Текст книги "Одержимые. Первая любовь (СИ)"
Автор книги: Катерина Пелевина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)
Глава 33
Олеся Носова
Мы прокатились, наверное, на всех аттракционах, что были в центральном парке… На чёртовом колесе Тим держал меня за руку, и было не так страшно… Потому что обычно я боюсь высоты… Но с ним было спокойно… Мы целовались… И в эти моменты сердце поднималось ещё выше… Вверх над облаками… Поразительное ощущение…
Я вообще впервые подобное испытываю…
Даже кончики моих пальцев носят на себе воспоминания… О нас…
А теперь после прогулки он привозит меня на какую-то красивую поляну…
– Вааау…
– Да-да…
– Что за место?
– Мы семьёй сюда ездили… Там на берегу есть беседка и мангал… Метрах в пятидесяти примерно… А здесь. Вот… Солнышко фигачит…
– Да, тепло… Расстелем плед?
– Конечно, расстелем… И потом… Я тебя на нём… Раз-ло-жу… – придуривается он, вытягивая губы уточкой и посмеиваюсь.
– Дурак…
Он хохочет, а я, как всегда, в ужасе от его шуточек… Но, конечно, он никогда не обидит… Обнимает, кормит как маленькую… Я лежу у него на коленях или он у меня… Мы болтаем… Перебираем пальцами на фоне неба… Мои подушечки касаются его… Улыбаемся друг другу… Бесконечно страстно и горячо целуемся…
Тут вообще нет людей… Тишина… Покой. Гармония с миром… И с ним…
Никто нас не отвлекает…
– Каждый день бы так… – шепчет, глядя в мои глаза… Мы оба лежим на боку и рассматриваем друг друга под лучами яркого осеннего солнца… На фоне жёлтой позолоченной листвы… Какой же он у меня красивый… В нём столько этого мужского обаяния, что я уже не помню из-за чего мы ругались когда-то… Как вообще могли? Не понимаю.
– Согласна…
И снова он касается моей щеки. Гладит кожу нежными прикосновениями слегка шершавых пальцев…
– Красивая, как картинка…
– Кто бы говорил, Савицкий…
– Леееесь…
– М?
– У меня внутри к тебе… Так много, что я порой боюсь тебя сожрать… Вместо вот этой ветчины…
Я начинаю смеяться, когда он толкает кусочек мне в рот и запечатывает его смачным поцелуем.
Я аж глаза выпучиваю от неожиданности.
– Савицкий, – дожёвываю этот шматок. – Ты неисправим… Мне тоже очень хорошо… Но время уже пять… И я обещала…
– Помню, – вздыхает он… – Ладно, давай собираться…
Так мы уезжаем из того волшебного места… Сказка заканчивается, хотя воспоминания так согревают душу… Я бы никогда от него не уезжала будь моя воля… Я бы, наверное, осталась там с ним…
Смотрю на свой дом и совсем не хочу туда возвращаться… Но я должна…
– Пока?
– До завтра, солнышко моё…
Сверкнув улыбкой, целую его в последний раз за сегодня и убегаю в подъезд… И мне не нравится, что на полу, пока поднимаюсь, я вижу лепестки от своего букета… У меня уже внутри зарождается какие-то неприятное предчувствие…
И на пороге меня встречает взволнованная мама…
– Леся, папа дома, – говорит тихо. – С похмелья болеет…
– А где мой букет? – спрашиваю и вся вытягиваюсь от напряжения.
– Мне пришлось его выбросить, когда он позвонил… – отвечает она, и я тут же срываюсь в сторону. – Лесь… Леся…
Ухожу в ванну, закрываюсь там и мне становится так тошно и больно за свои чувства… Какое она имела право? Почему мне приходится со всем этим мириться… После такого дня… После такой ночи… Надо спрятать телефон, пока не поздно, иначе он и его сломает…
Выхожу из ванной и даже не хочу смотреть на маму, не то, что разговаривать с ней…
– Леся, да погоди ты… Прости, дочка.
Смотрю на неё покрасневшими глазами и чувствую, как стеклянный ком подкрадывается к горлу. Вот-вот лопнет внутри и осколки болезненно вылезут наружу…
– Я поняла тебя, мама. Я к себе пойду…
Закрывшись на замок в своей комнате, я до девяти вечера переписываюсь с Тимуром… Он пишет мне такие приятные сообщения, что я стараюсь забыть обо всём этом… О том, где сейчас нахожусь… И что приходится ежедневно переживать… Я будто временно в своём мире. В коконе под его защитой…
Тим Савицкий: «Значит, цветы понравились?».
Леся Носова: «Конечно… Безумно…».
Тим Савицкий: «Ладно, понял. Буду чаще дарить. Постель тобой пахнет… Вкусно невозможно…».
Леся Носова: «Это всё шампунь твоей мамы».
Тим Савицкий: «Нет, это ты…».
И снова смущение… У меня даже сердце в два раза быстрее колотится… Он моментально на меня влияет… Как по щелчку пальца становлюсь воском и таю на глазах…
И только я хочу ему ответить, как в дверь раздаётся стук и звучит голос моего отца…
– Лесь, выйди на кухню. Поговорить надо…
Я молчу, спрятав телефон, и подхожу к двери… Ещё минуты три думаю… Идти ли туда… Мало ли что взбредёт в его пропитую голову…
Но я всё же решаюсь…
На трясущихся ногах сажусь с ними за кухонный стол. Глаза у отца просто ужасные… Проспиртованные, покрасневшие и видно, что у него сильное похмелье.
– Значит так, Олесь… По-другому будем строить отношения. Ты не лжёшь, не задерживаешься и не скрываешь ничего… И я смягчаюсь. Это всё… Из-за алкоголя… Я не хотел тогда тебя…
Сжимая челюсть, смотрю на него с ненавистью. Он даже произнести это вслух не может. Но хоть признал, что алкаш… Видать всё же сёстры ему в деревне мозг промыли…
– Ударить по лицу, – говорю я ему… И он виновато молчит.
– В общем… Люд… Есть что пожрать? Голова гудит… – мама тут же встаёт и бежит ему готовить, как собачонка. Видеть это уже не могу. – Лесь, ну ты поняла меня? Уговор?
– Уговор, – отвечаю я, хоть и знаю, что я не смогу отказаться от Тимура… Я ещё никогда не испытывала этих эмоций… Которые заставляют меня быть счастливой…
В комнату возвращаюсь тихой сапой, снова закрываюсь и достаю телефон из-под матраца, вбивая ему сообщение…
Леся Носова: «Мне с тобой необыкновенно… И ты пахнешь летом… Солнцем, зеленью, тёплым озером… И нежностью…».
Глава 34
Олеся Носова
Каждый день нам с Тимом приходится скрываться… Зато в школе любовь проявляется всё сильнее… Или же у него дома… Порой мы прогуливаем, когда невмоготу… А обниматься и целоваться просто жизненно необходимо… Как будто все законы мироздания подгоняют нас к этому… Химия тел сильнее обстоятельств, в которых мы оказались. И чтобы никто не спалил нас, мы можем бросить всё и уехать куда-нибудь на его машине, которую он без отцовского ведома порой берёт из гаража…
А потом на учёбе я сижу и краснею, вспоминая такие моменты единения с ним…
– Пссс… Леееесь… Ну, расскажи…
– Ну чтооо? – улыбаюсь Варе в туалете и загадочно молчу.
– Было уже что-то?
– Нет ещё… Я пока… Не готова… И он всё понимает…
– Нифига. Ну, похвально, слушай… Красавчик, что ждёт, – хвалит она его, строя смешную гримасу.
– Конечно, когда мы целуемся… Там…
– Я понимаю, – хихикает она, прикрывая рот. – И как? Ты трогала?
– Нет, ты что… Мне как-то, ну… Мне неудобно… Страшно…
– А ты попробуй, – смеётся она. – Потом хоть мне расскажешь…
– Конечно, Варя… Только ради тебя потрогаю! Обязательно! – и снова мы с ней ржём на всю уборную, держась за животы. Она такая у меня дурочка.
Но не успеваю я выйти оттуда, как меня снова перехватывают крепкие руки Савицкого.
– Стоять, малышка… Иди сюда…
– Тииим, – смеюсь я, ощущая его мёртвую хватку на талии.
– Что? Что такого? Я скучал… Ты там вечность была…
– Пять минут всего… Глупенький…
– Дай поцелую… – и снова он тянется к моей шее. Снова так крепко прижимает, пока Варька убегает на уроки… Вдыхает запах гулко и шумно, и даже от этого звука по телу бежит неумолимая приятная дрожь, просящая добавки. Я в его руках чувствую себя воском… Порой думаю, что мы оба таем и соединяемся на одном блюдце… Застывая… Пока снова не начинаем гореть друг с другом…
И это так красиво…
– Савицкий, Носова, да сколько ж можно⁉ Что не перемена так вы тут обжимаетесь… Родителей что ли вызывать ваших⁈ – встречает нас в коридоре учитель по инглишу. Ругается, и у меня от её голоса уши сворачиваются в трубочку. Уж чего не хватало, так родителей… Особенно моих.
– Да ладно, Маргарита Юрьевна… Вы же тоже молодая… Должны понимать, – нагло лезет Савицкий, а я тут же качаю головой.
– Извините. Этого больше не повторится, – убегаю я прочь, оставив его там.
– Послушай свою умную девушку! – кричит она ему вслед, пока он бежит за мной.
– Так… Стой, стой, стой… Ты куда это⁈ – перегораживает он мне путь на лестнице, чуть коснувшись плеч.
– Ты её слышал⁈
– Ой, да нахер её. У неё просто недотрах…
– А нам это как поможет, если она сольёт нас моим родителям, Тим? Если отец узнает, он вообще запретит мне в школу ходить… И заберёт меня в деревню. Уже проскальзывало…
– Чё?
– Да, Тимур… Не надо никого злить…
– Ладно, прости, иди сюда, – он обнимает и гладит меня, а я чуть ли не плачу… Эмоции через край льют. Я боюсь, что рано или поздно что-то встанет между нами… Потому что эта сказка затянулась… А мне так больно без него, что ночами душа куда-то улетает… Мне кажется, на поиски его души… Уже такой родной и необходимой… Я без него словно неприкаянная… Всё хожу, брожу в поисках света, но вокруг одна тьма… И только он вытягивает меня на поверхность.
– Тим… Обещай, что мы дотерпим до выпуска… Что сможем быть вместе… Что всё это не закончится просто так…
– Ты чё? – он тут же берёт мою голову и смотрит в глаза. Тёплые ладони лежат на моих скулах. – Чё значит закончится? Лесь… Я же… Я люблю тебя… – признаётся, глядя на меня, и мне не хватает кислорода… Боже… Всё внутри от этих мыслей просто парит в небе…
– Я тоже тебя люблю, Тим… – ответно выдаю, и уголок его губ вдруг приподнимается… А моё сердце бахает внутри, будто петарда…
Мы стоим на лестничной площадке в школе и целуемся… А звонок вместе с тем уже прозвучал… Просто вот как от него оторваться? Особенно после такого признания… Как? Я не могу даже нанюхаться… Наобниматься… Все мысли о нём… И каждая клеточка внутри тянется… Хочет быть с ним…
На урок мы, естественно, опаздываем. Заходим, опустив глаза… И садимся порознь. Я к Варе, а он позади меня.
Она ехидно ухмыляется, а я делаю вид, что ничего не произошло…
Пока гам говорят про подготовку к экзаменам я слушаю внимательнее… Хотя всё равно нет да нет вспоминаю, что мы только что друг другу сказали… Это ведь те самые три слова… Те самые…
И внутри из-за этого так волнительно… Так горячо и безумно. Ещё никогда я этого не испытывала.
А уже в конце урока речь снова заходит о поездке классом на зимние каникулы… Конечно, Тимур уже тычет меня пальцем в спину.
– Ну, Лесь…
– Сейчас…
– Давай уже…
Я стеснительно поднимаю руку и говорю, что я тоже готова поехать…
– Хорошо. Вовремя. А то уже комнаты бронируем… Носова, – записывает Аллочка, улыбнувшись. – Кто-нибудь ещё?
Савицкий довольный, будто выиграл в лотерею. А Варя шепчет мне на ухо:
– Ты что с отцом договорилась?
– Нет… Я с мамой обсудила… Она сказала, что что-нибудь придумаем… Возможно, он будет на выезде…
– Блин, я очень хочу, чтобы ты поехала… Пусть ты и будешь там постоянно со своим Тимурчиком, – издевается она, изображая поцелуи с языком, и мы обе начинаем хохотать.
– О чём шушукаетесь, девочки? – слышу шёпот сзади.
– А это не твоё дело, Савицкий! Сейчас она моя! – рычит на него Варька, а я смеюсь, спрятав лицо в локтевой сгиб. Потому что сейчас реально захрюкаю на весь класс.
– Всё, хватит. Тсссс… Урок…
Слышу, что телефон издаёт вибрацию, открываю сообщения, а там одни сердечки и поцелуйчики от Тима… Мне даже немного стыдно, что мы с ним так зависимы друг от друга… Словно два фанатика…
А затем он пишет мне:
«Ты мой C8H11NO2+C10H12N2O+C43H66N12O12S2»…
Дофамин, серотонин и окситоцин…
И, пожалуй, это самое прекрасное признание, которое мне могли отправить…
Глава 35
Тимур Савицкий
Мы уже два месяца вместе… Скоро конец года. И в его завершении хотелось бы признаться, что это самое кайфовое время в моей жизни… Когда я ещё буду таким счастливым? Будет ли она смотреть на меня так всю нашу жизнь? Вот так целовать… Со страстью, с полной самоотдачей… Подобно бурному течению будоражить кровь, бегущую по венам…
Я и без того был дурным, а с ней… Вообще все заслонки напрочь срывает.
Хотелось бы мне и в бой курантов быть с ней… Целовать её… Считать секунды… Минуты… Вечность.
– До поездки осталась неделя, мама сказала, что отец как раз собирался взять дополнительные смены… Не знаю…
– Дальняя поездка?
– Вроде как двое суток туда… Там сутки отдых, ночёвка. И обратно потом…
– Тогда, может, всё реально получится… И мы отдохнём от души… Тебе, кстати, надо экипировку купить для катаний. Поехали сегодня в магазин?
– Тиииим… Ну, дорого…
– Леся… Это просто лыжный костюм, блин… Ничего такого. Не начинай, а… – спорю я, нахмурившись.
– Ты за эти два месяца на меня потратил больше, чем родители за год. Мне дурно, Савицкий…
– Думаешь, я тебя покупаю? – играю я бровями, намекая, а она смеётся. Блядь… У меня от этого смеха всполохи зарницы внутри усиливают мерцание… И без того в груди каждый день молнии хреначат… Но когда она так хихикает… Я весь будто изнутри свечусь.
– Нет, я так не думаю. Но… Не хочу пользоваться твоим благополучием…
– Пфффф… Не хочу пользоваться твоим благополучием, – дразнюсь я, изменив голос на писклявый.
– Ах ты! Я не так говорюююю!
– Точно так… – усмехаюсь я. – Ну давай, пойдём, малыш… Поехали…
– Лаааадно…
Она соглашается, и мы вместе после школы едем в торговый центр выбирать ей лыжный костюм, маску, всякое такое… Приобретаем амуницию… Загружая всё в мою машину.
– Пусть у тебя побудет, ладно?
– Блин… Чё, отец выбросит?
– Естественно, – вздыхает она, опустив взгляд. – Мне так перед тобой стыдно…
Я тут же прижимаю её к себе и смотрю в хмурые глазки. Она в любом настроении красивая, но видеть это… Всё равно что смотреть на увядающий цветок… Хочется вернуть его в прежнее состояние… Как-то… Насытить положительными эмоциями…
– Не надо, малыш… Не стыдись… Фиг с ним с костюмом… Побудет у меня. Дождёмся лета… Стукнет тебе восемнадцать. И станешь ты моей невестой, да же?
– А? – спрашивает она растерянно. – Ты чего снова удумал, а? Тащил домой всяких плешивых и блохастых… И несчастных вроде меня… Да?
– Чтобы я больше не слышал этого от тебя… Ты чё? Лесь…
– Это была типа шутка… Ха-ха, – говорит и утыкается в меня носом, а мне так за неё больно.
– Это не шутки, родная… Нет. Не надо так говорить. Хочешь на ужин к моим?
– Нет, сегодня не могу… Нужно маме помочь убраться… – вздыхает она, пряча от меня глаза.
– Понял. Хорошо. Домой тогда?
– Да… Домой, – неохотно вздыхает она и смотрит в окно… Почти всё время, пока мы едем. Тихая сегодня и расстроенная… В такие моменты я начинаю сильно переживать за неё.
– Приехали…
– Угу…
– Лесь, я скучать буду… Очень… – растираю её тонкие прохладные пальчики своими и не могу оторвать от неё своих глаз.
– Я тоже. И спасибо за всё это…
– Перестань… Не надо мне «спасибо»… Поцелуй лучше… Пожалуйста, поцелуй… – прошу и тянусь к ней. Нежно касаюсь губ своими… Чувствую, как вся кровь из организма в мгновение бьёт в пах, будто мощным ударом молота… В пояснице гудит. В голове сплошной туман… Когда сильнее её к себе жму, не спасает даже толстый пуховик, потому что я уже всё внутри перетрогал… Всё перемял… Там не осталось свободных точек… Все мои. От и до…
– Хочу тебя, – на автомате выдыхаю то, что на уме, потому что совсем уже заебался… Жесть как всё изнемогает по ней…
Она так тяжело и испуганно дышит. Смотрит на меня с приоткрытыми и наполовину перекусанными мной губами. Безумно сексуально, конечно… Но вкладывает ли она это намеренно? Думаю, что нет…
– Извини… Я не должен был…
– Всё в порядке… Я понимаю… Я, кажется, тоже…
– Что, кажется, тоже? – улыбаюсь я, но зато она… Так волнующе и взволнованно на меня смотрит.
– Тоже тебя хочу… – выдыхает, и мы снова начинаем жадно лизаться в машине перед её домом… Грудь, талия, попа, плоский животик под тканью вздёрнутой наверх блузы… Я не могу перестать восхищаться даже банальными касаниями. Всю бы её раздел… Сначала бы нежно всё сделал… А потом бы трахал до изнеможения, наверное… Чтобы и скулила, и стонала, и кричала… А-а-а… С-с-сука, Тим… Завязывай порнуху смотреть уже…
Еле отрываюсь от её тела… Штормит. Ведёт… Мажет…
Сглатываю сухость, образовавшуюся во рту… Недотрах буквально висит в воздухе густым туманом…
– Ты молчишь…
– А-а-а да блин… Мысли сразу всякие в голову полезли, – насмехаюсь я. – Не обращай внимания…
– Мысли?
– Пошлятина всякая…
У Леси тут же воспламеняются щёки… Прикоснуться и обожжёшься… И до того это, конечно, вставляет… Что мне нравится доводить её до такого состояния…
– Не бойся меня… Я тебя не трону против воли никогда… Только когда сама будешь готова… И не тороплю никуда… Знаю, что это важно. И для меня самого тоже…
– Ты точно настоящий? – улыбается она, касаясь пальцами моих щёк. Проходится по щетине… Против шерсти… Практически изнуряя последние оставшиеся в живых нервные окончания до предела.
– Настоящий, конечно.
Хочется добавить, что и дубина у меня в штанах сейчас тоже настоящая… Её даже можно потрогать… Ощутить… Но так наглеть я точно не буду. Хоть и смешно.
– И снова ты смеёшься надо мной… Считаешь меня наивной?
– Считаю тебя прекрасной…
– А я тебя считаю… Своим единственным, Тим… Мне так страшно это потерять…
Она жмётся ко мне, пока сердце в её груди убивается в тревоге… И все мои пошлые мысли сразу же развеиваются, будто не было… Потому что в первую очередь мне важно её душевное состояние… Вот в чём разница между голой похотью и любовью…
– Ты не потеряешь, малыш… Мы же вместе… Навсегда, Леся… Мне ты нужна… Только ты.
– Только ты…
Тревожное дыхание сменяется её слезами… И я чувствую, что готов забрать и вынести любую боль… Лишь бы только она никогда не плакала… И никогда не жалела о сделанном выборе…
Глава 36
Олеся Носова
– Лееесь… Почему ты плачешь? Я что-то не так сделал? – звучит его тревожный голос над головой…
Чувствую, как сердце в груди рвётся на части… Так много к нему испытываю, что опасаюсь рассыпаться на атомы… Боюсь расклеиться и не собраться. Потому что он вытягивает меня из всего этого кошмара и показывает новую жизнь, в которой я пока как рыба на суше…
Я ничего не знаю о родительском тепле… Но вижу это от него… Что-то бесконечно приятное… И тактильно, и эмоционально…
Это поглощает меня. Я начинаю буквально подпитываться своей любовью к нему…
– Нет, ты что… Нет, Тим… Ты ничего плохого не сделал…
– Но ты грустная… Поделись со мной… Я не хочу, чтобы было плохо, и ты молчала… Я хочу, чтобы ты мне всё рассказывала…
– Тим… Спасибо тебе, всё правда нормально… Я просто расчувствовалась…
– Ладно… Малыш мой сладкий, – вжимается он носом в мою шею, вызывая табун мурашек, которые, как последние предатели скачут куда-то вниз, заставляя живот поднывать… – Не плачь только больше… А то по попе отшлёпаю…
– Савицкий, – смеюсь я, глядя в его глаза. – Отстань от моей попы!
– Не могу… – сжимает он её в руках. – Она такая классная… Самая охрененная на свете задница…
– Прекрати уже! – кое-как выбираюсь из машины и застёгиваю пуховик на ходу, а этот дурачок бибикает мне вслед.
– Запах женщины моеееей, – орёт, приоткрыв окно.
– Замолчи! – смеюсь я и убегаю.
– Я тебя люблю!
– И я тебя! – разворачиваюсь и отправляю ему воздушный поцелуй, после чего пулей забегаю в подъезд и пытаюсь успокоить своё сорвавшееся с петель сердце… Господи… Каждый раз его от себя силой отрываю… Не хочу уходить. Всей душой не хочу… Только с ним бы была… Только с ним бы проводила каждую секунду своего времени. И так боюсь этого лишиться. Потому что всё… Буквально всё внутри кричит о том, что он нужен мне… Как что-то жизненно необходимое, без чего я умру… Как клапан на сердце…
Он снова купил мне подарок. Ярко-розовый костюм известной марки за баснословные деньги… Мне уже реально неловко и стыдно, что его родители одевают меня… Нашёл нахлебницу и теперь я выгляжу в своих глазах ещё уже, чем есть, ведь до сих пор не могу поделиться с ним тем, что происходит в моей семье на самом деле…
Выжидаю, когда Тимур уедет… Смотрю на отъезжающее авто и только потом иду к себе…
И то нет никакого желания… Я бы охотнее переночевала в подъезде, если честно.
Даже если отца нет… Я до сих пор чувствую себя внутри чужой и несчастной… Маму хоть и жалею, но всё сильнее начинаю понимать, что как только стану совершеннолетней, ноги моей в этом доме больше не будет… Ни за какие коврижки.
– Леся, ты? – звучит голос за стеной.
– Я…
– Я там ужин сделала…
– Не хочу, – тут же ухожу в комнату и закрываюсь там… Я даже перестала завтракать, потому что не хочу видеть отца… Мы вообще не контактируем после того случая. Он не в курсе про Тимура… И просто не разговаривает со мной. Меня этот игнор вполне устраивает. Главное, чтобы не бил меня…
Конечно, весь вечер я в телефоне. Что толку было расставаться? Ведь всё равно словно зависимые друг от друга… Одержимые всей своей душой…
И примерно в одиннадцать, когда я ложусь в постель, я начинаю вспоминать всё, что было между нами в машине… Его слова, моё признание… Я ведь действительно всё время чувствую какие-то лопающиеся пузырьки внутри живота… Волнительное тянущее чувство… И потом все мои сны связаны с его поцелуями и прикосновениями… Я знаю, что пубертатный период давно наступил. Читала о сексе и всё такое, конечно… Просто всегда хотела отдаться по любви и после совершеннолетия… Когда буду отдавать отчёт своим действиям. И вместе с тем, я напрочь перестаю ощущать свои установки и мозги тоже, когда он меня касается. Когда смотрит так по-взрослому… Провокационно, горячо… Настолько, что плавится сердце.
Наплевав на все свои предрассудки, я делаю фотографию топлесс… И скидываю её ему…
Несколько минут он не видит сообщения, и я порываюсь удалить, но… Значок вдруг загорается зелёным…
Тимур пишет… Пишет…
А потом на экране появляется его имя… Не выдержал… Позвонил.
– М?
– Ты… Ты понимаешь, что я спать всю ночь теперь не буду?
– Понимаю, – выдыхаю я на всю комнату… Чувствую, как тело накрывает дрожь… Как он дышит, блин… Словно дикий. Хочу, чтобы дышал мне в шею… Я обожаю это чувствовать… Все его эмоции как на ладони.
– Лесь… Красивая моя…
– М? Скинь мне себя…
Я уже видела Тимура полуголым… Но фотографии у меня нет… И тем не менее, я запомнила каждый сантиметр его спортивного идеально сложенного тела… Прутья вен, рассекающие его на геометрические фигуры… Фактура… Мышечные габариты… Такие шикарные и пока ещё мной неизведанные.
Под этими рельефами я порой оказываюсь у него дома… Дышу тогда через раз… Касаюсь его, пока успеваю… Знаю, какой он твёрдый… Везде… И прямо сейчас вся загораюсь.
– Я тебе хоть член скину, малыш… Только попроси…
– Тим… Ну…
– Я шучу, девочка моя… Ща скину… Лесь… Ты будешь со мной летать?
– М?
– Трогать себя со мной?
– Не знаю…
Господи. Пульс подлетает до сотни и выше… Кровь становится тягучей и жжётся по венам, будто горючая смесь…
– Сердце сейчас из груди вылетит, – шепчу ему в динамик. – Извини… Я, наверное, зря это начала…
– Не зря… Значит, хотела…
– Хотела, но так страшно…
– Лесь, успокойся, моя… Всё… Не нервничай… Ты красивая до безумия… Просто космическая… И если не готова, я буду ждать, малыш… Сколько нужно…
– Ладно… Ладно… – выдыхаю я и пытаюсь дышать полной грудью… А всё равно все мысли только об одном. – Но фото мне всё же отправь, Тим… Пожалуйста…
