Текст книги "Высшая жертва (ЛП)"
Автор книги: К. С. Линн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)
Глава 11
Зоуи
Я сижу рядом с кроватью сестры, ее рука нежно сжимает мою, пока она смотрит одну из своих любимых телепередач, а Гас лежит рядом с ней в обнимку. Ее глаза прикованы к экрану, а мои – к тому, какой слабой и уставшей она выглядит. Я ушла с работы пораньше, когда услышала, что у нее тяжелый день.
Все началось за завтраком, когда у нее не хватало сил держать ложку. Затем она не смогла выпить сок, который пролился на нее. В течение дня она становилась все более раздражительной, даже набросилась на Дину. С тех пор она отказывается от ужина, поражение подавляет ее вновь обретенный дух.
У меня болит сердце от того, что она потерпела неудачу, но я также понимаю ее разочарование. Она делала успехи, и вернуться к исходной точке за один день – это тяжело. После моего появления она успокоилась и выглядит более отдохнувшей, а это самое главное.
– Ты уже проголодалась? – спрашиваю я, желая, чтобы она что-нибудь съела. Ей нужно питание, особенно сейчас.
Она едва качает головой, не отрывая глаз от телевизора.
Стук в дверь заставляет нас обеих обернуться. Сердце замирает при виде мужчины, стоящего в дверном проеме, на его красивом лице появляется сексуальная ухмылка. Одетый в пожарную форму, он держит в руках два букета цветов.
– А-ау-сдин, – Крисси приветствует его раньше, чем я, и в ее голосе впервые за все время моего пребывания здесь появляется искра энтузиазма.
– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я, поднимаясь на ноги. Насколько я знаю, он еще несколько часов должен находиться на смене.
– Я пришел с подарками. – Он протягивает мне букет нарциссов и целует в щеку, от чего кожу начинает покалывать, а затем переходит к моей сестре и опускается перед ней на колени, чтобы сделать то же самое, только в ее букете лилии. – Твоя сестра сказала мне, что розовый – твой любимый цвет.
– Да. Сп-сп… – ее глаза закрываются в разочаровании.
– Не за что, – говорит он, заставляя ее не заканчивать. – Завтра будет лучше, малыш. Я знаю это. – От его вдохновляющих слов эмоции сжигают мое горло.
Я написала ему сообщение, что у нее сегодня плохой день и что я останусь с ней на ночь. Он не только отнесся с пониманием, но и появился здесь с таким милым жестом. В тот момент, когда я уже не думала, что смогу влюбиться в него еще больше, я доказала, что ошибалась.
Мягко поцеловав ее руку и погладив Гаса по голове, Остин встает на ноги и поворачивается ко мне лицом.
– Я не могу долго оставаться. На улице в грузовике меня ждут ребята. Мы как раз заехали в продуктовый магазин, и я хотел заглянуть к своим любимым девочкам.
Самое прекрасное чувство пронеслось в моем сердце. Мы с Крисси никогда никому не принадлежали, и мне приятно принадлежать этому мужчине.
– П-по-жар-нн-а-я мм-ма-ш-ши-нн-а? – справляется Крисси.
Остин снова поворачивается к ней.
– Да, мы всегда устраиваем на ней вылазки во время смены. Хочешь пойти и посмотреть? – его взгляд переходит на меня. – Если ты не против?
Я киваю, а затем смотрю на Крисси.
– Что скажешь? Хочешь пойти посмотреть?
Ей не нужно говорить, ответ написан на ее взволнованном лице.
– Одну секунду. Я принесу коляску. – Я выхожу в коридор, чтобы взять ее коляску, а затем сообщаю Дине, что мы вернемся через несколько минут.
Когда снова вхожу в комнату, Остин уже поднимает ее с кровати. Он с легкостью усаживает ее в коляску и даже пристегивает ремнями, помня о том, как делал это в прошлый раз. Он обязательно кладет Гаса ей на колени, а затем берет на себя обязанность вывезти ее из палаты в лифт. Он выглядит так непринужденно, так правильно. Точно так же, как он вписывается во все остальные части моей жизни.
Я посылаю ему благодарную улыбку, любуясь тем, как он только что перевернул весь наш день. Он подмигивает мне с убийственной ухмылкой, от которой у меня слабеют колени. Я вспоминаю все грязные вещи, которые он делал со мной на этой неделе. То, о чем я даже не подозревала, что мое тело способно чувствовать… до него.
Прямо перед входом припаркована огромная пожарная машина, несколько парней сидят внутри. Глаза Крисси загораются, все ее лицо сияет при виде этого зрелища.
– Привет, – объявляет Кэм, выпрыгивая из машины с очаровательной ухмылкой, Джейк следует за ним не отставая.
– Ты вернулся с красивыми женщинами, хитрый дьявол, – говорит он Остину, прежде чем чмокнуть меня в щеку. Это вызывает у мужчины, стоящего рядом со мной, неприязненный взгляд, но он не обращает на него внимания и опускается на колени перед моей сестрой. – Как тебя зовут, красавица?
– Это моя сестра, Крисси, – говорю я ему, избавляя ее от необходимости говорить.
– Приятно познакомиться, Крисси. Я – Кэм, самый красивый пожарный в штате Колорадо.
Сестру пробирает прерывистый смех, а щеки заливает румянец. Надо же, как Кэм сумел заставить Крисси засмущаться.
– Парень позади меня – Джейк. Он самый ворчливый.
Джейк ворчит, но улыбается моей сестре.
– Как дела, Крисси? – его голова поворачивается в мою сторону и слегка кивает. – Зоуи.
– Привет, Джейк.
– Это Карл, – говорит Остин, указывая на того, кто сидит на водительском сиденье.
Я машу ему рукой и получаю кивок в ответ.
– Ты когда-нибудь видела пожарную машину? – спрашивает Кэм у моей сестры.
– Н-нет.
– Тогда пойдем. Позволь мне представить тебе этого зверя. – Кэм отпихивает Остина с дороги и подталкивает ее коляску поближе.
– Будь с ней поосторожнее, – предупреждает Остин, в его тоне чувствуется защита, которая греет мне сердце. Он поворачивается в мою сторону и ловит мой взгляд. – Что происходит в твоей хорошенькой головке, малышка Зоуи?
Мои пальцы впиваются в его рубашку, чтобы потянуть его вниз, и он без колебаний дает мне то, чего я безмолвно ищу. Его губы опускаются на мои, и от этого простого прикосновения у меня по всему телу пробегают мурашки.
Когда я языком провожу по его губам, из его горла вырывается низкий рык, и Остин рукой обхватывает меня за спину, углубляя поцелуй. Я обхватываю его за шею и стону, когда чувствую напряженную эрекцию напротив своего живота.
Когда он отстраняется, у меня перехватывает дыхание, а сознание погружается в эйфорию, которую может подарить мне только этот мужчина.
– Ты только что сделал плохой день прекрасным. Спасибо, – шепчу я, желая, чтобы он понял, как много это значит для нас с Крисси.
Его выражение лица проясняется, в глазах вспыхивает беспокойство.
– Как она?
Я пожимаю плечами.
– С ней все будет хорошо. Просто был тяжелый день. Думаю, она более разочарована, чем кто-либо другой.
– А как ты, Зоуи? Как у тебя дела?
Вопрос настолько непривычен для меня, что я даже не сразу отвечаю. Я не привыкла к тому, что кто-то думает обо мне в трудные времена.
– Благодаря тебе мне стало намного лучше, – честно отвечаю я.
– Хорошо. – Он прижимает меня к себе, даря тепло, на которое способен только он. – Что ты собираешься делать завтра днем?
– Это зависит от.
– От чего?
– От того, что ты собираешься сказать.
На его лице мелькает веселье.
– Я хочу, чтобы ты пришла выбрать качели для моего крыльца.
– Правда? – спрашиваю я, обрадованная такой перспективой. Я всю неделю говорила ему, что его крыльцо – это воплощенная мечта, и что ему нужны качели.
– Да, правда. Какие бы ты ни выбрала, они твои. Потом я хочу трахнуть тебя на них.
Смех вырывается из моего рта от такого грубого замечания.
– Ты такой милый.
– Ты знаешь это. Так что скажешь?
– Пока у Крисси все в порядке, я с удовольствием. Мне не нужно быть в баре до четырех.
– Значит, предварительно забронирована. Если тебе нужно быть здесь с Крисси, мы можем перенести встречу. Без проблем.
Понимание и терпение. Это все, что я от него получаю. Иногда я удивляюсь, как могла подумать, что у нас ничего не получится. Теперь я не могу представить свою жизнь без него.
– Ты заставляешь меня быстро и сильно падать, Остин Хоук.
– Хорошо. Потому что я все это время ждал, готовый поймать тебя.
Эти прекрасные слова озаряют все печальные и одинокие места внутри меня.
– Поцелуй меня еще раз, – требую я, поднимаясь на носочки.
– С удовольствием, блядь. – Слова вылетают из его уст с очередным рыком, и он встречает меня на полпути, захватывая мой рот в обжигающий поцелуй, от которого у меня замирают чувства.
– Эй, вы двое! Не заставляйте меня вытаскивать шланг, – кричит Кэм, оттаскивая нас друг от друга.
Сдерживая улыбку, я заглядываю через плечо Остина и вижу, что он стоит рядом с моей хихикающей сестрой и выглядит весьма впечатленным собой.
Остина, однако, это ничуть не забавляет.
– Этот парень иногда действительно действует мне на нервы, – ворчит он.
– Да ладно, он не такой уж и плохой. К тому же, он твой лучший друг.
Он ворчит.
– Да, мой надоедливый лучший друг, которому нужно научиться держать свои губы подальше от моей женщины.
Моя бровь приподнимается.
– Ревнуешь, Хоук?
Его выражение лица темнеет, заставляя мой пульс учащенно биться.
– Ты же знаешь об этом гораздо больше, Зоуи. Мы оба знаем, кому ты принадлежишь, и если бы нас сейчас не окружали люди, я бы с удовольствием напомнил тебе об этом.
Слова о собственничестве воспламеняют мое тело, разжигая бушующее пламя между ног. Его губы кривятся в ухмылке, он знает, какое воздействие оказывает на меня.
В этот момент оживает его рация, прерывая наш разговор.
– Вторая пожарная часть, у нас столкновение автомобилей на мосту, один пострадавший в ловушке и несколько раненых.
– Выезжаем! – приказывает Остин, и все быстро расходятся. Он дарит короткий поцелуй в губы и, прежде чем запрыгнуть на пассажирское сиденье, успевает прикоснуться к щеке моей сестры.
Кэм высовывается из окна, когда грузовик с ревом разгоняется, и в воздухе раздается вой сирены.
– Приятно было познакомиться, Крисси. Скоро увидимся, Зоуи.
– Будь осторожен! – кричу я, как только грузовик отъезжает, но не пропускаю прощального подмигивания Остина. В животе у меня порхают бабочки.
Пожарная машина исчезает вдали, унося с собой мужчину, которому принадлежит мое сердце. Когда вой сирен становится едва слышным, я отвожу Крисси в ее палату и прошу санитара помочь ей вернуться в постель.
Затем снова занимаю место рядом с ней, наслаждаясь тем, насколько более расслабленной и спокойной она выглядит.
– Пожарная машина была очень крутой, правда?
Она не отвечает и смотрит на меня так, как никогда раньше, в ее глазах отражается что-то мягкое. Ее дрожащая рука с трудом поднимается к моей щеке.
Я наклоняюсь ближе, чтобы облегчить ей задачу.
– Что? – спрашиваю я, накрывая своей рукой ее руку.
– Д-д-оуи с-с-сча-с-ст-лива.
– Конечно. Я всегда счастлива, когда с тобой, глупышка.
– Н-нет. А-Аус-дин.
Сердце защемило в груди.
– Он тоже делает меня счастливой, но ты всегда на первом месте, Крисси. Ты ведь знаешь это, правда?
Она ненадолго закрывает глаза, а когда снова открывает их, в их глубине блестят слезы.
– Э-э-то не-е-че-с-ст-н-но.
– Да, это так, – твердо говорю я ей, понимая, что у нее на уме. – Мы с тобой одна команда, ты и я, помнишь? Я не хочу, чтобы было по-другому. Хорошо?
Она кивает, но уверенность не доходит до ее глаз.
– Как насчет сказки перед сном? – я тянусь к маленькой книжной полке рядом с ее кроватью и достаю несколько книг, которые у нее есть. – Какую?
Ее взгляд останавливается на той, которую она всегда выбирает. Поцелуй с небес: Любовь животных за гранью.
– Откуда я знаю? – говорю я, дразняще улыбаясь.
Она отвечает.
– М-м-моя лю-ю-юби-м-м-мая.
– И моя тоже.
Это прекрасная книга, которую должен прочитать каждый ребенок, потерявший домашнее животное. Она о том, как животные находят ту же любовь и покой, что и люди. Смысл книги в том, что каждый раз, когда появляется радуга, это поцелуй небес.
Крисси откидывает голову назад, глаза ее спокойно закрыты, она впитывает каждый кусочек истории, и на ее лице играет милая улыбка.
Когда я заканчиваю, ее глаза открываются, во взгляде горят вопросы.
– А-а-а с-с л-л-лю-дь-м-м-ми т-тоже-е с-сс-сам-м-мо-ое?
– Да, то же самое и с людьми.
– Т-т-та-а-ак в-о-от к-к-куд-да я-я п-по-п-па-а-д-у-у-у?
Агония охватывает мою грудь.
– Когда-нибудь, Крисси, мы все туда попадем, но только очень нескоро.
Неуверенность, отражающаяся в ее глазах, совершенно разбивает мне сердце.
– Послушай меня. Мы пройдем через это. Это не будет так трудно все время. Мы найдем то, что тебе подходит, и тогда ты переедешь жить ко мне. Я дам тебе ту жизнь, которую обещала. Хорошо?
Она дрожит, но кивает.
– Лю-блю тебя.
– Я тоже тебя люблю.
Я забираюсь на кровать рядом с ней, нуждаясь в ее объятиях больше, чем когда-либо. Вскоре она засыпает, прижавшись к моей груди. Я действительно имею в виду каждое свое слово. Помогу ей справиться с этим. И обеспечу нам жизнь, которую всегда обещала, даже если это будет последнее, что я сделаю.
Глава 12
Остин
– Чуть выше. – Зоуи стоит в нескольких футах от меня, пока я вешаю качели на крыльцо, которые она выбрала сегодня, солнце отбрасывает блики, как будто каждый лучик светит только для нее.
Она одета в обрезанные джинсовые шорты, которыми искушает меня весь день, поскольку ее длинные ноги выставлены напоказ. Ноги, которые люблю чувствовать вокруг своей талии, когда я вгоняю себя в ее тугое, теплое тело. Облегающая светло-голубая майка в тон ее глазам и прилегающая к груди, как…
Знакомая улыбка, которой она одаривает меня, отвлекает от размышлений.
– Я сказала «выше», – напоминает она, едва сдерживая смех.
– Извини, я отвлекся.
– Очевидно. – В ее тоне звучит веселье, а мягкий звук ее голоса, как всегда, проникает в мою грудь.
Я в полном ахуе от этой женщины.
Поднимаю лицевую цепочку выше, оглядываясь на нее в поисках одобрения. Получив его, я завинчиваю цепочку, затем делаю то же самое с задней. Как раз в тот момент, когда я приступаю к последней цепочке, она появляется передо мной, просовывает руку под мою футболку и нежно проводит ногтями по моему животу.
Мой член подпрыгивает, из горла вырывается рык.
– Зоуи. – Ее имя звучит с предупреждением, когда винт выскальзывает из моих пальцев, прежде чем я успеваю поймать его.
– Да? – спрашивает она, в ее тоне нет ничего, кроме милой невинности.
– Дай мне сначала закончить.
– Как насчет того, чтобы ты заканчивал, а я наоборот начну. – Не успевает это замечание покинуть ее рот, как она опускается передо мной на колени и начинает работать над моим поясом.
У меня сводит челюсти, мышцы напрягаются, когда я практически проделываю дыру в своей гребаной крыше. Она берет мой твердый член в руку, поглаживая его от основания до кончика.
– Блядь! – я докручиваю последний болт и бросаю дрель через перила на газон.
Смех преобладает в выражении ее лица, пока она рукой продолжает мучить меня. Освободившись от футболки, я провожу пальцами по ее волосам, наклоняя ее лицо к себе.
– Соси, Зоуи. Возьми его в рот.
В ее глазах загорается искра жара.
– Да, сэр, лейтенант. – Она наклоняется вперед, принимая меня в жар своего рта.
Мой разум кружится от вожделения, желание пробирается по позвоночнику, когда она полностью берет меня в рот.
– Вот так, малышка Зоуи, – стону я. – Вот так.
Ее ресницы взлетают вверх, глаза застилает пелена желания, когда она возобновляет свои усилия.
– Такая грязная девочка. Нравится мой член у тебя во рту, детка?
Она хмыкает в ответ, снова засасывая его до самого кончика и демонстрируя мне, как ее розовый язычок обводит его.
Это сводит меня с ума. Рыча, я подаюсь вперед, проверяя ее границы.
Она опускается на колени, расслабляет челюсти, предоставляя мне полный контроль.
Я принимаю это как знак и начинаю трахать ее рот глубокими толчками, не переставая двигать бедрами. Огонь разливается по моим венам, приближая меня к гибели, но я сдерживаюсь в последнюю секунду, желая быть внутри нее, чтобы она переступила через край.
– Еще нет. – Я выхожу из нее и поднимаю ее на ноги, мой рот жадно приникает к ее рту.
Ее потребность сталкивается с моей собственной, наши языки яростно скрещиваются, разжигая огонь, который всегда горит между нами.
Вслед за этим с ее тела исчезает майка, затем лифчик. Я разворачиваю ее к себе, притягиваю спиной и берусь за тяжелые сиськи, поглаживая маленькие тугие соски.
Она опускает голову мне на грудь, ее попка обхватывает мой член, когда она толкается назад, чтобы получить больше.
– Ты мокрая, малышка Зоуи? – спрашиваю я, касаясь губами ее уха.
– Да. – Это признание – лишь задыхающийся шепот.
– Покажи мне, – приказываю я, голос темный. – Засунь руку в трусики и дай мне попробовать.
Ее рука исчезает в трусиках на несколько восхитительных секунд, прежде чем она подносит один палец к моему рту.
Сладкий вкус ее тела взрывается на моем языке, и я теряю контроль над собой. Я веду нас вперед на несколько шагов, останавливаясь прямо перед перилами. Спустив шорты и трусики с ее длинных ног, я приподнимаю ее правое колено, чтобы оно опиралось на перила, а ее блестящая киска была готова к приему.
– Держись, детка. Это будет жесткий трах. – Это единственное предупреждение, которое она получает, прежде чем я глубоко вхожу в нее, заполняя каждый дюйм.
Ее жаркий крик сотрясает воздух, смешиваясь с летним зноем и просачиваясь в мою горячую кровь. Она хватается за перила, пока я вбиваюсь в нее, преследуя потребность, которую не могу объяснить. Все сдерживаемые эмоции, которые я испытываю к ней, выливаются из меня, заставляя чувствовать себя гребаным животным с каждым диким толчком.
– Черт возьми, Зоуи, как же нам хорошо вместе, – стону я, наблюдая, как мой член исчезает в ней и выходит из нее.
– Это всегда так хорошо, – стонет она.
– Знаешь, что самое приятное?
– Что? – вздыхает она.
– Ты вся, блядь, моя. – Наклонившись, я целую ее влажное плечо, затем щеку, мои губы лелеют ее, пока член уничтожает.
Она обхватывает меня за шею и поворачивает свое лицо, губы встречаются с моими в поцелуе обладания, превосходящем по силе мое собственное.
Я выпрямляюсь, руками обхватываю ее бедра, впиваясь в податливую плоть, и овладеваю ею все быстрее и быстрее.
– Остин, я больше не могу сдерживаться. – Это единственное предупреждение, которое я получаю, прежде чем ее тело содрогается от разрядки, а хныканье, вырывающееся из ее рта, заставляет меня кончить прямо за ней, и мои толчки не прекращаются до тех пор, пока мы оба не кончаем.
Проходит несколько долгих мгновений, пока мы оба не переводим дыхание. Как только нам удается обрести некую форму реальности, я выхожу из нее, и разъединение становится томительным. Если бы я мог жить внутри этой женщины каждый день до конца своих дней, я бы так и сделал.
Пока натягиваю брюки, она надевает мою клетчатую рубашку на пуговицах, которая до этого была на мне, и материал облегает ее тело. Вид ее в этой одежде навсегда остается в моей памяти.
Застенчивая улыбка появляется на ее губах, когда она замечает, что я смотрю на нее.
– Мне нравится, когда ты так смотришь на меня, Хоук. Это заставляет меня чувствовать себя красивой.
Она даже не представляет, насколько красива. И не представляет, что я хочу с ней сделать, какое будущее хочу с ней увидеть.
– Иди сюда, Зоуи. – Беря ее за руку, я тяну ее к себе на качели, заключая в свои объятия.
Она с довольным вздохом прижимается к моей груди, качели достаточно широкие, чтобы вместить наши распростертые тела.
– Спасибо, что попросил меня сделать это с тобой сегодня. Это именно то, что мне было нужно.
– Тебе не нужно благодарить меня, Зоуи. Я всегда хочу, чтобы ты была со мной.
Я чувствую, как она улыбается мне в грудь, но, несмотря на легкость момента, ощущаю, что ее мысли за миллион миль от меня.
– Ты скажешь мне, что тебя беспокоит, или заставишь меня гадать?
Она поднимает подбородок и смотрит на меня.
– Я никогда не смогу тебя обмануть, правда?
– Никогда. Так что же не так?
Она пожимает плечами.
– Просто думаю о Крисси.
– Мне показалось, ты сказала, что утром ей было лучше?
– Ей было лучше. Или казалось, что стало. Доктор надеется на новое лекарство, и я тоже, но… в последнее время она ведет себя по-другому. Более подавленной, более… безнадежной… – она замолкает и качает головой. – Не знаю. Я не могу это объяснить. Что-то не так, и я чувствую себя такой беспомощной. Я бы хотела, чтобы она жила со мной, но пока у меня нет на это средств.
– Ты же знаешь, что я помогу тебе, правда? Все, что тебе нужно, Зоуи. В том числе и деньгами.
Она наклоняет свое лицо к моему, выражение его смягчается.
– Я знаю, что ты поможешь, и ценю это, но это финансовое бремя – не твоя ответственность.
– Это наша. Ты и я. Помнишь?
– Да, но не в финансовом плане. Только не это, Остин. Я ценю твою поддержку, но не могу принять твои деньги. Пожалуйста, пойми это.
Как бы меня это ни расстраивало, я ожидал этого. У нее слишком много чертовой гордости. Правда в том, что я уже предпринимаю шаги и ищу способы сделать свое жилье доступным для инвалидной коляски, потому что, если добьюсь своего, они обе в конце концов будут жить со мной. Просто мне придется действовать осторожно. Не спеша.
– Хорошо, тогда как насчет того, чтобы привезти ее сюда на полдня? – предлагаю я. – Мы можем устроить барбекю и погулять с ней у ручья.
Она выпрямляется, приподнимается на руках, чтобы посмотреть на меня.
– Правда?
– Почему бы и нет? Может быть, это то, что ей нужно – выбраться и увидеть что-то, кроме больницы.
Она прикусывает губу, обдумывая эту идею.
– Я всегда хотела взять ее куда-нибудь одну, но нервничала, вдруг у нее случится приступ, а у нее его не было уже несколько недель.
– Но даже в этом случае я окажу первую помощь. Если что-то случится, я смогу ей помочь, но уверен, что до этого не дойдет. Мы возьмем ее к себе на несколько часов. Посмотрим, как она будет себя чувствовать.
Я наблюдаю за тем, как крутятся колесики в ее голове, и понимаю, что в этот момент она соглашается с этой идеей. Она бросается мне на шею и крепко обнимает меня.
– Спасибо тебе, – шепчет она. – Спасибо за то, что ты всегда думаешь о ней, за то, что думаешь о нас обеих.
– Я готов на все ради тебя и Крисси. Ты уже должна это знать.
Она отстраняется и перемещает руку к моей челюсти.
– Я знаю, и это так много для меня значит. Не могу дождаться, когда она увидит твой дом. Она будет в восторге, как и я.
Она еще не знает, что это и ее дом тоже. Она оставила здесь свой след той ночью несколько месяцев назад.
– Может, устроим новоселье? – говорит она.
Я вздергиваю бровь при этой мысли.
– Вечеринку?
– Да, только что-то небольшое. Крисси никогда не была ни на чем подобном.
Я пожимаю плечами.
– Если ты этого хочешь. Я могу пригласить нескольких ребят из отряда. – Я делаю паузу, тщательно обдумывая, что сказать дальше. – Могу пригласить и своих родителей, если хочешь.
На ее лице появляется милая улыбка.
– Ты хочешь, чтобы я познакомилась с твоими родителями, Хоук?
– Чертовски верно, и я хочу, чтобы моя мама рассказала тебе все причины, по которым я идеальный парень. Она вроде как любит меня, очень сильно.
Она издает один из своих смешков, но он быстро угасает.
– Ей не нужно рассказывать мне, какой ты замечательный. Я и так знаю. – Наклонившись, она нежно касается губами моих.
Я обхватываю ее шею и приникаю глубже, желая большего.
Всегда большего.
Через несколько минут она снова принимает меня в свое тело – мое любимое место. Больше не произносится ни слова, да в этом и нет необходимости. Она знает, где я нахожусь, чего хочу, и я не сомневаюсь, что она тоже этого хочет.
Однажды я сделаю так, чтобы это произошло. Я дам ей все, что она когда-либо мечтала. Теперь, когда она у меня есть, я никогда ее не отпущу.
