Текст книги "Погружение (ЛП)"

Автор книги: Клэр Уайлдер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

ГЛАВА 23

Обратныйотсчет

МИТЧЕЛЛ

T

в то утро, когда я впервые за неделю собирался встретиться с Вайноной, я закончил свою книгу.

Я действительно, блядь, закончил эту штуку.

Вайнона была первым человеком, которому я хотел рассказать. Она бы рассказала, но я пообещал себе, что оставлю ее в покое до вечера.

Вместо этого я встал и потянулся за маленьким листком бумаги, прикрепленным над моим столом.

В день моего отъезда в колледж мама вручила мне чек на восемь тысяч долларов. “Этого и близко недостаточно”, – сказала она мне. – Но я копил деньги с тех пор, как ты была маленькой.

Отец фыркнул: “Это никак не повлияет на город”.

Конечно, он вообще не внес никакого вклада. Мама работала неполный рабочий день в магазине тканей, чтобы получать дополнительные карманные деньги, сколько мы себя помнили, хотя папа хорошо зарабатывал, потому что был очень скуп на все, кроме самого необходимого. Я оплачиваю все чертовы счета. Он обеспечил нас жильем и едой. Но массовка была для него, и только для него.

Я полностью оплатил поездку в школу. Мне не нужны были деньги, и мама это знала. Но я взял чек. Потому что мама ждала этого момента 17 лет. Она нарисовала сердечки на памятке и написала Для самых смелых мечтаний моего сына Митчелла. Она сделала то же самое для Блейка и Конрада.

“Я использую их, чтобы прокормиться, когда напишу свою первую книгу”, – сказал я ей, прекрасно понимая, что разговор о написании книги заставит моего отца сказать что-нибудь дерьмовое.

Как по команде, папа сказал: “С таким же успехом можно было бы спустить это в банку прямо сейчас”.

“Это случится”, – пообещал я маме.

Она улыбнулась, ее глаза были стеклянными от слез. “Я верю тебе”, – прошептала она, обнимая меня.

На протяжении многих лет папа расспрашивал меня об этой книге, но не из интереса, а чтобы посмеяться над ней. Как будто сон, который я видел с тех пор, как в детстве прятался под одеялом с книжками, был какой-то большой, веселой шуткой.

Сложенный чек лежал в моем бумажнике, пока я не приехала в Айвс-Вэлли. Срок его действия давно истек, и я перевела деньги на текущий счет на мамино имя. Но этот листок бумаги значил все.

Я держала его сейчас, водя пальцем по маминому почерку.

Я скажу ей, когда вернусь. Сейчас, конечно, это ничего не будет значить для нее. Но, возможно, какая-то часть ее сознания услышит, что я выполнил свое обещание. Может быть, какая-то частичка ее все еще гордилась бы мной. Я бы сказал ей, что причина, по которой я наконец закончил, была в Вайноне. Женщине, запах которой я вдыхал каждую ночь, засыпая. Женщина, которой я хотел рассказать свои самые уязвимые секреты – и убаюкать ее в своих руках – и женщина, которой я хотел ...

Я обрываю себя, прежде чем погрузиться в мысли, не подходящие для мамы, и кладу чек на страницы рукописи.

Я должен был чувствовать себя опустошенным, но вместо этого я был наполнен энергией, какой не помнил с тех ночей в колледже, когда я целыми днями не спал, создавая зачатки LoupTeq. Тогда я чувствовал себя сверхчеловеком, точно так же, как и сейчас.

И сегодня вечером я встречался с Вайноной. Вполне возможно, это был лучший день в моей гребаной жизни.

“ Ты собираешься рассказать мне о ней? – Спросила Сэл по телефону, когда я некоторое время спустя направлялся в дом. Пришло время принять душ, побриться и одеться, так что я выглядел чертовски хорошо. Ради Вайноны я хотел всегда быть на высоте.

“ Ты знаешь, кто она. Я направился к своему шкафу, размышляя о том, какой костюм надену. Действительно ли я хотел бы надеть костюм для того, что я запланировал? Может быть, позже. Определенно.

“ Я знаю, что это водопроводчик, ” сказал Сэл. “ Я знаю ее имя, адрес и номер телефона. Но вы не сообщили мне никаких личных данных.

Сэл была похожа на суперкомпьютер в человеческом обличье. Мы познакомились в колледже, когда она подошла ко мне в компьютерном классе и сказала дословно: “Меня зовут Салима Чжан. Ты бываешь в разных местах, но тебе нужна моя помощь ”. Она была права, и я ни о чем не жалел.

“ Почему ты хочешь это знать? – Спросила я, поднимаясь по лестнице. Сэла никогда не интересовали отношения, которые у меня были раньше. Не то чтобы это были настоящие отношения.

У меня защемило в груди при этих словах. Это то, чего я здесь хотела? Я отбросила эту мысль.

– Я никогда не слышал, чтобы ты о ком-нибудь говорил так, как о Вайноне.

– Я не говорю о ней.

“Да, это так. Ты упоминаешь ее в каждом разговоре”. В голосе Сэл не было раздражения, как обычно, когда я отвлекался. Ее голос звучал... Мягкий.

Я нахмурилась, входя в свой шкаф. – Я думала, ты ненавидишь романтику?”

“Я не ненавижу романтические отношения. Я просто в них не участвую”.

В тот день в компьютерном классе она сказала: “Я ароматная и асексуальная, просто чтобы ты знал”. Я мог сказать, что это была реплика не для того, чтобы оттолкнуть меня. Это были просто факты. Она была единственным человеком, которого я знал, кто действительно был полностью счастлив, когда рядом с ней никого не было.

Однако сейчас слышать нежность в ее голосе было в новинку.

– Я рад за тебя, Митчелл.

Я поверил ей. Я протянул черный галстук, затем бросил его на островок в шкафу. – Спасибо, Сэл.

“Хотя это временно, поскольку вы собираетесь вернуться через две недели, чтобы объявить о приобретении”.

У меня скрутило живот. “ Я не нуждаюсь в напоминаниях. Я не смогла скрыть раздражение в своем голосе. Мне не нравилось думать о том, что будет через две недели. Но Сэл сказал мне в начале разговора, что Zynstar ясно дала понять, что больше задержек быть не может. Исследования в их крупнейшем подразделении были приостановлены из-за того, что я во второй раз отодвинул сроки. Я не мог рисковать, чтобы это повторилось. К тому же, этим утром позвонил Конрад и сказал, что мама проявляет признаки волнения. Он заверил меня, что это не срочно, но я знала, что все может измениться в любой момент. Я бы не стал откладывать возвращение снова.

Сэл перечислила пункты, которые будут в моем расписании, как только я сойду с самолета в Сиэтле. У меня едва хватило бы времени на сон. Я хотела отменить звонок. Я хотел сосредоточиться только на Вайноне, особенно теперь, когда крайний срок отъезда стал неумолимым. “ Есть что-нибудь еще? – Спросила я, присаживаясь на корточки к туфлям.

– Есть.

Я достала пару кроссовок. В виске пульсировало. – Это может подождать? – спросила я.

“ Митчелл, этого ждали достаточно долго. Это касается твоего отца.”

Черт. Я замер, упершись рукой в пол. – Что это? – спросил я.

– У него был сердечный приступ.

–Когда? -спросиля.

– Две недели назад.

– Две недели? Почему ты не...

“ Я пытался тебе сказать. Ты спросил, умер ли кто-нибудь, и он жив.

Предоставь Сэлу выражаться максимально буквально.

Она посвятила меня в детали. Это был небольшой сердечный приступ, и он был дома после ночи, проведенной в больнице. Я поблагодарила ее, как робот. Тогда я попросил ее соединить меня с моими братьями.

“ Кто-нибудь из вас собирался мне рассказать? – Рявкнула я. Это был видеозвонок, Блейк вверху экрана моего телефона, Конрад внизу. Сэл ушла, чтобы заняться приготовлениями к сегодняшнему ужину.

Конрад закатил глаза. Блейк ущипнул себя за переносицу.

“ Ты проверил свои сообщения, Митчелл? Голос Блейка звучал измученно. “Если бы ты сделал это или ответил на гребаный звонок, ты мог бы знать”.

– Теперь с ним все в порядке, – сказал Конрад, более привыкший к моему бреду.

Я не знал, почему меня это волновало. На самом деле не волновало. Я ненавидел своего отца. Мы все ненавидели. Но он все еще оставался нашим отцом.

“ За ним наблюдают, – сказал Конрад. – Я поручил медсестре осмотреть его.

У меня был создан фонд для медицинских принадлежностей для всех членов моей семьи. Я никогда прямо не говорил, что его нельзя использовать для лечения нашего отца. Но теперь я был рад, что инициативу проявил Конрад.

“Спасибо, что посмотрели”, – сказала я напряженным голосом. “Я вернусь через две недели. Тогда я проведаю его.

“ На этот раз ты уверена, Митчи? Спросил Конрад.

– Да, – отрезал я.

Блейк нахмурился. – Ты действительно собираешься встретиться с ним?”

Блейк не разговаривал с нашим отцом. Раньше я разговаривала, когда приходилось, когда мама еще была дома. У Конрада были самые тесные связи, и я знал, что он чувствовал себя обязанным по мере того, как старик старел. Но эмоционально он держался от него на расстоянии и никогда не ожидал, что мы сделаем шаг вперед.

Я потерла виски. – Я еще не решила.

Я спросила Конрада, изменилось ли что-нибудь в отношениях с мамой с утра. Это было невротически, но мне нужно было на время перестать думать об отце. Пока с ним все будет в порядке.

“Никаких изменений за шесть часов, прошедших с тех пор, как я говорил с тобой”, – сказал Конрад, в его голосе слышался лишь легкий сарказм. “С ней все будет в порядке в течение двух недель, Митчи. Если что-нибудь изменится, я дам тебе знать ”. На экране Конрада раздался хлопок, и я ухмыльнулся, когда его сын Арти протиснулся рядом с ним.

– Дядя Митч! – воскликнул он.

– Дружище, – сказал я, вставая.

“ Эй! ” воскликнул Блейк. – А как же дядя Блейк? – спросил я.

“Я только вчера с тобой разговаривал”, – сказал Арти, закатывая глаза. Ему было десять, и мы все до чертиков его любили.

Последовавшие за этим смех и тычки были именно тем, что нам было нужно.

Арти напомнил отцу, что обещал сводить его поплавать, и побежал за своими вещами.

Когда мы с братьями прощались, я сказал им, что отвечу, если кто-нибудь из них напишет в 911. Я поколебался, затем добавил: “Теперь, когда я закончил книгу, у меня это получится лучше”.

Конрад наклонился к нему. – Заткнись.

“ Серьезно? – Спросил Блейк.

Я сказал им, что не собираюсь говорить об этом, но они все равно допросили меня. Они оба выглядели настолько гордыми, что готовы были лопнуть.

“ Это был твой талисман на удачу, не так ли? – Спросил Блейк.

Брови Конрада поползли вверх. – Какой у него талисман?

“ Не что. ” Блейк ухмыльнулся. – Кто.”

– Я вешаю трубку, – сказал я.

Блейк ухмыльнулся. – Ее зовут Вайнона, она...

Я повесил трубку. Пусть они говорят.

У меня было две недели до того, как реальность обрушится на меня. Две драгоценные недели, когда Вайнона была полностью моей. С этого момента и до тех пор я не хотел думать ни о чем другом.

ГЛАВА 24

В лес

ВАЙНОНА

J

как и обещал митчелл, в тот момент, когда часы пробили шесть, я получил сообщение на свой телефон с неизвестного номера.

Ваша машина прибыла.

Нервы сжались у меня в животе. Я понятия не имела, что происходит сегодня вечером. Сегодня я несколько раз отправляла Митчеллу смс с подробностями, но, помимо вопроса о размере моего платья в моем первом утреннем сообщении, он дал мне только один дополнительный ответ – эмодзи с дьявольской улыбкой.

Снаружи меня ждала черная машина, водитель в парадном костюме, шляпе и всем остальном держал для меня дверцу. Я чувствовала себя неряшливо в джинсах и кроссовках, но Митчелл настоял, чтобы я оделась поудобнее.

“Как дела?” – Спросила я водителя, когда он отъехал.

– Прекрасно, мисс.

На этом все. Никакого взаимного разговора. Я не стала спрашивать, куда мы направляемся. Как только он повернул на холм, я поняла, что это к Митчеллу. Я не был разочарован. Напротив, я почувствовал облегчение. Я не была уверена, что хочу идти в ресторан в городе, где людям было бы что сказать обо мне и каком-то таинственном незнакомце. Особенно когда упомянутого незнакомца вскоре после этого внезапно не оказалось в городе.

Кроме того, ранее на неделе Сара взбесилась, когда ее босс вскользь упомянул, что дом Митчелла спроектировал один из ее любимых архитекторов. Она расспросила меня обо всех особенностях, и мне было неловко сказать ей, что я мало что видел в этом месте, но я пообещал ей, что в следующий раз, когда буду там, настою, чтобы он провел мне экскурсию.

Но сегодня я знал, что командовать буду не я. И я был готов к этому. Более чем готов.

Однако, когда мы подошли к воротам, я был удивлен, увидев, что они остались открытыми. Мое удивление сменилось беспокойством, когда водитель сказал мне, что это все, что он собирался сделать.

– Дом в добром километре отсюда, – сказал я.

“ Извините, мисс. Он встал со своего места и обошел машину, чтобы открыть мне дверь. “ Мне было приказано высадить вас здесь. И чтобы подарить тебе это.

В руке он держал фонарик и конверт.

У меня внутри все перевернулось, когда я начала догадываться о том, что могло произойти. Я сглотнула, забирая предметы, затем посмотрела на темноту леса, в который исчезала подъездная дорожка.

“ Митчелл, ” прошептала я. – Ты этого не делал.

Шорох гравия позади заставил меня обернуться, мое сердце сильно забилось. Водитель тронулся с места. Я был на пустынной улице Митчелла, где не было видно других домов. И...я судорожно обернулся. Я оставила сумку я упаковала на заднем сидении. “Эй!” Я позвонил, машут.

Но машина не остановилась. Ее задние фары вспыхнули в сумерках и исчезли, когда она завернула за угол.

“ Черт. ” Я знал, что, вероятно, смогу легко вернуть свою сумку, хотя, возможно, не успею к вечеру. Я взяла с собой смену одежды, купальник и коробку презервативов. Я не знала, что мне понадобится, хотя наверняка у Митча было последнее. Мой бумажник тоже был там. Но мой телефон... Я похлопала себя по джинсам, вздохнув с облегчением, когда почувствовала его в заднем кармане. Я все еще могла бы позвонить кому-нибудь. Я могла бы вызвать такси. Шер может быть здесь через десять минут. Я проверила, нет ли в последнюю минуту какого-нибудь инструктивного сообщения от Митчелла. Но на моем экране не было ничего, кроме фотографии Райана и Кэлвина, которую они прислали мне со своего визита на День Благодарения на прошлой неделе.

Я сунул телефон обратно в карман. Я не мог смотреть на них. Не тогда, когда я думал о том, где они были.

Я не хотел уходить.

Потому что, несмотря на то, что мое сердце билось сильно, а дыхание было поверхностным, я не чувствовала себя в опасности. Я, конечно, почувствовала слабый укол элементарного страха, основанного на самосохранении. Мой желудок скрутило от этого. Но моя сердцевина также пульсировала, влага пропитала ластовицу моего нижнего белья, когда я шла вперед, переступая порог собственности Митчелла. Таков был план Митчелла.

Это происходило на самом деле.Он был именно тем, кого я хотела.

Я перевела дыхание. – Я справлюсь, – прошептала я, не сбавляя шага.

Я подпрыгнула от низкого грохочущего звука позади меня. Ворота закрылись. Я сглотнула, когда они соприкоснулись со стеной, замок со щелчком встал на место. Теперь пути назад нет.

Сгустилось ровно столько сумерек, что тропинка передо мной была видна без фонарика, хотя на небе сгущались темные тучи. Собирался дождь. Однако было недостаточно светло, чтобы прочесть записку, поэтому я включила свет, направив луч на квадратный листок бумаги в моей потной руке. Вайнона, было написано косыми чернилами. Я никогда не видел почерка Митчелла. Его почерк был сексуальным, с его низкими, томными мазками чернил.

Я перевернула конверт, просунув палец под задний клапан. На лицевой стороне открытки было черно-белое изображение: лесная сцена, вырезанная на дереве, с замком, спрятавшимся среди деревьев на вершине холма, на заднем плане вырезана полная луна.

Проклятый замок.

По моей шее пробежало покалывание. Я отчетливо ощущал, как темнота сгущается вокруг меня.

Я открыла карточку. Там было написано только одно слово.

Беги.

Фонарик выскользнул у меня из руки, мягко упав на гравий. Мгновение спустя позади меня в лесу раздался хруст ветки.

Я всхлипнула от настоящего страха.

Затем я сделал так, как было написано на карточке.

Я побежал. Я качал ногами, адреналин бил через край. Сначала я придерживался подъездной дорожки, взбегая по изогнутой тропинке, петляющей между деревьями. Мне показалось, я услышал что-то в лесу слева от меня, но я так тяжело дышал, кровь шумела у меня в ушах, что я не был уверен.

И я забыла фонарик.

Справа от меня раздался еще один грохот. Я вскрикнула, чуть не споткнувшись. Внезапно я перестала быть уверенной, что хочу это делать. Я была не готова к ужасу, пробежавшему по моим венам от окружавшей меня темноты, и абсолютной уверенности, что за мной сейчас погоня.

Но я была в безопасности. Я напомнила себе, что знаю своего преследователя. Это было не так, как в прошлый раз, когда мне физически не нужно было бежать, но мне все равно нужно было оглядываться через плечо на каждом шагу. Это было по-другому. Это было спланировано, и даже вышедшее из-под контроля, я все равно отвечал за то, что в конечном итоге произошло.

И внезапно этот страх стал ближе к восхитительной боли, а не к Тому, что я сейчас умру. Это стало моим правом требовать, вместо того чтобы оно требовало меня.

Я поднялась на вершину холма и пронзительно закричала, когда из-за деревьев впереди меня вырвалась тень. Но я улыбалась.

Вроде того.

Фигура стояла посреди тропинки футах в пятидесяти впереди, всего лишь силуэт в почти полной темноте. Он был большим. Я почти забыла, насколько большим. Его массивные плечи вздымались, мускулистые руки были напряжены по бокам, ноги широко расставлены.

Он был так быстр, что обошел меня кругом, отрезая путь.

Мое сердце так сильно ударилось о ребра, что я подумала, оно вот-вот разорвется надвое.

Я сделал шаг назад. Фигура не двигалась.

Ужас на мгновение снова стал реальным, только я мог распознать в нем низменный животный инстинкт, бурлящий во мне.

Я снова побежал, на этот раз срезая вправо, в лес. Подальше от существа на дороге.

Паническое чувство было почти невыносимым, как тиканье американских горок на первом холме, когда слезать уже слишком поздно.

Мои шаги были громкими, с треском ломались ветки и кустарник. Но его крики были громче, и куда бы я ни бежала, они, казалось, приближались.

– Я вижу тебя, маленький кролик, – раздался голос Митчелла слишком близко.

Я закричала, но было слишком поздно. Он был позади меня, его железная рука обхватила меня за талию, отрывая от земли. Я ударила ногой, инстинкт взял верх, и мы вместе рухнули на землю.

“ Нет! – закричал я.

“Скажи слово, если понадобится, Вайнона”, – низкий рокочущий голос Митчелла прозвучал у меня в ухе. “Ты помнишь это?”

– Я помню, – проворчала я, отталкивая обнимавшую меня руку, адреналин бурлил во мне.

– Расскажи мне.

“ Бабочка. Но я этого не говорю.

На мгновение мне показалось, что он может не довести дело до конца. Что для него это тоже было слишком.

Но он издал рычание, и затем мы двинулись, катаясь по земле, я подталкивал ногой, чтобы убедиться, что мы еще не остановились. Если бы мы приземлились с ним сверху, мне пришел бы конец. Но мы этого не сделали. Мы остановились, когда я оказалась на нем, и я оттолкнулась, вывернувшись из его хватки. “Пошел ты, Волк!” Я закричала, была близка к тому, чтобы ударить его коленом в промежность, прежде чем вспомнила, что на самом деле не хотела причинять ему боль. Особенно там. Я с трудом поднялся на ноги.

Его рука взметнулась и обхватила мою лодыжку.

Я вскрикнула и упала, но инерция вырвала меня из его хватки. Я воспользовался этим преимуществом, вскочив на ноги и бросившись бежать.

“ Беги, зайчонок! – Крикнул Митчелл. Мой желудок воспарил от адреналина, ноги двигались быстрее, чем когда-либо прежде.

Земля выровнялась, и я смог набрать еще большую скорость. На самом деле я думал, что у меня получилось – я перехитрил его. Возможно, он был быстрым и сильным, но из—за его массы, должно быть, было труднее слезть с гр-

Меня ударили в бок как раз в тот момент, когда я вышла из леса на роскошную территорию его поместья. Но я не упала, хотя, думаю, он упал позади меня.

У меня не было времени подумать. Позади меня послышались шаги, тяжелые и решительные. Когда я приблизился к середине лужайки, вспыхнули сигнальные огни, яркие, как футбольное поле. Сработает ли сигнализация следующей?

Я побежал быстрее. Может быть, если бы я добрался до дома, я бы выиграл этот раунд.

Но я недооценила Митчелла Харрингтона. С самого начала я предполагала, что он тот, кем не был. Избалованный. Имеющий право. Злой. Грубо.

Тяжелый. Неуклюжий. Чрезмерно громоздкий.

И я сделал это снова. Как только я со всех ног добралась до огромного фонтана посреди лужайки, я обнаружила, что меня оторвало от земли, и эти руки снова обвились вокруг моей талии. Мы были полностью в воздухе. Время замедлилось до ползания.

Приземление обещало быть болезненным.

Но Митчелл развернулся в последний момент. Мы упали на землю спиной вперед, я на нем сверху.

Раздался громкий омф , когда он шлепнулся о траву, приняв на себя всю тяжесть падения.

“ Митчелл, ты в порядке? Я попыталась обернуться и посмотреть. Но запыхался я или нет, он держал крепко, не давая мне пошевелиться. Прежде чем я поняла, что происходит, он снова развернул нас, каким-то образом маневрируя мной, так что мы оказались лицом друг к другу. На этот раз, когда мы остановились, он был сверху. Я застряла под ним, глядя вверх, глубоко дыша, натирая штаны.

Меня поймали.

Митчелл уперся руками по обе стороны от меня, легко удерживая меня на месте всей своей огромной верхней частью тела. Я брыкалась и извивалась, но не двигалась. Это не было даже проблеском возможности. Мое сердце было живым объектом, бьющимся внутри меня. Я был полностью и по-настоящему застрявшим.

– Попался, маленький кролик, – прорычал Митчелл, все еще тяжело дыша.

В ярком свете я могла видеть все. Сжатая челюсть Митчелла, пот на виске. Выражение его лица было почти болезненным.

“ Ты в порядке? – Спросила я.

“Лучше не бывает, Фейерверкер. Он наклонился, целуя меня почти грубо, мои губы прижались к его губам, его язык не уговаривал, а требовал, когда он скользнул между моих губ.

У меня потекло – буквально потекло между ног.

Митчелл прервал поцелуй. – Однако ты совершаешь ошибку, беспокоясь обо мне.

“Почему это?” Я пискнула. Моя киска пульсировала. Я обхватила его ногами, скользя ими вниз по его икрам и прижимаясь к нему всем телом, как распутная сексуальная маньячка. У меня даже не было сил смутиться.

Но Митчелл не собирался смягчаться. Он развернул нас так, что мы оказались в тени фонтана. Затем он схватил меня за бедра, перевернув одним плавным движением.

Он был таким сильным. Так полностью контролировал себя. Жар обжег каждое нервное окончание изнутри.

“ Это твой последний шанс сказать мне, что ты хочешь этого другим способом. ” Голос Митчелла был угрожающим. Его твердость прижалась к моей заднице. Меня охватил страх. Но это было именно то, чего я хотела.

Я никогда еще не был так возбужден.

– Звучит так, будто ты волнуешься, – процедила я сквозь зубы.

Митчелл зарычал, дыша мне в ухо. “Такой чертовски нахальный”.

Он внезапно встал, стянул с меня джинсы и нижнее белье, затем приподнял мои бедра, так что я оказалась обнаженной под прохладным ночным воздухом.

Я попыталась высвободиться. Я не собиралась облегчать ему задачу.

Но мои движения только подчеркивали, насколько я беззащитен.

“Ты такая мокрая для меня, маленькая крольчиха”, – сказал Митчелл. Его голос был напряженным. “Тебе нравилось, когда за тобой гонялись, не так ли? Зная, что произойдет, когда тебя поймают?

Я попыталась заговорить, вырываясь из его хватки, но рука на моей спине скользнула вверх по обнаженной коже. Он делал то, что Вин любил в книге. Мне нравилось то, что нравилось Вин в книге, и я никогда не представляла, что это может произойти в реальной жизни.

“Я думаю, ты хотела, чтобы тебя поймали”, – сказал он. “Зная, что тебя накажут”.

“ Что ты собираешься делать? Я захныкала.

– Я собираюсь дать тебе то, чего заслуживает такая маленькая шлюшка, как ты.

Я застонала так отчаянно и громко, что мне следовало бы смутиться. Но я была слишком поглощена желанием. Я тосковала по нему.

“ Я собираюсь наполнить эту хорошенькую киску. ” Позади меня послышалось слабое шуршание. “Трахни тебя так сильно, что ты не можешь говорить”.

Я приготовился к тому, что, как я знал, должно было произойти. Мгновение спустя я почувствовал прикосновение. Но, к моему удивлению, следующим был не толчок. Это был язык Митчелла, горячий и влажный, скользивший по моей влажной щели.

Я вскрикнула, выгибаясь под ним.

“Вкуснее, чем я себе представляла”. Теперь это был Митчелл, его голос был почти благоговейный, его горячее дыхание касалось моей прохладной кожи и влажного, обнаженного отверстия. Его язык нырнул в меня, проникая прямо ко входу. Он двигал им внутрь и наружу, трахая меня своим языком. Мое тело сжалось вокруг него, моя верхняя половина все еще была прижата к нему. Я вскрикнула от этого ощущения и шокирующей интимности этого акта.

Это было так, так хорошо. Я оттолкнулась, отчаянно желая, чтобы он продолжил, нуждаясь в большем, большем, большем.

Но он вышел из меня, и я вскрикнула от потери. Только для того, чтобы почувствовать, как его губы и зубы нежно захватывают мой клитор, а язык касается моего самого чувствительного места. Я закричала. Удовольствие было таким сильным, что почти причиняло боль. “Митчелл, черт”.

Он щелкнул языком, заставляя волну чистого электрического давления устремиться ко мне. Я никогда не кончала быстро. Никогда. Даже с собой. Но Митчелл был готов в считанные секунды столкнуть меня с обрыва.

Но он резко остановился, легонько шлепнув меня по киске. “ Пока нет. Он выпрямился, упираясь членом в мою щель. Я чувствовала горячее давление его головки, дразнящей меня, кончик почти окутал мой жар.

Меня чуть не стошнило от интенсивности ощущений.

“ Последний шанс, Вайнона. ” Руки Митчелла обхватили мои бедра. Он все еще хотел убедиться, что именно так я хотела провести наш первый раз вместе.

Я никогда бы не подумал, что все может быть так.

Я хотел этого до конца. Полная остановка. – Черт возьми, сделай это, – проворчал я, мой голос был первобытным. “ Или ты струсил? Ты...

Он оборвал меня одним оглушительным, карающим ударом.

Его толщина была неожиданной. Я почти болезненно растянулась вокруг него, когда он на полном ходу вошел в меня. Такое изысканное наслаждение пронзило меня, звук застрял у меня в горле, когда я попыталась сквозь него вдохнуть. Рука Митчелла скользнула по моему затылку, схватив за волосы и оттянув мое лицо назад. “ Верно, – прорычал он, удерживая меня на месте другой рукой. Он отстранился и врезался в меня еще раз. “Возьми этот член, как хорошая маленькая шлюшка, которой ты и являешься”.

Это были слова Вики. Я заставлял себя вспоминать их бесчисленное количество раз раньше, всегда удивляясь впоследствии, почему деградация сделала это со мной. Но когда Митчелл врезался в меня, с его губ слетели восхитительные грязные слова, я наконец поняла. Это было распутывание швов, которыми я привыкла так крепко держать себя в руках. Я окончательно ослабил свою железную хватку.

И Митчелл знал. Он зарегистрировался, получил мое согласие, но так и не отступил. Он сделал именно то, что мне было нужно, и почувствовал, что я отвечаю ему тем же.

“Скажи это снова”, – сказала я, мое горло сжалось от того, что я запрокинула голову назад, от безжалостных толчков члена Митчелла внутри меня. Он казался огромным, как монстр на гоне. Я чувствовала, что каким-то образом умираю; какая-то часть меня отпадает, становясь более грубой и уязвимой, чем я когда-либо была. Я потеряла эту слабую, немощную часть себя, когда закричала. “Снова!”

“Киска моей маленькой шлюшки так чертовски жадна до этого члена”, – выдавил Митчелл. Сдерживал ли он себя? “Я думаю, ты хочешь быть моей игрушкой, не так ли, маленький кролик? Моя, чтобы трахаться, когда мне нужно кончить? Как я захочу?”

“Да”, – воскликнула я. Я собиралась кончить.

Я думаю, он знал, потому что притянул меня к себе, присаживаясь на корточки и увлекая за собой. Его рука держала меня за горло, приподнимая мое лицо. Он раскачивался, пока говорил, движения его члена внутри меня были вялыми. “На этот раз я беру то, что мне нужно, Вайнона”, – выдохнул Митчелл мне в ухо. “Я собираюсь кончить в тебя, и ты примешь это. Но сегодня это в последний раз. Ладно?”

– Ты больше не будешь меня трахать?

“ О, я трахну тебя, – сказал он. “ Но только после того, как заставлю тебя кончить столько раз, что ты не сможешь говорить. Между нами все ясно?”

–Да.

– Скажи мне, что ты не кончишь прямо сейчас.

– Я постараюсь.

“Недостаточно хорош”.

– Пожалуйста, – взмолился я.

Он снова опустил меня на четвереньки, входя в меня еще раз.

У меня закружилась голова, как будто он не мог победить в этом поединке. Я наклонилась, чтобы потрогать себя, но Митчелл схватил меня за руку, мягко прижимая ее к моим бедрам.

По моей заднице разлилось жжение, когда он коснулся меня другой рукой. – Попробуй еще раз, и получишь еще.

Ладно, я не выигрывал. Но я думаю, что так было лучше. “Позволь мне кончить”, – сказал я дерзко и отчаянно.

Митчелл снова шлепнул меня по заднице, на этот раз сильнее. Я сжалась вокруг него, и на этот раз он вскрикнул.

– Черт, – простонал Митчелл, и в его голосе прозвучала почти боль.

Он схватил меня за бедра, крепко прижимая к себе. Так крепко, как будто что-то физическое мешало нам расстаться.

– Я кончаю, Вайнона. – Митчелл сильно напрягся напротив меня, из него вырвался животный стон.

Мне понравилось, как он производил шум. Как он должен был мне рассказать. Я проглотил это, как конфету, упавшую мне на язык.

Его член набухал внутри меня, когда из него вытекал презерватив. Как сильно я хотела, чтобы там не было этой латексной оболочки. Я хотела, чтобы он заполнил меня. Я хотела излиться его спермой, почувствовать, как его семя скользит вокруг моего отверстия, зная, что он пометил свое место.

Митчелл снова сел, притягивая меня к себе. Он погладил меня по волосам, уткнувшись лицом в мою шею. Его дыхание было тяжелым. Но в каждом выдохе я мог слышать слоги. Я мог чувствовать их пульсацией наших сдвоенных сердцебиений.

Он шептал мое имя. “Ты в порядке, Вайнона?” спросил он. “Это было слишком?”

“Ты дал мне именно то, что я хотел, Митчелл”, – сказал я. И он дал. Дав мне иллюзию, что я вышла из-под контроля, он на самом деле дал мне все это.

Я растаяла в нем, чувствуя себя так хорошо. О нем так заботились. Я нашла мягкую небесную подушку в его твердых, сильных руках.

Митчелл, как оказалось, оказался всем, в чем я никогда не подозревал, что нуждаюсь.

И эта мысль была первым, что по-настоящему напугало меня сегодня вечером.