Текст книги "Обратный отсчет (СИ)"
Автор книги: Кристина Гладышева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)
ГЛАВА 6
ЗВОНОЧЕК ИЗ ПРОШЛОГО
Ночь прошла в напряжении. Я не знала, во сколько заснула, так как телефона у меня теперь не было, но за окном уже начинал заниматься рассвет.
Голова, будто налитая свинцом, не желала отрываться от пахнущих свежестью подушек, которыми я обложилась, чтобы не чувствовать себя так одиноко. По обнаженной коже скользило одеяло, и в этом пышущем жаром коконе мне было так уютно, что я не допускала до себя даже мысли о том, чтобы встать с кровати.
Было такое чувство, что все вокруг вымерло, оставив лишь меня и этот момент, наполненный безмятежностью, но всему приходит конец. Непродолжительное уединение нарушил стук в дверь, и в мою (или не совсем мою) комнату прошел взволнованный Рид. И его вид отбил всякое желание язвить.
Привстала на постели, притянув к груди одеяло, но, казалось, даже предстань я полностью обнаженной, мужчина не обратил бы никакого внимания.
– Что случилось? – Я не узнала своего охрипшего из-за тревожных мыслей голоса.
– Сложно объяснить, но голос твоей мамы, когда она давала указания по телефону, показался мне излишне нервным. – Черные глаза, смотрящие с неприкрытым смятением, вынуждали сердце заходиться в бешеном ритме. В пору наших отношений мне уже доводилось видеть Абойса в таком виде, и никогда причиной не являлся пустяк…. Что-то мне подсказывало, он или врет, или недоговаривает, что, впрочем, тоже является своего рода ложью.
Несмотря на то, что я была готова сорваться с места, Рид все-таки вытурил меня в душ, а сам за это время заварил кофе и так же неумело, как и раньше, пожарил омлет. Только я пребывала в таком подвешенном состоянии, что даже не ощутила легкой горчинки местами пригоревшего белка.
Никто из нас даже не задел темы произошедшего вчерашним вечером, но, надо заметить, за столом не витал дух напряжения. Такое чувство, что все, что случилось вчера, мы в том дне и оставили.
По пути заехали в мастерскую, где совсем молодой парень пообещал, что за полтора часа вернет мой телефон к жизни. Здраво поразмыслив, решили провести это время с Зеной. Вернее, инициатором выступила я, так как мне нужно было поговорить с подругой, да и спокойнее в ее присутствии, что уж таить.
Как бы я ни старалась, но выудить информацию из Рида не смогла. Вот что за упертый мужчина! Пришлось заедать бешенство купленным тут же хот-догом, представляя на его месте голову бывшего.
«Тебе когда-нибудь в голову приходило, что ты могла совершить какую-то непоправимую ошибку? – всплыли в голове слова, произнесенные Абойсом, и у меня кусок встал поперек горла».
На мое счастье, Осси добралась до нас в самые кратчайшие сроки, обрулив все пробки. Впрочем, чего я хотела от пунктуальной подруги? Да она сведет мосты, если это позволит ей явиться в отведенное для нее время.
– Чего такие угрюмые? Примирение не удалось? – Вот после этих слов, брошенных язвительным тоном, есть я больше способна не была.
Взглянула на подругу самым убийственным взором, на который только была способна, но удостоилась лишь лучезарной улыбки. А вот Риду Осси аппетит точно не испортила.
– Зена, – зловеще протянула я, давая понять, что только невольные зрители не позволяют открутить ей голову прямо здесь и сейчас.
Девушка закатила глаза к потолку и уселась рядом со мной. Толчок в бок стал полной неожиданностью, из-за чего я сдавленно охнула и воззрилась на подругу с осуждением. Дураку понятно, к чему был этот жест. Сводница, тоже мне!
Мы провели этот час, обсуждая мои дальнейшие планы. Рид предусмотрительно в разговор не встревал, но очень внимательно слушал, что было понятно по тому, как мужчина зависал, буравя еду пустым взглядом, при этом даже не моргая. Я же все это время старалась смотреть на что угодно, лишь бы не вспоминать невинных прикосновений к своему лицу. Сегодня оно, напротив, горело то ли от досады, то ли от смущения. Мне казалось, что до долгожданного звонка мастера, отзвонившегося Риду, я успела изучить каждую линию на кирпичной кладке стен полупустого кафе.
Зена была права, – я сама на себя не похожа в последнее время. У меня было такое чувство, что из-под моих ног с пугающей регулярностью выбивают почву, не давая мне даже подняться с колен.
– Твой телефон ждет хозяйку.
Мне было неловко просить у Абойса денег, так как мой кошелек остался в машине, но мужчина сам предложил оплатить ремонт, после чего мы должны были вернуться к тому злополучному дому, чтобы забрать авто.
– Созвонимся вечером, – кинула на прощание Осси, заключая меня в крепкие объятия. На меня так хитро посмотрели, что я не удержалась и показала подруге язык, на что та лишь звонко расхохоталась и исчезла за дверью кафе.
Мне до тошноты не хотелось возвращаться к тому дому, но я все-таки пересилила себя. Там же, распрощавшись на время с Абойсом, решила проверить мессенджеры и сообщения. По пути меня настолько трясло, что я даже не рискнула взять телефон в руки.
Оперлась лицом на руль, пытаясь успокоить сердцебиение, и только тогда пролистнула вереницу пустых сообщений. Меня мало заботили звонки коллег и Рейдарса в частности. А вот сообщение, пришедшее с номера Гордена, заставило кровь быстрее нестись по венам.
– Вот же черт! – выругалась и отшвырнула телефон в сторону, будто в моих руках был вовсе не сотовый, а самая ядовитая из змей.
– Черт! Черт! Черт! – кричала, что есть мочи, стуча по рулю.
Меня начало трясти с новой силой, но уже от злости. Как ему в голову вообще пришла такая мысль!
Не раздумывая, удалила серию видео, снятых в доме, на который я сейчас с ненавистью взирала. Я ошиблась, камера там все-таки была. Полагаю, у Игрэйна было подобное видео и со мной, только провокация не удалась, ибо оно могло только навредить конкуренту родителей.
Перед глазами стояли кадры обнаженных тел, сплетенных на разных поверхностях. В том числе и на том проклятом столе, за которым я распивала чай. К горлу подступила тошнота, и я на всю врубила кондиционер, стараясь охладить свой разум.
– И чего ты добиваешься? Пытаешься доказать мне, что никакого принуждения там не было?
Сложно было закрывать глаза на неоспоримые факты. Уж перепуганными эти девицы точно не выглядели…
Видимо, Горден увидел, что я прочитала его сообщения, потому что под ненавистным именем забегала ручка, а после на экране высветился новый текст. Слава всем забытым богам, – без провокационных видео и фото.
«Этого должно быть достаточно, чтобы кое-что понять. И я настоятельно тебе не рекомендую использовать полученные сведения не по назначению, иначе все узнают о том, чем твоя мать занимается в свободное от работы время».
– Проклятие! – Психованно ругнулась, поняв, что меня прижали к стенке.
До коттеджа родителей неслась на той скорости, когда перестаешь чувствовать страх и близость смерти. Мне вслед летели недовольные сигналы других участников движения, и это немного отрезвляло, ведь сейчас я была ответственна не только за свою жизнь.
Криво припаркованное авто бросила у ворот дома, даже не став его закрывать. Документы я забрала с собой, а машины в нашем районе угоняют настолько редко, что до следующей подобной кражи даже Данни успеет выйти замуж и родить ребенка.
Пролетела мимо удивленного садовника, с запозданием поздоровавшись с ним практически у самых входных дверей, и ворвалась в заполненный солнечным светом холл.
Тишина. Она была такой оглушающей, что действовала на нервы. Несмотря на напряженные отношения с семьей, я бы сейчас многое отдала, чтобы услышать заливистый смех беззаботной сестры, ворчливое причитание отца и властные окрики мамы, пытающейся усмирить домочадцев. Но вместо этого услышала, как тикают настенные часы, висящие аккурат напротив входной двери.
– Есть кто дома? – Снова тишина. Я кинула взгляд на циферблат, поняв, что в это время по выходным все члены семьи пребывают в стенах коттеджа.
Прошла в столовую, напоролась на идеально отполированный стол и одинокую кофемашину, после чего вернулась в холл. Избрав самый легкий способ проверки, зашагала в сторону неприметной двери, ведущей в гараж.
Бетонные стены унылого серого цвета просматривались без особых проблем, так как в этой каменной коробке стояла лишь одна машина – Абойса.
Изнутри начала подниматься тревога. Я не могла найти ей объяснения, но чувствовала, как та с каждой секундой пожирает меня все больше и больше. В руках требовательно завибрировал телефон, и я перевела безжизненный взгляд на сотовый.
– Алло, – собственный глухой голос отскочил от неприступных стен и ударил по ушам.
На той стороне меня встретил взволнованный голос Рида, и вот он и проводил в последний путь надежду на то, что липкая апатия и тревога захватили меня из-за треволнений вчерашнего дня.
– Я сейчас поднимусь. – И сбросила вызов.
Не помню, как ноги привели меня на второй этаж. Казалось, я проснулась лишь у двери комнаты Абойса.
Прислонилась к стене ладонями, пытаясь уцепиться хоть за какие-то ощущения. В таком состоянии меня и обнаружил Рид.
Он слишком хорошо меня знал, по этой причине и не стал взывать ко мне. Меня подхватили под локоть, и мы вместе покинули дом.
Кажется, большую часть пути я пребывала в собственных думах, откуда меня вытурил звонок Рейдарса. Ах да, в Веспейне же наступило утро, и начальник желает узнать, как прошло интервью.
Я стиснула зубы, чтобы сразу же не начать рычать, а дать этому беспринципному гаду сказать хоть слово. Меня пытались отчитать за запоздавший донос, но вместо покаянного тона и заверений в том, что я непременно исправлюсь, мужчина услышал ледяной голос.
– Иди к черту, Абел Рейдарс, с этой минуты я больше на тебя не работаю. Попробуешь хоть словом напакостить мне или моей карьере, я сотру тебя в порошок, старый похабный уб…, – окончание я проглотила, но он прекрасно меня понял.
Я нажала на отбой раньше, чем услышала ответ, до которого мне не было никакого дела, и отправила абонента в черный список.
– Знаю, что ты сейчас и меня отправишь в пенаты демона, но все же скажу, – я рад твоему увольнению.
«И очень надеюсь, что ты не улетишь из Хоброза» – последнее не было произнесено, но я прочитала эти слова на дне черных глаз, которые лишь на долю секунды оторвались от дороги.
Он ошибся. Никуда я его отправлять не собиралась, напротив, именно в этот момент испытала жгучую потребность в присутствии этого мужчины. И эти ощущения, и мысли пугали меня гораздо больше предстоящей борьбы с Игрэйном, тайн собственной матери и того, во что ввязалась сестра, к которой мы сейчас мчали, нарушая все виданные и невиданные правила дорожного движения.
Парковка клиники была забита под завязку, из-за чего нам пришлось бросить машину чуть дальше и пройти оставшийся путь пешком. Вернее, перебежками.
Холл, в котором даже глазу не за что было зацепиться, встретил нас гомонов голосов. Несмотря на оживленность, очереди на ресепшене не наблюдалось, и я уверенно двинулась к скучающей девушке.
– Добрый день, – выпалила взволнованно и ощутила, как плеча коснулась тяжелая рука Абойса, – к вам несколько часов назад поступила Данни Прайс.
Мне задали несколько дежурных вопросов о степени родства и указали дорогу до палаты сестры.
Кажется, по коридорам я не шла, а бежала, не видя никого и ничего перед собой. Иногда сталкивалась с людьми, извинялась безжизненным голосом и неслась с еще большей скоростью. Даже не знаю, поспевал ли за мной Рид.
Возле палаты Данни встретила не менее взволнованных родителей. Видимо, им хватило лишь взгляда на меня, чтобы понять, о чем я хочу спросить.
– Ее допрашивает следователь, – пояснил усталым голосом отец. Он сгорбленной фигурой сидел на скамье, облокотившись на кулаки, и взирал пустым взглядом на окно.
Я сошла с лица и, видимо, потеряла опору под ногами, так как в следующее мгновение очутилась сидящей рядом с мамой. С одной стороны меня подпирала родительница, с другой держал за руку Абойс. Он же и не давал мне провалиться в пучину отчаяния.
– … множественные переломы, мисс Прайс обошлась малой кровью, – доносились до меня слова врача. Такое чувство, что я пребывала в подобии вакуума.
– Что вы такое говорите? – бесновалась мама, но ее ругань пресек грозный взгляд отца. Извинившись перед доктором, папа уточнил о сроках восстановления, на что получил обтекаемый ответ. Вроде как, зависит от организма вашей дочери.
В тот момент, когда я хотела встрять в разговор, из палаты Данни вышел следователь. Сурово поджатые губы, прищур черных, подобно Абойсу глаз и сведенные на переносице темные брови должны были заткнуть мне рот.
– Вы же найдете мерзавца, устроившего это ДТП? – Кажется, эти слова я выплюнула с ненавистью.
Мужчина сдержанно кивнул и, больше ничего не объясняя, поспешил удалиться. Подобная несловоохотливость ввергла меня в ступор. Разве нас не должны были допросить на предмет того, предполагаем ли мы, кем мог быть этот человек? Или они так уверены в том, что это обычное ДТП, а не спланированное покушение? Зная нашу маму, я с трудом верила в первую версию.
«Этого должно быть достаточно, чтобы кое-что понять. И я настоятельно тебе не рекомендую использовать полученные сведения не по назначению, иначе все узнают о том, чем твоя мать занимается в свободное от работы время».
Я ругнулась в голос, из-за чего на меня косо глянул отец, но устраивать выволочку не стал.
Вернувшийся из палаты доктор разрешил родителям навестить дочь, а вот меня он не пустил, обосновав свое решение тем, что я слишком взволнованна. Частично я была с ним согласна, – мое состояние только больше напугает сестру, но мне хотелось ее увидеть.
– Она знает, что ты здесь – с ней – и переживаешь за нее, – произнес Абойс, сжав мою ладонь. – Тебе и правда нужно прийти в себя перед тем, как посетить Данни. Не стоит подкидывать сестре повод беспокоиться еще и за тебя. Ваши родители держатся куда лучше.
Согласна, но, черт возьми, душа все равно рвалась к человеку, которого от меня отгораживала безликая стена.
– Нам нужно поговорить. – Я сама испугалась того, какую твердость заимел мой голос, – но перед этим я хочу услышать, что могу тебе доверять.
Мои заплаканные глаза вцепились мертвой хваткой в лицо до боли серьезного мужчины.
– Ты же знаешь, что можешь доверять мне, как самой себе.
***
– Почему мы приехали сюда?
Я уже не была так уверена в том, что поступаю правильно, втягивая бывшего в ту неразбериху, что творится в моей жизни.
Удивительно, но я только сейчас осознала, что с утра не видела пса.
– А где собака?
Повертела головой из стороны в сторону, не спеша разуваться. Возвращаться в эту квартиру мне не хотелось. Это было равносильно возврату в прошлое.
– Я с утра, пока ты спала, отвез Джина к бабушке, она быстро поднимет его на ноги. Да и я слишком много времени провожу в доме твоих родителей.
– А туда ему хода нет, – дополнила, вспомнив об аллергии мамы. – Так зачем мы вернулись в твою квартиру? – Прозвучало излишне нервно, и я прекрасно понимала, что выдаю себя с головой.
– Потому что я знаю, о чем ты хочешь поговорить, – больно серьезно протянул Абойс, кинув красноречивый взгляд на мои ноги. Пожалуй, он прав, пора бы взять себя в руки и сойти с порога.
Когда я дошла до жизни такой? Сижу в кухне бывшего парня, вцепившись зубами в край кружки, и жду, пока тот вернется с какими-то документами.
Кофе не взбодрил; кровь не начала носиться с бешеной скоростью, а щеки так и остались бледными, будто мое тело покинула жизнь. Я нервно барабанила по поверхности стола, хватаясь за этот спасительный звук, помогающий держаться на плаву. То и дело бросала взгляд на экран телефона, но он оставался таким же безликим. Родители не спешили сообщать мне хоть какие-то свежие новости, а я чувствовала себя последней гадиной. Вместо того, чтобы остаться в клинике и добиться встречи с сестрой, я пытаюсь разобраться в том, во что на этот раз влезла моя непутевая мать.
– Проклятие, – ругнулась, нечаянно пролив несколько капель кофе на платье. Сейчас я острее всего ощущала, что утром надела несвежие вещи…, пропахшие Игрэйном. От этой мысли стало противно, но переодеться мне было не во что.
Видимо, выругалась я очень громко, потому что Абойс, не заставив себя ждать, будто из ниоткуда образовался на пороге кухни.
Я заметила в руках мужчины худую папку, а еще от меня не укрылось то, каким взволнованным был Рид.
– Я захватил из дома сменную одежду, – огорошили меня, моментально выбив из собственных не радужных мыслей. Я во все глаза уставилась на невозмутимое лицо мужчины, узрев в черных глазах вовсе не смущение или раскаяние за то, что копался в моих вещах!
– Абойс! – прошипела возмущенно, не зная, как вообще реагировать на эту выходку. Когда только успел? Мы покинули дом вместе, значит, набег на мой шкаф он сделал в тот момент, когда я летела по трассе.
– Предлагаю тебе принять душ и переодеться, пока я разгребу эту папку.
От мужчины не укрылось то, как я раздражённо пытаюсь прикрыть то место, где по платью расползались уродливые бурые пятна. – Пакет с вещами найдешь в спальне.
Почему опять спальня? Нельзя было оставить в гардеробной у входа?
Молча покинула кухню, оставив недопитый кофе и задумчивого Рида наедине. Черный пакет практически сливался с темным постельным. Именно в тот момент, когда мне удалось его найти, в моих руках завибрировал сотовый.
Спокойный как штиль голос мамы не был способен меня обмануть, но заверения в том, что с сестрой все будет хорошо, немного успокоили. Учитывая масштабы ДТП, – Данни действительно отделалась малой кровью. Множественные переломы ребер – не самое худшее, что могло случиться с сестрой при боковом столкновении автомобилей. Главное – что целы органы и позвоночник. Удивительно только то, что отломки не повредили плевру. Чудо просто при такой-то травме.
– Когда я смогу с ней встретиться? – задала вопрос севшим голосом. Мне казалось, что я скоро взорвусь, подобно бомбе. Во мне клокотало столько эмоций, что им не хватало места в теле, и они начинали рваться наружу.
Ответ матери был настолько категоричным, что я опешила, не зная, что сказать, а когда отошла от ступора, уже было слишком поздно, – мама прервала звонок.
– Вообще не понимаю, что происходит. – Я кинула растерянный взгляд на входную дверь, только сейчас заметив, что Рид стоит в пороге и буравит мой сотовый каким-то уничижительным взором.
– Зато я, кажется, начинаю догадываться, но о своих домыслах расскажу после того, как ты сходишь в душ. – От меня так неприятно пахнет, что ли?!
Сил на то, чтобы съязвить, во мне не нашлось, и я молча прошла мимо застывшего Абойса.
Контрастный душ позволил расслабиться и разложить мысли по полочкам. Я поняла одну очень важную вещь, – сейчас мне просто нужно плыть по течению, не обращая внимания на внешние раздражители. Я должна разобраться в темных делишках матери, которая никак не может успокоиться, а еще нужно найти виновника ДТП. И лишь потом думать о сердечных делах!
Впрочем, моя решительность рухнула сразу же, как только нога переступила через бортик душевой кабины.
– Твою же! – чуть не взвыла в голос. Спальню Рида я покинула с пустыми руками, напрочь забыв о пакете!
Кинула мученический взгляд на одинокое полотенце и ругнулась вновь, так как оно никак бы не прикрыло меня хотя бы до середины бедра.
– Замечательно просто. Да любой бы принял это за провокацию!
Одеться в платье мне не позволила брезгливость, поэтому пришлось принять вызов пакостной судьбы и обмотаться белоснежным отрезом. Ну, если держать спину ровно и не делать резких движений, то полотенце вполне может скрыть больше, чем оголит. Наверное…
Я прислушалась к тишине и вынырнула из ванной комнаты, молясь пакостной судьбе, чтобы та ушла пить чай. По полу шлепали влажные ступни, оставляя за собой следы моего спешного бегства. И вот она – заветная дверь спальни. Мое сердце отбивает ритм, который сложно подсчитать, а протянутая рука уже касается деревянного полотна, вот только оно распахивается не моими стараниями.
Мгновение полнейшей растерянности, а потом взгляд Рида спускается с моего лица ниже, и я замечаю, как мужчина нервно сглатывает, прикрывая глаза, – будто надеясь, что стоит ему их открыть, как наваждение схлынет.
И видение действительно исчезло. Я скрылась в спальне, наглухо прикрыв за собой дверь. Не было смущения, я не ощущала неловкости, зато меня просто распирало от смеха, который буквально душил.
С губ все-таки сорвался смешок, и я быстро прикрыла рот рукой, боясь быть раскрытой. Правда смеялась недолго, – стоило мне потянуться к черному пакету, как хихиканье сменилось скрежетом зубов.
– Ну, Абойс!
Я зверела с каждым мгновением все больше, смотря на белье, вытянутое из глубин пакета.
– Еще и комплект! – возмутилась следом, понимая, что нестерпимо хочу оторвать кому-то голову.
Выбора у меня не было, поэтому оделась в то, что мне «великодушно» предоставили. Помимо белья на дне лежали джинсы и белая футболка, вызвавшие на моем лице налет недоумения. Странный выбор: кружевное белье и самые безликие вещи, какие только нашлись в моем гардеробе.
И только одевшись полностью, поняла, в чем заключался подвох.
– Хитро, Рид, очень хитро, – процедила сквозь зубы. Тонкая белая ткань просвечивала бюстгальтер мятного цвета, не оставляя воображению работы.
Если Абойс хотел меня смутить, то сильно просчитался. Добился он противоположного эффекта.
В кухню я ступила полная предвкушения, представляя, как к концу разговора у мужчины будет дергаться глаз.
– Что ты будешь делать с Рейдарсом? – спросил Абойс, не поворачиваясь в мою сторону. Он пребывал где-то в своем мире, неспешно перебирая документы, застилающие всю поверхность стола. Какие-то из них упали на пол, но мужчина, кажется, этого даже не заметил.
– А что с ним делать? Намек он понял, кто рассказал мне о его методах – тоже. Против Игрэйна он не попрет, – рога обломает. Поэтому я на этот счет спокойна. – выдала безмятежным тоном и пожала плечами, хоть прекрасно понимала, что Рид этого не увидит.
Я ступила на плитку, остро ощущая, как та холодит кожу, и аккуратно, стараясь не делать резких движений, наклонилась, чтобы поднять листы.
Абойс дернулся, будто его прошибло разрядом, а я в душе осклабилась. Хотел поиздеваться надо мной? Так мы посмотрим, кто выйдет из этой игры победителем.
С невозмутимым видом подала ему документы, не став акцентировать внимание на том, как почернели глаза мужчины. Зеркала здесь, конечно, не было, но я могла представить, как «глубоко» проник взгляд Рида. Декольте у этой футболки было щедрым на обзор…
– Чего интересного поведаешь? – Я встала позади мужчины, чтобы он не мог видеть моей зловещей ухмылки, ну и понервировать его хотелось.
Мне через плечо передали несколько листов, и я хмыкнула, поняв, что это ксерокопии. Если честно, в дела компании я никогда не вникала, поэтому бумаги никакой важной информации мне не выдали.
– Пояснишь? – выдала устало, кинув страдальческий взгляд на другие документы. По большей части их содержанием были таблицы, и это еще сильнее угнетало. Я хорошо ладила с текстом, а вот в расчетах была несильна.
В кухне мигнуло освещение, и Рид зло выругался, проклиная некачественные лампочки. Кажется, мужчина действительно на взводе, раз так остро реагирует на житейские моменты.
– Видишь ли, я сопоставил количество задействованного за месяц транспорта, приемных накладных и затрат на топливо. С математикой у меня никогда проблем не было, поэтому меня смутило то, что финансирование, выделенное на топливо, значительно превышает аналогичные траты за другой период времени.
– Рост цен?
Конечно, я понимала, что он учел этот фактор, но что-то ляпнуть надо было.
На меня посмотрели с укором, а после, быстро набрав текст в поисковой строке браузера, передали телефон. На меня смотрело окно со статистикой роста этих самых цен. К слову, его не было.
– Я никогда не поверю, что ты наткнулся на эту несостыковку случайно. – Мой голос походил на зимнюю стужу. – Это Игрэйн надоумил тебя сунуть свой нос в документацию компании?
Тело под моими ладонями напряглось, но Рид не спешил ни подтверждать мои догадки, ни опровергать их.
– Не поверишь, но так оно и было, и мне очень неприятны твои намеки, – сухим тоном выдал Абойс, подсовывая мне другой лист с подобной таблицей.
На этот раз я знала, каким пунктам нужно уделить особое внимание. Сводки за апрель и июнь были практически неотличимы, так как в эти два месяца услугами компании пользовались одни и те же клиенты. То есть, даже маршрут совпадал один в один, что облегчало подсчет необходимого для перевозки объема топлива.
– Бухгалтер распределил «излишки» между несколькими накладными. Здесь, – указала пальцем на нужную строчку, – и здесь.
– И это еще не все. В компании твоих родителей техосмотр проводится только у тех машин, которые были задействованы в текущих перевозках. В том месяце же его «удостоились» сразу три лишних фуры. Зачем, спрашивается, если они уже были проверены после последнего выезда?
– Значит, их задействовали втемную? – подытожила я. Надо признать, без Рида я бы долго искала концы, теперь же понимала, что в аферах мамы вновь участвует бухгалтер.
– Регистратор проверять нет смысла, – если фурами пользовались в обход контракта, то и записи подчистили. Но я уверен, что они совершали выезды, в пользу этой версии говорит и топливо, затраченное на непонятные нужды, и необоснованный ничем техосмотр. Кстати, я аккуратно расспросил водителей, и все они подтвердили, что никаких поломок не было, а раз не было, то и в проверке нет нужды.
Думала я недолго, – Рид даже не успел заварить чаю. Только мой рассказ был прерван в самом начале звонком Зены. Чего мне стоило выслушать подначки Осси, когда та узнала, где я нахожусь. Долго разговаривать с подругой не стала, из-за чего удостоилась очередной порции сарказма, но уже на тему моей «занятости».
– Продолжаем, – протянула нервно, почесывая затылок, – года три назад я уже ловила маму на подобных махинациях. Тогда ей с ними помогал бухгалтер и скрывал он их куда умелее. Наверное, если бы не звонки, заставившие меня насторожиться, я так ничего бы и не узнала.
– С кем связалась твоя мать? – Мне было тяжело сосредоточиться на воспоминаниях под этим прожигающим взглядом черных глаз, из-за чего я то и дело теряла нить повествования.
– С контрабандой сильнодействующих веществ, использующихся в рекреационных целях, – мне очень не хотелось ворошить это темное прошлое, но рано или поздно надо было кому-то выговориться. – Тогда она избежала тюрьмы лишь по той причине, что вовремя остановилась. Вернее, ее остановила моя угроза, что я все расскажу отцу. Как ты успел заметить, папа человек чести. Нетрудно догадаться, какой была бы его реакция. Я проследила за тем, чтобы участвующий в этих махинациях бухгалтер был уволен, и еще какое-то время наблюдала за мамой. Потом же переехала в Веспейну…
Мужчина недовольно прицыкнул, и я его прекрасно понимала, ведь он – правая рука моей матери. В случае провала, мать потянет его на дно за собой. Наверное, именно поэтому я и открылась Риду так легко.
– Самое паршивое, что Игрэйн об этом знает.
Я быстро отыскала сообщение-угрозу от Гордена и продемонстрировала его Абойсу.
Вряд ли мужчина намекал на интрижку мамы. Слишком мелкий повод для шантажа. Интересно одно, – почему он до сих пор не сдал конкурентку властям?
Мы допили чай и решили переместиться в гостиную, так как стулья не отличались особым удобством.
Приглушенный свет позволил расслабиться, и я с довольным стоном завалилась на диван, запрокинув голову на бортик. Абойс же разместился с другой стороны, и мои оголенные ступни щекотали мужчине ногу.
– Как думаешь, ДТП может быть связано с делишками мамы? – Я нехотя размежила веки, словив на себе пристальный взгляд глаз, в полутьме ставших еще чернее.
Вздрогнула, когда горячие пальцы Абойса совсем невесомо коснулись лодыжки. Он повторил узор посветлевшей татуировки, которую у меня никак не доходили руки свести. Из-за этой неожиданной ласки я даже не сразу поняла, что мужчина о чем-то говорит.
– … твоя мать всеми силами пытается не допустить тебя до сестры. Я же правильно понял, – ты единственная из семьи, кто знает об ее проделках?
Я утвердительно кивнула и нервно сглотнула, поняв, что мужчина продолжает свое бесстыдное путешествие и уже добрался до колена. Почему-то я не находила в себе сил на недовольный возглас, а, напротив, млела от невинных касаний. У меня было такое чувство, что мое тело, подобно струнам настроенной гитары, охотно поддается пальцам музыканта.
В какой-то момент я и вовсе потеряла нить повествования, радуясь тому, что на мне хотя бы надеты джинсы.
– Я не поверю, что моя мама помогала тебе в этом спектакле, – перелетела на другую тему, поняв, что мозг требует разгрузки. Да и мне хотелось, наконец-то, услышать правду.
Меня резко рванули вниз, из-за чего футболка закаталась до самой груди, но я даже возмущенно пискнуть не успела, как была пригвождена к твердому мужскому телу.
– А теперь поговорим, – нарочито спокойно произнес Абойс, при этом хитро улыбаясь уголком губ. Талия, сжатая в тиски; марш мурашек по телу; и сердцебиение Рида, волной отдающееся в мои ладони, размещенные на его груди.
Приглушенный свет, ранее казавшийся мне расслабляющим, больше таким не был.
Я почувствовала, как под прицелом темных глаз мое лицо начала заливать краска стыда, но отвести взгляд мне не позволили.
– Говорить лучше на расстоянии. Разговор будет куда продуктивнее.
Я не узнала своего осипшего от волнения голоса.
«Да я алфавит так забуду, если и дальше буду сидеть верхом на твоих бедрах!».
Попыталась взять все свое самообладание в руки, но оно лишь ехидно помахало мне хвостом, оставив один на один с румянцем, поедающим мою кожу. Ход пальцев по моей оголенной спине вынудил выгнуться в сторону Рида, чем мужчина и воспользовался.
«Отлично, Ивори, ты крепость держишь, когда жители уже сдались на милость захватчика».
– Ты сильно удивишься, если я скажу, что моя так называемая женитьба – это идея твоей матери? – вкрадчиво протянули мне на самое ухо, слегка прикусив заалевший кончик.
Абойс неспешно, будто издеваясь, обрисовал контур мочки, касаясь кожи лишь кончиком носа и горячим дыханием. Именно в этот момент я острее всего осознала неприглядную истину, – бывший для меня не такой уж и бывший…
Не знаю, что меня бесило больше: его спокойствие, невинные касания или же то, что этот упырь убрал руки с моей спины, и сам отстранился, будто любуясь моим замешательством со стороны. У-у-у-у, бесит!
– И чего ж ты такого наплел моей матери, что она решила тебе подыграть? И это Илайна Прайс, которая на дух не переносила всех моих ухажеров! – Я недовольно заерзала, пытаясь прогнать наваждение, но только лишь больше в нем тонула.
