Текст книги "Одержимые. Первая любовь (СИ)"

Автор книги: Катерина Пелевина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

Глава 21

Олеся Носова

На нём так тепло лежать… Убеждаю себя, что не влюбилась. Просто нравится. Просто… У меня сердце становится птицей и бьётся о рёбра в надежде поскорее вылететь из грудной клетки… Нет… Это точно не обычная симпатия. Это больше… Человек ведь в основном состоит из жидкостей… Может, моя кровь идеально подходит его крови… Не знаю. Порой чувство, будто между нами реально какая-то химия… Феромоны, гормоны, клеточное взаимодействие…

– Смотришь? – шепчу, прижимаясь к его груди и улыбаясь.

– На тебя…

– На мой затылок? – приподнимаюсь я. – А зачем тогда в кино пошли?

– Как зачем… Ты разве не чувствуешь?

– Чувствую…

И снова искромётный взгляд глаза в глаза… Снова поцелуй… Безумно приятный… От которого всё тело горит. И волоски встают дыбом… Он меня опаляет…

Я точно скоро сгорю.

Оказывается, язык бывает таким властным и решительным. Оказывается, порой он может быть сильнее чужих рук… У Тимура поцелуи наделены какой-то особенной энергетикой. Я точно это знаю, хоть и не целовалась раньше. Но чувствую, что с ним получается чересчур волнительно и сокрушительно для меня в целом…

– Всё… Тим… Губы…

– Болят?

– Ты колешься…

– Завтра побреюсь… Извини… – выдыхает он, не отпуская.

– М… Ладно, – улыбаюсь я, дотронувшись до его щетины. – Мне нравится… Тебе идёт…

– Выбирай… Либо красиво, либо приятно…

– Приятно… – отвечаю, и он совсем передо мной растекается.

– Я не хочу, чтобы этот тупой фильм заканчивался…

– Почему тупой? Ты и минуты от него не посмотрел, – смеюсь я, и вновь чувствую его объятия.

– Ладно, может, и не тупой, но… Не могу… Не хочешь в гости?

– Эм… Наверное, нет…

– Почему?

– Ну… Неудобно как-то… Как твои родители?

– Отец на работе допоздна. Брат на тренировках до девяти, как правило. Мама может быть дома… Но чем это плохо? Я бы вас познакомил… Уверен, что ты бы ей понравилась, – говорит он так спокойно и убедительно, что мне становится не по себе… Из-за моего отца. Я ведь даже пригласить Тима никогда не смогу. Мама не позволит из-за папы… И они точно не будут с ним знакомиться… Вообще никогда не примут… Уверена.

– Нет, знаешь… Может позже?

– Ладно… В кафе? Голодная же, наверняка…

– Кафе… – задумчиво говорю… Не хочу, чтобы он тратился снова, но он с такой надеждой это спрашивает, что мне реально очень грустно.

– Ладно… Давай в кафе…

– Зашибись, – ухмыляется и вздыхает. – Когда-нибудь я тебя уломаю… И ты будешь серьёзнее ко мне относиться…

– Серьёзнее? Куда серьёзнее? Ты – первый парень, которому я позволила к себе прикоснуться… Поцеловать…

– Ну… Я надеюсь быть единственным, – кичливо и безоговорочно заявляет, вызвав у меня умиление. Мне нравится, как он это позиционирует… Не как временное явление. А как что-то настоящее. Навсегда. Это приятно.

До конца кино мы так и обнимаемся, а потом гуляем. Звонит моя мама, и мне приходится взять трубку, сказав, что я приду чуть позже. Естественно, она торопит меня домой. Говорит, что не стоит пользоваться тем, что отец сейчас в поездке… Вдруг ему что-то кто-то передаст, но я не могу оторваться от Тимура… Не могу перестать его узнавать. Он мне реально очень нравится. От его касаний волнуется кровь. И я вся свечусь изнутри, словно лампочка… Никогда бы не подумала, что первая влюбленность может быть такой сильной. Такой ярко выраженной. Что всё остальное меркнет… Тухнет на фоне этих эмоций.

Не важно и то, что отец несёт… Что он всё время орёт на меня и делает больно… Сейчас я чувствую, что кто-то просто ухаживает… Заботится… Нежничает со мной… И это окрыляет после всех тех гадостей, что приходится переживать.

В кафе он заказывает за меня. Не перестаёт смотреть на меня… Таким тёплым, совершенно родным взглядом… Я раньше не любила тёмные глаза… Не знаю, почему… Они меня пугали… Наверное, потому что у отца такие. А сейчас без его котлованов не представляю и дня. Видимо, так бывает… Интересно, когда Катя от нас отстанет… Когда она поймёт, что бесполезно меня цеплять?

– Тим… Можно тебя спросить…? – спрашиваю осторожно и с тревогой в голосе.

– Можно…

– У тебя с Афанасьевой… Что у вас тогда… Было… – мямлю я и вижу его взволнованный взгляд.

– Олесь… В общем… Я врать не хочу… Было. Один раз было.

– М-м-м, – проглатываю я ком. – И как давно ты… Этим занимаешься?

– Мне обязательно отвечать?

– Наверное… Потому что я хочу честности… И поделиться с тобой тем, что меня волнует…

Он несколько секунд думает, глядя мне в глаза, потом опускает взгляд и вздыхает.

– С пятнадцати… Так вышло.

– Ого… Понятно.

Сказать, что меня это сейчас убило… Ничего не сказать. Я чувствую, как внутри скапливается сгусток негатива.

– Ты расстроилась?

– Ну… Да… Расстроилась, – отвечаю честно, ковыряя свой десерт.

– Лесь… Я просто врать не хочу. Повзрослел я рано. Но такое у меня впервые, я клянусь…

– Какое?

– Такое… Сильное… За грудью стучит, – касается он себя рукой. – Уверен, у тебя так же… Это другое, понимаешь…

– Но я не… Я не буду… Потому что не собираюсь до восемнадцати… – сразу его предупреждаю, ощущая, как щёки вспыхивают. Мне и думать о таком рано, не то, что говорить. Я ещё девочка.

– Ладно. Я тебя не торопил. Я готов ждать тебя.

– Тимур… Мне восемнадцать будет только летом, я предупреждаю.

– Хорошо, – отвечает он, протягивая мне руку. – Ты что думала… Мне только это нужно?

– Я не знаю, – опускаю я взгляд. – Не думала, что ты так рано начал… Боюсь представить, сколько их у тебя было…

– Сколько бы не было, я никогда не влюблялся…

Смотрю на него и хочется верить. Сердце ускоряется… Бьётся, словно море о скалы… Волнуется… Но так же причиняет боль… Узнать о таком всё же неприятно.

Однако всё это меркнет на фоне сказанного им только что.

– А сейчас… Влюбился?

– Влюбился, – отвечает он ровным тоном, но даже от него… Да в целом от его чуть хриплого посаженного голоса…

Внутри шумит неспокойная душа…

Глава 22

Олеся Носова

Тимур снова провожает домой… Мы идём так медленно, как только возможно… Целуемся, наверное, через каждый метр… И я чувствую, что вообще не хочу с ним расставаться. Будто бы он уже занял часть в моём сердце. Такую особенную и незаменимую.

Его карие глаза такие выразительные и красноречивые. Ему даже говорить ничего не надо, я по взгляду вижу… Он смотрит так, словно видит во мне что-то, чего не вижу я. Наверное, это так… Ведь я тоже вижу в нём свою родственную душу. Вот так просто… За несколько дней…

Чувствую, что хочу узнавать. Хочу гулять до рассвета…

И не знаю, как объяснить, но Тимур пахнет летом. Солнцем, зеленью и покоем. Возможно, у меня просто крыша съехала и гормоны шалят внутри, но…

Я чувствую именно так.

– Тиииим… – еле отрываюсь от его требовательных губ. И то буквально по живому… Потому что не хочу с ним прощаться.

– М? Не уходи… Пожалуйста… – просит он, прижимая к себе.

– Мне всё равно домой надо… Тим… Правда надо… Мама потеряет…

– Блин… Лесь… Ты с ума меня сводишь, – бормочет он себе под нос, а я смеюсь над ним.

– Я тебя предупреждала…

– Да… Знаю… – он пыхтит, отходит от меня в сторону и смотрит вверх. – Аааа… С-с-сука… Прости…

– Савицкий… Долго тебе мучиться придётся… Уверен, что потянешь?

– Потяну. Ничего… Я готов мучиться… Лишь бы ради тебя.

– Такой романтичный, что ли? – издеваюсь я, подходя ближе и обвиваю ладонями его крепкую шею. Касаюсь пальцами его затылка. И мне так нравится вот так стоять…

Солнце всё ещё светит, птицы поют… И в моей душе всё точно так же сейчас цветёт.

– Безумно романтичный… Учусь.

– Ты вкусно пахнешь, – зачем-то говорю я и тут же краснею. Сама не знаю, зачем сказала, но с ним не могу держать язык за зубами. Душа норовит делиться такими мыслями. Впервые сталкиваюсь с таким порывом…

– Ты тоже… А ещё ты такая красивая, когда стесняешься… – шепчет он и снова тянется к моим губам. Я уже даже не останавливаю… Там и так такой капец с ними, что они похожи на разваренные пельмени… Господи. Но как же приятно… Как же невозможно отпустить его… Касаюсь горячей кожи руками. Скольжу по его щетинистому лицу. Наслаждаюсь тем, как мне с ним прекрасно.

– Лесь… Давай как-нибудь у меня останешься… Когда отца не будет… На те же выходные… М? – спрашивает на изломе. Весь задыхается, но не упускает возможности затолкать меня поглубже в свои силки.

– М-м-м… И что мы будем делать? – улыбаюсь, глядя в его хитрые омуты.

– Узнавать друг друга… Говорить… Целоваться… – перечисляет с лисьими глазами, и я немного расслабляюсь.

Савицкий, конечно, тот ещё обольститель. По нему же сразу видно. Надеюсь, что у него ко мне серьёзно, и не так как с остальными.

– Посмотрим, ладно?

Я же не уверена, что смогу это себе позволить, даже если очень этого хочу. Нет, позицию я держу чётко. Никакого секса… Но поговорить с ним… Уснуть на его плече… Кажется мне весьма заманчивым предложением…

– Ладно. Конечно…

– Тим, я тоже буду очень по тебе скучать, – прижимаюсь к нему и сердце готово вырваться наружу. Я и не думала никогда, что смогу влюбиться в того, кого буквально недавно хотела придушить… Если в шутку…

Мне казалось, что мы никогда не будем общаться…

– Моя…? – спрашивает, уже доводя меня буквально до подъездной двери. А там прижимает к металлической поверхности и снова так мощно целует, что я дрожу и еле успеваю перехватывать его за плечи, чтобы не съел меня с потрохами.

– Твоя… Наверное, – добавляю, оторвавшись от поцелуя и хихикая, а он хмурится в ответ. У него такие тёмные густые брови, что они тут же рисуют его сердитую гримасу, и глаза при этом становятся такими яркими, как два Сириуса в небе… А я трогаю его заросли пальцем, растирая морщинку между ними.

– Не сердись… Твоя. Просто я… Пока ничего не знаю об этом…

– О чём?

– Об отношениях… Вообще ничего… Но ты мне… Нравишься, – каждое слово отрываю от себя со стеснением и переживаниями. Никогда и никому такого не говорила. И мне это нелегко даётся. Но зато он тут же воспламеняется.

– Я охренеть как счастлив это слышать, Олеся…

– А теперь мне надо идти, ладно?

– Кто тебя отпустит? – на лице появляются милые ямочки, и он смыкает ладони за моей поясницей, ещё крепче меня к себе прижимая.

– Я тоже не хочу уходить…

– Так не уходи… Давай я такси вызову, и мы до меня поедем? Там нас вообще никто не побеспокоит… Обещаю…

– Тим… Не могу. Прости…

– Ээээх, – вздыхает он, потухнув как свеча. – Ты хоть писать мне будешь?

– Буду, да… Обещаю…

– Хорошо… Так я успокоился… – прикрывает он глаза и снова бурно вдыхает запах моих волос.

– Не могу нанюхаться тобой…

– Дурачок… Савицкий… Всё… Я побежала, – чмокаю его в щёку и пулей забегаю в подъезд, пока он отпускает… Иначе и сама не уйду никогда и прирасту к нему корнями. Сама удивляюсь, как мы с ним сливаемся… Смотрю из подъездного окна, как он всё ещё стоит и глядит на дверь… Уверена, он хочет пойти за мной.

Сердце плавится… Какой же он всё-таки красивый… Отрываю себя от окна, только когда за ним приезжает машина такси, и бегу домой… Наверх…

Вот только когда ступаю на порог, понимаю, что вижу отцовские ботинки в прихожей… Не понимаю, почему он дома… Он не должен быть здесь. У него же смена…

Мамы не наблюдаю… Тихими шагами крадусь вглубь квартиры, а потом слышу её плачь из спальни.

– Мам? Мама… Что с тобой? Мам??? – забегаю в комнату, видя, как она сидит на полу, свернувшись калачиком.

– Леся… Ты когда пришла⁈ – обхватывает она меня за лицо. – Убегай быстрее отсюда… Уходи! Леся!

– Что ты такое говоришь⁈ – смотрю на неё, а у неё прямо на щеке рассечение, будто от кольца… И кровь бежит тонкой струйкой, вызывая у меня панику. Липкий страх подкрадывается к горлу.

– Пока он в ванной беги давай! – гонит она меня снова, и я тут же подбираюсь, чтобы сбежать. Аж ноги от тревоги подкашиваются.

Но не успеваю я добежать до прихожей, как защёлка в ванную проворачивается и оттуда выходит разъяренный вусмерть пьяный отец…

Глава 23

Тимур Савицкий

Леся Носова: «Тим, я сильно заболела… Неделю дома буду на карантине…».

Сообщение, которое приходит мне утром… И от которого у меня в груди полыхает настоящий пожар… Очаг такой, что накрывает почти всю площадь тела… Я и сожалею, и расстроен, и сержусь на себя…

Ведь вечером она так и не выходила на связь. Я хотел ехать обратно, если честно… Но побоялся сделать хуже… Она так остро реагирует на любую мою попытку стать ей ближе… И я уже не знаю, с какой стороны можно подходить, а с какой нет.

Тим Савицкий: «Можно я приду к тебе? Просто навестить».

Леся Носова: «Тим, нет. Я не могу голову поднять, у меня температура…».

Тим Савицкий: «Ладно… Малыш, мне жаль. Это я виноват… Долго гуляли».

Леся Носова: «Нет, всё хорошо. Ты не виноват. Учись… Буду скучать».

Тим Савицкий: «И я буду скучать, Леся… Выздоравливай скорее…».

На уроках я схожу с ума… Знать, что она где-то там… Не мочь прикоснуться. Обнять… Поцеловать. Понюхать её волосы… Просто дерьмово.

Чувствую себя паршиво.

С Варей немного общаемся. Она ходит понурая, будто у неё что-то случилось. Хрен его знает, что не так… Но я не лезу в личное. Вряд ли это как-то связано с самой Олесей…

Афанасьева всё время пытается возникать на моём пути. То на физре рядом сиськами трясёт, то в коридоре плечом заденет… Мне кажется, эта девушка не погнушается любым методом, лишь бы себя показать и прыгнуть выше головы… Но суть в том, что никакие сиськи мира мне мою Олеську не заменят. У меня все мысли только о ней. О своей блондинке с голубыми кристальными как озеро глазами. О её улыбке… О таком редком, но заливистом искрящемся смехе. О нежности её пальцев, которые если касаются меня, то сразу валят на лопатки… Мне кажется, если она меня потрогает… Вот просто коснётся груди или торса, я точно помру от переизбытка эмоций.

Потому что эти сны… Их не выкинуть из головы… И мне снится не только то, что мы делали. Естественно, запретное тоже снится. Как мне однажды удалось вторгнуться в её пространство в школьном туалете… Просто мазнуть подушечками пальцев по её осиной и столь нежной талии… И от того касания прошило высоковольтным током грудь. Словно у нас с ней друг на друга потенциалы настроены. Разница… Такая ощутимая, что напряжение витает в воздухе…

И теперь без неё будто не живой.

Поглощён ею… Мыслями о нас. О наших прогулках. О той поездке на сопку любви… О поцелуях столь приятных, что словами не описать…

И я с трудом дотягиваю до последнего урока… И то благодаря редким Лесиным сообщениям…

А после школы я еду в торговчик, купить ей новый телефон и что-то из полезного… Выбираю корзину фруктов и лекарств, ну и трубу всеми известного брэнда. Счёт у меня пополняется каждый день… Батя не скупится, хоть мы и редко общаемся, но для него главное, чтобы я не косячил как в прошлой школе. Наличку я обычно беру у брата… Потому что если батя не видит на что конкретно я потратился… Там сразу башню клинит нещадно и сыплются упрёки, от которых скукоживается мозг… А подобные вещи легко приобретаю по карте. Он мониторит… Ничего запрещённого. Значит, я – хороший сын.

А я тупо хочу её порадовать… Мало того, что у неё экран разбит, так ещё и заболела из-за меня…

Спрашиваю, дома ли её отец, она говорит, что да… Значит, сегодня мне до неё не достучаться. Попробую завтра.

Я, естественно, его не боюсь. Мне-то пофиг, я бы пошёл на пролом. Но она обидится на меня. И даже если увижу её, то для ссоры. Зачем мне это надо?

Приезжаю домой на измене… Мне без неё так хреново, что я перестаю думать о чём-либо другом… Тоскую и практически вою на луну…

В груди отстукивает её имя… И отдаёт в виски бешеный пульс. Слишком красивая и ласковая… Слишком хорошая для меня. Но я не хочу об этом думать. Я с ней сам пытаюсь быть лучше.

Тим Савицкий: «Малыш… Как ты? Температура?».

Леся Носова: «Не прошла. Сплю… Пытаюсь…».

Тим Савицкий: «Извини. Хотел бы я быть рядом…».

Она больше не отвечает, а у меня внутри щемит дурное сердце… Какое же оно у меня неугомонное… Всё время норовит творить какую-нибудь дичь…

Я бы ради Леси и на подъёмник забрался. Оттуда бы кричал её имя на весь двор, как придурок… Только боюсь она такой порыв не оценит…

Неожиданно мама заходит в комнату, чтобы позвать на ужин и замечает корзинку у меня на столе.

– Ух ты… А это что?

– Да вот… Девушке взял… Она болеет в общем…

– Твоя девушка? Та самая, Тим? Из-за которой подрался?

Я только киваю и смотрю на неё тревожным взглядом.

– А чего такой взволнованный? Она чем-то серьёзным болеет?

– Не знаю… А взволнован из-за её отца… Я ему не нравлюсь… Ну и он весь такой… Негативно настроен…

Мама хмурится и подходит ко мне, присаживаясь рядом.

– Тимурка… Ты что у меня… Влюбился, что ли?

Я молчу, но она по глазам всё видит, и улыбается, прижав к себе и поцеловав в макушку.

– Ты ж моё золотце… Вы пока молодые… Потом проще станет… И возможно её отец просто за неё переживает… Понимаешь?

– Вроде как, да… Просто я очень хочу её увидеть, а получается, что из-за него не могу…

– Ну… Зайди, когда его нет или просто передай ей посылку… Вот и всё… Я думаю так…

– Да, я тоже… Мам…

– Да?

– Она тебе понравится… Она… Другая.

– Другая? – смеётся мама.

– Ну… Спокойная… Очень умная. Добрая… Любит химию как я. И вообще… С ней очень комфортно… У неё иначе мозг работает… Не как у нынешних девушек…

– Я рада, Тимур… Правда рада… Думала, ты не скоро перерастешь этот период гуляния… Но вы только имейте в виду, что нужно предохраняться, ладно, ты же помнишь? – говорит она с серьёзным видом, а мне так смешно становится.

– Мааам… Да не… Мне не светит, – ржу я, но вижу, что она не поняла. – Она девочка ещё… До восемнадцати не собирается… Так что…

– А… Ну тогда… Она мне действительно уже нравится, – хохочет мама, потрепав меня по волосам. – Идём ужинать, Казанова…

– Идём…

До самой ночи я сканирую экран. Не могу не думать о ней и пишу сообщения одно за другим, но она так редко отвечает, что внутри меня завывает какой-то зверь… А ещё она говорит, что завтра отец уедет к бабушке в деревню, но она всё ещё не может выйти ко мне, потому что отвратительно себя чувствует. Тогда я решаюсь передать ей подарок через её маму.

После школы прусь туда, поднимаюсь на нужный этаж и звоню в звонок. Открывают мне долго… Но когда дверь всё же отворяется, я вижу женщину, очень похожую на неё. Она смотрит на меня с тревогой в глазах. А на её щеке виднеется огромная садкая царапина. Мне аж не по себе становится… Леся вроде как не говорила, что у них есть кошка или типа того…

– Здравствуйте…

– Здравствуйте, – тут же осматривается она по сторонам.

– Я – Тимур… Лесин одноклассник… Хотел её увидеть…

Вижу, что обо мне она слышала… Уже рад этого, потому что она не удивлена… Значит, Леся что-то рассказывала. Надеюсь, только хорошее…

– Тимур… Извини… У неё высокая температура и она не может сейчас подняться с кровати… – объясняется со мной женщина.

– А что с ней? Может в больницу надо?

– Нет, просто острая фаза… Тебе придётся уйти…

– Вы ей передадите? От меня… – протягиваю подарочный пакет и корзину…

– Ладно, – растерянно принимает она его и смотрит прямо в глаза.

– У Вас всё в порядке? – спрашиваю, потому что выглядит она… Странно. Будто бы сейчас расплачется.

– Да, видимо, сама тоже начинаю заболевать… – сообщает она, покашляв. – До свидания, Тимур.

– До свидания…

Дверь резко захлопывается, а я так и мнусь на месте с опаской… Вроде и зайти хочу безумно, и понимаю, что помешаю… Не вовремя…

Спускаюсь вниз и дико нервничаю… Всего потряхивает, а уже когда еду в такси от Олеси приходит сообщение.

Леся Носова: «Тим, зачем??? Это же так дорого!».

Тим Савицкий: «Лесь… У тебя экран весь разбитый. А я от чистого сердца, правда…».

Леся Носова: 'Извини, я не смогу принять. Верну как выйду отсюда.

Тим Савицкий: «Ничего ты не вернёшь, Леся. Я так решил. Подарки – не отдарки».

Леся Носова: «За фрукты и лекарства спасибо… Я такое даже не пробовала».

Тим Савицкий: «Теперь попробуешь… Я скучаю, на стену лезу… В школе невыносимо без тебя. Хочу выкрасть тебя из дома…».

Леся Носова: «Не получится…».

Тим Савицкий: «Знаю. Ты мне уже снишься…».

Леся Носова: «Савицкий… Прости, что всё так вышло… Наверное, мы не сможем быть вместе… Тебе стоит найти кого-то подходящего… Потому что я чувствую, что всё это для меня слишком»…

Глава 24

Олеся Носова

Я плачу круглые сутки… Так хочу к нему, но не могу… Под моим правым глазом теперь яркий безобразный синяк… Потому что вчера отец словил белку, был в полнейшем неадеквате и ударил меня по лицу… Мама плакала… Он говорил, что уйдёт от нас… А она как заведенная хватала его за штанины и молила остаться с ней…

Господи, как же мне больно за всем этим наблюдать… Скандал на скандале… Постоянные крики и слёзы… Побои, от которых приходится прятаться в комнате. Всё только хуже и хуже…

Я кое-как убежала и закрылась на шпингалет. Он долбился, но потом, очевидно, вырубился под дверью… Сутки я не выхожу из комнаты… Боюсь отвечать Тиму, пока рано утром входная дверь не хлопает и следом в мою раздаётся приглушенный стук.

– Лесь… Дочка… Впусти… Пойдём покушаешь…

Я подхожу и скребу поверхность ногтями. Нервничаю так, что всё в груди болит.

– Он ушёл? Точно?

– Точно, малыш…

Когда я выхожу, мама прикрывает рот рукой.

– Мне так жаль…

– Ты скажешь, что я заболела? Я не пойду с этим в школу…

Она кивает.

– Напишу твоей классной… Господи…

– Мам… – иду я за ней. – Я так больше не могу… Давай уйдём отсюда… Давай…

– Куда, Лесь? Куда мы… Без денег… Ты – школьница… Да и я без высшего…

– Можно что-то придумать…

– Леся… Ты жизни ещё не видала… А цены на продукты? Лекарства??? Да и люблю я твоего папу… Он не понимает, что творит… Спился совсем… Это не он… Это алкоголь внутри за него говорит…

Мне тошно это слышать… И я уже не знаю, можно ли оспорить её слова. Она вообще не реагирует…

– Мам… – опускаю я болезненный взгляд.

– Всё, я написала твоей Алле. Сейчас… Примочку сделаем… Аккуратно… Быстрее пройдёт… Больно? – касается она моего нижнего века, и я шиплю.

– Да…

– Мне так жаль, малыш… Но отец видел вас… Понимаешь? И ничем хорошим это не кончится… Я обещала ему, что поговорю с тобой…

– Он что… Видел из окна?

– Да… Как вы с этим мальчиком возвращались… Вот и взбесился, ударив меня, когда я пыталась его остановить… Чтобы вниз не шёл… За тобой…

– Боже…

Я бы, наверное, умерла, если бы это случилось… Или если бы он что-то сделал Тимуру…

– Мам… Расскажи мне… Что у вас произошло? Он ведёт себя ужасно… Словно ты – пустое место… А я и подавно…

Она вздыхает, присаживаясь напротив. И мне так горестно от того в какой ситуации мы оказались… Безвыходной… И совершенно безнадёжной.

– Он просто мстит… Ты напоминаешь ему меня в молодости… И мне в своё время пришлось сломать его отношения…

– Как это?

– Так… Он собирался в Морфлот… Любил одну девушку… Но она ему изменяла направо и налево… Все это знали… А я только хотела быть с ним… Случилось всё… Как-то спонтанно… И с первого раза – ты… Ну и… Его мама… Ольга Аркадьевна… Силой заставила его жениться на мне. Взять ответственность… Но он… Так и не полюбил… И всё время называл меня Надей… Первые лет пять точно…

– Это ужасно…

Мама не рассказывала раньше, но я нутром чуяла, что там была какая-то драма… Правда сейчас столько лет прошло? Что уж теперь пить… Что это исправит? Ладно мама… Она его любила… А он зачем с ней переспал? Получается я была ошибкой… А для мамы… Рычагом давления на отца… Как же ужасно это осознавать. Но она хотя бы никогда не обижала меня…

– Вот… Завтракай, малыш… – мама накрывает на стол, а мне и кусок в горло не лезет из-за всего этого… Читаю сотни сообщений от Тимура… И вся покрываюсь мурашками… Он такой милый… Такой нежный… Теперь я не знаю, как смогу без него… Да и смогу ли? Ведь уже прикипаю… Ко мне ещё никто так не относился. И я мечтаю поскорее вернуться в школу…

До самого вечера мажу на лицо бадягу… Чтобы синяк хоть немного спал… Но он ползёт на самый глаз… Как бы печально это не было.

И неожиданно в дверь стучат… Мы с мамой тут же сталкиваемся взглядами… Вряд ли это почтальон… Обычно звонят в домофон…

Я иду смотреть в глазок и… Вижу его…

Сердце тотчас же ускоряется… Долбит так, что мне кажется, слышно в подъезде. Страшно и противно, что приходится так с ним поступать, но что я могу сделать?

– Мам… Скажи, что я без сил… Прошу тебя…

– Конечно… Ты иди давай в комнату…

Бегу и закрываюсь… Не верю, что пришёл… Что стоит там… Слышу его бархатный тревожный голос, и вся дрожу… Так безумно хочется обнять… Прижаться к его груди… Поцеловать. Но зачем ему мои проблемы… Зачем ему я такая? Мои родители всё равно не позволят нам быть вместе…

Когда мама возвращается, я вся на иголках… А потом она зовёт меня на кухню и ставит его подарок на стол…

– Лесь… Что там?

– Блин… – хмурюсь я, достав из подарочного пакета айфон последней модели. Господи…

– Леся… Этот мальчик… Он что… Какой-то богач? Кто его родители? Ты должна вернуть это… Отец увидит и…

– Я верну… Конечно, верну… – перебиваю я, не дослушав. – Я не знаю, кто его родители… Но Тимур… Да, он… Из другого теста…

– Лучше вам расстаться сейчас, Лесь… Пока ещё не так травматично и больно… Пойми, что ничем хорошим такие отношения не кончатся…

Смотрю на маму и в груди всё разрывает на части… За что нам это? Мы же ещё совсем маленькие… Я не хочу причинять ему боль… Не хочу обижать… Ведь я очень сильно к нему прикипела… Я хочу обнимать его и целовать… Гулять сутками напролёт… Убегать из дома… Хочу быть с ним… Но мне так плохо из-за того, что мы разные… И что родители так реагируют…

Маме из-за меня сегодня влетело… И я испытываю нескончаемое чувство вины за это… Только поэтому… Последнее моё сообщение ему гласит о том, что нам нужно расстаться…

Однако не проходит и часа, как я слышу под своим окном звуки его настойчивого громкого голоса…

– Леееесь… Давай поговорим… Дай мне тебя увидеть, прошу… Выгляни… Сокровище…