Текст книги "До мазохизма... (СИ)"
Автор книги: Ирина Гутовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)
Пролог
– Где Руслан?! Где, мать его, носит?!! – заорал мужчина в открытую дверь, а лицо покраснело от злости.
Стянув с себя галстук, который сейчас больше напоминал удавку и вызывал дискомфорт, он резко отбросил тот в сторону, а потом откинулся на спинку массивного кожаного кресла, прикрывая уставшие веки и массируя виски.
Хотя едва ли это успокоит его… Снова выпрямился, опёрся на стол локтями и сжал руки в кулаки до противного хруста костяшек пальцев, думая о возникшей проблеме…
– Простите… – в кабинет заглянула помощница. Женя замерла на пороге, не решаясь пройти дальше. Если начальник в гневе – ничего хорошего ждать не стоит. – Константин Дмитриевич, к вам можно?
– Ты дозвонилась до него? – он бегло посмотрел на девушку, не разрешая войти.
– Да. Руслан Алиевич, наконец, появился в сети. Сказал: приедет так скоро, как сможет – он сейчас не в городе, но уже направляется сюда, – пролепетала она тихим голоском, опасаясь попасть под горячую руку. Нередко в неё летали разные предметы: ручки, папки, чашки, стаканы, бутылки, телефоны… Не говоря уже о хамском отношении. Единственное, что заставляло терпеть вспышки бесконтрольной ярости, тяжёлый характер и все выходки работодателя – хорошая зарплата, морально компенсирующая подобное обращение. Женя во всех смыслах была удобной секретаршей: незаметная «серая мышь», исполнительная, ответственная, а главное – не задаёт тупых вопросов, понимает с полуслова и даже одного взгляда, порой, достаточно.
– Сделай кофе с коньяком… – сказал Константин Дмитриевич приказным пренебрежительным тоном, не утруждая себя элементарной вежливостью, а когда опять посмотрел на неё, тут же остановил: – Подожди… подойди ко мне…
Она робко приблизилась, без труда угадав желание своего руководителя: «это» тоже входило в дополнительные обязанности личной помощницы…
– Пошевеливайся, – мужчина нетерпеливо расстегнул ремень и ширинку брюк, остро нуждаясь в быстрой разрядке.
Опустившись перед ним на колени, девушка потянулась к резинке боксеров. Но он внезапно передумал. Оттолкнул секретаршу с такой силой, что она отлетела в сторону, ударившись плечом, хотя не показала ни голосом, ни взглядом, насколько ей больно.
– Пошла вон! – ему стало противно, и ещё больше разозлился – на самого себя в первую очередь. Неожиданно его посетила мысль, что снятием сексуального напряжения не обойдётся, легче не станет, а раздражение никуда не исчезнет и не поутихнет.
Женя поспешила уйти, пока не нарвалась на очередную грубость.
– Кофе! – крикнул ей вслед. – И коньяк!
…Руслан приехал спустя полтора часа. Вошёл в кабинет без стука и прочих условностей – такие вольности начальнику службы безопасности были позволительны, он входил в ближний круг. Впрочем, друзьями они не являлись – их связывали исключительно деловые отношения.
А если так срочно вызвали, то случилось что-то непредвиденное, требующее его незамедлительного личного вмешательства и, скорее всего, конфиденциальности…
– Моя жена сбежала… – сразу озвучил Константин Дмитриевич, стоило увидеть на пороге безопасника. Мужчина успел уже изрядно выпить, только желанное опьянение всё равно не наступало. – Найди её, из-под земли достань, притащи сюда, и я собственноручно придушу тварь…
1.1
Ева-Мария
С опаской оборачиваясь по сторонам и почти срываясь на бег, я тороплива шла… Куда? – пока не знаю… Главное: идти. Мне кажется, если остановлюсь, замедлю шаг хоть немного, то верные псы мужа быстро настигнут, вернут обратно, а дальше – пощады не будет.
Несколько раз я пыталась уйти от Кости, просила отпустить, дать развод и больше не мучить, не издеваться надо мной, но всё бесполезно. Попытки вымолить свободу вызывали у него прилив гнева, после чего на моём теле не оставалось живого места от синяков – побои неизменно сопровождались изнасилованием до тех пор, пока не теряла сознание. Потом он долго извинялся, говорил «люблю», зарекался, что такое не повторится, заваливал подарками, вывозил на отдых, и на какое-то время превращался в нежного заботливого мужчину.
Ненадолго… ведь срывался по любому поводу…
Последней каплей стал выкидыш, случившийся пять месяцев назад – с этим уже не могла смириться, простить, забыть… Ради ребёнка я готова была остаться с мужем, глупо надеясь на радикальные изменения. Но и этого лишил, когда избил опять…
И всё это время тщательно готовилась к побегу, понимая, в какую губительную пропасть качусь: Костя никогда не оставит в покое, ему проще убить… Впрочем, уже «убил», мои чувства мертвы, ничего к нему не испытываю, внутри поселилась воющая пустота и не проходящая боль. Из некогда жизнерадостной девушки я превратилась в послушную домашнюю зверушку, безвольную игрушку, бесправное безликое существо – похожа на собственную тень, с потухшим затравленным взглядом…
Это не любовь, это болезнь…
От таких мужчин, которые умеют лишь брать и ломать, не давая ничего взамен, надо держаться подальше. И ведь если была бы нужна ему, но нет – я давно стала для него привычкой, приложением, элементом статуса успешного человека. А отпускать не хочет по одной причине: чтобы не выглядеть в глазах друзей и многочисленных знакомых в невыгодном свете, чтобы не терять авторитет, чтобы репутация не пострадала, чтобы созданный годами образ не подвергся сомнениям… Когда-то тоже купилась на красивые ухаживания и романтику – всё оказалось лживой иллюзией… Слишком поздно прозрела, да клетка уже захлопнулась… Какой Костя на самом деле, знают немногие – бездушное циничное чудовище.
Только жажда жизни во мне ещё осталась. Я собрала себя по крупицам и решилась. Воспользовалась единственным шансом на спасение, другого не будет. Хуже всего то, что помочь некому, родителей и родственников нет – никто не защитит и не заступится.
И вот, набравшись терпения, я дождалась наступления лета. Постепенно откладывала деньги, снимая с банковской карты небольшими суммами, во избежание подозрений – мои расходы тоже всегда проверялись. Тактику поведения выбрала соответствующую: ни слова против, ласковая покорная жена, выполняющая все желания. Как же тяжело дались эти месяцы, но бдительность мужа удалось усыпить, он вновь разрешил покидать пределы дома одной, без сопровождения. И каждый раз я возвращалась, продолжая следовать задуманному, чтобы даже не допускал мыслей о моём намерении сбежать.
До сих пор не верится, что всё получилось. Но это ещё не победа и не гарантия. Впереди ждёт непростой период… Ведь Костя не успокоится, пока не уничтожит…
…Я всё-таки сбавила скорость. Спешкой и нервозностью привлекаю ненужное внимание, а на улице не так много людей, чтоб остаться незамеченной. Или накручиваю себя? Постоянно мерещится, как из-за угла или сзади появляются ищейки, хватают меня и отвозят к мужу.
А здесь я планирую задержаться. Первым делом нужно найти работу и жильё. Маленький, утопающий в зелени, городок, в который добралась автостопом, сразу приглянулся. Люблю такие места. Здесь тихо, уединённо, жизнь течёт лениво и размеренно, никто никуда не торопится – лучше не придумаешь. Можно попробовать временно осесть, правда потом опять придётся бежать. По моим подсчётам я уехала примерно на тысячу километров, но это ничтожно мало, чтобы чувствовать себя в полной безопасности…
«И, наконец, больше не бояться…» – мысленно дала себе установку быть сильной.
Проходя мимо кафе, увидела приклеенное на входной двери объявление. И зашла внутрь.
– Простите… – обратилась к мужчине за барной стойкой. – Здравствуйте. Могу я поговорить с владельцем заведения?
– Здравствуйте. Это моё кафе. Вам чем-нибудь помочь? – он заинтересованно взглянул.
– М-нн… э-э… – я замешкалась ненадолго, отвыкла сама решать обычные житейские вопросы – три года находилась в аду, была отрезана от мира. – У вас объявление висит: «требуется уборщица и посудомойка». Если вакансии ещё не заняты, то…
– Вы серьёзно? – он перебил меня, усмехнувшись.
Не поняла его скепсиса, какая-то странная реакция на вполне простой вопрос.
– Да… – я нахмурилась, растерявшись поведением мужчины.
– Девушка, милая, вы в зеркале себя давно видели? – эти слова ещё больше удивили и поставили в ступор.
– А что не так? – конечно, за два дня пути, на перекладных, я вымоталась, спала урывками и выгляжу не очень – помятая, нужно помыться и сменить одежду, но не до такой же степени всё плохо, чтобы принять меня за бомжиху.
«Ты и так БОМЖ» – ответила сама себе. И вдруг осознала своё положение на сегодняшний день, вспомнив расшифровку аббревиатуры: «без определённого места жительства». Так и есть.
Я решила не унижаться. Если человек не готов вести продуктивный диалог – не надо. Обращусь куда-нибудь ещё.
– Извините, – развернулась, направляясь к выходу.
– Подождите! Куда же вы? – он быстро догнал меня. – Наверное, неправильно выразился. Имел в виду, вы такая… ну… ухоженная, шикарная… А спрашиваете о работе уборщицы и посудомойки. Представить вас за этим занятием трудно.
– То есть вакансии свободны? – а я-то подумала…
– Свободны. Можете приступать хоть сейчас, если готовы. И хотите…
– Готова, – как же здорово, что так легко нашла работу, денег пока достаточно, но надолго их не хватит. – А жильё случайно не сдаёте?
– Есть комната, вернее – в подсобке стоит диван и небольшой шкаф, имеется душ для сотрудников… Подойдёт ли вам такой вариант? – не знаю. Плату за это не возьму, плюс бесплатное питание.
– Спасибо, мне подходит, – хоромы не нужны, а вещей мало, с собой небольшой рюкзак, куда положила только самое необходимое.
«А жизнь налаживается!».
…Но тогда я ещё не знала, как наивно и преждевременно радовалась свободе…
1.2
Руслан
Неужели Маша думала, что ей удастся долго скрываться? Месяц на поиски потребовался. И я у цели. Причём, не для подонка-мужа старался, перемещаясь из пункта в пункт, где она успела наследить. Наконец, у меня появился шанс добиться любимой женщины. Не упущу. Увезу далеко, и никто никогда не найдет… будет моей…
Вот уже полчаса за ней наблюдаю, дожидаясь подходящего момента, пока окажется одна.
Маша моет окна со стороны улицы. Рядом ошивается какой-то парень. Судя по униформе – официант. Он придерживает стремянку, на которой она стоит, и наглым образом похотливо пожирает глазами её точёную фигурку – только за это я хочу свернуть ему шею, не говоря о пошлых мыслишках, в чём не сомневаюсь. Самого, когда смотрю на неё, дикие жгучие чувства обуревают: руки зудят и скулы сводит от желания прикоснуться, ощутить нежную кожу, жадно вдохнуть аромат.
Но привлекать к себе внимание нельзя. Поэтому сильно сжимаю руль, пытаясь взять себя в руки. И продолжаю наблюдать…
Парень что-то говорит, а Маша смеётся. Смеётся! Первый раз слышу её смех. Зато слёзы видел часто, ещё чаще – замазанные синяки, а когда она появлялась в сопровождении мужа, на красивом лице неизменно присутствовала боль.
«Обязательно это исправлю, всё будет по-другому» – забудет ад, в котором жила.
Если бы знал, что она хочет уйти от мужа, если была бы возможность поговорить с ней, выяснить, то давно помог бы, но я был уверен в обратном. Думал, любит его, несмотря ни на что. Меня это всегда удивляло: как можно терпеть подобное отношение? Но ещё больше удивляло: каким нужно быть конченным ублюдком, чтобы бить женщину? И, выходит, он насильно удерживал… Ну, ничего, теперь мои руки развязаны полностью. Это раньше я не имел права вмешиваться в чужую жизнь, довольствуясь своими чувствами и молча любуясь…
А вот и удачный момент подвернулся… Наконец-то!
«Помощничек» помог Маше спуститься со стремянки, забрал ведро и зашёл внутрь кафе, оставляя её в одиночестве.
Я вылез из машины. Надо действовать быстро, чтоб никто не увидел – свидетели не нужны.
– Маша! – зову, а сам оглядываюсь по сторонам, контролируя обстановку.
Она испуганно вздрогнула. Резко обернулась. Уставилась своими дымчатыми глазами, в которых отчётливо отражается страх. Лишь бы не начала сопротивляться и кричать… А главное – поверила мне.
– Нет, нет, нет… – попятилась назад, выставив руки вперёд в предостерегающем жесте.
– Я ничего тебе не сделаю. Обещаю. Помочь хочу, – стараюсь говорить спокойно, хотя больше всего мечтаю закинуть её на плечо и унести отсюда. А разбираться во всём будем по пути.
– Помочь? – Маша смотрит затравленно, с опаской, и вот-вот готова сорваться с места, бежать без оглядки. Конечно, не верит – не нужно уметь читать мысли, чтобы это понять.
– Да. Твой муж не успокоится, пока ты не вернёшься к нему. И хорошо, что именно я нашёл тебя. Константин мне поручил заниматься поисками, поэтому смогу «водить за нос», при этом буду в курсе происходящего вокруг него.
– Что значит: помочь? – осторожно спрашивает. Жмётся к стене и дрожит всем телом.
«Как же хочется обнять… такая маленькая, хрупкая, похожа на ангела – само совершенство».
– Спрячу в надёжном месте, – уже решил, куда отвезу.
– Зачем тебе эти сложности? Если Костя узнает, то…
– Давай поговорим в машине, – перебил её, ухватив за локоть.
– Я никуда не поеду с тобой! – она вырвалась.
– Прости… – предполагал, что не согласится, ведь боится и не доверяет. – Прости… ты не оставляешь выбора… – применять к ней силу не хочу, но по-другому никак.
Маша не успела отреагировать и даже пикнуть, когда скрутил и понёс в машину. Рот закрыл ладонью, чтоб не кричала, не привлекала внимание. А потом и вовсе связал руки и ноги, на случай если начнёт бунтовать. Надеюсь, как только объясню всё – успокоится окончательно. Без меня она не справится.
– Так и знала… – она всхлипывает. – Так и знала, что к мужу везёшь…
– Да нет же! – злюсь. На себя, разумеется. Своими грубыми действиями ещё больше напугал, а слёзы с трудом выношу, не могу видеть, как мучается. – Мы едем на мою родину.
– Куда?
– В Чечню.
– Ты чеченец по национальности? По тебе не скажешь.
– Наполовину, мать русская, – поэтому пусть не сомневается: семья примет без проблем, особенно, когда расскажу нерадостную историю. – Там тебя никто не найдёт. Будешь в безопасности.
– Развяжи, – кажется, она успокаивается.
– Будешь вести себя хорошо?
– Да…
Я остановил машину. Освободил Машу от пут. Пока развязывал, она как-то странно смотрела, изучала, что ли, разглядывая с интересом. Не удержался и вытер с её лица остатки слёз. Стоило прикоснуться к ней, ощутил, как по телу словно ток пробегает, пробирает до самого нутра. Много раз представлял это: ожидания с реальностью не совпали – кожа гораздо нежнее.
«Хочу большего…».
Маша пересела на переднее сидение. И мы поехали дальше. Впереди несколько дней пути. Использую это время по максимуму.
Я буду не я, наизнанку вывернусь, но она станет моей женщиной.
Визуализация
Такими я вижу своих героев:
Ева-Мария
Руслан
2.1
Ева-Мария
Смотрю на Руслана, и не верится, что хочет искренне помочь, а не преследует свои цели. Не понимаю, зачем ему возиться со мной? Идти против моего мужа. Наживать себе врага. Спасать меня… Но пока нет выбора, кроме как согласиться на предложение. И от него точно не спрятаться: будет находить снова и снова. Да и куда я пойду без денег, без документов… Остаётся лишь надеяться, что убежав из одной клетки – не окажусь в другой…
Этот мужчина пугает меня. Всегда пугал. Особенно взгляд – плотоядный, словно хищник, готовый вгрызться в шею жертвы. И сам похож на зверя: огромный – и рост, и вширь, бородатый. Медведь – вот, кого напоминает. В его обществе становится не по себе… Вдобавок, слишком плохо знаю Руслана, почти ничего, а то, что приближённый Кости – ещё больше напрягает.
Поэтому опять задаюсь вопросом: зачем всё?
– Маша..? – он бегло посмотрел, отвлёкшись на несколько секунд от дороги.
А я, прогнав задумчивость, только сейчас обратила внимание, как пристально и неприлично долго его разглядываю.
– Что-то хочешь спросить? – уточнил. Потом сбавил скорость и свернул к придорожному кемпингу.
– Ты называешь меня Машей… Почему? Все зовут Евой – так привычнее, – и пусть имя двойное, но Руслан всё равно выбрал второе, да ещё в уменьшительно-ласкательном варианте использует.
– Больше нравится, – пояснил он, а когда снова посмотрел в мою сторону, улыбнулся.
И вновь не по себе стало от его дикого звериного взгляда, а в сочетании с улыбкой, похожей на оскал, возникает ощущение, будто хочет наброситься и съесть.
«Нравится?» – тоже странно звучит. Только личного интереса мне не хватало. В данный момент я нахожусь в таком периоде жизни, когда мужчине нет места рядом со мной, не скоро впущу в свою душу и смогу доверять – если это вообще когда-нибудь случится…
– Зачем мы здесь? – решила не придавать значения его словам. Возможно, показалось.
– Поужинаем и останемся на ночь. Я не спал сутки, нужно отдохнуть, а ранним утром поедем дальше.
– На ночь… – повторила за ним, обречённо вздыхая, ведь окажемся в одном номере, без присмотра не оставит – это точно.
Руслан вылез из машины, быстро обошёл вокруг, чтоб открыть дверь для меня.
– Пойдём, – протянул свою огромную ладонь.
Я уставилась неуверенно на него. И так он уже позволил себе лишнего, когда вытирал мои слёзы – жест получился довольно нежным, и руки не торопился убирать. В тот момент пронзила мысль: не хочу, чтобы мужчины ко мне прикасались или дело именно в Руслане и той сумасшедшей давящей энергетике, которую излучает – всеми фибрами ощущаешь, как невидимый кокон заключает в свои удушающие объятия. Это отталкивает и пугает. Двоякое чувство поселилось внутри: вроде бы обещает безопасность и выглядит надёжным, но страх не проходит…
– Не надо… сама… – вышла из машины, обойдя мощную фигуру Руслана.
– Маша, я не враг тебе, – он резко перехватил меня за талию, прижимая к себе. Спиной упёрлась в твёрдую мужскую грудь, а по коже дрожь пробежала, когда горячие ладони коснулись моего живота – даже через ткань футболки ощущается жар могучего тела.
– Пусти! – вцепилась в его пальцы.
– Не бойся, ничего тебе не сделаю, – прошептал в ухо, вызывая своим обжигающим дыханием волну мурашек. И никак не реагирует на мою попытку вырваться.
«Легко сказать: не бойся» – после пережитого ужаса во всём вижу обман и подвох, а больше всего опасаюсь повторения истории.
– Не трогай меня… – снова дёрнулась, да только крепко держит и не собирается отпускать.
– Маша, успокойся, – голос звучит игриво.
«Он что – смеётся?!».
Оборачиваюсь на него. И, правда, улыбается, как ненормальный. Как это понимать? Такое поведение удивляет…
Руслан переместил одну руку на мой подбородок, повернул лицо в свою сторону, заставляя смотреть в глаза, а я заметила, что у них есть зеленоватый оттенок, словно серо-голубой фон присыпали изумрудной пылью.
– Мы должны выглядеть парой, не вызвать подозрений и не привлекать внимания, поэтому веди себя легко, естественно и перестань дёргаться, – он невесомо провёл пальцем по моим губам.
– Хорошо, только не прикасайся ко мне, – внутри всё сжалось в тугой узел от противного ощущения. И подсознательно жду, что применит грубость, причинит боль, ведь другого отношения не видела.
Он, конечно, не прислушался к просьбе. Ухватив мою руку, повёл за собой. Я лишь успевала перебирать ногами.
Сняв номер и заказав еду, мы расположились за столиком возле окна. Вести разговоры не хотела, хотя Руслан прав: чем меньше людей запомнят нас – тем лучше. И раз уж так получилось, что приняла его помощь, то почему бы не познакомиться.
– Чего так смотришь? – он нахмурился, взглянув исподлобья.
Кажется, я снова «зависла» ненадолго, пока думала, как начать, о чём спросить в первую очередь… Вопросов в голове крутится миллион и маленькая тележка. Интересует всё.
– Ешь, давай. Ты сильно похудела, раньше ключица так не выделялась, черты лица тоже заострились.
«Ничего себе наблюдение…» – но именно это замечание навело на мысли, что он очень хорошо знает меня, словно изучал давно, причём со стороны, ведь мы с ним не так часто пересекались и никогда не общались… и это пугает ещё больше…
Как это назвать?
2.2
Руслан
Одержимость… То, что творится в моей душе и мыслях называется именно так: зависимость и острая потребность в единственной женщине, когда чувствуешь предназначенность именно тебе. Давно болен ею… И отказываться от неё не собираюсь, сделаю всё, но она полюбит меня, скажет «да» – во всех смыслах.
Никогда не забуду тот день, когда впервые её увидел. Двадцатилетняя девчонка, лучезарная, улыбчивая, жизнерадостная, с сияющими дымчатыми глазами…
Помнит ли, как мы столкнулись в дверях? Маша торопилась и буквально врезалась в мою грудь, ударившись лбом – только успел подхватить на руки, чтоб не упала. А когда она виновато посмотрела, меня прошибло до самого нутра от одного её взгляда, пронзило молнией, и я поплыл – поплыл, как мальчишка, не знавший женского внимания прежде. Никогда не испытывал хоть что-то похожее. И не думал, что так бывает, что это коснётся меня.
Влюбиться? Так сразу? Я, конечно, не чёрствый и не считал себя бесчувственным, но ни одна женщина не трогала мою душу раньше, не задевала за живое… а тут…
Хуже всего другой момент: без труда понял, кто она такая, обломавшись по всем пунктам мгновенно, потеряв возможность добиваться понравившейся девушки. Несмотря на долгое отсутствие по важному заданию, я уже слышал о женитьбе босса на племяннице прямого конкурента, бизнес которого он технично прогибал под себя, а Маша стала финальным призом, козырем в изощрённой игре, как единственная наследница своего дяди, который по «удивительному» совпадению вскоре умер.
Если бы она только знала, каким образом попала в грязные лапы Константина… Я тоже был не в курсе грандиозных планов (он посвящает далеко не во всё). Маша находилась вне поля его интересов до поры до времени…
Хотя перед собой нужно быть честным: окажись на её месте другая девушка – мне было бы без разницы и абсолютно плевать на дальнейшую судьбу, нашёл бы и отвез к мужу, ведь это, по сути, не моё дело. Я всего лишь исполнитель, ищейка, безопасник. Эмоции в данном случае мешают, а для профи – вовсе недоступная роскошь, только холодный разум и точный расчёт.
Так было бы…
Но всё пошло по иному сценарию, ещё тогда, когда полюбил чужую женщину. Теперь свой шанс не упущу. Ждал более трёх лет этого дня. До сих пор не верится, что Маша рядом. И неважно, в каком статусе. Стану для неё всем…
…Мы зашли в номер. По привычке я внимательно осмотрел каждый угол. В том числе выглянул из окна, отмечая для себя возможные пути отступления – чисто автоматически, для собственного комфорта и спокойствия.
В остальном: в небольшой комнате стоят две односпальные кровати, пара стульев, стол со стандартным набором «графин/стаканы» и старый телевизор на покосившейся тумбе – вот и весь антураж придорожного мотеля. А в смежном помещении имеется душ и туалет – это не может не радовать, хоть удобства не в общем коридоре. Впрочем, здесь вполне чисто и пахнет свежим бельём.
«Спать очень хочется».
– Проходи, – оборачиваюсь на Машу.
Она переминается с ноги на ногу, не решаясь сдвинуться с места. И судя по тому, как её глаза лихорадочно бегают, боится оставаться со мной в одном номере. Неужели думает, приставать начну? О близости мечтаю, конечно, только не в таком качестве. Принуждение – не тот вариант. Ошибки недопустимы. Один неверный шаг и никогда не сможет доверять – навсегда потеряю.
«И так не верит…» – напомнил себе, стараясь подобрать правильную тактику поведения. На первом этапе нужно избавить её от страхов, а дальше – постепенно добиваться расположения настоящими мужскими поступками, доказывая бережным отношением, что она достойна лучшего, создана для любви.
Для меня.
– Я не трону тебя – не бойся, – надеюсь, мои слова звучат искренне, всё-таки преследую свои цели, и голос может выдавать, но до насилия не опущусь, а это очень знакомо Маше.
Она кивнула, потом прошла в комнату. Присела на краешек стула, как будто выгонят – поза напряжённая.
«Да, нужно дать ей ощущение уверенности и защиты, окружить заботой» – а для этого позволить узнать меня. Ещё раньше, пока ужинали, заметил интерес в серых глазах. Показалось, хочет что-то спросить, но почему-то передумала, и без аппетита ковырялась в тарелке, изредка бросая в мою сторону странные взгляды.
– Желаешь освежиться? – прислонившись плечом к стене, наблюдаю за ней. – Могу дать свою футболку, другой одежды всё равно пока нет, и так удобнее будет спать.
– Да… – отвечает дрожащим голосом, обняв себя руками. – Не откажусь.
Порывшись в рюкзаке, нашёл чистую майку и протянул Маше. Она посмотрела снизу вверх, улыбнувшись уголком чувственных губ. А я попался на крючок мгновенно – с ума схожу от понимания, что мы находимся наедине, что моя мечта рядом…
Не удержался всё-таки… Присел возле неё на корточки, чтоб снять поочерёдно кроссовки – смешного крохотного размера, словно детские или кукольные.
– Что ты делаешь..? – она упёрлась в мои плечи.
– Администратор сказала: в номере сделан «теплый пол». Сейчас включу. Босыми ступнями приятно будет ходить… ты устала… – тем временем я успел снять носочки. И на этом тоже не остановился – стал растирать маленькие ножки, которые оказались прохладными.
Уже собирался поцеловать пальчики, как…
– Руслан..! – Маша оттолкнула меня со всей силы, хотя я даже не пошатнулся. Зато по голове как кувалдой долбанули, приводя в чувства, когда сообразил: опять нарушаю личное пространство, на что разрешения не получал.
«Мозг отключается, и теряю контроль от пьянящей близости любимой женщины» – слабое оправдание, конечно… Но снова дал себе установку набраться терпения.
– Прости…
Схватив майку, она скрылась в душе. Находилась там минут десять. А как только вернулась, молча легла спать, завернувшись в тонкое одеяло с головой.
Я последовал тому же примеру…
…Среди ночи услышал тихий жалобный плач. Не сразу понял, что происходит. Лишь когда звук усилился, почти становясь криком, до меня, наконец, дошло…
Резко открыл глаза, срываясь к соседней кровати. И стал интенсивно похлопывать и пощипывать Машу по щекам. Только она никак не реагировала, продолжая метаться в постели – разбудить не получалось. Ничего лучше на ум не пришло в этот момент, чем лечь рядом с ней и крепко прижать к себе.
Маша сначала дёргалась, охваченная кошмаром, но постепенно успокоилась и обмякла, устроившись головой на моей груди. Она так и не проснулась.
Слушая её размеренное дыхание и перебирая светлые волосы, поймал себя на мысли: мне всегда было больно любить Машу, зная, что принадлежит другому мужчине, сейчас же я ощущаю, как в душе появляется лёгкость, словно невидимые путы лопаются и исчезают…
3.1
Ева-Мария
Весь месяц после побега снятся кошмары, где муж неизменно избивает до полуобморочного состояния. Происходящее там настолько реалистично, что испытываю все ощущения наяву, всегда просыпаясь в холодном поту, с ноющей болью в груди – обессиленная, опустошённая и эмоционально, и физически, как будто выпотрошили. Даже во снах не покидает пережитый ужас – преследует, терзает и выматывает…
А самый трагичный эпизод жизни не забудется никогда…
…Намотав мои волосы на руку, Костя тащил меня по полу в спальню, чтоб продолжить пытки… Тащил, потому что я не могла подняться на ноги. Тело нещадно ломило, не слушалось после побоев, а низ живота подозрительно тянуло. Умоляла мужа отпустить и не мучить – хотя бы ради нашего малыша, но он не обращал внимания на слёзы и просьбы. Беременность его не остановила от издевательств… А потом я попала с кровотечением в больницу и, как результат, потеряла ребёнка… Помимо этого у меня зафиксировали множественные гематомы, сотрясение и перелом двух рёбер. Восстанавливалась больше месяца. И всё, чего хотела – сдохнуть… Костя, конечно, заплатил за молчание всем: от прислуги и охраны в доме до врачей и младшего медперсонала…
Теперь всё это снится, возвращая меня обратно в ад, в котором находилась долгие три года…
Эта ночь не стала исключением… очередной высасывающий силы кошмар…
Но в какой-то момент я ощутила, как меня окружает тепло – нежное, ласковое, укутывающее, словно мягкое пушистое одеяло. Впервые за последнее время прогнала жуткое сновидение, смогла расслабиться, успокоиться и дальше спать. Так хорошо, уютно никогда не было, а главное – чувствовала себя под надежной защитой, обещающей, что больно больше не будет…
…Я проснулась, хотя глаза не спешила открывать, продолжая наслаждаться подаренной негой. В теле поселились приятные ощущения, как после массажа – не хочется, чтобы это заканчивалось, понежиться бы ещё…
Чуть ли не мурлычу: растеклась лужицей и тащусь…
«М-м-м… а как пахнет… такой потрясающий аромат щекочет ноздри: насыщенный, мускусный, пряный, с нотками корицы, горького шоколада, коры дерева, оттенённый свежестью цитрусовых» – потёрлась щекой, жадно вдыхая.
Кайф… хоть ложкой ешь…
И тепло по-прежнему со мной, даже стало душновато и обжигающе жарко, будто на раскалённом от солнца камне лежу… А ещё что-то тяжёлое придавило затылок и поясницу.
Медленно открыв глаза, увидела покрытую волосами мощную грудь, выпуклые мышцы…
«Только не это…».
– Руслан..? – я дёрнулась, когда, наконец, поняла, кто был рядом всю ночь, кто дарил ласковое тепло, кто смог вырвать из объятий кошмара, защитить и убаюкать…
От резкого жеста он тоже проснулся.
– Т-ш-ш… – ухватив меня за плечи, не позволил отстраниться и потянул на себя.
– Нет..! – в голове мгновенно вспыхнули кадры изнасилований, с Костей в главной роли. Если сейчас случится то же самое… даже отпор дать не смогу… Кто я по сравнению с ним? – слабая девушка…
– Не кричи… – закрыл мой рот огромной ладонью, перевернул меня на спину, нависая сверху и придавливая тяжестью своего тела, и быстро заговорил: – Я ничего тебе не сделаю. Ты плакала во сне. Пытался разбудить, но никак не получалось, а стоило обнять – успокоилась. Не бойся.
«Похоже на правду…» – внутренние ощущения совпадают с тем, что слышу. Благодаря Руслану я выспалась – первый раз за месяц. Глупо отрицать очевидное.
Поэтому кивнула в ответ, соглашаясь.
– Кричать точно не станешь? – спросил, изогнув широкую бровь, и, по-моему, слегка улыбнулся, из-за густой бороды непонятно.
Отрицательно помотала головой.
– Хорошо… – он убрал руку, а вот отпускать не торопился. И снова посмотрел так, словно собирается съесть: хищный взгляд, глаза в глаза, бросающий в дрожь и пугающий одновременно… А от мыслей, что этот мужчина хочет меня, как женщину – вдвойне не по себе становится.
«Нет, нет и нет!».
Мало того что я без трусиков, которые вчера постирала за неимением возможности сменить бельё, так ещё майка задралась практически до талии, а в бедро упирается возбуждённый мужской «прибор», подтверждая мои опасения. И такой же большой, как его обладатель – ткань боксеров не скрывает ничего…
