Текст книги "Миссия К.А.I. (СИ)"

Автор книги: Инна Сирин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 9 страниц)

Новое начало

Ифань тяжело разлепил веки. Свет был неяркий и непривычный. Сквозь пелену он разглядел серый потолок с квадратными светильниками. Пахло химическими веществами. Отключался он определённо в других условиях. Ифань попытался поднять голову, но не удалось. Подвигал руками, оказалось, что они привязаны ремнями к кушетке. Значит, он больше не в капсуле для гибернации. И всё ещё жив. Ноги тоже привязаны. Он прислушался к своему организму. Сердце работало без сбоев, равномерно качая ритм. Все части тела ощущались на месте. Зрение прояснилось и он смог рассмотреть простую палату, проведённые к его рукам катетеры, расслышал тихое пищание датчиков.

Вдруг свет стал немного ярче, а в замке двери заскрипел ключ. Вошёл мужчина в белом халате, проверил датчики и присел рядом.

– Ну здравствуй, брат.

Чунмён несильно пожал его руку и улыбнулся.

– Я всё-таки умер? – дрожащим голосом спросил Ифань.

– Нет. Пока нет. И надеюсь, умрешь не скоро. Мы заменили твоё сердце. Там еще печень барахлила, так что её тоже.

– Проект?

– С ним всё хорошо. Чен и Кай справились с миссией. Мы уже строим планетарное кольцо.

– Сколько я был в отключке?

– В гибернации 5 месяцев. Она отлично сработала. Затем месяц потребовался на согласование и пересадку органов. С операции прошла неделя и вот ты очнулся.

– Полгода значит. Ты всё организовал?

– Да.

– И что теперь? – Ифань выразительно потряс руками, указывая на ремни.

– Ах, это. Сейчас сниму. – Чунмён неторопливо отстёгивал ремни и говорил. – После пересадки органов было нужно, чтобы ты подольше лежал без движения, чтобы всё прижилось. Даже случайное рефлекторное движение или взмах могли навредить тебе. Бионика далеко не совершенна.

– То есть меня не казнят? – уточнил Ифань, пока ещё плохо понимая, что происходит.

– Нет. Больше этой угрозы нет, – улыбнулся ему профессор.

– И как же так вышло? Я ведь столько законов нарушил, что вообще не должен был прийти в себя сегодня.

– На самом деле многое изменилось, брат. Сперва опасность существовала. Но нам удалось доказать правительству, что ты лишь выполнял обязательства по контракту и не более.

– Я много лет прятал Кая.

– В прошлом. Сейчас он уже взрослый и сам решает, как ему жить.

– Что ж, это верно. Я рад тебя видеть.

– Я тоже рад тебя видеть, – снова улыбнулся Чунмён.

– Я думал, после всего ты не захочешь со мной разговаривать.

– Что было, то было. Позже я размышлял и пришёл к выводу, что так даже лучше. Профессор Ким был прав, вряд ли тогда всё получилось бы.

– Почему ты так решил?

– Видел бы ты день прибытия ребят и восстание на станции, а потом мы долго договаривались друг с другом. Нас всех казнить сразу хотели, понадобились все знания, выдержка и дипломатия, чтобы переубедить руководство. Но решающим фактором стало то, что накрылась наша оранжерея и выбора просто не осталось. Ты всё самое интересное пропустил.

– Да уж, не скучно вам было.

– Ещё веселее стало позже, когда надо было договариваться с остальными станциями. Мы чуть не вступили в войну. К счастью, обошлось. Правда не без жертв.

– Всё интереснее и интереснее. А что мисс Чу? Она... Пережила перелёт?

– Я тебе больше скажу, она нашла себе ухажёра и теперь ждёт котят.

– Вот это совсем фантастика, – ухмыльнулся Ифань. – А где она сейчас?

– Живёт с Мином в его клетушке. Парень сказал, что до твоего возвращения о её судьбе даже разговаривать не будет.

– Молодец, мальчишка. Неловко как-то. Говорим с тобой, как старые друзья, хотя расстались как враги.

– У нас с тобой было много времени подумать о случившемся. Знаешь, когда уходят все, кого ты знал, ты чувствуешь себя одиноким, несмотря на окружение сотен других людей. Будто твоя жизнь кончилась. Думаю, тебе тоже пришлось испытать подобное. Я давно тебя понял и простил. Надеюсь, ты меня тоже.

– Мы просто были на разных сторонах барикад, каждый выполнял свои задачи. Я никогда не таил на тебя обиды, – Ифань посмотрел младшему брату в глаза. – Я знал, что нарушаю закон и знал, что лишаю человечество последней надежды, и какая меня ждёт ответственность прекрасно понимал. Ты же напротив, закон соблюдал и требовал того же от меня. Но да, я был предан Киму и не смог...

– И не надо больше думать об этом, – примирительно сказал Чунмён. – Может помиримся уже? – он по-мальчишески озорно ухмыльнулся. Как в старые добрые времена, когда они подростками бегали по Земле.

– Конечно. Спасибо тебе. За всё. Особенно за то, что выжил.

Мужчины пожали друг другу руки.

– Знаешь, годы спустя я жалел только о том, что не мог извиниться за все те злые слова, которые сказал тебе, за свои обвинения. Даже если бы моё мнение о твоём поступке не изменилось, я бы не хотел умирать, не примирившись.

– Но у нас появился такой шанс. Я тоже хотел извиниться, что был груб и не стал даже пытаться объясниться с тобой.

– Прямо как в детстве, – хмыкнул Чунмён.

Когда-то давно отец Ифаня женился второй раз, мальчику тогда было 5 лет. И скоро у него появился брат. Ифань ненавидел мачеху, хотя она была доброй женщиной и искренне о нём заботилась. Он ревновал отца к новой семье и новому ребёнку. Даже братом отказывался Чунмёна называть. Всё детство они ссорились и дрались. Только в позднем пубертате нашли общее, объединились против общего врага. Тогда они почувствовали себя братьями и наконец подружились. Юноши выбрали для себя разные карьеры, но судьба снова их свела. Ифань устроился личным охранником к профессору Киму, а тот в свою очередь, работал с несколькими своими учениками, в число которых входил Чунмён.

Когда с профессором разразился скандал, Чунмён пытался через Ифаня повлиять на него, но брат оказался слишком предан своему нанимателю. Они поругались и это был их последний разговор перед долгой разлукой.

– Расскажешь мне подробности? – спросил Ифань.

– На это уйдёт весь день. А у меня еще много работы. Давай я сейчас введу тебе растворы для бодрости и мы пойдём вместе? Встретимся с ребятами, я покажу тебе фронт работ и попутно буду рассказывать о том, что ты пропустил.

– А мне нравится эта идея. А то лёжа здесь, чувствую себя старпёром.

– Мы с тобой и есть старпёры, брат, – Чунмён искренне засмеялся. – Нам уже по две сотни лет. Нормальные люди столько не живут.

🚀

Фронт работ действительно внушал. Сквозь смотровой иллюминатор Ифань увидел несколько огромных космических станций. За годы, что он прятался от правосудия, путешествовать не доводилось и о станциях он знал лишь по рассказам своих подопечных и их фотографиям. Теперь представилась возможность почсотреть самому. На станциях велась активная работа: часть отсеков разбиралась и распиливалась прямо в воздухе, некоторые буксировали к твёрдой планете, иные приваривали к другим частям корпусов, формируя планетарное кольцо. По коридорам сновали незнакомые люди, преимущественно их с Чунмёном нации. Группками ходили военные и охранники, пробегали инженеры с инструментами. Жизнь кипела, а воздух полнился надеждой.

На самой планете тоже что-то происходило.

– Пойдем покажу камеры и телескоп. Отсюда не увидишь.

Чунмён отвёл его на капитанский мостик, включил компьютер и настроил телескоп.

– Смотри.

Ифань склонился к устройству и прижался глазом к объективу. На новой Земле уже установили одну базу и собирали вторую. Онр пока не функционировали, но внешне выглядели готовыми. Но и сейчас там работали сварщики и механики в скафандрах.

– Это вы за полгода так расстарались?

– За два месяца.

– Ты верно шутишь?

– Нисколько. Простой народ очень воодушевился, узнав о перспективах. Кое-где даже случились восстания, когда руководство отказалось участвовать. Е мнению простых работяг они прислушались. И сейчас совершают рекорды.

– По другому и не назовёшь, – Ифань даже присвистнул, оценив обьем работ и их скорость.

– А теперь посмотри туда, – Чунмён повернул телескоп, и полковник разглядел ледяные астероиды, один из которых удерживал клещами непривычного вида космический корабль.

– Чен спроектировал эту штуку и сперва наши пилоты боялись её трогать, но твой подопечный вызвался быть первым. И как видишь, у него неплохо выходит.

– Это Кай пилотирует?

– Конечно. Он сообщил нашему командованию, что умеет пилотировать все виды космолётов.

– Чёртов хвастун! Уши ему надеру.

– Но он и правда хорошо справляется.

– Он соврал. Но правда в том, что парень быстро учится, даже если делает что-то впервые. А как вы решили вопрос с его статусом? Он ведь был объявлен в розыск.

– Доказали его полезность и он сам хорошо себя представляет как специалист. В конце концов он единственный с чипом в руке.

– Профессор Ким так и говорил. Что для Кая это страховка от смерти.

– Не буду врать, что этот факт действительно спас ему жизнь.

– Думаю, он уже достаточно взрослый и в моей опеке больше не нуждается, – задумчиво произнёс Ифань.

– Да. Я тоже склоняюсь к такому выводу.

– О чём ты?

– Когда меня сделали биороидом, я решил, что буду жить только до реализации проекта. А потом не буду тратить ни чужое время ни столь драгоценные ресурсы для поддержания моего существования.

– Грустно звучит.

– И всё же, мне это кажется правильным. Всему, что знал и умел, я научил уже несколько поколений, написал много статей. Во мне уже нет такой необходимости, особенно когда проект завершат. Чен и другие инженеры достаточно талантливы, чтобы справиться. А сам я очень устал. Все эти переживания и нагрузки, постоянная ответственность, страх за моих учеников...

– Кажется я тебя понимаю. Правда мне приходилось волноваться только за двоих. Но ты уверен? И как хочешь это осуществить?

– Просто перестану делать инъекции и позволю органам отказать. Может быть мозг откажет первым, а может тело позволит мне почувствовать, что такое смерть.

– И тебе не страшно?

– Когда-то было, но больше нет. Скорее интересно. А ты?

– Я слишком долго был в изоляции, прятался от властей и почти не покидал свой отель. Посетители были редкими и проверенными, так что ч бы еще не отказался посмотреть мир и что получится с этой новой планетой. Но мне будет тебя не хватать.

Чунмён грустно улыбнулся.

🛰️

2 года спустя.

Юми торопливо шла по коридору земной базы, так сосредоточенно просматривая данные на экране планшета, что не заметила идущего навстречу человека. А он тоже увлечённо разглядывал что-то в своих руках. Столкновение было неизбежно.

– Ай! Смотри, куда... Ой, это ты?

– Я. Что, я не достоин твоей ругани?

– Да нет, просто я думала, что это кто-то другой.

– Обращайся со мной, как все, ладно?

– Но ты же босс.

– Я ещё и человек.

– Ой, а что это так аппетитно пахнет?

– Хлеб. Из нашего первого урожая. Меня только что угостили в пекарне. Хочешь попробовать?

– С удовольствием! Только давай не в коридоре? Пойдем, я знаю удобное место.

Девушка взяла его за руку и потащила за собой через сеть коридоров, пока они не оказались в зале совещаний. Здесь имелось большое сферическое окно от потолка до пола, через которое отлично просматривались окрестности. А благодаря особой конструкции полусферы и вшитым в неё датчикам, угол обзора был гораздо шире, чем при плоской конструкции.

Сейчас солнце уже село и на небе светили звезды. По поверхности ехал запоздалый планетоход, которому следовало вернуться на базу до заката. Из окна хорошо просматривалось завершённое планетарное кольцо, вдоль граней которого уже виднелись первые зачатки будущей атмосферы. Запущенная полгода назад гравитация уже притянула часть газов и пыли из космоса, настраивалась магнитосфера. Неделю назад заработали первые вулканы, часть из которых была спровоцирована реактивами. Они находились далеко от станций, но выдавали свою порцию "ингредиентов" в этот космический суп.

Когда сформируется первая тонкая плёнка вокруг планеты, люди начнут формировать океаны в имеющихся глубоких впадинах. И одновременно поселят первые бактерии, а за ними и первые выносливые растения. А позже начнется заселение животными и насекомыми. С появлением биосферы атмосфера планеты изменится за счёт газообмена с водой, растениями, животными и продуктами их разложения в почвах и болотах.

Чен уговорил комиссию по заселению первыми выпустить на поверхность тараканов, как когда-то в древности Ной выпустил голубя после потопа. Тараканы давно доказали свою живучесть и выносливость, выживаемость практически в любой агрессивной среде. Так что этот выбор был вполне обоснован. Если тараканы приживутся, то и у людей всё получится со временем. Стоило представить, сколько всего их ещё ждёт, у Юми начинала кружиться голова.

– Ну что, пробуем? – девушка нетерпеливо потёрла ладошки.

Чен отломил ей половину булочки и откусил от своей.

– Необычно. Но вкусно. Не похоже на нашу еду.

– Хочу поскорее попробовать рис, но мы к нему пока не готовы технически. Нужно много воды для посева.

– Порой мне кажется, что ты пытаешься всё контролировать. На тебе и ведение проекта, и обеспечение материалами и даже еда, – она указала на бейдж на его груди с надписью "руководитель проекта K.A.I", а затем сжала рукой оставшийся кусочек булочки.

– Мне так привычнее. Если помнишь, я раньше заведовал оранжереей.

– И всё же, мне кажется, профессор Мён слишком много на тебя возложил.

– Он утверждает, что слишком стар, чтобы тянуть всё самому.

– А ты не думал взять себе помощника?

– Древние говорили, если хочешь сделать что-то хорошо, делай сам.

– Будь ты биороидом, я бы согласилась.

Он засмеялся.

– Если честно, мне это нравится. В оранжерее у меня не было столько возможностей. Я часто упирался в стену, понимая, что больше не могу ничего сделать. Не могу помочь даже себе, не говоря уже о других. Когда я принёс профессору очередной план перестройки, то честно признался, что всё это – пустая трата ресурсов. А теперь у нас есть планета и самый крутой в истории корабль – хранилище! Да, мы не сможем восстановить всё на 💯, но нам и не нужно. Достаточно просто сделать эту планету обитаемой и потом её не угробить. Мне кажется третьего шанса у нас не будет. И за свою жизнь, довольно короткую для такого огромного проекта, я хочу успеть сделать как можно больше полезного, чтобы потомкам не пришлось так мучиться.

– Но у тебя совсем не остается времени на себя, на личное.

– Всегда приходится чем-то жертвовать.

Юми вдруг резко подалась к нему и прижалась губами к губам. Его глаза округлились от удивления, что смутило девушку и она сразу потупилась.

– Что это было? – только и смог выжать из себя шокированный парень.

– П...прости, – пробормотала девушка, не поднимая глаз, а потом затараторила сбиваясь. – Просто я думала, что нравлюсь тебе хоть немного. Ты меня со школы не замечал, но когда было восстание, мне показалось, что заметил. Между нами что-то пробежало. Но ты так занят, и я подумала, ну...

– Юми.

– Прости, пожалуйста.

– Юми, посмотри на меня.

– Что? – она вскинулась, как испуганная птичка.

– Ты мне нравишься. Но я не могу ничего тебе дать. Я планирую работать до своей смерти и то этого будет недостаточно. Личная жизнь это наверное хорошо, но я не смогу стать хорошим парнем или заботливым мужем.

– Да мне ведь много и не нужно. Я просто хочу немножко твоего внимания. Посидеть, как сейчас, поговорить, может прикасаться. Я совсем не требовательная, не ревнивая. Не буду приставать и ставить ультиматумы. Пойми, я ведь со школы только тебя...

Он прервал её сбивчивый монолог поцелуем, подсел ближе и обнял пальцами за шею. А когда поцелуй кончился, сказал:

– Я бы хотел, чтобы ты выбрала кого-то получше, создала семью. Ты заслуживаешь лучшего отношения, чем я могу предложить.

– Зачем эти бесполезные фразочки из прошлого? Мы живём в другом мире и правила можем устанавливать свои. Давай, я сама решу, чего заслуживаю и как это реализовать.

– Прагматично, – улыбнулся Чен и снова завладел её губами.

– Мы можем даже не афишировать, если хочешь, – сказала Юми парой минут спустя. – Мне хватит и вот таких моментов.

– Ну нет. Может я не могу ничего обещать, но не хочу заставлять тебя скрываться. Только давай договоримся, если ты встретишь кого-то, с кем тебе будет лучше, ты мне сразу скажешь. Хорошо?

– Хорошо. Раз мы не будем скрываться, давай завтра вместе сходим на вечеринку?

– Вечеринку?

– Да. Знаю, ты был очень занят эти два года и совсем не отдыхал, но если будешь так продолжать, рискуешь выгореть. Тебе надо хоть иногда расслабляться.

– Ну хорошо. Пару часов я точно смогу выделить.

– Вот и отлично.

Следующим вечером Юми привела на другую базу, где в столовой гремела музыка, откуда-то из закромов достали старинный зеркальный диско-шар, повсюду танцевали и пили пиво или коктейли. Среди присутствующих Чен разглядел Мина на танцполе. Тот зажигал с красивой фигуристой девушкой. Она так откровенно тёрлась о него, что у Чена мгновенно лицо вспыхнуло. Но кажется пилот был совсем не против и отвечал ей тем же. За два года, что они работали вместе, Чен с Каем успели стать настоящими друзьями, но Мин в жизни капитана по-прежнему занимал особенное место. Сам Кай обнаружился за барной стойкой, окружённый группкой девушек, проявлявших к нему немалый интерес. Он отвечал на их реплики, много улыбался, прикасался к ним, а одну даже обнял и усадил себе на колени. Остальные завистливо ахнули.

– Мой друг времени не теряет, – сказал Чен, на что Юми только хмыкнула.

– В отличие от тебя, у него больше свободного времени и меньше амбиций. Пиво?

– Не откажусь. И часто ты бываешь на таких тусовках?

– Иногда забегаю с девочками, чтобы развеяться и поболтать. Это профессор Мён придумал, он рассказывал, что так когда-то в старину на Земле развлекались. А нам понравилась идея и формат. К слову, моя лучшая подруга сейчас танцует с Мином. Кажется, у них всё серьёзно.

– И давно?

– Считай уже месяцев шесть неразлучны. Но мне кажется они хорошая пара.

– Смотрю все вокруг пары создают, один я – лох.

– Со вчерашнего дня нет, – улыбнулась девушка и положила голову ему на плечо.

– Привет, голубки, – рядом материализовался Кай. – Что, малышка, помог тебе мой совет?

– Дааа, – расплылась в улыбке Юми. – Спасибо тебе.

– То то же. А то этот трудоголик никогда бы не сподобился.

– Не говорите так, словно меня тут нет, – обиделся Чен.

– Ты сделала так, как я учил? – продолжал дразниться Кай, а Юми вдруг зарделась.

– Чему учил? Как учил? Ты что, приставал к моей девушке? – всполошился Чен, хмурясь.

– Да успокойся ты! – засмеялся капитан. – Не трогал я твою ненаглядную. Но надо проверить, насколько ты осознал серьезность ситуации.

– Мы говорили и всё решили, – ответил Чен, обнимая Юми за плечи.

– Ну если поговорили... И раз решили, тогда мне беспокоиться не о чем. Если что, малышка, ты знаешь, где меня искать, – он подмигнул девушке, хлопнул по плечу Чена, выпятившего грудь, словно петух перед дракой, и удалился к своим обожательницам.

– Это что сейчас было?

– Чен, ты так сосредоточен на работе, что совсем жизни не замечаешь. Даже шуток не понимаешь.

– Всё я понимаю. Он точно к тебе не приставал?

– А вы точно с ним друзья?

– Ну да, просто Кай, он же такой...

– Красивый?

– Харизматичный?

– Да.

– Сексуальный?

– Юми!

Девушка захохотала и повисла на его шее.

– Да успокойся ты. Я же сказала, что со школы никого кроме тебя не замечала. Да, он такой, какой есть. Но мне нужен только ты.

Позже, когда они выпили, потанцевали и пообщались с подругами Юми, Чен провожал её в комнату, что находилась в самом конце коридора. И согласился зайти посмотреть, как она живёт. А вышел оттуда только утром, проспав на работу.

Чен

Эпилог

Еще 2 года спустя.

Профессор Мён стоял на контрольном мостике своего сектора планетарного кольца. Неподалёку пристыковывался космолёт с зажатым в клещах ледяным астероидом. Мён проверил записи – пилотировал его Кай. Профессор улыбнулся. Ему нравилось наблюдать, как взращённые им птенцы вылетали из под его крыла и трудились самостоятельно. Каждому нашлось место и они не потеряли еще ни одного человека с запуска проекта. А Кай так и вовсе втянулся в дело, хотя, со слов Чена, изначально оставаться не собирался. Но профессор замечал, что его держит здесь что-то ещё.

Несколько минут спустя в железную дверь постучали.

– Разрешите, профессор?

– Заходи, Кай. Я рассчитывал, что ты подойдёшь ко мне.

– Да. Можно было по связи уточнить, но что-то я засиделся за штурвалом.

– Немудрено. У тебя сейчас работы невпроворот. А потом еще курсы, да?

– Да. Оказалось, у вас тут много желающих учиться на пилота и почему-то им хочется учиться у меня.

– Это всё твоя харизма, – хохотнул Мён. – Плюс твой уникальный опыт побега от копов на сверхскоростях.

– Ну да, ну да. Только у меня ещё дежурство сегодня вечернее, не знаю, как успеть.

– Дежурство?

– Сдуру пообещал Чену и Юми, что присмотрю за их малышкой, чтобы они смогли перед вторыми родами побыть немного наедине. А она из всех только со мной согласна остаться.

– Дети тебя любят. Помню, Чен вообще не собирался семью заводить. Надо бы их навестить, а то мне всё некогда.

– Он отличный отец.

– А ты? Нашёл себе пару? Сейчас, когда проект движется семимильными шагами, я замечаю, что многие создают пары и рожают детей. Это хорошо.

– А как же перенаселение? Законы станций и вот это вот всё.

– Надеюсь, теперь оно нам больше не грозит. А законы подстраиваются под переменчивое время. Кроме того, такая тенденция говорит о том, что люди уверены в удачном будущем. А дети еще больше их мотивируют и не дадут бросить начатое.

– Если бы Чен ещё проще относился к этому, но ему же надо, чтобы всё было идеально.

– Если бы Чен был другим, у нас бы ничего не вышло, – грустно улыбнулся профессор. – Мы еще ограничены в ресурсах, но уже не так сильно, с водой у нас теперь и вовсе нет проблем. Вон, почти создали первый океан. Перспективы хорошие, атмосфера уже потихоньку образуется. Всё же твой дед был гений, опередил и своё время и доступные нам в конце 21 века технологии.

Мён заметил, как парень напрягся при упоминании деда. Хотя он уже давно смирился с обстоятельствами и даже говорил, что простил его, при упоминании профессора Кима его по-прежнему триггерило.

– Так а ты с каким вопросом то? – решил сменить тему профессор.

– А, ну да. В общем, когда тащил сюда эту глыбу, заметил, как на западе формировались облака. Но вам наверное уже сообщили.

– Нет, пока еще нет.

– А впрочем, облака не в их зоне видимости и там яркое закатное солнце сейчас. Могли не заметить.

– Думаешь, дождевые?

– Ну они такие серые и пушистые.

– Да, похоже на дождевые. Большой объём?

– Километров 5 точно. Я подумал, если это первый дождь и он идёт как раз в сторону океана, может пока не будем плавить туда эту глыбу? Посмотрим, как себя поведёт вода из туч?

– Что ж, можно попробовать. Хотя я сомневаюсь, что там достаточно воды. Но посоветуюсь с климатологами. К слову, как тебе вид сверху на Новую Землю?

– Что ж, сравнивать я могу только с фотографиями, но впечатляет. Когда мы летали к Марсу, он тоже внушал, но мы то знали, что там всё мертво. А тут другие чувства.

– Наш дом.

– Да, вроде этих.

Пилот хотел сказать что-то ещё, но его внимание отвлекла суета в коридоре. За стеклянной дверью было видно, как высокая девушка с планшетом в руках идёт по длинному переходу, а за ней стайкой вьются мужчины. И ведь девушка видная, привлекательная, крупные черты лица, говорившие о смешении нескольких рас в её крови, густые черные волосы стянуты в тугой узел, строгий комбинезон, не оставляющий пространства для фантазии. Можно было бы предположить, что это поклонники увиваются за местной звездой, если не знать, что эта девушка была выбрана руководителем планетарного кольца, лет ей уже за 30 и характер такой, что многих мужчин рядом с ней плющит от чувства собственной неполноценности. Госпожа Ли обращала на кого-то внимание только тогда, когда считала это необходимым. А так ей можно было вести курсы профессионального игнора.

Профессор с удивлением наблюдал, как Кай прилип к ней взглядом и буравит, будто хочет дыру в ней проделать. Ну или просто ждёт, чтобы она его заметила. Интересно.

– Не по рыбаку рыбка, – прокомментировал Чунмён.

– С чего это?

– Госпожа Ли мужиками закусывает.

– Она по девушкам?

– Она спит со своей работой и замужем за своим планшетом.

– Тем интереснее, – парировал Кай, не отводя от начальницы взгляда.

– Ох, не совался бы туда, откуда не будет выхода. Вокруг тебя ведь постоянно девушки увиваются. Что с ними не так?

– То, что они увиваются.

– А тебе обязательно нужна недоступная крепость? Но с госпожой Ли ты провалишься. Она похуже крепости будет.

– Знаете профессор, когда мне говорят, что я чего-то не могу, во мне пробуждается что-то очень древнее, желающее доказать обратное. Ифань рассказывал, что когда-то деду сказали, что его проект фантастика и у него ничего не получится. Вот со мной такая же фигня.

– А если ты победишь, она влюбится, а ты нет?

– Тогда она оторвёт мне голову и продолжит жить своей жизнью, а у вас будет на одного пилота меньше. Но в процессе отрывания головы мы оба получим массу удовольствия.

– Извращенец, – хохотнул Мён в кулак.

– Пожелайте мне ни пуха...

– Ни пера.

– К чёрту. Я пошёл. Если что, не хочу, чтобы мой труп летал в космосе. Сожгите и развейте над океаном.

– Да ты романтик!

Кай отдал честь и решительно направился на встречу группе людей с госпожой Ли во главе. А Чунмён от души рассмеялся. Было интересно наблюдать, как округлились от удивления глаза госпожи Ли, когда он что-то ей сказал, как на её лицо промелькнул торнадо и взгляд стал подобен кристаллу с тысячами режущих поверхностей, как каю прилетело кулаком под дых, а окружающие парочку мужчины опасливо съёжились. Что ж, первый раунд он проиграл.

🛰️

Немного позже Чунмён поговорил с климатологами, отдал распоряжения и решил сделать себе перерыв, порассматривать их первый океан. Кай оказался прав, тучи были дождевыми и их магнитом тянуло к воде. Оказавшись над пока еще глажкой и не очень глубокой впадиной, небеса разверзлись, выливая довольно приличный обьем воды. Неплохо, учитывая как быстро всё происходит. В дверь снова постучали. На этот раз за ней стоял Ифань с двумя кружками дымящегося чего-то.

– Пахнет натуральным кофе, – задумчиво произнёс Чунмён.

– Тебе сохранили рецепторы носа? – ухмыльнулся Ифань.

– Да ладно?! Где ты его раздобыл?

– На бразильской станции еще в том году высадили зёрна и они дали первый урожай.

– А ты как смог раздобыть?

– Я дружу там с одной милой вдовой.

– И ты туда же?

– Да у нас чисто платонические отношения. Я же биороид, что я могу ей дать?

– Ну-ну, – пробормотал Чунмён, делая первый глоток. – Сто лет его не пил!

– Наверное это тот редкий случай, когда 100 лет не преувеличение, – ухмыльнулся Ифань.

– Вкусно. Что еще раз подтверждает, что наши усилия не напрасны. А как ты его приготовил? Не с бразильской же станции вёз горячим?

– Ты забыл, что когда-то я содержал отель с баром? Я раздобыл себе турку и горелку и сварил сам прямо здесь.

– Серьёзный подход.

– Кстати о серьёзном. Прошло 4 года с запуска. Всё идёт хорошо. Ты подумал над своим желанием уйти на покой?

– Знаешь, в последнее время мои желания несколько переменились. Вдруг я уйду, а они тут накосячат? Или начнут повторять ошибки прошлого? Кто их остановит?

– И то правда. Без тебя они тут все как без рук. Глас истины во плоти!

– Ой, ну не язви.

– Да ладно, я шучу. Но в чём-то ты прав. Ошибки могут повториться. И уберечь от этого может только тот, кто сам их совершил.

– Ну а кроме прочего, у меня тут сериальчик намечается. Первая серия заинтриговала и я жажду продолжения.

– Неужели? Что за сериальчик?

– Если коротко по сюжету, твой Кай решил приударить за госпожой Ли.

Ифань внезапно подавился кофе и громко закашлялся, выпучив глаза.

– Он уже написал завещание? – спросил полковник, восстановив дыхание.

– Попросил его тело сжечь и пепел развеять над океаном, – улыбаясь ответил Чунмён потягивая всё ещё горячий напиток.

– Грёбанный романтик.

– А знаешь, это правда интересно. Она конечно тот еще алмаз но на каждый алмаз найдётся свой ювелир. Учитывая упёртость Кая, у него может что-то получиться.

– Да она даже не человек! Бессердечная и бесжалостная.

– И красивая.

– Не без этого. Но овчинка не стоит выделки. Угробит она пацана.

– Сделаем ставки?

– А давай. Если что, пепел развею я.

Мужчины пожали друг другу руки и улыбнулись. Впереди была целая жизнь.

Конец.