Текст книги "До мазохизма... (СИ)"
Автор книги: Ирина Гутовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)
– Давай кофе выпьем? – предложила Маша. – Смотри: заправка впереди. Может быть, там есть мини-маркет? Тебе надо отдохнуть.
Молча, кивнул. А на нужном повороте свернул к АЗС.
– Подожди. Не выходи в таком виде, – остановил её, резко схватив за локоть.
– В каком? – она внимательно посмотрела на себя.
Я тоже задержался взглядом на небольших торчащих сосках, выделяющихся через тонкую ткань майки, а в вырезе для рук заметны очертания упругой высокой груди.
– Сейчас рубашку свою дам: подвернёшь рукава, верхний ряд пуговиц застегнёшь, а низ завяжешь на талии. У тебя… – показал жестом на соблазнительные холмики.
– А раньше сказать не мог? – она прикрылась, поняв намёк, а на щеках мгновенно выступил румянец.
– Не подумал, – улыбнулся ей.
«Любовался украдкой, получал эстетическое удовольствие» – добавил мысленно. Но если я имею право это делать, то другим мужчинам не позволю на неё пялиться. Срочно нужна подходящая одежда, желательно закрытая, не выставляющая напоказ женские прелести, изгибы и округлости – такую, как носят женщины в моих краях.
Маша ощутимо разозлилась. И как только замоталась в рубашку, решительно направилась в имеющийся на заправке магазинчик. Более того, не скромничая, вытащила из барсетки немного наличности.
Я усмехнулся этой смелости, даже наглости, в хорошем смысле, и пошёл следом, оценивая сзади, как моя одежда гармонично смотрится на ней, несмотря на то, что велика.
«А ей идёт» – собственнические волны растекаются по венам, лаская внутреннего зверя.
– Будешь хот-дог? – не оборачиваясь, спросила она, стоило мне приблизиться.
– Буду, – обнял её за талию, показывая всем и каждому, тут находящемуся, кому принадлежит эта женщина. Уж очень много внимания привлекает… Именно так нашёл: благодаря бросающейся в глаза яркой внешности. Все, кто видели, в подробностях описывали и охотно рассказывали, где и когда сталкивались с ней.
– Два чёрных кофе, один хот-дог и молочный шоколад с фундуком, – Маша позволила прикасаться к себе, пока были на людях, помня о наших договорённостях изображать пару.
На улице ловко вырвалась. Потом взглянула недовольно, и пыхтит, как взбесившийся котёнок. Забавная такая.
– Здесь рядом посёлок, заедем туда за сменной одеждой, – смотрю и не могу не улыбаться.
– Угу… – она подняла на меня взгляд и хотела что-то сказать, но прервал телефон.
«Давно Константин не звонил… Обычно он не беспокоит, зная, насколько я не люблю, когда отвлекают, а при наличии информации наберу сам…» – значит, дело срочное.
– Ты не избавился от телефона? Вычислить ведь можно местоположение!
– Т-ш-ш, помолчи… это твой муж…
Маша побледнела, а глаза забегали от страха.
– Всё будет хорошо, – подошёл вплотную, привлекая её к себе, и ответил на звонок…
6.1
Ева-Мария
– Да? – голос Руслана звучит уверенно.
И зачем-то он обхватил мой затылок, заставив смотреть в свои глаза. Этот жест расценила, как «верь мне». А когда прозвучал гневный голос мужа на том конце разговора, я вздрогнула, но рука на моей голове мягко сжалась, не позволяя отстраниться и успокаивая тем самым.
– Слушаю, – говорит Руслан, не отрывает взгляда от меня.
Я тоже прислушалась.
Несмотря на то, что телефон не на громкой связи, каждое слово Кости отчётливо доносилось до ушей. Он сказал: на него вышла полиция ввиду моего исчезновения… Конечно, ведь я внезапно пропала из того кафе, без объяснений и прощаний, а те, с кем работала – подняли шум, обратились в «органы». Ожидаемое развитие событий. Тем более, это было несложно, ведь в рюкзаке остались настоящие документы, по ним полицейские быстро нашли мужа, который поспешил заверить, что его жена находится дома, а паспорт якобы был утерян.
– Проверю информацию и отчитаюсь, – ответил невозмутимо Руслан, его рука переместилась сначала на моё плечо, потом он стал рассматривать мой нательный крестик, вытащив из-под майки.
– Теряешь хватку! Я не понимаю, почему ты до сих пор её не нашёл?! При этом Ева успела засветиться и даже сбежать снова! – заорал Костя, от этого крика у меня по спине холодок пробежал.
– Если она всё ещё там, то никуда не денется, – добавил Руслан, подмигнув мне.
И как будто почувствовал мой страх: обнял за талию, прижимая к своей широкой груди. Я расслабилась. Рядом с ним не страшно, а его насыщенный мужской запах действует успокаивающе, обволакивает, укутывает собой, обещая защиту.
– Сейчас скину все данные. Жду результат! И как можно быстрее! – дал последние указания муж.
– Сделаю, – Руслан отключился. Убрал телефон в карман, не выпуская меня из объятий.
«Такой большой, горячий, надёжный…» – хочу ещё немного так постоять.
– Ну вот, теперь тебя ищет тот парень… официант… – вздохнул он.
– Игорь? – этого не услышала из рассказа Кости.
– М-м, его так зовут? – в голосе прозвучала скрытая угроза, как мне показалось. Уж не намерен ли Руслан разобраться с Игорем?
– С чего ты взял, что он меня ищет?
– Ну а кто такой резвый побежал в полицию? Что у тебя было с ним? – внезапных претензий не ожидала. Как это назвать? Ревность?
– Странный вопрос… Ничего. Я вообще не готова к отношениям, – попыталась оттолкнуть и вырваться – не дал, лишь сильнее сжал в кольце своих рук.
– Хорошо… – Руслан обхватил мой подбородок, чтоб посмотрела на него и не отворачивалась. – Ответь: насколько дорог тебе крестик?
– Очень дорог. Никогда не снимаю его, как крестили – так и ношу. Это память о родителях, – не понимаю, почему спрашивает об этом.
– Придётся снять, – говорит он, а взглядом блуждает по лицу.
– Зачем? – удивилась такому повороту. Что он задумал?
– Для опознания трупа, он будет обгоревшим до неузнаваемости. Константин поверит, когда увидит, ведь тоже не допустит мысль, что ты добровольно рассталась с крестиком.
– Я не могу, – машинально прикоснулась к груди, нащупав единственную ценную вещь, которая у меня осталась. Это нить, связывающая с родителями. Как отказаться?
– Надо, Маша. Другого способа нет. И чем быстрее всё организовать, тем лучше. Будешь свободной, наконец. Ты же слышала разговор. Не хватало только, чтобы твой муж выехал в тот город и сам занялся поисками. Поэтому хочу воспользоваться этим моментом, сработать на опережение. Думал тянуть время, но сейчас уже ясно: действовать нужно быстро.
– Пожалуйста, нет… – на глаза выступили слёзы.
– Твои переживания мне понятны, но впереди тебя ждёт новая жизнь…
Как-то странно прозвучали слова «тебя ждёт новая жизнь»… Словно за этим кроется особый смысл или как будто Руслан уже знает, как сложится дальнейшая судьба. Может ли это что-то означать? А если он собрался решать за меня, как жить? И вся его помощь, забота, слова – не что иное, как маска притворства… Одного тирана хватило с лихвой – никогда не забуду, Костя тоже не сразу проявил свою натуру садиста и извращенца. Вдруг сейчас происходит нечто похожее, и клетка всё-таки захлопнется, как только окажусь в чужих краях…
– Отдай крестик, – он положил руку поверх моей, пытаясь расцепить пальцы.
– Сейчас? – я сильнее сжала крестик в ладони, и не смогла сдержать слёзы – они беззвучно потекли по щекам.
– Эта вещь тебе не пригодится в будущем, привыкай к отсутствию, – не менее подозрительно прозвучала фраза.
Не спрашивая больше ничего, Руслан расстегнул цепочку, лишил последнего… Помимо памяти о родителях, крестик был личным оберегом, верой и надеждой в лучшее. Теперь чувствую себя так, будто раздели прилюдно, выставив напоказ…
«Беззащитная и беспомощная…».
Я, молча, села в машину.
Какой толк спорить? И просить тоже бесполезно. Как ни печально это осознавать, но Руслан прав: нужны доказательства моей смерти, а крестик, с которым никогда не расставалась, подходит идеально, ведь мужу хорошо известно, насколько мне дорога эта вещь. Он неоднократно настаивал, чтоб сняла с себя дешёвую безделушку – как говорил, когда ходили на разные мероприятия, где по статусу положено носить бриллианты. Вместо этого подбирала одежду с закрытым декольте.
– Не плачь, – Руслан занял водительское кресло. Потом дотянулся до моей щеки, вытирая слёзы.
– Не трогай… – отвернулась к окну, отмахнувшись от него. Не хочу, чтобы прикасался, хотя каких-то несколько минут назад было приятно находиться в стальных надёжных объятиях.
– Маш, всё наладится, – от его слов легче не становится, ему до конца не понять то, что чувствую. Это моя жизнь стремительно и неизбежно несётся под откос… А впереди ждёт неизвестность.
– Угу… – киваю.
– Поедем без ночлега, будем делать перерывы только на приём пищи и туалет, – переводит тему, чему рада, уж лучше планы обсуждать. – Ты ведь неплохо водишь…
– Предлагаешь менять друг друга: пока один отдыхает или спит, другой – за рулём? – что ж, разумно.
– Да. Нужно выиграть время. Мы должны добраться за пару дней, потом я вернусь в тот город, организую твою «смерть» именно там, и сделаю так, чтобы о тебе все забыли… – звучит зловеще. Он Игоря имеет в виду? Лишь бы парень не пострадал из-за проявленного интереса и инициативы, да просто симпатии ко мне.
– Разве Костя не ждёт срочных новостей от тебя? Я думала, поедем обратно. Или нет?
– Нет, сначала твоя безопасность, не хочу волноваться и дёргаться. Мне спокойнее будет, если ты останешься у моих родителей, а я займусь остальным. Константину завтра позвоню, расскажу, как было, что ты, действительно, жила целый месяц и работала в кафе – это ведь правда, но опять подалась в бега, испугавшись. Перепроверять он не станет. Ну, и финалом всего будет предоставленный обезображенный труп.
«С моим крестиком…» – добавила мысленно, испытав щемящую боль в груди. Причём, с ним похоронят кого-то…
– Дело одной недели – не больше. И ты на свободе, – Руслан улыбнулся, бегло посмотрев на меня.
– Где же ты возьмёшь..? ну… труп… – как представлю, жутко становится.
– Не забивай голову, – он тут же обрезал на корню попытку выведать подробности.
– Как скажешь, – машинально ответила, как если бы разговаривала с мужем сейчас.
– Маш, – Руслан прикоснулся к моей руке и не позволил вырвать, когда хотела отдёрнуть. – Можешь спрашивать о чём угодно, но сюда не лезь. Приятного мало.
– Я поняла, – никаких обид. Крестик только жалко. – Значит, ты не избавился от телефона, чтобы не вызывать подозрений?
– Да, чтобы Константин не срастил факт твоего очередного исчезновения с тем, что я вдруг перестал выходить на связь. Главное: вести себя как обычно. Пока он доверяет мне – этим нужно пользоваться…
– Но что? – нотки сомнений отчётливо уловила в его голосе.
– Неважно, – он снова закрылся. И такая реакция не понравилась.
– У Кости есть повод сомневаться в тебе? Он что-то знает? – лично я так расценила.
– Возможно… – неохотно ответил Руслан и сильнее сжал руль, всем своим видом показывая, что не намерен продолжать разговор…
«Странно…».
6.2
Руслан
Чуть не проговорился о своих чувствах… рано, ещё рано… Маша и так: то дёргается в страхе от моих прикосновений, то сама охотно прижимается в поисках защиты.
А вот вопрос был в самое «яблочко»… Константин, возможно, догадывается о том, что я неравнодушен к его жене. И пусть явного повода не давал – всё же не исключаю такой вариант. Вообще на неё лишний раз смотреть опасался, чтоб она же не пострадала из-за внезапной вспышки гнева и ревности мужа.
Конечно, как красивая девушка, Маша привлекает заинтересованные мужские взгляды, причём это происходит помимо её воли, и мне кажется, даже не знает – какое впечатление производит на окружающих своим невероятным магнетизмом. Хотя она всегда вела себя достойно, уважительно, скромно, в рамках приличий. Только мужу-садисту не объяснишь: захочет придраться – непременно найдёт подходящий момент, чтоб сорваться, обвинит во всех грехах и начнёт воспитывать излюбленным способом, применяя силу.
После очередных синяков на её лице, всё, о чём думал: нужно спасать. Но как это сделать – не представлял, ведь она вновь и вновь прощала его, а я, заткнув глубоко все желания, продолжал терпеливо ждать. Иными словами – чужая женщина табу, я не имел прав на неё…
Так было… Теперь меня касается всё, что связано с Машей, несу ответственность: «не моя/моя» – вот, как называется статус наших не-отношений.
Именно один случай сильно удивил… После этого, допускаю мысли, что Константину известно о моих тайных чувствах.
Воспоминания сразу накатили, возвращая в тот день…
…Я любовался Машей издалека, как это часто бывало… Она плавала в уличном бассейне в интенсивном темпе от борта к борту, без остановки, активно рассекая воду. Увлечена тренировкой. И не видит, как внимательно наблюдаю…
За этим приятным занятием, не заметил, как ко мне подошёл её муж.
– Нравится? – спросил он.
А я, находясь в своих раздумьях, едва не сказал «да», но вовремя спохватился, когда дошло, кто передо мной. Обернувшись на него через плечо, сделал невозмутимый вид, без грамма эмоций.
– Хорошо плавает. Молодец, – произнёс первое пришедшее на ум, лишь бы не показывать своего интереса и симпатию. Впрочем, ответ «нет» не прозвучал.
– М-нн… ну да, ну да… – Константин похлопал меня по плечу и направился в сторону жены. Потом резко развернулся, посмотрел с хитрой ухмылкой и спросил: – А хочешь в качестве поощрения за преданность работе трахнуть её?
– Не понял… Что..? – услышать подобное никак не ожидал. В голове не укладывается, как только можно сказать такое о своей женщине, предложить другому мужчине, словно она товар или вещь – ещё бы цену назначил…
– Расслабься, Рус. Это просто шутка. Видел бы ты своё лицо… – он усмехнулся и пошёл дальше.
А я почувствовал себя идиотом… И ведь почти повёлся. Согласился бы, не раздумывая, окажись его слова правдой… сам не лучше… Но от Маши не отказался бы, только с одной существенной разницей – обратно её не отдал бы… никогда…
…Мог ли Константин понять тогда, о чём я думал, и, уж тем более, догадаться о том, что мечтаю о его женщине? – как знать… Мы не обсуждали тот момент, больше он ничего не спрашивал и не поднимал эту тему, подобных ситуаций тоже не возникало.
«Значит, поводов нет подозревать в чём-либо, иначе не доверил бы поиски жены» – склоняюсь к этому, да и история та давно случилась – лишь бы не вспомнил.
Мне нужно немного времени, чтоб спокойно осуществить все планы, а поселившиеся в душе сомнения: это не более чем опасения – не успеть и потерять Машу…
«Нет, не отпущу. Моя» – сильнее сжал руль.
– Руслан? – она прикоснулась к моему плечу, отвлекая от мыслей, а по телу пробежал ток от невинного жеста.
– М-м? – перехватил её руку, для меня любой знак внимания, как подарок.
– Давай сменю тебя? А ты поспишь перед ночью, у меня опыта гораздо меньше – в темноте я плохо ориентируюсь.
– Хорошо, – так хотелось поднести к губам её ладонь и поцеловать прохладные тонкие пальцы, но довольствуюсь лишь простым растиранием, желая хоть немного согреть. – Тогда сначала поедим, потом пересядем. Переодеться не надумала? – вещи на первое время куплены, подобрал на свой вкус из скудного ассортимента поселкового магазинчика – только платья, юбки и блузки с длинным рукавом.
Но почему-то Маша не стала их надевать…
– Нет, мне удобно и так, – она аккуратно освободила руку, потупив взгляд.
«Приятно слышать» – не могу не улыбаться.
И так горячо на душе от осознания того, что ей нравится мой запах, укуталась им, как защитной оболочкой. Собственник, живущий внутри, доволен. Хотя пока приходится контролировать себя, держать в узде эмоции и чувства, которые Маша будит во мне. Хочется отпустить на волю и окунуться в безумие…
– Я так понимаю: та одежда уместнее в доме твоих родителей, – уточнила она.
«Какая проницательность».
– Да, скромность во всём: и в одежде, и в поведении, – мне кажется, Маша быстро привыкнет к новой жизни, а моя мама поможет адаптироваться, разобраться в тонкостях традиций и устоев, когда-то она сама столкнулась с чуждой для неё культурой…
И пора поговорить с отцом, рассказать вкратце новости, подготовить морально к встрече, озвучить, что везу будущую жену… А главное – попросить родителей сохранить от самой невесты эту информацию в секрете…
7.1
Ева-Мария
Мы остановились в придорожном кемпинге на ужин. Мне захотелось продолжить разговор…
– Расскажи о своих родителях, – интересно послушать о людях, с которыми буду жить какое-то время. Нужно узнать о них больше. И быть полезной им, чтоб моё пребывание никому не стало в тягость.
– Отец: Али, он фермер – всю жизнь баранов разводит, как его отец, дед и прадед, помимо этого, он организовал производство сыра. Мать: Амина, домашним хозяйством занимается.
– Они живут в глубинке? – любопытно увидеть те края. Наверное, там очень красиво.
– Да. В ауле, близ гор, – Руслан улыбнулся, и по голосу слышно, как ему приятно говорить о родных.
– Как же они познакомились? Ты говорил, твоя мама русская, – с трудом представляю эту встречу.
– Молодая девушка, выпускница факультета журналистики, в составе группы, приехала делать репортаж и писать статью о том, как живут чеченцы в горных селениях… и… – Руслан выдержал паузу, интригуя.
– И-и? Ведь речь идёт о твоей маме?
– И её похитили… – усмехнулся по-доброму. – Да, это была моя будущая мама.
– Ты серьёзно? – а вот мне не смешно. Бедняжка, пережить такое.
– Более чем. Всё так и было, – зато его веселит, как реагирую на чудо-историю.
– При чём тут твой папа?
– Срасти два факта и поймёшь.
– Отец её похитил? – я подумала, наоборот – спас и между ними вспыхнули внезапные чувства, а он, оказывается, похититель…
– Ага. Приглянулась ему светловолосая красавица по имени Мария, влюбился и не захотел отпускать, – мечтательно произнёс.
– Мария? – вот это совпадение.
– Так звали маму до принятия ислама.
«Значит, она ещё веру меняла ради своего мужчины».
– Тебе поэтому нравится это имя? – «моё имя» – уточнила мысленно, вспомнив, как уже говорил об этом.
– Да, нравится… очень нравится… – Руслан посмотрел пронзительным взглядом, а у меня кусок в горле встал, с трудом проглотила мясо. Мне показалось, в его словах прозвучал подтекст.
– Но как она стала его женой? – это удивляет ещё больше. Что это? Стокгольмский синдром в действии?* (прим. «стокгольмский синдром» – термин, описывающий защитно-бессознательную травматическую связь, взаимную или одностороннюю симпатию, возникающую между жертвой и агрессором).
– Раньше похищение невест было привычным делом. Конечно, мама долго упрямилась и сопротивлялась, она не хотела замуж, только отец не сдавался, добившись в итоге заветного «да». Почти сорок лет вместе. И очень счастливы, любят друг друга.
– Он насильно её удерживал? Принуждал? – слова о любви и счастье на фоне произошедшего не выглядят уместными, романтикой тут не пахнет, скорее даже как оправдание звучат, мол «всё хорошо, ведь они обрели друг друга», а волновало ли кого-нибудь, что чувствовала девушка в тот момент? – сомневаюсь…
Я хорошо понимаю. И никому не пожелаю испытать хоть каплю случившегося со мной. Жить в вечном страхе – хуже не бывает.
– Никакого насилия и принуждения, он просто увёз её в горы, где они провели неделю, общались, знакомились… Отец не трогал маму, ничем не обидел и не унизил. Да он надышаться не мог, когда смотрел на неё, не смея нарушить личное пространство… Для меня родители – пример того, какими должны быть отношения между мужем и женой: взаимопонимание, уважение, забота и, конечно, любовь.
«Просто увёз… как всё просто…» – безусловно, история интересная и необычная, но неужели другого способа не нашлось добиваться понравившейся девушки…
«А если то же самое ждёт меня?» – пронзила пугающая мысль. И я напряглась.
Это не осталось незамеченным.
– Что с тобой?
– Всё нормально… Братья, сёстры у тебя есть? – продолжила спрашивать, надеясь выяснить ещё что-нибудь.
– Два младших брата: Мансур и Умар. И все они, уже со своими жёнами и детьми, живут под одной крышей с родителями, занимаются общим делом.
– Почему ты не женат? – самый старший и до сих пор нет семьи – не то что бы это кажется странным, но удивляет.
– Пока служил в армии не до этого было… потом травма… А вообще хотел, как у отца: встретить свою женщину, предназначенную именно мне, найти настоящую любовь, – опять посмотрел плотоядным взглядом, от которого не по себе стало.
– Если такая на свете есть… – нервно сглотнула.
– Есть, – он резко поднялся из-за стола, протянув свою руку. – Поехали.
«Надеюсь, не меня имеет в виду…».
…Уже в машине, когда Руслан уснул, я окинула его быстрым взглядом, думая о нашем разговоре. И не могла отделаться от навязчивых мыслей, что клетка становится ближе…
Пока мой спаситель спит, есть о чём подумать…
То, что я нравлюсь ему, уже не секрет, но можно ли эту симпатию приравнять к тем ощущениям, о которых было сказано ранее?
«Встретить свою женщину, предназначенную именно мне, найти настоящую любовь» – раз за разом прокручиваю в голове слова Руслана. А ряд совпадений удивляет и выглядит знаком свыше…
Если он хочет повторения истории, случившейся с родителями, то вот она я – та самая Мария, светловолосая русская девушка, причём возраст примерно тот же, сколько было его матери, когда её похитил будущий муж. Только не для того я сбегала, чтобы вновь попасть в плен. Тогда, как знать, может быть прошлая жизнь покажется раем по сравнению с тем, что ожидает…
И ведь добровольно иду в «логово зверя» – очень подходящее выражение для Руслана, так похожего на огромного медведя. Правда, он ещё не показал свою натуру в полной мере. Именно это больше всего пугает… А вдруг за образом сильного, надёжного, заботливого мужчины прячется тиран? Ведь стоит ему очутиться дома, среди родных, почувствовать привычную атмосферу, всё может резко измениться…
Хотя пока нет повода переживать… Это всего лишь мои домыслы, ничем не подкреплённые, приправленные страхом перед пугающей неизвестностью…
Я бегло посмотрела на него, сразу вернув внимание на дорогу… Но увидела, что хотела.
Сейчас Руслан расслаблен. И во сне его лицо выглядит мягче, нежнее, как бы обнажается, скинув всю накопленную усталость и напряжение за день.
«Нет, он не может обманывать, пользуясь ситуацией… во всяком случае, руководствуется благими намерениями – так, как это видится ему в сложившихся обстоятельствах… значит, должна доверять, иначе продолжу изводить себя тягостными мыслями и во всём искать подвох…» – неожиданно пришла к такому выводу.
Не знаю, права или нет, но надеюсь на то, что не станет удерживать насильно, и когда наступит моё время, я уйду, а он спокойно отпустит, не будет преследовать…
Бросив ещё один короткий взгляд, заметила, как упавшая на лоб густая чёлка мешает – Руслан хмурится и морщит нос. Дотянулась и аккуратно провела по его лицу рукой, убирая волосы в сторону.
Но внезапно он проснулся.
– Маша..? – схватил меня за запястье, крепко сжимая.
– Ой, прости… разбудила… – освободившись, вцепилась в руль обеими руками. И что теперь подумает? А если воспримет этот простой невинный жест знаком внимания, проявлением симпатии?
Не отрицаю, как мужчина, Руслан очень привлекательный, у него правильная, в моём понимании, внешность, слегка грубоватая, в хорошем смысле – именно это создаёт общее впечатление. Плюс мощная обволакивающая энергетика, которую невозможно не почувствовать, усиливает впечатление, а глядя на атлетическое телосложение, невольно возникает желание – укрыться в объятиях, ощутить защиту и никогда больше не бояться… Но в противовес этому, внутренний голос сомнений шепчет: не подпускать к себе близко…
«Как быть?» – противоречия не покидают, такие смешанные эмоции он вызывает во мне: уже не так боюсь его, хотя душу открывать не тороплюсь, а чтоб довериться полностью и, главное, доверять самой – без этого никак… И вроде дал возможность спрашивать обо всём без ограничений, но пока сложно.
– Ты в порядке? – Руслан выпрямился, вернул кресло в сидячее положение. – Устала?
«Кажется, он не придал значения прикосновению. Видимо, решил, что специально разбудила» – тем лучше.
– Нет, нормально, темнеть только начало.
– Надо заправить машину, – наклонил голову в мою сторону, разглядывая приборную панель.
– Ага, – уже заметила, – на ближайшей АЗС сверну.
– Потом поменяемся местами, – Руслан закинул руку на подголовник водительского сидения.
А я ощутила затылком идущее от него тепло. Разве так бывает? Или воображение разыгралось? Но реально чувствую волны, направленные на меня, словно лёгкая вибрация – окружают невидимым коконом, проникают внутрь, вызывая жар в теле, затруднённое дыхание, вплоть до головокружения, как опьянела резко…
И опять этот его хищный взгляд… Смотрит, и будто прикасается не прикасаясь.
– Маш, тебе плохо? – конечно, моё состояние не осталось без внимания. Впрочем, возникло именно из-за Руслана.
– Давай сейчас пересядем… – сбрасываю скорость, успеваю свернуть на обочину и остановить машину, прежде чем теряю сознание…
7.2
Руслан
– Маша! – я обнял её лицо ладонями и довольно сильно похлопал по щекам, только ничего не произошло, она не приходила в себя. Проверил пульс – есть, дыхание тоже. Включил свет в салоне, направляя на Машу, и приоткрыл её веки – зрачки реагируют на внешний раздражитель. Хотя это мало успокаивает…
«Что с ней?!».
Быстро вылез из машины, подошёл к водительской двери, планируя переложить Машу на заднее сидение и попробовать привести её в чувства. По идее, нужно ехать в больницу, но нельзя… Мало того, что документов у неё нет, так ещё не хватало «засветиться», чтоб эта информация дошла до Константина.
Смотрю на неё, соображая, как быть дальше…
«Какой из способов оказания первой помощи тут подходит?» – и вроде умею, знаю, как поступают в разных случаях, даже применял на людях не раз, а сейчас действовать самостоятельно опасаюсь, ведь речь идёт о Маше – боюсь сделать что-нибудь не то… и в аптечке, как назло, нет нашатыря, одни бинты да лейкопластырь…
«Слишком долго думаешь…» – сказал сам себе.
И наконец, собравшись с силами, решил попробовать искусственную вентиляцию лёгких, тем более, перед тем как потерять сознание, она судорожно хватала воздух ртом, как будто задыхается… Значит, должно помочь, хуже точно не будет.
Но для начала опять похлопал по лицу – и ничего, реакции не последовало… А когда заметил, как кожные покровы резко бледнеют, испытал небывалый страх за любимую девушку. Такое противное ощущение накатило, словно кто-то невидимый держит меня за горло, сжимая ледяными пальцами…
«Нет, нет, нет…».
– Маша!
Склонившись над ней, плотно прижался губами к её приоткрытым губам и выдохнул мощный поток из своих лёгких, дополнительно нажимая на щёки и придерживая аккуратно затылок. И убедившись, что грудная клетка поднимается, а я всё делаю правильно, продолжил интенсивно вдыхать…
– Очнись, девочка моя… – разорвал рубашку вместе с майкой одним ловким движением, обнажая её грудь – мне важно видеть, приносят ли мои действия результат. Хотя, не скрою на несколько секунд «завис», разглядывая округлые полные холмики, красивой формы, с маленькими розовыми сосками на вершинах – манящие, соблазнительные, так и хочется прикоснуться…
«Что же ты творишь…» – дав себе мысленный подзатыльник – не отвлекаться, приступил к непрямому массажу сердца, совмещая с искусственным дыханием. Только всё равно не могу отделаться от мыслей, будто целую, и пусть так, но имею возможность узнать вкус чувственных губ…
Она закашлялась после очередной порции воздуха и ритмичных надавливаний на грудь. Потом непонимающе посмотрела.
– Машенька… как же ты меня напугала… – выдохнув облегчённо, прижался лбом к её лбу. А взглянув на неё вновь, всё-таки не удержался от искушения, поцеловав щёчки, на которых моментально выступил румянец – что радует.
– А что случилось..? – пока она находится в растерянности, не пытается оттолкнуть.
– Ты потеряла сознание, – поясняю. И мысленно твержу, что нужно заканчивать соблазняться и лучше самому убрать руки, но не в состоянии оторваться от нежной бархатной кожи.
– Припоминаю… – она оглядела себя, и, заметив обнажённую грудь, испуганно дёрнулась. – Ты… ты…
– Это не то чем кажется… – мои слова, конечно, вряд ли успокоят, несмотря на серьёзное оправдание – хотел помочь. Надеюсь, поймёт, когда выслушает.
– Не трогай меня! – Маша прикрылась рваными краями рубашки, резко отстранилась, отсела к двери и с опаской взглянула, сжавшись в маленький комочек.
– Тише-тише, не трогаю, – сам сел на противоположный край заднего сидения.
– Что ты делал со мной? – голос дрожит, когда спрашивает, а для меня это как ножом по сердцу – видеть её страх. Снова становлюсь на один шаг дальше, ведь такими темпами не скоро к себе подпустит.
– У тебя больное сердце? Астма? Что? – вместо ответа, решил выяснить причины внезапного обморока. Не слышал, чтобы у неё были какие-то проблемы со здоровьем.
Она отрицательно помотала головой, пожимая плечами.
И тут меня неожиданно осенило… всё-таки официальный муж имелся…
– Ты беременна? – а ведь это может быть правдой. Такие мысли раньше не посещали.
– Нет, – Маша поникла от моего вопроса, опустив голову.
– Уверена? – себе тоже задаю вопрос: готов ли я воспитывать чужого ребёнка, если беременность подтвердится? Ответ созрел мгновенно: «мне не нужны дети от другого мужчины, тем более Константина».
– Да, уверена, я не могу больше… – она отвернулась к окну.
– В смысле? – не сразу сообразил, к чему клонит.
– Бесплодна…
– Подожди, ты же была… – не стал произносить слова «беременна», очевидно – это болезненная тема, как для любой женщины, потерявшей ребёнка.
– После выкидыша не могу иметь детей – осложнения возникли… Врачи так сказали, – кажется, Маша беззвучно плачет, судя по вздрагивающим хрупким плечикам.
И слёзы – моя вина.
«Какой же болван… сковырнул незаживающую рану…» – очередная ошибка.
– Прости, не знал, – обнять бы её и пожалеть, пообещать, что всё будет хорошо, и если захочет, то обязательно станет матерью, но это не в моих силах… А ещё она просила не трогать её…
– Хоть чего-то ты не знаешь, – вздохнула судорожно, в этом жесте тоже ощущается не проходящая боль.
– А это точно? – с надеждой и одновременно грустью интересуюсь.
– Тебе, не всё ли равно? – обернулась на меня, вытерев с лица текущую солёную влагу.
«Нет, не всё равно, ведь мечтаю о совместных детях» – и снова себя спрашиваю: готов ли я к тому, что никогда не увижу своё продолжение? Здесь сомнений не возникло: главное – любимая женщина рядом, остальное – не имеет значения.
«На всё воля Аллаха».
– Если есть шанс, нужно его использовать… – пусть лишь скажет, покажу её высококлассным специалистам.
– Шанс есть: забеременеть с помощью ЭКО, только никаких гарантий, я могу не выносить… Первый год доктора предостерегали даже думать об этом, сейчас мой организм с точки зрения женского здоровья ослаблен. Что будет дальше – жизнь покажет.
