Текст книги "Жених по обмену 3 (СИ)"

Автор книги: Кицунэ Миято

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

От Манежа до гостиницы на Невском они всё же прошли пешком, слишком много машин и такси создавали толчею и пробки. Быстрей было дойти. Но Ник был прав: на своём первом балу София хотела выглядеть максимально эффектно. И дело даже было не в пускании пыли в глаза. Просто хотелось, как и, наверное, любой девушке, испытать дебют, о котором писали в книгах. Она считала себя «гадким утёнком», когда ей было тринадцать, могла ли она представить, что в восемнадцать станет лицом самого крутого бренда косметики и будет блистать на балу императора⁈

Команда «Сияния» встретила их практически на пороге.

– У нас совсем мало времени на подготовку! – и Софию буквально утащили наряжаться и готовиться.

Глава 21
Готовность номер один

София была великолепна. Жена и так была красавицей с очень красивой изящной фигурой и длинными ногами, но платье, которое выбрала толпа стилистов, подчёркивало юность, тонкую талию, длинную шею и какую-то балетную хрупкость Софии. Вот реально – никакой агрессии, никаких намёков на превосходство, только милота. В такой нежной барышне сложно даже заподозрить обладательницу немалой силы. И накрасили совершенно незаметно, но одновременно как-то сделали более выразительной и «естественной». И Ник продолжил разглядывать жену, чтобы подметить детали образа, который ему очень понравился. Использовали кружево и многослойную прозрачную «тюль» – Ник забыл, как это точно называется. Платье было разной длины и какое-то «пушистое», так что спереди открывались ножки с необычными туфлями на тонких атласных завязках до середины икры. Реально было ощущение, что София в пуантах. Волосы подняли в причёску с тонкой то ли диадемой, то ли просто каким-то сложным приспособлением, чтобы всё это держалось – Ник не разбирался. Оголили шею и подчеркнули плечи, из украшений ещё скромное бриллиантовое колье и длинные тонкие серёжки, как из комплекта с диадемой для волос.

– Тебе нравится? – спросила София, и Ник спохватился, что долго молчит.

– Очень! Ты словно фарфоровая статуэтка, любимая моя, – приложился он к нежной ручке, ощутив какой-то приятный запах парфюма. – И пахнешь очень вкусно.

– Это новый аромат, который сделали специально под меня, представляешь? – улыбнулась довольная София.

– Очень тебе подходит, – ещё раз понюхал Ник, укладывая руку Софии так, чтобы она его обняла. – Только бы тобой и дышал…

– Ник… – стрельнула София глазами в сторону, и он с тяжёлым вздохом отлепился. Пора было выходить, а то фантазия уже понеслась вскачь, и он начал думать, как будет доставать жену из этой воздушной «балетной пачки» и есть ли какое-то бельё под корсетом.

Бал был с небольшим фуршетом, и народу, вопреки ожиданиям о несчётной толпе всяких прихлебателей, было немного. Бросалось в глаза разве что-то, что женщин сильно меньше. Да, чемпионы могли брать с собой спутниц в свои «плюс один», но не у каждого она была. На такое мероприятие реально можно было привести только официальную невесту или жену. Это тебе не баня в Куршевеле. К тому же мужики сразу рассасывались по периметру, так что появление каждой женщины и их дефилирование по залу замечалось сразу же. Разодетая в пух и прах бабуля оставила Ника вместе с дедом Данияром и повела Софию всем представлять. Это был согласованный момент пиар-акции. Так что оставалось только шифроваться, наблюдать издалека, перекусывая канапешками, и болтать с дедом.

– А Максима ты на этих сборищах видел? Он же чемпион, – спросил Ник. Как-то не было ещё повода и случая вообще рассказать о том, что он виделся с отцом, и он даже не знал, стоит ли.

– Видел, но издалека, – ответил дед. – Я уже говорил, что он оборвал все связи с семьёй…

– Ну мы с ним недавно ужинали вместе с Софией, – пожал плечами Ник. – И с Игнатом они вроде уже встречались, тот хотел на свою свадьбу пригласить, но не знаю, пригласил или нет.

– Вот как? – замер дед, а потом шумно выдохнул. – Я рад, что вы, парни, не держите на него зла. Болело сердце за сына. Как он?..

– Да вроде нормально, – ответил Ник. – Работает, крутится. Не бедствует, последний хрен без соли не доедает, если ты об этом.

Дед Данияр усмехнулся.

– Хорошо.

– Только бабуле не проговорись. Она опять всё испортит.

– Она может, – хмыкнул дед. – Слишком горяча. Не понимала, что у Максима своя жизнь… Что он уже взрослый. Я рад за него.

Ник кивнул, подумав, что тяжело быть взрослым у мамкиной сиськи, которую постоянно суют в рот, а чуть что – начинаются манипуляции и выборы без выбора. Как ни грустно осознавать, он был в какой-то степени даже рад, что Никитка, в которого его закинула судьба в лице старинного артефакта, был сиротой. Меньше проблем, криков и скандалов насчёт сепарации. Чего-чего, а иметь такую же властную мамашу, как бабуля Изольда, – последнее, что бы ему хотелось в новой жизни. Такая точно отвяжется, только если вырвать с мясом. Конечно, то, что умерла Катерина Урядова, – грустно, жалко Игната, да и Никитку, оставшегося сиротой, но если учитывать, что мужчины чаще всего выбирают себе спутников либо один в один мама, либо абсолютную противоположность маме, то шанс был пятьдесят на пятьдесят. А если опираться на воспоминания, какой была Катерина, то и семьдесят на тридцать.

– Эй, пока ты тут пирожки трескаешь, твою жену уже уводят, – внезапно пихнул в бок дед, и Ник чуть не подавился. Действительно, пока он размышлял о том и сём, Софию пригласили на танец.

– Что за хлыщ?

– Это Александр Бартоломей, победитель прошлого Алмазного Кубка, неужели не знаешь? – хмыкнул дед.

– Не признал, по телику он как-то не таким высоким казался и более побитым, – дёрнул плечом Ник, наблюдая за танцем. Бартоломей соблюдал приличия и не прижимался. София что-то говорила и улыбалась. Возможно, спрашивала про финал и вызнавала секретики.

Бабулька точно не будет портить интригу и рассказывать, что София замужем, иначе тогда не получится сильно крутить мужиками, которые будут на что-то надеяться. Так что бабуля будет представлять Софию как свою протеже и лицо бренда «Сияние», всячески намекать, что лицо бренда не может быть испорчено, и давить на дипломатические каналы. Что тоже хорошо. И безопасно для Софии.

Побродив по залу, Ник отыскал финалистов этого Кубка. Вьетнамец явно ощущал себя комфортно, вроде говорили, что он принадлежит правящей семье или что-то такое, кореец как-то, наоборот, старался затихариться между колонн вместе с компанией таких же похожих узкоглазых ребят. Наверняка посольство, так как, насколько Ник помнил статистику последних десяти лет, лидировали на Алмазном кубке русские, серию побед как раз начал Дэйн в две тысячи шестнадцатом, дважды прорывались японцы: в две тысячи девятнадцатом и две тысячи двадцать втором, и однажды, вроде бы в две тысячи семнадцатом, был фехтовальщик то ли из Швеции, то ли из Нидерландов.

Пользуясь знанием языков, Ник поболтал по отдельности с французским спортсменом и с немецким спортсменом, пытаясь вложить в их головы мысли о женщинах и пиаре компаний. Индиец тоже говорил на неплохом английском, тот вообще оказался знатным шовинистом и с удовольствием поддержал разговор о том, что красивая девушка просто пиарится на Кубке и попала туда по знакомству. С ним оказалось сложней всего держать себя в руках и не врезать, особенно после хвастливых заявлений, что он сразу вынесет девчонку, если ему попадётся она на жеребьёвке.

Один раз Ник пригласил Софию потанцевать. Типа в порядке живой очереди.

– Ну как ты, милая? Справляешься? – стараясь держать себя в руках, а руки не распускать, спросил Ник.

– Немного уже устала, ноги гудят от каблуков, – призналась София. – И рот болит улыбаться.

– Придём в номер, и я сделаю тебе массаж твоих ножек, – пообещал Ник.

– Скорей бы, – усмехнулась София. – Твоя бабушка представила меня императору и принцу Александру. Он сказал, что будет болеть за меня, потому что я прекрасней, чем Виктор Юрин.

– Кстати, не видел его в зале.

– Наверное, его не пригласили, – чуть помрачнела София. – Моего брата тоже в прошлом году не приглашали.

Бал продлился до двенадцати, и после всяких разговоров, обсуждений, договоров и даже ставок все разошлись. Максим Марков появлялся, даже перекинулся с Ником парой слов, но с бабулей они точно не пересекались.

Обещанный массаж перерос в нечто большее, так как у женщин иная физиология, и если мужчин секс ослабляет, то женщин, наоборот, заряжает. Даже бабуля об этом жирно намекнула, когда они расставались в коридоре гостиницы, типа «ты там, внучек, постарайся порадовать жену».

Ник постарался в том числе и утром перед началом финальных схваток, одновременно пытаясь провести сеанс передачи силы, который у них изредка, но начал получаться. Утром, примерно к девяти, они поехали в Манеж, там была организована индивидуальная гримёрка для подготовки. И Софию готовили будто не на бой, а на подиум. Её комбинезон из специального плотного шёлка был сделан «с иллюзией голой кожи», подобные костюмы надевали некоторые танцоры или гимнастки, особенно где их ограничивали правилами на оголение. Дизайнеры создали видимость белого боди-корсета на телесном комбинезоне, который для лучших боевых характеристик надевался прямо на голое тело и обтягивал почти как перчатка, и это было бы совсем «до неприличия», но на бёдра всё-таки повязывалась красно-бордовая «юбочка» с разрезами, которая прикрывала спереди и сзади. По сути, два кусочка ткани на длинных завязках, но Нику всё же становилось спокойней, что София не будет «в купальнике». Правда, тут же возник вопрос, что будет, если кто-то «дёрнет за верёвочку».

Для первого выхода на Софию одели ещё одну юбку, белую, пышную и в пол. Всё вместе выглядело как странное свадебное платье с красным поясом, которое слетает «ловким движением ноги» – потому что в процессе, уже когда пройдёт представление и объявят бой, команда поддержки при «проводах» Софии должна будет встать на её подол, чтобы длинная юбка как бы осталась за белой линией алмазного круга. А так точно создастся впечатление, что красивая девушка в белом платье никак не может быть участницей кубка мира по фехтованию силой.

Алмазный Кубок проходил в Манеже, и «ринг» для турнира отстроили наподобие цирковой арены или, как говорили аристократы, «как арену гладиаторских боёв в Колизее»: все зрители выше, а внизу – бойцы. На серо-чёрном покрытии вычерчен двенадцатиметровый «алмазный» круг, за который во время боя выходить нельзя, иначе засчитывалось поражение, но размер вполне позволял и уворачиваться, и бегать, и крутить всевозможные финты, не оглядываясь каждый раз на белую линию. Впрочем, существовало множество тактик именно вытеснения, а также ложных финтов заманивания к линии, чтобы заработать очки. Именно такие размеры «алмазного круга» были определены из стандартов цирковых арен, чей диаметр больше на метр. Всё потому, что большинство соревнований и отборочных на мировой этап изначально проходило именно на цирковых аренах, которые, как известно, строятся по одному размеру. Манеж, конечно, не цирк, и арена была создана на большом крытом стадионе, где находились ложи Императора и его гостей, всякие посольства, места для судей и тренеров. Большой блок занимали телевизионщики с телеканалов всего мира. Примыкали комнаты подготовки, гримёрки для спортсменов-участников, а напротив всего этого полукругом располагались места для немногочисленных зрителей. До сих пор турнир был закрытым мероприятием, и, несмотря на большое количество пустующих трибун, дополнительные зрители не приглашались, даже на задние ряды. С другой стороны, может, так гораздо сложней обеспечить безопасность.

Ника, как и девчонок из группы поддержки, готовили тоже, так как они должны были участвовать в общем представлении. Впервые Нику намазали лицо гримом – чтобы не блестеть от софитов и камер, – ещё задачей как «оруженосца» было забрать меч у проверяющего судьи и красиво поднести его Софии, а после боя опять красиво забрать меч, прикрепить его к себе за спину и сопроводить до гримёрки. Девочки во время его манипуляций с мечом должны накинуть на Софию специальный серебристый плащ с логотипом «Сияния». Эти моменты они тоже полностью отрепетировали за прошедшие дни в Питере, чтобы всё было чётко.

Участники боёв проходили по двум центральным выходам, расположенным друг напротив друга. Как таковых «углов ринга» не было, но объявляли участников боя примерно так же, как в боксе, со всеми регалиями и титулами, разве что не проводили предварительной «битвы взглядов» и прочих показух. С намёком, что аристократы выше этого.

Жеребьёвка должна была начаться в час дня, на глазах у зрителей, а перед этим – полное представление финалистов и передача оружия, которое судьи проверяли перед главными боями: вес, перетяжка защиты, отсутствие режущей кромки и прочие характеристики, заявленные в правилах.

Время пролетело совершенно незаметно, и им объявили о том, что пора на выход. София была абсолютно спокойна и сосредоточена, и Ник считал, что это в том числе благодаря многим задачам, которые перед ней стояли. Ну и плюс поддержка подруг, брата и любимого мужа, то есть его.

Всех участников представляли в том же порядке, как они располагались в таблице рейтинга, и София ворвалась в компанию мужчин, теряя стразы. Эти рожи надо было видеть, когда они посмотрели на её длинное и вообще неудобное на вид платье. Ну можно понять, они такие серьёзные в трико, и тут залетает София в подвенечном наряде. Только фаты и не хватает.

Плюс девчонки устроили мини-представление в этих своих серебристо-красных костюмах. Зрелищно! Мощно! Модно-молодёжно! Короче, София вышла красиво и необычно, такого на Алмазном кубке ещё никто не делал. Да в общем-то девушек-воительниц в финале там не случалось уже года три-четыре точно.

Ник чуть не пропустил свой выход, так залюбовался на жену, но всё-таки отыграл свою роль. Меч Софии, с алой защитой, очень гармонично смотрелся, идеально совпадая цветом с её поясом и спрятанной «юбочкой». Ник хотя не так хорошо знал всякие названия цветов, но видел: одинаково. Заморочились дизайнеры, каждую деталюшечку учли.

Началась жеребьёвка. И София вытянула жетончик с номером «7», а значит, должна будет сразиться с седьмым номером в таблице. Кимом Джихуном из Кореи.

Глава 22
Предфинальные бои

– Ваш бой третий, – объявил судья Софии.

Первыми должны были сразиться Виктор Юрин с немцем Альбрехтом фон Гогенцоллерном, вторыми – француз Жан Арно с индийцем Адитья Чолой, третьими они с Кимом Джихуном, и четвёртый бой был у вьетнамца Ле Минь Кхая с японцем Такедой Кацуёри.

София протянула свой меч Нику, и тот ловко закрепил его на держатели портупеи. Муж сопроводил её до гримёрки, откуда она должна будет выйти уже на свой бой. Алмазный кубок транслировали в прямом эфире, так что при желании можно было увидеть финальные бои из комнаты ожидания, но София решила посвятить это время настрою и медитации.

Ник отогнал от неё всех желающих что-то спросить и позволил спокойно заниматься дыхательной гимнастикой, которая ускоряла потоки силы. Время пронеслось незаметно, и София даже не слышала и не видела почти ничего, кроме своей цели: своего соперника, который первым вышел в алмазный круг. Только по ногам скользнула ткань – это её сопровождение избавили её от длинной юбки, да потом Ник подал меч.

– Размажь его! – ободряюще шепнул он.

София замерла напротив соперника. Ким Джихун был её роста, чернявым и черноглазым, шустрым, если судить по просмотренным ранее боям, но… совершенно не готовым к встрече с ней. Как и предсказывал Ник: всерьёз её не воспринимали. Ким сделал ленивый выпад, кажется, вполсилы – экономил энергию на дальнейшие бои, и поплатился, попав в жёсткий блок и отлетев на четыре метра от неё. Собраться София ему не дала: этого нельзя допускать. После первого боя должно сложиться ощущение, что ей просто повезло, да и самой тоже необходимо сэкономить силу, так что она налетела, как вихрь, и выбила меч из рук корейца. К сожалению, меч не долетел до белой линии какой-то метр, иначе это бы засчитали как её победу. Ким с перекошенным от ярости лицом побежал к мечу: пока соперник безоружен, бить его нельзя, так что София побежала за ним, подстерегая момент захвата оружия. Ким попытался резко выставить блок и даже вытеснить её за алмазный круг, но просчитался и вылетел сам.

Раздался гудок окончания боя, и на Софию навалились окружающие звуки: трибуны гудели, девчонки из группы поддержки что-то кричали, и эти крики наконец сформировались в отдельные слова «София» и «Сияй!».

К ней подбежал судья, пошатываясь, в круг вернулся Ким Джихун, и судья поднял руку со стороны Софии, показывая, что победа за ней. Трибуны закричали ещё сильней, а люди казались каким-то бушующим морем.

– Ты сделала его меньше чем за минуту! Это было очень круто! – вклинился в эти крики голос Ника, и София отдала мужу меч. На плечи накинули прохладный плащ, и София под рёв толпы прошла до своей гримёрки.

Внутри её тоже встретили овациями.

– Это было невероятно! Какой мощный бой! Ты так быстро разделалась с ним! – раздались отовсюду голоса.

София кивнула, успокаивая поток, который и правда как будто стал быстрей.

– Люблю тебя, милая, – поцеловал её руку Ник. – Посмотрим четвёртый бой?

– Да, можно.

После первых боёв всё равно должен быть перерыв и новая жеребьёвка, так что София позволила себе расслабиться в руках мужа. В комнату ожидания Ник откуда-то притащил здоровенный кресло-мешок, или она просто его раньше не замечала, но в общем на этом мешке они и устроились практически полулёжа.

– Ле Минь Кхай против Такеды Кацуёри, Кацуёри вроде как лидер турнира, получается, – сказал Ник. – Посмотрим, как он себя покажет в финале.

– Ле Минь Кхай, кстати, не так прост, – отозвалась София. – Он прошёл отборы в пятнадцать лет, то есть три года назад, и за три года…

– Да, можно хорошо прокачаться за три года. Вот и поглядим.

Но сначала, перед подготовкой к следующему бою, по телевизору делали повтор с её боем с корейцем Кимом. В том числе и в замедленной съёмке. А потом неожиданно включили рекламу «Сияния».

– Деловой заход, – одобрил Ник. – «Нежная валькирия»… Это же…

– Так назвали духи, которые сделали для меня, – кивнула София. – Они вчера тебе понравились.

– Очень понравились, – шепнул на ухо Ник, поглаживая её через комбинезон. – И этот твой образ боевой… М-м-м… Люблю тебя.

Наконец начался четвёртый бой. Оба соперника выбрали чёрные цвета, только у вьетнамца костюм больше всего походил на костюм ниндзя, на представлении лицо было открыто, а сейчас открыты только глаза. Возможно, что-то ритуальное, так как на лбу японца тоже была повязка с флагом Японии – белая с красным кругом.

– Это хатимаки, – пояснил Ник. – В Японии такое повязывают камикадзе, вроде знака, что не отступлю и буду сражаться до смерти.

– Как-то не очень обнадёживающе, – поёжилась София. – В прошлом году такой повязки у него точно не было.

– Значит, типа это его последний шанс завоевать Алмазный Кубок, а если нет, он сделает себе сеппуку, – хмыкнул Ник.

– Сеппуку?..

– Иногда это называют «харакири», это когда…

– Что такое харакири, я знаю… Ужас какой…

– Хотя правильней сеппуку, харакири это типа разговорное название, впрочем, в обоих случаях переводится как «резать живот», и иероглифы одни и те же, только в разном порядке. Живот резать и резать живот.

– Ты что, стал учить японский?

– Да так, немного решил подучить для себя. Считаю, что Азия – перспективное направление, а раз у меня… мм… склонности к языкам, то почитываю иногда. Для общего развития. Разговорный японский – довольно простой язык. И даже китайский сложен только из-за иероглифов и интонирования, они там сами плохо знают свой язык в пределах провинций. Самый сложный язык – это русский. Ни у кого больше нет стольких правил и исключений.

– Очень круто! – одобрила София и поцеловала Ника в шею, просто выше бы не получилось: слишком удобно она устроилась на его коленях и плече.

– К тому же на азиатском рынке ты точно сможешь выстрелить из-за своей необычной восточной внешности, вот я и подумал на перспективу…

– Реклама «Сияния» на азиатский рынок?

– Ну там тоже есть богатые люди, которым нужен люкс из России… Так, началось, – вернул их Ник к просмотру боя.

Было заметно, что вьетнамец прощупывает японца, и тот тоже не торопится нападать и раскрывать свои карты. Соперники обменялись серией ударов, и пока никто из них не казался сильней.

– Как-то бой затягивается… – заметил Ник. – Уже полторы минуты прошло. Не может японец пробить вьетнамца.

– Кто более опытен и искусен, тот и победит, – кивнула София, – вьетнамец ненамного, но быстрей.

– Да, японец начал уставать от такого напора, хотя закрывает все бреши в защите. Ещё зависит от того, кто более вынослив и может держать силу… Смотри! Смотри!

София впилась взглядом в экран: белая оплётка меча вьетнамца практически засветилась, и он обрушил мощнейший удар на японца.

– Офигеть! Ты это видела⁈

Японец принял удар, его отодвинуло метра на три, но он устоял, упрямо удерживая меч, который тоже полыхал проявлениями силы, правда не так ярко, как у его противника. Обе черные фигуры замерли друг напротив друга.

– Видимо, у Ле Миня не хватало выносливости, и он решил ударить, аккумулируя весь поток. Это… рискованно, – сказала София, гадая, что будет дальше. Тянулись секунды отсчёта, а противники не шевелились.

– Да… После такого удара силе потребуется перезарядка…

– И это довольно больно, – передёрнула плечами София. – Дэйн показывал мне такой «удар последнего шанса». Но восстановление после него весьма неприятное и занимает минут пять – не меньше. Тело буквально немеет. Это как удар электротоком, наверное… Нервы коротит, и ты внутри всё понимаешь, а шевельнуться не в силах.

– Да, это я помню, – снова хмыкнул Ник. – Когда мы попали в аварию, я тоже выбросил силу, чтобы смягчить удар. Тоже что-то такое и было. А потом выпал в кому от нервной перегрузки.

– Да, верно, ты сделал нечто похожее, – кивнула София. – Но через меч всё-таки более безопасно, чем делать такой щит всем телом. Ну и там всё же немного иначе… Ты тогда восстанавливался почти сутки. Тренированному бойцу может хватить и пяти минут, чтобы снова запустить поток и свои мышцы.

– Значит, получается, японец тоже контратаковал аккумуляцией силы, только создал щит? Блок? – Ник прижал Софию ближе к себе и поцеловал затылок. – Победит тот, кто быстрей отойдёт от последнего удара?

– Да, скорее всего, так и есть, – согласилась София. – Ещё минута прошла…

– Значит, у нас есть время помиловаться, – хмыкнул Ник, целуя шею.

– Не увлекайся… – попросила София, но так, не слишком уверенно.

Японец отошёл ещё через две минуты. Медленно, словно сквозь толщу воды, он приближался к замершему вьетнамцу. Камера приблизила лица, и в глазах Ле Миня явно прочитывался страх: он беспомощный, и к нему приближается очень злой противник, славящийся «выбиванием».

Словно в замедленной съёмке японец размахнулся и…

– Сбежал! – чуть не подпрыгнул Ник. – Похоже, он тоже отошёл, но изображал раненую птичку, чтобы Кацуёри тратил силы и превозмогал.

– И всё же… – договорить София не успела, так как чуть раньше отошедший японец сделал ещё несколько резких выпадов, а вьетнамец слишком сконцентрировался на том, чтобы избежать атак, и вышел за линию.

Прозвучал сигнал остановки битвы.

– Повезло, что его не «выбили» с травмой, – резюмировал Ник.

Далее объявили победу Такеды Кацуёри, и на повторе комментаторы начали разбор боя, почти копируя их диалог. Это оказался самым продолжительным боем сезона – семь минут и десять секунд. Потом был краткий повтор всех прошедших боёв с экспертной оценкой. Как и предсказывал Ник, по поводу её боя разгорелся спор – слишком быстро, и никто ничего не понял, некоторые склонялись к недооценке соперника и везению Софии – как и задумывалось.

В схватке с немцем неожиданно для Софии победил Виктор Юрин, а победителем второго боя ожидаемо вышел Жан Арно.

Провели новую жеребьёвку, и в этот раз Софии выпал Виктор Юрин, а француз Жан Арно должен был сразиться с японцем Такедой Кацуёри.

Объявили часовой отдых до следующих схваток. Гостей и зрителей турнира развлекали артисты. София перекусила, чтобы набраться сил, помедитировала, но в общем-то час пролетел совершенно незаметно. Первым бой был у неё с Юриным.

– Какая неожиданная встреча, – решил поговорить с ней Виктор. – Рад, что ты прошла дальше и мы встретились. В финале будет кто-то из Империи.

София кивнула, не размениваясь на приветствия, угрозы или самонадеянные выкрики.

Виктор не спешил, по всей видимости, опасаясь сближения. В своём бою он победил немца тем, что заманил к линии, и, вероятно, и сейчас тактика была похожей, потому что он потихоньку обходил её, одновременно увеличивая дистанцию.

София не спешила его преследовать, только поворачивалась, чтобы всегда быть лицом и смотреть в глаза. Виктор на вид как-то нерешительно перехватил меч, но София только усмехнулась – этой уловке больше лет, чем им вместе взятым. Наконец Виктор понял, что её не пронять, и пошёл на сближение. Они обменялись ударами, и на самом деле его сила оказалась явно больше заявленного в таблице. Но София приняла не жёсткий блок, а увела вскользь, одновременно делая подсечку. Неожиданно Виктор ушёл от её комбо практически акробатическим этюдом, вывернувшись и сразу ударив. Но София не осталась в долгу и тоже показала свою гибкость и вёрткость. Скорость нарастала. Мечи мельтешили, и звуки ударов сливались в какой-то ровный ритм. Виктор отпрыгнул, напоследок попытавшись задеть, но София ждала чего-то подобного и увернулась. В следующее сближение Виктор решил выбить меч из её рук, но она прекрасно знала этот приём и использовала контрудар. Затем перехватила инициативу: обманное движение, Виктор открылся, а София не упустила свой шанс. Виктор отлетел, перекувыркнувшись, но всё же приземлился на ноги, мотая головой. София «отсушила» ему правую руку, попав по плечу, и Виктору явно тяжелее стало держать и так немалого веса меч.

Но сдаваться он не собирался.

София тоже ощущала, что глаза застилает пот. Она устала и растратила уже половину своего магического резерва. Сила струилась по оплётке ровно, но и ей такое интенсивное махание двенадцатью килограммами стали далось непросто и требовало неимоверной концентрации.

Нужно было собраться на финальный рывок… Вдох-выдох.

Вдруг Виктор Юрин пошатнулся и упал. Так бывает, если потратить слишком много магии. Меч становится непосильной ношей, от которой сводит все мышцы. Очень многие участники отборов так и заканчивали свой бой, не рассчитав свою силу. К ним подбежал судья и начал отсчёт до двадцати. Виктор пытался встать, что-то рычал, но перегруженное уставшее тело его не слушалось. Наконец судья объявил победительницей Софию, а Виктора унесла на носилках бригада врачей.

София отдала свой меч, который тоже стал неимоверно тяжёл, и гордо прошла до гримёрки. Правда, уже там практически упала в объятия Ника.

– Ты была неимоверно крута, но победа далась нелегко…

– Остался последний бой, – выдохнула София.

– И мы посмотрим, кто с тобой будет сражаться… – Ник уютно обнял, и они опять легли в мягкое кресло-мешок перед поставленным экраном. Мышцы гудели. Хотелось так и лежать бесконечно в тёплых объятиях. Виктор всё же заставил её серьёзно потратиться.

– Думаешь, победит японец? – с трудом ворочая языком, спросила София.

– Француз тоже силён, так что посмотрим. К тому же японец пережил перезарядку…

– Да, он ослаблен, – согласилась София.

– Так-то было бы круто, если бы японец выиграл и слился в бою с тобой, но поглядим…

Снова показали повторы, оказалось, что их бой с Юриным продлился почти четыре минуты. Это много, неудивительно, что ей так плохо сейчас. Впрочем, в объятиях Ника восстановление как-то пошло веселей и быстрей.

– Ты пытаешься циркулировать силу с моей? – спросила София.

– Да, мы же выяснили, что если твой или мой резерв наполовину пуст, то циркуляция идёт проще.

– Наверное, это работает как со смешением жидкостей, – предположила София. – Если два сообщающихся сосуда полны цветной воды, её гораздо сложней смешать, чем если один из сосудов наполнен только частично.

– Ты моя умница, – поцеловал её Ник. – И то верно. Простая физика.

– Началось! – София внимательно смотрела на экран.

После этого боя снова объявят часовой перерыв для их восстановления. Для зрителей – много, а вот для тех, кто затратил силы – безумно мало. Бывали случаи, что в последнем бою финала у поединщиков хватало сил только на короткий обмен ударами. Хотя, конечно, все старались их приберечь… Но соперники зачастую не готовы просто сдаться. Тот же вьетнамец в первом же бою заставил японца всерьёз потратиться, поставив его первенство в турнире под большое сомнение.

– Ай да француз, как нещадно его колошматит! – присвистнул Ник. – Похоже, предыдущий бой здорово этого Такеду потрепал. А вот француз легко расправился с тем индийцем и сэкономил силу.

– Да, явно пытается выбить японца, – согласилась София.

– Их никто не любит, больно злые и аниме так и не развили, – хмыкнул Ник.

– Чего не развили? Какое-то японское слово?

– Да это я так… Могли пойти другим путём, но выбрали путь агрессии. Создали плохую репутацию, вот теперь каждый хочет не просто победить, а навредить. Око за око, зуб за зуб типа.

– Это верно… О!

– Ага! Еле увернулся, прям близко было! Есть ещё у японца зубы.

– Точно… – София внимательно смотрела на контрудары Такеды, от которых Арно слегка растерялся, но… Это была агония. Последний рывок на пределах человеческих возможностей.

– А знаешь, что интересно?

– Что?

– Вьетнам когда-то был французской колонией… А сейчас они в дёсна сосутся и главные стратегические партнёры.

– Хочешь сказать, что Ле Минь Кхай специально подставил Такеду, чтобы освободить финал для Жана Арно? Это было бы сложно… Такое устроить…

– Ну, может быть, я просто про то, что после жеребьёвки могли произойти какие-то договорённости. Или нет. Свечу не держал. Но кто бы не хотел выбить явного лидера? Если Ле Минь Кхай кто-то из дворца, то они там могли заодно устроить дипломатию.

– Ну может, – пожала плечами София.

– Что я говорил, а? – хмыкнул Ник, когда француз всё-таки победил японца, почти оторвав ему кисть руки и лишив меча. – Но всё таки жаль… Надеюсь, что француза тоже достаточно потрепало…

София сосредоточилась на восстановлении и циркуляции, «подпитываясь» от Ника, который щедро делился с ней силой. Ей нужно было выиграть финальный бой!