Текст книги "Розалинда. Детектив (СИ)"

Автор книги: Ирина Муравьева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

Глава 29

Итак, Свод Правил Детектива Господина Холмса:

1 Всегда проверяй место своей локации. В любом месте преступления могут быть ловушки. Проверяй все досконально, если не хочешь умереть.

2 Никогда не сближайся с людьми, которых подозреваешь в убийстве. Если, конечно, не хочешь умереть…

3 Имей запасной план. Если ты не хочешь умереть.

И – 4 -, но самое важное: будь готов умереть.

Я провалилась по всем пунктам. И теперь все заканчивалось так, как должно было кончиться еще десять лет назад.

Первый этаж был залит водой по колено. Мое тело было залито водой. Глаза смотрели на все, сквозь водную пелену. Губы лишь слегка шевелились. Иногда в рот просачивался кислород. Чаще – в него заливалась вода. Руки, ноги, голова – все мое естество тянулось ко дну. Я хотела умереть. Я была готова умереть. Все, что угодно, лишь бы выбраться из водного плена. Я ненавидела и презирала себя за такую трусость, но, вместе с тем, готова была изорвать кожу, лишь бы мои кости скорее пошли ко дну. Но что, если под моей кожей, вместо крови, тоже вода? Что я буду делать тогда?! Вода, вода, вода…

Я открывала и снова закрывала рот, ловя хоть немного воздуху, но внутрь попадала лишь вода. И, когда мои легкие были полны ею, когда глаза стали видеть лишь тьму, чья-то руку схватила меня за волосы, и приподняла над поверхностью.

–Знаете, я ведь не хотел убивать отца, – грустным голосом сказал Генри. Его рука разжала мои волосы. Я опять погрузилась в воду.

Потекли новые мгновения, похожие на годы пыток, пока Генри снова не выловил меня из воды.

–Да, я знал, что Роберт мой отец, – продолжил Генри сентиментальничать, – И он тоже этого сильно не скрывал. Не признавал официально, но и не скрывал. Порой он даже навещал меня у матери…

Рука разжалась. Я полетела вниз – в свой водный кошмар.

Вода. Вода…Когда же она поглотит меня?

И опять рука Генри в моих волосах.

–Знаете, когда отца приговорили к лишению силы, я решил во что бы то и стало попасть в комнату после ритуала. Я хотел смягчить его боль. Мои пальцы прочли завещание архитектора. Я знал все ходы теней. И вот я был в комнате. Возле отца. Я чувствовал и не чувствовал его одновременно. Его магия ушла. Осталась только его жизнь. Такая пустая, без нее…Я положил руку ему на голову. Та была холодной, в поту. Я погладил его волосы.

–Генри, мальчик мой, это ты? – проговорил отец.

Я кивнул. Я надеялся, он видит меня. Моя рука начала передавать ему целительную силу, но тут…

Генри резко отпустил меня. Полетели мгновения моей пытки. Но на этот раз Генри вытащил меня быстрее, чем раньше.

–Вы когда-нибудь держали руку на пульсе человека, вены которого перерезаны? – спросил он меня.

Я не ответила. Я не могла. Но ответа было и не нужно.

–Это было примерно так, – продолжил Генри, – Отец был настолько слаб, что его жизненная энергия утекала, словно кровь из вены. И я почувствовал ее. Горячую, струящуюся. Я нащупал жилу, хотел заткнуть ее, остановить, вернуть на место, помочь отцу…Но она была такая горячая, такая невыносимо желанная. Невольно, наши каналы соединились. Ах, Розалинда, я ведь этого не хотел…

И моя голова снова полетела в воду.

Когда Генри достал меня за волосы, голос его был мрачен.

–Я пытался остановить поток его энергии, но вдруг я увидел свет. Сначала слабый. Потом все ярче. Я обретал зрение. Это было волшебно. Отец начал кричать. Вернее, пищать – писк, это все, что от него осталось. Но я уже не слушал. Я раздавил его, словно назойливую мышь. Я выпил его полностью. Я снова мог видеть…

Генри вздохнул. Я оказалась под водой. Тело мое не слушало меня. Разум замутнялся. Мне не хватало кислорода. Я …

–Мое зрение продлилось чуть меньше года, – продолжил Генри, вынимая мою голову из воды, – Я был подавлен. Но подходило время и нового аукциона. Это радовало. Я снова убил, и снова видел.

Впрочем, меня – то есть убийцу – уже искали.

Генри хотел отпустить меня, но передумал. Вместо он сильнее сжал мои волосы, притянул мою голову к своему лицу. Наши глаза встретились.

–Этот аукцион должен был стать последним. Я хотел высосать силы всех его участников. Не протестуйте, Розалинда, тут нет достойных жизни людей. Одни грешники. Один ад. Я думал разыграть трагедию. Сжечь поместье. Инсценировать и свою смерть в огне. Дальше я хотел залечь на дно. Жизненной силы всех мне хватило бы на годы зрения. Но вы вмешались. Благодаря вашим предупреждениям Освальды нашли способ бежать отсюда. Они прихватили старика Арона, лициатора и Хьюгсона. А я так рассчитывал на их силы. Теперь же остались только вы, милый Александр, и Грэйс… Но она согласилась помочь мне, поэтому сил у меня будет меньше, чем я рассчитывал, и все же…

Генри поднес ко мне руку. В ней светился зеленый фонарик-артефакт.

–Начнем? – спросил он.

Меня вырвало на него водой. Дальше была лишь тьма.

Глава 30

Из отчета Розалинды Шаллоу г-ну Холмсу.

«…Примерное время, которое я провела без сознания – полтора часа. За это время я не могу дать Вам полного отчета о действиях, происходивших в поместье. Все мои знания основываются на рассказах господина Магса, г-на В.Кингсбери, и г-на Т. Ньюмана. Но вот свод того, что мне удалось узнать:

Подозреваемый – Генри Соквел был намерен произвести надо мною ритуал лишения силы, после чего в его планы входило высосать из меня всю жизненную энергию. В этот момент Генри был уверен, что г-н Магс находится без сознания и охраняется г-жой Арон. Это был просчет со стороны Соквела. Г-жа Арон, за некую предоставленную ей информацию, перешла на сторону г-на Магса. Она разрезала тени, державшие его серебряным ножом (улика №2 см. стр. 50 отчета). Г-н Магс подошел сзади Соквела и использовал захват как раз в то время, как Соквел начал пить мою жизнь. Полагаю, развязалась драка. Учитывая истощение ресурсов г-на Магса (см стр. 60 отчета), Соквел побеждал. Но перевес в сторону выжевшей партии создала г-жа Арон. Она нанесла г-ну Соквелу несколько ударов серебряным ножом (та же улика №2 см. стр. 50 отчета) в спину. Данное действие г-жи Арон я оставляю без своих комментариев. Они не в моей юрисдикции. Так же я не могу точно зафиксировать количество ударов, полученных г-ном Соквелом. Свидетели – г-н Магс – утверждают, что их было три. Но после них тело Генри Соквела (так же, со слов свидетелей) «обратилось в тень и растворилось во мраке». Вышестоящее образное описание не принадлежит мне. Все права – г-на Магса. Свидетельств г-жи Арон я не имею. Данная лэди исчезла, лишь только вокруг поместья спала вода. Никто не может сказать когда, или куда она направилась. Г-дин Магс не имел возможноси преследовать Соквела. Силы г-на Магса были на исходе, и он, по его словам, был слишком обеспокоен моим состоянием. Он и г-жа Арон вытащили меня из воды и перенесли в спальню, занимаемую мною во время аукциона. Там был проведен беглый медицинский осмотр моих повреждений, и оказана первая необходимая помощь. Через полчаса после описанных событий в поместье прибыли г-н Кингсбери и г-н Ньюман.  Способ их прибытия в изолированное водой поместье  – хрустальные лодки, управляемые силами двух стихий (вода, воздух) и охраняемые от водных чудовищ третьей стихией – огонь.

Примечание к отчету:

Изобретение г-на Освальда и г-на Хьюгсона. ( артефакт с места преступления №5. Пдробный отчет у г-на  В.Кингсбери, и г-на Т. Ньюмана). Даже в официальном отчете, я позволю себе заметить, что изобретение это уникально. Особенно учитывая на сжатые сроки времени, в которое оно было проделано. Г-н Освальд использовал в нем свой жидкий хрусталь – легкую и гибкую массу, способную на любые формы.   А г-н Хьюгсон – применил все свои познания трех стихий, чтобы осуществить движение лодок. По показаниям свидетелей – г-н Освальда, г-на Хьюгсона, г-жи Освальд, г-на лициатора и г-на Арона – они смогли сбежать из поместья на этих лодках еще до того, как Соквел начал охоту на участников аукциона. Так же на лодках были транспортированы наши лошади. (см показания вышеупомянутых свидетелей в доп. к отчету №3).

На вопрос, почему г-жа Арон не была взята на лодки, свидетели умолчали. В виду того, что в мою работу не входит разбор моральных принципов участников аукциона, я оставлю этот вопрос не исследованным.

Отчет (продолжение):

По прибытии г-на В.Кингсбери, и г-на Т. Ньюмана видимой опасности в поместье Четыре Ручья не оставалось. Об их исследовании помещений и опросе свидетелей прошу смотреть отчеты г-на В.Кингсбери, и г-на Т. Ньюмана непосредственно.

На обретение мною энергии и сил мне понадобилось два дня. Уход за мною взяла на себя г-жа Освальд, вернувшаяся в поместье через три часа после окончания аукциона – сразу после спада воды вокруг. Отчета о своем общении с г-жой Освальд я не прилагаю, ибо были затронуты лишь сугубо личные женские темы. Расследование не упоминалось. За это время я так же два раза видела г-на Магса. О выражал мне благодарность за работу и просил прощения за ее издержки.( под «издержками» я имею возможность моей смерти). Иного общения между нами не происходило, ибо по состоянию здоровья я сняла с себя обязанности по расследованию и предоставила г-ну В.Кингсбери, и г-ну Т. Ньюмана закрытие дела.

Последним пунктом хочу указать, что на данный момент состояние всех участников аукциона я расцениваю как удовлетворительное.

Г-н Фредерик избежал теней Соквела благодаря своей трубке (улика №3 см стр. 40 отчета). Его рука в данный момент находится в гипсе. Других повреждений нет.

Г-жа Освальд – без повреждений.

Г-н Освальд – без повреждений. Прибавлю от себя, что он единственный, кто полностью счастлив в конце аукциона. Его изобретение – жидкий хрусталь – главный претендент на Королевскую премию этого года.

Г-н Хьюгсон – без повреждений от Соквела. Его рука и нога сейчас протезируются.

Г-н Арон все еще в моральном потрясении. Его состояние стабильно, но он не с кем не разговаривает.

Г-жа Арон – исчезла. (см. отчет г-на В.Кингсбери, и г-на Т. Ньюмана)

Лициатор – без повреждений.

Г-н Магс – восстанавливал силы примерно день. На данный момент без повреждений.

Генри Соквел – пропал без вести.

Умер он от ударов г-жи Арон или же просто лишился сил Мастера Теней и исчез – загадка, которую я не могу пока разгадать.

Г-жа Магс приезжала на третий день после конца аукциона. Мы виделись. Наш разговор был краток. Она сняла печать с моей руки. Поблагодарила за работу. Оплата – на ваш счет в банке Кирпичных Труб. Как работодатель, она закрыла дело.

Высылаю Вам отчет с Ватсоном.

Мой отъезд из Четырех Ручьев состоится сегодня днем.

Конец отчета.

Королевский детектив,

Розалида Шаллоу»

Глава 31

Я собрала все свои вещи, сняла прекрасное платье госпожи Магс, столь любезно одолженное мне на аукцион, и надела свой дорожный брючный костюм.

–Какое облегчение! – вздохнула я, откидываясь в кресле у письменного стола.

За окном светило солнце. Аукцион кончился. Вода, окружавшая поместье, вот уже четыре дня, как спала. Теперь вокруг лишь изумрудная трава.

Я сижу в кресле, поглаживая холку Ватсону. Прекрасный, благородный ворон. Он спас меня. И не один раз. Без информации, которую он приносил, без писем, которые я через него отправляла – я уже была бы мертва. Надо найти ему невесту. Какую-нибудь милую ворониху…?

Мои размышления о любви воронов прервали. В дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, вероломно вошли Вильям и Терри.

–Чего вам? – не открывая глаз, спросила я.

Церемонится с младшими детективами (Вильям и Терри еще не прошли королевскую аттестацию) я не собиралась. С них и так слишком много чести: я ведь позволила допросить своих свидетелей, и написать дополнения к моему отчету по делу.

–Розалинда, – начал Вильям, слегка запинаясь.

(Надо сказать, что бедняга старше меня на пять лет. Он женат. Очень порядочный человек. Слегка грузноват, но имеет цепкий ум. И все же, почему-то до смерти боится меня… Может от того, что я выиграла у него ни одну партиюв шахматы, где он считается знатоком? А может я лишь много из себя строю. Не знаю, и знать не хочу.)

–Розалинда…

Ах, да, Вильям там что-то говорил…

–Как ты?

Я пожала плечами.

–Отлично. обожаю водичку, вы ведь это знаете?

Вильям с Терри кивнули, и тут Терри задал не самый уместный вопрос:

–Кстати, Рози, почему ты ее так не любишь?

Я снова пожала плечами. Что мне было им ответить?

Но ребята смотрели на меня и явно ожидали ответа на свой вопрос. Ладно…

–Когда мне было восемнадцать, – начала я, – Я любила одного человека. И думала, что он любит меня в ответ. Мой суженный был из высшего сословия. Я – дочь крестьянина. О нашем романе узнал его отец. Тот был магом воды. Однажды он пришел ко мне, и сказал, что я должна бросить его сына. Я отказалась. И тогда отец моего возлюбленного начал топить меня. Я ведь уже говорила, что он был магом воды? Так вот: он заключил меня в водный пузырь, и держал до тех пор, пока в моих легких не начинал кончаться воздух. Потом он смотрел, как я захлебываюсь, и отпускал меня. Едва я приходила хоть немного в себя, он снова спрашивал, брошу ли я его сына. Я отказывалась. И все начиналось по новой. Не знаю, сколько это продолжалось. Под конец сознание совсем ушло от меня, но, видимо, что-то пошло не так, и мне все же удалось сбежать. Вот такая история.

Вильям и Терри смотрели на меня, не скрывая ужаса в глазах.

–Ничего страшного, – сказала я, – Все это было давно.

Повисло молчание. Потом Вильям прочистил горло, набрался храбрости и сказал:

–Мне очень жаль. Прости нас за любопытство. Но вернемся к делу. Тебе не кажется неуместным закрывать расследование, когда главный подозреваемый – Генри Соквел – исчез, не оставив и следа? У нас ведь нет тела, чтобы наверняка запротоколировать смерть…

Я приоткрыла глаз. Лишь один. В щелочку ресниц я увидела Вильяма, слегка краснеющего, и Терри, стоящего у него за спиной.

–Я думаю, мы должны найти госпожу Арон, чтобы составить лучшую картину произошедшего, – заметив мой взгляд, вышел из-за спины Вильяма Терри.

Маленький ростом, тонкого сложения, и очень проворный – Терри стал бы отличным вором. Но он предпочел иной путь. Что ж, выбор его.

–Вильям, Терри, – вздохнула я, выпрямляя спину, и , с неохотой, открывая глаза, – Дело закрыли не мы, а госпожа Магс. Напоминаю Вам, что она являлась заказчиком данного расследования. И что расследование это – сугубо конфиденциальное. Мы – вычислили убийцу. Мы – предотвратили новые смерти. Заказчик – закрыл дело. Это и все.

Вильям и Терри смотрели на меня так, будто не верили своим ушам.

Да, я и сама не согласна с данным раскладом событий. И я протестовала. Мы с госпожой Магс говорили долго. Намного более бурно, чем мне следовало говорить с дамой ее положения. И она не преминула мне б этом напомнить. Тонко и аккуратно, но мне дали понять, что дальнейшего расследования от нас не ждут.

Что же до Грэйс Арон… Отец тоже не искал ее. И я не хотела этого делать. Сколь не противоречива была ее фигура во всем деле, но она спасла нас с Александром. За это мы должны дать ей то, о чем она так мечтала: свободу.

–Дело закрыто, – повторила я, сурово глядя на своих коллег.

–Но Розалинда, – начал раздражаться и Терри, – Мы не понимаем, почему?

–Тут все дело в такой отвратительной мелочи, как честь, – раздалось у них за спиной.

Терри с Вильямом обернулись. Прямо за нами стоял Александр. В дорожном костюме. Гладко выбритый. Как всегда отвратительно красивый.

–Мы не можем допустить дальнейшего хода дела, чтобы не пятнать честь всех, кто был на этом аукционе, – мягко сказал Александр, обходя двух детективов, – И пусть на деле, мало у кого в этом здании осталось и грамма чести, но есть еще иллюзии чести при дворе, и их мы не должны трогать.

Вильям и Терри стояли молча, переваривая слова Александра.

–Розалинда, – подал он мне тем временем руку, – Позвольте я провожу вас до дилижанса.

Я протянула свою руку на встречу его руке.

Глава 32

Вечер был тихим и теплым. Вокруг недавно протоптанной тропинки, бегущей от Четырех Ручьев, тянулась ввысь зеленеющая трава. Мы шли рядом, но никак не касаясь друг друга. Александр нес мой небольшой чемодан. Я хотела и не хотела начать с ним разговор. Поэтому мы шли молча. Я чувствовала, как по спинам скользят взгляды Вильяма и Терри, вышедших проводить нас до ворот, ведущих на первый этаж. Мои коллеги не доверяли мне. Они не понимали, почему дело закрыли. Не могли понять, как я на это согласилась… Пожалуй, надо будет выпить с мальчишками, когда все закончится… Но Вильям и Терри оставались все дальше и дальше от нас. До того места, где меня мог подобрать дилижанс было еще далеко, а мы все еще шли молча.

–Розалинда, – начал наконец-то Александр, – Я должен вам свои извинения.

Ох, только не это…

– Я был не справедлив к вам. С самого начала я строил из себя луна знает что, врал вам, скрывал информацию. Это могло всех убить.

–Перестаньте, – вяло сказала я.

На душе у меня скреблись кошки. Моральных сил после аукциона совсем не оставалось, и я не отела слушать очередную исповедь.

–Убить всех мог только Генри.

Александр остановился. Резко.

Его взгляд уперся в меня.

–Я был горд и сожалею об этом, – медленно проговорил он, – Прошу, не дайте теперь Вашей гордости не принять мои извинения.

Говоря это, Александр был бледен, и очень серьезен. Даже вены на лбу слегка вздулись. Я посмотрела в его честные, печальные глаза, и… расхохоталась.

Александр сглотнул.

Я вытерла слезинку, навернувшуюся на глаза.

–Простите, – мягко сказала я, – Просто у вас такой вид…Ох…И я отрекаюсь от извинений не из гордости.

Я перестала смеяться. Я выдохнула. На глазах остались лишь слезы.

–Я все понимаю, – сказала я, – К тому же, Вы – спасли мне жизнь.

–Увы, я хотел. Но нас обоих спасла Грэйс, – слабо улыбнулся Александр.

Тут я решила задать давно интересующий меня вопрос:

–Но это ведь Вы убедили ее помочь. И я хотела бы узнать, как…?

Александр посмотрел на меня как-то странно.

–Вы правда не помните ничего из того, что произошло после того, как Генри начал пить вашу жизненную силу?

Вопрос мне не понравился.

Александр снова пошел по дороге, больше не смотря мне в глаза.

–Грэйс усыпила нас дурман-порошком. Он был припасен у нее на тот случай, если ее лот все же возьмет Фредерик. Как видите, она собиралась бороться до конца… Генри тоже пообещал сохранить ее жизнь, если она поможет нам расстаться с нашими, – сказал Александр, – Впрочем, Грэйс не верила Генри. и так же, она хотела узнать у меня кое-что. По правде говоря, она хотела узнать у меня, где ее ребенок.

Я приостановилась. Александр продолжал идти.

–Я гостил у Аронов перед несостоявшейся свадьбой Грэйс. Вы уже знаете это. И я заметил странности в поведении девушки…Однажды вечером, я увидел ее выходящей из старого сарая на отшибе поместья. В руках у Грэйс был какой-то сверток, и она сильно нервничала. Я насторожился, и решил проследить за ней. Очень скоро я услышал детский писк, и понял, что, а вернее, кого держит Грэйс. Но в тот момент, когда она подошла к колодцу, я и представить себе не мог, что она сделает…А потом я увидел, как она кладет дитя в ведро и опускает его на самое дно колодца. Я мог остановить ее, но не стал. Я не знал, на что она способна в таком состоянии. Я решил подождать. Едва она скрылась – а убежала с места преступления Грэйс очень быстро – я ринулся к колодцу и достал ребенка. Он не успел даже переохладиться.  Я снес ребенка в деревню, принадлежавшую соседнему графу, и не зависящую от Аронов. Я отдал его местной доярке. Позже, я подыскал малышу другой дом. Грэйс не должна была знать, что ее сын жив. Но она знала, что я узнал ее тайну. Я сам раскрыл себя – когда отец Грэйс решил вступиться за нее, я посоветовал ему не делать этого. После меня выгнали из дома Аронов. На аукционе мыс Грэйс не общались. Она думала, что ребенок ее мертв. Она готовилась поплатиться за это. А я знал – что он жив. И не сказал ей. Не сказал, до самого последнего момента. Но когда на кону стояла наша с вами жизнь, я раскрыл карты. Грэйс сказала, что поможет, если я скажу, где ее ребенок. И я сказал. Теперь я никак не могу понять, хорошо это или плохо…

Александр говорил уже более для себя, словно исповедь, и я покорно слушала.

–Грэйс ведь мать малыша. Но она же была и его убийцей. Какое право я имел раскрыть его местоположение? Какое право я имел молчать, что он жив?

Мы остановились. Глаза ниши встретились.

–Я не знаю. Не спрашивайте, – тихо сказала я.

И тут Александр рассмеялся.

–Ох, Розалинда, простите, это не смешно, но…

Александр смеялся и смеялся, не в силах остановиться.

И я рассмеялась в ответ.

Странно. Необъяснимо. Аукцион был королевским орудием, его судом. И целью этого суда, его высшим наказанием, была не потеря эфимерной чести, нет. Цель аукциона – свести с ума. С ума сошел бедный мальчик Генри, ставший жестоким убийцей. С ума сошла аристократка Грэйс, разрывавшаяся между своим грехом и своими желаниями. С ума сошел ее отец, пытавшийся оставить дочь ангелом в глазах мира. С ума сошел Сэлвер Освальд, решивший отдать труд своей жизни за любовника сестры. С ума сошла Аманда, предлагавшая свое тело как лот. И сумасшедшим был Курт Хьюгсон, любивший так сильно, что он предпочел любовь своим руке и ноге. Фредерик уже давно был сумасшедшим. А лициатор – горный эльф– лишь он остался просто лициатором. Что же до нас с Александром, то мы смеялись. Смеялись до слез. Выплескивая горе, страх, боль, ужас и тьму, поселившиеся в нас на аукционе.

И вдруг мы остановились. Мгновенно. Оба. Дыхание наше было сбито. На глазах все еще стояли слезы.

Губы Александра что-то прошептали. Я не слышала.

Он повторил еще раз. Кажется, это было мое имя.

–Да? – мягко спросила я, использую последний кислород, оставшийся в моих легких.

И в этот момент мы услышала стук копыт. За приятной беседой, мы уже вышли к лесной дороге. К нам приближался дилижанс.

В мгновение ока черная карета оказалась возле меня.

–Едешь, красотуля? – окликнул меня извозчик.

Я кивнула.

Александр закинул наверх мой чемодан. я поставила ногу на подножку дилижанса.

–Розалинда, – вдруг услышала я.

Я обернулась. Александр смотрел на меня, протягивая мне руку.

–Розалинда, – повторил он.

Я спустилась с дилижанса. Мои руки оказались в его руках. Александр посмотрел мне в глаза. Мое дыхание остановилось.

–Розалинда. Пожалуйста, смените работу, – сказал он.

Мои руки выскользнули из его. Я запрыгнула в дилижанс.

–И не мечтайте! – подмигнула я Александру, садясь у окна.

Александр вдохнул, явно разочарованный.

Дилижанс тронулся с места.