Текст книги "Жених по обмену 3 (СИ)"

Автор книги: Кицунэ Миято

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Глава 13
Зацепка

Утро оказалось напряжённым. Потому что о Лауре Янквиц, нападении на них в телецентре и том, что Лаура – это её одноклассница Эмилия Курочкина, как это выяснилось, и что этому поспособствовало пять лет назад, София решила рассказать во время семейного воскресного завтрака. С другой стороны, в иное время Артурчика было и не поймать.

– Артур?.. – тёща перевела взгляд на тестя. И ничего хорошего этот взгляд не предвещал.

– Так Лаура – это та твоя одноклассница? – вклинился Тимур. – Как вообще вышло… так?

Ник бы остался на семейные разборки, но Максим Марков назначил встречу на десять, так что он пожал руку Софии под столом, и жена кивнула, показывая, что помнит о том, что ему надо уйти. Ушёл Ник как ниндзя, то есть вообще незамеченным – Масакадовы были заняты выяснением отношений. А ему самому придётся вскорости выяснять отношения с папаней, и ещё неизвестно, что тот решит и какими эти отношения будут. Ник сомневался, что Максим, наконец оторвавшись от сиськи, снова хочет слиться в экстазе со своей мамочкой. Но вот насчёт Игната, возможно, стоит спросить, тем более что у брата запланирована свадьба на лето.

Встретились они в той блинной, которая располагалась на Шестой линии, в квартале от особняка Марковых. Сюда они как-то заходили с Софией, а Максим, видимо, решил как-то поностальгировать, потому что первым, что сказал при встрече, это:

– За столько лет, тут почти ничего не изменилось. Даже пекут блины по тому же самому рецепту.

– Сбегал сюда в детстве? – предположил Ник. Потому что он, что Никитка так делали. И охрана к этому нормально относилась, давала спокойно почувствовать волюшку и отлавливала уже на выходе.

– Верно… Сбегал, – задумчиво посмотрел в окно Максим. Зимой за голыми деревьями можно было увидеть вдали особняк Марковых.

Ник молча подождал продолжения, но его не последовало. Максим, помолчал и начал есть свои блины.

– Закажу себе тоже, не позавтракал, – Ник отошёл к стойке заказа. Как минимум это хороший повод, чтобы собраться с мыслями и подумать над тактикой разговора с отцом, который отчего-то сегодня выглядел чуть другим. Менее официальным, наверное. И это сбивало с толку, так как Ник настроился бодаться с подполковником Марковым и напланировал какие-то возможные ходы, если его будут вербовать или расспрашивать про магию и все эти «люмосы» и «акцио», которые они с Софией наприменяли. Даже решил выдать как основную версию то предположение Софии про прошлую жизнь в теле Гарри Поттера. Если совсем припрёт.

– Вчера всё отлично получилось, – сказал Максим, когда Ник вернулся с нагруженным подносом. – За Маэстро мне даже обещали орден или медаль, – хмыкнул он. – Ты уверен в свидетелях?

– Не проболтаются, – мотнул головой Ник и прикусил язык, чтобы не проболтаться ни о чём самому.

– Тогда хорошо, – кивнул Максим. – Когда-нибудь я спрошу у тебя, что это было, а может, и не спрошу. Сегодня у нас другая задача.

– Какая? – осторожно спросил Ник, совершенно не веря в такое «счастье». Потому что, скорее всего, это было сказано, чтобы он расслабился.

Но Максим посмотрел на него с какой-то мрачной решимостью во взгляде.

– Появилась зацепка по убийству твоей матери.

– Что? – чуть не подавился куском блина Ник. В голове завертелись тысячи предположений. Неужели Янквицы и в этом как-то оказались замешаны⁈ Или Гитлер дала какие-то показания? Ведь вчера Максим понятия не имел, кто убил его бывшую жену. – Как? Откуда? Какая зацепка? – отложил вилку и нож Ник. Есть уже не хотелось, и он смотрел на Максима, боясь упустить хотя бы слово.

– Я просмотрел записи со скрытых камер машины Масакадовых, – многозначительно сказал Максим. – И кое-что там нашлось.

– Значит, нашли того, кто устроил аварию? Но это связано с мамой? Но как? – Ник усиленно думал. – Погоди, это как-то связано с дедом Фёдором? И с тем домом за сорок миллионов?

Максим чуть прищурился.

– Похоже, ты ездил к старику Урядову не просто так, верно?

– Да, – не стал отпираться Ник, хотя и о своих подозрениях насчёт Дэйна решил твёрдо умолчать. – Я хотел узнать хоть что-то. Я был ещё совсем мелким и плохо помню. Вот мы с женой, это, кстати, она посоветовала поспрашивать у деда Фёдора про мою маму, и поехали в гости. Хоть фотки посмотреть, а то у меня кроме одной… И не осталось ничего.

– Понятно. Вероятно, этот интерес и спровоцировал покушение на тебя. Мало ли что могло выплыть, если заново инициировать расследование. Плюс, полагаю, от тебя хотели избавиться как от наследника Фёдора Павловича. Ведь ты тоже Урядов. Официально взял фамилию семьи.

– Про наследство я как-то и не думал, – пожал плечами Ник. – Просто хотел… Дистанцироваться от бабули, так сказать.

– И она нормально это восприняла?

– Да вроде, – усмехнулся Ник. – Я умею быть… убедительным.

Максим хмыкнул.

– Так что там с мамой? – спросил Ник. – Кто в этом замешан? Нынешняя жена? Только она была как-то связана с домом, дед Фёдор говорил, что Елена занималась документами, как его секретарь. А бабуля Изольда сказала, что с домом вышла какая-то ерунда и мама его продала после развода и во время судов с тобой.

– Посмотри и скажи, что думаешь? – Максим повернул телефон и включил видео.

Там мелькнуло лицо рыжеватого мужчины лет сорока на вид, который слишком близко подошёл к машине и что-то там сделал. Сделал достаточно быстро.

– Впервые вижу этого человека, – сказал Ник, когда короткая запись завершилась. – Но мне показалось, что он как будто немного похож на Игната, типа цвет волос и нос, разрез глаз. Потом, когда он отошёл, вроде и не очень похож, но… Раз ты сказал про наследство… Предположу, что это какой-то родственник деда, который хочет претендовать на наследство, а я ему помешал? Думаешь, он и маму?..

– Это ещё предстоит выяснить, – кивнул Максим.

– Разве тебе позволят? Ты же заинтересованное лицо, – Ник в два укуса доел свои блины, ощущая нетерпение, причём даже не своё, а Максима.

– Наблюдать мне запретить не смогут, тем более дела пересекаются, а наверху до сих пор не знают о нашем родстве из-за смены фамилий. Возможно, я всё-таки смогу получить… доступ, – Максим хищно ухмыльнулся, и Ник понял, что вот чего бабулю так передёргивает, когда он делает точно так же. Подумалось, что у папани тоже могут быть какие-нибудь магические фокусы в рукаве, типа чтения мыслей или ментальных пыток, не оставляющих физический след. Да мало ли чему тот мог научиться за столько лет агентурной работы на военных. Если Максим, не моргнув глазом, пристрелил этого Маэстро в шаге от Софии, то найдёт способы размотать предполагаемого убийцу жены, пусть и бывшей.

– Я в деле, – на всякий случай сказал Ник, и Максим оценивающе посмотрел ему в глаза и медленно кивнул. – Я доел.

– Тогда едем.

Тачка у этого «агента семь-ноль-ноль» оказалась неприметная, не шибко крутая, но и не драндулет. И с явным улучшением внутри, если судить, как взревел двигатель. Они молча проехали около десяти километров до отделения министерства полиции. Максим о чём-то напряжённо думал, а Ник не собирался нарываться на разговорчики: раз-два, и ты уже осуждён за применение магии вне Хогвартса. Как говорится: «Дружба дружбой, а служба службой». А у них и особо дружбы-то и нет, и отец не особо стремится к налаживанию родственных связей. Про того же Игната и не спросил. Хотя не исключено, что всё и так знает.

Далее всё произошло, как в лучших полицейских сериалах: Максим сверкнул ксивой, и все забегали. А короткое «он со мной» позволило и Нику с каменной рожей следовать за посуровевшим и ставшим ментально каким-то более монументальным и серьёзным отцом в святая святых. И даже очутиться в задниках классической комнаты допроса, которая с непроницаемым с той стороны окошком. Тут стояла пишущая аппаратура и какие-то сотрудники, с которыми Максим поручкался и показал документы, сообщив про смежное расследование. Ник слился с пейзажем в уголке и просто наблюдал за отцом в естественной среде обитания. Это было примерно как наблюдать за акулой в коралловом рифе в передаче «В мире животных».

Местные выдали ему все документы и бумажки, которые успели накопать, раскручивая дело. Там, скорее всего, и сработали связи Артурчика, что всё закрутилось так рьяно. Оказалось, что подозреваемый не один, и, к своему удивлению, Ник услышал имя не Елены – новой жены деда, а тёти Нюры, которая запомнилась ему с детства Никиты вкусными пирожками.

Мол, Андрей Сысоев – тот мужик, который подрезал шланги, приходится тёте Нюре племянником. При этом его уже успели прогнать через ДНК и выяснить, что Сысоев действительно сын деда Фёдора. Родился в 1984 году, то есть он на два года старше, чем покойная Катерина Урядова.

К моменту их прибытия после допроса Сысоев ни в чём не признался, и даже когда ему показали скрытые записи с камер на машине, сказал, что просто хотел поближе посмотреть «Дунай». И совместным мозговым штурмом решили раскалывать Сысоева через связь с тётей Нюрой – Анной Пуговкиной и их преступный сговор. Ведь именно Анна отвлекла водителя пирожками, чтобы её племянник, являющийся внебрачным сыном Фёдора, мог устранить конкурента на наследство.

У Ника были вопросы по поводу ещё одного «конкурента» – того ребенка, которого носила новая жена Елена, и он шепнул об этом Максиму.

– Если всё так, то доступ к Елене и её ребенку у них и так был… – хмыкнул Максим. – А вот ты редкий гость.

– И ты думаешь, что это он убил маму? – Ник кивнул на окно, за которым сидел Сысоев.

– Возможно, он принимал в этом участие, но, думаю, что раскрыта не вся схема, – тоже покосился на подозреваемого Максим.

– Есть ещё дом и пропавшие деньги, – напомнил Ник.

– И смерть Александры – жены Фёдора, которая сейчас выглядит подозрительно. Особенно учитывая участников возможного сговора, – согласно качнул головой Максим.

Ник задумчиво потёр подбородок. Если предположить, что экономка, которая готовила еду, причастна, то на свете существует много всяких ядов, которые можно систематически давать, чтобы убить незаметно. Возможно, и Елену ждала та же участь. Пока ничего не ясно.

– Тебя тоже опросят, – сказал Максим и подозвал какого-то лейтенанта. – Возьми его показания по делу.

– Хорошо!

И Ника увели, но не в допросную с окошком, а просто в соседний кабинет, где стояло три рабочих стола.

– Что вы можете рассказать о событиях девятнадцатого декабря? – спросил лейтенант, когда взял все его данные, шустро печатая на клавиатуре. – О посещении Орехово-Зуево.

– Мы с моей женой поехали в гости к моему дедушке Урядову Фёдору Павловичу, – начал рассказывать Ник.

– С какой целью?

– Познакомить поближе мою жену с семьёй по маминой линии, – обтекаемо ответил Ник. – Мы редко виделись. А дедушка был только на нашей свадьбе. Мы мало общались из-за того, что моя мама умерла, когда мне было восемь лет.

– Вас пригласили или это было ваше решение приехать в гости?

– Наше. Мы хотели чуть больше узнать о моей матери. У меня почти не осталось её фотографий. В общем, я позвонил дедушке.

– Когда?

– Кажется в четверг или среду, семнадцатого, точно уже не помню. Но незадолго до поездки это точно. Договорился о встрече, он пригласил нас с Софией в гости к себе в Орехово-Зуево. Мы поехали сразу после школы и тренировки.

– Как прошла встреча?

– Хорошо, – пожал плечами Ник. – Дед рассказал про маму, про бабушку, которая умерла…

Незаметно и потихоньку лейтенант вытянул из него всё касательно разговоров, кто на кого как посмотрел, что говорил, кто где был, кого он видел, кого не видел, как получилось на трассе с аварией, в общем, раскрутил на информацию достаточно профессионально.

После свидетельского опроса Ник чувствовал себя выжатым. И сам никак не мог понять, что там случилось и как произошло. Ни о каком наследстве или завещании они не говорили, дед не упоминал, разве что и правда могли покушаться оттого, что испугались, что он начал интересоваться матерью и обстоятельствами ее гибели. Это может быть ключом. А если это был просто опрос, как же хреново быть подозреваемым, когда тебя целенаправленно «раскалывают». Это и со стороны выглядело не очень приятно.

Кроме него в отделение пригласили и деда Фёдора, и его беременную жену Елену, и тётю Нюру, и, видимо, каких-то ещё сотрудников. Правда, всех их Ник видел издалека, и им не давали пересекаться.

Похоже, что машина правосудия, особенно подстёгнутая Марковым и Масакадовым, молола беспощадно, и теплилась надежда, что в этот бесконечный день получится добраться до правды.

С дедом Ник встретился уже под вечер, тот выглядел растерянным и каким-то подавленным, скорее всего, от всей этой кутерьмы и допросов.

– Рад, что всё обошлось в той аварии, – дед Фёдор протянул руку, и они пожали друг другу ладони.

– Как вообще получилось, что у тебя работал твой сын? – напрямую спросил Ник. – Андрей Сысоев. ДНК-тесты показали, что он твой сын.

– Значит, всё-таки… – дед шумно сел на стоящую у стены скамейку.

– Ты не знал?

– Я… – дед отвёл глаза. – Я считал, что его усыновили, и не пытался искать, чтобы не портить отношения с Александрой.

– Как так вышло?

– В молодости, ещё до встречи с Александрой, я встречался с одной девушкой… Её звали Мария. Ну как встречался… Мы пару раз переспали, а потом расстались. Потом она встретилась со мной, заявив, что у неё от меня ребёнок. Она была слишком настойчива, требовала деньги… Мне… предоставили доказательства, что спала она не только со мной, и у неё явно был план, манипулировать через ребёнка. Это даже называлось «охота за богатыми наследниками». В общем, я дал ей деньги, сказал, что не верю, что это мой ребёнок, и потребовал тест на отцовство. Она пропала. И я подумал, что это оттого, что я не являюсь отцом ее ребёнка, и она просто вымогала деньги. Позже, лет через пять, когда уже родилась Катя, я случайно узнал, что Мария умерла во время родов. А ребёнок, который, возможно, был моим, попал в систему и был кем-то усыновлён.

– Ты не стал его искать, – кивнул Ник.

– Да, я решил, что, значит, это судьба. Тем более у нас с Александрой тогда был сложный период, не хотелось усложнять его ещё больше. Потом как-то эта история забылась.

– И ты никогда не подозревал, что Андрей твой сын?

– Кажется, он работал у нас временно, Нюра приглашала его по подряду, что-то починить. Хороший мастер. Разбирался в машинах, во всякой электрике. Это всё, что я мог о нём сказать. Видел его всего пару раз, – развёл руками дед. – Не представляю, почему он не сказал. Я бы принял его.

– Понятно, – хмыкнул Ник.

Стало ясно, что этот Андрей точно действовал не один.

Глава 14
Разговоры

Разговор с отцом не привёл ни к чему, кроме раздражения. Отец считал, что всё делал правильно и для своей семьи. Увидел возможности и воспользовался. А София опять так и не смогла рассказать маме про похищение, которое случилось в тринадцать. Да и не хотелось выворачивать душу при всех, нарываясь на обвинения в бесхребетности, нытьё и неблагодарности. По сути, она даже не смогла внятно сформулировать претензию, почему-то, что Лаура Янквиц и Эмилия Курочкина – это одна и та же девушка – плохо. Получилась какая-то ерунда, если не знать всю подоплёку.

Единственное, к чему привёл этот семейный разговор, это к подтверждению того факта, что раз сделка с Янквицами сорвалась, Тимур пока что свободен в своём выборе. А брат быстро сообщил, что у него теперь имеется девушка и что она из дворян, хотя и бедная. В общем, рассказал про Катю Алексину.

Впрочем, не успела София расстроиться, что всё вышло как вышло, то есть никак, в комнату постучали.

– Мам?.. – удивлённо пробормотала София, смаргивая злые слёзы, которые выступили, когда она сама себя корила и ругала, проигрывая разговор на завтраке другими словами.

– Я поняла, что вы что-то от меня скрываете, какую-то важную деталь, – сказала мама с порога. – Эта Эмилия какая-то тебя обидела? И я так и не поняла, почему она стала Янквиц.

– Мама… – София сглотнула сухой комок, который вдруг образовался в горле.

А потом всё рассказала. И про то, как всё произошло в восьмом классе, про Эмилию и её предложение и «подставку», которая сначала такой не казалась, а представлялась ужасным совпадением. И про то, как её привезли в тот гараж, и про отчаянного Степана, который вытащил её из клетки и спас ценой своего здоровья.

Она рассказывала путано, сбиваясь с одного на другое, но мама слушала не перебивая, и София в какой-то момент очнулась в её объятиях, горько плачущей от всего того, что вспомнила. Мама гладила её по волосам. Но не спрашивала, почему она так ей и не рассказала. Просто поддерживала и давала выговориться.

– Значит, ты узнала её?.. Артур сказал, что как-то помог с тем, чтобы Янквиц признал дочь. Видимо, всё это связано.

– Видимо, так, – согласилась София. – Ещё тот человек, который захватил Тимура и заставил меня подчиняться, сказал, что это он всё запланировал. Только зачем и для чего, сказать уже не успел.

– Может, это и к лучшему, – погладила по спине мама. – Я рада, что тебе они не будут угрожать.

– Да, я тоже… – вздохнула София, улыбнувшись.

– Думаю, надо немного развеяться, – решительно встала мама. – Скоро Новый год, и нам нужно устроить поход по магазинам.

– Да как-то всё было некогда, то одно, то другое, – согласилась София. – Я хотела бы купить подарки Нику, своим девочкам из группы и Тимуру…

– Тогда поехали! – скомандовала мама. – Я тоже еще ничего не купила для Ирины и внуков. Поможешь с выбором.

И они поехали.

Ник написал, что задержится на неопределённое время, но волноваться не стоит, и София отдалась стихии, в которую превратилась мама в поисках чего-то красивого, интересного и необычного для одаривания небезразличных людей. К тому же им выделили весьма неплохой бюджет. Видимо, отец так попытался загладить вину.

Домой они вернулись только около семи вечера, с полной машиной всяких подарков, нужностей, которые приглянулись маме, новых нарядов на новогодние праздники. София устала, но это была приятная усталость, к тому же она нашла для Ника очень красивую кожаную куртку, тот упоминал, что из старой, в которой ездил на своем скутере, вырос, куртка очень походила на ту, что Ник носил, так что София не удержалась, решив, что это станет резервным подарком. В качестве основного она решила подарить новые спортивные часы, которые выглядели очень по-мужски, но при этом стильно и молодёжно, как резюмировала мама, которая помогла с выбором.

Дома София, порывшись в гардеробе, даже отыскала старую куртку Ника, которая действительно оказалась очень похожей по крою и стилю, но на размер меньше и пошире в плечах. Так что София осталась очень довольной тем, что угадала с размером.

– София, ты дома? – за дверью спросил Тимур, постучав в апартаменты.

– Что случилось? – открыла она брату.

Тимур как-то мялся.

– Я просто хотел спросить… Э… Ты не передумала насчёт… Ну своей роли Снегурочки для праздника в детском доме?

– Это ты к чему? – пристально посмотрела на Тимура София.

– Ну… Э… Просто я подумал, может, Катя… Захочет поучаствовать…

– Ты хочешь, чтобы Катя стала Снегурочкой вместо меня? – прямо спросила София.

– Мы еще только начали встречаться, и я хотел бы, чтобы она как-то больше проводила со мной время… – кивнул брат. – Я понимаю, что это всё Ник придумал и наряд тоже… Ты его выбирала и заказывала и, наверное, очень хочешь надеть… Ладно, забудь…

– Вообще почему у деда Мороза только одна внучка? – спросила София. – Вполне может быть и две… Но наряд… – Она вспомнила про заказ, который им еще только до двадцать четвёртого будут делать в ателье, но же до этого они заказывали костюмы для группы поддержки.

Впрочем, стоило посмотреть правде в глаза, скорее всего за несколько оставшихся дней не успеют сделать ещё один «наряд Снегурочки». К тому же не одинаковыми же ходить, это же не группа поддержки… С другой стороны, что стоит уступить брату, который потерял силу, чтобы его порадовать? Если ли у неё самой ресурс, чтобы выступать и веселить детей без родителей на празднике? Ведь со Снегурочкой это была спонтанная идея Ника, изначально они просто хотели поддержать Тимура и немного ему помочь.

– Хорошо, поговори с Катей, если она согласится принять в этом участие – я уступлю ей свою роль, – приняла соломоново решение София. На самом деле ещё не известно, как к такой благотворительности отнесётся Катя и захочет ли что-то делать.

– Спасибо! – улыбнулся Тимур. – Сейчас позвоню ей!

– А лучше спроси лично и на свидание пригласи, а то выходной, уже вечер, а ты дома сидишь, – хмыкнула София.

– Так мы же сегодня с ней виделись, я уехал сразу после завтрака и только вернулся, – удивился Тимур, – как раз когда мы говорили и я рассказал ей про Мишу и детский дом, подумал, что она захочет, но не решился предложить, потому что не знал, как ты отреагируешь.

София даже бровь приподняла. Подумалось, что ещё год назад Тимур, скорее всего, даже не стал бы спрашивать, а просто поставил её перед фактом.

– Ладно… Спасибо за это, – не зная, что сказать, ответила она.

– А Ник где? – заглянул в апартаменты брат.

– Он хотел встретиться сегодня с отцом, – ответила София.

– Я даже не заметил, как он ушёл на завтраке, – Тимур прислонился к косяку, явно желая поговорить, и София посторонилась.

– Проходи, что стоишь на пороге, сейчас чай поставлю.

Домашний чайный столик с термопотом у них как-то незаметно появился тоже благодаря Нику, который откуда-то это притащил и поставил недалеко от холодильника.

– Вы тут вообще обжились, я смотрю, – с нотками восторга и лёгкой зависти пробормотал брат, глядя, как София наливает горячую воду в кружку. – Пятилитровый? Скоро Ник вам и кофемашину притащит…

– Да, воды в термопоте надолго хватает, – кивнула София, наливая чай и себе. Ужинать без Ника не хотелось. – А кофе ни я, ни Ник не любим.

– Да, лучше чай. К тому же с кофемашиной вроде есть какие-то запарки, – со знанием дела сказал Тимур, накладывая себе сахар и помогая принести вазу с печеньем на столик у дивана.

– Да, тоже об этом слышала, – поддержала разговор София.

– И чего с его отцом? – чуть поёрзал Тимур, усаживаясь на диван. – Это же, получается, он… вчера… замочил того немца. Значит, он работает на министерство полиции? Или выше?

– Я не знаю точно, – уклонилась от ответа София.

– Вроде была какая-то история после того, как он отказался жениться на нашей Ирине, – продолжил допытываться Тимур. – Говорили, что Максим Марков ушёл из семьи или что-то такое. Да и Ник говорил, что воспитывали их с братом бабушка с дедом. И так-то этот Максим крутой, он Алмазный кубок выиграл в молодости. Ну, ты знаешь.

– Да, я тоже про него знаю. Он правда ушёл из семьи.

– Значит, хочет наладить контакты с сыном? – спросил брат. – Или типа он по делу его вызвал? По вчерашнему?

– Не знаю пока, – ответила София, сделав глоток чая. – Может быть, и по делу.

– Вчера Ник… – Тимур посмотрел на неё и отвёл взгляд. – Ладно, мы это не обсуждаем.

– Ага, – выдохнула София, радуясь, что брат ещё не видел, что сделала она. И похоже, никто не видел и не понял этого, только Ника и его «магию» заметили. Хорошо, что это были Аля и Тимур, на них можно положиться. И, вспомнив, что лучший способ перевести тему – это интересоваться другими, потому что про себя все любят рассказывать, так Аля сказала, спросила Тимура: – Как у вас вообще дела с Катей? Она тебе нравится?

– Да… – смутился брат. – Как-то мы оказались… на одной волне. Она девочка красивая и немного на тебя похожая, интересная к тому же. Ну и эта страсть отца женить меня на представительнице дворянского рода… В общем, ты знаешь, – София кивнула. – А тут мы как-то сблизились, и она… Мне нравится, короче.

– Похоже, что Ник угадал.

– Да… Как-то так вышло, – кивнул Тимур. – Как-то его долго нет, кстати… Не слишком ли долгая встреча с отцом, которого он не видел много лет?

София хотела ответить, что у Ника, наверное, ещё какие-то дела, как в двери апартаментов вошёл Ник. Был он какой-то взбудораженный.

– О, привет! Чаи гоняете? – спросил он, когда подошёл и поцеловал Софию в щёку. – Я с вами! Голодный приехал.

– Тогда, может, поужинаем? Я ещё не ела, – поднялась София.

– О! Классно! Давай.

– И я тогда с вами за компанию, – решил присоединиться и Тимур. София видела, что Ник хочет что-то рассказать, но что-то личное и не для её брата, но только улыбнулся и кивнул.

Они быстро поужинали, Ник на все попытки Тимура завести разговор отвечал односложно или угукал, потом, как и София, спросил про Катю, и Тимур рассказал про их договор насчёт Снегурочки.

– Ты не против? – посмотрел на Софию Ник, и она почувствовала, что если вдруг скажет, что «против», муж даже может начать конфликт, чтобы забрать её роль на празднике.

– Нет. Я подумала, что что-то устала к концу года, да и столько всяких событий. Лучше больше уделю внимание тренировкам, а чтобы всё получилось с праздником, надо опять же и репетировать, и прочее. Пусть только Катя на примерку в ателье съездит, чтобы всё по фигуре подогнали. У нас параметры вроде одинаковые, но у неё может быть чуть больше грудь.

– И ничего не больше! – тут же возразил Ник, и София засмеялась.

Но по итогу они быстро свернули разговор и удалились в апартаменты сразу, как поели. Тимур понятливо за ними не последовал, оставив наедине.

– Что случилось? – как только они вошли, спросила София. – Что сказал твой отец? Он расспрашивал тебя о том, что мы сделали вчера? – не удержалась от вопросов она.

– Нет, о вчерашнем мы вообще не говорили, – ответил Ник. – Появилась зацепка по делу моей мамы, помнишь, я говорил тебе, что её дело закрывали. Теперь оно снова открыто.

– О! Понятно… Что-то выяснили?

– Да. Весь день всё и выясняли, и опрашивали свидетелей, ещё не всё закончили, там много бумаг для оформления, но уже произвели аресты.

– Ничего себе… Так быстро?

– Да, я, получается, благодаря отцу и его связям оказался в первом ряду расследования. Так… Расскажу по порядку, ладно? – предложил Ник, и София кивнула.

Они сели на диван, и Ник затащил её к себе на колени, почти переплетаясь руками и ногами. Его, как ощущала София, даже потряхивало.

– Это всё-таки связано с тем домом? – спросила она, пока Ник собирался с мыслями.

– И да, и нет. В общем, помнишь тётю Нюру, которая нас ещё угощала пирожками?

– Да, помню, – кивнула София, не понимая, к чему ведёт Ник.

– В общем, если начать издалека, то у Нюры была младшая сестра, Мария. Эта Мария была девицей очень интересной, и она даже оказалась в базе полиции за мелкое мошенничество, но до суда не дошло, кто-то за неё вступился.

– Кто?

– Оказалось, она какое-то время была подружкой моего деда Фёдора, и тогда он её вызволил из передряги, но как-то выяснилось, что зажигала она не только с ним, хотя забеременела именно от него, явно желая попасть в богатую семью. Тут непонятно, но, возможно, имелась схема с вымогательством отступных и алиментов, так как дед на момент беременности Марии уже встречался с бабушкой Александрой. Мария же родила сына, но сама скончалась, вроде бы от какой-то эклампсии или чего-то такого родового.

София поёжилась и кивнула, показывая, что слушает.

– Анна, она же тётя Нюра, была уже замужем, и она усыновила ребёнка сестры, которого назвала Андрей. Дала ему фамилию первого мужа – Сысоев, который официально его усыновил. Но потом муж её бросил, и она вышла замуж повторно, так что фамилии у неё, у сына деда Фёдора и у Марии получились разными. Вроде бы она до этого жила где-то ещё, но после смерти родителей вернулась в Орехово-Зуево. А там и устроилась на работу к Урядовым, у которых уже родилась моя мама – Катерина… – Ник замолк, что-то обдумывая.

– Она решила отомстить за смерть сестры? Или хотела, чтобы признали Андрея? – сделала предположения София.

– На самом деле непонятно, – пожал плечами Ник. – Когда её спросили, она сказала, что уже к тому времени остыла, а работа оказалась хорошей, платили прилично, не обижали. К тому же она искренне любила Андрея и не хотела его как-то лишиться, если вдруг дед Фёдор бы его признал. А он мне сказал, что он бы признал.

– Но что-то изменилось?

– Да… Я так понял, Урядовы жили довольно скромно, но когда дед выкатил для моей мамы дом за сорок миллионов как подарок на свадьбу, Нюра потеряла покой и сон. У Андрея, как я понял, были какие-то финансовые проблемы, но внезапно обретать семью он то ли не захотел, то ли они посчитали, что поздно это делать. Они жили в семье практически лет десять, а то и больше, и слишком внезапно было бы такое. Ну и бабушка Александра вряд ли бы обрадовалась таким фортелям. Но Нюра придумала другой план. Она как-то смогла оформить договор купли того дома, который был в типа подарком, на Андрея, доступ в кабинет деда у неё был. Ко всяким печатям и подпись можно подделать… К тому же там его готовила неопытная секретарша…

– Елена?

– Ага, будущая жена деда, – кивнул Ник. – Как я понял, Нюра всё провернула так, чтобы ниточки привели к Елене. Мол, она что-то неправильно составила, и сделка сорвалась. И в случае чего они хотели её как-то подставить. Получается, что когда моя мать получила этот дом, она не знала, что он не её. Считала, что он в её собственности. Нюра сказала, что они хотели дождаться, пока дед Фёдор умрёт, и устроить неразбериху, а там и забрать дом у моих родителей. Но не торопились с этим, так как это было бы слишком подозрительно. К тому же она как-то типа успокоилась на этом и не хотела деда травить или вроде того. Просто Андрей получил дом, и эта мысль её грела, видимо.

– Подожди, а как же счета, которые приходят? За свет там? За воду. Они же на какие-то фамилии? – спросила София.

– Нюра, как экономка Урядовых, всегда занималась всякими оплатами и сама предложила упростить жизнь молодым, чтобы они ни о чём не переживали. Она оплачивала родительский дом с какого-то там их счёта для коммунальных платежей. Да и даже если приходили квитанции с настоящими фамилиями, сомневаюсь, что мои родители их видели, их всегда забирал Андрей, типа чтобы передать. Этот Андрей к тому же периодически помогал в том доме, что-то починить, что-то покрасить, газон подстричь. Мама его знала с детства и доверяла… Она могла его впустить… Полиция же не зря считала, что убийца тот, кого она знала.

– Так получается, что этот подлог не вскрывался до того момента, пока…

– Пока мама не решила продать дом, – кивнул Ник, прикрывая глаза. – Это её и погубило.