Текст книги "Престол Элдрейна: На неведомых дорожках (ЛП)"

Автор книги: Кейт Эллиотт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

7.

Они вышли из узкой потерны навстречу пурге и завывающему ветру. Через мочажину позади крепостного рва была перекинута каменная гать, скользкая от ледяного наста. Роуэн пришлось не сводить глаз с дороги, когда они гуськом двинулись по ней, ведя лошадей в поводу. Её удивило то, как быстро стихла метель, стоило им дойти до сторожки у дальнего конца гати. Обернувшись, она посмотрела на замок. Снежные вихри вились над главной башней, словно бурлящий водоворот, который так и норовил утянуть весь замок в небо. Она ахнула. Над башней, преследуя друг друга, кружили два льдисто-голубых дракона, создавая кольцо магической силы, которая давно бы сорвала с фундамента любое другое здание. Но замок Арденвейл даже не шелохнулся.

Тит, Сериз и Уилл уже забрались в сёдла и устремились к роще, где можно было худо-бедно укрыться от непогоды. Тит, как обычно, скакал впереди. Грифон Кадо терпеливо дожидался их в стороне от дороги, не спуская с лошадей пристального взгляда, который заставил Роуэн задуматься, уж не рассчитывает ли он закусить одной из них.

Рыцарь хлопнул её по плечу и заорал, перекрикивая шум ветра: – Можешь стоять и глазеть, сколько влезет, но твоей лошади нужно двигаться – да и нам не помешает, если мы хотим найти кров до темноты.

– Как считаешь, это эльфы наслали драконов?

– Драконы не служат никому, кроме себя. Рано или поздно им надоест впустую тратить силы, и они улетят, чтобы докучать кому-нибудь ещё. Линден готова отправить рыцарей в погоню, как только они сдадутся. И всё же это странно, что они забрались так далеко от своих пещер. Так что я и в самом деле допускаю, что некто, или нечто, всполошило их. Но это покажется нам цветочками, если Королевство развалится на части, и Дебри одержат верх.

Покажется цветочками. Повернуться спиной к замку и всем, кто в нём прятался, было гораздо труднее, чем она предполагала. Но она месяцами ждала, чтобы кто-нибудь отыскал её отца. И, раз уж никто до сих пор с этим не справился, она сделает всё сама.

Тропа уводила их сквозь лес в сторону, противоположную Стеклянной кресловине и Бекборо. Снег сыпал мелкими хлопьями, налипая на плотные зимние попоны лошадей. Наст хрустел под копытами. Перед ними не было видно ни единой цепочки следов. Хватка метели слабела по мере того, как они удалялись от замка, и вскоре дни потекли в тишине. Каждую ночь они находили приют в деревне или небольшом городке, или в одной из хижин с заготовленными дровами и припасами, расставленных вдоль дороги для странствующих рыцарей. На каждом привале жители окрестностей стекались к ним, чтобы послушать новости, и приводили к Сериз тех, кто нуждался в исцелении. Детишки толпились вокруг ради возможности погладить терпеливого София. Местные сообщали о набегах красных шапок, о феях, которые своей порчей отравляют курятники и изводят сторожевых псов, и пересказывали жуткие слухи о ведьмах, пьющих кровь младенцев. И всякий раз они сокрушённо вспоминали, до чего же спокойнее им жилось на свете, пока не пропал Верховный король.

– Он мёртв? – спрашивали они тревожным шёпотом, или со слезами на глазах, или после мужественного вздоха.

Кадо успокаивал их тем, что Высший трон по-прежнему цел и невредим, ведь, как гласило древнее поверье, после смерти высшего правителя престол, на котором тот сидел, непременно рассыпался в прах.

Как-то раз они остановились на ночлег в уединённой деревеньке на дальних рубежах Арденвейла, расположившись в плотницкой мастерской. Плотничиха и её подмастерья трудились в поте лица при свете лампы, справляя колья для укрепления частокола. Они с радостью приняли помощь Роуэн, Уилла и Тита, пока Сериз занялась людьми, нуждавшимися в услугах целителя. Старый фермер при помощи зачарованной прялки вплетал в готовые колья заклинание прочности.

– Долгие годы у нас не было нужды в подобной защите. Если Верховный король вскоре не отыщется, того и гляди, вернутся эльфы, чтобы снова навести в Королевстве свои жестокие и шальные порядки.

Только деревенских суеверий нам здесь и не хватало. Роуэн посмотрела на Уилла в надежде обменяться с ним многозначительными взглядами, но тот был слишком занят, орудуя стругом.

– В ночь зимнего солнцестояния они будут искать себе добычу среди рода людского, чтобы страхом принудить нас к покорности. От своей прабабки я слыхала, что её прабабка сказывала, как они делали это ещё во времена её прапрабабки.

– Не многовато ли прабабок? – в шутку заметила Роуэн, надеясь перевести разговор в более насущное русло, как поступила бы её мать.

Нахмурившись, женщина обратилась к Кадо: – Они ещё слишком зелены, чтобы посылать их на подвиги в столь суровую пору.

– Зелёный проросток должен быть сильным, чтобы пробить свою скорлупу, – ответил Кадо.

– А ты, стало быть, за ними приглядываешь?

– Я тоже совершаю странствие. Я не успокоюсь, пока Верховный король не будет найден.

Дорогу за околицей деревни никто не расчищал. Наутро лошади с видимым удовольствием прокладывали себе путь через заснеженный тракт, хотя грифон Кадо по кличке Дюжий негодующе вскрикивал всякий раз, когда ему приходилось приземляться в это белое холодное нечто. Деревья начали перемежаться оврагами и топями. Вдалеке тёмной стеной возвышался густой лес – зловещий предвестник Дебрей. Они добрались до унылых низменностей Вантресса. Даже птицы здесь не пели, а выкрикивали скорбные предостережения. Небо затянулось тучами.

– Впереди беженцы! – крикнул Кадо, пролетев на Дюжем прямо у них над головой.

Беженцы оказались группой примерно из двадцати взрослых, под присмотром которых находилось вдвое больше детей. Они сгрудились у обочины, уступая дорогу. – Удачи вам, рыцари. Пускай ваши клинки разят без промаха. У нас осталось совсем мало защитников.

– Защитников от кого? – уточнила Роуэн.

– От огра в нашей деревне! Мы послали весть в замок Вантресс, но никто не откликнулся.

– Настоящий огр! – Сериз расчехлила лук, и в её глазах вспыхнуло яростное ликование, обычно скрытое под спокойной и собранной личиной целительницы.

– Твои стрелы не пробьют его шкуру, – заметил Тит.

– Ничего, я попаду ему в глаз! – парировала Сериз. Софий всхрапнул, нетерпеливо мотнув головой. Роуэн могла поклясться, что его рог засиял от возбуждения.

Она пришпорила собственную лошадь. В её ладонях уже гудели молнии. Впереди послышались громкие крики, за которыми последовал яростный рёв, поразивший её своей мощью. На миг её сердце ушло в пятки. Ей ещё ни разу не приходилось встречаться с настоящим врагом, если не считать тех семерых красных шапок. Что, если она не справится? Но Тит уже творил своё волшебство: сеть, сотканную из отваги, которая становилась тем сильнее, чем больше бойцов она покрывала. Они были готовы! У них всё получится!

На полном скаку они въехали в деревню, достаточно крупную для того, чтобы иметь собственную мельницу. Огр был большим и коренастым, с головой, напоминающей клин, и ростом вдвое выше человека. Многие постройки вдоль главной улицы уже пали жертвами его увесистой дубины и мясистых лап. Сейчас он ломился в забаррикадированную дверь мельницы, пытаясь дотянуться до мужчины, который отчаянно карабкался по обледенелой стене при помощи длинной и толстой женской косы, повиснув на ней, как на канате. Обладательница косы по пояс высунулась из окна на верхнем этаже, не падая лишь благодаря вцепившимся в неё со всех сторон людям. При виде подоспевшего подкрепления некоторые из тех, кто был заперт внутри, принялись радостно вопить и размахивать яркими флажками. Заметив Кадо и Дюжего, кружащих у него над головой, огр взревел так, что от его рёва содрогнулось всё здание. Дюжий возмущённо заклекотал, желая поскорее приземлиться и вступить в бой.

Убедившись, что огр отвлёкся, Тит нацелил копьё и пустил лошадь галопом. Сериз послала первую стрелу по широкой дуге через голову Тита. Выстрел угодил в цель, но стрела отскочила от толстой шкуры чудища, не причинив ему ни малейшего вреда. Заворчав, огр неуклюже направился к ним.

– Уилл! – крикнула Роуэн.

Тот уже сотворил вокруг огра ледяную оболочку. Роуэн метнула дротик, предварительно зарядив его силой молнии. Хотя остриё и не смогло пробить шкуру огра, простого касания оказалось достаточно, чтобы его тело сотряс мощный электрический разряд. Споткнувшись, огр попятился, но тут же вновь поймал равновесие, яростно взревел и перешёл на бег. Тит достиг его первым. Его копьё врезалось огру в грудь и намертво застряло в хитроумно сплетённом поясе из ножей и скальпов, который тот носил поперёк туловища. Сила удара вкупе с крутящим моментом застрявшего наконечника выбили Тита из седла. Перекатившись по земле, он замер с распластанными руками.

Как только огр двинулся к беспомощному Титу, Сериз принялась осыпать его спину градом стрел, пытаясь заставить его развернуться к ней. Кадо и Дюжий с глухим звуком ударились оземь, встав между Титом и огром. Грифон захлопал крыльями, словно исполинскими медными тарелками, и огр отшатнулся, спасовав перед его устрашающими размерами. С оглушительным рёвом существо направилось к Сериз. Обнажив меч, Роуэн послала лошадь вперёд, а Уилл свернул вбок, чтобы зайти с другой стороны.

Огр оказался проворнее, чем она ожидала. Он почти настиг Сериз с её луком, нависнув над ней грозным исполином. Софий резко затормозил и встал посреди дороги. Упёршись ногами в землю, единорог наклонил голову как раз в тот момент, когда огр догнал его. Громила нанизал себя на сияющий рог, продолжая тянуться к морде единорога до тех пор, пока кончик рога не показался у него из спины. Столкновение было столь мощным, что Сериз не удержалась в седле. Но единорог вспыхнул аурой яростной магии, и огр содрогнулся всем телом. С протяжным стоном существо испустило дух.

К тому времени, как Роуэн развернула лошадь, Сериз уже успела встать на трясущиеся ноги, а Софий отволок огра в сторону, пытаясь стряхнуть его с рога. Кровь и зловонные жидкости сочились из обмякшего трупа на перепаханный копытами снег.

Раздался зычный глас трубы в сопровождении звуков приближающихся всадников. У дальней окраины деревни показался отряд вооружённых людей, едущих неспешной рысью. Все они были одеты в серо-голубые сюрко[4]4
  Сюрко – длинный и просторный плащ, похожий по покрою на пончо и часто украшавшийся гербом владельца.


[Закрыть] замка Вантресс. При виде распластанного тела огра женщина, ехавшая впереди, пришпорила лошадь, дав знак остальным прочесать деревню и близлежащие поля. Смерив Дюжего долгим пристальным взглядом, она воскликнула: – Ба, неужели это ты, Кадо? Вернулся ради очередной напрасной попытки поговорить с Индрелоном?

Кадо сидел на корточках перед поверженным Титом, но встал и подошёл ближе. – А, Эловен. Я так и знал, что ты прибудешь сюда слишком поздно, чтобы принести хоть какую-то пользу.

– Ха! Уел так уел. Но напомни-ка, что за маг-сказитель спас твою драгоценную шкуру в тот раз, когда рыцарь-лич загнал тебя в угол у Злопыханных скал? А? Ты видел других?

– Других сказителей? У Злопыханных скал?

– Да нет же, дурачина. Огров. Это уже четвёртый огр, который заявляется к нам из Дебрей за последний месяц. Странно, что их ни с того ни с сего стало так много.

– Огров не встречал, зато видел драконов, что скитались вдали от своих привычных угодий, – он принялся описывать волшебную метель над замком Арденвейл.

Она прервала его. – А это что за юнцы? Бьюсь об заклад, тот паренёк ещё ни разу в жизни не брился, – она указала на Уилла, который мгновенно залился краской, а затем на Роуэн. – Это вы привели за собой огра?

Роуэн рассвирепела. Будь она хоть трижды сказительницей, эта женщина не имела права разбрасываться такими возмутительными обвинениями. – Мы ни за что бы…

– Ро, – одного взгляда Уилла хватило, чтобы напомнить ей, как полезно держать язык за зубами. – Сказительница Эловен, мы из замка Арденвейл, странствуем в поисках Верховного короля. Это мы помогли убить огра. Почему вы решили, что мы привели его за собой?

Она спешилась, и, словно сматывая невидимую леску, подошла к Уиллу. На воздушной ткани её серо-голубого сюрко были вышиты замочные скважины, но, когда она приблизилась, стало заметно, что одежда местами сильно потёрта и аккуратно заштопана – наверняка ей довелось побывать не в одном приключении. Тонкий обруч охватывал её лоб, скрываясь под кудряшками коротко стриженых волос, а на шее она носила цепочку с мерцающими треугольными самоцветами. Однако сильнее всего поразил его жуткий вздутый шрам, пересекающий её горло.

– Я чую на тебе ведьмино проклятье, – заявила она, втянув воздух. – Застарелое и едва уловимое, к тому же заглушённое магией Арденвейла. Я тебя знаю?

– Откуда вам знать нас? – спросила Роуэн, которой не нравились ни нахальные манеры женщины, ни её грубые суждения. – Мы не имеем дел с ведьмами.

– Может и так, но сглазы и проклятья – мой конёк. Видите ли, меня и саму сглазили в детстве. Как любопытно. Вы двое не больно-то похожи друг на друга, но вы связаны на глубочайшем уровне, словно делите одну жизнь на двоих. Двойняшки, и оба прокляты! Поразительно! Что вы можете о себе поведать?

– Мы едем в замок Вантресс, чтобы поговорить с Зеркалом, – сказала Роуэн. Поймав взгляд Кадо, она изобразила на лице отчаяние. – Мы очень торопимся. Это чистая случайность, что мы прибыли сюда как раз вовремя, чтобы нанести огру смертельный удар.

Сериз пришла ей на помощь. – Сказительница, будьте любезны, помогите мне.

– С этим симпатичным мальчиком? Да о чём разговор! – Эловен поспешила, чтобы помочь Титу сесть.

Он потёр затылок, стараясь не застонать от боли. Отмахнувшись от помощи, он самостоятельно встал на ноги, после чего со стоической гримасой проверил сохранность всех конечностей и челюсти.

– Ничего не сломано, – объявила Сериз.

– Его крепкую башку ничем не прошибёшь, – подтвердила Роуэн. – Тебе ещё нужна помощь, Сериз?

Сериз кинулась к своему единорогу, похлопав его по крупу. – Я вытру кровь с его рога.

– Вот уж не думала, что единороги на такое способны, – сказала Роуэн, уважительно разглядывая София.

Сказительница хихикнула. – Никто не думает, пока не увидит собственными глазами. Единорогов считают мирными и добродушными созданиями. Но правда в том, что некогда они обитали в Дебрях, и протыкали рогом всякого, кому хватало глупости попытаться их поймать. Хотя я ни в чём не могу их винить, ведь в те стародавние времена рыцари охотились на них ради рогов, которые затем отпиливали и растирали в порошок, якобы повышающий мужскую силу.

– Это отвратительно! – Сериз обняла София за шею, словно желая защитить его. Кровавая слизь капала с рога на землю у её ног.

– Нам нужно поторапливаться, – сказала Роуэн, тем самым пресекая всё, что сказительница могла бы добавить.

Жители деревни разобрали завал, преграждавший вход в мельницу, и высыпали на дорогу. Их восхваления и слезливые благодарности показались Роуэн жутко утомительными. Огр был мёртв, и всё было прекрасно, но, поскольку сама она не сделала для победы ничего особенного, ей просто хотелось поскорее с этим покончить. Впрочем, когда они принесли кружки подогретого сидра и вёдра с водой для лошадей, она испытала искреннюю благодарность.

Эловен приказала солдатам расчленить, сжечь и закопать останки огра, а затем пройти по его следам к тому месту, где он вышел из Дебрей.

После она обратилась к Кадо: – Я лично сопровожу вас до Вантресса. Этот симпатичный рыжеволосый паренёк может держаться в седле, или нам придётся оставить его на попечение какой-нибудь влюблённой деревенской красотки?

– Я могу держаться в седле! – выпалил Тит.

Роуэн подавила смешок, наслаждаясь его смущением. Но, пока Сериз протирала рог София, она подняла с земли копьё и вручила его Титу.

– Да, не повезло, что оно вот так застряло, – сочувственно сказала она.

Он покачал головой. – Скорее наоборот, повезло. Этот огр запросто оторвал бы мне голову. Ты знала, что Софий – убийца?

Они дружно посмотрели на прекрасного единорога, на его источающую мягкий свет серебристо-белую шерсть, его тонкую бородку, его кроткие глаза и умиротворяющую ауру. Все знали, что единороги – целебные существа, чья магия работает в единстве с их всадниками. И всё-таки взгляд Роуэн сам собой притягивался к лужам крови и ошмёткам внутренностей, разбросанным по дороге, к брызгам слизи, летевшим на попону, пока Сериз оттирала рог дочиста.

Миновав деревню, они стали двигаться быстрее, поскольку снежный покров уменьшился. Леса сменились болотистой местностью с лужами стоячей воды, ещё не успевшими подёрнуться льдом.

Эловен замедлилась, поравнявшись с Роуэн. – Я всё поняла, – радостно заявила она. – Вы двое, должно быть, старшие дети Верховного короля.

– Что вам об этом известно? – с подозрением спросила Роуэн.

– Мне известно многое, о чём я сообщаю лишь Индрелону и своим книгам.

У этой женщины был странный взгляд, создававший причудливое ощущение, будто бы в закоулках её разума постоянно сплетается густая и сложная паутина, соединяя всё, что она наблюдает. Рассмотрев её вблизи, Роуэн осознала, что шрам, опоясывающий ей шею, должен был рассечь ей горло и заставить захлебнуться кровью, но почему-то не убил её.

– Я потратила годы, странствуя в Дебрях, – добавила сказительница.

– Сражаясь с чудовищами?

– У вас, рыцарей и мечтающих ими стать, одни сражения на уме. Я же предпочитаю разговаривать. Ты удивишься, сколь многим обитателям Дебрей есть что рассказать, если ты снизойдёшь до вежливой просьбы. Они нам не враги.

– Тот, кто забрал Верховного короля, – определённо враг, – парировала Роуэн.

Эловен ответила ей снисходительным кивком. – И в самом деле, кто-то упорно сеет смуту. Ежедневно мы получаем донесения о новых несчастьях, постигших Королевство. По всему выходит, что каждый двор всё крепче вязнет в собственных проблемах. И эта несносная двуличная королева вовсе не помогает делу.

– Что вы хотите этим сказать? – молнии затрещали в правой руке Роуэн, когда она сжала пальцы в кулак.

– Мои доверенные люди в Локтвейне поговаривают, что королева Айяра отправила послов в Дебри, чтобы переговорить с Советом Друидов, как величают себя старейшины оставшихся эльфов. Не исключено, что кто-нибудь из этих старых болванов даже приходится ей роднёй. Я вынуждена спрашивать себя, не зреет ли в её изящной головке коварный план смены власти, сейчас, когда Кенрит пропал. И не она ли со своими сородичами подстроила его исчезновение.

– Зачем ей это? – удивилась Роуэн. – Поколениями она признавала владычество Верховного правителя наравне с остальными дворами. Она давным-давно отвернулась от сородичей, предпочтя порядок и гармонию Королевства.

– Отвернулась от них? Это если верить её словам. Но разве не странно, что каждое зимнее солнцестояние она куда-то пропадает на три дня? – сказительница резко развернулась, наградив Уилла суровым взглядом. – А что насчёт тебя, мальчик?

Уилл недоумевающе покосился на Роуэн, но воспитание позволило ему совладать с собой. – Прошу прощения, сказительница. Что насчёт меня?

– Разве подобные вещи не кажутся тебе занятными? Я вижу в твоих глазах вопросы, а в сердце – тайну. Мы с тобой похожи, оба прóклятые чудаки, не так ли?

– Почему вы продолжаете утверждать, что мы прокляты? – спросил он.

– Я всего лишь говорю правду о том, что вижу. Неужели родители ни разу не обсуждали это с вами? – увидев их пустые взгляды, она добавила: – В таком случае, я не вправе продолжать этот разговор.

– Но...

– Нет. Я серьёзно. Если ваши родители не упоминали о проклятии, то кто я такая, чтобы сыпать догадками? Так вот. Хочешь сказать, что я ошиблась в тебе, мальчик? И ты такой же сорвиголова, как и твоя сестра?

– Я рассчитываю однажды переселиться в Вантресс, если получится, – признался Уилл, задетый таким описанием и по-прежнему раздражённый её подстрекательскими речами о проклятьях.

– Такая связь была бы весьма полезна для Линден, не правда ли? – заметила Эловен. – Полагаю, ты, девочка, мечтаешь завоевать рыцарский титул Эмберета? Это ведь единственный титул, которого недостаёт Линден. Ей бы пригодилось, чтобы её дочь получила голос в совете Эмберета. Особенно если Верховного короля так никогда и не найдут.

Роуэн была слишком потрясена этими откровенными речами, чтобы отвечать.

– Я не утверждаю, что всё обстоит именно так, как я сказала. Просто хочу предупредить, что я слышала, о чём шепчутся в кулуарах Вантресса, – женщина улыбнулась так, словно только что успешно претворила в жизнь свой план вывести их из себя, а затем вернулась к беседе с Сериз.

Роуэн кипела от негодования. – Всю жизнь Матушка трудилась не покладая рук, чтобы сделать Королевство более спокойным, безопасным и справедливым местом. И всё, что она получает взамен – такие вот кривотолки!

Уилл обернулся, желая убедиться, что Сериз и Эловен едут на достаточном удалении и не смогут их подслушать. Тит находился в арьергарде, в то время как Кадо с Дюжим несли дозор в небе. – Если хочешь знать моё мнение, это странно, что все превозносят Отца, хотя он постоянно опаздывает и даже путает имена, но стоит Матушке на миг забыться и нахмуриться, потому что она устала за день, как все тут же начинают шептаться о том, что она завидует, или злится, или недомогает, или что она украла у Отца частичку славы, чтобы стать королевой. Словно это не она самостоятельно завоевала рыцарские титулы четырёх дворов, чего не удавалось никому, кроме Отца! – он повысил голос, чем заставил Сериз и Эловен посмотреть в их сторону.

Роуэн не хотела показывать сказительнице, как сильно их задели её слова, поэтому она шутливо ткнула Уилла кулаком в плечо, чтобы другие это видели. – Хочешь сказать, Отец хоть раз хмурился?

Уилл рассмеялся. – Твоя правда. Тебе не кажется странным, что он всегда так весел?

– От этого даже слегка не по себе, – Роуэн пыталась обратить всё в шутку, но на душе у неё было тяжко. – Хотя сейчас это не казалось бы мне странным. Сейчас я была бы счастлива, что он вернулся.

Дальше они поехали молча. Роуэн украдкой вытирала слёзы с глаз.

Наконец она продолжила вполголоса: – Уилл, как по-твоему, что она имела в виду, когда говорила...

– О проклятии? Она сказала, что её саму сглазили. Возможно, теперь она видит проклятья повсюду, даже там, где их нет. А может, она сказала это специально, чтобы мы чувствовали себя неуютно. В прошлом она явно что-то не поделила с Кадо. Возможно, она не поделила что-то и с Матушкой или Отцом. И, раз уж она так любит всех поучать, лучшим способом досадить ей будет не задавать новых вопросов.

Роуэн хихикнула, но сердце у неё было не на месте. – Мне тяжело думать, что Матушка и Отец скрыли что-то от нас. Как будто они по-прежнему считают нас детьми. Или не доверяют нам по-настоящему. Или не хотят, чтобы мы узнали какую-то правду.

– Про их прошлое? – фыркнул Уилл. – Брось, за сто лет они были первыми людьми, кого Зверь Рыкающий счёл достойными.

– Тогда почему они ни разу не рассказывали нам, как именно погибла наша родная мать? Мы знаем только, что её смерть была трагичной и приключилась в Дебрях. Что, если в этом и впрямь замешано проклятье? Хотя это было бы по-настоящему жутко, – рукой в перчатке она осторожно дотронулась до своего лица, словно ожидая нащупать червей, копошащихся под кожей.

Начавшаяся морось покрыла их лица ледяными поцелуями. Помрачнев от непогоды, Роуэн натянула капюшон и погрузилась в раздумья. Некогда высокие и величественные деревья густых лесов и рощ Арденвейла сменились низкими и корявыми, когда сухая почва уступила место мутным прудам и затхлым болотам. От глади мелких водоёмов белыми прядями поднималась дымка, похожая на цепкие руки стенающих призраков. Впереди показалось нечто, на первый взгляд напоминающее островерхую горную гряду, увешанную вымпелами цвета ясного неба. Они достигли замка Вантресс.

Подобно острову, замок возвышался над тёмными водами Лохмера. Клочья тумана стелились по поверхности озера, которую тут и там прорезали скалистые островки, похожие на валуны, которые какой-то великан разбросал для переправы. Вода была достаточно мелкой, чтобы ходить вброд – или же достаточно глубокой, чтобы целиком скрыть башню Арденвейла. Роуэн не могла сказать наверняка.

Наружную стену замка поддерживали исполинские колонны, окутанные туманом и взвесью водяных брызг. Башни и крыши были украшены вымпелами, флагами и знамёнами, которые трепетали на ветру, задувающем снизу. Из-за постоянного колыхания замок казался весьма беспокойным местом – под стать пытливым умам его сказителей, отгадчиков и летописцев.

На берегу располагался обнесённый стеной и хорошо охраняемый посёлок с постоялым двором, бараками, внушительных размеров конюшней и вместительными складами для товаров, ожидающих доставки в замок.

– Я мог бы остаться здесь и посторожить животных, – неожиданно предложил Тит.

– А, теперь я припоминаю твою симпатичную мордашку, – сказала Эловен. – Ты заявился к нам из Арденвейла с большой и шумной компанией примерно через месяц после пропажи Верховного короля. И, если память мне не изменяет, а такого ещё никогда не случалось, Индрелон отказался вас принять.

– Это правда, – то, как затравлено он посмотрел на Роуэн и тут же отвёл взгляд, устыдило её. Он решил, что она примется злорадствовать над этим, тогда как Эловен просто подначивала его.

– Тебе всё равно стоит пойти, Тит, – сказала Роуэн.

Он оборвал её. – Это ваш шанс, не мой.

– А всё-таки он умнее, чем кажется, – заметила Эловен.

– Тит – лучший среди нас, – огрызнулась Роуэн.

Изобразив на лице преувеличенное удивление, Сериз пробормотала: – Впервые слышу, что ты это признаёшь.

– Ну, почти лучший. Временами лучший.

Тит благодарно улыбнулся Роуэн, и та зарделась.

– Я полечу вперёд, – объявил Кадо.

Эловен захихикала. – Кто бы сомневался, что ты предпочтёшь полёт риску вновь сунуться в воду. Твоя зазноба будет по тебе скучать. Я передам ей от тебя привет.

Кадо процедил сквозь зубы какое-то слово, но сделал это слишком тихо, чтобы Роуэн могла разобрать.

Эловен ткнула пальцем в Сериз, Роуэн и Уилла. – Поспешим, молодёжь. Нельзя пересекать озеро после наступления темноты, если не хотите, чтобы ночные варки покусали вас за пятки.

– Что ещё за ночные варки? – полюбопытствовал Уилл.

– Всё-то тебе надо разжевать, парень.

Она провела их по мощёной дорожке через ворота к самому берегу. Путь на деревянный пирс преграждала каменная сторожка. Двери в домик охраны были не заперты, и внутри царила пустота.

– Разве у вас нет часовых? – удивилась Роуэн.

– В них нет необходимости, – ответила Эловен. – Не так-то легко проникнуть в замок с воды.

Сказительница позвонила в колокольчик, привязанный к козырьку над входом. Несколько дождевых капель ударились о поверхность тёмной воды, но больше ничего не произошло. По крайней мере, поначалу.

– Гляди, – Уилл подтолкнул Роуэн локтем.

Примерно на расстоянии броска копья от пирса по воде пошла рябь. К одному источнику ряби прибавились другие, и расходящиеся круги, перекрываясь друг с другом, превратились в след, когда нечто ринулось к пирсу, оставаясь при этом под водой. Эловен подвела трёх своих подопечных к самому краю пирса, где была пришвартована баржа.

Из воды показались четыре гладкие лоснящиеся головы. Ундины с любопытством уставились на Эловен и молодых людей. Янтарно-рыжие волосы морянок были густыми, как водоросли, и кружили вокруг них, словно водоворот, грозящий утянуть на дно беспомощного пловца. Их лица были скорее притягательными, чем красивыми, с такими плоскими носами, что ноздри казались узкими щёлочками, и огромными сверкающими глазами, похожими на отполированные осколки обсидиана, блеск которых сулил разгадку тайн и приобщение к волшебству.

– Вы уверены, что это не Дебри? – прошептала Роуэн.

Улыбка Эловен была такой же мрачной, как вода, и такой же туманной, как затянутое тучами небо. – Когда-то всё здесь было Дебрями, дитя.

– Аххх, Эловен, – произнесла одна из ундин гортанным, рокочущим голосом. – Что за чудесный подарок ты нам принесла? Они кажутся такими сочными и мягкими.

Уилл напрягся, положив руку на рукоять меча. Ундины разразились визгливым хохотом.

– Очень смешно, – сказала Эловен, хотя на вид ей было не до смеха. – Я привела детей Верховного короля. Если вы переправите нас, кто знает, что вам может открыться, если Индрелон согласится их выслушать.

– Значит, риск, а не подарок, – пробормотала вторая ундина.

– У них будут секреты, которые никто больше не услышит, – возразила третья.

– Да, мы поможем им, ради такого шанса, – согласилась четвёртая.

Морянки отвели баржу от пирса и принялись толкать её через озеро к замку. Ход был на удивление плавным, баржу почти не раскачивало. Роуэн стояла у релинга[5]5
  Релинг – ограждение на борту кораблей.


[Закрыть] между Уиллом и Сериз, всматриваясь в глубину и стараясь разглядеть ундин, или вообще хоть что-нибудь, под поверхностью. Вода была непрозрачной, не то чтобы мутной, но совершенно непроницаемой, словно она поглощала свет.

– Что произошло между Кадо и ундиной? – спросила она у Эловен.

Сказительница усмехнулась в своей обычной раздражающей манере, как будто всё, что не противоречило её желаниям, она находила ужасно забавным. – Он терпеть не может об этом вспоминать, но я полагаю, та ундина была настоящей красавицей.

– Как вообще можно…? – зашептала Сериз на ухо Роуэн.

– Ну, видите ли…, – начала Эловен.

– Нет! – перебила её Сериз. – Я не желаю этого знать.

Эловен фыркнула. – Ты ни за что не завоюешь рыцарский титул Вантресса, если не будешь любопытной!

– Нам с Софием вполне хватит рыцарского титула Арденвейла.

– При условии, что ты вообще сможешь завоевать титул, – продолжила Эловен. – Что ты окажешься достойной. Что ты выживешь.

Сериз посмотрела на Роуэн, отвернулась от сказительницы и произнесла одними губами: – Мне она не нравится.

– Я всё слышала, – сказала Эловен, хотя никак не могла это услышать.

Сериз вцепилась в релинг, словно раздумывая, спрыгнуть ли ей в воду самой или столкнуть туда старшую женщину. Увидев это, Роуэн поспешно спросила: – Сказительница, если бы мы пришли без сопровождения, то как бы мы попали в замок?

– Вы могли бы полететь, будь у вас способ. Это самый безопасный путь. Странствующие рыцари и люди, мечтающие заслужить титул, обычно добираются вплавь. Так мы понимаем, что они и в самом деле жаждут знаний.

– О, я понял, – вмешался Уилл. – Если ты пришёл сюда, вооружённый знаниями, и готов ими поделиться, то ундины охотно помогут тебе с переправой.

– Выходит, один умный среди вас всё-таки имеется, – заметила сказительница. – Скоро мы узнаем, согласится ли с этим Индрелон.

Роуэн взглянула на Уилла. Он мрачно стиснул зубы, что было совершенно на него не похоже. Но он не хуже её понимал, что без помощи Индрелона они могут скитаться годами, так и не найдя следов пропавшего отца.