Текст книги "Попаданка в Зазеркалье (СИ)"

Автор книги: Ксения Акула

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

– Я вернусь в академию вместе с преподавателем Лаэлем и распоряжусь, – расслышала я голос берр Эль, и его решение поддержали единогласно. Пока мать Аирэль тихо и почти неслышно вела нас наверх за собой, оставшиеся мужчины бурно обсуждали произошедшее и строили невероятные предположения и догадки относительно часов на башнях академии. Вслед Оуэну поднялась и Марлен. Тарт пока оставался в гостиной, но и его попросили уйти, на что парень только громко выругался.

«Все тот же злобный демон, которого я запомнила по первой встрече в академии», – подумалось мне с затаенной грустью.

Теперь каждое мгновение, проведенное в Аврелии, хотелось впитать и отложить в памяти на долгие годы. Я чувствовала, что немного мне осталось жить среди этих нелюдей. Не место единственному человеку в обществе магов, демонов, хранителей и эльфов.

– Злата, – позвал меня Тарт, а я удивленно обернулась на его голос. – В моей комнате прекрасный вид на Долину Новорожденных.

Я что-то слышала об этом священном месте, куда снесли все яйца не родившихся эльфов, чьи родители погибли много сотен лет назад в Кровавой битве на землях Пустоши. В учебниках писалось о том, что эти дети проснуться и станут надеждой целого народа, обреченного на вымирание.

– Хочешь посмотреть? – улыбался Тарт, заманивая меня к себе в спальню. Марлен уже скрылась в соседнем крыле, куда ушла вслед за Аирэль, а Оуэн поклялся, что проспит до завтрашнего утра, как минимум. И, если его кто-нибудь разбудит, то друг проклянет этого изверга страшным способом, знакомым только хранителям.

– Пошли, мне все равно тяжело будет уснуть в доме, где решаются наши судьбы, – ответила я Тарту, и демон призывно приоткрыл дверь.

– Вот, ты и попалась, девочка моя, – горячо прошептал Тарт, прижимая меня к стене и наваливаясь сверху. – Теперь не уйдешь!

Я хотела что-то возразить, возмутиться и стукнуть демона, но тот впился в мои губы, стоило мне только приоткрыть их. Сладкий поцелуй Тарта поглотил мои возгласы, а его руки остановили любое мое движение. Я приподнялась и обвила его шею руками, запрокидывая голову и растворяясь в дыхании любимого демона.

Глава вторая

Во власти демона

Руки Тарта скользили по моему телу, пальцы зарывались в распущенные по плечам волосы, а губы прокладывали дорожку из поцелуев от уголка губ вниз по шее к ключице. Демон тяжело дышал, запрокидывая мою голову и впиваясь взглядом в лицо.

– И что дальше?

Я понимала, к чему этот вопрос. Тарт слишком умен для того, чтобы не догадаться о причине появления в Аврелии человека – недостающего пятого элемента для восстановления экосистемы. Я выполнила свою миссию, и в моем присутствии здесь больше нет необходимости. Демоны, маги и эльфы истребили людей, и мое присутствие на их землях пугало своей неизвестностью. Хранитель Астиан как-то признался, что никто не рад свидетельству давнего позора и слабости, коим я и стала, появившись в академии по велению Аврелиана.

– Пустошь навсегда останется Пустошью. Мы ничего не изменили, оказавшись на бесплодных землях людей. Мне некуда пойти после окончания Академии, для меня в этом мире нет места, – с грустью ответила я Тарту, который с рычанием оттолкнул меня и отвернулся к окну, безвольно опуская руки вдоль тела.

Он – сын Кровавого императора, наследник древнего рода, который управляет демонами Круговых гор. Тарт обязан выбрать себе в жены достойную партию, и Честа ясно дала понять, что я – лишь помеха на пути ее сына.

– И куда ты пойдешь?

Этот вопрос хлесткой пощечиной ударил по самолюбие. Тарт не хочет или не считает нужным бороться за то, чтобы я осталась в Аврелии? Он так быстро смирился с моим уходом?

Обида хлынула потоком горечи и разочарования, распространяя по телу леденящий душу холод. Я надеялась, что демон скажет совсем другое, попытается меня задержать, станет просить переменить решение, но он смирился!

– Какая разница! – я уже развернулась, чтобы спрятаться в комнате и выплакать всю боль и обиду в подушку, как демон снова схватил меня и по-свойски прижал к груди, зарываясь носом в волосы на макушке.

– Ты такая ранимая, Злата. Я и раньше слышал от старших демонов, что люди – хрупкие существа, но никогда не думал, что настолько.

– Отпусти! – попыталась я вырваться из его рук, но Тарт держал крепко и в тоже время нежно, поглаживая большими пальцами открытые участки кожи, отчего на них появлялись стайки мурашек. Я млела от его горячих прикосновений, теряла голову от запаха демона, от его легких поцелуев, сладкого дыхания и настойчивых губ, которые снова нашли мой рот.

– Любимая, – прошептал Тарт, с тягучей страстью одаривая меня самыми невероятными ласками. Его язык требовательно оглаживал мой рот, а я раскрывалась навстречу демону, желая гораздо большего. – Я сделаю все, чтобы ты навсегда осталась со мной, веришь?

От неожиданного вопроса, последовавшего сразу за поцелуем, я растерялась и долго молчала, переосмысливая услышанное.

«Верю ли я Тарту? Скорее, да, чем нет!»

– Мне тяжело представить, как ты оспариваешь волю родителей. Ни Честа, ни Кровавый император не одобрят твой выбор.

– Плевать! – зло прервал меня Тарт. – Тогда, они лишаться наследника и на трон взойдет Марлен.

– О, – я рассмеялась, представив демоницу в роли правящей императрицы, – она наведет порядок не только в Круговых горах, ее станут бояться по всему миру.

– Только это невозможно, – грустно ответил Тарт. Его ладони блуждали по моей спине, поэтому я с трудом сосредотачивалась на разговоре. Нельзя так мучить человека, когда ему попало в руки желанное!

– У демонов наследие только по мужской линии. Если я не взойду на трон, то власть перейдет к младшей ветви, а в этом случае мы лишимся не только власти, но и всего имущества.

Я удивленно вскинула брови.

– Честа никогда на такое не согласится!

– Вот именно, – удовлетворенно кивнул мой коварный демон. – Родителям придется смириться с моим выбором, но меня беспокоит не это. – Он встревоженно посмотрел мне в лицо. Темные глаза казались огромными из-за бледной кожи, и в них плескалась тревога.

«Мой демон боится за меня!» – билась в голове радостная мысль, которой было плевать на серьезность сложившейся ситуации.

– Из-за меня ты можешь стать изгоем? Как ректор Наир? – спросила я Тарта, а он кивнул, напряженно стиснув челюсти. – Но я не хочу этого.

Демон прижал меня к себе еще сильнее, настолько близко, что я чувствовала биение его сердца, ощущала, как горяча его кожа, как бугрятся мышцы рук и плеч.

– Обещая мне только одно, – прошептал он просящим тоном. – Не принимай скоропалительных решений, дай нам время.

Я бы с радостью кивнула на его просьбу, но за меня решение принимал Аврелиан.

Без каких-либо объяснений бог вторгся в мой привычный мир и разрушил его, смазал, как меловую картинку, сделал воспоминанием. Я не знала, на что способен Аврелиан, но догадывалась, что он запросто перенесет меня обратно. В таком случае уже этот мир станет воспоминанием, нелепой случайностью и бредом. Мало ли, может, он сотрет все события, произошедшие со мной здесь?!

Совсем недавно я желала всем сердцем вернуться обратно. К маме, к Арине, к привычному существованию без риска для жизни. К знакомым мне людям, среди которых нет ни магов, ни эльфов, ни хранителей, а демонов и вовсе считают злой силой. Тогда, что изменилось?

– Тарт, – прошептала я демону, – у нас еще есть время.

И он принял мои слова, как обещание, а я сделала вид, что так и должно быть. Мы еще долго стояли в обнимку друг с другом, пока Тарт не отпустил меня.

– В смежной комнате отличный бассейн с подогревом, – плотоядно улыбнулся демон. – Разделишь со мной купание? Я не готов отпустить тебя сейчас. Обещаю быть паинькой.

– Паинькой? – округлила я глаза, пряча улыбку. – Это не про тебя!

Тарт снова превратился в угрюмого и серьезного демона, которого я видела каждый день.

– Демоны чтят свои традиции, а для наследника нет ничего более оскорбительного, чем женщина, которая отдала свою честь другому.

– Эмм, – проглотила я готовые вырваться возмущения.

«Что это еще за дикие и доисторические правила?»

– Что «эмм»? – разозлился Тарт. Мне казалось, что у него из глаз искры посыпались, а зубы скрипнули, предвещая мне долгую и мучительную смерть. Я не спешила радовать его новостью, что в свои двадцать один являюсь девственницей, мне до ужаса нравилась его беспомощность. – Злата?!

– Что? – улыбнулась я, как можно более невинно.

– Ты заставляешь меня прибегать к помощи целителей и совершать нелицеприятные поступки.

– Позовешь целителя, чтобы он осматрел меня? – теперь я испугалась. Это же Тарт, а он выполнит свои угрозы, а мне сейчас услуги гинеколога ни к чему.

Демон недовольно хмурился и ждал ответа.

– Я заплачу ему столько, что он не откажется, а, если откажется, заставлю, – прорычал Тарт, взбешенный моим молчанием.

– Хорошо-хорошо, – я сдалась, смущенно краснея. – Но в моем мире быть девственницей в двадцать один год – это постыдное упущение.

Парень хмыкнул, поднимая меня на руки и в пару шагов преодолевая расстояние до двери в купальню.

– Ты не вернешься в свой мир, – сказал он решительным тоном, – привыкай к порядкам нового.

Я не стала переубеждать довольного демона, что рано делать поспешные выводы. Слишком часто он дышал, не спуская с меня пристального взгляда, когда я снимала одежду. Слишком страстно целовал, сопровождая каждое движение губ короткими укусами. Слишком сильно хотел того же, чего хотела и я.

Как давно мое мнение поменялось? Почему я вдруг решила, что больше не хочу возвращаться домой, что хочу остаться в академии, доучиться и выжать из своего магического запаса все, что есть?

Когда Тарт назвал меня любимой, прежний мир рухнул, покрываясь толстым слоем пыли. Радужная картина будущего счастья рядом с ним затмила все прежние желания, а с появлением в доме Аирэль ректора Наира и смотрителя Эля я поняла, что не смогу бросить обучение.

– Когда вернемся, поселюсь в твоей башне, – хрипло пообещал мне Тарт, погружаясь в воду. Он не выпускал меня из своих объятий, бережно опуская в бассейн. Я зажмурилась, наслаждаясь его сильными руками, ароматом трав, исходящим от воды, и долгожданным отдыхом. Если бы не обещание демона соблюдать осторожность, я бы сорвала с себя остатки одежды и отдалась ему, наплевав на традиции, запреты и личные предубеждения.

– И спать мы теперь будем вместе.

– Просто спать? – ужаснулась я открывающимся перспективам.

– Недолго, – рассмеялся Тарт, – как только отец вернется в имение, я напишу ему о своем решении взять тебя в жены. Как насчет того, чтобы зимой устроить демонам встряску?

– Страшно! – поделилась я своими мыслями.

– Ничего не бойся рядом со мной, – очень серьезно ответил Тарт, согревая одним своим взглядом. В темных радужках плескалось столько нежности, заботы и любви, что я первой потянулась к демону за поцелуем, но он отстранился, поднял свое запястье и соединил с моим.

– Обещаешь стать моей женой? – спросил парень, не сводя с меня пристального взгляда. Вокруг бассейна неровным светом горели магические сферы, от воды шел пар и пряный аромат, в воздухе кружились лепестки цветов, создавая фигуры под изумрудным потолком, а мы с Тартом нежились в воде, прижатые друг к другу. Я не могла сказать нет»

– Да, я обещаю! Я хочу, – добавила уверенным тоном.

Демон прочитал какое-то заклинание низким протяжным тоном, призывая древнюю магию своего рода. Я уже понимала многое из того, о чем он просил: одобрения и защиты. Запястье обожгло резкой болью, и на коже проступила черная вязь.

– Теперь ты только моя! – довольно закончил Тарт, а я пыталась смыть татуировку, пока он распластал руки по краю бассейна и посмеивался, как довольный жизнью демон.

«Вот так в чужом мире не успеешь и глазом моргнуть, а ты уже обручена, – думала я, представляя реакцию мамы и Арины на происходящее. – Подумаешь, всего лишь обручилась с демоном!»

С первыми лучами солнца к нам в комнату ворвалась Марлен.

– Тарт, ты невыносимый эгоист! Думаешь только о себе! – девушка с презрением окинула нас взглядом, остановившись на черной футболке брата, едва прикрывающей мою пятую точку. – Хорошо повеселились?

– Уйди, Марлен, – попросил Тарт хриплым со сна голосом, приоткрывая глаза. – Дай поспать!

– Не время спать, – в комнату бочком вошла Аирэль, потупив взгляд и теребя в длинных пальчиках заплетенные в косы волосы. – Если вы не разойдетесь до прихода Догнара, то скандала не избежать.

Я видела, как Аирэль украдкой улыбается, глядя на наши с Тартом попытки прикрыться одним на двоих одеялом и догадывалась, что отныне нашей с ней дружбе ничего не помешает окрепнуть.

– Я не собираюсь ни от кого скрывать, что хочу взять Злату в жены, – сердитым голосом произнес демон, который сейчас внушал страх даже мне. Взъерошенный, заспанный и сжимающий огромные кулаки в попытке успокоиться. – Марлен, ты заставляешь меня оправдываться перед девчонками? – он резким движением соскочил с кровати, а Аирэль и Марлен с визгом бросились к двери.

– Ты мне за это еще ответишь! – крикнула демоница, когда оказалась на приличном расстоянии от брата. – Я не допущу, чтобы наш отец погиб из-за тебя и наш дом отдали какому-то безродному выскочке!

Тарт захлопнул дверь и выругался, перемежая нормальную речь с демонической.

– Что это значит? – спросила я демона.

– Что у брата Кровавого императора нет сына, любимая, – ответил Тарт. – Я рассчитываю на благоразумие остальных в принятии решения по поводу нашей с тобой свадьбы, но Марлен права. Если ничего не получится, то трон наследует тот, кто победит отца в бою. Мы можем лишиться не только дома, это меньшее из бед.

– К чему эти жертвы, Тарт? – спросила я демона, но он приблизился и закрыл мне рот поцелуем. Глубоким, страстным и обжигающим.

– К тому, что без тебя я не представляю своего будущего, Злата.

– Даже так? – в комнату без стука вошел Оуэн, а я натянула одеяло до подбородка, встречая любопытный взгляд друга.

– Это тебе не проходная зала, хранитель! – зарычал демон, но Оуэн только рукой махнул.

– Да, я-то рад, а вот Догнар не обрадуется. Он так мечтал облагодетельствовать Злату своим вниманием, а пташка упорхнула, стоило ему потерять свою силу и мощь.

Мне вдруг стало невыносимо стыдно, но я никогда не давала магу никаких обещаний.

– Разберемся, – ответил за меня Тарт. – Еще что-то?

– Там ректор Наир рвет и мечет, что мы еще не собраны, не умыты и не одеты. Грозится лично поднять каждого из нас и спустить в гостиную.

– Ой, – я тут же ринулась к шкафу, где аккуратно висели моя одежда, заботливо развешенная Тартом. – Пожалуй, мне нужно в свою комнату!

Оуэн со смешком подвинулся, уступая мне место, а Тарт послал нам вслед заковыристое ругательство.

– Какой он у тебя злой, – со смешком начал Оуэн, провожая меня до дверей моей спальни, в которую я вчера даже не заглянула. – Научи своего демона хорошим манерам.

– Я все слышу, хранитель! – крикнул Тарт, а я закатила глаза и спряталась от друзей, взяв несколько минут на передышку.

Глава третья

Возвращение в Академию

– Боги, как же хорошо!

Я лежала в своей кровати, окруженная подушками и завернутая в легкое невесомое покрывало. Прозрачные стены замка, как панорамная линза, открывали обзор на далекие Бутылочные горы, долину Аврелию и озеро Рух. Прошел целый месяц тишины и спокойствия с тех пор, как я вернулась в магическую академию, и студенты усиленно готовились к первым в этом году экзаменам. Целый месяц без присутствия в моей жизни Аврелиана, которого я одновременно жаждала увидеть и боялась.

На полу высились стопки книг, схемы сложных заклинаний, а на полке собралось немалое количество камней для будущих амулетов, пока пустых сосудов для зелий, которые я должна сдать к концу года. Перед глазами стоял список заклинаний по демонологии, сданный вчерашним днем. Не самое сложное из всего пройденного материала.

– Пташка, я могу войти? – крикнул Догнар, предварительно стукнув в дверь ногой. Маг считал это самой вежливой формой приветствия и не стеснялся заявляться ко мне, несмотря на заверения Тарта однажды сжечь его на костре.

– Проходи, – пригласила я Догнара. В последнее время маг очень упорно подтягивал меня по Зельям, за что я искренне благодарила его, делясь редкими книгами из собственной библиотеки. Ключ от нее до сих пор хранился только у меня и ни берр Эль, ни ректор Наир не спешили его отнимать. – Что привело тебя ко мне в такую рань?

– Мне нужно спрятаться, пташка, – умоляюще произнес маг, разыскивая глазами свое любимое мягкое кресло. Он сам притащил его сюда, причем пользуясь исключительно силой собственных рук, и никому не позволял садиться на «свой трон». Старое пыльное кресло жалобно скрипнуло под немалым весом Догнара. За последний месяц он снова стал собой – огромным, дерзким и ярким представителем магов с хитрющими карамельными глазами и гривой непослушных волос.

– Снова не поделили с Марлен территорию? – спросила я парня. По возвращении в академию он третировал Марлен днями и ночами, за что она жестоко мстила. Однажды Догнар проснулся в вольере в компании разозленного грифона, чью подстилку он занял. Ректор Наир не смог доказать вину демоницы, но Аирэль позже жаловалась, что из ее коллекции редких зелий пропало «Опьяненное сознание». Очень опасное и коварное зелье могло заставить кого угодно выполнять волю хозяина – сильного волей мага или в случае с Марлен – демона! Тарт тогда очень злился и припугнул сестру возвращением домой в Круговые горы. Странно, но Марлен притихла, хотя я считала, что она спит и видит возвращение под крылышко Честы.

– Эта демоница своего добьется, я возьму над ней шефство, – зло пробурчал Догнар, прикрывая глаза. Видимо, маг всю ночь не спал, но я не стала спрашивать, где он провел эти часы, потому что Догнар часто медитировал, спрятавшись от всего мира.

После пребывания у целителей Древнего леса магический запас Догнара восстановился практически полностью, но магу запретили использовать его вне практических занятий. Парень скрежетал зубами, но держался, а мы следили, чтобы он не сорвался, и старались поддерживать, как могли. Используй Догнар магию сверх меры, и его магический запас истончиться до практически нулевого. И не факт, что после всего случившегося, Зиба будет рада племяннику. Маги злопамятны!

– Чем планируешь заняться в свой законный выходной? – лениво поинтересовался Догнар, когда я вышла из ванной, чтобы встретиться с Тартом перед завтраком. Мои экзамены закончились, и мастер Рурк признал, что я делаю определенные успехи.

«Великой тебе не стать! – любил повторять он изо дня в день, – но мы нашли твой главный плюс – артефакторика».

Я же гордилась собой, потому что с помощью друзей смогла, наконец, овладеть достаточными навыками в заклинаниях, чтобы избрать профильным предметом артефакторику, а не гончарное или кузнечное дело! Правда, мастер Рурк предлагал еще и ткацкий станок, но я упорно стремилась к самому сложному и победила!

Конечно, на первом курсе мастер Рурк брал готовый материал, и мы работали с тем, что есть, но к концу третьего он обещал подключить к моему образованию мага-артефактора. С профессором-магом я могла бы сама создавать артефакты, выплавлять украшения из заговоренных металлов и даже самостоятельно отправляться в экспедиции по добыванию редких драгоценных камней. Никогда не думала, что ювелирка так увлечет меня, но втайне от друзей и мастера Рурка рисовала украшения и амулеты, которые сделаю в первую очередь.

– Ты прав, Догнар, у меня законный выходной, – потянулась я всеми косточками, бросив взгляд в окно. – И, если до твоего вопроса я хотела встретиться с Тартом и идти на завтрак, то теперь мои планы поменялись. Не мучайся, ложись в постель, – помахала я магу, который без лишних церемоний последовал к моей кровати и плюхнулся в нее, зарываясь в подушки.

Спустившись в центральный холл, я миновала пару галерей и оказалась у выхода на открытые террасы. В последнее время они пользовались популярностью у студентов, которые располагались на лавочках в тени белоснежных столбов-исполинов, серебристых колокольчиков ростом с берр Эля, высаженных в мраморные вазы, и штудировали учебную литературу. Ветер свободно гулял по открытому пространству, принося долгожданную прохладу.

Зима в Аврелии разительно отличалась от привычного антуража самого холодного времени года в моем родном мире. Зимой в долине начиналась настоящая засуха, как в пустыне. Трава покрывалась некрасивым медным слоем пыли, цветы вяли, а воды озера Рух чернели, превращаясь в вязкое болото. Даже Бутылочные горы выглядели иначе – ржавели и прятались в клочьях серого тумана, который никогда не спускался в долину.

– Оуэн, рада встрече! – приложила я руку к сердцу, радостно обнимая друга. – Хранителей отпустили на каникулы?

– Да, – коротко кивнул парень, смежив воспаленные веки и прикладывая к вискам влажные листья уверны – растения, которое хранило в пористых слоях ледяные капли воды. – Если бы я выбирал, кем родиться, то никогда бы не выбрал хранителей.

Дело в том, что хранители любили воду и ненавидели жару и засуху, поэтому многие из них страдали во время зимы, прячась в домах и не показывая нос за пределы родных территорий. Оуэн терпел, как мог, но побочные эффекты становились все болезненней, поэтому ректор Наир разрешил другу посещать священное озеро Рух и проводить на его берегах все свободное время каникул. Я благодарила небеса за подобное решение и первым делом выпросила у берр Эля возможность сопровождать Оуэна.

– Пойдем, я отведу тебя на озеро, – потянула друга за руку. – Помнишь, что ты мне обещал?

– Как не помнить, – простонал друг, с трудом разлепляя красные веки. Выглядел он ужасно, и я спешила на берег озера еще и потому, что надеялась облегчить страдания парня.

– Что ты задумала? – спросил Оуэн, как только мы отошли на приличное расстояние от академии. Под ногами неприятно хрустела пожухлая трава, оставляя на светлой обуви ржавую пыль.

– Мне необходимо встретиться с Аврелианом, – не собиралась я скрывать от друга правду. – Я хочу узнать о своем будущем.

– Странно, – хмыкнул Оуэн, – чего тут узнавать. Скоро состоится ваша с Тартом свадьба, и мы все хорошенько повеселимся у демонов. В этот раз я ни за что не соглашусь спать в крыле для прислуги, что бы Честа не задумала, а на правах вип-гостя потребую себе самую лучшую спальню.

– И, конечно, она тут же согласиться! Я бы на твоем месте не строила подобных иллюзий. Честа пообещала скормить меня своим питомцам, как только я снова ступлю на порог ее дома, а для тебя она выберет пытку помучительнее.

– И то верно, – пробурчал Оуэн, – как тебя угораздило связаться с ее сынком?

В ответ я расплылась в блаженной улыбке, вспоминая, сколько нежности, тепла и любви подарил мне за последний месяц Тарт. Никогда я не пожалею о том, что согласилась стать его женой, потому что демоны влюблялись лишь раз и навсегда оставались верны и преданны своей возлюбленной. Жаль, я узнала это на Демонологии перед самыми экзаменами, а то бы начала пользоваться полученными привилегиями раньше. Приручать демона оказалось самым моим любимым занятием, и я достигла определённых успехов.

– Оуэн, я хочу остаться с вами навсегда, – искренне призналась другу, который и не сомневался в том, что все так и будет. Увы, сомневалась я. Аврелиан – бог и создатель этого мира, и только ему решать, останусь я в Аврелии или вернусь обратно на Землю.

Я прошла вдоль границы плотного тумана, трепетно касаясь белоснежных клочьев пальцами, пока Оуэн шептал заклинание, сказанное ему по секрету самим ректором. На берегу друг со стоном опустился у самой кромки черной и вязкой воды, окуная в нее руки по самый локоть и блаженно жмурясь.

– Ты очень смелая, Злата, – произнес хранитель, отчаянно зевая и заваливаясь на бок. – Я ни разу не пожалел о том, что предложил тебе свою дружбу.

– И я, – ответила тихо, чтобы не потревожить покой парня, который уже мирно посапывал, уютно устроившись на серебристом ковре из трав.

– Ему стоит отдохнуть, – услышала я голос, такой знакомый и такой пугающий. Сегодня Аврелиан говорил тихо и обволакивающе, не проникая в мой разум и не пугая сознание очередными криками о том, что мне следует или не следует делать. – Здравствуй!

«Бог!»

В моем понимании бог должен выглядеть, как нечто эфемерное, облачно-дымчатое и ослепительно-сверкающее, но из воды вышел высокий мужчина с добрым взглядом янтарных глаз и мягкой улыбкой. Он выглядел иначе, чем тот юноша из видений, которые показала нам Злата. Волосы отросли ниже лопаток и свободно лежали по плечам, руки спрятаны в рукава белоснежной мантии, а на всем облике печать пережитых страданий. Нет, Аврелиан не пугал несчастным видом, но в его лице хранилось столько эмоций, что юношей его назвать язык не поворачивался, скорее умудренный опытом мужчина, который достойно перенес потерю любимой женщины. Морщины в уголках глаз и скорбные складки у рта добавляли ему открытости, а мощный разворот плеч и аристократическая бледность – поистине мужской притягательности.

– Здравствуйте, – поприветствовала я виновника всех моих бед, злоключений и, что скрывать, моего великого необозримого счастья.

– Ты ждала встречи со мной, – утвердительно произнес Аврелиан, предлагая мне кивком головы прогуляться по берегу озера и протягивая свой локоть.

Касаясь божественных одежд, я чувствовала такое смущение, что с трудом передвигала ноги.

– Я так надеялся, что ты останешься со мной, – начал Аврелиан, пока мое сознание кричало категорическое и настойчивое «нет», – но демон опередил мое желание, не так ли? – мужчина повернулся, а я поспешила закивать головой.

– Что ж, я расскажу тебе о своем мире, а ты выслушаешь и решишь, что же тебе делать дальше.

От слов Аврелиана мне сразу же стало тихо и спокойно на душе. Он предоставляет мне право выбора, но я уже знаю, что скажу ему в ответ.

И Аврелиан начал свой рассказ…

Глава четвертая

Завещание Златы

– Я любил ее, любил больше жизни, – начал Аврелиан, а у меня закралось предчувствие, что он никогда не произносил этого вслух, столько закравшейся боли и невысказанной тоски звучало в этих словах. – Не боялся ее силы, а благоговел перед способностями моей жены – самой искренней и ранимой женщине на всем Олимпе, которую изгнали только за то, что она родилась под светом Темной звезды.

Мы вместе начали создавать наш первый и единственный мир, и Злата радовалась, как ребенок, наделяя демонов, магов и эльфов своей темной силой, необузданной и дикой энергией, заключенной в таком хрупком теле. Она напитала элементалей своим могуществом, поселив их глубоко под землей и заставив служить целому миру, но это в конце концов и сгубило мою любимую.

Я – светлый бог, ущербный для всех, но бесценный для Златы. Она не считала мое неумение справляться с элементалями – слабостью, она гордилась людьми и хранителями, почитая их больше остальных, она благоволила им, одаривая щедрыми дарами. Но мое неумение удержать элементалей сыграло свою роль. Злата все больше сил отдавала на то, чтобы защитить границы мира от вторжения тварей из схлопнувшихся миров, от темной энергетики извне. Она чувствовала ее приближение, и всякий раз спешила демонам на помощь, а элементали воспользовались слабостью Златы. Ни одна сила, а тем более такая могущественная и агрессивная, как сила Темной звезды, не потерпит ограничений. Элементали вторглись в сознание Златы и стали истязать его, сводить с ума мою бедную девочку. Она кричала, молила меня о помощи, но я ничем не мог ей помочь.

Аврелиан замолчал, склонив голову и погрузившись в какие-то свои мысли, далекие от настоящего. Я не шелохнулась в ответ, продолжая держать его за локоть и боясь лишний раз вдохнуть. Он дрожал, дрожал всем телом, но на лице не проступило ни одной эмоции. Лицо Аврелиана, как гипсовая маска, бледной и безжизненной личиной застыла передо мной. Хорошо, что это продолжалось недолго, потому что я не умела жалеть богов и тем более поддерживать их в таком горе, как потеря любимой.

– Злата погибла, оставив мне завещание. Она напомнила о том, что ни один бог не уходит с Олимпа бесследно, остаточная энергия всегда попадает в тот мир, который создан ее родителями. Родители Златы – создатели твоего мира, – поделился со мной Аврелиан, а я удивленно округлила глаза.

«Вот это поворот. Сейчас я как никогда близка к тайне создания Земли!»

Но Аврелиан не вдавался в подробности, а я не смела его расспрашивать.

– Я начал поиски среди детей и создал Храм.

– Храм? – осмелилась я на вопрос.

– Я превратил наш со Златой дворец в то, чем он был изначально – Храм для обучения способных детей с Земли, с изначального мира. Я забирал души тех, кто хранил в себе божественную искру и приводил в наш со Златой дом. Постепенно слава о Храме дошла и до Олимпа, и отец Златы поддержал идею. Он отправил из-за гор самых низших богов со слабыми способностями, которые обучали моих детей. Одних я посылал в Аврелию, а другие служили целям богов.

– Младенцы на берегу озера Рух, – догадалась я.

– Именно. Эти дети призваны были помочь угасающему миру своей магией и силой, своими способностями, но раз за разом я проигрывал сражения. Элементали пожирали магию хранителей, стоило им оказаться в Аврелии, младенцы гибли, воды озера прятали их души, застрявшие в Межмирье.

Тогда, я отчаялся и в очередной раз отправился на Землю, столкнувшись с тобой. Ты – лекарство для этого мира, – восторженно произнес мужчина. – Тебе не нужно было много сил и способностей, ты не должна была сразиться с элементалями и победить их. Ты призвана вылечить этот мир от темноты, что уничтожала Аврелию изнутри. Одним своим появлением здесь, одним прикосновением, одним присутствием ты способствовала восстановлению флоры и фауны. Все, что тебе требовалось – подружиться с детьми всех рас, попасть в Пустошь и получить послание Златы, побывать в Плавучих городах, Круговых горах и Древнем лесу, чтобы усмирить элементалей. И они засыпали, убаюканные твоим присутствием, тем, что их создательница дома.

Теперь Аврелиан смотрел на меня с восхищением и болью.

– Ты так на нее похожа, – прошептал он, а я испугалась глубины его чувств. – В тебе ее сила, искра моей любимой. Я никогда не забирал души людей, которым не грозила смерть, но ты – исключение. Я обезумел, почувствовав твое присутствие, я пошел на поводу эмоций, попрал все божественные законы и отнял душу здоровой и молодой девушки, которая еще долго бы прожила на Земле. Я сотворил самое страшное преступление – лишил человека жизни и не смогу исправить эту ошибку. Злата, – голос Аврелиана охрип. – Я хотел предложить тебе всего себя, свой дом, Храм и дело всей моей жизни…