Текст книги "Любовь и что-то еще (СИ)"

Автор книги: Ирина Седова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

   – И тебя не смущает, что ради этих острых ощущений он должен будет изменить тебе с какой-нибудь девочкой из "рабочей силы? – в голосе Сандро прозвучало искреннее удивление. – А если он к ней привяжется и начнет ее навещать?

   – Ну, наши же мужчины заводят себе иногда «вторых жен», если им хочется разнообразия. Так что я переживу в случае чего.

   Сандро посмотрел на свою сестру с неподдельным интересом, словно вот сейчас увидел ее впервые. Он задумался.

   – Я понял: ты хочешь, чтобы он сравнил тебя и какую-нибудь девочку из тех, что бегают за нашими мужчинами, и сделал выбор в твою пользу, – наконец сказал он. – Но ты сильно рискуешь. Среди девочек из «рабочей силы» встречаются не только «вешалки». Там много всяких и разных.

   – Можно подумать, мне это неизвестно, – хмыкнула Лил. – В нашем колледже полный набор – любой сорт есть. – Но я не хочу, чтобы Рам думал, будто брак со мной в чем-то ограничивает его свободу. Что «дом-работа-дом» – это все, что ему теперь предстоит до конца его дней. Что опасности и приключения для него навсегда закончились, и ничего нового в его жизни уже не будет.

   Сандро снова подумал. Они с Лил стояли на самом краю яруса, который граничил с их поселком, и весь он был им виден как на ладони. Прямо под ними располагался каскад площадей – всего 4 штуки, на каждом из четырех уровней, с фонтанами и обрамлявшей их зеленью, и множеством самых разнообразных цветов.

   Впрочем, зелени было много везде, поселок просто тонул в ней, окружая каждый дом, велик он был или мал, обрамляя каждую улицу или даже тропинку. Зелень была и за спиной наших наблюдателей, и, конечно же, уходила далеко вниз, располагаясь до самой глубокой точки, куда могли проникнуть их глаза.

   Поселок был стандартной для их планеты планировки: по одну сторону от площадей располагались жилые дома, общее число которых доходило до 1000, а по другую – промышленные и общественные здания: большие магазины, клуб, стадион и, конечно же, школа с детскими садами. Промзона отсюда видна была плохо из-за высоких густых деревьев, которые ее отделяли от остальной части поселка.

   – То есть ты хочешь, чтобы его побили? – с любопытством спросил Сандро, соединив в единое целое все услышанное им из уст своей младшей сестрицы.

   – Зачем сразу бить? – пожала плечами Лил. – Так, чуток попугать. Чтобы он не думал, будто у нас рабочая сила ходит по струнке и все боятся головы поднять. Его это гнетет – просто ужасно!

   – Хорошо, – наконец, согласился Сандро, снова подумав. – Я приглашу его сразу же после того, как ты улетишь на Вторую.

   – Лучше прямо завтра. Только ты не говори ему, что это я тебя попросила.

   – Ну, это-то само собой. Ладно. Есть одно место... Я там никогда не бывал, но мне рассказывали...

   Их было двое, закадычных подружек: как и положено, блондинка и брюнетка. То есть не то чтобы они были слишком контрастны, но все же волосы одной были светлыми, а у другой – темными. То же самое и глаза: особой голубизной взоры блондинки не отличались, но условно попадали под эту категорию, а глаза брюнетки были карими без всяких экивоков.

   В остальном же обе девчонки были разительно похожи: обе были красивы от природы, обе носили одинаковые прически, и даже манеры у обоих были сходны. Что было вовсе не удивительно, так как блондинка просто обожала свою подружку и во всем старалась ей подражать. Они жили на одной и той же улице, вместе ходили в один и тот же класс, а затем в училище при ткацкой фабрике, и им обеим недавно исполнилось по 17 лет.

   – Я думала, он меня любит! – рыдала блондинка на плече у подруги, и слезы градом катились у нее по щекам, впитываясь в тонкую узорную ткань простенькой блузки. – А он! ...

   – Скажи лучше спасибо, что он вовремя тебя бросил. Пока ты еще не слишком успела к нему привязаться. – решительно сказала брюнетка вместо слов утешения. -Я вот вообще не хочу выходить замуж. Чего хорошего – стать служанкой тупого животного, который не способен тебя оценить без тонны крема с пудрой на лице и подводки вокруг глаз.

   – Но как же дети? – блондинка наконец оторвалась от плеча подружки, и слезы из ее глаз больше не струились. – Ты же сама недавно говорила, что мечтаешь иметь на руках свое продолжение, чтобы было кому посвятить... ну, в общем, ты помнишь, конечно!

   – А одно другому не мешает. Я хочу завести ребенка так, чтобы он принадлежал исключительно мне одной. И чтобы никто не вмешивался в то, как я стану его воспитывать!

   Эти слова прозвучали так, что блондинка восхищенно уставилась в лицо подруги с полной готовностью ее поддержать.

   – Но как же ты собираешься это осуществить? – робко спросила она спустя пару мгновений. – Как ты сможешь запретить отцу ребенка его навещать?

   – А я заведу ребенка от клансмена! Прямо завтра. Завтра у нас выходной, и я хочу пойти в бар, куда приезжают господа правители поразвлечься с нашими девочками. Они всегда делают это только однажды, и никогда не возвращаются во второй раз. Ты составишь мне компанию? Просто посидишь со мной, чтобы мне не было скучно.

   – Конечно, пойду! Мне всегда было интересно посмотреть на них вблизи. К тому же если вдруг что, то пособие на ребенка от них такое, что можно будет жить припеваючи вообще не работая.

   – Ну, ты не особенно надейся – может, нас никто из них и не заметит. К тому же в нашем городе никому не удавалось заполучить «ребенка калана» уже лет 20.

   – Рам, – сказал Сандро своему шурину на следующее утро. – Ты не хотел бы побывать там, где еще никогда не был, и испытать то, чего никогда не испытывал?

   – То есть? – настороженно вскинул на него тот свои огромные темные глазищи и отрицательно покачал головой. – Я ничего испытывать больше не хочу. – Я уже однажды испытал, и потом три года отвязаться не мог. Сыт по горло, и никто меня не убедит, будто один раз – это не считово.

   – Это не то, что ты подумал, – проговорил Сандро укоризненно. – С чего ты решил, будто я собираюсь подсовывать тебе на распроб какую-то гадость? Я приглашаю тебя слетать вместе со мной за барьер, посмотреть, как живут люди там. Ну и все остальное.

   – Мадам запретила нам покидать эту полосу, – упрямо произнес Рам, хотя в голосе его послышалось колебание. – Или ты забыл?

   – Я не забыл, но ты ведь полетишь со мной, и к тому же ты теперь член нашей семьи, поэтому на тебя запрет не распространяется... Такова буква закона... – пояснил Сандро быстро, предупреждая попытку Рама высказать очередное возражение.

   – Я хочу, чтобы ты понял, почему я не хочу жить на Второй полосе, и предпочитаю наш поселок, где все равны, удовольствиям цивилизованной жизни, – продолжил он уже в полете, когда их двухместная «тарелка» перелетела через стокилометровый барьер, разделявший планету на полосы, и пошла на снижение.

   Территория, через которую они сейчас пролетали, представляла собой разительный контраст по сравнению с территорией, где хозяйкой была Мадам. Вместо буйства лесов, кустарника и лугов разного возраста глаза Рама видели лишь бесконечные скальные породы, спускавшиеся ярусами к широкой синей ленте в центре, знаменующей собой местное море. Ярусы прочитывались четко, и только на противоположной стороне от этой синей ленты виднелись зеленые пятна различной величины и конфигурации. К одному из этих пятен они и летели.

   – Вообще-то я уже понял, – ответствовал Рам, кивнув на иллюминатор. – На Первой не в пример веселее.

   – Ты об отсутствии растительности? – засмеялся Сандро. – Растительность – это ерунда, у нас тоже совсем недавно было также. Я хочу показать тебе, как развлекаются наши ребята, когда они хотят, чтобы за ними побегали, ну и организовать махалово с теми, кто рвется настучать им по кумполу.

   – И с чего ты решил, будто мне это понравится? – в который раз насторожился Рам.

   – Потому что это – один из популярных способов «съема» девочек среди клансменов. Можно, кстати, сделать это и без риска нарваться на мордобой, но риск придает всему мероприятию особую пикантность.

   – Я думал, что ты любишь свою жену, – изумился Рам.

   – Люблю. Но изменять ей – это мое право. К тому же, она никогда не интересуется, чем я занимаюсь, когда улетаю с Первой Полосы.

   Рам молча пожал плечами и больше вопросов не задавал. Он никак не отреагировал, когда они приземлили «тарелку» на каком-то аэродроме и пересели в другое транспортное средство, явно предназначенное для передвижения в более низких слоях атмосферы. Пересаживаться довелось еще один раз – поставив шумный крылатый агрегат на окраине какого-то города, они пересели в четырехколесное транспортное средство, практически бесшумное, которое быстро домчало их до центра городка и остановилось возле небольшого дома с изображением кого-то из представителей кошачьих на воротах и фронтоне.

   – Нам надо переодеться, – пояснил Сандро, остановив машину во внутреннем дворике дома. – Клансмены должны выглядеть так, чтобы рабочая сила сразу видела, кто мы, и не задавала глупых вопросов. Идем, я тебе что-нибудь подберу.

   В доме их давно уже ждали – дверь открылась сразу же, чуть Сандро ступил на крыльцо и коснулся дверного косяка, и в коридоре уже стояла невысокая пожилая женщина со следами былой красоты на лице – полноватая, но не до безобразия.

   – Здравствуй, бабуся! – обнял ее Сандро. – Помоги мне экипировать Рама, я хочу ввести его в наш круг.

   Все это он говорил по-русски, что сразу же подтверждало: хозяева дома отнюдь не принадлежали к простонародью.

   – Это тот самый Рам, который муж нашей Лил? – обрадованно воскликнула женщина также не на хингре. – Сейчас подгоним ему что-нибудь по размеру... Вы с ним одного роста, так что особых проблем не возникнет... А вы пока перекусите – голодные, небось, после перелета...

   «Что-нибудь подходящее» обозначало брюки-стрейджи полусвободного покроя, куртку из того же материала и футболку с коротким рукавом – все такое, чтобы не стеснять движений, но не выглядело мешковато или не по размеру. Материал был непонятен – он казался абсолютно новым, прочным, и с достаточно большим количеством карманов. На ноги были выданы мягкие тонкие носки и какие-то странные ботинки, которые сразу же облепили ступни и лодыжки Рама, чуть он их надел. Передняя часть ботинок была твердой, но подошва легко гнулась – на ногах они сидели как влитые и, казалось, почти ничего не весили.

   – Ну, мы пошли, – сказал Сандро, наконец. – Нам еще ехать и ехать.

   До нужного населенного пункта они добирались на общественном транспорте, и путь занял всего какой-то час. Выйдя из автобуса, они взяли в аренду электромобиль, и по дороге до нужной точки пространства Сандро снова начал инструктировать Рама в стиле «что, чего и как».

   – Наша задача – поддержать легенду, что парни клана – самые-самые. Мы должны вести себя безупречно.

   – То есть? – удивился Рам.

   – Мы должны быть галантными, вежливыми, не протягивать преждевременно рук – в общем, обращаться с выбранными нами девчонками из рабочей силы весь вечер так, чтобы они захотели остаться с нами на ночь. При этом сами подходить к ним не имеем права, иначе это будет трактоваться как соблазнение, со всеми последствиями.

   – И какими именно последствиями?

   – Заставят на них жениться. А если я откажусь, то меня вышибут из клана.

   – Но я и так не в клане!

   – Ты-то нет, но я за тебя отвечаю. И если ты поведешь себя неадекватно, мне достанется по первое число. Скажут, что я дискредитирую звание клансмена, не дорожу честью – короче, мало не покажется... В общем, делай как я – и все будет в порядке.

   Поездка кончилась столь же быстро, сколь и началась. Припарковав электромобиль возле какого-то кафе-бара, Сандро кивнул Раму на дверцу: «на выход». Сам он покинул салон данного транспортного средства спустя несколько секунд, захлопнул дверцу... а когда выпрямился, и сделал несколько шагов, то Рам оторопел. Он снова ощутил себя мальчишкой с окраины Тьеранского Мумбая из касты неприкасаемых, чьей судьбой была самая грязная низкооплачиваемая работа и вечное презрение со стороны «чистой публики» благополучных кварталов.

   Потому что в полуторах метрах от него сейчас находился «белый господин», причем военный, из офицерья, и высокомерием от него просто разило. И волна бессильной ненависти внезапно окатила Рама – волна, которую необходимо было как можно лучше скрывать под маской услужливой полуулыбки.

   Между тем офицер повернул к нему голову и произнес голосом Сандро с хорошо знакомыми Раму мягкими интонациями:

   – Нос к верху, плечи расправить – и вперед. Ты сегодня «господин правитель», по крайней мере здесь и сейчас. И мы идем туда, куда пришли местные, чтобы нас развлекать. Бить нас здесь никто не собирается, и как бы мы себя ни повели, никто даже слова не мяукнет против.

   – А как же девочки? – хмуро поинтересовался Рам, еще не совсем придя в себя от нахлынувших воспоминаний.

   – Видишь ли, если мы поведем себя по-хамски, то они сюда перестанут приходить, и парням из клана приезжать в этот городок станет не для чего. У нас свободное общество, и безработицы нет – здесь собираются те, кто желает попробовать нашей любви до того, как местный кавалер поведет какую-нибудь из них в ЗАГС в фате и белом платье.

   – И никакой ревности? – недоверчиво изумился Рам.

   – Увидишь все сам, – засмеялся Сандро. – Ну, не тормози же! Рисуй с меня манеры и греби рядышком.

   Олеада и Нубе, так звали наших подружек, уселись на высоких табуретках возле барной стойки почти в самом центре зала и принялись наблюдать. Они еще никогда не были здесь, и девочек кроме них в помещении было предостаточно. В отличие от клансменов – тех был явный дефицит.

   Кроме того, они совершенно не представляли себе, что они должны делать дальше – ну да, они что-то слышали про «игру глазами», но как это выглядело на практике, ни одна из них не знала даже примерно. И они старательно вертели головами то в сторону других девчонок, то в сторону парней, тутже отводя взоры, стоило тем на них посмотреть.

   Впрочем, ни один из посетителей бара из числа противоположного пола не показался Олеаде интересным, и она без всякого сожаления провожала взглядом образовывавшиеся, а затем уходящие пары, твердо понимая: это не ее. И так было, пока в зал не вошли двое, притянувшие ее внимание настолько, что она полностью позабыла и о своем неумении общаться, и даже о банальной скромности.

   Один из вошедших был смугл, а второй – рыж. Оба были одеты в одежду клансменов, но если рыжий держался уверенно и сразу направился к свободному столику в углу, то смуглый двигался осторожно, остро напомнив двуногого пантра на охоте, и до того как пройти и сесть рядом с рыжим, он успел быстренько пробежаться взглядом по публике, собравшейся в баре.

   – Ой! – прошептала Нубе. – Смотри, какой красавчик!

   – Ты о рыжем? – так же шепотом ответила Олеада.

   – Я об этом... С глазами. Вот бы он выбрал меня!

   – А мне больше нравится рыжий. Ты заметила его улыбку?

   – Ну, разве ж это улыбка? Так, одними губами... Ой, он же смотрит сейчас прямо на тебя! Улыбнись ему тоже – ну, скорее...

   Но Олеада не в силах была выжать из себя даже подобия требуемого выражения на лице. Ее сердце забилось в усиленном режиме, потому что она вдруг поняла: либо этот, либо никто, и если он ее сейчас не позовет, то она выскочит из бара и вернется домой – побыстрее, чтобы оплакать в тишине и молчании собственную глупость.

   Рыжий между тем уставился прямехонько ей в глаза и легонько кивнул на стул рядом с собой. Олеада ткнула себе в грудь указательным пальцем и вопросительно качнула головой. Парень кивнул.

   – Ну что же ты, иди! – толкнула ее Нубе. – Иди же, пока он не передумал...

   Олеада медленно подошла к столику, за которым сидели оба парня и опустилась на предложенный ей стул.

   – Меня зовут Сандро, – произнес рыжий. – А это Рам. Он не клансмен, но он муж моей сестры, и я за него ручаюсь. Ему очень понравилась твоя подружка. Ты не могла бы убедить ее к нам присоединиться?

   – Я попытаюсь, – вымолвила Олеада несмело. Она было привстала, но Нубе, заметив, что все трое смотрят теперь в ее сторону, уже оторвалась от барной стойки и быстренько перепорхнула туда, куда ее позвал всемогущий инстинкт под кодовым названием «мой и только мой». То есть на свободное место за столиком между смуглым красавчиком и верной подружкой.

   – Ну, девочки, подскажите, что здесь самое вкусное? – спросил рыжий, открывая меню.

   – Мы не знаем, – ответила Олеада, наконец придя в себя. – Мы здесь тоже впервые.

   – Вот как? – снова глянул на нее рыжий (Сандро – вот как его звали!) – тогда выберем наугад. Платить буду я – за всех, а мне по карману любая трата.

   Пока принесли заказанное, пока они «перебирали харчами» по выражению рыжего Сандро, они о многом сумели переговорить, и чем дальше, тем парень нравился Олеаде все больше и больше. Сердце ее прыгало вверх-вниз, стуча: «Это он! Он!»

   – Девочки, – наконец сказал ее избранник, когда все принесенные официантом блюда были перепробованы, напитки допиты, а мороженное лениво смаковалось крошечными дозами. – Чего вы хотите за то, чтобы закончить наши сегодняшние приключения в местной гостинице в двух рядом расположенных номерах, встретив там завтрашний рассвет и все такое?

   Олеада почувствовала, как разгорается ее лицо. Она опустила глаза, и когда снова их вскинула, чтобы взглянуть в лицо парня, задала встречный вопрос:

   – Дайте слово, что вы выполните нашу просьбу...

   – Если это будет в наших силах, не нанесет урона чести клана и никому не повредит.

   – Само собой, – фыркнула Нубе. – Если ты готов поручиться за своего друга как за самого себя.

   – Если бы у меня была хоть капелька сомнений, я бы никогда не привел его в этот бар. Я даю слово и за себя и за него.

   – Я хочу, чтобы господин правитель сделал мне ребенка, – выпалила Олеада, решившись.

   – И я тоже, – проговорила Нубе, – Вот от него.

   Взор ее, обращенный к Раму, был столь красноречив, что тот изменился в лице.

   – Но мой ребенок будет смуглым, как я, – растерянно сказал он, надеясь, что ослышался.

   – А я этого и хочу. Чтобы сразу было видно – и никаких сомнений.

   На некоторое время за столом повисло молчание.

   – Но дети не всегда появляются по заказу, – наконец произнес Сандро озабоченно.

   – Мы знаем, – возразила Олеада, и ее подружка закивала головой в знак подтверждения. – Но пообещайте, что вы хотя бы не станете предохраняться.

   – Даем слово, – сказал Сандро, и Рам кивнул. – А теперь давайте просто прогуляемся по вашему городу, и вы нам покажете, что у вас здесь есть интересного...

   До гостиницы они добрались тогда, когда на городок уже опускались сумерки, и смуглая кожа Рама выглядела почти черной. О бронировании номеров Сандро позаботился заранее, компания прихватила с собой некоторое количество вкусностей из местных торговых точек, и пары разошлись по своим апартаментам.

   Апартамент, выбранный Рамом, был обставлен согласно представлениям девчонок о роскоши: сплошь шелк, поделочный разноцветный камень, пушистый коврик перед двуспальной кроватью и пара мягких кресел возле одной из стен, между которыми стоял низенький столик, какие принято называть «журнальными». Ах да! Был еще плоский телевизор в углу напротив окна.

   Впрочем, ни Рам, ни его подружка на сегодняшнюю ночь включать его не стали – им было достаточно друг друга. Девочка хотела того же что и он, и она не сопротивлялась ни его поцелуям, ни всему остальному. Она давно уже была в его власти, и млела от каждого его прикосновения. А времени в их распоряжении было не так уж много – покинуть гостиницу обоим парням необходимо было до рассвета. Так сказал Сандро, и обещал постучать в дверь номера Рама ровно в 4 часа.

   Впрочем, Сандро не постучал, а просто зашел, причем не один, а вдвоем с девочкой, прятавшейся за его спиной как за ширмой. Рам к тому моменту был уже одет, но его сегодняшняя подружка сладко спала, едва прикрытая атласным покрывалом, и чему-то улыбалась во сне.

   – Разбуди ее, – приказал Сандро. – Надо поговорить, и у меня есть план.

   – В общем так, – продолжил он, когда девушка приняла сидячую позу, и верхняя часть ее туловища оказалась укрыта от посторонних глаз все тем же атласом на манер костюма родного Раму народа. – Вы не передумали насчет «детей клана»?

   – Нет, – решительно сказала Олеада, и Нубе кивнула в знак согласия.

   – Тогда нам предстоит встретиться еще раз и провести вместе не меньше месяца. Это очень рискованно – для вас, потому что вы можете к нам привязаться, и вам придется от нас отвыкать. Так что подумайте: стоит ли вся игра свеч?

   Девочки переглянулись. Перспектива провести целый месяц, состоящий из ночей в объятьях ТАКИХ ПАРНЕЙ их явно не пугала.

   – Но как же вы сможете сюда наезжать? – спросила Олеада. – Наше ребята непременно вас подкараулят и побьют! Они уже и сейчас наверняка дежурят возле вашей машины и возле обоих выходов из гостиницы, чтобы вас заловить!

   – А мы и не собираемся здесь появляться, – улыбнулся Сандро. – Вы к нам приедете. Туда, куда мы ездим на курорт со своими женами и подругами.

   Девочки снова переглянулись.

   – И кем мы там будем? – деловито поинтересовалась Нубе. – Женами или кем-то еще?

   – А это будет полностью зависеть от того, как вы себя будете вести. Одежду купить можно, но если вы захотите, чтобы все там принимали вас за наших женщин, вам придется все делать так, как делают они. Вопросов вам там задавать никто не станет – это не принято, пару необходимых фраз для поддержания иллюзии мы вам скажем, а все остальное объясним на месте.

   – А в чем подвох? – спросила Нубе опять же деловито, уловив в голосе Сандро нотку сомнения.

   – В том, что рабочая сила воображает, будто жизнь женщин клана – это сплошной праздник. Между тем слуг у нас нет, и всю домашнюю работу делают наши жены. Мытье посуды, стирка, готовка, уборка – это все на них. На людях мы за ними ухаживаем, это да, но в быту – мы самые обычные мужчины. Не хуже других, но и вряд ли лучше.

   – Ну, это-то нас не пугает, – произнесла Олеада, придав своему голосу как можно больше твердости, и ее подруга снова кивнула. – У нас дома тоже все делает мама. А если мы что-то напутаем по неопытности, то вы нас поправьте...

   – Тогда давайте номера ваших кристаллеров, и не позднее завтрашнего утра к вам прилетят картинки с билетами на поезд, датой, временем отправления, вагоном, купе – все как полагается. В кассе стоять не нужно – покажете картинки проводнику при посадке и зайдете. Если в купе в тот момент нас не окажется – не пугайтесь, мы появимся позже.

   – А какие с собой брать вещи?

   – Никаких, кроме смены белья. На работе никого предупреждать не нужно, и папе с мамой тоже ничего заранее не говорите – сообщение пришлете с дороги, после того, как тронется поезд. Вам ведь не нужен хвост за собой? Или чтобы вас заперли и не пустили?

   – Боитесь, что побьют? – понимающе усмехнулась Нубе.

   – Не боимся, а просто не хотим. Поэтому вы сейчас заляжете в этом номере, и покинете его не раньше чем через два часа... Вот ключи от машины, она арендована на сутки, так что возвратите ее на стоянку сегодня, когда вам будет удобнее. А мы с Рамом двинули исчезать. Помните: в разговоры ни с кем не вступать, куда мы делись – вы не знаете... В ваших интересах, чтобы все прошло гладко...

   Девочки послушно покивали головами на манер болванчиков, и Сандро с Ромом вышли в коридор, где Сандро молча показал на дверь номера, где он провел ночь со своей избранницей. Оба конспиратора проскользнули туда.

   – По балконам лазить умеешь? – поинтересовался Сандро мягко у своего подопечного, вновь превратившись в простого парня из поселка Первой Полосы.

   – Еще бы нет! – усмехнулся Рам. – Моей уличной специализацией было – просачиваться всюду, куда башка протиснется.

   – А с этажа на этаж? Здесь третий, а не второй, так что до земли прыгать не желательно. К тому же нам нельзя шуметь, если не хотим попасться.

   – Веревочка есть? Достаточно трех метров.

   – Вот тебе четыре. Просовывай через решетку, складывай вдвое и аккуратно спускайся. Или тебя подстраховать?

   – Не требуется. Если там на балконе ничего нет бьющегося или плохо закрепленного, то проблем не возникнет. А вот подсветить бы не мешало.

   – У тебя в кармане куртки лежит два браслета-фонаря. Надень их на ноги так, чтобы они обхватывали голенища ботинок, и сможешь устроить себе мини-иллюминацию.

   – А если они и там караулят? – осторожно поинтересовался Рам.

   – Тогда придется принимать бой... Да ты не мандражируй, их будет немного – всего голов с десяток, и бить будут не насмерть – так, слегка покантуют.

   – Хочешь мне отомстить?

   – А есть за что? Если придется драться, то будем стоять спина к спине, запомни, и бить на поражение нельзя... Просто это местный обычай. Ты же хотел узнать насчет ревности? Вот и прочувствуешь ее на собственных костях...

   Им повезло – внизу никто их не ждал. Выключив фонарики на ножных браслетах, оба приятеля бесшумно выскользнули из пригостиничного двора в какой-то переулок и плохо понятным Раму маршрутом добрались дотуда, где еще не были – к железнодорожному вокзалу. Но на саму станции они не пошли – Сандро повел его прямиком к путям, где уже стоял какой-то поезд.

   Впрочем, на платформу, предназначавшуюся для посадки пассажиров, они заходить не стали – Сандро провел своего приятеля по рельсам к тыльной стороне поезда. Примерно полминуты ушло на то, чтобы вскарабкаться на сцепку, и, открыв отмычкой дверь тамбура, они проскользнули внутрь вагона. Только когда они сели на свободные места возле окон, смотрящих в сторону, противоположную перрону, с Сандро слетело напряжение, в которым он до этого пребывал – и Рам также сразу ощутил легкость.

   – Отправление поезда через 10 минут, – пояснил Сандро. – Но в любом случае мы уже в безопасности, потому что в поезде никто драк устраивать не станет, это против правил.

   – Ты думаешь, они нас поджидали и на станции тоже? – деловито спросил Рам.

   – Кто их знает! Теоретически могли. Мы ведь ничего не знаем, по сути, чего хотели на самом деле эти девчонки, и как они поступили после нашего ухода.

   – Они были искренни, – возразил Рам.

   – Я тебе верю, но зачем рисковать? В жизни и без этого достаточно неприятных неожиданностей.

   Рам кивнул. С последним утверждением своего приятеля он был более чем согласен.

   ... На следующий день обе пары уже сидели в купе поезда, направлявшегося на курорт, и строили планы на предстоящий им месяц отдыха. И никто из четверых даже не предполагал, во что обернется комбинация нежелания девочки из рабочей силы выходить замуж с желанием Лил поразвлечь своего мужа. Помноженные на многолетнюю ненависть того к правящему классу...

3. Любовь и гордость

   – Призналась бы сразу, что ты не хочешь иметь детей, – сказал Рам, прилетев на Вторую полосу специально, чтобы поймать Лил на выходе из ее общежития до того, как она полетит на Первую. – Зачем тебе, такой красивой, портить фигуру и переутомлять себя заботой о малыше?

   – Не говори глупостей, – возмутилась Лил. – Мне осталось учиться всего ничего – или ты не в состоянии подождать еще три месяца до момента, когда я начну тебе доказывать обратное?

   – Я устал ждать. Я скучаю по тебе, и каждая неделя тянется так долго! Поехали сегодня куда-нибудь поразвлечься. Проведем вечер в кафе, а ночь в гостинице.

   – Я не против, – согласилась Лил. – А куда именно ты хотел бы отправиться?

   – Да есть один городок. Все говорят, там очень уютно. И тебе готовить не придется, и проведем ночь как белые люди – в интерьере, с кондиционером и на атласных простынях.

   – Смешной ты! – фыркнула Лил. – Если тебе так нравятся атласные простыни, пойдем и купим их. В чем проблема-то?

   – Ты против?

   – Конечно же, нет! Просто я всегда думала, что нам вдвоем хорошо без всякого атласа.

   – Я хочу смены обстановки. Хоть на один день забыть, кто ты такая и начать за тебя платить.

   – У тебя есть здесь счет и на нем завелась кучка дензнаков?

   – Да, завелась с тех пор, как Сандро меня сюда свозил на местный курорт. Он сказал, что мне полагается, потому что я помогаю ему в делах на Первой полосе, а он там как бы находится на службе. В общем, чтобы я от него здесь не зависел. И мне хочется почувствовать себя, наконец, над тобой главой, а не просто так. Ты ведь не против ролевых игр?

   – Ну смотря каких, – удивленно отвечала Лил.

   – Чтобы ты выглядела как девочка из рабочей силы, а я – как клансмен.

   – Не знаю... – протянула Лил. – Мне не хотелось бы, чтобы мои знакомые увидели меня с кем-нибудь из клана. После разговоров не оберешься. Ты же знаешь, я скрываю здесь ото всех, что я имею какое-то отношение к «господам правителям». Я растеряю всех подруг, если это обнаружится.

   – А мы не здесь. Мы отправимся туда, где тебя никто не знает. Слишком далеко мы уезжать не будем. Так, километров за 150 – 200. Возьмем в аренду электромобиль с полной заправкой аккумулятора – и отправимся. Это ведь можно?

   – У тебя не получится. Электромобиль в аренду тебе никто не даст – у тебя нет браслета клансмена.

   – А я что-то слышал про права «члена семьи»...

   – Наш брак с тобой здесь не зарегистрирован, и твоего имени нет в базе данных.

   Рам засмеялся.

   – А это что? – показал он на четырехколесное средство передвижения обтекаемой формы, стоявшее в 5 метрах от крыльца в общежитие.

   – Ой, вот не ожидала! Одежду...

   – Одежда лежит там, в сумке.

   – Ты все предусмотрел! Ну хорошо, хорошо, я согласна, только переодеваться будешь в дороге, без свидетелей.

   Рам кивнул, и затем сам, в свою очередь, окинул придирчивым взглядом свою супругу с ног до головы.

   – Тебя что-то во мне смущает? – удивилась Лил. – Эта юбка сшита по последней моде. Плиссе – это «последний полет», чтоб ты знал. Я обязана поддерживать марку, ведь я лицо публичное, и на меня многие равняются.

   Рам снова кивнул. Он знал, что звание королевы красоты портновского колледжа обязывает время от времени одеваться как для витрины, то есть безупречно. Комплект на Лил именно таким и был – синий бархат с оттенками от почти черного до нежно-голубого, белоснежная блузка с рукавом на 3/4, отделанная небесно-синим гипюром – и все это сидело безукоризненно, подчеркивая безукоризненные линии фигуры.

   Левое запястье Лил украшал ажурный браслет – довольно широкий и объемный со светло-голубыми камушками, похожими на сапфиры, и бант, собранный из точно таких же ажурных лент, но с камушками темно-красного цвета, служил заколкой для ее прямых белокурых волос.