Текст книги "Миссия К.А.I. (СИ)"

Автор книги: Инна Сирин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)

Знаки

Профессор Мён заперся в своей любимой физической лаборатории и не сразу услышал тревогу. Предупреждали о нападении каких-то преступников. Всего два корабля, один из которых, судя по размерам, и в рассчет-то можно не брать. Ничего, система охраны справится, не впервой. Сколько они уже таких нападений пережили? На первых порах станции жёстко конкурировали за оставшиеся ресурсы, за опытных людей, но потом успокоились и постарались просто выжить, осознав, что постоянные войны в космосе ни к чему хорошему не приведут.

Он терпеливо распутывал провода одного из старых устройств. На станции не должно храниться ничего бесполезного, а всё, что может быть использовано, должно служить на благо общества. Поэтому инженеры постоянно преобразовывали, перестраивали и переделывали разнообразные устройства, датчики и системы. Вот эту небольшую коробку со старой аппаратурой для связи хорошо бы выбросить, они ещё с Земли завалялись, но Мён не любили, чтобы вещи выбрасывались без попытки дать им новую жизнь. Рухлядь конечно, но вдруг пригодится. На худой конец что-то можно сохранить на память, как наследие прошлого. Типа музейного экспоната. Вот хотя бы этот телеграфный ключ.

Вскоре он услышал залп из лазерной пушки, станцию едва ощутимо тряхнуло. Пушка всегда давала мощную отдачу, проходившую тряской по всей конструкции. Мёну это напоминало землетрясение. Ничего, прорвёмся, решил мужчина. Наконец, он распутал провода и подключил устройство к сети питания. Когда-то с его помощью можно было передавать некоторые невербальные сигналы, например нечто подобное использовалось на морских судах для общения с помощью азбуки морзе через радиорубку. Они давно ушли в прошлое, как и многие другие сигнальные системы, ведь в космосе не распространяется звук, а сигнальные флаги на огромных расстояниях не увидишь. Он вдруг представил облаченного в скафандр сигнальнащика, пытающегося подавать сигналы с помощью разноцветных флажков, и засмеялся.

По вибрации корпуса станции почувствовалась подготовка ко второму залпу. Мён нахмурился. Видать или не попали, или угроза оказалась больше, чем рассчитали руководство. Он бы сам пошел посмотреть, но по внутренней связи от всех потребовали оставаться в безопасности кают или рабочих отсеков, и Мён не решился создавать проблемы. В дверь громко постучали.

– Кто там?

– Это Юна, профессор. Можно?

– Входи.

Девушка решительно открыла дверь и быстро закрыла, словно таясь от кого-то, и рванулась к столу.

– Профессор, там что-то странное происходит.

– Кто на нас хоть напал-то? – заинтересованно спросил Мён.

– В том и дело, что никто. Точнее, там корабль огромный и с ним космолёт небольшой. Они не нападают, не двигаются, не сближаются с нами. И ничего не делают.

– Тогда почему объявили угрозу?

– Космолёт объявлен в розыск как корабль опасных преступников по всей галактике. А штука рядом с ним вообще непонятно что. Эта громадина не отвечает на наши сигналы и вообще выглядит угрожающе.

– Но ты пришла ко мне не для того, чтобы рассказать об этом, – утвердительно заявил профессор.

– Это так. Дело в том, что мне показалось, корабль подает световой сигнал.

– И как ты это определила?

– Ну, свет приходит с определенной последовательностью и я подумала, что это может быть один из старых способов, про которые вы рассказывали в своих лекциях. Я записала. Короткие световые сигналы перемешаны с длинными, только я ничего не поняла, мы же не учили этого. Я просто помню что-то из общего курса про Землю. Вы рассказывали, что раньше такими сигналами часто пользовались, с самого зарождения человечества. Я подумала, что вы сможете понять его. Вот, смотрите.

Девушка протянула профессору планшет с точками и тире, так она зафиксировала сигнал. Мён даже вздрогнул от неожиданности. Это же... Неужели морзянка? Он вгляделся в последовательность, затем отложил планшет и принялся искать что-то в своем компьютере, долго всматривался в странную таблицу, где были точки, тире и буквы в необъяснимой для Юны последовательности. Внезапно Мён вскочил с места, испугав девушку этим резким движением.

– За мной, девочка!

Профессор почти бежал по коридорам станции, а девушка едва успевала за ним. Она тоже работала в инженерном отсеке, в основном обслуживала работу солнечных панелей и системы подачи электричества. Свет с чужого корабля заметила случайно, пока ковырялась с очередной поломкой. Она не послушалась предупреждения и не стала оставлять сломанное устройство, решив, что даже если начнется бой, до неё вряд ли достанут лазерные лучи. А если достанут, ну что ж, всё когда-нибудь заканчивается. Свет отражался от металлических панелей перед её глазами и если бы не строго определенная последовательность, она может быть и не обратила бы внимания.

Профессор уже громко стучал в железную дверь капитанского мостика, двое солдат попытались оттащить его, но Мён кричал изо всех сил, чтобы его немедленно впустили и прекратили атаковать корабль. Почувствовав серьезность ситуации и понимая, что происходит нечто неординарное, девушка решила ему посодействовать. Она никогда не видела профессора в таком возбуждении. Всегда спокойный и уравновешенный, он порой казался простым роботом. Но сейчас больше, чем когда-либо был похож на человека.

Юна, на которую никто не обращал внимания, благодаря себя за худобу, влезла под настенную панель, закрывающую систему электропроводки, питающей весь капитанский мостик, отсоединила один проводок и затихла. Железная дверь щёлкнула и отъехала в сторону. Мён раскидал солдат и ворвался на капитанский мостик.

– Стоп! Немедленно прекратите!

– Профессор? Кто его пустил? – строго потребовал ответа суровый мужчина неопределенных лет со шрамом через правую щёку.

– Мы решили, что вы открыли ему, – неуверенно пояснил один из солдат. – Дверь же открылась сама и...

Капитан обвел всех тяжёлым взглядом и остановил его на Мёне.

– Объяснитесь.

– Я требую созвать совет управления станцией.

– Основание?

– Этот корабль нам не враг. Это наше будущее.

– Сопровождающий его космолёт объявлен в розыск как корабль преступников.

– Мы не можем знать этого наверняка. Но ведь они не атакуют и не отвечают на наш удар, так?

– Пока не атакуют.

– И не будут. Это не боевые корабли. Они присылали какие-либо сигналы?

– Только космолёт, но мы не станем получать сигналы от неизвестных кораблей, к тому же объявленных в розыск. Я уже передал информацию коспокопам.

– Это ваша работа, капитан. Но сейчас вы должны немедленно прекратить стрелять и принять сигнал. Вы же видели световое сообщение?

– Никто в космосе не использует световые сигналы.

– Но вы его видели. Возможно не захотели расшифровать, а зря. Там не враги. Позвольте им переслать то, что они хотели.

Капитан задумчиво жевал губу. Профессор пользовался на станции безусловным авторитетом и до сих пор не было замечено, чтобы он использовал его в своих целях. Но эта махина выглядела угрожающе и у него были строгие инструкции на её счёт.

По внутренней связи раздался вызов, капитан поднял трубку и по всему мостику разнеслась отборная брань с обвинениями в безответственности и требованиями немедленно уничтожить врага. Мён узнал этот голос. Они никогда не были дружны с говорившим, скорее состояли в неприязненных отношениях.

Командор Ли был ярым противником возрождения Земли и наверняка узнал проект K.A.I., ведь только люди из управления вообще что-либо знали о нём. Он так же ненавидел профессора Кима и его команду за противоположные взгляды. Оставалось надеяться на благоразумие капитана, но сейчас, судя по его хмурому взгляду, он может принять совсем не то решение.

К сожалению капитан был обязан подчиняться командору Ли. По закону станции в управлении кораблем состояло 9 человек и каждый из них становился командором на 1 год, затем его сменял следующий. Так поддерживалась стабильность правления без перегибов. Слово командора – закон, даже если кто-то с ним несогласен. И только если хотя бы ещё 5 человек из управления воспротивятся, можно будет что-то изменить. Но у Мёна не было времени и возможности бегать по станции и их всех уговаривать.

– Поверьте мне прямо сейчас, капитан. Там мой ученик и помощник, Чен, вы его знаете. Он многое сделал для нашей станции, в том числе несколько раз чинил приборы на мостике. И сейчас делает возможно самую важную вещь в своей и нашей жизни.

– Вы же знаете, что мне грозит за неповиновение?

– Знаю, но вы должны мне поверить. Хотя бы примите от них сообщение и остановите пока стрельбу. Вы же подавили их силовым полем?

– Да.

– Они не смогут улететь сейчас, тем более после первого выстрела. Но этот корабль нельзя повреждать, иначе мы все погибнем.

– Вы говорите загадками, профессор, я не могу принять решение на основании ваших слов.

– Тогда созовите совет.

– На это потребуется время. Что, если вы ошибаетесь и за это время они всё-таки нападут?

– Я не могу рассказать вам секретную информацию без одобрения совета. Примите их сигнал. И если там правда Чен, вы созовёте совет.

Капитан коротко кивнул и отдал соответствующую команду. На экране появилось изображение, сперва оно рябило помехами, но потом там совершенно точно стал виден человек и это был Чен.

"Прошу, не стреляйте в странный корабль, что видите перед собой. Это не оружие, он не опасен и создан с гуманитарной миссией. Я не могу разглашать данные, но передайте моё сообщение совету и отдельно профессору Мёну. Проект K.A.I. обнаружен. Проект К.А.I. обнаружен. И готов к воплощению."

На этом видеосообщение заканчивалось.

Капитан напрягся, задумался, нахмурил брови, словно вспоминал какую-то важную информацию. Потом глаза его округлились, но быстро пришли в норму. Кажется, он что-то знал о проекте K.A.I., решил профессор, не сводя с него взгляда. Капитан поразмышлял ещё некоторое время, смерил вопрошающим взглядом профессора-биороида и велел:

– Сообщите членам совета о немедленном сборе. Профессора возьмите под стражу!

Мён не сопротивлялся, понимая, что это пустая трата времени.

Юми, всё ещё прятавшаяся за панелями слушала разговор на капитанском мостике, хотя и приглушённо, как если бы находилась в закрытой кастрюле. Она не понимала, о чём именно речь, но знала Чена лично и не просто, как представителя своего народа, но как весьма симпатичного и умного парня. А профессор вообще был для нее идолом, его обожали многие молодые люди на станции, отчасти потому, что он никогда не терял присутствие духа и верил в возрождение человечества на новой планете. На их станции не было никого столь же убеждённого в своей правоте и настолько же убедительного для других. Она не знала, за что и почему профессора берут под стражу, но не могла оставить это без ответа. Юми осторожно выбралась из под панелей и быстрым шагом направилась в инженерный отсек.

🛰️

– Чёрт, они сейчас снова пальнут! – Мин почти материл по внутренней связи. – Надо что-то делать!

– А что мы можем? – задумчиво произнес Кай, перебирая в голове варианты. Да, они могли бы все вернуться на космолёт и вырваться из цепкой паутины силового поля с помощью гиперскорости. Он мог бы вырубить Чена одним ударом и унести его, потому что парень явно не пойдет сам. Но он не мог оставить здесь Ифаня. Это было бы предательством. И ответить на лазерные удары им по сути нечем. Не та весовая категория.

– Мои датчики фиксируют появление кого-то ещё, – влился в разговор Чен. – Мин, подтверждаешь?

– Сейчас посмотрю, – ответил тот. – Да, действительно кто-то летит. И это...? – он протянул последнее слово, создавая драматический эффект, пока приборы считывали данные и выводили на экран, как вдруг резко оборвал его криком: – Черт, Кай, космокопы! Нам конец! Ну зачем мы в это ввязались, а? Жили бы себе как раньше и хрен бы попались, а теперь что делать?!

– Разберемся. Сейчас вариантов у нас всё равно нет. Надежда только на профессора, с которым работает Чен. Ну или на то, что кто-то на станции узнает проект K.A.I., – он поморщился, произнося название. – И пустит нас. А если они нас пустят, затеряться на станции будет проще, чем пытаться сразу улететь.

– И то верно, – согласился Мин, немного успокоившись. – Кстати, выстрел так и не произошел, хотя пушка заведена, я вижу. Чего они медлят?

– Наверное там что-то происходит, – предположил Кай. – Чёрт!

Лазерная пушка всё-таки выстрелила, но не так мощно, как первые два раза и едва задела обшивку корабля. Это было странно и вместе с тем внушало надежду. А потом время остановилось. Космокопы окружили их, но ничего не предпринимали, на станции словно всё замерло. Никаких сигналов, действий или событий. Первый час тянулся не особо медленно из-за жуткого напряжения, второй уже медленнее, потому что все устали ждать, а находиться в постоянном напряжении невозможно. На третьем часу Кай задремал, прислонившись спиной к стене.

– От станции кто-то двигается к нам! – Чен несильно похлопал его по плечу.

– Наконец-то! – капитан заспано поворчал, встряхивая головой и протирая глаза. – Какой план?

Чен вызвал Мина и, зажав кнопку связи, продолжил.

– Нам придется покинуть корабль. Явно сюда просто выслали конвой. Никому ничего не говорите, я сам скажу, что нужно. Подыгрывайте мне во всём. И ещё, Кай, на выходе введи код и приложи руку, чтобы наверняка. Пусть знают, что ключ только у тебя.

– Хочешь меня использовать, как щит?

– Вроде того.

Капитан кивнул, Мин подтвердил что всё понял и отключился. Чен сделал несколько глубоких вдохов, надел шлем, отключил управление и кивнул Каю. Взяв в руки шлемы, парни направились ко входу в корабль.

Как и ожидал Чен, это был вооруженный конвой. Им приказали надеть шлемы, сдать оружие и двигаться следом. Оружия у инженера никогда не водилось, Кай сдал складной нож и небольшой бластер, спрятанный в потайном кармане штанины. Как они договорились, капитан запечатал вход спрятанным в руке датчиком, чтобы никто не смог попасть на корабль в их отсутствие.

На разведывательном шлюпе молодых людей отвезли на станцию. Мин в тоже время отбыл с другим конвоем, оставив мисс Чу в отремонтированном Ченом ящике для большей безопасности. Сам ящик поставил в технический сундук для хранения личных вещей. Если их космолёт решат уничтожить, это её вряд ли спасёт. Но от внезапных поломок или разгерметизации точно защитит.

Друзья и враги

Чен думал, что если не успокоится, от частоты его дыхания воздух в кислородном балконе закончится раньше, чем они попадут на станцию. Конечно, умереть ему никто не даст, и тем не менее. Он заметил, что к космолёту Мина тоже пристыковалась капсула со станции, но что там происходило – не разглядеть.

Он задержал дыхание, зажмурился и заставил себя дышать ровнее. Волнение никуда не делось, но хотя бы внешне он выглядел увереннее. И стекло шлема перестало потеть. Никто не обещал, что будет легко, даже профессор не знал, как всё сложится. По крайней мере их не убили без разговоров и можно объясниться с руководством станции, думал инженер, выходя из шлюпа в герметичный отсек. Дверь за спиной закрылась, их обдало санитарным распылителем, в отсек накачали воздух. Теперь можно было снять шлемы и скафандры. На это ушло некоторое время, но оно же помогло парням взять себя в руки и обменяться напряжёнными взглядами. Минсок был с ними. Один. Очевидно, кошку или не позволили взять, или он ее спрятал. Спрашивать сейчас было опасно. Ничего, какое-то время космолёт побудет на автопилоте, мисс Чу справится, она и не такое переживала.

Открылся очередной шлюз и молодые люди в сопровождении охранников прошли дальше. В длинном коридоре никого, словно станцию зачистили. Хотя бы охрана, патруль или инженерные работники должны были здесь находиться, но нет.

Наконец, их привели к капитанском у мостику. Капитан У, суровый мужчина в возрасте с кучей мелких шрамов на лице, происхождение которых никто не знал, стоял посередине помещения, сцепив руки за спиной. Рулевой и остальные члены мостика уставились в свои экраны и на приборы. Очевидно, им было запрещено смотреть на пленников. По лицу капитана ничего нельзя было прочитать.

– Инженер Ким Чен. За нарушение закона станции, за появление по вашей вине неизвестной угрозы, вы приговаривается к казни.

– Даже последнее слово не дадите, капитан? – выпалил Чен, нехило испуганный такой перспективой.

– Предателям слова не дают.

– Но я не предатель, капитан!

– Вы покинули станцию по ложной причине, обманули командование и привели с собой разыскиваемых преступников.

– Всё так, капитан.

– Вы что, вот так легко сознаётесь? – опешил мужчина от его ответа. Он-то рассчитывал, что Чен станет врать и изворачиваться и уже пытался придумать, как выгородить парня, а молодой инженер сломал его планы своим ответом.

Кай недобрым взглядом окинул Чена, решив, что придушит говнюка, как только представится возможность. А ведь он поверил мальчишке, доверил ему свою жизнь и жизнь двух самых близких людей в этом мире. А ещё Мисс Чу. За нее особенно обидно.

– Я не знаю, за что разыскивают этих людей, капитан, но мы не можем их отдать, – уверенно продолжил Чен. – Я нашел и привел сюда проект K.A.I. – наш единственный способ выжить. От жителей станции утаивается информация, что наши дни сочтены. Ещё лет 30, в лучшем случае 50 и нам конец.

– Командор Ли уверен в обратном. Он утверждает, что вы хотите уничтожить станцию и всех нас погубить.

– Это абсурд! Командор не обладает всей информацией о техническом состоянии станции, мало кто знает об этом. Вы же сами понимаете, чтобы не было паники и...

– Прекрати вводить всех в заблуждении, пацан! – раздался за его спиной грубый голос. Чен вздрогнул. Он ненавидел и боялся командора и отчаянно жаждал его смены на другого. Вот надо же было так попасть именно в его правление?

– Почему вы один и где остальные члены правления? – казалось капитана У сложно вывести из равновесия

Ему не понравилось, что командор явился единолично. Что-то пошло не так, не по его плану. Но и командор оказался не пальцем деланный.

– Я отстраняю вас от управления станцией за нарушение моего приказа, капитан. Взять его под стражу.

Двое охранников командора с оружием двинулись к капитану, мужчина стоял со сцепленными за спиной руками до тех пор, пока они не нарушили его личное пространство, а потом молниеносными движениями вырубил обоих, отобрав оружие.

– Вы меня недооцениваете, командор. Я служил при нескольких других ваших соратниках и мои шрамы заработаны вовсе не по пустякам. Я не сдам пост. Да, я не подчинился вам. Но и вы сейчас действуете не в интересах станции. Где остальные?

– Живы. Но заперты. В целях их же безопасности. Опустите оружие.

Капитан подчинился. Палить на капитанском мостике было опасно. Если он повредит панели управления, то все погибнут уже в течение суток.

– И что вы предлагаете? – обратился мужчина к командору Ли.

– Вы сдаете управление станцией. Мы немедленно казним предателей, сдаём преступников космокопам. После этого я отпускаю членов правления, и всё снова будет хорошо.

– Хорошо не будет, командор! – не выдержал Кай, до сих пор молчавший, пока старшие мерились характерами. Чен замер, видимо испуганный происходящим, а молчание сейчас могло привести только к смерти.

– Преступникам слова не дают, – отбрил его Ли.

– Я – единственный внук ученого по фамилии Ким, того самого человека, который изобрел механизмы, способные создать новую планету, – громогласно заявил Кай, так, чтобы его услышало как можно больше людей. Для Кая такое признание было сродни подвигу, ведь долгие годы он хранил обиду на деда и отказывался признавать их родство. Но чего не сделаешь ради выживания?

– Твой дед был простым безумцем и всех ввел в заблуждение. Его машина не существует.

– Посмотрите в иллюминатор, командор, – спокойно заявил Кай.

– Чего я там не видел? Только угрозу нашей станции в виде какого-то мощного оружия, которое я уничтожу, как только казню тебя и этого полудурка.

– Кажется я понимаю, почему вас тут не особо жалуют, – усмехнулся Кай. – Трудно уважать того, у кого отсутствуют мозги.

– Ах ты!

– Успокойтесь! – нарушил своё молчание Ким Чунмён. – Мальчишки говорят правду, командор. Да, это правда, вам неизвестная, лишь потому, что люди, намного старше вас, решили её скрывать для всеобщего спокойствия. Но от этого правда не перестала быть правдой. Станция разрушается. Мы так и не научились производить в космосе новые детали и механизмы. Мы лишь чиним и переделываем старые, но у любого металла, пластика и прочих материалов есть период износа. На Земле он был длиннее, но в космосе сократился в разы. И опять же всё упирается в невозможность полной замены на новое.

Устройство, что вы видите за стеклом, действительно наш единственный способ спасения. Я покажу вам секретные файлы и чертежи, объясню зачем и как его можно использовать. Мы создадим планету, пригодную для жизни, у нас ещё есть время для этого. Но его критически мало. Создание планеты – процесс долгий и трудоёмкий, в естественных условиях занимает миллионы лет. Профессор Ким сумел сократить его до сотен лет. Но у нас даже их нет. Поэтому завершать процесс мы будем, построив базы на новой планете и постепенно доводить её до ума. Начинать нужно уже сейчас. Так что засуньте свою гордость куда-нибудь поглубже и действуйте так, как нужно для спасения человечества.

Командор молчал. Молчание его затягивалось и не предвещало ничего хорошего. Он хорошо умел держать лицо, что затрудняло общение с ним и никогда нельзя было предугадать, что он сделает. Мён не был уверен, что его пламенная речь произведет нужный эффект, но надо было что-то делать. В коридоре раздались шаги тяжёлых магнитных ботинок. Через пару минут появился отряд из двенадцати космокопов.

– Командор Ли, – обратился к мужчине возглавлявший отряд человек. – Мы готовы забирать преступников.

– Замечательно, – внезапно ожил тот. – Но вам придется забрать пятерых вместо двоих. Этот старый биороид устроил бунт, а капитан нарушил свои обязанности и оказывает мне сопротивление. Мелкий инженер вообще предатель и такой же преступник. Все эти люди – нарушители космических законов человечества и подлежат казни. Надеюсь, вы разберётесь с этим так, чтобы мне не пришлось жаловаться вашему руководству.

Космокопы разделились по двое и направились к указанным лицам, понимая, что скорее всего будет сопротивление. И оно не заставило себя ждать. Кай начал драться с обоими одновременно. Утяжеленные защитными костюмами, они оказались слишком хорошими противниками, но парень не собирался сдаваться. Мин встал на защиту Чена, толкнул его себе за спину и достал неизвестно откуда две палки, скреплённые металлической цепью. Давно не видевшие такого оружия, коспокопы застыли, ковыряясь в информационном блоке скафандра, чтобы понять, что с этим делать. Мин не позволил им долго думать, напав на обоих и сразу, огрел по шлемам, создавая внутри сильную вибрацию и гул. Копы уронили оружие и схватились за шлемы.

Капитан станции быстро обезоружил одного, сумел уложить на лопатки второго, мгновенным движением отключив его магнитные ботинки, и со скоростью вспышки молнии метнулся к командору, взяв его шею в локтевой захват и приставив к виску пистолет.

– А теперь отмени свои приказы.

– Убить всех преступников даже ценой моей жизни! – завопил командор, и его личная охрана тоже вступила в драку. Численный перевес был на их стороне. Мён с ужасом смотрел на происходящее, понимая, что это начало конца. Когда космокопы приблизились к нему, стоявшему у дальней стены капитанского мостика, он ничего не предпринял. Есть ли смысл сопротивляться безумию?

– Что же вы все творите? – только и смог пробормотать биороид. К шуму драки добавился непонятный гул и крики. По коридору кто-то бежал. Мён вгляделся туда и обнаружил несколько десятков человек, вооруженных чем попало – отвёртками, ломами, шуруповёртами, прочими инструментами. Это были сотрудники инженерного отдела, почти треть жителей станции. В таком количестве они уже внушали. Хотя это были по сути простые люди, работники, узкие специалисты и некоторые учёные, но они могли изменить положение дел числом. А возглавляла их хрупкая Юми.

– Вон там! Защитите процессора и нашего брата Чена! – девушка указала на обоих тонким пальчиком. Ее загородил собой крупный лысый парень, один из грузчиков и разнорабочих с монтировкой на перевес. Отдав пару команд, он умело распределили силы. Инженеры набросились на космокопов и охрану командора. Раздались звуки выстрелов, несколько человек упали, командор попытался вырваться из рук капитана, но безуспешно. В течение нескольких минут бойня прекратилась. Все космокопы остались безоружными и были повалены на пол. Восемь сотрудников инженерного отдела погибли. Были погибшие и среди охранников.

Власть сменилась. Мён велел немедленно найти и освободить остальных членов правления. Юми, уже успевшая узнать, где они заперты, повела несколько человек туда. Космокопов связали металлическими прутами и заперли в ближайшей каюте, отключив им связь и сняв шлемы. Погибших пока отнесли в зал собраний, чтобы близкие смогли попрощаться с ними.

А члены правления наконец появились на капитанском мостике.

– Профессор, расскажите нам, что тут произошло? – обратился к нему господин Чон, который в будущем году должен был сменить командора Ли. Мёна не пришлось упрашивать, он был максимально краток. Четверо мужчин и трое женщин внимательно выслушали его и принялись обсуждать ситуацию. Командору Ли заклеили лицо скотчем, потому что он не переставал возмущаться и обложил всех присутствующих отборным матом. Его этим же скотчем примотали к стулу. Пока ещё он считался командором и имел право присутствовать на совете.

– Но профессор, насколько это безопасно для нас? – спросил один из членов совета.

– Совершенно не безопасно. Однако это единственный шанс.

– То есть вы предлагаете известить остальные станции, убедить их принять программу К.А.I. и начать формирование планетарного кольца? – уточнил другой.

– Всё верно, наше время и так ограничено, мы многое упустили. Так что ждать больше нельзя.

– Почему вы решили, что мы сможем договориться с руководством других станций? – спросила одна из женщин по имени Джиён.

– Как вы знаете, станций теперь стало меньше, чем было изначально и вы все знаете, что с ними произошло. Нам грозит такая же судьба. Возможно, когда мы погибнем, нашу станцию разберут на детали и это позволит другим протянуть ещё несколько десятков лет. Но их это в итоге не спасет.

– Вы утверждаете, что станция разваливается. Я помню, что вы докладывали нам о некоторых проблемах, но потом успешно исправляли ситуацию. Почему мы должны поверить вам сейчас? – спросила другая, старшая из всех, госпожа Ён.

– Стало бы вам легче все эти годы знать истинный масштаб проблемы? – ответил на её вопрос вопросом профессор. – Я мог донести её до вас полностью, но был уверен, что ни к чему хорошему это не приведёт. К тому же информация могла выйти за пределы этого совета и началась бы паника. А паника – это смерть. Поэтому я как мог скрывал, настолько всё плохо. Сейчас пришло время рассказать. Несколько подчинённых мне инженеров в курсе, но каждый знает только про своё отделение. В реальности же, 8 из 12 отсеков станции развалятся уже в ближайшие 10–15 лет. Мы рискуем потерять оранжерею, Чен последние пять лет пытается всем правдами-неправдами спасти её, но нам не хватает ресурсов. Очередная переделка даст не больше 5 лет. Отсек очистки воздуха и воды тоже сильно изношены. Мы можем перестроить и уменьшить станцию, это даст ещё несколько лет плюсом, но придется убрать сотни человек. На всех не хватит воздуха, воды и питания. Да, у нас ещё около 30 лет в общей сложности, при условии постоянных сокращений всего и всех, но с каждым годом ситуация будет ухудшаться.

– Сегодня мы пошли против космокопов, а это люди, следящие за межстанционным порядком. Вы понимаете, что это может привести к войне? – спросил седовласый мужчина самый старый член правления, господин Хван.

– Понимаю. Но думаю, их можно перетянуть на свою сторону, если всё рассказать.

– Профессор, а вам не кажется, что вы взвалили на себя непомерную ношу?

– Я несу её уже 148 лет. Поверьте, мне самому надоело. Но я не могу бросить людей, зная, что способен им помочь.

– Гордыня череп не жмёт?

– У меня её нет. Вы не застали времена, когда пропал проект К.А.I. всё, кроме господина Хвана, – Мён поклонился седовласому мужчине. – В то время мы все были воодушевлены и ждали нового этапа. Вы знаете, что планета уже создана. Остужена. Готова к терраформированию. Но процесс был законсервирован из-за потери проекта. Теперь же он найден. Он цел. У нас есть шанс. И есть люди, способные его активировать. Мои инженеры разберутся, мне только нужно дать им архив. Я участвовал в создании этой машины. Да, не я её придумал, но профессор Ким был далеко не дурак. Он сделал всё так, что даже один толковый специалист справится. Чен же смог найти, разбудить корабль и привезти его сюда. В одиночку.

– Чен, подойдите, – позвала его третья женщина, не участвовавшая до сих пор в обсуждении, госпожа Хан. – Расскажите нам, как вам это удалось.

– Профессор всё верно сказал, – голос парня срывался и дрожал от волнения, но он постарался взять себя в руки. – Проект действительно сделан очень грамотно, видимо профессор Ким успел что-то поменять в настройках так, что любой специалист сможет разобраться теперь. Раньше это было доступно только ему и его соратникам.

– И вы узнали об этом проекте от профессора?

– Да. Он рассказал мне и попросил поискать что-то связанное с проектом. Если будет возможность.

– То есть профессор Мён нарушил закон станции и раскрыл секретную информацию? – прищурился один из мужчин. Командор Ли активно закачался на своём стуле что-то мыча. Но остальные члены совета не удостоили его вниманием.

– Ну... Понимаете... Ведь это для всеобщего блага. Я никому не говорил...

– Думаю, мы можем отдать космокопам этих двоих и Чена, раз уж профессор Мён уверен в своих силах. Заплатим им питанием, чтобы загладить конфликт, и так избежим войны, – предложила госпожа Ён. – А профессор со своим отделом может попытаться запустить процесс терраформирования. И если, – говорившая сделала акцент на этом слове, – им удастся, тогда мы расскажем остальным станциям.

– Боюсь, это невозможно, – выпалил Чен, как только она замолчала.

– Почему? – уточнила женщина.

– Этот парень, – Чен указал пальцем на Кая, – биологический наследник профессора Кима и в его ДНК вшит код управления проектом. Без него ничего не будет работать. И его невозможно достать. Код будет работать только пока жив Кай и пока он находится на проекте.