Текст книги "Альфа волк (ЛП)"

Автор книги: Кэролайн Пекхам

Соавторы: Сюзанна Валенти
сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 34 страниц)

– Позволь мне последовать за тобой, когда ты сбежишь, Розали, – пробормотал Итан, заставив мое сердце трепыхаться, как крылья колибри. – Давай уберемся отсюда и подумаем, как все это устроить. Я не могу больше оставаться без тебя. Это разрывает мое сердце на кусочки.

– Ты пойдешь за мной к моей семье? – спросила я, жалея, что не вижу его, чтобы понять по выражению его лица.

Итан долго колебался, и я поняла, что он этого не хочет.

– Думаю, сейчас я бы последовал за тобой на саму луну, – вздохнул он.

Я приподнялась на цыпочки, чтобы еще раз попробовать его губы на вкус, затем отстранилась и поспешила вниз по туннелю, чтобы снова встретиться с Планжером. Я не знала, как относиться к заявлениям Итана. Он всегда считал, что гораздо проще делать их в темноте, где нас никто не видит. Но что на самом деле произойдет, когда мы снова окажемся под лучами солнца?

– Кирпичи расшатаны, как стринги лепрекона, – гордо объявил Планжер, и через мгновение раздался скрежет камня, после чего он выдернул один большой кирпич из стены, и тусклый красный свет с уровня технического обслуживания залил темноту.

Я старалась изо всех сил не смотреть на дряблую, складчатую кожу голого чувака рядом со мной и, с колотящимся сердцем и широченной улыбкой на лице, выглянула наружу.

Слева от проделанной нами дыры виднелся ipump, и с инструкциями, которые прислал мне Данте, а также с ингредиентами, которые раздобыли Син и Итан, у меня было все необходимое, чтобы загрязнить бак и нейтрализовать Подавитель Ордена для бунта, когда настанет время действовать.

Это действительно происходило. Через несколько дней мы соберем вещи и свалим из тюрьмы Даркмор навсегда, и я не собираюсь оглядываться назад.

Глава 25

Роари

На этой неделе мы добились серьезного прогресса в библиотеке. Планжер работал над туннелем к поверхности, набирая метр за метром, и настроение у всех было приподнятым, поскольку приближался день побега.

Я красил стену рядом с отверстием, в котором копался Планжер. Книжный шкаф закрывал его от посторонних глаз, но я все равно испытывал прилив сил каждый раз, когда мы оказывались здесь. Я был взволнован. Блядски взволнован. Я очень хотел выбраться из Даркмора, и с тех пор как Роза появилась здесь, я чувствовал, что получил новую возможность жить. Я больше не был одинок. И теперь за этим туннелем меня ждало настоящее будущее. Я только знал, что есть несколько неувязок, с которыми нужно разобраться. Особенно если речь шла о Густарде. Мы должны были покончить с ним. Мы никак не могли выйти отсюда и отпустить этого сраного серийного убийцу на волю. Я не мог этого допустить. И мы с Розой до поздней ночи обсуждали, как с ним справиться. Если бы мы смогли сделать так, чтобы он не сбежал с нами, это было бы еще лучше. Потому что более рискованным вариантом было иметь с ним дело во время побега. И хотя я не любил марать руки в крови, я бы сделал это, чтобы избавить мир от Густарда, а также чтобы он заплатил за все, что сделал с Розой.

В любом случае ему отсюда не выбраться. Но такого умника психопата, как он, нельзя было недооценивать. Не зря же за этими стенами было так много трупов, и причина заключалась в том, что он все тщательно планировал. Я бы не удивился, если бы в земле лежало гораздо больше тел, чем те, за которые его осудили, и которые так и не были обнаружены.

Итан выполз из туннеля, потягиваясь и ловя мой взгляд. Туннель расширялся, и мы могли бы выйти отсюда без проблем, но теперь у нас было ограничение по времени: Планжер старался прокопать как можно дальше к ночи нашего побега, поэтому чем дальше вглубь, тем уже он становился. Ему все равно пришлось бы копать нам несколько сотен футов до поверхности, когда мы сбежим, но основную часть работы он уже сделал. Его Орденский дар поможет ему избежать детекторов в земле, и мы сможем просто выплыть в свободный мир. Теперь, когда туннель был закончен вплоть до технического обслуживания, он работал изо всех сил, чтобы пройти как можно дальше до того, как наступит время шоу.

– Хочешь поменяться на время? – спросил Итан с гримасой. – Я больше не могу смотреть на волосатую задницу этого парня. Неужели ему нужно быть блядски голым, пока он там работает?

Я сморщил нос и покачал головой.

– Может, нам стоит надеть на него боксеры, я видел степлер у стойки регистрации, мы могли бы сделать так, чтобы они оставались на месте.

Итан мрачно усмехнулся, и я почувствовал, что слегка улыбаюсь. Не то чтобы мне нравился этот парень или что-то в этом роде. Но ради того, чтобы прикрыть мешок с шарами Планжера, я был готов объединить усилия.

– Я пойду. – Роза появилась из-за угла, забрав свои волосы и завязав их в узел, чтобы они не мешали. – Вы двое можете вместе закончить покраску этой стены.

Она мило улыбнулась, взяла кисточку и вложила ее в руку Итана, после чего скрылась в туннеле.

Мы оба смотрели, как ее круглая попка исчезает в далеке, и я внутренне проклинал себя за то, что никогда не смогу перестать пялиться.

Итан бросил на меня косой взгляд, словно не собирался оставаться рядом со мной, но теперь, когда она вложила кисть в его руку, ему пришлось бы признать, что он не хочет быть рядом со мной, если бы надумал уходить. Я, конечно, тоже не хотел быть рядом с ним, но не собирался прекращать то, что делал. И у меня было ощущение, что Итан не захотел бы потерять лицо, сообщив мне, что моя компания беспокоит его настолько, что заставляет уйти.

Я провел валиком по стене, и Итан со вздохом опустился на пол на колени и начал красить вдоль плинтусов. Неважно, что мы забрызгали комбинезоны, они все равно выдадут нам новые, как только мы вернемся в камеры. Да и не было особого смысла выдавать нам рабочую одежду, ведь это было то, во что мы были одеты изначально.

Молчание между мной и Итаном длилось так долго, что стало оглушительным. Я знал, что он что-то значит для Розы, даже если она никогда не признается мне в этом. Пара моего брата была всем его миром, и тяга, которую он испытывал к ней, не могла сравниться ни с какой другой силой на земле. Так что если Роза страдала по Итану, как я подозревал, то и он должен был быть в той же лодке.

– Итак… какие у тебя планы, когда ты выберешься отсюда? – спросил я, решив приложить усилия ради Розы. Не то чтобы я был уверен, зачем именно мне это нужно, особенно когда она даже не признает, что он ей нравится. Но я сказал себе, что хочу для Розы самого лучшего. Пару, которая заботилась бы о ней и защищала ее. Так что если она застряла с этим парнем, то, возможно, мне лучше выяснить, достоин ли он занимать выбранное Луной место рядом с ней.

Я происходил из семьи Львов и всю жизнь был окружен тремя мамами и влиянием отца. Я знал силу парных уз. И дело было не только в том, что небесное существо заставило их быть вместе. На каком-то уровне они были созданы друг для друга. И как бы мне это ни не нравилось, я гораздо лучше Розы понимал, что Итан никуда не денется.

Может, она и считала, что ее лунные дары способны разрушить связь между ними, но я с ней не согласен.

Несмотря на это, я провел гораздо больше времени, чем хотел бы признать, завидуя Итану из-за его связи с Розой. Я все еще злился на него за то, что он не был достаточно фейри, чтобы прямо заявить на нее права. Не то чтобы я хотел, чтобы ее внимание украл другой мужчина или что-то в этом роде. Но она сама говорила, что не похожа на других Альфа Волков. Ей не нужен один партнер. Отлично, значит, она может создавать пару с кучей других фейри, а ты можешь быть ее заботливым «другом», чьи яйца посинеют настолько, что отвалятся.

– Я отправлюсь домой и побуду со своими сестрами, – сказал Итан. – У них у всех есть щенки, которых я никогда не видел, и большинство из них вышли замуж за парней, которых я никогда не проверял.

Я издал вздох веселья, а затем ухватился за одну общую черту.

– Я также не знаком с племянницей и племянником. А когда я в последний раз видел своего брата, он надеялся, что его жена снова беременна. Если у них появится еще один до того, как я выберусь отсюда, я сойду с ума.

Итан нахмурился и посмотрел на меня с пола.

– Это, блять, отстой, не так ли?

– Да, – пробормотал я. – Но, думаю, скоро мы их увидим.

Он улыбнулся, в его глазах заблестела надежда.

– Я никогда не должен был попадать в тюрьму, – вздохнул он. – Но ради семьи я готов на все.

– А что ты сделал? – спросил я небрежно, но я знал, какой вес имеет этот вопрос здесь. Большинство людей не делились своими преступлениями, если только они не использовали их для запугивания людей, если это не было громким событием в новостях или если вы были просто тупым.

– Я ничего не сделал, – признался он, удивив меня. – Я прикрывал того, кого люблю.

Мои брови при этом изогнулись, и хотя инстинкт подсказывал мне, что это чушь, я видел правду в его глазах, и у него не было причин лгать. Я снова повернулся лицом к стене, на которую наносил краску.

– Я здесь из-за того, кого тоже люблю, – сказал я ему, и когда слово «люблю» вырвалось у меня, я возненавидел то, как бешено колотилось мое сердце. Ведь я имел в виду, как семью, но чувствовал, что это нечто совсем другое. Если я думал о Розе как о семье, то, видимо, это означало, что я хочу трахнуть своего младшего брата и своих родителей тоже. Но, конечно, я, как всегда, обманывал себя. Роза была семьей, но не такой, какой была моя родная кровь. Она была из тех, кого я хотел заставить стонать свое имя, целуя каждый сантиметр ее плоти. Та, в которой я хотел терять себя каждую ночь, строить с ней жизнь, строить с ней долбанный дом. Я никогда и ни за что не хотел потерять ее теперь, когда она вернулась ко мне. Но она также была той семьей, к которой я никогда не смогу прикоснуться, потому что я был всего лишь каким-то потасканным Львом, который когда-то был кем-то, а теперь стал никем, и у меня не было абсолютно ничего, чтобы предложить ей. Так что да, какой бы ни была эта извращенная семья, она была ею.

– Я слышал о твоей истории, – сказал Итан с ухмылкой в голосе. – Все в Солярии, блядь, слышали.

– Ну, думаю, нельзя ограбить Верховного Советника так, чтобы об этом не узнал весь мир, – сказал я, ухмыляясь. Я по-прежнему не жалел о том, что совершил ограбление. Технически я все равно его провернул. Только мой брат удрал с товаром, а меня поймали. С нами была Роза, что, по правде говоря, было глупой идеей. Но нам нужен был кто-то маленький, способный пролезть в вентиляцию и пройти сквозь заклинание обнаружения магии. Поскольку ее магия на тот момент была еще не пробуждена, она идеально подходила для этой работы. Только когда мы пытались бежать, все полетело к чертям. Я мог бы сбежать. Но Роза попала в беду, и я не бросил бы ее ни за какие краденые деньги в Солярии. Она была ценнее всего, что я когда-либо похищал. И всегда будет такой.

– Зачем ты это сделал? – с любопытством спросил Итан. – Просто ради острых ощущений? Или тебе нужно было что-то конкретное?

Я пожал плечами, не давая ему ответа. Была причина, по которой мы выбрали Лайонела Акрукса, но это был не мой секрет, чтобы его раскрывать.

– Да ладно, мужик, я знаю, что пресса переврала эту историю, сказав, что все имущество Лайонела было ему возвращено. Но твой брат, должно быть, тоже был на этой работенке, кто еще мог забрать вещи, когда тебя поймали? Ты же не хочешь сказать, что Леон Найт ничего не прихватил, – насмешливо заметил Итан.

Я посмотрел на него с ухмылкой на губах.

– Да, я так не скажу. Но я также не скажу тебе, что он получил. – Я подмигнул, и он нахмурился.

Но прежде чем он успел выпытать у меня подробности, до меня донесся звук резкого свиста Густарда. Мое сердце заколотилось от сигнала о приближении охраны, и мы не успели подготовиться, как дверь библиотеки с грохотом распахнулась, и по комнате пронесся ветер, судя по скорости, с которой оно передвигалось, – только что прибыл вампир. Твою ж мать.

– Подсчет! – Голос Кейна эхом разнесся по всей библиотеке, и моя кровь превратилась в лед.

Я выронил валик, нырнул к дыре и просунул в нее голову, ища Розу, но не решаясь позвать ее на случай, если Кейн услышит меня и прибежит сюда. Но ее там не было. И близко не было. Туннель был очень глубоким, и у меня не было шансов вытащить ее достаточно быстро.

Я переглянулся с Итаном, который внезапно застонал, откинув голову назад, чтобы Роза услышала, потом схватился за книжный шкаф, а я поспешил к нему, чтобы поднять другой конец. Мы задвинули его на место, закрыв дыру, и через секунду в поле зрения появился Кейн, остановившийся прямо перед нами.

– Какого хера вы делает? Я сказал, подсчет. В переднюю часть библиотеки. Быстро, – огрызнулся он, и мое сердце бешено заколотилось, когда я кивнул, и мы прошли мимо него по проходу. Не удержавшись, я оглянулся и увидел, что этот любопытный ублюдок проверяет, чем мы занимались. Я переглянулся с Итаном, когда мы обогнули угол, чтобы присоединиться к остальным возле входных дверей.

Син нахмурился, увидев мое выражение лица, когда мы подошли, и шагнул рядом со мной, наклонившись и дыша мне в ухо, чтобы его слова не были услышаны Кейном.

– Где она?

– В туннеле, – пробормотал я, и его глаза расширились, когда он отступил назад, в них появился испуганный блеск.

Все остальные, похоже, подхватили эту мысль, и по группе пробежала волна беспокойства, пока мы ждали, когда лезвие судьбы обрушится на наши головы. Кейн снова появился перед нами, переминаясь с ноги на ногу и хмуря брови.

– Где Двенадцать и Двадцать Четыре? – угрожающе прорычал он.

– Они работали с нами в дальнем углу, – тут же ответил Сонни, указывая на противоположный конец библиотеки, где находилась дыра.

– Нет, гончая была со мной. Хотя, возможно, это было за некоторое время до того, как она присоединилась к вам. А может, и после… – Пудинг указал на другой угол комнаты, удаленный от туннеля, и Кейн нахмурился еще сильнее.

– Планжер складывал книги туда, – сказал Клод и кивнул.

– Двенадцать! Двадцать четыре! – прорычал Кейн. – Идите сюда, живо! У вас есть пять секунд. Пять… четыре… три…

– Там очень плохо слышно, голоса не доносятся, – оборвал его Син, и все кивнули в знак согласия.

– Совсем не доносятся, – сказал Густард.

– Возможно, на эту часть библиотеки наложено заглушающее заклинание, – задумчиво произнес Пудинг.

– Ничего подобного, – прошипел Кейн, глядя на всех нас, а потом бросился прочь, в дальний угол.

Я бежал, не успевая остановиться, и Итан был рядом со мной, пока мы мчались туда, где были раньше. Син начал петь «Sex Bomb» Тома Джонса во всю мощь своих легких, перекрывая шум наших шагов, пока мы мчались к книжному шкафу.

Я кивнул Итану: я взялся за один конец, он – за другой, и мы размашисто оттолкнули шкаф на полфута. Розали и очень голый Планжер вывалились из него, и мы быстро задвинули его на место. Пение Сина стало еще громче, и остальные стали подбадривать его, прося заткнуться, так что их голоса заполнили всю библиотеку.

Планжер подхватил кисточку с краской и размазал ее по своей обнаженной плоти, бросив комбинезон, сложенный у книжного шкафа, и мы все бросились обратно к входным дверям. Я взял руку Розы в свою и крепко сжал, а она сжала мою в ответ, прежде чем я снова отпустил ее. Мы обогнули угол и остановились как раз в тот момент, когда перед нами снова появился Кейн, и его брови опустились еще ниже, когда он заметил Розу и Планжера, стоящих позади меня и Итана.

– Заткнись, блядь, Восемьдесят Восемь! – рявкнул Кейн на Сина, и тот затих, злобно оскалившись.

Кейн пробился сквозь группу, окинул взглядом Розу, а затем переключился на волосатую голую фигуру Планжера.

– Какого хрена ты голый? – потребовал он.

– Так я выражаю свой внутренний кре-а-ти-ви-тай⁶⁵, – невинно ответил он. – Мне нужно быть свободным от одежды, когда я рисую, это мой путь, сэр.

Кейн скорчил гримасу, затем обернулся к Розе, в то время как страх колотился в моих конечностях. Если он поймет, что что-то происходит, нам пиздец.

– Чем ты занималась? Мне сказали, что ты была вон там, – прорычал он, указывая на ту часть библиотеки, которую он только что обыскал.

Роза захлопала ресницами.

– Я пошла посмотреть, как дела у Планжера. Он тормозит нашу работу, пытаясь использовать свой член в качестве кисточки.

Планжер пожал плечами, как будто в этом не было ничего необычного.

– Это путь моего кре-а-ти-ви-тай.

– Это креатив-ность, – раздраженно прорычал Кейн, глядя между ними, а затем повернулся лицом к остальным. – У вас было достаточно времени, чтобы закончить эту работу. Почему так долго?

Роза поспешила вперед и поймала его за руку, бросив на него серьезный взгляд.

– Можно с тобой поговорить? Нам с Роари нужно кое-что тебе сказать. – Она взглянула на меня, и я слегка нахмурился, но быстро опустил глаза, когда Кейн посмотрел в мою сторону, и я кивнул, повторяя ее выражение лица.

На челюсти Кейна заиграли желваки, пока он размышлял над этим, а потом он наконец кивнул, и я почувствовал облегчение, хотя понятия не имел, что она задумала. Роза направилась к стеллажам, а я с Кейном на буксире последовал за ней, пока мы не оказались вне пределов слышимости остальных.

– Что такое, Ро… Двенадцать? – поправил он себя в последний момент, и я приподнял бровь. Он бросил на меня взгляд, который говорил о том, что он вырвет мне язык, если я упомяну об этом.

– Это Планжер, – прошептала она, нахмурившись вместе со мной. – Он не торопится с работой, у него свои странные… методы, которые большинству людей здесь не по душе. Поэтому мы с Роари договорились присматривать за ним, а также за некоторыми другими. Мы не позволяем ему работать самостоятельно, и когда ты пришел, я была занята тем, что спорила с ним о том, что он работает голым, поэтому не сразу тебя услышала. – Она невинно пожала плечами, и я понял, что технически все, что она сказала, было правдой.

Я кивнул, чтобы поддержать ее рассказ:

– В основном мы по очереди следим за тем, чтобы он хотя бы использовал инструменты, а не свой член для покраски стен.

Кейн слегка сморщил нос и наконец кивнул.

– Ну, если он не подходит для этой работы…

– Он удивительно хорош, когда его держат в узде, – быстро сказала Роза, одарив его косой улыбкой. – Думаю, мы закончим работу к концу недели, если он будет стараться.

Мой пульс бился в ушах, когда я кивнул в знак согласия. К концу этой недели мы закончим работу. И, надеюсь, будем лежать где-нибудь на пляже с самодовольными ухмылками на лицах, пока весь мир будет рассказывать о заключенных, которым удалось совершить невозможное. Я был очень рад снова прославиться. Что подумает отец, если мне это удастся?

– Хорошо, но если это продлится дольше недели, то вам крышка. Я распоряжусь, чтобы вас перевели на другую работу и привели сюда новую команду, – твердо сказал Кейн, и мы кивнули.

Он ушел к остальным, и я услышал, как он кричит на Планжера по поводу одежды, а Роза бросилась ко мне и крепко обняла. Ее сладкий аромат благоухал лучше, чем свобода, и я прижал ее к себе, когда дверь захлопнулась и Кейн ушел.

– Еще несколько дней, Роза, – промурлыкал я ей на ухо, и она задрожала в моих объятиях. Я не знал, из-за чего это произошло: из-за меня или из-за того, что я сказал, но мудак во мне надеялся, что из-за первого.

– Я готова, Рори, – взволнованно сказала она, отстраняясь и поднимая на меня глаза, в которых отражался весь мир. – Пришло время выполнить обещание, которое я тебе дала.

Глава 26

Розали

Все складывалось, и я начинала чувствовать, будто у меня под кожей постоянно искрит оголенный провод. Я была этим вибрирующим шаром энергии, жаждущим выхода и готовым взорваться.

Мы вернулись к остальным, и как только я убедилась, что Кейн давно ушел, я позвала всех поближе, запрыгнула на один из столов и уселась там, скрестив ноги под собой.

– Слушайте! – позвала я, скользя взглядом по каждому члену этой нестандартной команды в поисках слабых звеньев. – Туннель приближается к поверхности, и мы должны быть готовы двигаться, как только это произойдет. План прост. Через два дня во время ужина снова вспыхнет бунт, и я отправлюсь заправлять бак с Подавителем Ордена на уровень технического обслуживания ингредиентами, необходимыми для превращения газа, выходящего из вентиляционных отверстий в тюрьме, в антидот. Так что всем, кто здесь находится, нужно лишь сделать несколько глубоких вдохов воздуха из вентиляции, и вы сможете сдвигаться по своему желанию. Этого должно быть более чем достаточно, чтобы устроить резню и прикрыть наш побег. Если они будут придерживаться того же плана действий, что и в прошлый раз, у нас будет один час с момента начала беспорядков до выхода Белориана на свободу.

– Бедный зверек будет с нетерпением ждать, когда ему дадут еще одну вольную, – перебил Син, подмигнув мне, и я замерла, сузив на него глаза.

– Для ясности, нам очень нужно, чтобы Белориан как можно дольше оставался в своей клетке.

– Я тебя услышал, дикарка, – сказал Син, подмигнув мне еще раз, и я зарычала, поднялась на ноги и направилась к нему, а все остальные смотрели на это с разной степенью растерянности.

– Син Уайлдер, – сказала я низким, предупреждающим голосом, подойдя к нему вплотную и прижав палец к его груди. – Повторяй за мной: мы не хотим, чтобы Белориана освободили.

– Мы не хотим, чтобы Белориана освободили, – промурлыкал он, схватив меня за запястье и поднеся палец ко рту, а затем игриво прикусил его. – Понял. – Он снова подмигнул, и я вздрогнула.

– Если ты выпустишь этого монстра на свободу, пока мы будем пытаться сбежать, я лично выбью из тебя все дерьмо и заставлю заплатить втрое больше, чем заплатил Джером за организацию всего этого дела. И поверь мне, это очень много аур.

– Я бы этого не хотел, – усмехнулся он, и я сузила глаза, ожидая, что он снова мне подмигнет. Черт бы побрал этого безумного Инкуба.

Вместо того чтобы подмигнуть, Син набросился на меня, зажал мое лицо между ладонями и крепко поцеловал на глазах у всей группы.

Итан издал яростный рык, и я отшатнулась назад за секунду до того, как он столкнулся с Сином, и они оба рухнули на пол.

Итан приземлился сверху, обхватил Инкуба и с яростью бросился на него с кулаками, а Син завыл от смеха.

– Все в порядке, котик, меня на всех хватит. Обещаю позже снова засунуть что-нибудь тебе в задницу, – громко сказал Син, прежде чем Итан обхватил его руками за горло и начал душить.

– Ради любви к Луне, – прорычала я, пока Син пытался говорить через сдавленное глотку, а Итан, похоже, был склонен действительно убить его.

Я шагнула вперед и бросила свой вес в бок Итана, сбив его с Сина, а затем набросилась на него сверху и зарычала.

– У тебя есть претензии, которыми ты хочешь поделиться с группой, stronzo? – громко потребовала я, глядя на него снизу-вверх, когда он обнажил зубы, наполовину соблазняясь наброситься на меня в следующий раз.

Сонни, Бретт и Эсме застонали от восторга при виде того, как я прижимаю главаря Лунной банды к ковру, и его взгляд метнулся в их сторону, когда он, казалось, понял, что находится на грани раскрытия своей связи со мной на глазах у всей группы.

Я наклонила голову, глядя на него, и практически видела, как крутятся шестеренки в его голове, пока он пытается решить, стоит ли его секрет больше, чем его гордость. Он был Альфа Волком, и увидеть, как другой фейри прикасается к его паре, было бы достаточно, чтобы привести любого Альфу в бешенство. Все его инстинкты, вероятно, кричали, чтобы он затащил меня обратно в свою пещеру и трахал до тех пор, пока я не забуду о существовании кого-либо еще – сразу после убийства Сина, конечно же. И я обнаружила, что на самом деле хочу, чтобы он последовал этим инстинктам. То есть он не станет убивать Сина, но если он сейчас встанет и скажет всем, что я – его, а он – мой, я буду уверена, что соглашусь с ним. И мне не нравилась боль в груди, говорившая о том, что я очень этого хочу, потому что я знала, что это означает, что он имеет надо мной какую-то власть. Или, по крайней мере, над тем, что я чувствую.

– Забудь об этом, – пробурчал Итан, садясь и отталкивая меня назад.

Я стояла, сжав челюсти, и полсекунды не могла отогнать боль от этих слов, мои глаза заслезились на кратчайшие секунды, прежде чем я нацепила на лицо самую сладкую ухмылку и повернулась спиной к stronzo.

– Кому-нибудь еще нужно выговориться? – потребовала я, поймав взгляд Роари.

Его золотые глаза были полны ярости, и он шагнул к Итану, замахнувшись на него так быстро, что я даже не успела заметить удара.

Голова Итана дернулась в сторону, когда он получил сильный удар в челюсть, и он сделал движение, чтобы броситься на Роари, но я встала между ними.

– Хватит! – потребовала я тоном Альфы, отпихивая их обоих и рыча, ожидая, будут ли они подчиняться или нет. – Если понадобится, я легко покончу с этим.

На секунду мне показалось, что драка разгорится в полную силу, и Син начал скандировать себе под нос: «Бой, бой, бой». Но когда я перевела взгляд на Итана, он вздохнул, похоже, осознав, что я была примерно в трех секундах от того, чтобы сообщить всей комнате, что мы образовали пару, и повернулся, уйдя прочь, его поза была полна ярости.

– Не уходи, – позвала я его. – Я еще не закончила обсуждать план.

Итан зарычал, но остановил свое отступление и повернулся, чтобы посмотреть на меня, гнев наполнил его глаза, когда он прислонился к книжной полке и сложил руки.

– Ладно, – начала я, запрыгивая обратно на стол и делая вид, что меня никто не прерывал, когда Син стряхнул с себя все пылинки и встал позади меня. Он начал массировать мои плечи, и это было довольно приятно, так что я позволила ему продолжить. – Итак, как только начнется бунт, мы все должны спуститься сюда. Но не делайте этого явно и убедитесь, что охранники за вами не наблюдают. Джером собирается взломать тюремные системы и заблокировать помещения охранников. Это значит, что охранники, не заступившие на смену, не смогут выйти оттуда, чтобы помочь утихомирить бунтующих, а значит, беспорядки будут продолжаться еще дольше. Это хорошо, потому что мы хотим, чтобы прошло как можно больше времени, прежде чем они возьмутся за дело. Как только это произойдет, они будут у нас на хвосте, так что нам нужно действовать быстро. Мы добираемся сюда и отправляемся за Планжером в туннель, который он роет для выхода на поверхность.

– А что, если кого-то из нас задержат охранники? – спросил Бретт, и я пожала плечами.

– Не моя проблема. Всех, кто не придет, оставим. Единственные, без кого мы не уйдем, – это я, Син и Роари.

– Что делает вас троих такими особенными? – насмешливо спросил Густард, и я закатила глаза.

– Джером не поможет запереть охранников и заблокировать исходящие звонки в ФБР, если мы не вытащим для него Сина. Данте не разрушит забор, если не увидит нас с Роари. А это последний барьер. Внешний забор смертельно опасен при соприкосновении и уходит под землю, окружая всю тюрьму куполом. Единственные ворота слишком хорошо охраняются, чтобы мы могли попытаться сбежать через них, так что вместо этого у нас есть Штормовой Дракон, чтобы поджарить забор.

– А что, если он не сможет? – произнес нараспев Густард. – Что, если мы доберемся до забора и обнаружим, что он не может его разрушить?

– Если ты сомневаешься в силе моего кузена, то не стесняйся остаться позади, stronzo, – промурлыкала я. – Я действительно не возражаю, если ты так поступишь.

– Что мы будем делать, когда забор будет снесен? – спросил Сонни, его глаза блестели от возбуждения.

– Сдвинемся и побежим, – сказала я с ухмылкой. – Нам нужно отойти примерно на милю, чтобы Данте мог безопасно приземлиться, и он будет ждать нас там со звездной пылью. Он доставит нас в другое место, и в этот момент я пожелаю вам всем добра и навсегда исчезну из вашей жизни.

– Мы будем сами по себе? – нервно спросила Эсме.

– Так безопаснее, – сказала я мягким голосом. – Но если ты отправишься в Алестрию и найдешь Оскура, я уверена, что однажды мы найдем дорогу друг к другу. Но пока я собираюсь отправиться с кузеном, Сином и Роари. – Я перевела взгляд на Итана, и он нахмурил брови, но, как ни удивительно, ничего не сказал в знак протеста.

– Ты собираешься сказать нам, где находится эта вторая локация? – раздраженно спросил Густард. – Не у каждого из нас есть Орден, превращающийся в существо, способное бежать на большие расстояния.

– Ну, это не моя проблема, – ответила я, пожав плечами. – Я обещала вытащить тебя, а не тащить твою одноглазую задницу обратно в дом твоей мамочки. Уверена, ты сам разберешься.

Он зыркнул на меня, но я проигнорировала его. У меня не было намерения заводить его так далеко. А всем остальным я собиралась рассказать, где именно находится вторая локация, в частном порядке, чтобы они могли организовать встречу с людьми. Пудинг уже сделал достаточно передатчиков, чтобы они могли звонить и договариваться о встрече, не опасаясь, что охранники прослушают их.

– Ладно, мы потеряли достаточно времени, так что возвращайтесь к работе, – приказала я, поднимаясь на ноги и заставляя Сина отпустить меня.

Я наблюдала за тем, как Густард, как и подобает ленивому bastardo, уходит, чтобы занять место часового у двери, а Син последовал за Планжером в туннель, пока остальные члены группы продолжали ремонтные работы для нашего прикрытия.

Итан отправился за коробками с книгами, и я поспешила за ним, поймав его за руку и оттащив подальше от остальных к стопкам. Нам нужно было разобраться с дерьмом, и я устала ждать, пока он переборет свои страхи.

– Ты что, трахаешься с Инкубом? – прорычал он, пока я тащила его за собой, и я насмешливо фыркнула, прежде чем снова повернуться к нему.

– У тебя все еще есть эта фальшивка пара, которая спит в твоей камере? – бросила я в ответ.

Итан разочарованно захрипел, и я раздраженно зарычала, прежде чем толкнуть его обратно к одной из полок.

– Скажи мне, красавчик, ты рад, что Луна выбрала меня для тебя? Или ты хочешь, чтобы я попыталась разорвать эту связь между нами? – спросила я с убийственным мурлыканьем, не выдавая ни капли своих чувств по этому поводу.

– Я хочу тебя, – мгновенно прорычал он, в его тоне не было и намека на колебания. Я не хотела признавать, как охренительно приятно было слышать, что он сказал это так просто, так честно, но, черт, думаю, если бы он сказал мне, что хочет, чтобы я разорвала связь, я бы просто развалилась на части из-за этого.

– Хорошо. Тогда ты хочешь отправиться со мной, когда я вернусь к своей семье?

Итан вздрогнул, словно эта мысль причинила ему физическую боль.

– В сердце Клана Оскура? А может, я просто плюну на могилы своей семьи, пока буду там?

– Возможно. Они были особенно мерзкими bastardos? Если у тебя есть причины ненавидеть их, то плюнь.