Текст книги "Торговец вольного города III (СИ)"

Автор книги: Крафт Зигмунд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Глава 25

Дворецкий открыл дверь, поприветствовал и деловито сообщил, что Борис Анатольевич ожидает меня. Я уже столько раз бывал здесь, что чувствовал себя на удивление почти как дома.

Кабинет Катопумова был заполнен солнечным светом, который мягко окутывал просторный стол, заваленный документами. Борис усмехнулся, коротко махнув рукой в знак приветствия.

– Прошу, садитесь, Сергей Константинович! – произнёс он с доброй улыбкой, приглашая меня за стол.

– Спасибо, Борис Анатольевич! – ответил я, занимая кресло напротив. – Наверное, в этом хаосе документов вы сами уже запутались. Не волнуйтесь, я уже здесь и готов помочь, а заодно проверить, не припрятали ли где-то мелкий шрифт со звёздочкой!

Борис тихо засмеялся, облокотившись на стол.

– Не дождётесь. Я ведь с самого начала говорил, что сделка будет честной и взаимовыгодной. Зачем нарушать этот принцип, когда впереди у нас столько возможностей? Мы оба прекрасно знаем, что все эти документы чистые. Уже столько деталей пересмотрели по десять раз!

– И всё же, в таких делах щепетильность излишней не будет, – я притянул к себе ближайшую кипу бумаг.

– Надеюсь, вы, молодой человек, не собираетесь делать из простого согласования настоящую трагедию? – проговорил он, забирая у меня только что выбранные документы, после чего протянул другие и потыкал в них указательным пальцем. – Вот тут более насущное.

– Как скажете! Даже сделаю вид, что мне совсем не интересно, что там было, – я театрально закатил глаза, не убирая улыбку. – Я всегда серьёзен, никогда не даю волю эмоциям! Или считаете, заплачу и признаю вашу победу? – я внимательно посмотрел на него.

– Как же, проведёшь вас, – фыркнул он недовольно. – Мой бухгалтер боится ваших визитов больше, чем моих.

– Можете его успокоить, – хмыкнул я. – Когда всё будет подписано, он начнёт общаться с моим бухгалтером напрямую.

– Обязательно успокою, – Катопумов весело прищурился. – Но попозже, чтобы не расслаблялся. Вы, кстати, прошлой партией документов остались довольны?

– Да, – кивнул я и достал небольшую папку из сумки. – Можете отложить, тут всё подписано, копии у меня заняли своё место.

– Это замечательно, – закивал он, принимая бумаги и внимательно осматривая листочки. – Ваша сестра везде расписалась, как вижу.

– Сами понимаете, зачем это.

– Да, очень хороший навык. Полезный.

Я ничего не стал отвечать. И так тут всё очевидно. По сути, я становился финансовым управляющим всего рода Катапумовых. Это действительно грандиозная сделка. Наши обязанности и влияние перемешивались достаточно тесно, но не сливались. Навык Аннушки тут был как манна небесная и убирал лишнюю напряжённость в отношениях.

Приподняв первый лист стопки, принялся его читать в попытке вникнуть в суть написанного.

– В любом случае, мне нужно будет это всё изучить, – заметил я. – Даже если уверен, что подвоха не будет. Доверие доверием, но лишняя проверка никогда не помешает. Лучше так, чем потом разгребать результаты ошибок. Расслабляться и пить вино будем только на празднование завершения нашей сделки!

– Ловлю на слове! – кивнул Борис, вытаскивая другую стопку документов и с улыбкой подавая её мне. – Вот ещё несколько бумаг, чтобы ваша жизнь стала ещё чуть более интересной. Вы ведь это так любите.

Я взял документы, сжав их в руках, после чего привстал и слегка поклонился, как будто благодаря за оказанную честь. Мы на удивление быстро нашли с ним общий язык. Не перешли на «ты» разве что из-за разницы в возрасте.

Повисла тишина, каждый из нас рассматривал свои бумаги, если требовалось, делал пометки. Но с каждой встречей их было всё меньше, так как основная работа по притирке уже прошла. Например, договор о совместных тренировках-учениях вступил в силу и Плющеев измывался над охотниками Катопумова, если верить словам Остина. Руководители с другой стороны были куда доброжелательнее, по его уверениям. Но влиять на Льва я не собирался, его отношение к происходящему было известно изначально.

– Если честно, Борис, с вами приятно иметь дело. У меня всё меньше замечаний с каждым разом, – сказал я на прощание.

– Давно пора было это понять, юноша, – рассмеялся Борис, вставая и протягивая руку для прощального рукопожатия. – Какая недоверчивая нынче молодёжь, сказал бы я, но это исключительно ваша черта.

Он вздохнул, опустив голову.

– Полезная в деле черта, прошу заметить, – я поднял палец вверх. – Вы сколько бутылок вина уже отложили?

– Не переживайте, вам хватит, – снова улыбнулся он.

Согласно шуточной договорённости, после каждой такой успешной встречи он должен был откладывать бутылку вина для грандиозного празднования завершения оформления нашего торгового союза.

Я вышел, удерживая в руках папку. Наверное, её следовало положить внутрь сумки ещё в кабинете, но задумался. Чем дальше двигалось дело, тем более прибыльным оно казалось.

Вздохнув в предвкушении, собирался повернуть за угол коридора, как в меня кто-то врезался. Документы выскользнули из рук и разлетелись повсюду, словно крупные снежинки или конфетти. Я так и замер в недоумении смотря на то, как всё это оседает на пол.

– Ой, простите! – всплеснула девушка руками и упала на ковёр. – Я совсем не смотрела, куда иду…

Вернувшись из своих мыслей в реальность, я посмотрел вниз. Девушка ползала на карачках, нервно собирая бумаги. Это показалось мне очень забавным, особенно из-за её пышной юбки, которая мешалась.

– Всё в порядке, – сказал я с доброй улыбкой, наклоняясь, чтобы помочь ей. – Главное, что никто не пострадал. Это всего лишь бумажки!

Внезапно мне под руку попал большой лист, который оказался плотным картоном. Я его перевернул и увидел пейзаж, выполненный гуашью. Краски плотные, рельефные и сочные. Я даже почувствовал аромат сочной травы на лугу перед лесом, который был там изображён. Довольно атмосферная картина и реалистичная. Ей хотелось любоваться, что я и делал, пока девушка грубо не вырвала картонку.

– Простите, – ещё раз сказала она, протягивая мне тонкую стопку бумаг, так как собрала ещё не все.

– Это вы рисовали? – удивился я. На вид моего возраста, симпатичная.

– Да, ничего серьёзного, не обращайте внимания. Я такая рассеянная, – бормотала она, продолжая собирать мои документы. Свой рисунок же отложила в сторону, изображением вниз. Она будто стеснялась его, боялась смотреть на меня.

– У вас определённо талант, – сказал я, поднимая ещё один большой лист. – Эти рисунки действительно впечатляющие! Вы умеете передать атмосферу и красоту природы.

Второй пейзаж изображал берег озера, казалось, вода колышется и листья шуршат от ветра. Действительно очень красиво. Но полюбоваться мне не дали, девушка снова вырвала рисунок и прижала к своей груди.

Она наконец посмотрела на меня пронзительным взглядом и тут же отвела его в сторону. Её губы едва приоткрылись в благодарной улыбке.

– Спасибо… Я… рисую в свободное время, – протараторила она, тронув кончики своих волос с лёгким смущением. – Это моя страсть.

Я в последнее время столько невест перевидал, что от незнакомых женщин почти сразу возникало раздражение. У меня появлялось стойкое неприятное ощущение, будто я чья-то дичь на охоте. Незнакомка же передо мной была лёгкой и воздушной, я даже опешил от её образа. Не светская львица, гордая красавица, достойная быть только с аристократом, а самая простая девушка. Обычный человек без фокусов и набивания цены. Она смущалась, нервничала, покусывала нижнюю губу. Её неловкость казалась естественной, а не наигранной. Даже платье будто не её, а надетое лишь по случаю.

– У вас очень хорошо получается, можно? – я протянул руку и под кивок поднял ещё один рисунок.

– Ой, что вы. Так, любительская мазня, – её голос дрожал. Я же снова подумал о том, какая она милая и забавная.

– Неправда, очень красиво, – улыбнулся я, наблюдая за тем, как она смущается от моих слов. Сама простота!

На шум из кабинета вышел Борис, слегка нахмурив брови.

– Что здесь происходит? – воскликнул он удивлённо, увидев беспорядок на полу. Его взгляд переключился на девушку. – Елена, сколько раз повторять, будь внимательнее!

Девушка закивала и начала работать руками быстрее, я ей помогал. Через несколько секунд всё было собрано и мы поднялись на ноги. Борис смотрел на художницу с лёгким осуждением:

– Опять летала в облаках и не смотрела, куда идёшь? – вздохнул он и покачал головой.

– А это…, – я сделал паузу, указывая на Елену.

– Ах да, простите, – спохватился он и шагнул к нам. – Сергей, это моя племянница Елена Григорьевна, баронесса Катопумова младшая. Елена, это мой деловой партнёр Сергей Константинович, барон Скарабейников, – произнёс Борис, позабыв о строгом тоне. – Как вы могли заметить, Елена Григорьевна у нас художница, – добавил он со скепсисом.

Елена подняла взгляд, и на её лице появилось искреннее волнение.

– Приятно познакомиться, Сергей Константинович, – произнесла она тихо.

– Взаимно, – ответил я, улыбаясь. – Я потрясён вашим талантом.

Наши взгляды встретились, я снова обратил внимание на её пронзительные глаза. Но длилось это недолго, Елена тут же слегка наклонила голову. Она не могла сдержать улыбку от моего комплимента, её щёки порозовели.

– А вы тоже рисуете? – неуверенно поинтересовалась она.

– Нет, я больше в торговле, но всегда восхищался талантливыми людьми, – сказал я, всё так же внимательно смотря на девушку. – Кажется, искусство – это то, что действительно может скрасить скучную рутину.

Елена ещё больше смутилась, её пальчики нервно перебирали края рисунков.

– Не знал, что вы ценитель искусства, – тепло засмеялся Борис.

– Не то, чтобы, – растерялся я, не зная, что сказать. Взгляд мой всё ещё был направлен на Елену.

– В следующий раз я попрошу племянницу подготовить рисунки, чтобы показать вам. Надо же хоть иногда отвлекаться от работы! Чай то вы пить постоянно отказываетесь.

– Дела забирают всё моё внимание, увы! – вздохнул я. – Если буду пить чай, то разолью, испорчу документы. Зачем лишняя работа?

– Не преувеличивайте, – отмахнулся Борис. – Признайте уже, что трудоголик.

– Приходится, жизнь она такая, – вздохнул я. – Но, прошу простить, мне пора. До свидания.

Я направился к выходу. У двери вздохнул и положил многострадальные документы в сумку.

Елена не выходила из головы. Даже слово «племянница» не раздражало, как обычно. Милая девушка. Интересно, это Борис подстроил встречу, или действительно случайность? Выглядела она вполне искренне.

* * *

На выходе из пещеры в глаза тут же ударил яркий солнечный свет. Тут же почувствовал его жар на своей коже. Вокруг простирался тропический остров, наполненный звуками дикой природы: пение экзотических птиц, шорох листьев, доносящийся из глубины леса. От всего этого какое-то умиротворение появилось. Особенно после того, как обнаружил в логове убитой мной хищницы обглоданные кости. Звери такие звери.

Сделав несколько шагов вперёд, заметил, что на камне перед входом находится горка спелых свежих фруктов. Это меня удивило, огляделся, но никого не обнаружил. Странно, они точно лежат тут не так давно. Но в голове пронеслись мысли о цели моего прихода, так что пожал плечами и прошёл мимо.

Путь до столба с листком преодолел относительно быстро. После прикрыл глаза и сосредоточился, вспоминая то, чему учила Вероника Кондратьевна. В голове вспыхнула воображаемая картинка с компасом, услышал едва заметное жужжание механизма. Стрелка крутилась как заведённая, но затем она остановилась, указывая путь.

Идя вперёд, я всё яснее ощущал беспокойство. Похоже, двигался как раз в направлении поселения. Неужели прокол находится прямо в деревне? Этого мне ещё не хватало. Страх быть замеченным заставлял двигаться всё осторожнее с каждым шагом.

Лес всё так же шумел, слышал шуршание под своими ногами, а вскоре к этому примешались и звуки голосов. Сглотнув, сменил направление, чтобы не столкнуться с аборигенами. Глупо было так волноваться, но я действительно не знал, как себя вести с ними. А если надумают поймать? Не убивать же их! Это ведь люди, как ни крути.

Пройдя немного, голоса стихли. Похоже, они ушли. Я прижался к дереву и сосредоточился. Стрелка компаса вновь появилась перед глазами. Насколько я помнил, поселение должно находиться чуть в стороне. Так что, возможно, прокол и не там.

Пройдя ещё несколько шагов, увидел совсем близко три силуэта и замер. Три женщины сидели на земле и даже не переговаривались, занятые своими делами. Они что-то месили в корзинках, время от времени откидывая шелуху в сторону. Я вдохнул, стараясь унять волнение. Что-то мне не везёт сегодня.

Собравшись с мыслями, принял решение действовать. Осторожно отступил назад и обошёл группу на безопасном расстоянии. Сосредоточившись, продолжил следовать за стрелкой внутреннего компаса.

Я не сразу увидел его. Лишь оказавшись вплотную, заметил странные флуктуации в воздухе. Опять использовал техники Вероники Кондратьевны и стал видеть всё чётче. Достал из сумки специальный свиток и провёл манипуляции с ним, сделав несколько росчерков. Появились координаты, которые мне ни о чём не говорили. Достаточно лишь знать, что это адрес. А вот что на той стороне?

Ещё раз проверил специальный артефакт, он так же показывал, что здесь нет зоны доступности. Выходило, аномалия сдвинулась, а портал оставался работать, несмотря на это. Спустя какое-то время он просто превратился в прокол, а однажды совсем исчезнет.

Хорошо, что внутри острова, но плохо, что так близко к деревне. Однажды можно так воспользоваться и появиться прямо перед удивлёнными аборигенами. Эх, нужно что-то думать. А пока я провёл кое какие мероприятия по стабилизации прокола, после чего активировал его и вошёл внутрь.

Это был первый уровень! Причём с той стороны, где имелся доступ к моей реальности. Артефакты ясно показывали это. Вокруг же безжизненная каменная пустыня. Даже сухого кустика не видно, только слабый ветер и жар от нагретой поверхности. Вдалеке рыжее пылевое марево. Я использовал свиток телепортации и оказался у себя во дворе. Специально сарайчик сделал на «своей» территории для подобных нужд и не только. Эх, надо было заодно набрать мешочек макров. Но ничего, главная цель похода выполнена: у меня имелся короткий путь. Больше не нужно возиться с животными, а то на той дороге они слишком несговорчивые были.

* * *

Через несколько дней после возвращения с острова, я вышел из кабинета Бориса, всё ещё погружённый в раздумья о последних тонкостях договора. По всему выходило, что следующий мой визит станет последним. Катопумов выполнил обещания заранее, слухам о проблемах с налоговой перестали верить. Ко мне выстраивались в очереди как соискатели на завод, так и старатели с охотниками в пункты приёма. Периодически я получал запросы на крупные партии специфичных макров. Поставки в Оренбург так же увеличились до трёх тысяч за раз. И биржа продолжала работать, брокер прекрасно справлялся со своими обязанностями. Не зря он требовал ставку выше среднего, его профессионализм того стоил.

Путь мне внезапно кто-то перегородил. Сфокусировал взгляд, обнаружил перед собой Яну. Со всеми делами совсем забыл о ней. Она стояла со скрещенными на груди руками и пронизанным недовольством взглядом. При её появлении воздух в коридоре будто стал тяжелее, как будто предвещал грозу. Либо это предчувствие происки моей интуиции.

– Что ты здесь делаешь? – резко произнесла она, даже не пытаясь скрыть презрение в голосе. – Тебе не место в этом доме. Где твоя совесть, чтобы приходить сюда и показываться мне на глаза?

Я почувствовал, как внутри сплетается клубок из раздражения и гнева. Никогда не собирался раскручивать конфликт с ней. Даже не так, мне было плевать. Но подобное заявление просто верх наглости и неприличия. Этот дом ей не принадлежал, она даже ещё не законная супруга Петра, старшего сына Катопумова. К чему вообще устраивать цирк? Она что, специально искала встречи со мной ради скандала?

– Я на твои глаза не показывался, – усмехнулся я. – Ты сама выскочила передо мной как чёрт из табакерки. – По поводу того, что здесь делаю: тебя это не касается.

Попытался проскользнуть мимо, но она намеренно вновь перегородила путь. Я глубоко вдохнул воздух, смотря в потолок, чтобы попытаться сдержать раздражение и не отпихнуть её. Хотя, наверное, и стоило.

– Неправда! Ты! Ты всегда влезал в мою жизнь без разрешения. Всё, что случалось со мной плохого, во всём всегда был замешан ты! Даже сейчас! Думаешь, если смог подмазаться к Борису Анатольевичу, так всё дозволено? Я одного понять не могу: зачем тебе всё это? Убогое ты создание! – её голос звучал резко, чуть не переходя в писк. – Просто, хочу донести до твоего сведения, чтобы не приходил на свадьбу, – она начала тыкать мне в грудь пальцем. – Если ты там появишься, я собственноручно тебя вышвырну! Понял? Не постесняюсь! В конце концов, это тебе должно быть стыдно, а не мне!

Что за каша у этой бабы в голове? Мои брови поползли вверх от удивления. Такой отборной чуши за несколько секунд речи я ещё не встречал. Похоже, просто не будет. Яна словно навязывала свою игру, и я не желал в ней участвовать. Этой девушки давно не было в моей жизни, и вновь впускать её я не собирался. Век бы не видел.

– Я не собираюсь мешать тебе или твоей свадьбе. Я просто работаю с Борисом Анатольевичем, – произнёс я, стараясь воззвать к её благоразумию. – Может быть, стоит признать, что наши деловые отношения не имеют никакого отношения к твоим личным делам? Взрослые люди имеют свои интересы, которые тебя ни в коей мере не касаются. Или ты действительно считаешь, что свет клином на тебе сошёлся?

Но её глаза полыхали огнём, и в них было больше упрямства, чем мне хотелось бы видеть. Она словно не слышала меня.

– Не лезь в мои личные дела! Ты даже не представляешь, как мне противно видеть тебя тут! – под конец своей речи она уже кричала.

В этот момент дверь кабинета Бориса Анатольевича распахнулась, и он вышел, слегка подняв брови от неожиданности, увидев сцену. Тут же направился к нам.

– Яна! – строго произнёс он, смотря на девушку. – Ты что тут устроила? Почему поднимаешь голос на моего партнёра и гостя этого дома?

Его голос звучал так, как будто он был готов устроить настоящую проповедь о хороших манерах и уважении. Мне же стало спокойнее в его присутствии.

– Я не хочу видеть его здесь! – голос Яны был полон обиды. Честное слово, как ребёнок! Кажется, раньше она такой не была. Откуда столько дерзости?

– Помолчи, хватит! После поговорим! – прервал её Борис Анатольевич, поворачиваясь ко мне с виноватым выражением лица. – Извините, Сергей Константинович. Надеюсь, такое больше не повторится. Да, Яна?

Девушка тихо засопела, смотря на меня исподлобья. Она должна понимать своё неустойчивое положение в доме, разве не так? Недовольно буркнув «не повторится», она резко развернулась и ушла, не оглядываясь.

Я так и остался стоять, смотря ей вслед и не понимая, что сейчас вообще произошло.

– Простите её, Сергей Константинович. Это всё гормоны, ещё и недавняя смерть матери, – он громко вздохнул.

Гормоны, свадьба… Она беременна⁈ Я удивлённо уставился на Кмтопумова.

– Так вы скоро станете дедушкой?

Он кивнул с улыбкой.

– Только это пока секрет. Пётр на седьмом небе от счастья. По всем признакам должен быть мальчик. Да и я сам рад, что уж скрывать. Но то, что произошло сейчас, и правда перебор. Надо поговорить с сыном, чтобы следил за своей невестой.

– Можете уверить его, ноги моей не будет на данном мероприятии, – хмыкнул я.

– А жаль! Но ничего не поделать. Ещё раз прошу прощения.

Я кивнул и снова попрощался с ним. На этот раз мужчина лично довёл меня до выхода. Наверное, беспокоился, чтобы Яна очередной фокус не выкинула.

Глава 26

В этот раз на остров я попал через прокол. На глаза аборигенам не попался, но всё равно ощутил неладное. Стойкий запах гари, от которого сразу же запершило в горле.

Пробираясь сквозь заросли, я не знал, что найду. Что вообще могло произойти на изолированном острове? Обычный пожар? Случайность?

Впереди показалось свободное пространство, тонкие струйки дыма утремлялись вверх от остатков стен деревни. Хижины так же были разрушены и местами обгорели. Среди разрухи слышались стоны, всхлипы и поверх этого властные голоса на незнакомом наречии.

Взгляд сразу же упал на людей, которых связывали верёвками, их лица были полны боли и ужаса. Избитые и напуганные, местные жители вели себя покорно, не смея поднимать взгляд. Их я сразу же узнал по орнаментам на одежде. А вот более воинственное племя носило более короткие юбки с орнаментом, в котором преобладали полосы. Сложно было судить о их расе, так как были измазаны в чём-то белом. Но черты лица такие же вытянутые заострённые, как и у местных.

Захватчики вели себя дерзко и жестоко, как и принято подобным личностям. Пинали всех и каждого, угрожающе прикрикивали, смеялись. Только сейчас, какое-то время понаблюдав за происходящим, заметил трупы. То в одном месте конечность торчит, то в другом. Сильно раненых добивали своими копьями. От всей этой жестокости душа начала сжиматься от дискомфорта.

Мог ли я помочь хоть чем-то? Один против двадцати пяти мужчин? Опять же, они такие же люди. В конце концов, я не убийца. Да и зарёкся вроде не вмешиваться в дела местных. У них своя жизнь, у меня своя. Одно дело спасти девочку от хищницы, другое – ввязаться в полноценный бой с чужаками. А вдруг они маги? Мой потенциал четвёрка, сейчас же фактически едва перевалил за двойку. Да и что потом?

Я понимал, что не следует выставлять себя на показ. Разве не лучше ли, если на острове вообще никто не будет жить?

Медленно, следя, что под ногами, я начал отступать обратно в лес. Не хотелось бы рисковать напрасно и погибнуть здесь. Героические поступки хороши в книгах, но не когда это твоя жизнь.

Я постоянно поглядывал на пепелище, вскоре оно скрылось за листвой. Не успел выдохнуть, как услышал свистящий звук. В затылке кольнуло и мир померк.

Приходить в сознание было мучительно. Меня тошнило, голова раскалывалась, а во рту и горле разверзлась пустыня. Я закашлялся, ощущая боль, иглами вонзившуюся в мозг. Застонал от неприятных ощущений и попытался обхватить многострадальную голову руками, но не смог. Запястья связаны спереди, ноги свободны. Подо мной что-то жёсткое и дико неудобное впивалось в бок.

Продрав глаза, тут же закрыл их из-за слепящего солнца. Вокруг меня слышались всплески, кашель, стоны, вздохи, а также изредка властные выкрики. Наконец, привык к освещению и смог осмотреться, сев. Видимо, это не голова кружилась, а эффект от раскачивания лодки. А может всё и сразу. По затылку меня приложили знатно.

Итак. Мы посреди океана, остров виден полоской. Даже если прыгнуть, мне не доплыть. Дело не в связанных руках, я банально не пловец-марафонец.

Кроме меня в лодке находились двое «в белом», в разных концах. А между ещё пятеро таких же пленников, как я. Двое из них гребли. До этого в бок мне впилась чужая нога, на которой лежал. Ещё один мужчина без сознания.

Монеты. Мои карманы были пусты. Благо, они находились в мешочке на поясе одного из пленителей. Рюкзак таже лежал под ним, под лавкой. Первопредок или не наблюдал за мной, или тактично молчал. Но скорее первое, так как от едкого комментария он бы не сдержался.

Плыли мы медленно, в сторону от острова назначения. Видимо, здесь присутствовало течение. Ближе к вечеру наконец прибывали на другой тропический остров. Пятно света местного светила ещё не опустилось в воду, но было на подходе, в окружении начали преобладать розово-оранжевые оттенки.

Мне пришлось сменять гребцов, так что руки начинали побаливать от непривычной разминки. Нас выгрузили на берег, а лодки встречающие оттянули подальше от воды, после чего накрыли ветками с большими сухими листьями.

Всех пленных согнали в общую кучу и связали между собой. Видимо, чтобы не разбежались. Нас всех рассматривали, что-то говоря и улюлюкая. Я, естественно, приковывал к себе внимание больше других. Людей было много, если встретили двое, то после набежало гораздо больше, не меньше тридцати женщин и мужчин, детей почти не было, лишь подростки и совсем младенцы на руках. По крайней мере убедился, что раса у них идентичная пленным.

Я вёл себя покорно, внимательно осматривался, запоминая, где и что находится. Даже отсюда мне удалось ощущать место прокола. Отчасти это из-за того что был на него настроен. Так что ориентир имелся, смысла паниковать не видел. Пока что никто не использовал явной магии, что успокаивало. Но я понимал, что расслабляться не стоило.

В итоге мы пришли в поселение открытого типа с такими же круглыми хижинами. Всех пленников засунули в небольшие клетки по три человека. Стоять там было невозможно, только сидеть, и даже поджав под себя ноги тесно. Пленники с любопытством рассматривали меня, но больше ничего не предпринимали. Собственно, большинство были женщины, мужчин лишь пятнадцать, включая меня. Это из того, что успел насчитать.

Клетки выставили в ряд, видимо, чтобы все желающие могли любоваться «добычей» бравых воинов.

Вскоре начался праздник, местные зажгли большой костёр и начали готовить какое-то копытное. Разделали быстро на моих глазах на большие куски, которые нанизали на прокопчённая палки и подвесили над огнём. Поначалу народ просто бродил без чёткой цели, но когда сгустились сумерки, подошло время ритмичной музыке на местных вариантах барабана и духовых.

Плясали завоеватели очень долго. За всё время никто даже не подумал дать нам воды или еды. Возможно, другие просили нечто подобное, языка я не знал, но получали усмешки. В туалет тоже не пускали, мои соседи воспользовались промежутками между прутьями. Они время время от времени переговаривались, но без энтузиазма.

Я умудрился стащить свои монеты. В темноте и суматохе мужчина не заметил, как его мешочек прохудился. Как и мои соседи, к слову. Либо сделали вид, что не заметили. Монеты сначала думал прикопать в песок, но потом всё же аккуратно направил их в карман. Все пять штук, обычно я пользовался лишь одной, максимум тремя.

Несмотря на все неудобства, меня начинало клонить в сон, даже задремал ненадолго. Проснулся, когда костёр догорал, редкие прохожие его тушили. Остальные успели разойтись по хижинам, наверное. Я подождал ещё какое-то время и, удовлетворившись долгой тишиной, попытался обрезал верёвки. Но на удивление это не удалось. Из какого они вообще материала?

Пришлось опять вспоминать уроки по магии и «оттянуть» к себе маленький «кусочек» пламени от кострища. Со свободными руками было уже не так сложно открыть хитроумный засов.

Хоть действовал я и очень аккуратно, соседи проснулись. Ну либо как и я притворялись, что спали. Один из них что-то пробормотал мне, пихая своими руками. Жест явно намекал, что он тоже хотел свободы. В темноте было плохо видно лицо, чтобы как-то ориентироваться по мимике.

На удивление его верёвки удалось легко разрезать монетой. После мы освободили всех остальных пленников. Те на удивление вели себя максимально тихо и организованно. Я даже удивился: не первый раз что ли? Если бы подождал, обнаружил их способ побега?

Магией по прежнему никто не пользовался, на мой взгляд. Я активировал у себя чутьё, но ничего не ощутил. Сделал это больше для того, чтобы случайно не влезть в ловушку или не пропустить подкрадывающегося мага.

Функции лидера взял на себя один из мужчин, его остальные безоговорочно слушались. Что ж, бежать с толпой не такой плохой вариант, ведь можно затеряться, когда все бросятся врассыпную. А ещё недалеко находился портал. По крайней мере, я надеялся, что это именно он, а не прокол. Единственное, что жаль – мой рюкзак распотрошили и вещи растащили. Я не смог уследить, куда девали свитки. Но даже без них можно спрятаться в портале, а там заручиться поддержкой какого-нибудь зверя. После добраться до своего острова, когда страсти улягутся и обо мне забудут. Там уже знакомый путь через порталы. Длинный, но пройти без свитка вполне возможно. Либо, ждать там союзников, которые определённо будут меня искать.

Но моим планам не удалось осуществиться. Внезапно аборигены, до этого будто не обращавшие на меня внимания и даже немного сторонившиеся, напали и скрутили. Мы находились на полпути к берегу, от неожиданности я закричал, но рот быстро зажали. Они что-то болтали успокаивающим тоном, причём голоса женские. Меня усадили на землю, руки скрутили за спину, голову задрали. В лесу, под кронами ни черта не было видно, хоть глаза выколи.

Губ коснулось что-то мягкое, я отпрянул. Снова начались какие-то уговоры, но ничего не понимал. В рот зачем-то полезли два пальца, я начал вырываться, но в ответ вновь успокаивающие голоса.

Рот мне всё же раскрыли и пропихнули то мягкое, что пытались изначально. А потом струйка тёплой жидкости ударила в нёбо. Молоко⁈ Меня сейчас какая-то женщина пытается напоить грудным молоком? Что за сюр?

Чувство брезгливости заставило отстраниться, но меня крепко держали. В итоге, молоко попало не в то горло, я закашлялся, но что-то всё же проглотил.

Начался гомон, меня отпустили, чтобы тут же схватить за обе руки и побежать. Судя по росту, это были или женщины, или подростки. Я попытался вырваться, но те настойчиво что-то болтали и цеплялись за мои руки. Периодически кто-то толкал, когда пытался вырваться из общего потока людей.

За нами гнались. Периодически проскакивали знакомые слова «быстрее», «успеть» и «догонят». Не сразу сообразил, что неоткуда здесь и сейчас взяться знакомой речи. Но всё же понимание смысла того, что выкрикивали другие, придало мне немного чувства безопасности, я прекратил попытки к бегству. Хотелось разобраться, что сейчас происходит.

Наконец, мы оказались на берегу. Первые уже успели вытолкать три лодки, но нужно было ещё, чтобы поместились все.

– Ещё три! – крикнул лидер и я замер в шоке.

Стоп, что? Почему он говорит по-русски внезапно? Да и другие ему поддакивали. Лишь прислушавшись, понял, что слова чужие, незнакомые, но суть я улавливал. Как «good morning» условный, улавливаешь смысл, не задумываясь. А мне как раз в последнее время некогда было вслушиваться.

Но нужно было возвращаться к реальности: женщины запищали, так как появились преследователи. Двадцать мужчин, больше, чем у нас. Ещё и с копьями, когда у «наших» лишь несколько наспех поднятых где-то палок.

Благо, один из врагов прихватил нечто вроде факела и начал тыкать им, пугая. Нас захватили с бока, несколько «белых» зашли в воду и остановили лодки, которые успели немного отплыть. Женщин из них сбросили в воду и пытались выгнать на берег. Несколько «наших» пытались им помочь, но куда там!