Текст книги "Когда любовь становится игрой (СИ)"

Автор книги: Иветта Армер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Глава 5.

Глава 5.

Глава 5.

На следующий день мы связались с юристом по телефону, чтобы уточнить, остаётся ли всё в силе. Света, после того как её бывший устроил погром в квартире, немного успокоилась и даже начала улыбаться. Затем мы вместе позавтракали и начали готовиться к выезду, когда внезапно мой телефон зазвонил.

– Привет! Я знаю, что у тебя сегодня выходной, но у меня возникла проблема с расписанием, – быстро проговорила Лена. Я внутренне выругалась и закатила глаза. Согласилась приехать, но предупредила, что смогу прибыть не раньше, чем через пару часов, так как у меня возникли неотложные дела.

Через час мы уже стояли у двери юридической конторы. Света явно нервничала, опасаясь, что её бывший муж будет преследовать её и требовать деньги.

– Не волнуйся, мы найдем решение, и тебе больше никто не помешает,– успокаивала я её, словно ребёнка, – все проблемы имеют решение, и мы справимся и с этой.

По прошествии времени мы покинули юридическую контору, обладая четким планом на будущее. Светлана пообещала приготовить вкусный ужин к вечеру, в то время как я отправилась на работу.

«Ангел Хранитель, пожалуйста, помоги не встретиться, с Артуром, это может принести только неприятности» – причитал мой внутренний голос.

Придя на работу, я принялась исправлять ошибки в расписании, ругая себя за то, что в момент составления расписания у меня в голове были совсем другие мысли, мягко говоря. Покончив с расписанием, вспомнила, что забыла книгу в аудитории, и решила забежать за ней.

По тихому коридору медленно двигаются студенты, направляясь к аудитории. Несколько человек уютно расположились на диванах, готовясь к занятиям. Внезапно, без видимых признаков, я ощущаю присутствие моего нового студента.

Моим периферийным зрением замечаю, как он приближается ко мне. Я ускоряю шаг, стараясь сохранить спокойствие, но мои усилия напрасны. Мое сердце колотится так быстро, словно я собираюсь бежать на скорости спринтера, лишь бы избежать этой встречи.

Я ворвалась в аудиторию, но не успела за собой захлопнуть дверь, как Артур, словно тень, скользнул следом и щелкнул замком, пряча ключ в карман.

– Долго будешь бегать, Зоя? – промурлыкал он, прожигая меня взглядом, в котором плясали опасные искры. – От меня не убежишь, я все равно тебя поймаю.

Ошеломленная его наглостью, я застыла на месте, словно муха в янтаре.

"Ну же, скажи хоть что-нибудь! – взмолился внутренний голос. – Сейчас он начнет… а мы тут,

как изваяние!"

– Напоминаю, для тех, кто страдает амнезией, меня зовут Зоя Анатольевна, – процедила я сквозь зубы, словно выплевывая каждое слово. – И мы не переходили на фамильярности.

Волна ярости захлестнула меня, подпитываемая абсурдностью происходящего. А он, напротив, сохранял пугающее спокойствие, медленно, неумолимо надвигаясь, словно хищник, загоняющий добычу в угол. Я отступала, пока спина не коснулась ледяной стены.

"Всё, это конец, нам нужна подмога!" – завопил внутренний голос,

срываясь на панический визг.

Стресс парализовал разум, затуманил сознание. Я судорожно искала выход, но все пути отступления были отрезаны. Оставалось лишь уповать на чудо, которое могло спасти меня.

"Господи, сейчас набросится, как волк на овцу! – заголосил внутренний голос. – Видишь, облизывается, как кот, добравшийся, до сметаны… SOS!"

Артур остановился в опасной близости, его дыхание опаляло мое лицо. Взгляд его был полон торжества, словно он уже одержал победу. Он медленно поднял руку и провел пальцем по моей щеке, от чего по коже пробежали мурашки.

– Зоя Анатольевна, – прошептал он, склонившись к моему уху. – Ты такая красивая, когда злишься. Но зачем злиться? Разве я сделал что-то плохое?

Его слова звучали как издевка, как насмешка над моей беспомощностью. Я попыталась отвернуться, но он перехватил мое лицо, заставляя смотреть ему в глаза.

– Не отворачивайся, – прорычал он. – Смотри на меня, Зоя. Смотри и признай, что ты тоже этого хочешь.

Внутри меня бушевала буря. Ярость, страх, унижение – все смешалось в один болезненный коктейль. Я собрала остатки самообладания и плюнула ему в лицо.

Артур отшатнулся, ошеломленный моей выходкой. На его лице отразилось сначала изумление, затем – ярость. Но я уже не боялась. Я знала, что сделала все, что могла.

Он грубо вытер лицо, рывком схватил меня за плечи, и его взгляд, словно хищный зверь, блуждал по моему лицу, выискивая добычу. Секунды тянулись мучительно долго, и вот, его губы нависли надо мной, словно дамоклов меч.

"Помогите…Кто-нибудь ....спасите" – вопил уже в истерике внутренний голос.

Глава 6.

Глава 6.

Глава 6.

Казалось, прошла вечность, пока я возносила беззвучные молитвы ко всем известным и забытым богам, моля хоть кого-нибудь распахнуть эту чертову дверь. Иначе я не смогу его остановить, а он уже балансировал на грани безумия, готовый обрушить на меня лавину необузданных поцелуев.

И вдруг, словно сквозь толщу воды, я услышала долгожданный скрежет ключа в замке.

"Спасение… О, небеса, благодарю!" – ликовал внутренний голос, взмывая к самым звездам.

Артур отступил на шаг, словно очнувшись, а я, позабыв о приличиях и совсем забыв о книге, за которой я и пришла, ринулась к спасительному выходу. Едва не сбив с ног мою благодетельницу, педагога по маркетингу, Ирину Петровну, я вылетела из кабинета, словно пробка из бутылки шампанского.

"Спасибо тебе, мой ангел-хранитель! Если бы не ты, этот наглец не остановился бы и совершил бы задуманное", – мысли неслись в голове безумным вихрем.

На какое-то время я застыла в оцепенении, словно громом пораженная. Как он мог позволить себе такое? Я – его преподаватель, он – студент. Да, мы взрослые люди, но это не отменяет субординации. Он должен проявлять уважение, а не обращаться со мной, как с женщиной легкого поведения.

В состоянии, близком к панике, я понеслась по коридору, словно преследуемая тенью собственного страха.

– Зоя, пойдем выпьем кофе? – донесся до меня издалека голос Лены, но в ответ я лишь прибавила шаг, желая как можно скорее вырваться из этого теперь проклятого для меня места.

Домой я добралась, словно в тумане, не помня дороги. В квартире царила уютная, домашняя суета: Света с детьми колдовали над ужином, наполняя кухню ароматами жареного мяса и свежей выпечки.

– Я дома, – произнесла я ровным голосом, стараясь скрыть дрожь, пробиравшую меня до самых костей.

Проскользнув на кухню, я неслышно опустилась на стул, словно тень. Стакан ледяной воды пролился прохладой по иссохшему горлу, и тревога, клубившаяся в груди, чуть отступила. Здесь, в этих стенах, моя паника немного утихла, но пугать детей своим смятением я не хотела.

– Все в порядке, Зоя? – голос Светы, обычно такой чуткий к оттенкам моего настроения, прозвучал словно натянутая струна. Но сейчас я была не в силах, не желала делиться с ней той свинцовой тяжестью, что сковала меня изнутри.

– Да, все хорошо, – прозвучал мой ответ, фальшивый и натянутый, как улыбка самоубийцы. – Как прошел день? Твой бывший не давал о себе знать? – спросила я, хотя и знала, как болезненно Света воспринимает любые упоминания о нем.

– Зоя, я хочу увезти детей в Сочи, – тихо произнесла подруга, словно выдыхая последнюю надежду. – Пусть они там немного оттают, забудут весь этот кошмар. Да и мне самой нужно развеяться, привести мысли в порядок, набраться сил, чтобы противостоять его угрозам… – в ее голосе звучала такая усталость, такая безысходность, что я поняла – им это просто необходимо, как воздух умирающему.

Я почувствовала, как ком подступает к горлу, сдавливая его мертвой хваткой. Света, моя Света, сильная и независимая, сломалась под гнетом обстоятельств. И я, вместо того, чтобы поддержать ее, помочь ей выстоять, застряла в своих собственных, ничтожных проблемах.

– Конечно, Света, езжайте, – произнесла я, стараясь придать голосу уверенность, которой у меня сейчас не было и в помине. – Это отличная идея. Детям нужен свежий воздух и солнце, а тебе – отдых и спокойствие.

Я готова была отдать все, лишь бы увидеть ее улыбку, услышать ее звонкий, искренний смех. Но сейчас я могла предложить лишь слова поддержки и готовность помочь чем угодно, лишь бы облегчить ее страдания.

– Я помогу тебе собрать вещи, найду билеты, займусь всем, чем нужно, – пообещала я. – Только скажи, когда планируете вылет.

В ее глазах, уставших и потухших, мелькнула искра благодарности. Она подошла и крепко обняла меня, словно тонущий – спасательный круг. Этот короткий миг единения дал мне больше сил, чем все мои попытки отгородиться от мира, спрятаться в своей скорлупе. Мы вместе справимся, я знала.

– Спасибо, – прошептала она, прижимаясь щекой к моей щеке. – Ты всегда знаешь, что сказать.

В этот момент я поняла, что не важно, насколько сложны мои собственные проблемы, насколько велик мой страх. Поддержка близкого человека – это то, что делает нас сильнее, дает силы двигаться дальше, даже когда кажется, что весь мир ополчился против тебя. И я буду рядом со Светой, что бы ни случилось, стану ее щитом и опорой.

– Тогда решено, – сказала я, стараясь говорить бодро, как будто ничего и не произошло. – Завтра же займусь билетами. А сейчас – чай с пирогом. Он точно поднимет тебе настроение.

На несколько дней я взяла отпуск за свой счет. Мы провели их в суматошной подготовке к поездке: билеты, путевка на троих в лучший отель Сочи, три огромных чемодана, набитых под завязку, и это мы собрали только самое необходимое, не считая игрушек и косметики, от которой Света отчаянно отнекивалась, как только могла.

Настал долгожданный день отъезда, и по закону подлости мы чуть не проспали самолет. Со скоростью света мы носились по квартире, врезаясь друг в друга и рассыпая вещи, но, к счастью, все-таки собрались и вывалились к машине, которая уже нетерпеливо ждала нас у подъезда.

Сердце колотилось в груди, как бешеный барабанщик, а в голове проносились картины улетевшего самолета и несбывшихся надежд.

В аэропорту мы выскочили из машины, как ошпаренные, и помчались к стойке регистрации, лавируя между тележками с багажом и удивленными взглядами прохожих. К счастью, работница оказалась понимающей и, видя наше состояние, быстро оформила билеты и багаж. Оставалось только успеть на посадку, которая заканчивалась через пятнадцать минут.

И вот, наконец, спустя мучительно долгие минуты, я вижу, как Света с детьми, запыхавшиеся и взволнованные, идут к выходу на посадку. Успели! Запыхавшиеся, мокрые от волнения, но успели. Протягивают билеты, проходят в самолет, и я чувствую, как напряжение медленно, но верно отступает, словно волна, откатывающаяся от берега.

Самолет взлетает, набирая высоту. Под ним остается город, с его серыми буднями и нерешенными проблемами, а впереди – долгожданный отдых, ласковое солнце и шум морского прибоя. Урок усвоен: в следующий раз будем ставить не три, а десять будильников, и желательно – в разных комнатах.

Глава 7.

Глава 7.

Глава 7.

После томительных часов ожидания, телефон запел долгожданную мелодию. Голос подруги, дрожащий от облегчения, донес весть о благополучном прибытии в отель. Оказалось, словно явившийся из ниоткуда ангел-хранитель, на их пути возник местный житель, провожавший сестру. Сердце его смягчилось при виде Светланы, отягощенной багажом и заботами о детях, и он предложил свою помощь, избавив их от бремени дальней дороги.

Слушая ее рассказ, я искренне радовалась за них, представляя, как они наконец стряхнут дорожную пыль и забудут недавние тревоги, словно дурной сон. Пообещав скорую встречу, мы попрощались, оставив друг другу лучик надежды на безмятежные дни.

Мой внезапно образовавшийся отпуск обещал превратиться в тихую гавань, посвященную подготовке к заочному обучению. Мне предстояло погрузиться в пучину курсовых работ, выстраивая стройные ряды тем и закрепляя их за жаждущими знаний студентами.

Казалось, время утекло сквозь пальцы незаметно, когда телефон вновь нарушил тишину. Настроение мое, и без того близкое к нулю, не располагало к общению, но настойчивость звонка взяла верх.

– Зоя, привет! Что делаешь в пятницу? – выпалила Лена, словно спасаясь от преследования. – У куратора группы экономистов день рождения, нас пригласили на корпоратив!

– Лен, у меня совершенно нет настроения на подобные мероприятия, да и это уже завтра, – ответила я, но она, не унималась.

– Отлично! Встречаемся в 20:00 у ресторана "Эдмонд", – провозгласила Лена и, не дожидаясь ответа, оборвала связь.

Ночь подкрадывалась неслышно. Я приняла душ, выпила горячий чай с мятой и устроилась в теплой постели. Казалось, после тяжелого дня сон одолеет меня мгновенно, стоило голове коснуться подушки. Но, закрыв глаза, я вновь и вновь возвращалась мыслями к той ситуации в аудитории.

– Он хотел меня поцеловать, и если бы не Ирина Петровна… – размышляла я.

«Дай Бог ей здоровья» – шептал как заклинание внутренний голос.

Если бы она задержалась хоть на мгновение, Артур обрушился бы на меня с поцелуем. Вспоминая тот момент, я видела его обезумевший взгляд, его борьбу с собственным желанием.

«Ага, давай теперь оправдывай этого наглеца» – язвительно проговорил внутренний голос. – «Да если бы не Петровна, дай Бог ей здоровья, он бы тебя разложил прямо на кафедре. Но мы смачно плюнули ему в физиономию… запаниковали… бывает» – не унимался внутренний голос.

Утро выдалось паршивым до зубного скрежета. Бессонная ночь и хоровод мыслей в голове превратили её в выжженную пустыню. В голове пульсировала одна лишь тревога: теперь он будет вдвойне осторожен и втройне настойчивее.

В подготовке к корпоративу пролетел весь день, как кадры киноплёнки. Выбор пал на дерзкое мини, обтягивающее, словно вторая кожа, шпильки, чулки и высокий хвост, подчёркивающий изгиб шеи. Оценив своё отражение в зеркале, накинула пальто и выскользнула из квартиры. Такси, словно по волшебству, уже ждало у подъезда, избавляя от необходимости стынуть на промозглом ветру.

Подъехав, я увидела Лену, словно тень ожидания застывшую у входа. Знала: в её глазах читалось понимание, что я могу отступить в любую секунду. Объятия при встрече, как мост между сомнениями и решимостью, и щедрые комплименты, рассыпавшиеся, словно бисер. Мы вошли в ресторан, где приглушенный свет играл на лицах.

Приветствия, лёгкие, как перья, коснулись каждого гостя, и тёплые слова поздравлений, адресованные имениннику, утонули в общем гуле голосов. Затем мы растворились в пестром калейдоскопе фуршета.

Минуты тянулись, словно патока, пока именинник не пригласил меня на танец, и я, конечно согласилась. Мы заскользили по паркету под аккомпанемент томного вальса, обмениваясь ничего не значащими улыбками и словами, как вдруг… Этот взгляд! Словно раскалённое клеймо, он обжёг мою кожу, пригвоздив к месту, точно бабочку к энтомологической доске.

"Бежать! Срочно бежать, пока не поздно…" – захлебывался в панике внутренний голос. "Не может быть… Снова он! Как он сюда пробрался? Сейчас он припомнит нам все… и его дорогое хозяйство, которое он пытался подкатить ко мне, приклеенное намертво к зубам, и тот смачный плевок… прямо в его надменное лицо!" – внутренний голос уже взвился до ультразвука, грозя разорвать барабанные перепонки на тысячи осколков.

Я обернулась. В дверном проеме банкетного зала, словно изваяние тьмы, неподвижно стоял Артур и, исподлобья, буравил меня взглядом.

Глава 8.

Глава 8.

Глава 8.

Несколько томительных минут ожидания вязли, словно патока, превращаясь в мучительную вечность. Наконец, слащавая мелодия смолкла, и я, бросив дежурную благодарность имениннику, поспешила укрыться за столиком, где Ленка, беззаботно щебеча, развлекала коллег. Их непринужденность резанула по моим нервам, натянутым, как струна – я чувствовала на себе этот сверлящий взгляд. Даже залпом осушенный бокал терпкого красного не смог утолить нарастающую тревогу.

"Неужели это не случайность? Неужели он действительно охотится за мной?" – панический шепот терзал сознание.

Напряжение парализовало, заставляя украдкой оглядываться, словно загнанный зверь, ища спасения от невидимой опасности. Промучившись в этой пытке, я решила бежать. Не хотелось омрачать чужой праздник своим испорченным настроением и липким страхом.

Попрощавшись с компанией, я направилась к спасительному гардеробу, судорожно вызывая такси. Паника подкрадывалась бесшумной тенью, превращая меня в дрожащую добычу, удирающую от маньяка. С этой мыслью, подгоняемая леденящим ужасом, я почти бежала в полумраке коридора, как вдруг чьи-то стальные объятия сомкнулись на моей талии, отрывая от земли.

"КАРАУЛ! Убивают средь бела дня, то есть вечера!" – вопль внутреннего голоса разорвал тишину сознания ультразвуком страха.

"Боже… это он!" – мысли закружились безумным вихрем.

Я была уверена – это Артур. Чувствовала это нутром, каждой клеткой тела. В его руках я беспомощно трепыхалась, словно заяц в безжалостных силках, понимая, что мои жалкие потуги для него – лишь досадливое раздражение.

Наконец, мои ноги коснулись пола, мы оказались в душной подсобке. Повернувшись лицом к своему похитителю, я лишь убедилась в своей правоте – это был он.

– Что тебе нужно от меня? – пролепетала я, из последних сил пытаясь скрыть предательскую дрожь в голосе.

В ответ он, с хищным блеском в глазах, стремительно шагнул вперед, схватил меня на руки и грубо прижал к холодной стене.

"Сделай хоть что-нибудь! Сейчас платье задерется до ушей! Зачем надела эту вызывающую тряпку?!" – внутренний голос надрывался в истеричном крике, грозя разорвать барабанные перепонки.

– Я же говорил, что тебе от меня не убежать, – прошептал он, обжигая мою кожу горячим дыханием.

Не успев возразить, я почувствовала его губы, набросившиеся на мои с дикой, неутолимой жаждой. От неожиданности, от внезапного предательства тела, я ответила на этот безумный поцелуй.

Разум словно померк, затянутый пеленой тумана. Все мои страхи, опасения, даже негодование – все мгновенно испарилось, уступив место ошеломляющему, запретному чувству. Его губы, вначале грубые и требовательные, смягчились, увлекая меня в головокружительный водоворот новых, неведомых ощущений. Я отвечала, не в силах противиться этому наваждению, тело предательски таяло в его руках. Мир сузился до пространства между нами, до его обжигающего дыхания на моей коже, до терпкого привкуса вина на его губах.

Он отстранился, тяжело дыша, и в его темных глазах плясали черти.

– Малышка, Зоя… ты же сама этого хочешь, – прошептал он, глядя мне прямо в душу. Я лишь молчала в ответ, парализованная собственным желанием.

Вдруг его рука, нагло и бесцеремонно, скользнула по моему бедру, и меня захлестнула ледяная волна паники. Он уже пробирался к предательскому кружеву моих трусиков…

"Мать… сделай хоть что-нибудь… сейчас он тебя точно оприходует в этой грязной подсобке!" – вопил внутренний голос, заглушая остатки разума.

Собрав остатки воли в дрожащий кулак, я дождалась, когда его язык снова проник в мой рот в требовательном, обжигающем поцелуе… и укусила его. Укусила так сильно, что, казалось, чуть не откусила язык.

– Сука! Ты что творишь?! – взревел он от боли, отшатнувшись от меня, словно от прокаженной.

– В следующий раз откушу, зажарю и съем, – процедила я сквозь зубы, полные ярости и отвращения, и бросилась бежать, словно спасаясь от чумы.

Он выбежал за мной следом, крича в спину слова, полные ярости и обещания:

– Мы еще не закончили! Ты все равно будешь моя, хочешь ты этого или нет, Зоя, мать твою Анатольевна!

Я мчалась к спасительному такси, сломя голову, и только оказавшись в машине, смогла немного успокоиться, дрожа всем телом.

"Минус пальто" – ехидничал внутренний голос.

Наконец дома, я сорвала с себя одежду, словно сбрасывая проклятую кожу, и бросилась в душ. Мне нужно было смыть, выскоблить из себя каждое прикосновение его рук, каждый отпечаток его губ. Я терла кожу с отчаянной яростью, с исступленной надеждой на очищение, что казалось, вот-вот сотру ее до костей.

Прошло немало времени, прежде чем я смогла заставить себя лечь в теплую постель, но сон все равно не приходил. В памяти, как навязчивая, мучительная мелодия, снова и снова всплывали воспоминания: его рука, властно сжимающая мое бедро, жадный, почти хищный поцелуй, обрушившийся на меня, и самое страшное – как, сама не понимая, я отвечала на это с такой же безумной, испепеляющей страстью.

Я ворочалась, пытаясь унять дрожь, которая, казалось, пронизывала каждую клеточку моего тела. Как такое могло произойти? Я, всегда такая осторожная и сдержанная, позволила себе эту роковую слабость. Слабость, которая теперь жгла меня изнутри чувством вины и странной, непонятной тоски. Я отчаянно пыталась убедить себя, что это была лишь минутная потеря контроля, вспышка безумной страсти, не более. Но ложь всегда ощущается горьким привкусом на языке, и эта ложь не была исключением.

Я вновь и вновь вспоминала его глаза, темные и полные нескрываемого желания. Вспоминала его дыхание, горячее и сбивающее с толку. Вспоминала, как мои собственные руки сами собой тянулись к нему, как я отвечала на его поцелуи, как мое тело предательски отзывалось на его прикосновение. И чем больше я вспоминала, тем сложнее становилось отрицать тот факт, что это было нечто гораздо большее, чем просто минутная слабость, чем просто плотское влечение.

Я знала, что должна забыть об этом. Вычеркнуть из памяти, как страшный, болезненный сон. Я должна была вернуться к своей прежней жизни, к своим привычкам, к своей размеренной и предсказуемой реальности. Но как можно забыть то, что так сильно затронуло тебя, то, что оставило такой яркий, болезненный след в твоей душе? Как можно вернуться к прежней жизни, зная, что существует другая, более яркая и страстная, пусть и запретная?

Я встала с постели и подошла к окну. За окном медленно вставало солнце, окрашивая небо в нежные, обманчивые розовые и оранжевые тона. Новый день. Новый шанс. Шанс забыть, шанс начать все сначала, шанс вернуться к себе прежней. Но что, если я больше не хочу быть прежней? Что, если я хочу рискнуть и узнать, что ждет меня за гранью привычной, безопасной реальности? Эти мучительные вопросы крутились в моей голове, не давая мне покоя, терзая мою душу.

"Ты сошла с ума" – отозвался внутренний голос, словно бесстрастный врач, ставящий окончательный диагноз.

Выходные я провела, как в бреду, отчаянно отвлекаясь от навязчивых мыслей об Артуре. Несколько раз созванивалась с подругой, она взахлеб рассказывала о своих приключениях в солнечном Сочи, о том, как она с детьми посетила дендрарий, о случайной встрече с тем самым молодым человеком, который помог ей в аэропорту, о том, как они обменялись номерами телефонов. Мне показалось, что он ей действительно понравился, но я не стала настаивать, если захочет, сама расскажет, а я буду лишь искренне рада за нее.

В воскресенье я решила прогуляться по торговому центру и выбрать что-нибудь из одежды, надеясь, что это хоть на время поможет мне перестать думать о кошмарном инциденте в подсобке "Эдмонта". Вернулась домой уже к вечеру, обессиленная, но довольная удачным выбором элегантного платья, которое было сшито будто специально для меня.

Придя на работу утром в понедельник, я старалась избегать случайной встречи с Артуром, но злой рок не дремал. Преподаватель менеджмента внезапно заболел, и мне, скрепя сердце, предстояло идти на пару к группе заочников. Хорошо хоть, что у меня было немного времени, чтобы морально подготовиться к неизбежной встрече с ним, хотя в глубине души я все-таки отчаянно надеялась, что этот наглый, самоуверенный тип не появится на паре.

Зайдя в аудиторию, моя робкая надежда рухнула в одно мгновение, как только я почувствовала на себе этот прожигающий взгляд. Мне даже не надо было поворачиваться, чтобы понять, что Артур все-таки пришел, словно демон, явившийся из глубин моего подсознания. Я боялась смотреть ему в глаза, в голове сразу всплыли предательские воспоминания о поцелуе в подсобке, и это лишь накаляло и без того невыносимую обстановку.