только благодаря крепкой поддержке Тарта. Свет от его факела все время прыгал по стенам ущелья из-за моей неуклюжести, но демон не произнес ни единого слова упрека. Наверное, сцепил себе зубы каким-нибудь заклинанием, иначе потока грязных ругательств мне бы не избежать.

Внезапно откуда-то подул теплый ветерок, и рука Тарта напряглась. Он остановился, поднимая факел повыше, и прошептал:

– Приготовьтесь. Шаг не сбавляем, идем вперед, иначе останемся в мире воспоминаний навсегда.

– Славно, – выдохнула я сквозь зубы.

Об этом он, конечно, забыл нас предупредить.

Оуэн и Аирэль сцепили руки и рванули вперед, подгоняемые теплым ветром, но я недолго сопровождала их взглядом. Почему-то реальность вокруг стала рябить и расплываться, переворачиваясь с ног на голову. Или это я все-таки упала, ударившись головой? Даже искры летели из глаз, как и положено.

– Сопротивляйся! – расслышала я голос демона, но не поняла, чему я должна сопротивляться: землетрясению, которое обрушилось на мою голову, или собственной беспомощности?

Вихрь незнакомых ощущений и воспоминаний начал понемногу затягивать меня в свое кружение. Я видела демона так отчетливо, словно он встал прямо передо мной и стоял, не сдвигаясь ни на миллиметр, пока мир вокруг кружил. Тарт улыбался и выглядел таким красавцем, что у меня дух захватывало. Никакого потрепанного одеяния, а только обтягивающие бриджи и парадный камзол, который выгодно подчеркивал статную фигуру демона. Тарт не обладал такой развитой мускулатурой, как Догнар, но его гибкость и жилистость нравились мне даже больше, особенно сейчас, когда он так красиво оделся.

– Злата, – позвал меня демон нежным и ласковым шепотом. – Иди ко мне.

Я осталась стоять на месте.

«Еще чего захотел!»

Сначала грубит, ведет себя, как последняя сволочь, а потом смотрит, как на чудо природы и последний шанс на спасение. Видели мы таких соблазнителей, знаем!

– Иди сюда! – теперь в тоне демона ни капли нежности, а глаза горят недобрым огнем. Он срывает с себя парадный камзол и протягивает ко мне руки. Я ничего не чувствую, словно прикосновение нереально, но его эмоции… Уххх…

Страстное желание, ревность, ярость, жгучая потребность во мне, нежная забота и даже, боги, любовь… Я откуда-то знала, что Тарт чувствует, когда смотрит на меня, когда видит на занятиях или в столовой. Я погрузилась в его воспоминания, в которых я и снова я…

Его злость от моего появления в Академии постепенно сменялась любопытством, гнев – желанием защитить, а симпатия – стойким желанием обладать. Я смотрела на себя со стороны глазами демона и понимала, как зарождалось его чувство, крепло, наливалось яркими красками.

Вот, он видит меня одну на палубе корабля хранителей. Совсем недавние события. Его страсть прошивает иглами, проходит горячими волнами по венам, и тело невольно подается вперед. Его губы, такие жесткие, на самом деле дарят столько нежности, а этот сладкий вкус.

Теперь никаких сомнений. Это демон воспользовался темнотой ночи, чтобы показать силу своих чувств. Я узнала его, захотела распробовать поцелуй, втянулась, распахивая навстречу свой рот и впуская язык Тарта.

Он простонал мое имя, больно сжимая пальцами волосы, оттягивая их назад и приникая губами к шее. Он кусал мои ключицы, рисовал своим языком огненные узоры на моем теле, а я не верила, что все происходящее реально. Столько всего чувствовала и стояла, словно парализованная. Воспоминания и действительность сплелись в такой тугой комок, что я не понимала, где настоящие мы, а где прошлые. Теплое дуновение ветра теперь превратилось в смерч, но внезапно все стихло, будто и не начиналось вовсе.

– Выбрались! – услышала я голос Оуэна, который почему-то нес меня на руках. – Златка, ну, и приложило тебя! Что случилось? Ты закричала, упала на пол и не двигалась. Тебя била такая крупная дрожь, что я наплевал на всех тех бабочек, что парили вокруг меня, как стая бешеных диких виверн.

Аирэль громко вскрикнула и почему-то стремительно побежала по склону горы в темноту ночи. Тарт, пошатываясь, махнул нам рукой и пошел следом за девушкой. Он выглядел так, как будто только что его кружило и вертело, как и меня, только на адовом аттракционе, а не в вихре чужих эмоций.

– Что ты видел? – напряженно спросила я Оуэна, как только он поставил меня на ноги. Друг нахмурился.

– Ничего такого. Рой бабочек, которые стремились сесть на меня. И при этом какое-то тревожное чувство, но я так и не понял, что это было. Волновался за тебя. Признаться, все силы уходили на борьбу с этими бестолковыми бабочками.

– Бабочки, – всхлипнула я, вспоминая свой кошмар.

– А что у тебя? Почему ты отключилась? Неужели воздействие Тарта оказалось столь сильным?

– Почему его? – спросила я, отчаянно краснея.

– Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что бабочки достались мне от Аирэль. Не знаю, чем их там в Древнем лесу развлекают, но, видимо, крылатые порхающие создания – любимые игрушки феи. В каждом последнем воспоминании щемящее чувство тревоги и бабочки! – презрительно выплюнул последнее слово Оуэн, помогая мне сделать первый шаг. – Надо спуститься к границе империи, Злата, иначе Тарт не сможет связаться с демонами, патрулирующими границы. Догнар так и не пришел в себя…

– Знаю, пошли, – позвала я друга, отгоняя прочь видения и окликая демона и фею. Они шли молча: высокий и темноволосый Тарт, одетый в любимую черную униформу, и хрупкая Аирэль с распущенным по плечам каскадом светлых волос. Она едва доставала демону макушкой до плеча, а я почему-то мысленно поставила себя на ее место. Как бы мы смотрелись со стороны: я и Тарт?

– Граница за перевалом, – прервал мои мысли его голос, и я чуть не закричала от радости. – Я оставлю вас и пойду вперед, надо связаться со своими.

При этом демон ни разу не взглянул на меня, а его голос оставался твердым и уверенным. Одному богу Аврелиану известно, о чем он думал на самом деле и от чего сбегал.

Ночь казалось непроницаемой. Тарт вернулся очень скоро и привел с собой дозорных – стражников границы.

– Переночуете в башне, там есть все необходимое для хорошего отдыха, – сказал один из демонов, отделившись от остальных. – Ночи в горах долгие, а вам необходимо восстановить силы, чтобы ранним утром отправиться в императорские владения. Тарт, мальчик, ты с нами.

Демон кивнул, прощаясь с нами коротким взглядом. А чего от него еще ожидать? Он у себя дома, а здесь каждый мужчина в первую очередь воин и защитник таких, как я, Оуэн и Аирэль, поэтому мы сухо попрощались с Тартом и пошли за дозорным.

– Встретимся во дворце, – прижал демон руку к груди, склоняя на секунду голову. Оуэн повторил его жест и догнал нас, обнимая меня за талию. К Аирэль он не приближался, а девушка игнорировала его попытки заговорить. Что-то между ними произошло в том ущелье, но я не поняла, что именно. Даже утром, когда нас троих заново обули, одели и накормили, снарядив всем необходимым для удобной прогулки ко дворцу, Оуэн и Аирэль продолжали игнорировать друг друга.

Сидя в шикарной самоходной повозке, обитой мягким ворсистым бархатом яркого бордового оттенка, я наслаждалась видами местности. Владения демонов оказались совсем не такими, какими я себе их представляла.

Нормальные в моем понимании горы закончились сразу за ущельем, и начинались мои любимые и привычные глазу бутылочные склоны, гладкие и теплые на ощупь, с вершинами, политыми серебристой жидкостью, испаряющейся на солнце мириадами светлячков. Долины со множеством цветов сменялись обсидиановыми холмами, полностью лишенными поросли. В них чернели штольни, и бритвенно-острые трещины расходились от оснований к пологим вершинам. Быстрые горные речки сверкали в лучах солнца и дневных звезд розоватыми брызгами. По началу мне казался странным сам цвет воды, но вскоре я убедилась, что ярко-красный песок и такого же оттенка камни словно окрашивают воды реки в розовый. Это сочетание черного, серебристого, красного и розового цветов, перемежаемых оттенками лиловых, голубых и желтых лепестков и трав, совершенно очаровывали.

– Вот, уж не скажешь, что Круговые горы – пограничная зона с кровожадными существами схлопнувшихся миров, – произнесла я, вдыхая полной грудью разряженный чистый воздух и пытаясь не упустить из виду ни один поворот дороги. Шумливые реки несли свои воды, кричали птицы, гнездясь в колючих шипастых кустарниках, стрекотали насекомые, вспархивающие из-под колес самодвижущегося транспорта.

– Посмотри туда, – указал рукой вдаль дозорный, вызвавшийся нас проводить до императорского дворца. – Те горные гряды самые опасные в этом мире, туман, что никогда не сходит с вершин гор, изрыгает кошмарных тварей, способных досуха выпить магию каждого из нас.

Я с содроганием вглядывалась в желеобразную серость, похожую на причудливые облака. Отсюда и не понять, что это – продолжение горной гряды.

– Но не волнуйтесь, тварям не достать вас во дворце императора, – усмехнулся демон. – Даже здесь их ждет славный прием, – и он потряс мощным острозубым оружием, трещавшим от количества скрытой в нем магии. Искры так и сыпались с острых лезвий, закрепленных на массивном древке.

Аирэль брезгливо сморщилась, фыркнув при виде оружия, а демон понимающе улыбнулся. Этот дозорный производил хорошее впечатление, и я не раз ловила себя на мысли, что демоны не так плохи, как те же хранители, к примеру. Все стереотипы, созданные мной на основании фэнтезийной информации, распространенной в моем мире, рушились под гнетом новой реальности.

– Почти приехали, – сообщил дозорный, когда я пристально рассматривала колею от колес нашего самоходного транспорта. Она образовывала в глинисто-каменистой почве дороги причудливые рисунки. – Отсюда и дворец виден.

Только сейчас я рассмотрела абсолютно черный массивный замок, возвышающийся на фоне бутылочных склонов. Громада, призванная устрашить любого чужестранца.

– Нам туда? – спросила дозорного упавшим голосом, рассчитывая после всего увиденного мной на воздушный замок с сахарно-белыми стенами и узорчатыми балкончиками. Но, нет, дом Кровавого императора больше походила на аскетичную неприступную крепость.

– Вывешен красный флаг, вас ждут, как долгожданных гостей, – сообщил дозорный, указывая на единственный яркий лоскут, пробившийся, словно аленький цветочек в скалистой породе.

– У меня переизбыток впечатлений, – мрачно произнес Оуэн, откидываясь на спинку сиденья и закрывая глаза. – И родители еще отговаривали меня от поступления в Академию!

– А я ничуть не удивлена, – наконец, нарушила молчание Аирэль. – Эльфы всегда знали, что красота Круговых гор сродни красоте Древнего леса.

И так мы и въехали на территорию императорского дворца: Оуэн с закрытыми глазами, я с открытым ртом и Аирэль, невозмутимая, как истинная дочь эльфов.

Часть пятая. От демонова царства до Древнего леса

Глава первая

В гостях у Честы

Мы с Оуэном держались за руки, входя в величественный парк императорского дворца. Друг прозвал дом Тарта – пристанищем самого дьявола, и мощный четырехэтажный исполин, слившийся с отвесным склоном бутылочных гор, производил именно такое впечатление. Я не верила, что у меня хватит духу ступить на глянцевые плиты ступеней, так ослепительно отражалось в них солнце, так неприветливо и мрачно чернел фасад исполинского дома, так дико смотрелись абсолютно черные розы и темно-синие причудливые вьюнки в белоснежных вазах.

Величественные двери ростом с горного тролля отворились, как только мы трое подошли к ним. Аирэль протянула руку и осторожно коснулась приоткрытой створки, восхищенно охая от удивления, когда огненная руна проявилась под ее хрупкой ладонью.

– Невероятно. Боевая магия высшего уровня. – Прошептала она, и в травяной глубине ее глаз вспыхнул доселе неизвестный мне интерес.

Оказывается, нашу скромную и диковатую фею привлекала боевая магия, хотя она так жарко доказывала, что полностью поддерживает решение ее народа сложить оружие. Интересно!

Оуэн тоже приложил ладонь к массивной каменной поверхности, но тут же вскрикнул, дуя на обожженную ладонь.

– Не выношу хранителей, а вы, юноша, именно к ним и принадлежите? – на крыльцо из темных и таинственных глубин дома степенно вышла моложавая женщина, кутаясь в полы длинного плаща бордового цвета. Марлен и сама носило только такой. – Меня зовут Честа берр Хорр, добро пожаловать в мой дом.

Оуэн и Аирэль приложили руки к груди, низко склонив головы, но взгляд императрицы приковался к моему лицу, она больше не обращала на друзей никакого внимания.

– Здравствуй, Злата, – подала мне Честа пухлую руку, – прогуляйся со мной по саду. Знаешь ли, я редко выхожу за пределы дома, а последний раз встречала гостей вот так запросто лет триста назад, – ее смех оказался резкими и неприятным и никак не вязался с милой пухлостью лица и фигуры. Дьяволица выглядела, как любительница сладкой выпечки, а яркий румянец и пронзительный темный взгляд сильно разнились со светлыми локонами, убранными в высокую прическу, украшенную диадемой. Никогда бы не сказала, что она – мать Тарта.

– Пойдёмте, – ответила я с запинкой, отпуская руку Оуэна и боязливо оглядываясь на друга. Тот хмурил брови и кусал губы.

– О, хранитель, проводи милую лесную жительницу в дом и попроси слугу проводить ее в желтую спальню, а сам устраивайся в крыле для слуг.

Я опешила, раскрыв рот, а Честа уже спускалась по ступеням и резво вела меня в сторону сада.

– Какие же эти хранители утомительные и надоедливые существа, возомнившие себя чуть не богами, не находишь? – спросила меня хозяйка дома, поддерживая светскую беседу.

– Нет, – покачала я головой, но Честа словно и не слышала, продолжая громко разглагольствовать обо всем подряд. И, только тогда, когда мы оказались на приличном расстоянии от дома, она вдруг превратилась в настоящую дьяволицу. Милая улыбка сменилась высокомерным оскалом, и я, наконец, увидела черты Тарта и Марлен в этой властной женщине.

– Значит, теперь вся надежда этого мира на тебя? – она приподняла тонкую бровь и хмыкнула, сложив на груди руки. – Мало того, что человеческую девчонку подсунули нам в качестве посланницы богов, так теперь и мой сын следует за тобой повсюду, как верный раб. Расскажешь мне все сама, или я сделаю так, чтобы нужную мне информацию достали из твоей головки, дорогая?

От подобной перемены я растерялась и несколько минут ловила ртом воздух, пока Честа надменно поджимала губы и воинственно раздувала крылья носа.

– Невероятно! Демоны испокон веков защищали Аврелию от вторжения извне, жертвовали своими жизнями, воспитывались воинами, готовыми умереть в любой момент, а в итоге все лавры достаются девчонке! Ты умрешь, если не скажешь, кто тебя подослал в Академию и скакой целью!

– Никто не позволит вам сделать этого! – на самом деле я храбрилась. Кто знает, какими правами обладает эта женщина на своих землях?

Честа расхохоталась, степенно присаживаясь на одну из каменных скамей, искусно спрятанных среди цветущих зарослей и переплетений диких роз.

– Что ж, я предупредила. – Дьяволица щелкнула пальцами и через несколько минут к ее ногам жались две огромные страшенные зверюги, похожие на диких волков. Такие худые, что я могла пересчитать мощные дугообразные ребра, обтянутые дубленой кожей. Собачки послушно легли возле хозяйки, раскрыв зубастые пасти и вытащив красные языки, по которым медленно стекала зеленая густая слюна. Я стояла, боясь пошевелиться. С детства недолюбливаю собак, а эти твари, больше похожие на волков, могли разорвать меня за считанные мгновения.

– Это мои питомцы, – с гордостью сообщила мне Честа, поглаживая по холке зверюг. Их маленькие черные глазки уставились прямо на меня, стеклянный взгляд не предвещал ничего хорошего, поэтому я продолжала стоять, как вкопанная, считая удары собственного сердца. Если закричать, то ни Оуэн, ни Аирэль не успеют добежать досюда и спасти меня, времени не хватит.

– Что вы хотите узнать? – с обреченным вздохом спросила я Честу. Ей хорошо удалось запугать меня и заставить пойти на любые уступки в плане деловых переговоров.

– Правду, – улыбнулась женщина, – всего лишь правду, – повторила она, продолжая поглаживать короткую шерсть своих питомцев.

– Я родилась и выросла среди людей, – стала рассказывать я Честе, пока ее пристальный взгляд прожигал во мне дыру, – поступать в Академию не планировала, но решение приняли за меня.

– Кто? – резко оборвала мой плавный рассказ Честа.

– Сам ректор, – пожала я плечами. – И, пожалуй, смотритель берр Эль.

Честа кивнула головой, словно давала разрешение продолжать рассказ.

– В детстве во мне не обнаружили никаких способностей к магии, поэтому готовили к замужеству и рождению детей, но это все, что я помню. Травма, полученная мной в начале учебного года, не дает полностью вспомнить прошлое, лишь какие-то смутные обрывки из жизни. Я вижу людей, но не знаю, как их зовут и кем они мне приходятся. Я не могу сказать вам, где конкретно меня воспитали. И, самое печальное, я не знаю, кто оставил меня на священном озере Рух в бессознательном состоянии.

Мысленно выдохнула, надеясь, что Честа примет за правду все, что я ей рассказала, ведь я не врала, искусно соединяя то, что действительно имело место быть и чего не существовало. Да, травмы не было, но ее подтвердил берр Синар – целитель Академиии, и ректор поверил в существовании таковой, а я приняла этот факт, как должное. Мужчина же, призвавший меня в этот мир, до сих пор являлся мне лишь в бреду, во снах или в полубессознательном состоянии. Возможно, я догадывалась, кем он является, но не верила в это до конца, а, значит, не соврала Честе и в этом.

– Хмм, – дьяволица недовольно нахмурилась и резким жестом руки отослала хищных животных туда, откуда они пришли. Она поднялась со скамьи и молча оглядела меня с ног до головы.

– Мой сын прибыл, – Честа показала темную руну на запястье, вспыхнувшую красным. – Время для разговоров окончено. Я верю твоим словам и надеюсь на то, что появление в Академии человека не приведет этот мир к гибели, он итак держится только на силе и мощи нашего народа.

«Ну, конечно! – я даже закатила глаза, удивляясь самонадеянности каждой из рас, живущих в Аврелии. – И как они не угробили свой мир еще до моего появления?»

– Марлен – впечатлительная девочка. Возможно, ей показалось, что Тарт влюблен в тебя, – я постаралась выдержать взгляд Честы и не покраснеть. От этого зависело не только наше с Тартом благополучие и спокойствие на ближайшие дни, но и дальнейшее будущее, ведь, Честа не оставит в покое сына, если узнает правду. – По крайней мере, в тебе нет ничего особенного. – Она хмыкнула, развернулась и быстрым шагом скрылась за цветущими растениями, оставляя меня в одиночестве плутать по этому зеленому лабиринту.

Почему-то сейчас я пожалела, что так сопротивлялась желанию мастера Рурка обучить меня кузнечному делу. Я бы с удовольствием воспользовалась кузницей демонов, чтобы выковать там острый меч и вонзить его прямо между глаз этой наглой и бесцеремонной дьяволицы, которая с первой наши встречи решила идти путем запугивания и угроз. Да, демоны многим жертвовали ради благополучия Аврелии, но я не виновата в том, что никто по достоинству не оценил их заслуги.