Текст книги "Банановый остров (СИ)"
Автор книги: Катори Ками
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 22 страниц)
28. День 6. + Саммвел Ачестон
В бедро упиралось что-то твердое. В полусне Самми потянулся рукой, обхватил гладкий, крепко стоящий член.
Ответом был сладкий стон. Под боком завозились, прижались теснее. С другой стороны тоже придвинулись ближе. Не открывая глаз, Самми улыбнулся и потянулся второй рукой.
– Ачестон, руки! – грубо одернули откуда-то сверху.
Самми разлепил глаза, неохотно разжал пальцы и недовольно уставился на хмурого Крайтона. Тот возвышался над ним и, кажется, как раз собирался выйти из-под навеса.
– Иди ты… – буркнул раздосадованный Вилли – именно к его паху так и не дотянулась рука Самми. – Куда шел!
– Чего опять орете с утра пораньше? – недовольно проворчал Маккензи. Кажется, окрик: “Руки” – подействовал не только на Самми, но и на Риттера. – Сейчас придет Флин – и все нормально ляжем.
– Трусы наденьте, – весело фыркнул Роберт. – Парни, у нас не эпидемия случаем? Вчера был один голозадый, сегодня уже трое.
– Мы купались! – немедленно ответил Том. – Они сохнут.
– Чего ты пристал вообще! – возмутился Пейс и толкнул Роберта локтем. – Когда тебе еще молодой член покажут? Смотри и радуйся.
– Офигеть какая радость, трогать-то нельзя, – не остался в долгу Роберт.
Член в ладони сдулся – конечно, какая эрекция выдержит такой натиск. Самми, по-прежнему не открывая глаз, потянулся к краям футболок Вилли и Тома. Хорошенько натянул эластичную ткань, закрывая задницы, прижал обоих к себе.
– Купались, значит, – проговорил тихонько и нехотя разлепил глаза.
– Мылись, – уточнил Вилли с редкой для него не кривоватой улыбкой.
– Мылись, – повторил Самми. Вгляделся в лицо Вилли, обернулся к Тому. – И где же вы испачкались? А главное – когда успели: были у меня под боком.
Том тоже улыбнулся, обхватил его обеими руками, прижимаясь всем телом, и горячо зашептал в ухо:
– Это было так круто! Я попробовал минет, а Вилли… руками. Пальцами. Ну ты понимаешь… И я теперь прямо очень хочу по-настоящему.
– Ну а что, мы тоже спать должны были? – обожгло и второе ухо. – Нам, извини, чуть за двадцать, и мы почти девственники!
Руки сами собой сжались в кулаки, комкая ткань футболок. Самми так яростно пожелал шестерым участникам робинзонады провалиться сквозь землю, что было странно, почему остров до сих пор не сотрясает от природного катаклизма невиданной силы. Ему не хотелось слушать о приключениях Вилли и Тома короткие фразы, сказанные шепотом. Самми желал обстоятельного рассказа, обязательно с демонстрацией процесса и результата.
– Вечером… – процедил Самми, с усилием расслабляя пальцы. Еще бы суметь заставить член не натягивать трусы, но это, видимо, неразблокируемое достижение. – Вечером я хочу увидеть все!
– Нет! – хором и не сговариваясь ответили его мальчики.
– Вечером это будут твои пальцы, – выдохнул Том.
– Вечером я буду сосать! – решительно заявил Вилли.
– Так-так, с этого места поподробнее, – прошептал Самми. Роберт и Пейс говорили о чем-то с Армсом, Маккензи то и дело взрыкивал, мол, чего всем не спится, так что на шепот Самми никто не обращал внимания. А парней и вовсе слышал только он: они же говорили ему на ухо. – Кому сосать? Где будут пальцы?
Конечно же, он сразу понял, что Вилли успел насадить Тома на пальцы, а тот оказался ему ответную услугу, но так хотелось услышать, как они скажут это вслух.
– Я хочу, чтобы не пальцы, – с какой-то странной тоской пробормотал Том и прижался еще сильнее. – Но боюсь.
– Разберемся, кому сосать, – в свою очередь с жаром выдохнул Вилли. – Тебе или Тому. Все равно рано или поздно попробую обоих.
– Сначала я попробую вас, – внес коррективу Самми на ухо Вилли. Обернулся к Тому, прошептал ему: – Не бойся. Я знаю, как не навредить и сделать хорошо.
– Даже здесь? – глаза Тома, живые и ярко-карие, уже успели подернуться поволокой – видимо, он уже настроил целую кучу планов на вечер. – А смазка?
– Придумаем что-нибудь, – пообещал Самми.
Мальчишки. Горячие, со слишком коротким запалом. Это даже хорошо, что они на острове – на первых порах им будет достаточно и пальцев. Самми представил, что с ними будет, если приласкать их языком – ни Том, ни Вилли о таком даже не слышали, можно было на что угодно поспорить.
Натянуть их на член хотелось. Но умелых и раскрепощенных юнцов у Самми было более чем достаточно. А вот такие, еще никем не прирученные, попались впервые. Так что спешить Самми не собирался – до окончания пребывания на острове они успеют все, и не по одному разу.
– Вставать будем? – поинтересовался он пару минут спустя.
– С этим? – Вилли толкнулся бедрами, давая почувствовать просто каменный член.
– Я тоже не могу, – простонал Том и страдальчески поерзал.
– А я, по-вашему, могу? – Самми выразительно посмотрел вниз, на собственный член, отчаянно натягивающий трусы.
Как же хотелось приласкать их. Хотя бы руками, безыскусно быстро. Самми был уверен, что обоим хватило бы нескольких сильных движений. И тут в голову пришла неожиданная идея.
– Купаться! – объявил Самми намного громче, чем собирался. – Давайте, ну! – он похлопал парней по голым задницам. – Бегом!
И, поднявшись на ноги, первым рванул к океану.
Солнце еще не жарило, только приятно согревало. Самми забежал в по-утреннему ленивые волны, рассмеялся, услышав сзади двойной плеск.
– Далеко не заплываем, – предупредил Самми. – А ну иди сюда! – он поймал Тома и буквально положил его на воду. Вилли встал рядом, закрывая открывшуюся обоим картину от других любопытных глаз. – Давай быстро! – Самми закусил губу и обхватил задорно торчащий вверх член рукой.
– Небо! – голос Тома сорвался на фальцет. – Какие облака!
Да к черту облака, подумал Самми, крепко сжимая член в руке и принимаясь ласкать. И только потом вспомнил о камерах.
– Да, сегодня они особенно хороши! – чуть ли не по слогам выговорил он, старательно задирая голову вверх. Вилли рядом тоже изображал звездочета.
– Кажется, что сейчас упадут на тебя… – загнанно дыша, выговорил Том. – Вот сейчас… падают!
И правда быстро… Самми, кусая губы, упорно смотрел за горизонт, чувствуя, как пальцы заливает горячей спермой. А потом аккуратно поставил Тома на ноги и той же рукой схватился под водой за член Вилли.
Второй эпизод падения небосклона случился с той же поспешностью. А потом в его трусах оказались сразу две руки.
– Смотри, кажется вон там дельфин, – со смешком сказал Том. На удивление уверенные пальцы принялись ласкать Самми.
– Откуда тут дельфины, акула, наверное, – возразил Вилли. Воспользовавшись тем, что стоял позади Самми, он быстро поцеловал его в плечо.
Самми не стал пытаться блеснуть остроумием. Он обхватил парней за плечи – и пусть кто-то докажет, что это не дружеский жест! – и отдался ощущениям.
Избалованное регулярным сексом тело уже порядком устало от сухого пайка, и было так легко забыться лаской. А вот заставить себя молчать – уже сложнее. Ограничивать свои желания Самми не привык.
Дело кончилось тем, что к его рту прижались сразу две ладони. И пока Том и Вилли увлеченно спорили, кто же там плещется в океане, Самми думал о том, что парни учатся до обидного быстро.
Оргазм заставил солнце на мгновение поблекнуть. А потом Самми мотнул головой, сбрасывая руки со своих губ и сделал жадный вдох. А потом упал спиной на воду, довольно улыбаясь.
– А, теперь я тоже вижу… – протянул он. – Все-таки дельфин.
– Целых три, – заметил Том до безобразия счастливым тоном.
– Эй, аквамены, завтракать идете? – крикнул с берега Армс. – Крабы стынут!
– Идем! – крикнул Вилли в ответ и шепнул: – А я хотел бы быть муреной. Ну знаете, которая шух – и в норку, – и посмотрел на Тома.
– У нее зубы кошмарные, – Том поежился. – Может, синий кит? Ему нет никакого дела до людских проблем, он властелин океана.
Самми откинул голову и от души рассмеялся.
– Святая простота, – протянул ласково и потрепал Тома по мокрым волосам. А потом наклонился и прошептал в ухо: – Мурена. В норку. Ну?..
– Оу… – Том завис на секунду, а потом его щеки густо заполыхали алым. – Тогда я тоже так хочу!
Самми рассмеялся снова и потянул обоих к берегу. От таких разговоров кого-то точно потянет на второй круг, а силы стоило сохранить до вечера.
29. День 6. + Кай Маккензи
Удивительно, но Фостер добыл кокосы. Молодые, полные сладковато-кисловатого сока. Он сорвал всего три ореха, но те были под завязку полны жидкостью – не меньше литра в каждом.
– Давай Тома с собой сегодня возьмем, – негромко сказал Кай Йенсу после завтрака. – Поможет, – Йенс кивнул, и Кай окликнул Фостера: – Том! Пойдешь с нами?
Тот не раздумывал ни секунды.
– Пойду, – ответил радостно, даже не спросив, куда и зачем. – Сейчас, Санни и Вилли предупрежу.
И унесся к Ачестону и Кертису, колдующим над остатками удочки. Они явно собирались продолжить рыбачить.
Нога Армса была получше, но было ясно, что до полного заживления еще несколько дней.
– Отрежу этот ремешок к чертовой матери, конструкция не сильно пострадает, а натирать мне больше не будет, – заявил Армс после нескольких попыток отрегулировать застежки.
– Не нужно, – остановил его Йенс. – Мы не торопимся.
– Обувь поважнее будет, – поддержал его Крайтон. – Тут всяких тварей и на земле, и в воде полно.
– Мы тоже пойдем, – решил Пейс. – Да, Роб?
– А чего ж не пойти? – Оуэн пожал плечами, никак не выказывая возмущения относительно сокращения своего имени. – Лишние руки пригодятся же. Тем более мы все равно ни рыбу ловить, ни на пальмы лазать не умеем.
– Зато вы мастерски выпариваете соль, – заметил Армс. Его явно раздражало вынужденное безделье. Даже поставить сеть он не мог: ногу лучше было не мочить без нужды.
– Кстати о соли, – спохватился Пейс. – Ты пару раз глянь, как там табак. Наука-наукой, а боюсь я, как бы не пропало добро.
Табачные листья высохли вчера до хруста. Но Пейс заявил, что курить их еще рано. Завернул в банановый лист, тщательно побрызгав на каждый пресной водой, и отправил на солнце – ферментироваться.
– Я гляну, – пообещал Армс. – Но сомневаюсь, что пойму, если что-то пойдет не так.
– Запахнет неправильно – сразу вешай на солнце, – дал указания Крайтон.
– Если появится любой неправильный запах, – дополнил инструкции Пейс. – Кислый, гнилой, затхлый. Должно пахнуть вкусным табаком. Идеально – если начнут проявляться сладкие, фруктовые ноты.
– Ты серьезно? – Армс состроил страдальческую мину. – Это просто листья!
– Короче – нюхай, – подытожил Крайтон. – Йенс, выдвигаемся? Дел много.
– Идите, – кивнул Йенс. – Догоню.
Он направился к Ачестону и Кертису, кивнув отделившемуся от тех Тому на собравшуюся в поход компанию.
– Идти пару часов, на месте есть кокосы, – сказал Кай, беря топорик. – Лучше напиться сейчас и ничего с собой не тащить.
– Можем взять сеть, – предложил Том. – Я залезу и достану молодые.
– Ну, она не тяжелая, – Кай кивнул, немного подумав, и посоветовал: – Обвяжи вокруг пояса.
– Идет, – обрадовался Том.
Сеть могла пригодиться и для переноски чего-либо. Вчера они потратили кучу времени, перетаскивая старые листья, и так и не сделали даже половины работы.
– Если вдруг попадется, принесите батат, – попросил Кертис. – Можно попробовать сделать не суп, а рагу.
– Ладно, идем, – Кай двинулся вперед.
И почти сразу с ним поравнялся Крайтон.
– Ты же не думаешь, что будешь командовать в отсутствие Йенса? – спросил он холодно.
– А мы что, в армии? – Кай смерил его взглядом.
– Некоторые из нас – да, – Крайтон пожал плечами и зашагал вперед.
Да на здоровье. Каю нравился остров, нравились джунгли – особенно теперь, когда глаза перестали болеть от яркого света. Сбавив шаг, чтобы чуть отпустить Крайтона вперед, Кай поравнялся с абсолютно довольным жизнью Томом.
– Погода сегодня отличная! – воодушевленно сообщил Фостер и широко улыбнулся.
Кай усмехнулся и покачал головой.
– Ты похож на пони, – протянул он весело. – С радужной гривой и во-от таким рогом на лбу.
– Буэ-эээ! – весело крикнул Том. Огляделся, пожал плечами. – Видимо, не совсем я единорог – радугой не извергаюсь.
– Ты давай потише, – Кай показательно поморщился. – Я все понимаю, чувства хлещут, но наши уши ни в чем не виноваты.
– Да мы вообще комендантский час соблюдаем, как военные – Устав! – Том возмутился так искренне, что Кай едва удержался от смешка. – И после захода солнца тоже не шумим!
– Серьезно? – Кай недоверчиво выгнул бровь. – А я думал, до нас просто не долетает.
– Или вы просто слишком заняты друг другом, чтобы слушать кого-то еще? – Том хитро прищурился. – Кстати, ты прав: это круто, – добавил, понизив голос.
– Что, соса… – тут Кай вспомнил об им самим придуманном правиле и поспешно умолк. – А… Ну и какой вид бананов ты в итоге попробовал? – усмехнулся он. – Спелый или позеленей?
– Спелый только чуть-чуть успел, – вздохнул Том. – Зато зеленый распробовал как надо. Даже… – он замолчал, пытаясь подобрать слова. – Короче, съел его весь. Без остатка.
– И как? – Кая одновременно и веселили, и раздражали подобные эвфемизмы, но делать было нечего. – Не подавился?
– Ну… – Том закатил глаза, всем видом выражая, как ему хочется поговорить в открытую. – Короче сначала было непросто, но я как ты сказал: понемногу пробовал. А потом все как-то само получилось.
– В общем, наука несложная, – хмыкнул Кай. – И что? – он покосился на Тома. – На очереди более экзотические блюда?..
– Ага, – согласился Том. Рог у единорога стал как минимум на полметра длиннее, а радуга извергалась отовсюду. – Мы даже вчера попробовали кое-что… приготовить. Ну, так сказать, сделать полуфабрикат.
– Да твою же мать… – Кай выругался в адрес чертовых камер. А потом глянул на Тома и быстро спросил: – Ты просто потрындеть хочешь или совет нужен? Если второе, то дадим сигнал монтажерам и не будем страдать херней.
– Совет, – признался Том. – Ну и поговорить тоже, потому что меня сейчас на части разорвет! – признался с жаром.
– Ну тогда… – Кай стянул с головы камеру и посмотрел в объектив. – Привет, парни. А может, девушки – хрен вас знает, – он усмехнулся. – Мы немного потрындим о вечном на фоне прекрасной экзотической природы. Как закончим – сообщу, – и, водрузив камеру обратно, не без удовольствия припечатал: – Ну вот, теперь можно и о ебле.
– Фуух, – с облегчением выдохнул Том. – Короче, Вилли вчера насадил меня на пальцы, затараторил он вполголоса, чтобы не услышали идущие чуть поодаль Пейс и Роберт. – Было очень круто, но пальцы – это не член. Тем более не такой, как у Санни.
– Боишься? – сходу понял Кай. – Так тут совет простой. Возьмите алоэ побольше и дрочить не забывай. Если член стоит, то даже боль в удовольствие. Если, конечно, не слишком сильная, но Ачестон же не дурак.
– Да тут знаешь… – Фостер почесал гладкий подбородок. Надо же, совсем ненамного младше Кая, а бриться ему не надо. – Что-то мне подсказывает, что как раз Санни и будет оттягивать до последнего.
– А тебе надо прям сегодня, – Кай хохотнул. – Желательно прямо сейчас.
– А чего тянуть-то? – справедливо возмутился Том. – Не успеем оглянуться – подойдет время возвращаться. И вообще! – он выразительно посмотрел на Кая. – Кто бы говорил.
– Но я-то точно знал, что не рискую заработать геморрой или чего похуже, – отбил Кай столь неумелую подачу.
– И вот мы и вернулись к началу разговора, – поник Том. – Иначе сегодня вечером я бы насадился на Санни. Ну или на Вилли, если бы тот успел первым.
Кай немедленно растерял весь запал и укорил себя за длинный язык. Мальчишка – черт, надо уже как-то отвыкнуть называть его так! – не заслужил пинков. В конце концов, девственность – не порок, а желание ее лишиться – естественная потребность. И все же…
– И что, даже роз не нужно? – не удержался все-таки Кай. – Чтобы засыпать ими ложе любви…
– Знаешь… – Том снова почесал подбородок. – Практика показала, что банановые листья куда практичнее. И трусы надо снимать до начала событий, а не сушить после и нарываться на обсуждение твоего члена ранним утром.
На это Кай лишь фыркнул, а Том улыбнулся.
– Точно, кому я это говорю… – протянул он. – Твой член весь мир обсуждает. Сложно было раздеться перед камерами?
– Не намного сложнее, чем тебе сегодня утром, – пожал Кай плечами. – Тем более что тебя застукали, а меня попросили. Еще и денег отвалили немеренно.
– Угу, – кивнул Том. Видеоблогер, конечно, не актер, но Фостер был осведомлен насчет гонораров куда лучше, чем, к примеру, Ачестон. – А сережка – на нее тоже контракт был? – он коснулся мочки уха.
– Нет, – Кай в свою очередь потянулся к уху и щелкнул по выгравированному на кольце черепу. – Мне просто нравится. Это из Мексики. У них там полно всякого дерьма с черепами. Религия такая.
– Прикольно, – оценил Том. – Ты только на Кипр не езди. У них всюду члены – считается, что это символ плодородия и все такое. Сувениры, предметы быта… да кругом одни члены!
Кай рассмеялся и покачал головой.
– Искусственный члены – это не для меня. И украшать себя чужими членами я тоже не хочу. У меня и оригинал неплохо сделан. А любоваться лучше на живой.
– Только любоваться? – уточнил Том. – Просто если красивый и большой – на него, наверное, только это и остается, как с ним управиться-то.
– Да я ж сказал: дрочи, – Кай махнул кулаком. – Тело расслабится, если будет тянуться за удовольствием. А там еще и мало покажется. Тем более, у нас там ограничителей нету. А в ширину Ачестон твой вроде как обычный. Не больше Йенса.
– Ты когда успел разглядеть-то? – возмутился Том и рассмеялся. – Ладно, тут, походу, как с новым танцем: пока не попробуешь, не поймешь, что и как. Я вот думал, проглотить у меня точно не получится, а все само собой вышло.
– А, точно! Вас же трое, – запоздало вспомнил Кай. – Ну тогда еще проще. Поставь Кертиса на колени – и Ачестон залетит со свистом.
– Куда? – не понял его Фостер, а потом конструктор из человеческих тел сложился в его воображении. – А что, так можно?.. – подумал еще и тихо предложил: – Давай, наверное, дадим монтажерам отбой? Потому что еще немного – и я вернусь обратно.
Кай рассмеялся и обернулся – Йенс уже догнал их процессию и о чем-то говорил с Робертом. Кай попытался представить такую же фигуру с кем-то третьим, но все внутри взбунтовалось от такого конструктора. Не потому что Кай был слишком отягощен моралью – вовсе нет. В его жизни случались фигуры и посложнее. Но Йенс был слишком хорош, чтобы его с кем-то делить или обижать невниманием.
– И что, даже не спросишь меня, как составить фигуру, когда ты в центре? – поддел Кай Тома. Сам он оказывался в такой позиции несколько раз и до острова считал ее самой лучшей. Или, по крайней мере, входящей в топовую пятерку. Сейчас же от мысли попробовать завалить Йенса на спину становилось даже как-то некомфортно. С ним Кай видел себя исключительно насаженным на большой красивый член.
Том покусал губы, потер щеки и наконец страдальчески протянул:
– Вот зачем ты это сказал?..
Кай рассмеялся и хлопнул его по спине.
– Ладно, похоже, тебе и правда еще рано.
В ответ Том одарил его взглядом а-ля “Я уже достиг возраста участия в выборах”, но все испортил румянец, густо заливший щеки и шею. Кай снова рассмеялся: а в этом определенно что-то было – в подобной наивности и неискушенности. Интересно, а он сам когда-то тоже был таким?
Кай попытался вспомнить и не смог. Во сколько лет он впервые поцеловался?.. В тринадцать?.. Кажется, раньше. Свой первый секс Кай тоже особо не запомнил, в память въелся только мерзкий запах медовой отдушки в смазке.
Да и в принципе секс всегда был обязательным спутником всех отвязных вечеринок, как и алкоголь, а чуть позже – дурь. К моменту, когда Кай понял, что с вредными привычками стоит завязывать, он успел попробовать такие комбинации, позы и способы, что Тома определенно хватил бы удар от одного только описания. Так что его опыта вполне хватало, чтобы сказать: секс с Йенсом был настолько хорош, что в улучшениях не нуждался, а искушенность его участников работала исключительно в плюс.
“Мне нравятся такие, как ты”, – сказал ему Йенс, и Кай мог поклясться, что в это обобщение входило и то, что ему не надо объяснять намеки.
– А сколько там домиков? – Том, видимо, решил сменить тему. – В смысле, мы сможем ночевать не все вместе?
А, нет, похоже, еще не все вопросы были заданы. Кай в очередной раз похвалил себя, что выбрал самый дальний. Насчет того, что кто-то услышит их с Йенсом, он особо не переживал, но все-таки спать хотелось бы в тишине.
– Сможем, не переживай… – тут Йенс поравнялся с ними и, обгоняя, мимоходом сжал его плечо. Беззвучный, почти незаметный жест внимания. Кай ответил на него, буквально на мгновение накрыв ладонью пальцы Риттера, и улыбнулся.
Том помолчал, дожидаясь, пока Йенс пройдет вперед, а потом наклонился и очень тихо спросил:
– У вас все серьезно, да?..
– В каком смысле? – покосился на него Кай. – Детей от него рожать я точно не планирую.
– Да ну тебя, – Каю показалось, что Тому очень хотелось закатить глаза. А то и воздеть руки к небу. Но Фостер ограничился улыбкой. – Я о том, что вы не просто для здоровья друг с другом.
– Пять дней прошло, – Кай скептически усмехнулся. – Ты вообще о чем?
– Целых пять, – поправил Том. – И вы не просто занимаетесь сексом, вы вообще всегда вместе. И язык тела не обманешь, Йенс даже во сне тебя постоянно трогает.
Кай хотел было пошутить про не менее рукастого Ачестона, а потом вдруг подумал о том, что на самом деле это нихера не одно и то же. Ачестон – блудливый кошак. Не лишенный принципов, по всей видимости, и совершенно точно не злой, но парней охмурил только так. Йенс же – совсем другое дело. И то, что у Ачестона определенно являлось привычкой, для Йенса, кажется, было потребностью.
Машинально вскинув руку, Кай погладил себя по затылку, вспоминая, с какой нежностью Йенс водил ладонью по короткому ежику его волос и как долго, глубоко и медленно его целовал, так же медленно трахал, доставая изнутри до самого сердца.
– Скажем так, я не против, если будет серьезно, – наконец-то сказал Кай, когда пауза затянулась. – Почему нет? И… Йенс, наверное, тоже, – добавил все-таки неуверенно.
– Конечно! – не задумываясь, ответил Том. – На Йенса стоит только глянуть – и сразу понятно, что все абсолютно серьезно. Да он выглядит, как соулмейт, наконец-то нашедший свою пару!
– Как кто он выглядит? – нахмурился Кай.
– Соулмейт, – повторил Том. – Ну это когда у каждого в мире есть его идеальная пара. И какие-то знаки, позволяющие понять, что ты эту самую пару нашел. Ты что, про такое не слышал? – он недоверчиво глянул на Кая. – Книжек же про это куча. Иногда это знаки на теле, они могут или появляться, или, наоборот, исчезать, если пара нашлась.
– Мне иногда кажется, что нас сюда из разных вселенных зашвырнуло, – покачал Кай головой. – Ну или что я старше лет на десять. И нет, я не слышал ни про каких соулмейтов.
– Да неважно, кто и что, главное, что Йенс так на тебя смотрит, что ни у кого не возникает сомнений, насколько все серьезно, – Том с легкостью перешел на более доступные Каю описания. И совершенно не расстроился, что Кай указал ему на психологическую незрелость. Кажется, этот парень мог найти общий язык с кем угодно, и он точно не зацикливался на негативных комментариях.
Неплохое качество, кстати. Кай знал с десяток актеров из высшего эшелона, до трясучки боящихся читать отзывы критиков о своих фильмах. О менее известных коллегах по цеху, то и дело ложащихся в клиники с нервными срывами, Кай вообще мог написать целую книгу. Если бы, конечно, когда-нибудь он решил потратить несколько месяцев своей жизни на подобную глупость. Кто сейчас вообще читает книги?
Что же до Йенса… Любовь и все такое – еще большая глупость, чем книжки, но Кай почему-то отчетливо представлял себе Йенса не только под пальмой, но и в городе. На хорошей прочной кровати, в небольшом, но уютном саду. Молчаливые утра, короткие сообщения на телефон: самые простые, по типу “Купи хлеба”, “Буду поздно”. И жаркие долгие ночи.
– Да неважно, – с трудом отогнав картинку, Кай буквально заставил себя это сказать. – Как получится – так получится. Выгорит – хорошо, не выгорит… – он замолчал и тряхнул головой.
– У вас точно выгорит, – с чувством заверил его Том. – Я бы тоже так хотел… с Санни и Вилли, – он помрачнел, – но боюсь, у Вилли таких далеко идущих планов нет.
– Да брось! – фыркнул Кай. – Как раз с Вилли вам только и путь в светлое будущее. А вот с Ачестоном я бы еще до корабля попрощался.
– Думаешь, для него это просто развлечение? – Том прислушался к себе, вдруг улыбнулся чему-то. – Не думаю, – сказал неожиданно твердо. – Иначе он бы занялся сексом с Вилли в тот вечер, когда я ушел. Ну когда мы рвали лианы, а вы собирали салак.
– Развлечения, мой мальчик, бывают разные, – Кай покачал головой. – Ачестону не хотелось вас по отдельности – это слишком просто. Он хотел двоих. И получил. А уж насколько его желания хватит – тут уже я загадывать не берусь. Но на твоем месте я бы не обольщался.
Том сник. Каю на мгновение даже стало его жаль, но он всегда придерживался мнения, что рубить надо сразу, а не пилить тупым ножом.
– Да куда ж тут обольщаться, кто я – и кто Санни, – протянул Том. – Ладно, как говорит мой отец: лучше сделать и жалеть, чем упустить шанс, – он улыбнулся. Натянуто и искусственно, Кай умел отличать настоящие эмоции от поддельных. Но в глазах Тома снова заискрились смешинки. – Если что – на обратном пути попрошу у Крайтона телефон психолога.
– Я бы на твоем месте не зацикливался, – сказал Кай, намеренно смягчая свой резкий грубоватый голос. – Проведи приятно время, наберись красочных воспоминаний. Может, и сложится все с белобрысым. А Ачестону потом ручкой сделаете и уйдете в закат.
Фостер целых сто метров переваривал услышанное. Кай подумал, что этому парню термин “курортный роман”, похоже, не был известен.
– Ладно, – наконец выдал Том. – Пусть все идет как идет. В конце концов, – он снова улыбнулся, – такого первого раза, как у меня, точно ни у кого не будет!
Кай хмыкнул и не стал его разочаровывать: в актерской тусовке какие только оргии не случались.
– Ну а если выбирать все же… – спросил он, чуть помедлив. – Ты выбрал бы Ачестона?
Том снова надолго задумался.
– Если бы ты спросил меня об этом в банановой роще, я бы ответил, что да, выбор бы пал на Санни, – ответил наконец. – Теперь же… – он вздохнул и поднял на Кая полный муки взгляд. – Я хочу обоих! – выдал таким тоном, будто признавался во всех убийствах, совершенных в этом мире. – И не просто в постель, я хочу их насовсем!
– Слушай, ну тебе ведь не шестнадцать… – пожалуй, впервые в жизни Кай подбирал слова в дружеской беседе – уж больно этот цветочек был не опылен. – Надо как-то реальнее смотреть на вещи. Прости, – он усмехнулся и покачал головой. – Мне даже сказать нечего. Это же пиздец.
– А ты вот прямо офигеть как прагматично ходил от кастинга к кастингу? – насупился Том. – Работал кем придется и все равно верил, что случится чудо и тебя пригласят на главную роль в суперблокбастере? – он ухмыльнулся. – Кай, это история тысяч актеров-неудачников, чье главное достижение – это съемки в массовке. Однако у тебя выгорело. И, уверен, дальше будет только круче.
– Ладно, ладно! – Кай вскинул руки. – Я молчу. Но это все равно пиздец, – добавил он, не удержавшись, и рассмеялся.
– Так весь этот остров – сплошной пиздец! – рассмеялся в ответ Том. – То мы улиток жрем, то крохотную рыбку на всех делим! Хорошо еще до морских огурцов дело не дошло.
– А кто сказал, что пиздец – это плохо? – хмыкнул Кай и, подмигнув ему, пошел догонять Йенса.
