Текст книги "Одержимые. Первая любовь (СИ)"
Автор книги: Катерина Пелевина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)
Глава 17
Олеся Носова
Господи… Варя меня кинула… Чего она добивается, не пойму? Ей реально так нравится, что мы с ним контактируем? Или она видит то, чего не вижу я…
И теперь Тимур провожает меня до дома, но, естественно, я не позволю до подъезда… Иначе, если отец вдруг увидит, он нас обоих закопает, даже слушать не станет.
Признаться, меня и впрямь обидела та фигня с Афанасьевой. Удивлена, что он это понял и вовремя съехал… Обычно парни не такие сообразительные… И дело не в том, что я считаю его своей собственностью… Но раз целует, наверное, не должен провожать других девушек? Я лично считаю так… Не знаю, вправе ли так думать… Но это мои личные заморочки.
– О чём молчишь, красавица?
– О том, какой ты навязчивый…
– Хах… Есть такое… Но это только с тобой… Ты же брыкаешься. Обычно у меня нет подобных проблем, не обижайся, – ржёт он, и я думаю… Ну, конечно… Самооценка до небес… Нет проблем у него. Козлина.
– Тимур, ты тоже не обижайся, но я к такому не привыкла… И не разрешу провожать меня до подъезда… Родители увидят… Прости…
– Понял, не вопрос. До дома провожу…
– Хорошо…
– Вы с этой девочкой давно дружите? – спрашивает, рассматривая меня со стороны. Да ещё и таким взглядом… Что все щиты сразу роняю… Открываюсь перед ним. Словно уже готова вывернуться наизнанку.
– С Варей? Ну… Всю жизнь почти… С первого класса…
– У меня тоже был такой друг… Но уехал далеко… Да и я перевёлся…
– Кстати, почему? – спрашиваю, а он морщится. Теперь словно жалеет, что поднял эту тему.
– Не хочу вспоминать… Ничего плохого. Но я сам виноват… Характер у меня дурной. Мама говорит, я создан для неприятностей…
– Ты в курсе, что это всё программирование? Ты сам себя на это накручиваешь… А надо… Плыть, – улыбаюсь я, показывая перед собой прямо, и он гогочет.
– Ага… Так и запишем… Плыть… Если только с тобой, Носова…
– Не зови меня так… – тут же напрягаюсь я.
– Не нравится фамилия?
Я мотаю головой. Ведь терпеть её не могу… А Тимур усмехается.
– А моя? Нравится?
– Не знаю… Не думала об этом…
– Ну, подумай… Время есть, – лыбится он, чем окончательно вводит меня в краску. К чему он так сказал вообще?
– Всё… Мы пришли…
– Блин, как незаметно пролетело время, а… Лееесь, – тянется он ко мне и прижимает, несмотря на то, что я вся съежилась. У меня в этом районе вообще обычно все кишки от страха скручивает… Чтобы отец не увидел, чего лишнего… И я сразу щемлюсь от него в сторону.
– Тим… Не надо… Родители увидят…
– Я так скучать буду…
Боже, он невыносим… Зарывается носом в мои волосы и ёрзает там, словно и впрямь влюбился в меня… Господи, я, наверное, наивная? Я впервые вижу, чтобы парень так странно себя вёл… Как будто ему мало женского внимания и ласки. Хотя уверена, что это не так. Но он какой-то нежный со мной.
– Я побежала…
– Будешь скучать?
Сухо киваю, а он вот прям как ребёнок. Глаза горят, светятся от счастья. Нет слов.
– Пока… Пиши мне… Или звони…
– Угу…
Домой прибегаю, и меня всю колотит… Ещё в подъезде начало шатать, но я пытаюсь собраться. Ведь отец дома, ему только вечером на смену.
Однако я не опоздала. Пришла вовремя. И он ничего мне не говорит… Хотя я уже по лицу его вижу, что недоволен.
Переодеваюсь, помогаю маме, делаю уроки, а внутри… Там что-то нереальное… Неужели эти дурацкие бабочки настоящие? Я ведь чувствую, как что-то шевелится…
Мне хочется узнать, как его дела, чем он занимается… А это со мной вообще впервые. Не думала, что буду зависеть от кого-то… И мне это не совсем нравится…
Так наступает вечер. Пока сижу в телефоне, в комнату входит отец и вид у него такой… Будто он что-то уже хочет мне предъявить.
– Это что? – спрашивает, протягивая мне мою олимпийку, и я замечаю кровь на капюшоне… Манжеты отстирала, а там даже не заметила. Блин… Тимур же меня везде трогал…
– Это… У Вари кровь носом пошла… Я думала отстирала…
– Ты за идиота меня держишь? С кем-то обжималась? С тем парнем? – тут же выпаливает, а у меня вселенский ужас в глазах. Я вообще не понимаю, как он сделал такие выводы… Будто детектор. А, возможно, я просто не умею врать…
– Что? Нет! Конечно нет!
– Покажи мне телефон…
– Зачем?
– Потому что, Леся! Я хочу знать, что происходит, с кем моя дочь шатается, пока меня нет дома!
– Женя, что случилось? – показывается мама из-за двери.
– Ничего, просто твоя кровинушка выросла блядью! – говорит так, будто я – только её дочь, а он вообще не участвовал.
– Я ничего не сделала! – парирую я, а он хватает меня за шкирку, начав трясти. И мне становится так плохо. Чувствую, как внутри обжигает. Не могу дышать.
– Пароль!
– Я не скажу ничего! – начинаю спорить, и точно знаю, что не назову даже если начнёт меня бить.
Мама вмешивается, пытается его успокоить. И я понимаю, что с каждым днём он ненавидит меня всё сильнее… Только причин не осознаю…
– Женя, отпусти её! – заступается она, пытаясь меня отцепить.
– А ты не лезь! – толкает он её назад, и мы начинаем драться. Точнее, конечно, я просто пытаюсь убежать и закрыть дверь, мама влезает снова, и он очень сильно отбрасывает её в стену, отчего она ударяется головой о небольшой выступ от полки. На затылке даже немного выступает кровь. Из моих глаз тут же брызжут слёзы. Я не понимаю, как можно быть таким… Ужасным. Гадким… Отвратительным человеком…
– Как вы меня все заебали! – швыряет он мой телефон в стену. И я ползу к маме, обнимая её.
– Ты в порядке? Прости меня…
– Всё хорошо… Лесь… Всё нормально…
Она плачет, я тоже…
Пытаюсь её успокоить, обнимаю, а у самой руки дрожат от этого кошмара. Я начинаю тайком его ненавидеть… Потом мы обрабатываем ей голову, я вновь чувствую, что у меня останутся синяки… Смотрю на маму и понимаю, что она ужасно страдает с ним… Но уйти не может. Как приклеили…
Через час входная дверь, наконец, громко хлопает, и я беру свой телефон, который теперь с растрескавшимся экраном, но набирать я на нём всё ещё могу…
Колотит…
На часах уже девять… А я так и не перестаю плакать. Мне очень и очень плохо. А ещё я вспоминаю его слова о том, что он приедет в любое время и внутри как-то свербит. Поэтому на автомате набираю его номер, хоть и понимаю, что ему может быть не до меня. И вообще уже поздно… Но я не знаю, кто сейчас ещё способен меня успокоить. Вспоминаю его нежность ко мне и хочется волком выть… Ко мне ещё никто и никогда так не относился.
– Тииим…
– Лесь? Всё в порядке? Ты чё плачешь? – тут же спрашивает обеспокоено.
– Ты можешь… Пожалуйста, за мной приехать…
– Конечно. Куда?
– Домой…
– Пятнадцать минут, и я буду у тебя…
Он сбрасывает, а я тут же судорожно натягиваю на себя одежду, не желая ни одной лишней секунды находиться в этом ненавистном доме…
Глава 18
Тимур Савицкий
Когда она позвонила, я вообще ни секунды не думал. Хотя все были дома, но мне нужна была машина, и я тут же обратился к Серёге. Потому что выбить у него мерс проще, чем мою будущую бэху из гаража у отца.
– Не вопрос. Только аккуратнее. Не разъеби… – передаёт мне ключи, и я молча киваю, сгребая их и натягивая куртку в прихожей. – Норм всё? Чё озадаченный такой?
– Да моя в слезах. Туда и еду…
– Блин, ясно… Если чё звони.
– Конечно, братух, – обнимаю его и пулькой лечу вниз к тачиле… Чувствую, что сейчас разорвёт грудак от радости, что она именно мне позвонила… Что позвала. Хоть и тревожит, что плакала… Наверное, с отцом опять поругалась…
Мчу к ней как помешанный… Настолько она мне нравится, что несколько раз проезжаю на красный. Машин и людей мало, да и мне насрать на штрафы. Да, вот такой я охреневший придурок. По уши влюблённый в одноклассницу…
Подъезжаю к её дому… Хочу выйти и встретить, но она ныряет в салон раньше. Я тут же сканирую её заплаканное лицо и мне, сука, так щемит сердце… Мне реально хреново от того, что она плачет… Чувствую, что в груди болит из-за этого…
И ни слова ей не сказав, я прижимаю её к себе, полностью срастаясь с её теплом и ароматом, от которого в мгновение закипает кровь… Резко густится и подаётся к паху… Напрягается… А в голове наоборот – высвобождение… Плохо перевариваю происходящее. Потому что клинит по ней… Нещадно.
И главное сейчас – не затупить.
– Как ты, – глажу её по голове и спине. Она всё ещё прижимается ко мне носом. Всё ещё прячется, пока жалею…
– Нормально, – шёпотом произносит в мою ключицу, а отдаёт где-то за рёбрами слева… Оказывается, как сердце предсказуемо… Чуть его задень, на нити разойдётся. И спрашивать не станет.
– Я за тебя волновался… Что случилось?
– Если можно, – отстраняется она. – Я бы не хотела говорить об этом… Просто забери меня отсюда… Пожалуйста…
– Не вопрос… Поедем ко мне или…
– Нет… Просто куда-нибудь…
– Понял, – тут же начинаю движение и еду в сторону одной сопки у нас в городе. Там красивый вид раскинувшейся инфраструктуры, мало машин… Яркие огни, горящие вдалеке… И просто покой. Гармония на фоне больших перемен… Квинтэссенция суеты и умиротворения…
Хоть и понимаю, что это место прослыло слухами о парочках… Поцелуях и не только… Но мне как-то пофиг, я просто хочу её успокоить. Не для этого сюда приехал, хоть и бесспорно хочу её целовать…
До этого места мы добирается примерно через полчаса… По пустым улицам… Под какую-то спокойную музыку, что играет у Сереги в салоне.
Глушу мотор и нас встречают звёзды…
– Красиво, – вздыхает она, поёжившись в машине.
– Замёрзла что ли?
– Нет… Неприятно от воспоминаний… Не обращай внимания…
– Как же не обращать… Если я от тебя без ума, Олеся… Не могу, когда ты плачешь… – добавляю шёпотом.
Она краснеет, прячет взгляд, а я чуть касаюсь её подбородка, приподняв миловидное личико выше. Блин, у меня за грудной клеткой будто что-то ползает… Не понимаю, почему не ощущал этого раньше…
– Ты такая у меня красивая… Нежная… Невероятная…
Ни грамма их этих мазалок. Светлые брови, пушистые ресницы… Пухлые губы, чуть потрескавшиеся и пересохшие от слёз… И меня вставляет не по-детски… По-взрослому. И хотя она говорит, что не хочет этого слышать, я буду говорить… Потому что об этом невозможно молчать. То, что столь сильно привлекает не должно оставаться без внимания. Слишком она красива… По правде говоря, вселенски красива для меня…
– Как часто ты здесь бываешь? – спрашивает и только потом я улавливаю намёк. Вроде и не плачет уже. Успокоилась… А я беру её руку своей и подношу тыльной стороной к губам.
– Не бываю я тут. Впервые приехал. Честно.
– М-м-м… Тут… Очень живо…
– Согласен… И эти огни… Добавляют красоты картине.
– Да…
– Но ещё больше добавляешь ты, – улыбаюсь я и тянусь к ней, а она чуть отстраняется. Шуршание наших курток растворяется в бешенном стуке сердец. Она смотрит прямо в глаза. Дыхание надломленное и прерывистое.
Боится… Мешкает… И только думает, как отреагировать на мои попытки сблизиться. По глазам вижу.
– Иди сюда… – зову шёпотом, и она всё же сдаётся мне. Позволяет поцеловать. Я тут же напитываю её сухие губы своими. Целую очень влажно… Присасываясь и полностью в ней растворяясь… Стараюсь стать с ней единым целым. И мне кажется, это происходит. Потому что и она обхватывает мой затылок. Так чувственно скребёт своими коротенькими ноготками, что я ощущаю естественную реакцию организма и мне становится даже больно от воздержания, которое я теперь практикую. Хоть и понимаю, что меня ни о чём таком не просили. Это личное решение…
– Мне так с тобой хорошо, – выдыхаю в её губы и всё ещё целую, но рвано… Чтобы мы оба могли говорить.
– Почему?
– Потому что нравишься… Сильно…
Она улыбается. Нежничает, прижимаясь. Пахнет… Божественно… Чем-то непонятным.
Ранее недоступным. Может быть, первая любовь так пахнет? Хрен его знает… Но запах особенный и для меня просто наркотический…
– Не хочу, чтобы ты плакала, – стираю остатки слёз с её румяных нежных щек подушечками больших пальцев. Бодаю её лбом… Она прикрывает свои красивые голубые глаза и вздыхает.
– Прости, что я тебя выдернула…
– Прости? – усмехаюсь я. – Это лучший вечер в моей жизни…
– Тимур, – вновь отмахивается она, застеснявшись, а я обнимаю. Крепко… Не выпуская из объятий… И, кажется, никогда уже её не отпущу…
До самого утра… Точнее до пяти мы в машине… Целуемся как ненормальные… Большего я себе не позволяю, но насосался её губ так, что они все опухли и покраснели… А мне мало, я хочу ещё… Желательно без остановки… Хоть и мучаюсь со стояком в джинсах, но оно того явно стоит… Потому что это такие губы… Не хватит слов описать.
– В школу нужно собираться…
– Хорошо…
– Тим…
– М?
– Школа…
– Ага…
Так и не могу оторваться… Не могу перестать разворовывать её имения. Уже напал и хочется оккупировать всё полностью.
– Тим… Ну…
– Лаааадно…
Довожу её до дома, а она вся такая милая утром. Волосы чуть растрепались. Сонная… Невероятно красивая… Да ещё и эти обкусанные губы… Я точно Дьявол, блин… Во плоти…
– Пока? – спрашивает, потянувшись к ручке двери, но я снова перехватываю её запястье… Тяну на себя и опять засасываю…
– Тииииим, – смеётся она, отстранившись. – Всё… Мне идти надо… Через три часа школа…
– Хорошо… Беги… Скучать буду…
– И я, – наконец выдаёт она напоследок, улыбнувшись и взглянув мне в глаза… А я такой, блядь, счастливый придурок… Что возвращаюсь обратно домой с довольной лыбой до ушей в полной уверенности, что теперь у нас может что-то получиться…
Глава 19
Олеся Носова
Я возвращаюсь домой под утро с зацелованными припухшими губами… А внутри что-то взрывается. Фейерверки, гранаты или вообще полноценные боеголовки… Не знаю, но так хорошо мне не было никогда… Это что-то непередаваемое. Господи, он так целуется… Я и не знала, что это так волшебно. Так невозможно… И бесконечно приятно.
Конечно, мама встречает в дверях. Напуганная и заплаканная. Я ведь просто молча убежала и ничего не сказала…
– Лесь… – в ужасе смотрит на меня покрасневшими глазами. – Ты где была⁈
– Нигде, – отмахиваюсь и держу траекторию в свою комнату. На этот раз не хочу делиться… И понимаю, что меня за эти пять часов отогрели сильнее, чем за всю мою жизнь.
– Я звонила сто раз, – семенит она за мной. – Переживала…
– Прости… Но я не могла разговаривать. Мне было плохо…
– Олеся… Отец что прав? У тебя есть какой-то мальчик?
Господи… Ну не могу же я врать собственной матери? Хотя бы ей я могу рассказать правду?
Опускаю взгляд и виновато киваю, чувствуя, как всё внутри переворачивается от волнения.
– Дочка… Не стоит тебе с ним видеться… Перетерпите до института… Ничем хорошим не закончится. Отец узнает… Он и тебя, и его, и меня…
– Мама, – перебиваю я её и смотрю на неё со стороны, видя жертву. – Мне всю жизнь от него бегать? Как ты?
– Дочка…
– Мам… Ты ведь не счастлива с ним… Как же так? Всё становится только хуже…
– Я всю жизнь его люблю, дорогая… Всю свою жизнь… Забеременела тобой… И он взял ответственность. Он – твой отец… Леся… Пока не поздно… Я тебя прошу…
– Мам… Я не могу, понимаешь? Он мне нравится… По-настоящему. Нравится.
Она так смотрит на мои губы. Кажется, всё понимает. Но я сейчас выворачиваюсь перед ней наизнанку. Потому что Тимур – не просто какой-то плохой мальчик, по непонятным причинам понравившийся мне. Он меня защищает… Он ухаживает. Он согревает. Не знаю, как объяснить… Но он будто показывает мне каким на самом деле должен быть парень… Мужчина. Не жестоким и грубым… Разве что с другими… Но с той, которая дорога сердцу… Милым… Нежным… Заботливым…
– Ну вы… Хоть… Не…?
– Нет… – мотаю головой. На этот счёт у меня чёткое правило.
– Хорошо. Потому что если вдруг будет незапланированная ранняя беременность… Головы полетят, Лесь… Предохраняйтесь. А лучше вообще не надо до совершеннолетия…
– Хорошо, мам, – обнимаю её, а сердце в груди наворачивает аксели. Я помню его горячие руки… Его обжигающее дыхание. Тимур вообще весь какой-то дикий… Необузданный. И как мне кажется, кипяточный везде.
Бегу в ванную и там в ужасе таращусь на свои губы… Видел бы это отец точно бы зашиб на месте и даже слушать не стал.
Повезло, что уехал на смену…
По-хорошему мне можно видеться с Тимом в те моменты, когда папа уезжает. А в дни, когда он дома, готовиться к поступлению. И тогда всё получится. Господи… Вот вроде только расстались, а я снова хочу к нему… Смотреть в его тёмные глаза… Раз за разом тонуть в них… Чувствовать, как эмоции, подобно урагану, разносят всё внутри в клочья… Это так странно… Для меня обычной вовсе неприемлемо. Но он… Что-то пробудил внутри.
Тим Савицкий: «Всё нормально? Я ещё еду. Дай ответ, красивая. Чтобы не переживал».
Леся Носова: «Всё хорошо, Тим. Ложусь спать на час. Увидимся в школе».
Тим Савицкий: «Обнимаю тебя… Хочу целовать твои губы».
На этом моменте, признаюсь… Визжу в подушку и улыбаюсь, потому что мне так приятно это читать. Нежно… Тонко… Столь влюблённо… Что в животе носятся ошалелые бабочки. И я чувствую себя самой счастливой, несмотря на ссору с отцом… Я будто в раю.
Замачиваю олимпийку, завтракаю, привожу себя в порядок и бегу в школу. От Вари была куча сообщений, но я их даже не читала… Было некогда…
Рассказываю, что случилось по пути, когда встречаемся на пол дороги к школе. Она вовсю смеётся надо мной, но и радуется. Искренне.
– Я же говорю… Лесь. Наслаждайся. Заберёт тебя твой Савицкий из семьи… И будет супер.
– Варь… Ну вот что ты говоришь, а⁈
– А что я такого сказала⁈ – хохочет она. – Ты бы губы свои видела, тихушница!
– Блиииин… Сильно видно, да? Дашь тональный?
– Дам, идём…
Мы заходим в школу, следуем в уборную, где я пытаюсь замазать свои покраснения и неожиданно туда входит Афанасьева со своей свитой. И вид у неё такой напряжённый и, как всегда, агрессивный. Будто хищница перед броском. Как же она меня бесит. Стоит и высматривает что-то.
– Что, Носова… Пельмени свои замазываешь?
Варя, естественно, тут же двигается вперёд.
– А я смотрю, тебе до всего дело есть. Зависть так и плещет… Вместе с ядом.
– А я не с тобой разговариваю, Ветошникова. Или у твоей подруги собственного мнения нет⁉
Эти хихикают, а мне так тошно, но я всё же неохотно вступаю в этот конфликт, потому что не собираюсь давать себя в обиду.
– Есть у меня собственное мнение. Оно в том, что ты можешь засунуть своё куда подальше. Не лезь в мою жизнь. Не присылай записок с угрозами и своего Ваню с подножками. Ты нас только сблизила… Дурочка. И не будет он с тобой, никогда не будет, ясно?
– Ах ты сука! – не успевает она дёрнуться, как Варька толкает её назад.
– Только подойди и тебе уже ничто не поможет. Я тебе все космы выдеру!
– Идиотки две! – выплёвывает она с пренебрежением и выходит оттуда, задрав подбородок. А её девочки тут же бегут за ней как стадо наивных тупых овец.
– Капец… Что это было вообще⁈
– Спасибо тебе, – прижимаюсь к Варе, обнимая. – Что бы я без тебя делала…
– Прекрати… Ты не заслуживаешь этого… Дома капец, так ещё и эти кукушки прессуют… Пошли они… Дуры, блин…
Вздыхаю, и идём на уроки вместе. Не знаю, что бы Катя сделала со мной, будь я тут одна… Они же конченые дуры… Ещё бы накинулись, точно.
В класс заходим без пяти… А его всё нет. И это так сильно меня беспокоит… Вдруг что-то случилось?
Однако после первого урока я чувствую, как его тёплые большие руки обнимают меня сзади прямо в коридоре, прокрадываясь по талии к животу, пока мы с подружкой болтаем… И внутри меня тут же разгорается пламя…
– Я вас оставлю… – исчезает Варя.
– Где ты был? – оборачиваюсь и обнимаю. Господи, почему такой красивый опять? Даже сонный… Даже с взлохмаченными волосами… И эти ямочки на щеках…
– Проспал… – довольно улыбается. – Ты снилась…
Я молчу, но мне так приятно, что я вся краснею перед ним.
На людях он не целует. Мы договаривались… Хорошо, что слушается. Просто обнимает.
– Сегодня сможешь встретиться?
– Смогу… Папы нет до завтрашнего дня… Ещё скоро девять дней у бабули… Он снова уедет в деревню…
– Ладно… Понял… Тогда сходим в кино после школы?
– Хорошо, Савицкий… А теперь отпусти… – чмокаю я его в щеку. – Химия начинается…
– Она уже давно началась… Сразу как я тебя увидел…
Глава 20
Тимур Савицкий
Окончания уроков жду, как одержимый… Так сильно хочу обнимать её и целовать… Понимаю, что это нездоровая мания, хотя в нашем возрасте, наверное, и такое объяснимо… Гормоны, страсть, пубертат. Лично я в ней полностью растворяюсь. Впервые. Я раньше такого не ощущал.
После каждой перемены тащу в какой-нибудь закуток, где снова и снова её целую… И на этот раз она отвечает. Сжимает мои плечи, обнимает… Тоненькие пальчики врезаются в волосы на моём затылке, перебирают их. Присасываюсь как пылесос. И с каждой новой попыткой присвоения у меня планета сходит с орбиты. Я падаю вместе с ней.
Мы будто не можем оторваться друг от друга. Да и как это сделать? Если я даже на уроке с точностью детектора сканирую её спину… Прямую осанку… Золотистые локоны на плечах… Лифчик под тонкой тканью блузки, который ужасно хочется расстегнуть… Чтобы коснуться… Все мысли об этом. Вообще не вижу, что на доске. Я туда, бляха, не смотрю. Неинтересно.
– Последний урок… И валим… – зажимаю её в уголке. Руки боятся сделать больно… Хоть как-то ей навредить.
– Валим, валим, – улыбается она. – Ты отпустишь меня?
– Не хочу…
– Я бросила Варю из-за тебя… Некрасиво…
– Она поймёт… Вон какая сообразительная, – ржу я и думаю… Если бы её подружка тогда не заболела, как бы я начал то первое знакомство? Наверное, атаковал бы на перемене… Она же мне сразу приглянулась…
– Нет, Тим… Мне правда нужно идти. Ещё в кино пойдём… Успеем побыть вдвоём…
– Ладно, иди. Я с пацанами пока покурю пойду…
– Всё бы курили, а, – ворчит она, и знаю, что права… Я стараюсь бросить. Год как страдаю этой пагубной привычкой. И мне не нравится. Просто на автомате уже…
– Стой… Чё это? Упала опять? – хмурюсь, взяв за запястье.
– Да, ударилась… Порой не замечаю… – опускает она взгляд, а я поднимаю её подбородок выше.
– Аккуратнее надо быть, малышка…
Целую её ещё раз и, наконец, отпускаю… А сам прусь вниз на улицу. Без куртки, естественно… Просто подымить. Здороваюсь с тем, кого ещё не видел. И вижу эту… Катерину… Со своими клушами.
– Привет… Кинул меня вчера… – начинает разговор сразу с предъявы. Да и я знаком с подобного рода персонажами. Я уже говорил… Была у меня одна… Похожая.
– Привет, да не кинул я… Просто попросил Соболя…
– А сам пошёл с ней… Ты хоть в курсе, что она меня сегодня в туалете до слёз довела?
Я бы, конечно, поспорил, что Олеся могла кого-то довести, но нахер надо? Раз она уже начала что-то рассказывать… Пусть плетёт паутину дальше.
– Сказала, что ты только с ней будешь… Что ты её собственность…
– Да ладно… Так и сказала? – делаю затяжку и еле сдерживаюсь, чтобы не заржать. Ни единому слову не верю, но активно киваю, пока она вешает лапшу мне на уши.
– Да. А ещё, что пользуется тобой. И пока на максимум тебя не расходует, не оставит в покое…
– Катерина, – морщусь я, туша окурок об урну. – Слушай… Я не настроен на это. От слова совсем… Я Олесю знаю. Она бы никогда так не сказала. Это больше в твоём стиле.
– Что⁈ Ну и как знаешь… А я тебе правду говорю. В дураках потом ходить будешь, Савицкий… Когда твоя Носова тебя оставит… С носом… Придурок!
– Ага… Пока, – толкаю и ухожу оттуда, покачав головой. Какая же всё-таки мерзкая баба… Жалею, что вообще хоть как-то с ней связывался.
На урок возвращаюсь со звонком. Моя тут же видит меня, краснеет и опускает взгляд, едва заметив меня в дверях. Ветошникова, естественно, как всегда, угорает и ржёт, а я сажусь позади и дёргаю Олеську за волосы.
– Ай! Ты что?
– Фильм выбрала?
– Нет… Я думала, ты… Выберешь…
– А я хочу, чтобы ты…
– Ладно… Посмотрю тогда, – шёпотом отвечает, и учитель велит нам быть тише, шикая на нас, поэтому мы отвлекаемся на учёбу… Временно.
А уже когда звучит звонок, я судорожно хватаю свою за руку и увожу прочь из кабинета, словно мы куда-то опаздываем.
– Пока, Варь, я позвоню! – кидает Олеська напоследок.
Та машет нам и смеётся, а моя семенит за мной, еле успевая перебирать ноги.
– Наконец-то, блин… Конец каторги, и можно побыть с тобой наедине…
– Савицкий! Ты неисправим…
Пока идём до кино светит яркое солнце и вообще так тепло, что гулял бы и гулял с ней… Её золотистые волосы переливаются в ослепляющих лучах. Она вся, словно бриллиант сейчас. Идёт, что-то рассказывает, а я слушаю, как завороженный. Не обращая внимания на людей вокруг. Я не знаю, как так вышло, но вообще ничего кроме неё не замечаю. Как одурманенный.
– Завтра сразу домой… А фильм я, кстати, выбрала… – показывает мне свой телефон и я хмурюсь, глядя на экран.
– Уронила, что ли?
– А… Ну да… Да ерунда же…
Нихрена не ерунда… Теперь хоть знаю, что ей подарю. Завтра же пойду в магаз. Блин… И заставлю… Заставлю принять подарок. Хочет – не хочет. Пофиг.
– Ладно, идём…
В кино заходим в чудесном настроении с грандиозными планами. Фильм – русская классика. Мне лично вообще пофиг, что смотреть. Главное, что с ней… Да и буду ли я вообще смотреть куда-либо кроме как на неё? Это вряд ли… Набираю всякого. Попкорн, чипсы, соки… Она, правда, как всегда, зажалась. Мол ничего я не хочу. Не траться на меня, но я уже привыкаю к этому. Просто ставлю перед фактом. Это пей, а это ешь. Разговор закрыт…
Гаснет свет…
А для меня словно загорается зелёный…
Жму на газ.
Моя рука на её колене. Губы на губах… Не могу остановиться. Скольжу чуть выше… Задеваю нежные бёдра и мозг простреливает… Вся кровь подаётся в пах. Снова и снова… Проклятие. Как же сильно я её хочу… Это невыносимо. Лобзаемся, дышим, как сумасшедшие. Кроме нас в зале человек десять, и то весь последний ряд свободен. Но я же знаю, что с ней так нельзя… И всеми силами торможу. Хоть и заносит…
Касаюсь груди… Чувствую затвердевший сосок под тонкой тканью… И башню совсем рвёт, но она тут же останавливает меня.
– Тим… Это… Слишком…
– Я ничего не делаю… Смотри… Вот мои руки… Ничего… Прости, блин, – утыкаюсь в её лоб и кое-как справляюсь с дыханием. Клинит ужасно по ней… По нежности её кожи и запаху… По волнению… По стуку маленького сердечка.
– Давай немного… Фильм посмотрим? – предлагает и улыбается… А я киваю.
– Давай… Ложись на меня… Я больше не буду так… Немного… Крышу сорвало… Извини меня.
– Всё нормально… – она кладёт голову на моё плечо и вздыхает, обхватив мою руку своей… И я чувствую, что хочу проводить с этой девушкой каждую секунду своего времени… Не иначе…
Я тупо в ней пропадаю…
