Текст книги "Обратный отсчет (СИ)"
Автор книги: Кристина Гладышева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)
Кристина Гладышева
Обратный отсчет
ГЛАВА 1
ВСТРЕЧА С ПРОШЛЫМ
Писк сигналки вышиб меня из собственных мыслей, где я пребывала на пороге кабинета мистера Игрэйна. Вернуться в отчий дом меня вынудили обстоятельства, и сейчас я стояла у садовой дорожки, ведущей прямиком к коттеджу родителей.
Закинула ключи от машины в сумку и двинулась в сторону дома, чьи окна не излучали ни толики тепла. Двухэтажное строение выглядело необитаемой каменной коробкой, и лишь снующий по саду Луи – наш бессменный садовник, – придавал этому месту живости.
– Ивори! – ахнул мужчина, чьи рыжие волосы разбавила стальная паутинка. – Какими судьбами?
На меня смотрели карие глаза, отражающие всю ту теплоту, которой мне так недоставало в Веспейне. Перебравшись два года назад в столицу, я практически разорвала все отношения, связывающие меня с родным Хо́брозом. Пожалуй, связь я поддерживала только с Зеной. Подруга нередко навещала меня из-за частых командировок.
– Готовлю статью, – ответила я, улыбнувшись, – родители дома?
Почему-то мне хотелось верить, что нет. С родными у меня были довольно напряженные отношения. Родители попросту не оценили моего выбора. Впрочем, их никогда не устраивало ни образование, которое я избрала, ни место жительства. Да что там, родители умудрялись найти изъян во всех моих ухажёрах.
– О ком-то из местных бизнесменов? – Правильно понял меня садовник. Отложив инвентарь в чемоданчик, мужчина потянулся к полотенцу, желая оттереть руки от цветочной пыльцы.
Хихикнула и забрала у пожилого садовника изрядно запачканное полотенце. Пальцы коснулись пересохшей из-за палящего солнца кожи, и ткань затерла желтые следы с щек.
– Ты, как всегда, – пожурила мужчину, умудрившегося заляпаться пыльцой с ног до головы.
– Родители еще не проснулись после вчерашнего благотворительного концерта. Думаю, еще полчаса и все спустятся в столовую.
Я хотела задать мучащий меня вопрос, но Луи, проследив за моим взглядом, буравящим припаркованную машину, ответил на него раньше:
– Данни приехала два дня назад. Твоя сестра решила провести отпуск с родителями.
Я не удержалась и скривилась. Младшенькая Прайс была полной моей противоположностью. Я была такой же нелюдимой, как и отец да и внешностью пошла в него, а вот сестрица являлась копией мамы.
– Замечательно, – отвесила саркастическое замечание, предвещая, какой будет встреча с семьей. – Знала бы, запаслась успокоительным заранее.
Луи проводил меня печальным взглядом. Именно с мужчиной я провела большую часть своего детства, питая особую любовь к цветам. К слову, эта одержимость тоже не нравилась моей матери.
Я переступила порог отчего дома и сразу же поежилась. В холле было не в пример холоднее, чем на улице, где во всю пригревало солнце.
Перестук каблуков съедал гробовую тишину, но продолжалось это недолго, – ровно до того момента, пока я не дошла до двери, ведущей в столовую. Притормозила, вслушиваясь в жаркий спор двух молодых людей. Голос сестры я распознала сразу, – ее выдали истеричные нотки, доносящиеся до меня. А вот ее оппонент ввел в замешательство. У меня было такое чувство, что я знакома с этим мужчиной, но никак не могла понять, кому принадлежит немного хрипловатый голос.
Аккуратно приоткрыла дверь, чтобы не отвлечь спорщиков, и прошла в столовую.
Сестра металась из стороны в сторону, эмоционально при этом жестикулируя. Её собеседник же излучал какое-то нездоровое спокойствие, если так вообще можно выразиться о мужской спине, потому что лица я не видела. Но он так безмятежно попивал кофе, словно давно привык к выходкам моей сестры.
Мне же хватило тридцати секунд, чтобы задергался глаз, но, оказалось – это только начало. Потому что истинное положение вещей дошло до меня только в момент, когда мужчина повернулся лицом к двери.
– Ивори? – удивленно спросил Абойс. Практически черные глаза расширились до неприличных размеров, а с моих губ сорвался истеричный смешок. В этот момент на меня обратила внимание и взбалмошная сестрица. Правда, девушка пораженной не выглядела, из-за чего у меня закралось подозрение, что она знала о моем приезде.
«Откуда только? Я ведь скрыла от нее все публикации в социальных сетях, – буркнула про себя, вспоминая, что запись о долгожданном интервью с Игрэйном младшая Прайс точно не просматривала».
Переключила внимание с успокоившейся сестры на своего бывшего, но сосредоточиться на его образе не смогла, – перед глазами все плыло, а в ушах звенело от напряжения.
– Всем здравствуйте, – выдала сухое приветствие, с безнадегой смотря в сторону бара отца. – Рада тебя видеть, Данни. – Чего же стоило сдержать лицо! Радовало лишь то, что Риду этого сделать не удалось. Только сейчас разборки с бывшим парнем меня заботили мало, ибо то, зачем я вернулась в Хоброз, – стояло на первом месте.
– Доброе утро, сестренка, – елейно протянула заноза моей юности.
Мне не понравилось, как хищно сверкнули её карие глаза – наша единственная общая черта. Бедная сестра едва дышала. Её грудь тяжело вздымалась, перехваченная корсетом, отчего мне самой подурнело. Но в целом наряд выглядел очень эффектно: бежевая ткань выгодно подчёркивала ладную фигуру. Только вот Абойс буравил возмущенным взглядом меня, не обращая никакого внимания на девушку, стоящую в шаге от него.
По столовой разносился просто умопомрачительный запах свежесваренного кофе, заставляя мой желудок сжиматься в предсмертных судорогах. Десять часов в небе и еще несколько, проведенных за рулем взятой в прокат машины, не лучшим образом сказались на моем самочувствии. В самолетах мне даже глоток воды в горло не лез, а за рулем я старалась не отвлекаться от дороги. По этой причине меня сейчас скручивало от голода и добрее, надо сказать, я от этого точно не становилась.
Молча прошла к кофемашине, желая получить от нее свою порцию эспрессо, и постаралась абстрагироваться от внешней среды. И у меня бы даже что-то получилось, не пройди в столовую мама.
– Доченька, ты уже добралась. – Я вздрогнула от этого властного голоса и чуть не пролила кофе. Откуда такая осведомленность?!
– Доброе утро, мама.
Кто бы знал, как мне было сложно изображать холодную отчужденность. Все тело буквально чесалось от взглядов Рида. Если в этом доме кто и решил отыгрывать роль человека с амнезией, то им явно была только я. Абойс же всем своим видом давал понять, что мы не просто знакомые.
Не стала спрашивать, откуда и она знает о моем приезде, о котором, на минуточку, я никого не предупреждала. Полагаю, меня сдал кто-то из подружек Данни, подписанных на мой блог.
– Рид, ты уточнил у Берта сроки доставки груза?
В этот раз удивления мне скрыть не удалось. По правде говоря, увидев в нашей столовой своего бывшего, я посчитала, что это какая-то насмешка судьбы. Мне было проще поверить в то, что он любовник моей сестры, нежели в то, что мужчина работает на нашу мать.
– Бизнес идет в гору, я погляжу, – хмыкнула, отпив немного горячего кофе. Прокатившись по языку, он спустился в пищевод, откуда донесся возмущенный рокот желудка. И то правда, нужно съесть что-то посущественнее. – Ты обзавелась своим личным помощником? – обратилась к маме, пытаясь по ее лицу понять, знает ли она, кем для меня был Рид. Судя по тому, что синие глаза оставались такими же холодными, женщина ни о чем не догадывалась. Илайна Прайс была той еще охотницей за сплетнями и вряд ли бы смогла промолчать, знай правду.
Упомянутый Берт уже много лет являлся помощником отца и работал исключительно на владельца транспортной компании, но никак не на директора, чье кресло занимала наша с Данни мама. Все эти годы, что родители вели бизнес, мама не изъявляла желания нанять личного помощника, что же изменилось сейчас?
После вызова прислуги Илайна Прайс разместилась за столом, облюбовав негласное место главы семейства. Видимо, отец к завтраку не спустится.
Девушка, среагировавшая на трель кнопки, знакома мне не была. В последний мой приезд в кухне хозяйничала Бэт. Наверное, женщина все-таки ушла в декрет, как и планировала.
За столом царствовала гнетущая тишина, разбиваемая лишь лязгом вилок и ножей. Несмотря на аппетитный вид завтрака, еду я в себя буквально заталкивала, что не могло не укрыться от пристального взгляда моей сестрицы.
– С тобой все хорошо? – сестра отыгрывала роль модели-глупышки даже в кругу семьи, чем непомерно раздражала. Даже не вспомню, когда в последний раз видела настоящую Данни Прайс.
Я с трудом проглотила кусок бекона. Под прицелом трех пар глаз становилось неуютно, и мне нестерпимо хотелось покинуть столовую.
– Устала с дороги, – вроде, даже не соврала. – пожалуй, сейчас заберу вещи из машины и прилягу отдохнуть.
Быстренько забила рот едой, желая хоть на время избавиться от необходимости отвечать родственникам. Спасибо, хоть Рид молча ел. Правда, недолго.
– Могу помочь с вещами. – этот бархатистый голос пробуждал во мне все то, что я закрыла в подвале своей памяти. Еще сложнее было взять себя в руки из-за того, что с Абойсом мы расстались без скандалов. И я не могла зацепиться за какие-нибудь неприятные воспоминания, чтобы успокоить свое сердце.
– И правда, – мама недовольно скуксилась. Моя независимость и нежелание принимать чью-либо помощь ее всегда бесили. – Рид поможет донести тебе чемодан до твоей комнаты. Вряд ли ты взяла с собой только самое необходимое. Добиться встречи с Горденом Игрэйном – задача не из легких.
К сожалению, мама была права. Встречу бизнесмен назначил аж на конец месяца, – раньше свободной даты не нашлось.
Я уперлась взглядом в опустевшую тарелку, стараясь не выдать смятения. Кажется, с успокоительным я не прогадала, только понадобится оно мне вовсе не из-за семейных прений.
– Добавки? – поняла по-своему девушка, чье имя я так и не удосужилась узнать.
Скупо кивнула, уповая на то, что дальнейших расспросов не последует. Удивительно, но сейчас мне хотелось с воплями остановить выходящую из столовой Данни. Как оказалось, она тоже посетила концерт, только вот явилась куда позже родителей и сейчас отправлялась отсыпаться. Впрочем, такой режим жизни для нее был делом привычным.
Остаток завтрака прошел относительно спокойно: мама больше не донимала вопросами, а Абойс, наконец-то, занялся едой, а не выведением меня из себя.
Звук отодвинутого стула прошел сверлом по натянутым нервам. Я восковой фигурой поднялась с насиженного места, ощущая, как подгибаются ноги. Одна лишь мысль, что нам предстоит остаться наедине, как меня бросило в дрожь, а зубы начали ныть от напряжения.
– Я поднимусь в свой кабинет. Жду тебя через двадцать минут, – властно бросила мама, смотря на своего помощника, а мне так хотелось произнести: «Забирай его сейчас! Я не обижусь!».
Мужчина лишь скупо кивнул и первым вышел из столовой. Моя надежда на то, что он забудет обо мне, разбилась о вид Рида, выходящего из дома.
Скрипнули зубы, кулаки самопроизвольно сжались в кулаки, а глаз начал дергаться пуще прежнего. Если к концу дня моя темная шевелюра не обзаведется сединой, я этому очень сильно удивлюсь.
Я с силой сжала ручку, грозясь вырвать ее из дверного полотна, и вышла в сад. Легкий ветерок, дующий с юга, обдал пылающее лицо, из-за чего мне стало адски жарко. Проживая последние несколько лет в столице, я как-то отвыкла от духоты и аномальных температур, свойственных Хоброзу.
Рид без особых проблем отыскал среди припаркованных автомобилей мой. На первый взгляд, мужчина, облокотившийся на дверь, был абсолютно спокоен. Но я знала его не первый год и отлично видела, как он нервничает. Только мне от этого легче не становилось. Вряд ли мужчина нервничает сильнее меня.
Руки нащупали ключи, завалившиеся за бесконечные листы и блокноты с рабочими записями. Нажать на кнопку и разблокировать двери авто удалось лишь со второй попытки, из-за чего я начала психовать.
– Сумка лежит на заднем сидении, – глухо промолвила я, стараясь смотреть куда угодно, чтобы не цепляться взглядом за лицо некогда любимого человека.
Он не сдвинулся с места, даже глаз от брусчатки не поднял, будто ушел в свои мысли. Именно по этой причине произнесенные абсолютно спокойным тоном слова стали для меня полной неожиданностью.
– Так и будешь делать вид, будто мы незнакомы? – холодный взгляд черных глаз полоснул по моему лицу и вновь переключился на созерцание каменной крошки под нашими ногами.
Я гулко сглотнула душащий меня ком. Прекрасно понимала, что поговорить придется, но, черт возьми, как это сложно сделать! Два года назад, когда я убежала от этого человека в Веспейну, думала, что жизнь больше никогда нас не сведет.
– Как ты попал на работу к моим родителям? – Я знала своего отца лучше, чем его жена, поэтому не сомневалась, – отбор кандидатов был жестким.
Краем глаза приметила, как мимо нас прошмыгнул Луи, старательно делающий вид, что и вовсе не заметил две фигуры, нависшие коршунами над авто.
Губы мужчины тронула с трудом различимая улыбка, которую практически не было видно за темной щетиной, отливающей обсидиановым сиянием на солнце.
– Тебе ли не знать, что я был лучшим на потоке. – правда, не прикрытая иными эмоциями. Рид не хвастался, он лишь констатировал факт, который я не собиралась оспаривать. Потому что действительно знала.
– Ты ушла от ответа, – пожурили меня, и я вся внутренне ощетинилась, потому что не представляла, какой ответ удовлетворит и меня, и Абойса.
Я мышкой юркнула на заднее сидение, пытаясь подцепить ручки сумки, которые ловиться упорно не желали. Из машины торчала лишь вытянутая во всю длину нога, но даже этого хватило, чтобы я начала нервно ерзать. От взгляда Рида пекло похлеще, чем от солнца.
Послышался саркастический хмык, и перед моим лицом возникла рука мужчины. Он попросту умыкнул у меня сумку через просвет между водительским и задним сидениями.
Скрипнула зубами и аккуратно выползла наружу, радуясь тому, что на мне надет брючный костюм, а не сарафан. Хоть в первом и было ужасно жарко.
– Ну так и? – я ничуть не прониклась этим цепким взглядом и недовольно поджатыми губами. Мои глаза отчего-то остановились на подбористом пиджаке, чей уголок неопрятно загнулся. Кажется, у меня даже костяшки пальцев заломило от желания его поправить.
– Все в прошлом, – вкрадчиво произнесла я, облизнув пересохшие то ли от жары, то ли от нервов губы, – мне бы не хотелось, чтобы мои родители узнали о…
– Об ошибке прошлого их дочурки? – едко высказался мужчина. Если взглядом и можно было убивать, то я чудом уцелела.
– Не переворачивай мои слова! – рыкнула, закипая на глазах. – И Данни тоже об этом не должна знать. Это, кстати, в твоих же интересах, – добавила с нажимом и двинулась в сторону входа. – Время, отведённое моей матерью, кажется, истекло, – бросила напоследок перед тем, как скрыться за спасительной дверью.
ГЛАВА 2
ЗАТИШЬЕ
Порадовавшись тому, что в холле не встретила никого из домочадцев, я стрелой взлетела на второй этаж и поспешила спрятаться за стенами родной комнаты.
– Так, молодец, Ивори, а работать ты как собираешься? – буркнула, упав на кровать. Свежее постельное порадовало меня приятными нотками вишни.
Нахмурилась и закусила губу, проклиная свою привычку бросать ноутбук в сумку с вещами, а не использовать для него специальную.
– Черта с два я спущусь обратно!
С этими мыслями подалась к туалетному столику, чтобы привести себя в порядок. Раскрасневшиеся щеки и лихорадочный блеск карих глаз мне откровенно не понравились. Не хватало только жирной надписи на лбу «Встреча с бывшим доведет меня до знакомства с валерианой!».
Исправила тот кошмар, что остался от моей прически, и постаралась взять себя в руки. Не мешало бы еще переодеться, но мои вещи потерялись вместе с бывшим.
Тихий, скребущий душу стук, и из моих рук выпала резинка для волос. Коса же, воспользовавшись моментом, распалась обратно на отдельные пряди, закрыв половину моего лица. Может, оно и к лучшему, ибо возникший на пороге комнаты мужчина точно не оставил меня равнодушной.
– Куда ее поставить? – вряд ли на его руках так взбугрились вены от тяжелой ноши. Кажется, не только моя нервная система страдает.
Я с трудом подняла руку, до этого момента висящую безжизненной плетью вдоль тела, и указала на шкаф, примостившийся между главным входом и дверью, ведущей в ванную.
Рид без лишних слов сгрузил сумку возле шкафа и покинул мою комнату, унеся вслед за собой и спокойствие ее владелицы.
– Это будут очень долгие две недели, – сказала тихо, а будто поставила печать на свидетельстве о смерти своей последней нервной клетки.
Сотовый разразился противной трелью вибросигнала, и я чертыхнулась, поняв, что забыла прибавить звук после прибытия.
– Прости, Осси, – протянула покаянно, пока подруга, оставившая сотню пропущенных, не прокляла меня. Кто их, историков, знает.
По ту сторону послышалось глухое рычание раздосадованной девушки и какой-то подозрительно громкий хлопок. Кажется, не имея под рукой моей головы, подруга начала крушить свою квартиру, решив начать с кухонного гарнитура.
– Прайс, тебя демоны утянули в бездну и забыли вернуть? – гаркнула все еще злящаяся Зена. – Ты обещала мне кофе, между прочим!
И тут я поняла, что обещание пришлось очень кстати, ведь мне просто необходимо сбежать из этого дурдома.
– Встретимся на гавани или на пляже? – постаралась перекричать распаляющуюся подругу, второй рукой разгребая вещи из сумки.
Поняв, что я не собираюсь отлынивать от встречи, девушка немного успокоилась.
Сборы не заняли и двадцати минут, зато задержала Данни, перехватившая меня в коридоре.
– Куда собралась, сестренка? – девушка надула пухлые губы, а я закатила глаза. Ну началось. И чего ей не спится?
Я кинула многозначительный взгляд в сторону лестницы, но сестра сделала вид, будто намека не поняла.
– Встретиться…
Я честно хотела сказать «с подругой», но выплывший из кабинета мамы Рид буквально «заставил» меня произнести иное.
– У тебя свидание? – ахнула Данни, которая последний раз о моем романе слышала, когда еще училась в школе. По крайней мере, об Абойсе не знал никто из Прайсов.
– Допустим, – процедила, не зная, куда деть глаза. Мужчина, проходя мимо нас, та-а-а-к на меня посмотрел, что удивительно, как я еще не провалилась в подвал.
Сестра отвлеклась на телефон, чем я и воспользовалась, прошмыгнув к лестнице.
Мне пришлось некоторое время просидеть за рулем, восстанавливая сердцебиение и, только лишь успокоившись, провернула ключ.
Мимо проносились знакомые с детства улочки, с тянущимися ввысь пальмами, а в лобовое стекло били лучи надоедливого солнца, ослепляя и вынуждая сбросить скорость.
– Где эти чертовы очки, – выругалась, пытаясь отыскать их в бардачке, но поиски не увенчались успехом.
У Зены была одновременно прекрасная и в то же время ужасная черта характера – пунктуальность. Девушку никогда не приходилось ждать, ибо она всегда приезжала раньше времени, но был во всем этом и минус. Стоило мне задержаться хоть на несколько минут, как начинали атаковывать не только мой телефон, но и многострадальный мозг.
К моменту, как я подъехала к платной стоянке у пляжа, мой сотовый насчитывал почти двадцать принятых вызовов.
– Ну неужели! – ко мне подлетело растрепанное рыжеволосое чудо, в чьих руках покоились стаканчики с нашей любовью на двоих, – апельсиновым соком. Я уже была готова пожертвовать платьем, но девушка успела вовремя затормозить, и ядрено-желтые капли достигли только мысков моих лодочек.
– И чего это мы такие кислые? – зеленые глазищи блеснули алчным огнем, предвкушая сплетни.
Спрятала в карман талон, выданный сторожем стоянки, и направилась следом за подругой, утягивающей меня к пляжу.
К вопросу моего понурого состояния мы вернулись, лишь разместившись в тени крытого кафе. Вокруг шнырял народ, из-за которого мне то и дело приходилось переходить на крик. Одной из причин, по которой я сбежала из Хоброза было то, что мой родной город являлся курортным.
– Подозрительно это, – с глухим хмыком выдала Зена, пытаясь подцепить на вилку несчастный лист салата. Мне в очередной раз захотелось сострить, но я воздержалась, вспомнив, что сама пыталась перейти на вегетарианское меню, но затея потерпела крах. – Молния не бьет в одно дерево дважды.
– В одну реку не входят дважды, – перефразировала слова подруги я, намекнув на то, что сходиться с бывшим не собираюсь.
Осси была единственным человеком из моего окружения, кто знал о нашем с Абойсом романе. По прошествии пяти лет от начала этих самых отношений, я даже не понимала, как умудрялась скрывать интрижку все три года.
– Боишься утонуть? – язвительно спросила Зена, смотря на бурлящую воду. Море Фрайда сегодня было особенно беспокойным, а я так хотела поплавать. Несмотря на взгляд Осси, я прекрасно понимала, что говорит она вовсе не о море.
Я окунулась в воспоминания о том дне, когда поставила жирную точку в отношениях с Ридом. В тот момент мне казалось, что с моих плеч слетел груз, давящий на меня все три года. Мужчина был прекрасным собеседником, всегда поддерживал, да и в целом я действительно могла назвать его опорой. Только он был невыносимым собственником и даже не ведал о том, что у кого-то, кроме него, может быть свое мнение. Именно это и послужило причиной сначала нашего разлада, а после и расставания. Но несмотря на разногласия, я все равно продолжала любить. Поэтому и сбежала в столицу, избавившись и от влияния семьи, и от чувств, тянущих меня на дно. Занимательно, но Абойс тоже был против журналистики, как и мои родители. Надо было их все-таки познакомить…
– Один раз спаслась, во второй точно не выплыву, – уклончиво ответила я, решив увести разговор в иное русло, но мне не удалось.
– И все-таки его появление в твоем доме очень подозрительно, – никак не унималась подруга, начав меня бесить. Слишком много Рида на один квадратный метр моих мыслей.
– Он прекрасно знает, что я редко появляюсь в Хоброзе, так что трудоустройство никак со мной не связано. – И я втянула остатки сока через трубочку, издавшую рык, будто бы поставив точку в этом разговоре.
– В музее завтра открытие выставки местных дарований, – выпалила подруга и тут же продолжила, боясь, что я ее перебью, – на мероприятие приглашены влиятельные люди нашего города и Игрэйн в их числе. Чем не повод познакомиться с мужчиной поближе до интервью?
– Я обязательно подумаю, – прозвучало недостаточно убедительно, – честно-честно.
На самом деле, предложение Зены было очень заманчивым. Сидеть дома все две недели я не собиралась.
Вернулась в коттедж родителей лишь ближе к ночи, когда в столовой господствовал полумрак, и уже не витал кофейный дух. По дому передвигалась без опаски, так как в гараже не увидела следов посторонних машин. Мои родители не питали особой любви к авто, поэтому в семье их было по одному на каждого члена (кроме меня, моя машина осталась в Веспейне). И если в гараже я увидела только три авто, то у Абойса либо его нет, либо мужчина не ночует в коттедже.
Ужинать не стала, так как за время прогулки с подругой успела набить желудок всем, чем только можно было. Наспех набрала отчет для Рейдарса, зная, что он его тут же откроет, так как в столице еще во всю пригревает солнце, и провалилась в сон.
Тело прошило разрядом, прошедшимся от щиколотки до шеи, и я протяжно застонала. Смятое платье закрутилось вокруг талии и неприлично задралось, сама же я возлегала на краю постели, сложив ноги на ноутбук.
– Вот черт! – чертыхнулась и подскочила с места. Мало того что не разделась на ночь, так еще и чуть не раздавила рабочий ноутбук.
По коридору уже во всю шныряли домочадцы, и это навело на мысли, что время давно перевалило за отметку в восемь часов утра.
Душ помог проснуться и смыть следы помятости, а наспех нанесенный макияж сотворил из трупа вполне миловидную девушку. Вот оно – влияние бывшего! Если бы не он, то плевала бы я на мнение окружающих о своем внешнем виде.
Из столовой доносился гомон голосов, среди которых мне без труда удалось вычленить и отцовский. Мученически вздохнула, поняв, что сейчас последует отповедь за то, что вчера не навестила отца. Папа целыми днями пропадал на работе, но мне ничего не мешало наведаться в здание, облюбованное «Safety» – нашей транспортной компанией.
– Доброе утро, – промямлила, присаживаясь на свое место за столом. Сегодня здесь было многолюдно, даже Берт почтил нас своим вниманием. Надо заметить, за время моего отсутствия мужчина заметно сдал: в некогда темных волосах господствовала седина, за которой даже не было видно натурального цвета, а зеленые глаза больше не горели плутовским огнем. Для своих лет дядя Тилор выглядел неважно, а ведь мужчина даже не разменял седьмого десятка.
– Доброе, красавица. – промолвил Берт. Не припомню ни одного раза, когда крестный не назвал бы меня красавицей. – Ты вчера так быстро убежала, что старик даже не успел спуститься поздороваться.
– Ты теперь живешь здесь? – протянула удивленно. Раньше Тилора нельзя было даже затащить в наш дом. Мужчина отдавал предпочтение уютным одноэтажным домам, а не бездушным коробкам.
Лица собравшихся разом помрачнели, и я поняла, что переезд крестного явно обусловлен какой-то серьезной причиной. Неужели проблемы со здоровьем?
– Стар я стал, Ивори, – кряхтение не смогло бы меня обмануть. Пусть мужчина и выглядел гораздо хуже, чем в нашу последнюю встречу, но на немощного старика точно похож не был.
– Моя непутевая дочь опять забыла про родного отца, – недовольно прицыкнул Итан Прайс, пытаясь меня пристыдить. Вряд ли, конечно, у него это получится.
– Что же поделаешь, если крестный занимался моим воспитанием куда больше родного отца, – беззлобно поддела его я, схлопотав при этом упрекающий взор матери.
– А ну прекратите! – рыкнула она, привычно пытаясь нас угомонить. – Кто-нибудь видел Рида? – Упоминание бывшего хлестнуло по натянутым нервам, но внешне я осталась такой же отчужденно спокойной. Перепалки с членами семьи были явлением постоянным, поэтому они на эмоции меня не выводили.
– Его машина стоит в гараже, – подметила Данни, до этого молча следящая за происходящим за столом.
– Сью! – окрикнула прислугу мама, – найди Рида.
Из кухни донесся невнятный лепет и хлопок двери, ведущей прямиком в холл. Я же постаралась быстрее запихнуть в себя завтрак, чтобы исчезнуть из столовой до явки Абойса. Вот только сестру пробило на поговорить.
– Я слышала о выставке. – этот нарочито беззаботный тон заставил меня напрячься. Слишком хорошо я знала Данни. – Составишь мне компанию? Горден Игрэйн точно посетит этим вечером музей. – И улыбка такая приторная, что аж тошно!
– Если Ивори не согласится, то я могу составить тебе компанию.
Противный лязг соприкосновения тарелки с вилкой прошелся сверлом по ушам всех собравшихся. Пора бы взять себя в руки, иначе всем и без намеков станет очевидно, что нас с Абойсом что-то связывало.
Мужчина передвигался поступью хищника, – если бы не брошенные от двери слова, то я заметила бы Рида только в тот момент, когда он занял свое место.
– Сестренка, твое предложение как всегда вовремя, – от сладости в тоне у самой свело зубы, но выражение лица мужчины того стоило.
– Ты согласна? – удивленно ахнула Данни, но тут же вернула себе самообладание. – Тогда я займусь нарядами, а то знаю я твой вкус. – Девушка недовольно поджала губы и обвела мою фигуру придирчивым взглядом. И чем ей не угодил мой спортивный костюм? Я же не на весенний бал собралась.
Кажется, сестра говорила еще о чем-то, но я ее уже не слушала, так как все мое внимание было устремлено на правую руку Рида, сидящего рядом с Бертом. Судя по безмятежным лицам переговаривающихся мужчин, помощники родителей неплохо ладили.
Меня посетило временное помутнение рассудка? Или вчера на безымянном пальце Абойса не было обручального кольца. Кажется, от увиденного даже несчастный кофе встал поперек горла.
«Что тебя так удивляет? То, что двадцативосьмилетний мужчина решил связать себя узами брака? – фыркнула моя совесть, напомнившая, что именно я была инициатором разрыва».
Охватившее меня смятение начало понемногу отступать, и я смогла взять себя в руки, чтобы в следующий миг с моих губ сорвался вопрос:
– Я не видела в стенах коттеджа никого незнакомого, – начала издалека, – вы не перевезли к нам свою супругу? – постаралась вложить в эти слова исключительно те эмоции, что были выгодны мне. – Ведь заключили долгосрочный договор.
Рид без особого труда понял, кому предназначался вопрос. Надо сказать, на лице мужчины не дрогнул ни один мускул. То ли Абойс тоже умело контролировал свои эмоции, то ли ему действительно было все равно.
– Она много путешествует, так как является журналистом, – спокойным голосом ответили мне, а у меня внутри что-то хрустнуло. Полагаю, то издохла последняя нервная клетка.
– Вот как. – Приклеенная к губам улыбка грозилась расползтись до состояния безразмерного оскала. – Эта профессия действительно предполагает частые срывы с места. – Еще бы я об этом не знала! – К слову, о ней. – Я встала со стула и кинула взгляд на дверь. – Мне нужно связаться с начальством, поэтому я покину вашу прекрасную компанию.
Родители только молча кивнули, сестрица же надула губы, обидевшись на то, что мы сиюминутно не ломанулись подбирать мне наряд. Помощники, в свою очередь, не выдали никаких эмоций, переключив свое внимание с беседы на остывший завтрак.
«Пойду хоронить убитую нервную систему».
Я довольно быстро обсудила с Рейдарсом вышедший вчерашним утром выпуск, чью первую страницу венчала моя статья. Мы пробежались по этапам интервью, успели поцапаться, из-за моего нежелания совать свой нос в документацию компании Гордена, и сошлись во мнении, что просто будем плыть по течению.
К обеду отзвонилась Зене и предупредила, что на мероприятии появлюсь с ненаглядной сестрицей, чем сильно удивила подругу, но лишних вопросов та задавать не стала. Полагаю, просто была занята организационными вопросами, так как являлась работником музея. И стоило только положить телефон на прикроватную тумбочку, и откинуться на подушку, как в дверь влетела Данни.
Мученически застонала, узрев в ее руках многочисленные вешалки с платьями. И как только такая хрупкая девушка удержала эту ношу!
– Ничего не знаю, – припечатали меня безапелляционным тоном. – Себе я платье уже подобрала, осталось только привести тебя в божеский вид.
Я с недовольством взглянула на сестру, пытаясь понять, на что она намекает. Мой взгляд скользнул к туалетному столику: в зеркале я увидела себя – раздосадованную, но по‑прежнему вполне симпатичную!
– Ты знакома с Ридом? – прилетел вопрос в лоб. Вот лучше бы дальше болтала о платьях!
– Конечно, я же не сегодня утром прибыла, – состроила удивленную гримасу, сделав вид, будто не поняла сути вопроса.
