Текст книги "Стирая запреты (СИ)"

Автор книги: Кристина Майер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Глава 55

Есения

«Ты моя.…» – звучит мелодией, тронувшей душу.

Губы Аслана накрывают мой рот. Прикрыв глаза, отвечаю на поцелуй, который заставляет тонко вибрировать каждое нервное окончание. Снимая языком влагу с моих губ, Аслан углубляет поцелуй. Рисует узоры на моем небе, сплетает наши языки. Прикусив нижнюю губу, втягивает её в рот, нежно посасывая. Поджимаю пальчики на ногах, удовольствие прошивает каждый нерв.

Аслан сказал, что не остановится. Я и сама этого не хочу, желаю полностью принадлежать ему. Стоило ждать, чтобы моим первым мужчиной стал именно он. Я так тонко и остро его чувствую, будто мы сотканы из одних клеток. Точно знаю, Аслан моя вторая половина, моя судьба, моя стена и защита, моя жизнь…

Его пальцы вплетаются в мои волосы, сжимают их до легкой боли, оттягивают чуть назад, открывая доступ к шее. Губами Аслана впивается в бьющуюся жилку, ласкает её языком.

– Нам это мешает, – целуя в ключицу, произносит Аслан.

Стягивает с меня футболку, откидывает на другой край дивана. Сбросив с плеч лямки бюстгальтера, одним ловким движением расстегивает его и освобождает грудь от хлопковых оков, заменяет их своими теплыми, чуть шершавыми ладонями. Продолжая целовать шею и ключицы, сминает полушария, обводит вершины подушечками больших пальцев.

Растворившись в ощущениях, перестаю думать и переживать. Это наша ночь. Сейчас в этом мире не существует никого кроме нас. Мы наполняем эту уютную квартиру нашими стонами, стены становятся свидетелями нашей страсти.

Откинувшись немного назад, упираюсь руками в колени Аслана, подставляю грудь его горячим жадным губам. Язык кружит шмелем над острой вершиной, жалит, ласкает. Втягивает в рот и посасывает.

– Аслан.… – всхлипываю, ерзая на его бёдрах. Там, внизу, все стягивает от напряжения.

– Моя сладкая, чувственная девочка…. – зарывшись пальцами в мои волосы, притягивает к себе и целует в губы. Наши тела соприкасаются, возбужденные соски трутся о грудь Аслана. Невероятные ощущения. Кожа к коже.… При каждом вздохе мы становимся ещё чуточку ближе друг к другу.

– Идём в постель, – подхватив под бедра, поднимается вместе со мной.

Пока идём в спальню, не перестаем целоваться. Опустив на прохладные простыни, Аслан стягивает с меня штаны. В комнате горит нижняя подсветка, теплого света достаточно, чтобы видеть друг друга.

– Ты уже мокрая для меня, – касаясь перешейка белья. – Какая же ты красивая, нежная, хрупкая. Боюсь тебя сломать, сделать больно, но остановиться не смогу, – лаская меня там через тонкую ткань, Аслан пристально следит за моей реакцией. Закусываю губу, чтобы не стонать в голос. – Еся, я теряю голову, когда смотрю на тебя, – хрипло звучит его голос, когда он стягивает с меня трусики. От взгляда Аслана по телу рассыпаются мурашки. – С тобой не работают никакие установки, – оглаживая внутреннюю сторону бедер, разводит их в стороны. – Хочу всю тебя видеть… целовать везде.… узнать, какая ты на вкус.… Ты везде такая красивая.… – негромко произносит он, опускаясь коленом на матрас между моих бедер. Целует впалый живот. Ведет языком вниз.

– Аслан, – то ли стон, то ли всхлип срывается с моих губ. По телу проходит мелкая дрожь.

Аслан целует меня там, язык проходится по влажным складкам, раздвигая их, ласкает чувственную горошину. Согнув ноги в коленях, упираюсь пятками в матрас, выгибаюсь над простынями. Горло пересыхает от стонов. Аслан прикусывает клитор, втягивает его в рот, посасывает. Зарываюсь пальцами в простыни.

К губам и языку Аслан добавляет пальцы. Лаская языком клитор, он растирает влагу между складочек.

– Ты очень тугая, Еся, – проникая пальцем во влагалище, произносит он. Сложно сосредоточиться на словах, когда ты готова разлететься на миллиарды частиц. Внизу живота затягивается тугой узел. Мне кажется, ещё мгновение – и он лопнет. Аслан добавляет второй палец. Ощущая давление, напрягаюсь. – Я большой для такой хрупкой девочки, как ты, но я буду очень нежен и аккуратен, – обещает он, возвращаясь к прерванным ласкам. Посасывая клитор, растягивает влагалище, толкается неглубоко пальцами. Мои стоны становятся громче. Пальцы крепче сжимают простыни, пятки глубже упираются в матрас. Первые искры оргазма слепят глаза. Спазмы проходят по мышцам. Ударив языком по клитору, Аслан будто нажимает на нужную точку, меня выгибает на постели. Бедра сжимаются, пытаюсь удержать рассыпающиеся осколки удовольствия. С его именем на губах я громко и ярко кончаю. Лаская пальцами, Аслан продлевает оргазм.

Поднявшись, одним движением скидывает с себя домашние брюки. Я всё ещё поплывшим сознанием успеваю отметить, что он красив и возбужден. Опускается коленями на матрас. Подтягиваясь на вытянутых руках, нависает надо мной и произносит:

– Ты очень красиво кончаешь, готов смотреть на это вечно, – наклоняется и целует в губы, делясь моим вкусом. В голове проносится мысль, что я тоже хочу попробовать Аслана. Сама же стесняюсь своих мыслей, Аслан легко меня считывает. – Расскажешь, о чём только что подумала? – спрашивает он, упираясь головкой между складочек. Толкаясь, проходится по промежности, упирается в клитор. Проделывает это несколько раз, а у меня сознание начинает плавиться.

– Сделай меня своей, – ухожу от прямого ответа.

– Ты и так моя, – произносит Аслан, упираясь головкой члена во влагалище. Давит, потом отступает. Снова давит.…

Отвлекая поцелуями от предполагаемой боли, ласкает шею губами и языком. Я плыву, когда он так делает. Хватаю ртом воздух от удовольствия, а Аслан одним уверенным плавным толчком делает меня по-настоящему своей. Замирает на несколько секунд, дает мне осознать, что только что лишил меня девственности. Не скажу, что очень больно, вполне терпимо, я представляла, что будет хуже.

– Ты уже все? – спрашиваю его.

– Всё только начинается, – улыбаясь, отвечает мне.

– Я о другом спрашивала. Ты уже полностью вошел? – хотела понять, будет больнее или пик мы уже прошли.

Вместо слов Аслан толкается в меня, выбивая тихий вздох.

– Еся, постарайся максимально расслабиться, чтобы минимизировать неприятные ощущения, – просит он. – Сложно находиться в тебе и не двигаться, – целуя в губы. – Обхвати меня ногами.

Выполняю его просьбу. В тот момент, когда я расслабляюсь, Аслан вновь толкается, максимально наполняет собой. Сначала двигается медленно, растягивает всё ещё саднящее лоно. Потом толчки становятся глубже, резче. Он становится на колени. Продолжая двигаться, кладет пальцы на клитор, растирает его, надавливает на какую-то точку рядом, посылая искры удовольствия в нервные окончания. Я забываю о боли, начинаю вновь возбуждаться. Вторая рука Аслана сминает мою грудь, ласкает соски. Приближая меня к очередному оргазму, двигается в том же темпе, но я чувствую, что он себя сдерживает. На его виске бьется пульс, зубы сжаты так, что заостряются скулы.

Как только меня накрывает вторым оргазмом, Аслан сжимает мои бедра, отпускает себя. Сильные, мощные толчки на всю длину я вряд ли выдержала бы, если бы не оргазм.

– Хочу кончить в тебя! – рычит он. Мне кажется, что он чего-то от меня ждёт. Запрокинув голову назад, Аслан кончает мне на промежность, успев вынуть член в последний момент.

Падает на постель рядом со мной, затягивает на себя. В его глазах столько нежности, что я готова расплакаться.

– Я люблю тебя, – обнимая мое лицо ладонями, произносит он….

Глава 56

Аслан

– Я тоже тебя люблю, – шепчет пересохшими губами Есения, рисуя узоры подушечками пальцев на моей груди, не подозревая, что я ещё не насытился ею.

– Ты сомневаешься? – поддразниваю её. – Что так тихо?

– Я не сомнев.… – не даю ей договорить, улыбнувшись, впиваюсь в губы.

Перебирая пальцами волосы на затылке Есении, покрываю поцелуями её лицо. Видимо, нежность заразительна. Раньше за собой такого не наблюдал. Обычно после секса мне хотелось остаться одному. Ночной секс-марафон заканчивался утренним холодным душем и поездкой на работу. Мне ни с кем не хотелось спать в обнимку, а Есю из рук не выпускал бы. С ней вообще все в новинку.

Нежность очень быстро перерастает в страсть. Мне мало Еси один раз. Целую ее. Хочу испить до дна. Какая же она тоненькая, хрупкая. Я рядом с ней как боевой медведь. Боясь раздавить, принимаю сидячее положение, перетаскиваю Есю на себя.

– Ты опять?... – ведет рукой по груди, спускается к животу. Смущенно накрывает и сжимает пальчиками член. Он дергается в её руке, чем пугает Есению. – Я сделала больно?

– Ты сделала очень приятно, – накрываю ее пальцы своей рукой, сжимаю их на стволе, веду вверх-вниз, Еся быстро схватывает, оставляю ее действовать самостоятельно.

Накрываю её грудь ладонями, сжимаю упругие полушария. С губ Еси срывается тихий стон. Продолжая ласкать меня рукой, она закрывает глаза, откидывает голову назад, волосы рассыпаются по её спине, лаская кончиками мои бедра. Как тут крышей не двинуться? В ней тонко переплетаются невинность, чувственность, страсть.

Накрыв сосок губами, высекаю из нее новые и новые стоны. Свободной рукой опускаюсь по плоскому животу к лобку. Ныряю пальцем между сомкнутых складок.

– Аслан!... – выдыхает со стоном. Я готов кончить, когда она в порыве страсти произносит мое имя охрипшим голосом.

Если поднять её за бедра, проехаться головкой по влажным складкам, а потом толкнуться в нее, ощутить, какая она там тугая, горячая.… Только мысли о том, что я сделаю ей больно, останавливают меня.

Еся совсем не заботится о моем трещащем по швам контроле, упираясь в грудь ладонями, поднимается над бедрами. Позволяет моим пальцам скользить глубже. Задевает влажной промежностью член, выбивая у меня из глаз искры.

– Еся, не спеши.… Давай пальцами…. – вытягиваю на морально-волевых, ее складки обильно орошают соками мою головку. – Еся…. что ты творишь? – хватаю за бедра, чтобы хоть ненадолго притормозить эту пытку. – Давай пальцами или языком… – пытаюсь себя убедить, хотя проиграл сражение с собой, когда она откинула голову назад и выгнулась на моих бедрах. – Не спеши….

Комнату наполняют звуки страсти. Ее тихие и нежные стоны звучат как музыка для моих ушей. Удерживая за бедра, контролирую глубину толчков. Я заметил, что, когда проникал в нее, Еся поморщилась от боли.

Кайфую от того, как плотно она меня сжимает. Когда тугие мышцы влагалища начинают сокращаться, я, сжав зубы, пытаюсь тормознуть свой оргазм, а член живет своей жизнью. Еся охренительно кончает. Последняя связная мысль, что нужно успеть вынуть, но я этого не делаю. Видимо, подсознательно хочу пометить ее собой. Удерживая за бедра, толкаюсь на всю глубину и кончаю в Есению...

– А если я забеременею? – лежа на мне, интересуется Еся. Голос звучит ровно. Ожидал, что будет нервничать.

– Не хочешь? – задаю вопрос, перебирая пальцами волосы на её затылке. Жду ответа абсолютно спокойно.

Мне бы хотелось, чтобы она забеременела, родила мне сына или дочку. Без разницы, в каком порядке, но хочу разнополых детей. Представляю её с животом, в котором находится мой ребёнок. Еся будет прекрасна.…

– Не знаю, – подумав, отвечает она. – Может, чуть позже, – пожимает плечами.

– Хорошо. Съездим к гинекологу, пусть подберет тебе контрацепцию.

– А ты хочешь детей? – после нескольких минут тишины раздается ее тихий голос.

– Хочу, но торопить не буду, – целую в макушку. – Родим, когда сама захочешь.

– Мне нужно в душ, – подняв голову, смущенно смотрит на меня.

– Вместе пойдем, – подхватывая её на руки, несу в ванную комнату, где мы ещё раз занимаемся любовью. Дорвался до своей девочки. После третьего оргазма Еся засыпает прямо у меня на руках, когда я несу ее в спальню.

Прижав к себе, накрываю нас тонким одеялом и засыпаю под её тихое дыхание. Проснувшись утром, Еся пытается тихонько выбраться из постели.

– Доброе утро, – вернув её в свои объятия, целую в губы.

На поцелуе мы не останавливаемся. Еся так чувственно отзывается на любую ласку, что я не могу себя тормознуть.

В душ Еся сбегает без меня. Приходится пользоваться другой ванной комнатой. Первым оказываюсь на кухне и готовлю нам завтрак: тосты, омлет с беконом. Леля вчера заказала продукты и заполнила ими мой холодильник, поэтому на стол выставляю ягоды и пирожные.

– Есения, мне нужно будет отъехать на несколько часов, не заскучаешь? – интересуюсь за завтраком. Не хочется оставлять Есю, но я обещал ее отчиму ежедневые встречи.

– На работу? – собирая тарелки со стола, складывает их в раковину.

– По делам, – уклончиво. Правду ей знать не нужно. Еся подходит к столу, перехватив за бедра, усаживаю к себе на колени. Стягиваю с её волос резинку, позволяю влажным локонам упасть на ее плечи.

– А когда я вернусь на работу? – лаская подушечками пальцев мое лицо. От удовольствия хочется закатить глаза, но….

Если Еся заговорила о работе, нам стоит поговорить.

– Я не хочу, чтобы ты выходила работать на базу.

– Почему? – хмурится Есения.

– Еся, база не самое безопасное место для молодой красивой девушки. Мои люди тебя не обидят, но у нас часто проходят учения для командировочных групп, может всякое произойти, а ты безответственно относишься к своей безопасности, – в голосе звучит металл.

– Я не отношусь.…

– Еся, – не дав договорить, останавливаю её, – почему на тебе не было часов, которые я просил не снимать? – не хочу отчитывать, портя этим атмосферу между нами, но и молчать не получается.

– Я забыла.… – опустив виновато взгляд.

– Вот об этом я и говорю, Еся. Ты подвергалась опасности и скрывала это от меня! Я просил рассказать, ты молчала. Моя женщина должна мне доверять. Во всем, Есения! Обо всем рассказывать. Ты уже поняла, что я не простой служащий в банке. Я отвечаю за безопасность всей семьи. Ты моя семья, Еся. Недопустимо, чтобы ты что-то скрывала от меня, – говорю спокойным тоном, а у нее слезы на глазах блестят.

– Мне было стыдно об этом рассказывать, – едва слышно.

– Еся, я люблю тебя, – утирая одиноко скатившуюся слезу. – Не плачь, прошу тебя, – целуя глаза. – Мне ты можешь рассказывать обо всем. Я всегда выслушаю и пойму. Доверяй мне, Еся.

– Аслан, я тебя тоже очень сильно люблю. Ты единственный человек в этом мире, кому я безоговорочно доверяю….

Глава 57

Есения

– Ну привет, тетушка, – услышав знакомый голос, поднимаю голову и смотрю в улыбающееся лицо Тамерлана. Ставлю на паузу музыку на экране телефона, под которую я работала и не слышала приближающихся шагов.

– С возвращением.… – не договорив, осознаю, что сказал Тамик и возмущенно интересуюсь: – Как ты меня назвал? – оставив медикаменты, которые раскладывала по коробкам, упираю руки в бока.

– Ты девушка моего дяди, настроен он весьма серьёзно, не успеешь оглянуться, как станешь моей тетушкой, привыкай к обращению, – подмигивая мне, проходит в процедурку.

– Теперь мне придется дарить тебе подарки на все праздники и читать сказки на ночь, чтобы ты быстрее уснул? – подкалываю его.

– Последнее точно не стоит делать, мне дорога моя жизнь и мое здоровье, – усмехаясь, оглядывается на дверь, будто там может появиться Аслан. – А подарки в нашей семье дарят женщинам, – ставит на стол пакет со сладостями. – Если ты не завтракала, можем попить чай, пока Аслан не узнал, что я вернулся. Сразу погонит на полигон.

Он прав, сегодня командировочные сдают последние нормативы. Как говорит Аслан: «Эти недоделанные получат свои документы на руки и к вечеру наконец-то свалят отсюда». Тамик этот процесс может ускорить, поэтому Аслан сразу заставит его работать.

– Я завтракала, но от чая не откажусь, – заглядывая в пакет, нахожу в нем несколько коробочек с пирожными одной известной кондитерской.

Чай пить идём в столовую, угощаем поваров, которые для меня готовят чай, а для Тамерлана кофе.

– Как ты? – спрашивает Тамик, отпивая из чашки горячий напиток.

 – Нормально, – совершенно искренне.

Я счастлива, любима. Рядом мужчина, о котором я могла лишь мечтать. Последние полгода я чувствовала себя одинокой, а теперь это чувство исчезло. Беспокойство о маме никуда не делось, но Аслан просил не звонить ей и не общаться, дать время все осмыслить и понять свои ошибки. Я знаю, что она съехала с квартиры на съемное жилье. Мне об этом рассказал Аслан.

– Почему не рассказала, что у тебя проблемы? – становится серьёзным, в голосе слышится металл. Как же в этот момент он напоминает Аслана.

– Ты тоже будешь отчитывать меня? – сдерживая улыбку. Я уже поняла, что у Ардановых в крови опекать и заботиться о близких. С виду холодные и суровые, на деле самые благородные и внимательные.

– Нет, Есения, не буду, но если ты не можешь рассказать о чем-то Аслану, всегда прийти за помощью ко мне. К любому из нас, – предлагает Тамерлан.

– Я пообещала Аслану ничего от него не скрывать, – откровенничаю с Тамиком.

– Вот и умница, – пододвигает ко мне тарелку с пирожными, к которым я ещё не притронулась. – Он не подведёт.…

– Объяснишь, почему ты не на полигоне? – появляется в столовой Аслан и недовольно смотрит на племянника.

– Ты здесь установил дополнительные камеры? – Тамерлан задирает голову, осматривает потолок и стены профессиональным взглядом.

– Переодевайся и на полигон, – командует Аслан, кивком головы указывая на выход.

– Хоть бы поздоровался, тиран, – улыбается Тамик, поднимаясь из-за стола.

– С возвращением, – хлопая по плечу.

– Ты подслушал наш разговор? – поднимая руку с часами, кручу кисть.

– Подслушал, – обхватывая лицо ладонями, признается Аслан. Мне нравится, что он никогда не увиливает, не отводит взгляд. – Чтобы нормально дышать, мне нужно знать, что с тобой все в порядке, – наклонившись надо мной, целует в лоб. – Мне нужно возвращаться, не хочу, чтобы эти идиоты покалечили себя в последний день. Пообедаем вдвоем, – ставит перед фактом. Мое тело реагирует легким возбуждением. Три дня, как мы вышли на работу, каждый наш обед начинается со страстного секса…

– Иди, со мной всё хорошо, – упираясь ладошками в грудь, отталкиваю от себя. Поднявшись на носочках, целую его в губы, предварительно осмотревшись и убедившись, что нас никто не видит.

Аслан на работе, его подчиненные не должны видеть наши нежности, но, несмотря на мои правильные мысли, Аслан притягивает к себе и целует. Целует так, что у меня колени подгибаются, а ноги становятся ватными.

– Ахмед и Тамерлан вернулись, не удивляйся, если Леля позвонит и пригласит нас сегодня на ужин, – прежде чем уйти, предупреждает Аслан. Легкую нервозность прячу за улыбкой. Рано или поздно мне придется познакомиться со всей семьей.

Возвращаясь к себе в процедурный кабинет, слышу, как разрывается мой телефон. Первая мысль – звонит Леля, но увидев на экране «мама», откладываю телефон. Внутри меня будто вырос барьер, который я не могу переступить, мама уже звонила, но я не смогла заставить себя принять вызов. Когда звонок обрывается, вижу на экране три пропущенных звонка.

Заставляю себя сосредоточиться на работе, но через несколько минут мой телефон вновь оживает. На пятом вызове, я ещё раздумываю, но в конце веду пальцем по экрану.

– Привет, мам, – голос проседает. Мне сложно отпустить все, что случилось за последние полгода.

– Здравствуй, Сеня.… – мамин голос звенит от напряжения. Я слышу ее рваное дыхание. Злится или расстроена?

– Мама, мне не нравится, что ты называешь меня Сеня. Ты дала мне красивое имя для того, чтобы обращаться ко мне как к парню?

–Что с тобой случилось.… Есения? – тяжело вздыхая, произносит мама. – Ты стала такой чужой…

Закатив глаза, ничего не отвечаю. Несколько мгновений тишины и она продолжает:

– Ты видела сегодняшние новости? – спрашивает она. – Я…. я виновата перед тобой. Мирон оказался.… мерзавцем.…

– Он насильник, а не мерзавец, – зло выговариваю.

– Пусть так, но он не преступник! – восклицает мама. – Ему приписывают такие обвинения… Мирон не выйдет живым из тюрьмы. В новостях говорят, что он неделю был в бегах, но мы обе знаем, что его забрали люди Аслана. Где они держали его все эти дни? Что с ним делали? Одна знакомая рассказывала, что ее брат был при так называемом задержании и видел, в каком состоянии находится Мирон. На нем живого места не оставили! Его в больницу нужно отправить, а он находится в СИЗО.

– Тебе его жалко? – внутри вспыхивает ненависть, которую сложно сдерживать.

– Меня заставили подписать показания, которые не соответствуют действительности! – тем временем продолжает мама. – Если Мирон преступник, то кто твой мужчина? Хороший человек? Ты с таким решила связать свою жизнь? – заводится все сильнее.

– Мама! – повышаю голос. – Если Мирон не выйдет из тюрьмы, я буду каждый день благодарить Аслана, что избавит мир от этой мрази. А ты… Ты променяла меня на мужика, который догадался меня, который меня чуть не изнасиловал! Закрывала на это глаза, делая вид, что ничего не замечаешь! И до сих пор продолжаешь его защищать! – утирая злые слезы, что катятся по щекам.

– Сен… Есения, я за тебя переживаю….

Не дослушав, сбрасываю разговор. Мама набирает ещё несколько раз, но я не беру трубку....