Текст книги "На грани возможного (ЛП)"

Автор книги: Кайла Стоун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Если избавиться от Генерала, Лансинг пришлет кого-то другого, того, кому наплевать на этот город или Шарлотту.

Это начиналось и заканчивалось генералом Синклером.

Убрать его, и у Фолл-Крик появился бы шанс. У Ханны появился бы шанс.

Но как? Имея больше времени, Лиам мог бы придумать засаду, чтобы заманить Генерала в ловушку. Или устроить снайперское укрытие и уничтожить его пулей в мозг с дальней дистанции.

Но из разведданных Лютера Лиам знал, что Генерал осторожен. Он занял пентхаус; единственная стена окна выходила на озеро Мичиган. Поблизости не имелось высоких зданий с крышами или окнами для снайперской стрельбы.

У Лиама больше нет времени. И вариантов нет.

Оставался только один выход.

Что-то зацепило его взгляд. Кривая зелено-серая шапочка проглядывала между диванными подушками.

Лиам достал ее и взял в руки, поворачивая снова и снова, проводя мозолистыми пальцами по неровной вязке.

Он связал ее для ЭлДжея. Он надел ее один раз спустя несколько часов после его рождения. Лиам хранил ее, чтобы она напоминала ему о Джессе и Линкольне, о его погибшей семье и ребенке, которого он оставил в Чикаго.

То, что когда-то символизировало его неудачу, превратилось в подарок, символ надежды. Когда Ханна вошла в его жизнь. Когда Шарлотта появилась на свет с красным лицом и рыданиями.

Его мысли кристаллизовались. Лиам понял, что он должен сделать. И как.

Путь вперед никогда не представлялся таким ясным.

Генералу нужен Лиам. Он хотел убить Лиама сам, своими руками. Это означало, что ему нужно приблизиться. Столкнуться лицом к лицу.

Возможно, достаточно близко, чтобы убить.

Сомнения и неуверенность одолевали Лиама. Риск велик. Шансы на успех невысоки. Шансы на выживание ничтожны.

Даже если Лиам сможет добраться до Генерала, он не сумеет отбиться от наемников, которые устроят ад в отместку.

Ему и не нужно.

Выбраться – не самое важное. Только войти.

На секунду он подумал о том, чтобы вызвать Бишопа, организовать штурмовую группу. Но Лиам отбросил эту мысль. Им нужен каждый боец, чтобы защитить Фолл-Крик. Кроме того, он не мог смириться с мыслью, что отправит своих друзей в опасную зону со слабой надеждой на выживание.

Как ни странно, он никогда не ценил свою жизнь так сильно, как сейчас. Он хотел этой жизни, неполноценной, но прекрасной. Он хотел найти свое место в этом мире с Ханной в его центре.

Только сейчас он полностью осознал, что должен потерять, чтобы их спасти.

Лиам вызвал Лютера по рации.

Когда тот ответил, Лиам сказал:

– Ты мне нужен.

Глава 51

Лиам

День сто четырнадцатый

Лиам подготовился.

Операция требовала скорости и ловкости. Он планировал оставить свой рюкзак, но надел нагрудное снаряжение и проверил оружие, пересчитал патроны и магазины.

В кармане куртки он держал свой повседневный футляр со складным ножом, паракордом, тактической ручкой и мультитулом.

Он позаимствовал швейный набор Ханны, чтобы сделать пару последних изменений, а также несколько вещей из дома Рейносо. Рейносо не знал – был занят ночным патрулированием.

Пора выдвигаться.

Лиам продумал все возможные и запасные планы, все ходы и контрходы, пока они не укрепились в его сознании.

Он готов к войне в одиночку.

Призрак стоял, пристально глядя на него умными карими глазами и навострив уши. Он знал, что сейчас что-то произойдет.

Лиам почесал его пушистые уши и погладил под мордой.

– Позаботься о них для меня.

Движение в тени коридора.

Адреналин пронзил его насквозь. Лиам повернулся, «Глок» в руке.

Квинн заговорила в темноте.

– Это я.

Лиам опустил пистолет.

– Что я тебе говорил о том, как подкрадываться к людям?

– Чтобы я делала это лучше. Похоже, у меня получилось.

Ее блестящие глаза сверкали в тусклом лунном свете, проникающем через окно гостиной. На ней были красные фланелевые пижамные штаны, футболка «Metallica» и розовые тапочки Ханны. Она выглядела такой юной.

Он убрал пистолет в кобуру.

– Ты должна спать.

– Ты тоже.

– Туше.

Призрак рысью подбежал к ней и обнюхал ее руку. Квинн почесала его за ушами. Он фыркнул от удовольствия и прижался макушкой к ее бедру.

Ее взгляд скользнул с Призрака на его лицо, на М4 на перевязи, на нагрудное снаряжение.

– Ты уходишь.

– Ухожу.

– Почему?

– Есть кое-что, что я должен сделать.

– Ханна знает?

– Узнает.

– То есть она не в курсе.

По правде говоря, Лиам не мог решиться сказать ей об этом. Он знал, какой будет ее реакция. Он не хотел прощаться. Дело не в том, что она не смогла бы с этим справиться – он не мог.

Их последние минуты вместе были идеальными. Он хотел, чтобы Ханна запомнила его таким. Пусть его последнее воспоминание о ней будет связанно с сегодняшним вечером. Ее волосы, рассыпавшиеся по плечам, глубина ее глаз в свете камина, их темнота, когда она поцеловала его.

– Нет, – подтвердил Лиам. – Она не знает.

Квинн пристально посмотрела на него. Она не принимала молчание за ответ.

– Куда ты идешь?

– Отрубить голову змею.

– А если там больше одной головы?

Она всегда была умной. Хитрая и быстро соображающая. Это сослужит ей хорошую службу.

– Я не думаю, что это так.

– А если ты ошибаешься?

– Это риск, на который я должен пойти.

– Ты намерен убить Генерала. – Она сказала это прямо. Заявление, а не вопрос.

– Я попытаюсь.

– Как ты собираешься подобраться к нему?

– Тебе не говорили, что ты задаешь слишком много вопросов?

Квинн фыркнула.

– Все время.

– Пока этот человек жив, Ханна и Шарлотта будут в опасности. Ради них я должен это сделать.

Она сделала шаг вперед. Ремень ее AR-15 был перекинут через плечо. Квинн практически спала с этой штукой.

– Я хочу пойти с тобой.

– Я должен сделать это один.

Она нахмурилась.

– Я думала, ты считаешь, что одинокий волк – это глупость.

– Так и есть. Но в данном случае это единственный вариант. Поверь мне, я все продумал. Иначе не получится.

– Вот почему ты сбегаешь тайком. Потому что Бишоп и Ханна не согласятся на это. Это плохая идея.

Его желудок дернулся.

– Квинн.

– Ты вернешься?

Его рефлекторным ответом было «конечно», но Лиам колебался. Квинн не маленькая девочка. Она прошла через слишком многое, чтобы он мог ей лгать. Он в долгу перед ней.

– Я не знаю, – признался он. А потом: – Наверное, нет.

От растерянности Квинн открыла рот, а затем захлопнула его. Она яростно покачала головой.

– Нет.

– Да. Я должен. Обязан.

Она сделала еще один шаг в темную гостиную. Даже в лунном свете Лиам мог видеть, как страдание исказило ее черты.

– Тогда позволь мне пойти с тобой.

– Прости, милая. Это не сработает. Это должен быть я. Только я.

Квинн застыла.

– Почему?

– Я единственный, кого он не убьет на месте.

Долгое мгновение она не произносила ни слова. Они смотрели друг на друга в темноте, думая о том, что никто из них не мог произнести вслух.

– Ты нужна мне здесь. Ты нужна ей.

Ему не требовалось говорить, кому. Они оба знали.

– Хорошо, Росомаха, – произнесла наконец Квинн.

– Я доверяю тебе. Так что, ладно.

Лиам моргнул, пораженный силой эмоций, бурлящих в его груди. Как сильно он хотел остаться, выбрать другой путь.

Наблюдать, как эта шестнадцатилетняя девочка растет в опытного воина, которым ей суждено стать.

– Защити ее, – сказал Лиам. – Защити их.

Квинн подняла подбородок.

– Сделаю.

Глава 52

Генерал

День сто четырнадцатый

Генерал стоял перед окном, вытянув позвоночник, сцепив руки на пояснице. Царственная поза. Внушительная. Победоносная.

Отличная поза для обложки книги-бестселлера, которой суждено стать классикой.

Губернатор Мичигана мертв.

Завтра в это время Генерал будет контролировать Фолл-Крик. Труп Лиама Коулмана повесят на стену. Его правнучка будет принадлежать ему.

И Синдикат окажется у него под прицелом.

Поскольку Генерал убедил губернатора Даффилда не подчиняться федеральным приказам и держать свои военные ресурсы на местах, Мичиган оказался единственным штатом на Среднем Западе с достаточно сильной армией, чтобы уничтожить По.

Синдикат, как и предполагалось, сделал за него грязную работу. По исчерпал свою полезность.

Когда По не станет, Иллинойс и Индиана будут просить Мичиган вмешаться и восстановить порядок. Что Генерал с радостью сделает – за определенную плату.

К тому времени, когда Лорен Юбэнкс официально станет губернатором, она будет стоять на коленях, отвечая перед ним.

Генерал позвонил По по своему спутниковому телефону.

Время расставить ловушку, которую он планировал.

По не потрудился поздороваться.

– Думаю, это будет последний раз, когда я принимаю ваш звонок, Генерал.

Генерал напрягся.

– Что, черт возьми, это значит?

– Ты впустил лису в курятник, Байрон. Лиса поступает так, как считает нужным.

– Ты обещал держаться подальше от Мичигана.

– Я не помню этой маленькой детали.

– Мичиган мой! – прорычал Генерал. – У тебя весь Средний Запад!

– Неужели? Потому что я чувствую, что стал слишком велик для своего аквариума.

Генерал заскрипел зубами. По оказался умнее, чем генерал ему приписывал. Он понимал общую картину.

– Не так послушен, как ты думал, а? Я умен. Умнее тебя, старик.

Генерал кипел от ярости. Как этот ничтожный подонок посмел намекнуть, что он хоть в чем-то равен ему в интеллектуальном или стратегическом плане?

По был элегантным бандитом, не более того.

– Ты ведь будешь счастлив, если я исчезну? Я отслужил свое. Для тебя. Но Байрон, у меня грандиозные планы, которые ты даже представить себе не можешь. Эта страна созрела для эксплуатации. Если не я, то кто-то другой. Десяток враждующих банд, сцепившихся на Среднем Западе, истребляющих друг друга и всех остальных. Или целый регион под замком, богатый ресурсами для таких, как я. Люди – это ресурсы. Я не трачу их впустую.

Генерал скривил губы от отвращения. Не от смысла высказываний По, с которым генерал вполне согласен, а от его ехидного, неуважительного тона.

– Не забывай, я могу уничтожить тебя. Одним приказом, одним…

– Я называю это блефом, – ровно сказал По. – Мичиган – мой.

– Ты тупой сукин сын…

– Я обожаю Мичиган, – заявил По таким скучающим, снисходительным тоном, словно смеялся над Генералом, издевался над ним. – Фруктовый пояс юго-западных графств вдоль побережья. А еще здесь одни из лучших виноделен в стране. Я ценю хорошее вино, знаешь ли. Я слышал, у тебя схожие вкусы.

– Не сравнивай себя со мной, ничтожество! Ты всего лишь хозяин трущоб, бандит, наряжающий себя красивыми нарядами, играющий во власть. У тебя нет настоящей власти. У тебя никогда не будет власти…

– Страх – это сила, – проговорил По. – И сейчас ты боишься меня.

Генерал сжал трубку телефона с такой силой, что пластиковый корпус треснул под его пальцами.

– Если ты хоть на секунду задумаешься…

– Я приду за твоими городами, твоими людьми. Я подчиню их себе или убью. Я заберу все, что захочу, и сожгу то, что останется.

– Предатель! – прорычал Генерал, желая дотянуться через телефон и задушить этого мелкого червяка. – Я убью тебя! Я отрублю тебе…

– Птичка напела мне, что ты с основной массой своих солдат находишься в окрестностях небольшого городка к северу от Индианы под названием Фолл-Крик. Уязвимое положение, в которое ты себя поставил. Тебя легко обойти и переиграть.

Жидкий страх пронесся по венам Генерала. Он потерял «Черный ястреб». Даффилд так и не снабдил его необходимыми минометами.

Он не готов. Чтобы уничтожить Синдикат, требовались уловки и обман, подстава По, когда он и его люди меньше всего этого ожидали.

По первым нанес ему удар в спину.

– Считай, что ты побежден.

– Я отдал тебе все! И вот как ты мне отплатил?

– Именно так ты играешь в эту игру, – с усмешкой в голосе отозвался По. – И Байрон, тебя обыграли.

Глава 53

Лиам

День сто пятнадцатый

Лиам шел по центру шоссе М-139.

Было далеко за полночь. Он находился в пятнадцати милях к северу от Фолл-Крика, на окраине города Сент-Джозеф.

Большую часть пути он проехал на велосипеде, а затем бросил его на заброшенном складе.

Теперь он шел посреди дороги, держа руки по бокам. М4 висел у него на груди, а «Глок» оставался в кобуре.

Лиам чувствовал себя уязвимым, незащищенным, голым.

И все же он шел.

Это противоречило его выучке, каждому его инстинкту.

Страх и сомнения грызли его, но он шел со всей решимостью.

Ночные звуки наполняли хрустящий весенний воздух. Насекомые трещали. Мелкие существа рыскали в траве. Ветер шумел в кронах деревьев, на ветвях которых росли свежие зеленые почки.

Лиам напрягся, проходя мимо очередного заглохшего автомобиля на обочине дороги. Они скрючились в темноте как дремлющие звери. Он осматривался во всех направлениях, ожидая засады, но ее не случилось.

Он пошел дальше.

Маленькая вязаная шапочка теплилась, как уголек, в кармане его куртки. Такая маленькая вещь так много значила. Ее присутствие побуждало его, подстегивало, заставляло идти вперед.

Лиам прошел мимо магазина кормов слева. Справа – магазин автозапчастей. Магазин элитных светильников. Специализированная пекарня и маникюрный салон напротив стоянки подержанных автомобилей. Мусор валялся прямо на дороге.

Если бы у него за спиной находилось подразделение «Дельта», или он располагал бы группами разведки, наблюдателями для защиты, силами реагирования наготове и «Апачами» или «Черными ястребами» для быстрой эвакуации с охраняемой зоной высадки.

У Лиама нет ничего из этого. Он один.

Он – ходячий мертвец.

Все нормально. Он принял это.

Он молился, чтобы этого хватило. Что его жертва будет стоить того.

Лиам почувствовал на себе взгляды задолго до того, как увидел людей. Он чувствовал, что их винтовки и карабины нацелены на его грудь, на его лоб.

Он не мог видеть или слышать их, но время, проведенное в дюжине боевых зон от Сирии до Афганистана, хорошо научило его.

Лиам знал, когда за ним охотятся.

Его органы чувств находились на максимуме готовности, он сканировал обстановку слева и справа, осматривая витрины магазинов, окна и дверные проемы. Тем не менее он не доставал оружие.

На крыше парикмахерской свет луны отразился от прицела. Из дверного проема автомастерской вынырнула человеческая тень. Звуки приглушенных, осторожных шагов.

Они здесь.

Они шли за ним.

Четыре фигуры выскочили на дорогу. Облаченные в форму, с M4. Они подняли карабины и бросились на него, выкрикивая приказы.

Загорелось несколько фонариков, лучи дрогнули.

– На землю!

– На колени!

– Не двигаться!

Лиам опустился на колени и поднял обе руки, прищурившись. Фонари светили ему в глаза. Ему потребовалось усилие, чтобы не схватить М4 и не дать отпор.

Вместо этого он сказал:

– Я сдаюсь.

Не хватало только, чтобы какой-нибудь отморозок нажал на спусковой крючок и выстрелил ему между глаз. Свет погаснет. Игра закончится.

Вперед шагнула фигура, силуэт которой выделялся на фоне бликов фонаря. Лиаму потребовалось мгновение, чтобы сориентироваться. Над ним возвышалась долговязая фигура Джеймса Лютера.

Лютер нагнулся, снял M4 с плеча Лиама и передал его солдату, стоявшему позади него.

– Вот этот парень. Я же говорил, что он будет здесь.

Лиам сжал челюсти. Его ребра вспыхнули. Он подозревал, что боль только начинается.

– Я сдаюсь! – повторил он громче.

– Еще бы, – произнес жесткий женский голос.

– Наденьте на него наручники, – скомандовал один из солдат.

– У меня есть. – Лютер шагнул вперед, в его руке оказалась пара наручников.

– Сначала обыщите его.

Грубые руки хватали и шлепали Лиама. Его «Гербер» и «Глок» изъяли, вместе с магазинами, засунутыми в нагрудное снаряжение. Куртку оставили нетронутой.

Лютер дернул Лиама за руки. Жесткие металлические наручники стиснули его запястья, сжимая плоть.

– Ты уверен, что это он? – произнес хрипловатый голос. – Подтверди опознание, пока я не доложил.

Лютер повернулся лицом к нему. Он уставился на Лиама, оставаясь бесстрастным. По его непроницаемому лицу мелькали тени, заслоняя глаза.

Его губы искривились в презрительной усмешке.

– Да, это он.

Приклад карабина взметнулся к лицу Лиама.

Его подготовка взяла верх. Он откинулся назад и сместился, чтобы не получить удар прямо в лицо.

Затем все померкло.

Глава 54

Квинн

День сто пятнадцатый

Квинн уставилась на Рейносо.

– Что ты только что сказал?

Рейносо посмотрел на членов Совета, выражение его лица сделалось серьезным.

– На нас собираются напасть.

Он созвал членов Совета в ратуше на экстренное собрание. Квинн не была членом Совета, но Ханна настояла на том, чтобы она пришла, после того как они высадили Майло и Шарлотту у дома Бруксов.

Кроме членов Совета за столом, на металлических складных стульях сидели несколько десятков горожан, усталых, но собранных. Квинн стояла возле длинного прямоугольного стола, слишком возбужденная и взвинченная, чтобы сидеть спокойно.

Старое здание суда освещалось свечами и фонарями. Высокие потолки возвышались над ними, невидимые в темноте.

Рейносо прочистил горло.

– Лиам позвонил мне. По словам его информатора, генерал Синклер планирует атаковать Фолл-Крик на рассвете.

Бишоп взглянул на часы.

– Примерно в пять часов.

По комнате пронесся вздох. Потрясенные лица смотрели на него, разинув рты.

Ребра Квинн сжались, словно гигантская рука сдавливала их все сильнее и сильнее. Сводчатый потолок нависал слишком низко, слишком близко, давил на нее. Стало трудно дышать.

Деррил Виггинс побледнел.

– Нас захватят! Они солдаты! Они нас перебьют.

– Мы подготовились к этому, – заявил Бишоп своим рокочущим баритоном, его голос звучал ровно, но резко, словно он изо всех сил старался сохранить самообладание. – Мы знали, что это произойдет. Теперь, когда час настал, пришло время действовать.

Широко раскрыв глаза, Ханна оглядела комнату.

– Где Лиам?

– Я думал, он с тобой, – проговорил Дейв.

Она покачала головой.

Все взгляды обратились к Рейносо.

– Он сказал, что у него есть важные дела, и отключился, прежде чем я успел задать вопросы. С тех пор он не отвечает. Мне жаль, но я не знаю.

Участники совещания попытались осмыслить сказанное. Они уставились друг на друга, встревоженные и озадаченные.

– Это не имеет смысла, – проговорила директор Кинг. – Куда он мог пойти? Что он должен сделать? Он нужен нам здесь.

Квинн прочистила горло.

– Он пошел за Генералом.

Ханна повернулась к ней.

– Что?

Громче, Квинн повторила.

– Он собирается убить Генерала.

– Нет, – пораженно пролепетала Ханна. – Нет, нет, нет.

Бишоп выглядел больным.

– Только не говори мне, что он ушел один.

Квинн напряженно кивнула.

– Я вышла попить воды, в то время как он собирался. Я не смогла его остановить. Он сказал, что не хочет, чтобы кто-то еще погиб.

– Это не значит, что он тоже должен умереть, – пробормотал Рейносо.

– Он сказал, что если он отрубит голову змею, то Национальная гвардия дважды подумает, прежде чем нападать. Что у нас будет шанс.

– Мы должны пойти за ним, – заявил Бишоп. – Если он сунется туда один, это будет самоубийство…

Квинн сглотнула.

– Он ушел час назад. Слишком поздно.

Лицо Бишопа стало пепельным. Он покачал головой, потрясенный.

Все они думали об одном и том же. Лиам один шагнул в логово льва. У него почти нет шансов вернуться.

– Почему ты ничего не сказала? – спросила Аннет Кинг.

Квинн потрогала толстый, зудящий рубец на губе. Она не стыдилась его. Это боевой шрам. Знак для всех, что она пережила этот бой и переживет следующий.

Она расправила плечи и встретила взгляд Ханны.

– Он просил меня не делать этого. Сказал, что ты попытаешься остановить его, что даже если это правильный шаг, не захочешь, чтобы он это делал.

– Чертовски верно, мы бы не хотели, – отозвался Рейносо.

Эмоции мелькали на лице Ханны быстрой чередой – страх, беспокойство, трепет, сомнение. Затем что-то похожее на согласие.

Ханна успокоительно вздохнула.

– Когда дело доходит до тактики и стратегии, Лиам умнее всех нас вместе взятых. Мы должны доверять его решению, даже если… даже если он…

Ее подбородок дрожал. Она не дура. Она знала, что это значит. Что Лиам жертвует собой. Что они больше никогда его не увидят.

В этот момент Генерал, возможно, пытал человека, которому они обязаны жизнью. Человека, которого Ханна любила.

Квинн сглотнула горячие слезы. Черт, они все любили Лиама. Квинн любила. Он был чертовым Росомахой. Не прошло и двух недель, как он без раздумий рискнул своей шкурой ради глупого подростка.

Она только что потеряла бабушку. Перспектива потерять еще и Лиама вызывала ужас.

В просторной комнате царила напряженная тишина. Никто не говорил.

Бишоп протянул руку через стол и обхватил скрюченные пальцы Ханны своими огромными пальцами.

– Ханна…

Неуверенность на ее лице исчезла, рот сжался в тонкую линию.

– Что бы ни случилось, мы справимся с этим. Но сейчас мы должны быть такими же сильными, как он. Мы должны быть умнее и смелее, чем когда-либо. Если мы не справимся, все, кого мы любим, умрут.

Квинн нахмурилась.

– Никакого давления и все такое.

– Ханна права, – произнес Бишоп. – Будем молиться, чтобы Лиам выполнил то, что задумал. А мы тем временем делаем то, чему нас учили.

Квинн выступила вперед.

– Если это последний бой Фолл-Крика, пусть никогда не скажут, что мы сдались без достойного сопротивления.

Джонас, который сидел рядом с матерью, вскочил на ноги.

– Я в деле.

– Нельзя позволить молодежи переплюнуть нас. – Бишоп отодвинул свой стул, встал и посмотрел каждому в глаза, излучая спокойную, непоколебимую уверенность. – Да пребудет с нами Бог.

Перес вскочила на ноги.

– Вперед, убьем плохих парней.

Ханна встала следом. Вокруг все последовали ее примеру. Дейв и директор Кинг. Рейносо, Перес и Бишоп. Коринна Маршалл. Даже Виггинс.

Все выглядели испуганными, исхудавшими и мрачными. Но вместе с тем они стали сильнее, выносливее.

– Что теперь? – спросил Виггинс.

– Мы объявим тревогу церковным колоколом, – скомандовал Рейносо. – Созываем всех. Все на позиции. Все знают, что делать и куда идти. Некомбатанты снова направятся в бомбоубежища, это наша последняя запасная позиция. Все трудоспособные граждане должны явиться к своим местам службы. Мы должны защитить северный блокпост любой ценой. Бишоп занимает юг. Я беру север…

Рация Рейносо пискнула. Раздался голос Роберта Винсона.

– Говорит Эхо-4, докладываю с блокпоста на Сноу-роуд. У нас гости.

Глава 55

Квинн

День сто пятнадцатый

В крови Квинн бурлил адреналин. Она достала свою «Беретту» и держала ее наготове. Все взялись за оружие, доставая дробовики и пистолеты, винтовки и револьверы.

– Это Альфа-2, – представился Бишоп. – Кто там, Эхо-4?

Гул помех.

– Мик Селлерс, женщина по имени Даллас Чепмен и рыжий здоровяк, называющий себя Флинн. Они верхом на лошадях. Говорят, что представляют Общественный альянс и им нужно поговорить с городским советом. Срочно.

– Пропустите их, – сказала Ханна.

– От них одни неприятности! – воскликнула Коринна. – Мы помогали им снова и снова, а они и пальцем не пошевелили, чтобы помочь нам! Наши люди погибли, потому что они бросили нас против ополчения!

– Я согласна с ней, – заявила Квинн. – К черту их и лошадь, на которой они приехали. Буквально, в данном случае.

– Я понимаю, – ровно сказала Ханна. – Тем не менее я пригласила их сюда. Правда, несколько дней назад. Но предложение все еще в силе.

Коринна поморщилась, но не стала спорить. Квинн прикусила язык. У них слишком много дел, чтобы тратить время на этих придурков.

– Пропустите их, – велел Бишоп.

– Принято, – отозвался Винсон по рации. – Пропускаем.

Через несколько минут Мик, Флинн и Даллас вошли в ратушу в сопровождении Роберта Винсона и Джамала Дункана.

Дозорные из Фолл-Крика избавили их от оружия. Аптекарь нес свое охотничье ружье, перекинутое через плечо.

Джамал остался у двери, чтобы приглядывать за ними, а Винсон жестом показал, чтобы посетители проходили.

Квинн наблюдала за представителями Альянса, сузив настороженные глаза. Она много слышала об этих придурках. Лиам всегда относился к ним с опаской. Она тоже.

Тот, кого звали Флинн, возвышался над двумя другими. Рыжеволосый парень с кустистой бородой до груди, он походил на байкера из «Ангелов Ада».

Женщина, Даллас Чепмен, стояла с противоположной стороны от Мика. Она была одета в охотничью форму, ее кожа имела насыщенный коричневый цвет, а черные кудри выбивались из-под зимней шапки «Спартанцев Мичиганского Университета».

Мик Селлерс был одет в охотничью зеленую куртку, джинсы и потертые рабочие ботинки. С короткими серебристыми волосами, в свои семьдесят с лишним лет он все еще держался прямо.

Ханна и Дейв шагнули вперед, чтобы встретить их. В воздухе витало напряжение. Все нервничали и стремились поскорее добраться до своих постов и подготовиться к предстоящей атаке.

Ханна не стала тратить время на любезности и преамбулы.

– Сейчас половина второго ночи. Что случилось?

– Рации не работают, – произнес Флинн обвиняющим голосом, как будто это их вина. – Мы пытались связаться с вами.

– Некоторые ретрансляционные станции вышли из строя, – ответила Ханна. – Солдаты Генерала их уничтожили.

Перес скрестила руки на груди.

– Какого черта тебе надо? Выкладывай и уходи. Мы немного заняты.

Флинн переминался с ноги на ногу. Он выглядел шокированным. Его взволнованный взгляд метался от Перес к Ханне.

– Именно об этом мы и пришли поговорить с вами.

– У нас есть новости, – сказал Мик придушенным голосом. Даже в тусклом свете его лицо казалось пепельным, глаза расширились и налились кровью. Он выглядел так, словно кто-то прошел по его могиле. – За последний час мы получили множество сообщений о том, что сотни вооруженных людей пересекли границу к северу от Саут-Бенда и направляются вглубь штата. У них есть машины, некоторые бронированные, и много оружия. Они стреляют во всех, кого видят.

Все уставились на него в шокированном молчании.

Даллас сказала:

– По только что вторгся в Мичиган.

Глава 56

Ханна

День сто пятнадцатый

– По направляется прямо к нам, – заявил Мик.

– Мы не можем защититься от двух враждебных сил, – потрясенно произнесла Аннет. – Боже, помоги нам.

Горожане обменялись испуганными взглядами.

Ханна почувствовала это, низкий дрожащий ужас, как крик, запертый внутри и пытающийся вырваться наружу.

Ее сердце ухнуло вниз. В животе забурлила кислота. Уверенность в смерти надвигалась на них, как мчащийся поезд.

Как бы они ни готовились, как бы ни пытались избежать этой участи – разве этого могло быть достаточно? Неужели ее дети умрут сегодня? Испуганные, зовущие свою мать?

Лиам уже мертв? Это и ее судьба?

Все вокруг представлялось мрачным. Скорее, невозможными.

– Сколько? – спросил Рейносо.

– Не знаю, – ответил Мик. – Трудно сказать по отчетам. Две тысячи? Может, больше. Они приближаются по Старому 31-му шоссе. Похоже, ударят по вашему блокпосту к югу от моста, затем пройдут через Фолл-Крик, а потом двинутся на северо-восток и запад.

– Никогда не думала, что мы увидим такое в Америке. – Глаза Даллас блестели в мерцающем свете свечи. – То, что он делает с женщинами и детьми. Продает человеческие существа – вот так в открытую. Я не знаю, какие у нас шансы против такой армии. Подозреваю, что не очень большие. Но вы победили ополченцев. Вы держитесь до сих пор.

– Нам нужна ваша помощь, – проговорил Мик.

Перес вскинула руки.

– О, теперь вы хотите…

– Саманта. – Строгий голос Бишопа прорезал воздух как нож масло. Он бросил на нее суровый взгляд. – Сейчас не время!

Вздрогнув, Перес плотно сжала рот.

Флинн выглядел потрясенным. Что-то изменилось в его выражении лица – проблеск уязвимости, перелом в жесткости. Мелькнул стыд, возможно, даже раскаяние.

– Вы были правы все это время. Никого из нас это не пощадит, даже если вы будете первым городом, по которому они ударят. Мы воочию видели, что делает По. Это зло… он дьявол.

Перес в шоке уставилась на него.

Ханна не была удивлена. Она никогда не сомневалась в том, что они могут объединиться ради общего дела. Она держала связь открытой и верила, что вернуть украденные у ополченцев припасы необходимо не только потому, что это правильно, но и потому, что сейчас такой момент.

Флинн хмыкнул.

– Мы хотим сказать, что хотим объединить усилия, если вы позволите.

– Обязательно, – согласилась Ханна. – Мы выступим вместе.

Мик мрачно кивнул.

– У Общественного альянса триста бойцов – мужчин и женщин, которые вызвались добровольцами. У нас мало патронов, но они есть. Пара перекупщиков помогли. Некоторые – офицеры полиции, охраны, пожарные, бывшие военные. Другие – охотники и любители пострелять. Некоторые только впервые взяли в руки оружие, но они готовы сражаться, чтобы защитить свой дом.

Аннет втянула воздух.

– Триста?

– Да, – подтвердил Мик. – И все триста будут сражаться вместе с вами.

– По – не единственная угроза, – уточнил Дейв. – Человек, называющий себя Генералом, нападет с севера всего через несколько часов.

– Мы знаем о Генерале. – Голос Даллас помрачнел. – Он послал нескольких своих головорезов и потребовал четверть нашей еды в качестве налогов за защиту. Его лейтенант, Гиббс, утверждал, что они борются с местными внутренними террористами. Полагаю, это вы?

– Мы не стали прогибаться и позволять им казнить невинного человека, – сказал Бишоп.

– Розамонд Синклер – дочь Генерала, – пояснила Ханна. – Маттиас Саттер был его племянником.

Густые брови Флинна сдвинулись, глаза сузились. На его лице отразилась чистая ненависть. Он ненавидел ополченцев. Люди Саттера убили его жену.

– Я сразу понял, что мне не нравится ни их тон, ни их вид. Любой союзник ополченцев – мой враг.

Ханна встретила его взгляд.

– Для Генерала это личное. Он использует Национальную гвардию, чтобы отомстить.

Флинн не отвел взгляд.

– Тогда мы и с ним поборемся.

Ханна оглядела маленькую группу, в ее груди билась яростная гордость. Они боялись, да, но не паниковали. В их лицах читалось мужество. Мужество и сила. Решимость в глазах.

Это не мягкие, испуганные люди четырехмесячной давности. Они пережили голод и лютый, убийственный холод. Они терпели тиранию Розамонд и жестокость ополченцев.

Они не были обученными или закаленными солдатами, но они выжили. Они страдали и проигрывали, но они все еще здесь.

– Наши враги – всего лишь люди, – убежденно сказала Ханна. – В мужчин можно стрелять и убивать. Мужчин можно победить.

– Ханна права, – одобрил Бишоп. – Бог с нами. Какой бы ни была ваша вера, во что бы вы ни верили. Выстоим ли мы или падем в этот день, имейте веру, друзья мои. Это правильно – выступить против тьмы, распространяющейся по нашей земле. Если пришло наше время погибнуть, значит, так тому и быть. Но мы будем сражаться за Фолл-Крик, за Мичиган.

Глава 57

Лиам

День сто пятнадцатый

Лиам очнулся от того, что ему в лицо выплеснули ведро ледяной воды.

Внезапный шок привел его в острое, болезненное сознание.

– Подъем, подъем, – прохрипел мужской голос.

Лиам отплевывался, из его рта, глаз и носа текла ледяная вода. Голова пульсировала, словно кто-то размозжил ее кувалдой.