Текст книги "Водяной 7 (СИ)"

Автор книги: Константин Паули

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

Глава 2
Ложное спокойствие

Внутри строительный вагончик был абсолютно «слепым», ни одного окна.

Снаружи это была самая обычная железная бытовка, только с кодовым замком на двери да бензогенератором, мерно тарахтящим у колеса. Внутри глухие стены могли бы давить на психику, если бы не одна деталь.

Прямо над рабочим столом Руслана красовалось окно. Фальшивое. Оборотень прилепил на стену фотонаклейку с пейзажем какого-то горного озерца, но подошёл к делу с душой. Он окантовал картинку пластиком так, что напоминало оно окно в купе поезда, даже повесил по бокам настоящие занавески.

Василиса осмотрела этот «перформанс», но ничего не сказала.

– Ну что, всё осмотрела? – спросил я. – Можно считать, что проверку по линии МВД мы прошли? Теперь давай, колись про свой суперкар.

Она пожала плечами:

– А нечего тут рассказывать. Просто так совпало.

– Что совпало? – переспросил я, потому что в случайные совпадения давно не верил.

– Ну, смотри. В день, когда ты отправил Наума в Навь, приказ о моём назначении участковым уже был подписан. А за счёт той партии изъятой водки у меня резко подскочили показатели. Потом пришло заключение экспертизы, водка-то оказалась отличной, хоть и безакцизной. Лежала она на складе вещдоков, лежала, а тут у начальника РОВД как раз юбилей случился.

– И они её утилизировали? – усмехнулся я.

– Ага, – кивнула Василиса. – И на радостях начальник вместо старой развалюхи выделил мне новенькую «Ниву». Так прямо и сказал: «Новому участковому – новый автомобиль». Я ж говорю, везение.

– Не иначе нашего Мегалита проделки, – задумчиво сказал я. – Ладно. Руслан, ты остаёшься?

– Да, конечно, – отозвался оборотень, не отрываясь от таблиц смет в ноутбуке. – Меня теперь даже по графику выводить не надо. Хотя… – он посмотрел на меня, – если завтра к полудню не появлюсь, значит, ключ твой не работает. Придётся вам меня выручать.

За спиной щёлкнул замок. Мы вышли из вагончика, возвращаясь в Явь.

– Представляешь, Руслан-то каким ответственным стал, – задумчиво произнёс я.

– Да уж, – Василиса на ходу согласно кивнула. – По тому, какой ты человек, никогда нельзя сделать вывод, какой из тебя выйдет двоедушник.

– Вот-вот. Раньше он не мог нести ответственность даже за себя, не то что за других. А стоило примерить на себя роль драконьей няньки…

– Пока что только наседки, – с лёгкой усмешкой уточнила она.

– Ой, я тебя умоляю. Когда вылупится дракон, он из наседки мигом превратится в квочку. Я сейчас без всякой издёвки говорю. Он действительно отлично справляется.

Машина Руслана так и осталась стоять в полумраке Куба. Я выкатил свой УАЗик на улицу, бросил контрольный взгляд внутрь помещения, убедился, что второй комплект ключей от замка по-прежнему спокойно висел на гвоздике. С тяжёлым лязгом запер ворота и сел в свою машину.

Двинулись колонной. Василиса на служебной «Ниве» впереди, я следом. Её машину нужно было отогнать к дому бабки, у которой Василиса всё ещё снимала комнату. Оставив «Ниву» у старого забора, Василиса перебралась на пассажирское сиденье моего УАЗа, по-хозяйски хлопнула дверью, и мы покатились ко мне домой.

Ехать приходилось медленно, то и дело лавируя между громоздкой строительной техникой, которая копошилась на колдухинских улицах. Наш посёлок неожиданно попал под какую-то там федеральную программу благоустройства, что-то там про «комфортную среду». Власти Краснодарского края клятвенно обещали в кратчайшие сроки заменить покрытие абсолютно везде, включая съезды к садам и дорогу на кладбище.

Сдаётся мне, без влияния Мегалита и здесь не обошлось. Прежний асфальт, уложенный ещё в эпоху развитого социализма, за минувшие десятилетия превратился в истёртые, плешивые лохмотья. По большей части, дорога представляла собой полосу препятствий, где глубокие дыры чередовались с россыпями щебня. И держалось всё это дорожное полотно вместе исключительно за счёт вековой грязи, с которой давно и намертво перемешалось.

Приезжих дорожников определили в общежитие вместе с заводчанами.

Все вместе они заполнили здание под завязку, да так, что койко-мест хватило далеко не всем.

И что поразительно, огромная, разношёрстная толпа суровых мужчин вела себя мирно. По крайней мере, поразительно для всех остальных, мы-то с Василисой прекрасно понимали истинную причину. По вечерам работяги гоняли мяч, играя во дворе общаги в подобие футбола, резались в карты, пели песни под гитару, а если и пили, то делали это тихо, без последствий и незаметно для бабы Нины.

Павел Семёнович расхаживал гоголем. Он искренне гордился тем, что якобы своей железной рукой задавил алкоголизм в посёлке, а заодно и тем, что посёлок на глазах переживает второе рождение.

Тем же, кому не досталось комнат, пришлось импровизировать, например, паре армянских бригад. Тут подсуетился Гайк. С моего согласия он оперативно превратил парочку пустующих домов в подобие хостела. Самого слова он, конечно, не знал, но бизнес-схему провернул чётко. Он сдал дорожникам вычищенные от грязи, но ещё не отремонтированные дома, снабдив постояльцев старыми панцирными кроватями неизвестного происхождения.

…

У меня дома, без суетливого Руслана, было пусто и тихо, даже как-то тоскливо.

– Слушай, может, мы и тебе дом подберём? – спросил я просто для того, чтобы хоть чем-то заполнить эту тишину. – Выбирай любой из свободных, организуем.

– Мне и так положено служебное жильё, – пожала плечами Василиса.

– Это ты про комнату у бабки? Или дадут что-то нормальное?

– А не всё ли равно, в хоромах жить или в землянке? – спросила она, посмотрев на меня. – Ты же и сам, считай, в общежитии живёшь.

– Переводя стрелки на меня, ты свой квартирный вопрос не решишь, – усмехнулся я.

– Да не жильё меня беспокоит, Вадим, – стала вдруг серьёзной Василиса. – Меня напрягает это подозрительное затишье.

– Ты ведь сейчас не про Колдухин, верно?

– Нет, конечно. Я про Мост, – она замолчала, словно что-то обдумывая. – За полтора месяца у нас всего одна группа залётных бесов, девять голов. И всё. Ты же и сам понимаешь, что такое затишье бывает перед бурей?

– Может, у тварей Нави есть своя цикличность в поведении? Сезонность какая-нибудь? – предположил я.

– Может, и так. Но я лучше останусь живым скептиком, чем мёртвым оптимистом.

– Тут не поспоришь, – я развёл руками.

Разговор немного застопорился. Оставив тему Моста висеть в воздухе, я отправил курицу запекаться в духовку, закинул вариться пасту и занялся соусом. Кухня быстро наполнилась ароматом.

На оливковом масле зашипел рубленый чеснок, к нему на сковороду я добавил молодой шпинат и щавель, следом налил сливки… А завершил картину натёртый твёрдый сыр, медленно плавящийся в этой зелёно-сливочной массе.

Василиса молча наблюдала за моими кулинарными манёврами.

– Расскажешь про свой навык артефактора? – прервала она тишину.

– Да я вроде бы всё уже рассказал, – я убавил огонь под соусом. – Это вообще не моя заслуга, скорее эдакий «подарок» от Мегалита. Мне нужно было только раздобыть чёткие инструкции. В книгах Юрия, например, описаны в основном всякие неаппетитные чернокнижные ритуалы. Жертвоприношения мертвякам ради удачи, призыв беса, который тебе будет якобы служить, проклятия человека на болезни или на разрушение брака…

– Чтобы разрушить свой брак, никакой ритуал не нужен, – фыркнула Василиса. – Всё, что ты перечислил, конечно, та ещё мерзость. Но при чём тут артефакты?

– Притом, что когда Юрия забрали, я эти записи пролистал и отложил от греха подальше. А недавно сел перечитывать. И заметил, что среди всей этой хтони есть страницы с рисунками. Причём только теперь прямо под ними проступил текст на старославянском, которого раньше точно не было. По одному такому я и сделал ключ. Там есть и другие: путеводный клубок, который путь указывает, или, например, особый травяной шар, отгоняющий злых тварей.

– Нам бы такой шар, да размером с дом. Чтобы на весь Колдухин хватило, – прокомментировала она.

– Вот-вот. Но проблема в том, что из двенадцати картинок текст открылся только под четырьмя. И на этом всё, тупик. Мне, считай, нужны новые инструкции, гримуары, магические энциклопедии и всё в таком роде. А вот где их взять, вообще не представляю.

– Да всё очень даже понятно, – отозвалась Василиса, наблюдая, как я раскладываю пасту по тарелкам. – Их нужно найти и купить на чёрном рынке. Тут только два вопроса: первый, действительно ли тебе нужно в это ввязываться? И второй, как выйти на подпольных торговцев. Денис нам тут точно не подскажет. Разве что ты у Бобра спросишь.

– Оборотень свои источники просто так не сдаст, – покачал головой я, ставя перед ней тарелку с ужином. – Теоретически, помочь мог бы Василиск, но надо помнить, что он далеко, а по телефону он тоже вряд ли выдаст такую информацию. Да и, честно говоря… пожалуй, не стоит. Зачем раскачивать лодку, если всё и так идёт хорошо?

– Ты имеешь в виду наш Колдухин? – она подцепила вилкой немного макарон с соусом, снимая пробу.

– Да. Жизнь-то реально налаживается, – я сел напротив. – Вот-вот вылупится дракон, мы его выкормим, вырастим, он нам надёжно прикроет Мост. В посёлке появились люди, нормальная работа, пункт выдачи заказов, скоро вон «Пятёрочка» откроется… даже асфальт новый стелют! На кой-ляд нам сдались эти артефакты? Это я уж так, появились новые возможности, руки зачесались попробовать, поиграться, но я больше так, рассуждаю. Ну, допустим, создал я ключ для удобства. А другие «игрушки» нам для чего? Свет-зеркальце? Да сейчас любой современный смартфон с этим справляется лучше, был бы интернет. Скатерть-самобранка? Так, мы вроде и не голодаем, в магазине всё есть. Вот и выходит, что нам разве что меч-кладенец пригодился бы, да и то сомнительно.

– Для кладенца нужен богатырь, а мы и тем оружием, что есть, неплохо справляемся, – подхватила мою мысль Василиса. – Слушай, ну, если тебе действительно важно моё мнение…

– Важно, – перебил её я.

– Так вот, я бы на твоём месте не стала плодить артефакты без крайней нужды, – она отложила вилку и посмотрела мне прямо в глаза. – Не забывай, стоит хоть одной такой игрушке попасть в руки простых людей, и Инквизиция нас с тобой по головке не погладит. Они ведь не просто так изымают всё магическое, до чего могут дотянуться.

– Ну, давай тогда на этом и остановимся, – кивнул я, принимая её доводы. – Чисто теоретически, конечно, подпольные артефакторы зарабатывают кучу денег, создавая приворотные яблоки, амулеты везения и на финансовый успех. Но это аморально, противозаконно, да и, откровенно говоря, с деньгами у меня сейчас проблем нет. В общем, буду просто наблюдать, какие ещё страницы откроет мне колдовская книга Юры, но в эксперименты без веской причины лезть не буду.

Паста с курицей да под густым зелёным соусом пошла на ура. После ужина я отвёз Василису домой, на повторный вопрос о собственном жилье она так ничего определённого не ответила.

Размышляя об этом, я вернулся домой, принял душ и направился в спальню. Но стоило только коснуться подушки и провалиться в сон, как тишину нарушил ужасный грохот. Дверь дома сотрясалась от яростных ударов, следом послышались панические крики.

Сон сняло как рукой. Я вскочил и кинулся в прихожую. Дверь была заперта на замок, днём я, как и большинство местных, запросто оставлял её открытой. Однако на ночь предпочитал закрываться на ключ, который так и торчал в замке с внутренней стороны. В дверь барабанил и дурниной орал Руслан. То есть, это были и били свои.

Я немедленно открыл.

– Что стряслось? Ты чего здесь орёшь? Ты же хотел на всю ночь остаться с яйцом, – недоумевая, спросил я.

Руслан стоял на крыльце, хватая ртом воздух, пытаясь отдышаться, как будто пробежал марафон. Глаза навыкате, руки трясутся, видок абсолютно шальной.

Я заметил его машину, она стояла, почти уткнувшись бампером в забор, словно до этого он мчал, как гонщик ралли, и ударил по тормозам в самый последний момент.

– Беда… враги… напали! – наконец выдал он.

– Кто напал⁈ – я схватил его за рубашку, втащил в освещённое помещение и быстро осмотрел.

Руслан был перепачкан с ног до головы, но видимых ран не было. Цел.

– Н-не знаю… Я не видел, – его колотило так, что зуб на зуб не попадал.

Будь на дворе зима, я бы решил, что оборотень провалился под лёд и перемёрз. Но сейчас было тепло. Очень тепло. Совсем не то время для такого озноба. Совсем не то.

Осознав, что внятных объяснений прямо сейчас я от него не добьюсь, я метнулся к шкафу. Вытащил кнут-самобой, практически впрыгнул в ботинки, схватил телефон со стола и на ходу чиркнул Василисе смс: «Руслан появился среди ночи, несёт что-то про нападение. Иду проверять».

Затем я поднапрягся и, впервые в жизни, открыл портал в Навь прямо из собственной гостиной. Никогда раньше так не делал и вообще не планировал, но ситуация… Из открывшегося прохода немедленно пахнуло тухлятиной со Смородины. Твою мать, я же потом неделю буду дом проветривать!

Для начала я осторожно заглянул в разрыв, как в межмировое окно. Отличная, к слову, тактика, если с той стороны тебя уже поджидает какая-нибудь клыкастая тварь, то портал можно захлопнуть прямо перед её носом.

Но там было пусто. Всё, как всегда. Я вздохнул поглубже, задержал дыхание и отважно шагнул за кромку, в Навь. Руслан, всё ещё мелко подрагивая, вошёл следом.

Оказавшись в Нави, я осмотрелся. Тот же спокойный и мрачный пейзаж. Метрах в ста плескались мутно-грязные воды Смородины. Мост привычно раскалён, воздух над ним мелко дрожит и вибрирует от невыносимого жара. По обе стороны от реки лишь хаотично валяющиеся острые камни, между ними мёртвая, без единого росточка, серая земля.

Я уже набрал в грудь воздуха, чтобы выругаться на Руслана за беспочвенную панику. В голове даже мелькнула мысль спросить, не употреблял ли он чего из запрещённых веществ, но слова, за которые потом пришлось бы долго извиняться, так и застряли в моём горле. Я неожиданно увидел явные признаки того, что Руслан не ошибся.

Вагончик.

Тяжёлая конструкция была сдвинута с места метра на два и теперь стояла под неестественным углом, слегка накренившись набок. А на металлической обшивке зияли здоровенные борозды, рваные следы от громадных когтей, вскрывших железо как консервную банку.

Какая бы тварь ни атаковала нашу бытовку, размерами она была если не с тираннозавра, то…

– Руслан?

– Да, Вадим? – нервно отозвался он.

– А сколько весит эта твоя бытовка со всем барахлом?

– Пару тонн как с куста. Даже больше, – мрачно ответил Руслан. – К ней же снаружи приварена ещё решётка с генератором, чтобы бесы до него не добрались, если припрутся. Плюс вес внутреннего оборудования. Считай, может, и не меньше трёх.

– Это получается… Кто бы ни припёрся по Мосту, он не просто играючи сдвинул трёхтонный вагончик и вскрыл обшивку. Он, скорее всего, как-то пробрался в Явь. Потому что сейчас здесь его нет.

Я на секунду задумался, пытаясь осознать масштаб надвигающейся катастрофы. Затем вновь обратился к Руслану:

– Открывай. Проверим, в порядке ли яйцо, и ты мне, наконец, расскажешь, какого чёрта здесь произошло.

Руслан трясущимися пальцами набрал комбинацию на кодовом замке и скользнул внутрь. Через секунду высунулся обратно, бросил короткое: «Всё в порядке!», вышел и тут же направился проверять генератор. Как оказалось, от удара отцепился какой-то питающий шлейф, и вагончик перешёл на аварийное питание.

Руслан поцокал, походил вокруг и решил вернуться в вагончик, я пошёл с ним.

Внутри с «порядком» всё было очень относительно.

Слава богу, главное сокровище уцелело. Драконье яйцо покоилось на своём месте, уютно устроившись в купленном Русланом на «Авито» каком-то очень дорогущем детском автокресле для младенцев, он заменил ему ремни и основательно прикрутил это кресло к стене и полу бытовки. Яйцо лежало в нём, как влитое, заботливо зафиксированное крест-накрест мощными стяжными ремнями с храповым механизмом. А эти детские кресла действительно очень надёжны, судя по всему, внешний катаклизм яйцо даже не потревожил.

Размером оно напоминало гигантский арбуз, но на этом сходство заканчивалось. Поверхность состояла из жёстких, мутно-чёрных шестигранных сегментов, между которыми проглядывались кислотно-синие «швы». Даже на вид эта скорлупа казалась весьма бронированной.

Но на этом островок спокойствия заканчивался. В тусклом свете аварийных ламп виден был весь масштаб разгрома. На полу валялся ноутбук, рядом с ним кружка с отколотой ручкой, в углу валялся опрокинутый чайник, какие-то личные вещи. А боковой шкафчик, в котором Руслан обычно держал топор, был распахнут настежь, самого топора внутри не было.

Я перевёл взгляд на оборотня, задавая немой вопрос.

– Он в машине, – буркнул Руслан.

                                           

– Значит, ты вышел в Явь и спокойно проехал домой по дороге? – уточнил я.

– Ни хрена не спокойно!

– Не выражайся, – я непроизвольно поморщился

– Да меня до сих пор трясёт, – огрызнулся оборотень. – Я только-только к этой Нави привык. Тут же последний месяц даже демоны не ходят. Я уж думал, тут тишина и изоляция, как на подводной лодке, а оно вон как оборачивается… Вадим, точно нельзя нормальную видеосвязь в Колдухин прокинуть?

– Точно. Сто раз уже обсуждали, магия и физика пространства так не работают. Можно, конечно, наружные камеры установить, но транслировать картинку они будут только сюда, на монитор в вагончике.

– Значит, поставим хотя бы их, – решительно кивнул он. – Ладно, давай я тут всё проверю, налажу, закончу уборку. Потом вернёмся, я выпью чаю на травках и расскажу, что видел. Или, точнее, чего не видел.

– Видел, не видел. Странная фигня… Ладно, давай. Я пока снаружи подежурю, на всякий. Жалеешь теперь, что мы бытовку без окон взяли?

– Вообще, ни разу не жалею! – возразил Руслан. – Были бы окна, эта тварь стекла бы вынесла и пролезла вовнутрь. И всё, хана. Скушали бы нас с Ефимчиком.

– С кем? – я даже моргнул от удивления.

– Ну… я так дракона называю. Будущего, – Руслан чуть смутился, – Мне кажется, там мальчик.

– Да? Ну, УЗИ яйцу мы не делали, – хмыкнул я. – Да и не факт, что ультразвук вообще пробил бы эту танковую броню. А если вылупится девочка?

– Чика, – не задумываясь, буркнул он.

– В смысле «девушка» по-испански? Руслан, «Чика» это немного неподходящее имя для огнедышащей драконицы, не думаешь?

– А ты что предлагаешь? Вы с Василисой вообще от этого вопроса отмахнулись. Тоже мне, приёмные родители, – обиженно проворчал он, возвращаясь к проверке оборудования.

Оставив его возиться с вещами, я вышел наружу. Обошёл накренившийся вагончик круго́м, сделал несколько снимков глубоких рваных борозд. Следы гигантских когтей неизвестного монстра впечатляли и пугали.

Закончив с фото, я двинулся в сторону Калинова моста. Внимательно вглядываясь под ноги, пытаясь найти хоть какие-то зацепки, но острые камни Нави молча хранили свои тайны. Земля здесь не глина и не влажный песок, никаких отпечатков лап не осталось. Какого размера была тварь? И главное, была ли она одна?

Я побродил вдоль берега, всматриваясь в противоположный берег Смородины. Пусто. Тихо и безжизненно.

Убедившись, что в ближайшей видимости монстров не наблюдается, я вернулся в вагончик. Руслан как раз закончил наводить порядок, поднял и проверил ноутбук, вытер лужу от разлившегося чайника, зачем-то проинспектировал содержимое холодильника.

– Ну что, всё проверил, всё целое? Идём обратно? – спросил я. – Или ещё посидим тут для твоего «отцовского» спокойствия?

Оборотень бросил последний критический взгляд на мирно лежащее в кресле яйцо, убедился, что Ефимчику ничего не угрожает, и решительно махнул в сторону двери.

– Нет, уходим. Кто бы ни совершил это вторжение, его здесь больше нет.

Глава 3
Звонок другу

К тому времени, когда мы вернулись, Василиса уже была дома и ждала нас. Я заварил первый попавшийся под руку чай, зелёный с травами, разлил не только Руслану, но и нам с ней.

Руслан сжимал кружку обеими руками, словно ловил оттуда каждую крупицу тепла, что могла дать ему горячая жидкость. Навь – это холод. Не буквальный, как осенью, а какой-то глубинный, вытягивающий силы. Будучи мистическими существами, мы все переносили этот холод достаточно легко, привычно. Но одно дело, просто находиться там и совсем другое – подвергнуться нападению.

Тот животный ужас, который Руслан испытал, когда на вагончик напала тварь, которую он даже не имел возможности разглядеть, словно бы начисто вытянул из него всё привычное спокойствие, улыбчивость и душевное тепло. Сейчас он выглядел дёрганым и несчастным.

– Слушай, Вадим, я передумала насчёт артефактов, – тихо заговорила Василиса, – Мне тоже ключ нужен.

– Понял, – отозвался я. – Требуется подыскать подходящий исходный предмет.

– А что, любой ключ не подойдёт?

– Нет, – я отрицательно мотнул головой. – Нужно «сыро или калёно железо». Не знаю точно, что это значит, но современные сплавы или там медь не подойдут. Ещё нужно не просто железо, а то, что было ключом не меньше века. То есть, нам нужен буквально старый железный ключ, которому больше ста лет. Дизайн или внешний вид не важен.

– Кстати, про ключ… – подал голос Руслан, но взгляда от кружки так и не поднял. – Вадим, огромная просьба, не оставляй больше свой в замке изнутри. Ключи-то у меня свои есть, но ночью я из-за этого так и не смог открыть дверь. Пришлось стучать, кричать…

– Понял, виноват, – я переключил всё внимание на него. Чуть подождал, пока он сделает глоток, и спросил. – Ну, ты немного отошёл? Пей и рассказывай.

Руслан тяжело вздохнул:

– А что тут рассказывать?

– Уж что знаешь, то и говори. Окна в вагончике нет, значит, самого монстра ты не видел, верно?

Руслан отрицательно мотнул головой и сделал большой глоток чая.

– Сидел я, как обычно, смотрел обучающее видео про бородатых агам… Что? Есть такая ящерица, – он выпучил глаза, поймав взгляд Василисы.

– Ничего, продолжай, – подбодрила она.

– Я уже засыпать начал, устал…

– Погоди, ты же сказал, что видео смотрел, – прищурилась Василиса, по привычке цепляясь за нестыковки.

– Ну, не досмотрел, оно жуть какое скучное. Уж простите. В общем, сидел я, задрёмывал, никого не трогал, вокруг тишина. А тут… Удар.

– Какой удар? – тут же потребовала конкретики Василиса.

– Ну… вроде бы сбоку, по корпусу, – Руслан поставил кружку на стол. – Не такой, как если бы вагончик был кораблём, налетевшим на риф. Скорее, как если бы мы с Ефимом сидели внутри гигантского арбуза, и нас стали бы похлопывать снаружи, проверяя перед покупкой, спелый ли. Но только очень, очень сильно похлопывать. Всё внутри ходуном ходило.

– Кто такой Ефим? – не поняла Василиса.

– Потом, – остановил её я, не давая сбить рассказчика с мысли. – Это тогда вагончик сдвинуло?

– Нет. Удар был за ударом, каждый сильнее предыдущего, и вот на третьем или четвёртом таком шлепке всё поехало, нас чуть не перевернуло, а потом всё затихло. А затем… – Руслан сглотнул. – Мне показалось, что снаружи кто-то ходит. И принюхивается. Был даже момент, будто этот кто-то находился сразу со всех сторон… а может, он был там не один. В общем, непонятно кто, но он припадал к щелям дверного проёма, втягивал носом воздух, как здоровенный кабан. А потом это нечто снаружи взвыло.

Руслан замолчал, взглядом уставившись в одну точку на столе.

– У меня просто кровь в жилах застыла. Это ещё хорошо, что тварь не по пению мастак, вой длился всего пару секунд. Мне кажется, если бы оно выло вот так хотя бы минуту, я бы просто кончился прямо там, на полу вагончика. Так бы и помер от сердечного приступа.

– Не бойся, всё кончилось, – я подался вперёд и опустил руку ему на плечо, выдергивая из воспоминаний. – Ты в безопасности.

– В общем, после этого он стал играть в игру «я твой дом труба шатал», – Руслан нервно усмехнулся. – Начал раскачивать вагончик, пытаться перевернуть, скрёб по стенам. Звук был такой, что зубы сводило от жути. Мне тогда пришли в голову две мысли.

Он взял со стола свою кружку, допил чай, но пустую чашку из рук так и не выпустил.

– Первая, это о хрупкости бытия. Ну, не всего бытия в целом, а конкретно моего вагончика. Он мне в тот момент казался спичечным коробком в шторм.

– А вторая? – спросил я.

– Что я должен быть как Пятачок.

– В смысле? – не понял я. – Быть свиньёй и дружить с медведем?

– Нет, – Руслан выдохнул, посмотрев на меня серьёзным взглядом. – Мне нужно, чтобы у меня дома было ружьё. Ну, не совсем дома, а там, в вагончике. На ту сторону же законы, которые запрещают оружие, не распространяются, верно?

Он посмотрел на Василису. Она неохотно кивнула.

– Наши законы там не действуют, это верно. Но пули против тварей Нави не особенно эффективны, – ответила она.

– Всё лучше, чем вообще без ничего. У меня из оружия только топор был, – тяжело вздохнул Руслан. – В общем, продолжался весь этот ад объективно недолго. Наверное, с минут пять, не больше. И знаете, после того пронзительного воя скрежет когтей по металлу меня уже не так пугал. А потом внезапно всё стихло. Он просто отстал и ушёл. Ну, то есть я лишь предполагал, что ушёл. Я просидел на полу в обнимку с топором где-то ещё с получаса. Просто вслушивался в тишину, с меня сто потов сошло со страху.

Пока он сбивчиво договаривал, я достал телефон и молча повернул экран к Василисе, показывая свежие фото тех самых царапин на обшивке.

– Потом, набравшись смелости, слегка приоткрыл дверь, я был готов захлопнуть её в любую секунду и сидеть внутри хоть до завтрашнего дня. Но понял, что никого нет. Быстро запер инкубатор, прямо от двери активировал ключ и бегом в Куб. Сиганул в машину, там ещё какое-то время приходил в себя, а после поехал к тебе.

Василиса внимательно всмотрелась в рваные борозды на экране моего телефона, нахмурилась и коротким жестом попросила перекинуть снимки ей в мессенджер.

Я скинул ей фото и убрал телефон в карман.

– А чего в вагончике сразу не прибрал? – спросил я.

– Знаешь, настроения как-то не было, – огрызнулся Руслан, всё ещё сжимая пустую кружку.

– Ладно, это не столь важно, – вступилась за него Василиса. Она задумчиво посмотрела на Руслана, на его кружку. – Доехал быстро?

– Долетел минут за десять, а что?

– Во сколько он ломился в двери к тебе? – Василиса перевела взгляд на меня.

– Ну, без пятнадцати час, примерно. Я на часы не смотрел, но по ощущениям так, – я пожал плечами.

– В критических ситуациях никто не смотрит на часы, – задумчиво констатировала она.

– Значит, так. Пять минут буйства, полчаса тишины, десять минут дороги. И у тебя он был без пятнадцати час… Выходит, монстр перешёл мост ровно в полночь. Что мы ещё знаем?

– Силы достаточно, чтобы раскачать трёхтонный вагончик, но не хватает, чтобы его опрокинуть, – подхватил её рассуждения я. – Судя по высоте царапин на фото, ростом он примерно с человека. И вероятнее всего прямоходящий.

– Почему ты так решил? – спросила Василиса.

– Это только предположение. Но Руслан упоминал шлепки. Это звук, который создают конечностями с плоской поверхностью. Ладонями. Если бы это была четырёхногая тварь, вроде медведя или волка, она бы скорее скреблась внизу и борозды бы оставила вертикальные, а стену вагончика пыталась пихать плечом, на пробу.

– Ясно, – кивнула Василиса. – Пока это только гипотеза, но звучит правдоподобно. Может, это Пёс Нави, вроде того, что охотился за Полуденицей?

– Если это так, мы его скоро увидим, – хмуро ответил я. – Его самого, и чужого потерянного человека в придачу.

Василиса решительно поднялась с места:

– Предлагаю проверить посёлок прямо сейчас. Я так спешила, что приехала на служебной машине. Поехали.

– Втроём? – глаза Руслана вдруг радостно загорелись. – А мне в этот раз пистолет дадут?

– Нет, – синхронно, не договариваясь, ответили мы с Василисой.

…

Насчёт пистолета, дать Руслану огнестрельное оружие было бы перегибом.

Табельное имелось только у Василисы, у меня был лишь мой кнут. Никаких пистолетов.

Мы действительно вышли, сели в служебную машину и проехались по посёлку. Время от времени Василиса глушила мотор, мы выходили в ночную сырость и прислушивались.

Тишина.

Не считая нашего беспокойного патруля, Колдухин крепко спал и видел сны, укутанный темнотой и пребывая в состоянии покоя. Единственной странностью показался лишь маяк бабки Агафьи. Мне почудилось, что он едва заметно светится, нечто вроде огней святого Эльма, когда статическое электричество мерцает на кончиках корабельных мачт. Только в данном случае свечение было не в самой верхней точке строения. Я всегда удивлялся, зачем какой-то чудик построил маяк посреди полей?

В любом случае, ни я, ни Василиса не обнаружили в этом свечении магической природы, равно как и всплесков энергетического фона.

И это идеальное спокойствие посёлка по меньшей мере раздражало.

Когда мы завершили свой обход, я достал телефон и набрал Дениса Зимоградова.

– Да, – ответил он. Как ни странно, трубку он взял быстро, и голос его совершенно не звучал сонным.

– Хотел спросить, спишь ли ты, но, судя по тону, нет, – сказал я вместо приветствия.

– И тебе привет. Я тут кое-что читаю… одну странную и довольно жутковатую древнюю книгу, – спокойно произнёс он. – Но рискну предположить, что ты, Вадим Иванович, позвонил мне после нескольких месяцев молчания не для того, чтобы узнать о моём досуге? В половине четвёртого утра.

Голос его был абсолютно, прямо-таки раздражающе спокоен.

– Просто стараюсь не дёргать по пустякам, Денис Иванович, но у нас тут лёгкое происшествие.

– Да? Ну, рассказывай.

– Прямо сейчас, этой ночью, по мосту… Ну, ты же помнишь, есть у нас тут один мост такой, особенный… На который твоя служба упорно не хочет ставить охрану…

– Упрёк не принимается, – голос Дениса остался ровным. – Мы уже об этом с тобой говорили, начальству я докладывал, наша позиция не поменялась. Наша служба не занимается охраной, скажем так… всяких мостов и тоннелей.

– Да? Но если кто-то прорвётся оттуда, куда этот мост ведёт, тебе же надо сообщить, верно? – я постарался вложить в свой тон максимум сарказма.

– Конечно, спору нет. Тамошние обитатели нам тут и даром не нужны.

– Ну, раз так, то докладываю голосом, что оттуда кто-то прошёл.

– И кто? – голос Зимоградова стал немного серьёзней.

– Кто-то. Точно не знаем, документов он не показал, морду мы не видели, чтобы опознать. Но это был кто-то сильный и большой, имущество нам тут повредил, одного товарища напугал и, похоже, как-то просочился в Явь. Вероятно, за счёт того, что ночью в полнолуние, а сегодня полнолуние, граница миров истончается.

В динамике телефона послышалось озадаченное кряхтение:

– Ну, что сказать… сигнал принял. Как говорил Семен Семёныч Горбунков: будем искать…