Текст книги "Банановый остров (СИ)"

Автор книги: Катори Ками

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц)

11. День 3. + Кай Маккензи

Чертовы глаза! Кай вытянулся на спине, пользуясь тем, что места было сейчас много. Если бы не они, Йенс взял бы его с собой, и сейчас не пришлось бы мучаться от безделья, пусть и на относительно сытый желудок. Уснуть не получилось, но и бродить по острову в полуслепом состоянии было не лучшей идеей. В итоге Кай промаялся под навесом весь день. И только к вечеру воспрял наконец духом – особенно, когда увидел бредущего по песку Йенса.

– О, Риттер вернулся! – обрадовался Том, тоже разглядев одинокую фигуру. – Он что-то несет!

У него же, наверное, бедро болит после такой нагрузки... Наплевав на то, кто что подумает, Кай вскочил на ноги и бросился навстречу Йенсу, чтобы забрать ношу.

Комментариев не последовало, только Роберт и Крайтон принялись подкладывать в костер дрова, чтобы пламя разгорелось сильнее и можно было запечь крабов для Йенса и зеленые бананы – для остальных.

Йенс встретил его коротким кивком и без слов сгрузил на руки часть ноши – толстые длинные колючие листья, мясистые и тяжелые.

– Алоэ! – опознал Кай, перехватывая свою часть поклажи поудобнее.

Еще в руках у Риттера было два колючих плода, а за спиной покоились привязанные к телу лианой бамбуковые стволы.

– Как ты? – коротко спросил Йенс.

– Нормально, – с улыбкой ответил Кай, думая о том, что алоэ Йенс принес очень вовремя. Ачестон не подавал виду, но укус медузы доставлял ему жестокие мучения. А Вилли ниже пояса стал не просто красным, а малиновым. – Ты весь остров облазил?

– Почти, – туманно ответил Риттер, но было и без дополнительных слов понятно: найти алоэ было чертовски нелегко, а именно оно, по всей видимости, было целью его скитаний – это Кай понял, когда они вернулись в лагерь.

Сгрузив свою добычу под пальму и не отвечая на вопросы, Йенс вырезал из листа истекающий соком кусочек прозрачной мякоти, усадил Кая на песок и, придержав за подбородок, закапал склизкую жидкость в глаза.

Воспаленная роговица буквально взорвалась болью, но Кай заставил себя не издать ни звука. А буквально через минуту резь пошла на убыль. Йенс внимательно посмотрел на него, добавил еще по капле сока и удовлетворенно кивнул. А потом протянул нож Кертису.

– Где красное – тоже намажь.

– Спасибо, – Кертис догадался поблагодарить.

Он поступил схожим образом, только не стал вырезать мякоть: отсек кусок листа, разрезал его вдоль и принялся намазывать ноги.

 – А следы от укуса медуз тоже можно? – поинтересовался Том. К вечеру Саммвелу определенно стало полегче, он даже смог натянуть лайкру, но Кай представлял, как все равно болело.

Йенс удивленно на него покосился.

– Когда успел? – буркнул он. – Покажи.

– Да не я… – Том кивнул на навес. – Санни.

– Кто?.. – еще больше удивился Риттер, но все понял по страдальческой гримасе Ачестона. – Замечательно… – Йенс внимательно рассмотрел ожог и оглянулся. – Кто еще покалечиться успел? Давайте в очередь.

– Да вроде все остальные невредимы, – Роберт оглянулся, как бы спрашивая, ведь да, все в порядке?

 – Я натер ногу, но, думаю, заживет, – признался Армс. – Уже промыл в соленой воде и отрегулировал ремешки сандалий.

– Лучше тоже алоэ приложи, – посоветовал Том. – Его же много.

– Ага… – Армс кивнул и с любопытством покосился на шипастые фрукты. – А это дуриан же? Спелый?

– Разрежь да попробуй, – пожал плечами Йенс.

– А ты? – Армс запоздало потянулся к оставленным для Риттера крабам, но Пейс уже сунул их в костер.

 – Погоди, пока мы съедим бананы! – остановил Армса Крайтон. – Если дурианы спелые – нам кусок в горло не полезет.

– Да ладно, я пробовал, не такие они и вонючие, – Пейс пожал плечами. – Несколько лет назад были с гастролями в Азии.

Кай понятия не имел, что за фрукт этот дуриан, но определенно хотел попробовать кусочек. Кроме крабов, бананов да кокосов раздобыть ничего съестного не удалось: даже улитки и те таинственным образом исчезли.

– А еще мы сломали удочку, – со вздохом признался Кертис и уточнил: – Я сломал.

Кай мысленно окрестил его Вилли-Правдорубом и протянул Йенсу связку из четырех спелых бананов.

Йенс посмотрел тяжелым взглядом сначала на Кертиса, потом на Ачестона, безошибочно угадав, как тот встретился с медузой, припечатал:

– Молодцы! – и, больше ничего не добавив, принялся уничтожать бананы.

Вилли сник, хотя Кай не особо разделял его самобичевания. Ну сломал – так любой бы сломал, кроме Йенса. И возможно, лучше попробовать и не справиться, чем тупо сидеть на песке и ждать, пока Йенс принесет им еды, добудет воды и найдет лекарства.

Запеченные зеленые бананы и правда были похожи на картошку или батат. Том попробовал добыть соль – разложил на песке несколько банановых листьев и налил тоненький слой воды. Развлекался полдня, добыл от силы щепотку сероватого порошка. Но его хватило всем, чтобы присыпать обжигающе-горячие бананы.

Запивали кокосовой водой. Ядра решили попробовать запечь, а пару – измельчить и рискнуть приготовить кокосовое молоко.

– Так что, крабов сложно ловить? – поинтересовался Армс, когда Йенс прикончил всю нехитрую снедь, что оставили для него. – Давайте сегодня я с кем-нибудь схожу. Генри? Томас?

– Главное – не заблудись, – предостерег Кай. – Ну и руки им в клешни не суйте. А так – фонарем посветил, краб охренел, а ты его схватил. Под корнями смотрите.

 – Основное условие забыл – идти ночью надо, – внес коррективу Роберт. – Кстати, а на сколько хватит батареек в чудо-фонаре?

 – У него солнечные панели на корпусе, если не забывать выставлять заряжаться, то до конца проекта дотянет, – ответил Крайтон. – Предвосхищая вопрос – да, я его выставил.

– Ну вот и отлично, тогда ночью и пойдем, – решил Армс.

– За водой еще надо, – подал голос Томас. – Чтобы ночью набиралось.

– За водой сейчас надо, – Кай кивнул на заходящее солнце. – Пока не стемнело.

– Значит, сейчас и пойдем, – Фостер мгновенно принял решение. – Санни, ты со мной? Поверь, ты такого никогда не видел!

– Идем, – подхватился Ачестон, и Кай едва сдержал смешок: Том был парнем смелым, но пикапер из него выходил никакой. То, что казалось Фостеру тонким намеком, было тем же самым, что объявление в Таймс. На первой полосе. Капсом и в рамочке.

Впрочем, Ачестон был только рад. Чего не скажешь о Кертисе…

– Я с вами! – бросил тот мрачно и воинственно глянул на Тома, поднимаясь.

Том одарил его ответным взглядом, ничуть не более дружественным, но не озвучил, куда, по его мнению, должен отправиться Вилли.

– Отлично, вместе веселее! – Ачестон или не заметил напряжения, или – и на это Кай готов был поставить все алоэ на этом острове – простой кайфовал от происходящего. – Вилли, бери котелок, Том, показывай дорогу.

Не обратив на намечающийся любовный треугольник никакого внимания, Йенс достал из связки толстенький ствол бамбука, взял из-под навеса топор и вытащил из его ручки компактную пилу. Примерился и быстро отпилил кусок, отступив примерно пятнадцать сантиметров от сочленения.

– О, класс, у нас будут стаканы! – обрадовался Пейс, и Йенс кинул ему свою поделку.

– Я где-то видел, как из бамбука ложки делают, – заметил Роберт, во все глаза разглядывая получившийся стакан. – Правда, пока у нас нечего этими ложками хлебать.

– Наверное, нужно содрать верхний зеленый слой, они будут легче и удобнее, и как-нибудь ошлифовать края, – задумчиво сказал Армс. – Пейс, попробуй. Йенс, давай дальше я, – предложил, указывая на ствол и пилу.

Риттер уступил ему инструмент и забрался под навес на свое место у пальмы.

– Как глаза? – спросил он Кая.

– Лучше, чем после самых дорогих капель, – Кай уселся рядом, уже привычно прижимаясь бедром к бедру. – Как нога? Сильно натрудил?

– Она не болит от нагрузки, – Йенс положил ладонь ему на спину в скупой, но отчетливой ласке. – Только от холода.

– Тогда я спокоен, – поддавшись порыву, Кай повернул голову и быстро ткнулся губами в горячую, колкую от щетины шею Йенса. – Нашел еще что-то интересное?

– Завтра пойдем за бамбуком – покажу, – Йенс коротко улыбнулся краешками губ. Наедине он становился не только немного разговорчивее, но даже как-то мягче. Насколько это вообще было возможно.

Завтра они попрутся в джунгли всем табором, ну или большей его частью, и Йенсу будет хватать забот и без работы гидом. Придется следить, чтобы никто из участников экспедиции не убился ненароком. Сегодняшний день показал, что участники шоу все как один – кандидаты на премию Дарвина*.

_________________________________________________________________________

* Премия Дарвина – виртуальная антипремия, ежегодно присуждаемая лицам, которые умерли наиболее глупым способом, не оставив потомства.

_________________________________________________________________________

– Я бы и ночью за бамбуком сходил, – протянул Кай шепотом.

Йенс глянул на него и наклонился.

– Хочу тебя трахнуть, – сказал в самое ухо.

– Ага, – Кай довольно улыбнулся.

Какое счастье, когда можно было просто сказать все прямым текстом.

И что теперь у них есть алоэ. Завтра, если они туда доберутся, надо будет набрать побольше. Возможно, срубить сразу куст целиком, чтобы дольше оставался свежим.

Снаружи стих скрип пилы – кажется, Армс обеспечил всех посудой. Послышались глухие удары, негромкий треск.

– Господи, ну и вонь! – застонал Крайтон. – Похоже, испортился!

– Наоборот, спелый! – довольно крякнул Пейс. – Вон, смотри какой желтый. Будешь?

– Иди попробуй, – сказал Йенс Каю. – Нос только зажми.

– А ты? – спросил Кай. – Целоваться-то как будем после такой дегустации?

– Ну тогда сиди, – Йенс обнял его за пояс и с силой прижал к себе.

Кай хмыкнул и отрешенно подумал, что надо будет заранее спровадить ловцов крабов подальше от банановой рощи.

12. День 3. + Виллеглас Кертис

Круглые тугие ягодицы заигрывали с обтягивающей их тканью дорогущих плавок-шорт от известного дизайнера. Ткань натягивалась то справа, то слева. Справа, слева. Справа-слева-справа-слева. Вилли с упоением следил за этим гипнотическим действием, чувствуя, как постепенно уходит раздражение.

Фостер. Глазастый сукин сын тоже попал под гипноз, и Кертис даже не мог его за это винить.

– Еще далеко? – поинтересовался Ачестон, обернувшись через плечо. Вилли мог поклясться: он точно знал, куда были направлены их с Фостером взгляды.

– Метров двести по прямой, – Фостер “отвис” довольно быстро. – Вон, видишь, куда ведет расчищенная тропа?

“Расчищенная тропа у него ведет! – передразнил Вилли мысленно. – Расчисти уже себе тропу в Ад и свали туда чертей пугать!”

Фостер, видимо, понял его посыл по взгляду и насупился. Вилли записал себе очко и вернулся к своей ягодичной медитации, когда Ачестон вдруг остановился и наклонился.

– Кажется, это какое-то яйцо… – протянул он.

– Ага, – согласился Вилли, хотя понятия не имел, что Саммвел держал в руках – опустить взгляд было выше его сил.

– Его же можно пожарить! – а Фостер был куда более расторопным. – Ой!

Прозвучало растерянно, и Вилли поневоле перевел взгляд.

Саммвел держал на ладони что-то овальное и покрытое чешуей.

– Крокодилье, что ли? – спросил Вилли, стараясь не выдать страха. Риттер, конечно же, убьет крокодила и сумеет приготовить из него сто и одно блюдо, но Вилли все равно не хотелось бы встретиться в джунглях с этой тварью.

– Нет, у них белые, гладкие и продолговатые, – блеснул эрудицией Фостер, за что его снова захотелось отправить в огненный котел.

– А знаете, по-моему, это фрукт… – Ачестон присел на корточки, освободив наконец Вилли от магического очарования своей задницы, но зато включив на полную магию широких плеч, выразительной спины и больших ладоней. – Пахнет фруктом. Только каким-то… – он поднес “яйцо” к носу и поморщился, – прокисшим.

– Жалко, – вздохнул Фостер и пристроился рядом. Бесстрашно забрал “яйцо” из рук Саммвела, ковырнул чешуйку. – Ага, гнилой, – сказал расстроенно.

“Ну еще руку о трусы вытри”, – мысленно позлорадствовал Вилли, продолжая пялиться на широкие плечи.

– Интересно, откуда он, – Саммвел забрал фрукт, разломил пополам. Запах чего-то перебродившего достиг и ноздрей Вилли.

– Думаешь, где-то неподалеку есть дерево? – с азартом поинтересовался Фостер.

“Вот! Замечательно! Пиздуй искать дерево!” – сказал ему Вилли мысленно, но Ачестон, конечно же, загорелся идеей тоже.

– Давайте-ка посмотрим, только быстро, – решил он.

– Может, сбегать за фонарем, пока светло? – предложил Фостер.

– Отличная мысль! – быстро сказал Вилли и изобразил поощрительную улыбку.

– Пока пробегаем, уже стемнеет, давайте так осмотримся, – Ачестон идею не поддержал. – Если ничего не найдем – расскажем Риттеру, он более опытный следопыт.

“Не подфартило”, – скис Вилли.

– Знать бы хоть, куда смотреть, наверх или под ноги, – размышлял Фостер. – Может, эти фрукты, как кокосы, на высоченных пальмах растут.

– Давайте уже тогда с утра сходим, – буркнул Вилли. – Сейчас по траве шариться наверняка опасно.

– Так трава же жидкая! – Фостер уверенно пошел к ближайшей пальме, цепко глядя себе под ноги.

“Да что б тебя сколопендра засосала!” – от души пожелал Вилли и глянул на Ачестона.

– Лучше пометку какую сделать, – посоветовал тихо, чтобы Фостер не услышал – пусть и дальше ищет фрукты, желательно на другом конце острова. – А утром придем, как проснемся.

– Ой, парни, тут что-то странное! – выкрикнул Фостер из-за куста.

“Неужели сколопендра?!” – конечно, настолько повезти ему не могло, но Вилли надеялся, что Фостер хотя бы вляпался во что-то вонючее. Ну чтобы Риттер смотрел как на клинического идиота не только на самого Вилли.

– А ну пошли, посмотрим, – Ачестон кастанул заклинание своей улыбки и помчался к Фостеру.

Вилли же ничего не оставалось, кроме как поплестись следом околдованным болванчиком.

– Мать моя! – он поймал себя на том, что руки сами собой потянулись к лицу – протереть глаза. – Пальма с мошонкой!

– Осторожно, листья колючие! – Фостер ткнул куда-то какой-то веткой.

– Нужен фонарь, – резюмировал Ачестон. Он положил ладони себе на талию, и мышцы спины раскрылись как капюшон кобры.

“Только бы слюну не пустить…” – прозвучало в голове жалобно.

– Фонарь и топорик, – согласился с Ачестоном Фостер. Везет же ему, он стоял к Саммвелу спиной и мог говорить и мыслить нормально. Ну насколько нормально вообще мог мыслить этот недалекий танцор. – Наверное, надо попробовать обвить куст лианой и собрать листья в кучу, а то все спины и руки обдерем.

– Сбегаешь? – Вилли посмотрел на Фостера в упор и добавил с нескрываемым удовольствием: – Ты же у нас самый быстрый.

– Уж поверь мне, я быстро, – процедил Фостер, а засранец-Ачестон довольно сказал:

– А мы пока лианы поищем.

“Чего их искать-то, вон все деревья увиты”, – мысленно возразил Вилли, но тут же взял свои слова обратно: Ачестон выпрямился во весь рост и снова двинулся вперед.

Ягодицы опять завели свой магический танец, мгновенно погружая Вилли в сладкий морок.

– Вилли! – собственное имя выдернуло из транса, и подняв глаза, он обнаружил, что Ачестон ухмыляется, глядя на него. – Давай тебя подниму, – он указал куда-то вверх. – Схватишься за лиану повыше – глядишь, она и порвется под весом.

– Ладно, – согласился Вилли.

А что он должен был ответить?.. Не надо, а то боюсь, у меня встанет, и вернувшийся Фостер надорвет живот от смеха?

– Давай, – Ачестон сел перед ним на корточки. – Залезай на плечи.

“Вот прямо задницей?!” – Вилли почти паниковал: это же придется прижаться пахом к затылку Саммвела. А задницей ощутить, как напрягаются его мускулы…

Он бы точно струсил, потому что стояк с такими исходными ему был обеспечен. Но потом представил морду запыхавшегося Фостера, когда луч фонаря вырвет из полумрака руки Ачестона на лодыжках Вилли, и чаша весов сместилась.

– Окей, – согласился Вилли, мысленно возблагодарил Создателя за то, что наделил его длинными ногами, и легко забрался на Саммвела.

Первое, что он ощутил – то, как большие ладони с длинными пальцами накрыли его колени. Потом напряглись мускулы плеч под задницей, а затем Ачестон встал, выпрямился и… задрал голову, улыбаясь.

– А ты тяжелее, чем я думал, – протянул он.

“А ты – горячее, красивее и глупее”, – ответил ему Вилли, не в силах вымолвить ни слова, плененный чужим затылком между своих ног.

Ачестон подпрыгнул, одновременно потянув колени Вилли вперед, и удовлетворенно выдохнул.

– Так удобнее. Ну что, пробуем достать лиану? – и двинулся к высоченному дереву.

Интересно, каково это – чувствовать затылком, как встает член?.. Вилли почти набрался смелости спросить – ведь не может быть, чтобы Ачестон ничего не понял. Как не может быть и того, что он делал все это не специально. Только сейчас до Вилли дошло, что до дерева вполне можно было сначала дойти, а уже потом карабкаться на плечи, но он скорее съел бы саламандру, чем указал на это.

– Ну одну лиану я уже точно вижу, но, боюсь, коротковата будет… – пробормотал Вилли, кусая губы.

– А как по мне – так вполне ничего, – усмехнулся Саммвел. – Тяни, а там посмотрим, если что – зайдем с другой стороны.

Да пусть ему сами черти расчистят дорожку в Ад, если Ачестон не говорил сейчас о том же, о чем и сам Вилли. И если бы Вилли был Каем Маккензи, то наверное бы так и сделал: вытянул бы “лиану” из трусов и заставил бы Ачестона измерить и объем, и диаметр, и длину рабочей поверхности. Но Вилли был всего лишь Вилли, а потому он протянул руку и под оглушительный смех побросавших метлы чертей схватился за первую попавшуюся лиану на дереве.

И хорошо, что держался цепко. Потому что Ачестон вдруг потерся затылком о давно и крепко стоящий член. Ангелы всего мира, извечные оппоненты нечисти, пытались урезонить Вилли и сказать, что Саммвел просто осматривается. Но им пришлось взять свои арфы и уйти восвояси: нихрена Саммвел не осматривался. Он терся о Вилли, как огромный кот.

Сверху что-то затрещало, и по рукам ударила сочная тяжесть: это грохнулась оторванная лиана. Надо же, он не заметил, как вцепился в нее, словно упавший за борт матрос за спасительный конец.

– Что у вас там? – вдруг раздался голос со слишком хорошо узнаваемым грубым акцентом.

– Посиди пока, – тихо хмыкнул Ачестон и развернулся к визитерам вместе с Вилли, явно не собираясь его спускать. – Нормально все! – крикнул приближающемуся Йенсу. – Лиану добыли.

Риттер кивнул, огляделся и быстро нашел объект их гастрономического интереса. Обошел куст по кругу, присел на корточки, потрогал колючки.

Маккензи, этот вездесущий демон, не отставал ни на шаг. Тоже сел, сложившись в тугой комок, тронул гроздь фруктов.

– Может, я подлезу с топориком? – поинтересовался у Риттера. – И не надо будет с лианами возиться.

На тропинке послышались шаги.

– Вряд ли, ветки очень низко, – авторитетно “Я уже рассмотрел этот вариант” ответил Фостер.

И тут он вышел из-за куста и увидел Ачестона и Вилли.

“Ах ты ж сука!” – буквально прочитал Вилли в его предательски честных глазах и усмехнулся. И медленно, нарочито запустил пальцы Ачестону в волосы.

Мягкие! Даже после нескольких дней на солнце и после купания в океане они все равно были мягкие.

– Дашь фонарь? – попросил Ачестон, и только тут Вилли заметил его в руках Фостера. – Надо сорвать еще пару лиан, сделаем из них плетеную стену в убежище.

Йенс покосился на него через плечо, но ничего не сказал, а Фостер с самым убитым видом протянул фонарь.

– Спасибо, – Ачестон кивнул и… нырнул вниз, аккуратно, но решительно сбрасывая Вилли с себя. – Там ветка есть, давай подсажу – залезешь, – сказал он Фостеру, и черти глумливо захохотали, учуяв разочарование Вилли.

“Чтоб тебя сколопендра… было уже… чтоб ты навернулся!” – от всей души пожелал он.

Но Фостер, конечно же, не навернулся.

Саммвел встал спиной к дереву и сложил руки лодочкой. А потом приглашающе улыбнулся, а чертов Фостер буквально просиял. Он, разумеется, мог все сделать быстро – да просто разбежаться и запрыгнуть на хреново дерево, используя руки Ачестона как трамплин, но нет. Фостер подошел к нему вплотную, положил руки на плечи, вложил ногу в тут же сжавшие ее ладони и медленно, совершенно неискренне изображая осторожность, распрямился, закрывая Ачестона собой. А потом вдруг дернулся, хватаясь за него и глядя куда-то вниз.

– Я держу, – спокойно ответил Ачестон.

Как-то слишком спокойно. Даже не глянул, чего там перепугался Фостер.

Смешок Маккензи остановил Вилли от того, чтобы подойти к замершей парочке поближе и глянуть самому, в чем там дело.

Фостер вроде отмер. Задрал одну ногу, дождался, пока Ачестон не начнет его поднимать, поставил ее Саммвелу на плечо. Подтянулся, и в следующее мгновение по-обезьяньи ловко сиганул на ветку.

– Осторожнее там! – предупредил Йенс, заставив Вилли вздрогнуть – он почему-то успел забыть о его присутствии. – Насекомые и змеи.

– Нет, тут чисто, – успокоил его Фостер и с силой дернул первую попавшуюся лиану. Охнул, дернул посильнее и досадливо поморщился. – Как вы ее оборвали-то? На ней в Тарзана играть можно.

“Ну так и покатайся!” – черти хором поддакнули Вилли. – “Давай, оттолкнись посильнее и вали на другую сторону острова!”

– Может, к тебе Вилли подсадить? – поинтересовался Ачестон. – Вдвоем удобнее будет.

– Нет, спасибо! – быстро сказал Вилли, опережая Фостера. – Я уже сегодня достаточно пострадал за правое дело.

– Так пострадай теперь за левое! – фыркнул Фостер, и Вилли против воли улыбнулся.

Вот же засранец! Таким путем он еще и шутить научится, а потом вызовет Вилли на дуэль.

– Идешь? – спросил Ачестон и сложил руки “лодочкой”.

К чертям присоединились ведьмы. Бряцая своими колдовскими амулетами, они принялись танцевать, подпевая что-то очень похожее на: “Оле, оле-оле-оле, Вилли, давай!”

– Нет! – решительно обломал Вилли всех сразу. – Я оттуда буду лететь недолго, но больно. Лучше давай, как было, – он хлопнул себя по плечам, чувствуя, как холодеет в животе от такого беспардонного предложения.

– Ладно, – согласился Саммвел, и в его тоне слышалась такая обыденность, что холод в животе превратился в кусок льда. Будто и не было разговоров о лианах. – Забирайся.

“Вот дурак!..” – хором стонали черти и ведьмы, но Вилли все равно сделал шаг к нему.

Короткий резкий свист остановил его и заставил обернуться. Маккензи стоял, оттянув подол футболки, полный фруктов в странной чешуе.

– Вы там долго херней страдать собираетесь? – спросил он.

– Сейчас идем, – спокойно ответил Саммвел, будто они втроем решали очень сложную и невероятно важную задачу.

– Лианы могут пригодиться, – Йенс вышел из кустов с видом выигравшего сражение Голиафа. – Наберите, сколько сможете, за водой мы сходим.

– Договорились, – согласно кивнул Ачестон. Повернулся к Вилли, будто Маккензи и Риттер уже давно ушли в лагерь, протянул руку. – Запрыгивай, – и присел на корточки.

– Только помни, что самая частая причина обращения к травматологу – падение с высоты собственного роста, – авторитетно заявил Фостер.

– Ничего, с моего роста еще никто не падал, – улыбнулся Ачестон, и в отместку за эту улыбку Вилли с размаху плюхнулся задницей ему на шею.

Наверное, это было слишком нарочито. А может, Саммвел просто читал их с Фостером, как старшеклассник – буквари, потому что он рассмеялся и, повернув голову, потерся щекой о внутреннюю часть ничем не защищенного от такого произвола бедра.

Там, где кожа, и без того чувствительная и нежная, сегодня еще и пострадала от солнца.

Вилли был уверен, что он все-таки упадет – от избытка ощущений закружилась голова. Ведьмы были с ним согласны, черти ставили на то, что Ачестон успеет поймать.

– Тяни! – как ни странно, на помощь пришел Фостер, сбросив сверху лиану. Вилли схватился за нее, как за родную, и не то потянул, не то просто повис.

– Вам не кажется, что мы сейчас очень напоминаем семью обезьян? – между тем осведомился Ачестон светским тоном.

– Не-а, потому что на лианах катаемся только мы с Вилли, – весело отозвался Том. – Эй, Кертис, давай как следует. И если что – ногами за шею Санни держись, а то лиана оторвется и потянет тебя за собой.

“И когда ж ты переобуться-то успел? То отвали от Санни, то держись за него крепче...”– очень хотелось спросить, но Вилли сдержался. Да и в принципе не удостоил Фостера ответом – лишь вцепился в лиану и дернул изо всех сил.

В кроне что-то хрустнуло. Вилли только успел подумать, что это определенно нехорошо, как Саммвел задрал голову и поспешно отбежал в сторону. Огромная ветка с треском и шорохом упала на песок вместе с лианой, едва не скинув прижавшегося к стволу Тома.

– Вот черт… – выдохнул Вилли испуганно и поспешно разжал пальцы – чтобы удержаться, да и просто от страха, он вцепился Ачестону в волосы.

– Кажется, пора закругляться, – Ачестон все еще говорил спокойно, но Вилли буквально задницей чувствовал, как напряжены все его мышцы. – Том, сейчас я помогу тебе спуститься.

Вместо того, чтобы быстро сбросить с себя Вилли, он успокаивающе погладил его по ноге, еще раз коротко потерся о бедро, а потом…

Потом он его лизнул где-то рядом с коленкой.

Наверняка это был план. Ачестону просто не хотелось наклоняться, и он решил сделать так, чтобы Вилли спрыгнул сам. И у него почти получилось: если бы не онемевшие от шока мышцы, Вилли бы так и сделал. Вместо этого он просто снова вцепился ему в волосы, а черти заплясали вокруг, радостные от ужасной догадки: вот, почему дернулся Фостер. Этот засранец его тоже лизнул!

“А теперь представь, куда именно… “ – прошептала самая молодая и красивая из ведьм.

В конце концов, Ачестон ссадил его сам. Бесцеремонно подхватил под задницу и ловко крутанул вокруг себя. Прислонил спиной к стволу дерева, будто уставший от работы черт – метлу, и задрал голову вверх, высматривая Фостера в сгущающихся сумерках.

– Отойдите лучше, – посоветовал Фостер, снова надувшись. Кажется, ему не понравилось их слишком близкое взаимодействие. – Тут песок, я спрыгну.

– Не стоит, вдруг там камни, – в доказательство Ачестон отбросил один мыском сандалии. – Давай, тебя я точно не уроню! – и протянул руки.

“Ну-ну, давай, иди к нему, – злорадно подумал Вилли. – А я погляжу, как ты удержишь лицо, когда он снова тебя лизнет.”

Фостер глянул на него с каким-то отчаянием, упрямо сжал кулаки, а затем вдруг схватился за одну из лиан, что не сумел оборвать, и ловко, словно действительно был обезьяной, спрыгнул вниз, держась за нее.

– Я в лагерь, – буркнул он. – Фонарь у вас есть. Ищите крабов! Только к пальмам не ходите, а то Маккензи вас убьет.

И стремительно, почти бегом, пошел к навесу.