Текст книги "Тайна космического цветка (СИ)"

Автор книги: Инна Ласточка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

– Алекс, – сказала она мелодичным музыкальным голосом, – ты должна взять себя в руки. Вот, – она протянула стакан с прозрачной жидкостью, – выпей и отдохни. Когда проснёшься, станет легче.

– Я их ненавижу, – проговорила Александра одними губами. – Я. Их. Ненавижу.

Регилианка помогла ей принять лекарство и погладила по волосам.

– Ненависть, удел слабых, Алекс, – сказала она, испытывая небольшие сложности в произношении. – Ты не слабая и не должна ненавидеть.

– Не должна, – заворожено повторила Александра.

Регилианка улыбнулась.

– Спи… – и когда Алекс закрыла глаза, добавила, – мы должны друг другу целую вечность, Александра.

Это имя остро вонзилось в голову, шипением распространилось по телу, проникло в сердце и начало заполнять лёгкие. Оставался последний вздох, ещё чуть-чуть… Дыхание перехватило, страх пробрался в каждый уголок сознания, заискрился, вспыхнул и рассыпался мелкими искрами, превращаясь в крик…

… крик, от которого Нина вздрогнула и проснулась.

Глава 13

Корабль в пустоте

Нина хорошо помнила, как видела Антона в последний раз, как сердце её оборвалось и замерло от того, что он был один, как старалась пробиться к нему сквозь паникующую толпу, пытаясь вызвать его и спросить о маме, но связь не работала. Что-то блокировало сигнал, не позволяя обратиться даже к МАРИ. Нина боролась, но толпа лишь относила её в сторону, и тогда она перестала сопротивляться, позволяя увлечь себя к транспортникам. Нина надеялась, что оттуда ей удастся вызвать «Пегас», и не ошиблась, «Пегас» уже был там. Она видела его, видела, как Антон ищет её взглядом, кричит её имя, но ничего не могла сделать, все будто посходили с ума, всё вокруг было против неё. В последний момент, когда Нина, наконец, поняла, что не успеет к Антону, и что нет уже никакой разницы, в какой корабль садиться, она бросилась к транспортерам, но они внезапно отключились; металл под ногами пошёл трещинами, стал неестественно изгибаться, и тогда Нина увидела её – Маргариту Лабуле – и сначала решила, что это какой-то мираж или видение из-за стресса, однако это действительно была Марго. Она шла к Нине плечом к плечу с каким-то мужчиной. Нина отшатнулась от них, как от привидений, но мужчина схватил её за руку и увлёк во тьму…

И вот теперь, лёжа с закрытыми глазами, уже очнувшаяся, но ещё не до конца пришедшая в себя, Нина прислушалась к окружению. Какое-то время она ещё надеялась, что всё это ей приснилось, что она на «Пегасе», с Антоном, но ни звуков уже ставшего родным корабля, ни знакомого запаха лаванды, ни голоса МАРИ не находила. В сердце росла тревога, и Нина, в конце концов, не выдержав её напряжения, открыла глаза. Над ней нависал потолок старого корабля, производство которых остановили задолго до гибели Родной Обители, тусклая длинная лампа мигала, раздражая и одновременно усиливая тревогу. Нина медленно повернула голову и наткнулась взглядом на Марго. В полумраке каюты та выглядела ещё более изящно, чем прежде – строгий длинный сюртук, похожий на парадную форму эллейн, затянутый на поясе металлическим обручем-ремнём, брюки, сапоги выше колен, отросшие кудри убраны в небрежный хвост. Марго не смотрела на Нину и будто бы нисколько не боялась находиться с ней одна. В голову закрались дикие и почти безумные мысли, что Марго может работать на торговцев людьми или ещё хуже, на тех, кто проводит над ними опыты. Но Нина тут же отмахнулась от них – Марго была у неё перед глазами большую часть жизни, работала учителем и вела себя как богатая привыкшая к хорошей жизни дамочка. Уличить её в связи с нелегалами можно было только совсем лишившись рассудка. И всё же стоило расспросить её обо всём.

Стараясь не издать ни звука, Нина потянулась к бластеру и с облегчением нашла его на своём месте. Ей оставили оружие, а это значило, либо Нину не боялись, либо не желали навредить. В последнем она сильно сомневалась, хотя промелькнувшее на Ауро-эс лицо спутника Марго вовсе не казалось злым или угрожающим, наоборот, Нина будто где-то уже видела его.

Марго что-то пробормотала себе под нос и встала к Нине спиной. Этот шанс не стоило упускать. Бластер удобно лёг в ладонь, и Нина вскочила на ноги, наставляя его на Марго. Та обернулась на шум, прерывисто вздохнула и медленно подняла руки. У Нины от резкого движения закружилась голова, но она предпочла не замечать этого, сконцентрировав внимание на бластере.

– Тихо… тихо… – произнесла Марго. Места было мало, и она стояла достаточно близко, чтобы исправить ситуацию. Если б была бойцом. Но Нина прекрасно знала, что Марго не боец, и потому не проявила должной осторожности.

– Что здесь происходит? Где мы? – без предисловий начала Нина.

Марго приоткрыла рот, но так ничего и не сказала. Сдвинулась массивная дверь каюты, и на пороге появился тот самый мужчина, спутник Марго. Нина почувствовала, как незримая сила тянет из её рук бластер, и, не удержав, отпустила. Бластер сорвался и полетел на пол, руки опустились и притянулись друг к другу, запястья будто сковало невидимыми браслетами.

– Нет времени на разборки со стволами, – произнёс мужчина. Нина перевела на него ошарашенный взгляд, а затем снова посмотрела на Марго.

– Это Ларсион ук Сол, – ответила та на невысказанный вопрос, – принц Флёрсарин.

– Просто Лар, – возразил мужчина, – мы почти прибыли.

«Флёрсарин⁈» Нина сделала шаг назад, наткнулась на кровать, на которой лежала до этого, и, не удержавшись на ногах, села. Она видела представителей Флёрсарин во сне и была уверена – они точно не выглядят как люди. А этот, стоявший сейчас перед ней, определённо был человеком. Лар носил чёрный китель, похожий на мужскую версию кителя Марго, чёрные кудрявые волосы ниспадали на плечи, серые глаза смотрели остро и мудро, подтянутое мускулистое тело говорило о многолетней боевой подготовке, в его внешности не было ничего выдающегося, но одновременно с тем, что-то определённо притягивало взгляд.

– Флёрсарин? – спросила Нина внезапно севшим голосом. – И можете это доказать?

Лар бросил на неё осуждающий и вместе с тем проницательный взгляд и вдруг улыбнулся. Он поднял руку, но Марго кинулась к нему и вцепилась в локоть.

– Не вздумай! Ещё чего⁈ Кому и что ты хочешь доказать?

– Думаю, сейчас это необходимо, – возразил Лар, мягко отстраняя её от себя.

– Ты не можешь пока принимать другую форму, ты ещё… – Марго шумно выдохнула и обернулась к Нине. – Ему нельзя! Это опасно! Чего ты прицепилась?

– Я не прицепилась! – взвилась Нина. Её почти оскорбил тон Марго, ведь она ничего такого не попросила, всего лишь доказательств, что в её положении было логично. Захотелось ответить тем же, и Нина не видела повода сдерживаться. – Ты подставила меня, из-за чего нас с Антоном чуть не убили! Мой отец погиб! И после этого ты хочешь, чтобы я верила на слово какому-то проходимцу, оказавшемуся с тобой на Ауро-эс, где я выполняла, между прочим, секретную миссию⁈ Ещё скажи, что это случайность! – она посмотрела на Лара и добавила чуть спокойнее. – Ничего личного, просто…

Лар отрицательно качнул головой и сделал шаг вперёд, будто желая быть ближе и оставаться при этом на почтительном расстоянии.

– Я понимаю ваше беспокойство. Мы искали вас и действительно оказались на Ауро-эс не случайно. Мой народ нуждается в вашей помощи, как и ваш в нашей, – он опустил взгляд в пол. – Простите, что нам пришлось использовать для встречи неприятного вам человека, но иного выхода не было. Я действительно Флёрсарин… наполовину.

– Можете изменять внешность как прежние Ауро? – внезапно вырвалось у Нины, и Марго вздрогнула, будто это каким-то образом касалось лично её.

– Нет, – ответил Лар после короткой паузы. – Ауро – хищники. В том, как они принимают облик другого существа, заложены великие страдания для других, чистокровные Флёрсарин создают идеальную иллюзию без причинения вреда, а полукровки, такие как я, могут принимать форму в соответствии со своим вторым происхождением.

Этот ответ ровным счётом ничего Нине не объяснил, зато добавил новых вопросов, которых она, впрочем, задавать не стала. Очень уж странно чувствовала она себя, говоря с ним: появлялось бескрайнее спокойствие, Лар показался ей давно забытым другом. Помятуя о том, как легко увлёк её Ричард, а заодно и о рассказе главы Конфедерации про Аур-эсенада, она решила держаться подальше от любых проявлений симпатии к другим существам, даже если эти существа относятся к Флёрсарин.

– Ладно, – она многозначительно указала взглядом на собственные сцепленные чем-то невидимым руки, – и что от меня хочет ваш народ?

Лар виновато улыбнулся.

– Я отпущу, если обещаете выслушать меня до конца, не хватаясь за бластер.

Их взгляды пересеклись, и Нина вдруг подумала, что так мог бы смотреть на неё отец или человек, для кого её жизнь дороже собственной.

– Хорошо. Я обещаю.

Как только Нина произнесла последнее слово, давление на запястьях исчезло, а валявшийся на полу бластер сам по себе проскользил к её ногам. Она наклонилась, подняла его и, чуть помедлив, убрала. Лар удовлетворённо кивнул, пересёк каюту и встал у стены напротив Нины, скрестив руки на груди.

– Знаете, как умирают Флёрсарин? – начал он, впрочем, не ожидая ответа. Лар лишь бросил короткий взгляд на Марго, а та как-то обречённо вздохнула и села, погружённая в свои мысли. – Когда кому-то из нас приходит время покинуть этот мир, мы проводим ритуал переноса души… так мы сохраняем наше наследие. Раньше для наших душ существовали сосуды, но теперь их нет, а те, что мы смогли сделать, лишь жалкое подобие, неспособное нам помочь. Поэтому мы ушли в пустоту, чтобы не умирать. Однако вселенная непредсказуема, а жизнь звезды так же конечна, как и любая другая жизнь. У нашей королевы не было выбора, но она знала, на что идёт, и подготовилась. Только что-то пошло не так, и вместо сосуда часть её души выбрала человека, самого близкого по структуре внутренней материи к нам. Королева, моя мать и почившая правительница нашего народа выбрала вас.

Нина выслушала, не перебивая, и пару долгих мгновений сидела, не двигаясь, а потом посмотрела на Марго. Та тоже подняла взгляд и пожала плечами.

– Не знаю, правда ли это, но они в это верят, – она мотнула головой в сторону Лара.

Нина усмехнулась. То, что Лар говорил, казалось ей вымыслом, и слова Марго нисколько её не убедили. Переселение душ? Серьёзно? Она вдруг ярко вспомнила рассуждения Антона о душе и почувствовала тоску, еле ощутимо исходящую от чипа, а может, это была её личная тоска.

– Думаете, это бред? – проницательно спросил Лар. – Тогда подумайте… вам ведь снятся странные сны? Вы легко овладеваете сложными науками? Вас распознают системы и существа, которых прежде вы не видели? Вы говорите на языках, которые не изучали?

Перед внутренним взором Нины ярко встала карта детализации, встроенная в «Гаусс», а затем реакция главы Конфедерации на неё и взявшееся из ниоткуда понимание языка Акустико.

– Даже если и так… – сказала она, – это просто совпадения, ничто не доказывает ваши слова.

– Пока я не могу предоставить вам доказательства, но они будут. Она моя мать, и я вижу её в вас… – он откашлялся в кулак. – Вы, конечно, не она, в вас часть её души, знания и информация, которые важны для галактики и всего живого. Клянусь вселенной, мы не преследуем иных целей, кроме как узнать то, что Королева так и не сообщила нам. Мы лишь хотим позволить её душе говорить вашими устами…

Нина хотела ответить, сказать, что душа у неё цельная и никакая Королева внутри неё не живёт, но не успела. Именно это время бортовой компьютер выбрал, чтобы сообщить.

– Корабль заходит на посадку. Межзвёздная обсерватория Флёрсарин. Межгалактический войд ТИ-20.

За единственным в каюте иллюминатором, который Нина до этого не замечала, что-то ярко сверкнуло, корабль дёрнуло при выходе из экзо-пространства, под потолком зашуршали механизмы очистителей воздуха. Нина и подумать не могла, что этот корабль даже старше, чем она предположила сначала. В двадцать первом веке на Земле такие корабли стали первым удачным экспериментом для выхода человека в дальний космос, тогда они летали медленно и за границы Солнечной Системы не выходили. Люди проводили исследования на планетах системы, не пересекаясь и не вступая в контакт с другими цивилизациями. Почти тысячелетие спустя, с появлением варп-двигателя, такие корабли изъяли на модернизацию и доработку, один из них даже взлетел с Земли, но так и не вернулся… а потом не стало и Земли. Конечно, остатки могли чудом уцелеть, их могло выбросить в космос, галактические старьёвщики и коллекционеры могли покопаться в обломках и собрать заново, только вот… Нина, задумавшись об этом, отвела взгляд, и наткнулась на выгравированную короткую надпись.

«RUS 2910.01.KOR»

Сначала она не могла понять, что видит, но потом, когда корабль тряхнуло снова, её будто пронзило молнией осознания. Россия. Две тысячи девятьсот десятый год. Первый сборочный сектор космических кораблей. Королёв. Нина хорошо знала об этом, ведь космический исследовательский центр в Королёве был основоположником и первооткрывателем всех известных и доступных Земле механизмов до вступления в контакт с Регилианцами.

Сердце ушло в пятки, а уши заложило – Нина не сразу осознала, что это произошло не потому, что она оказалась так близко к столь исторической вещи, а потому что эта историческая вещь вошла в атмосферу какой-то планеты и стала спускаться к поверхности. За иллюминатором появилось пламя, но корпус корабля стойко держал нагрузку, а явно модернизированные системы поддерживали жизнеобеспечение и более или менее комфортную обстановку внутри.

– Откуда этот корабль? – спросила Нина, вспоминая, что на Земных самолётах старого типа при взлёте тоже закладывало уши, а при резком спуске сердце уходило в пятки. Так говорили на ненавистной ей истории, которую она всё же знала назубок. – Откуда он у вас?

– Я ждал этого вопроса, – Лар обернулся и коснулся надписи кончиками пальцев. – Мой отец был с Земли. Его корабль потерпел крушение… первое присутствие людей в далёком космосе, первый полёт по дорогам экзо-пространств…

– В три тысячи девятьсот десятом году, – тихо произнесла Нина, – с Земли стартовал первый модернизированный под варп-переходы корабль старого типа, стартовал с людьми, с экспериментальным варп-двигателем, якобы способным преодолеть границы Солнечной системы. Они не вернулись… Я думала…

– Вся команда погибла, выжил только мой отец. Моя мать спасла его. Она знала что-то такое о нас и людях, что хранители Флёрсарин передавали из уст в уста лишь избранным через ритуал передачи знаний. Избранным наследником должен был стать мой брат, но мать погибла, так и не передав ему информацию. Ты нужна нам, чтобы это узнать. В нашей связи с людьми кроется тайна нашего происхождения, тайна, которую с уходом королевы мы утратили… Мы утратили слишком много…

Их вдруг тряхнуло так, что Нина отлетела в сторону и врезалась в стену рядом с Ларом, Марго бросило на пол, и только Лар остался стоять, будто ничего не произошло.

– Компьютер, – спокойно произнёс он, – стабилизируй внутренне состояние корабля.

– Отказано, – ответил компьютер. – Системы неисправны, нарушены важные протоколы управления…

– А можно попроще, – выдохнула Марго, с трудом принимая удобную позу.

– Мы падаем, – всё так же спокойно произнёс Лар, и корабль, будто бы это был приказ, резко накренился, Нина попыталась схватиться за стену, но не нашла никакой опоры, и укатилась к Марго, сгруппировавшись так, чтобы получить минимум повреждений.

– Опасность! Опасность! – заверещал компьютер. Все лампы загорелись красным.

Однако это было не всё. Корабль закрутило, Нину и Марго откинуло назад и придавило к полу. Нагрузки для Нины не были чем-то новым, и она относительно легко переносила их… до сих пор. Ей показалось, что её зажало между двух прессов, и с минуты на минуту расплющит – голова раскалывалась, глаза слезились, дышать было невозможно, кровь пульсировала в висках так, будто собиралась надуть их как воздушный шарик и лопнуть. Нина потянулась к чипу, надеясь, что сможет активировать защитный костюм, и ценой невероятных усилий сделала это. Пусть МАРИ не слышала её, но владельцу активного чипа всё равно были доступны базовые функции, среди которых защита стояла на первом месте. Защитный костюм лёгкой бронёй охватил её тело, завершая преобразование удобным шлемом. Сразу стало легче, и Нина смогла сосредоточиться не только на себе, но и на других. Лар уверенно стоял на ногах, глядя в сторону, а вот Марго… Непривыкшая к нагрузкам, обласканная удобством «Авроры», она никогда не бывала в похожих ситуациях и будучи учителем танцев не стремилась к ним, поэтому теперь просто потеряла сознание. Нина дотянулась проверить пульс, но тут же вскрикнула, хотя из-за шлема её не мог никто услышать – у Марго из носа обильно шла кровь. Лар без промедления бросился к ним.

Он присел рядом, и Нина с удивлением обнаружила, что их накрыла плотная воздушная сфера, внутри которой, несмотря на происходящее с кораблём, было тихо и спокойно. Лар коснулся щеки Марго, вздохнул и щёлкнул пальцами. Его рука рассыпалась на мелкие частицы и стала обращаться тёмным туманом, постепенно увлекая в туман и всё тело. Нина отпрянула, врезаясь в плотную грань воздушной сферы, подняла взгляд на Лара и изумлённо застыла, увидев в его глазах мольбу, надежду и безграничное доверие. А потом в голове раздался его тихий голос – Нине едва удалось разобрать слова:

– Вот доказательства, моя королева…

Раздался треск, в каюте снесло часть стены, полетели обломки, комки какой-то породы с элементами растительности, но внутрь сферы, созданной Ларом, ничего не попадало. Сферу выкинуло из корабля, она прокатилась вместе с Ниной, Марго и Ларом несколько километров и вдруг растворилась. Нину протащило по инерции вперёд, она стукнулась обо что-то твёрдое и потеряла сознание.

Глава 14

Ничейная пустошь

Старый регилианский дом на окраине большого города с покатой крышей и неровными стенами из местной вулканической породы выглядел брошенным, но Нина не могла представить, чтобы кто-то на Ригеле бросил свой дом. Регилианцы, являясь врачебной элитой галактики, жили на широкую ногу, у них не было ни бедных, ни представителей среднего класса, не было и преступлений. Целеустремлённые, спокойные, мудрые они занимались своим делом, вкладываясь лишь в то, что шло на пользу развитию их главного дела – медицины. Всё, даже оборонные структуры и армия служили этой цели. Но при всём своём богатстве Регилианцы имели ещё и очень добрые сердца, могли сочувствовать, безоглядно бросаться на помощь тем, кому она нужна, и отдавать последнее за любую жизнь, если она того стоила. Регилианцы считали, что люди стоят того, чтобы их защищать, чтобы им помогать и оберегать их. Колония действительно никогда не тяготила Ригель своим присутствием. И тем более странно в свете этой информации было видеть брошенный дом.

Нина сделала шаг вперёд и вдруг отпрянула. На пороге пятиугольной двери показалась уже знакомая женщина. Русая коса с проседью и глубокие линии морщин, но всё тот же взгляд уверенный, твёрдый, взгляд с памятью о тяжёлой утрате, которую пережили ради того, чтобы эта утрата имела смысл. Алекс кого-то высматривала, и Нина обернулась, чтобы проследить за её взглядом.

Позади неё от дома вилась каменистая тропинка мимо клумб фиолетовых растений, похожих на пластилиновые поделки маленьких детей, за которыми высились домики регилианской колонии людей. От стены крайнего дома вдруг отделилась тень и вскоре лучи трёх регилианских солнц, преломлённые защитой города, искорками заиграли в ярко-рыжих волосах. Таких же как у Нины.

Алекс напряглась, и Нина вытянулась как струна вместе с ней. Сердце забилось стремительно, будто желая выпорхнуть и метнуться к идущему человеку. Десять шагов, двадцать, и вот Нина видит веснушчатое пухловатое лицо, узкие губы и синие глаза… совсем юного мальчика, подростка. Подросток прошёл мимо, не заметив Нину, и вежливо, в стиле старых фильмов о королях, склонил голову перед Алекс.

– Госпожа Са-о-Ри до Сол просила меня найти вас. Хорошо ли вы устроились… – он не договорил, очевидно, не зная, как к ней обращаться.

– Алекс, – улыбнулась Александра.

Нина смотрела на неё и не понимала, почему та медлит, почему не удивлена и воспринимает появление подростка так спокойно? Какой-то миг она думала об этом, а потом её осенило. Нина вспомнила сон на «Пегасе» перед тем, как они с Антоном отправились на КРИ.

«Храни этот дар, пока не встретишь ребёнка, что принесёт тебе земной цветок, похожий на вершину снегов в ярко-алом рассвете… примула, так вы называете его».

– Что ещё сказала Са-о-Ри? – спросила Алекс после короткого молчания.

Это выдернуло Нину из раздумий, и она обнаружила, что Алекс уже сидит на валуне у дома перед мальчиком и держит его за руку.

– Что навестит свою подругу Октавию, а потом вернётся, чтобы помочь. Сказала, что как только обмен свершится, я забуду её, и ещё… – он задумался, будто что-то вспоминал, а затем буквально из ниоткуда вынул цветок.

Сердце Нины замерло, так же как, вероятно, и сердце Алекс – они обе широко распахнутыми глазами уставились на цветок, испытывая, казалось, одни и те же эмоции.

– Так ты не от Са-о-Ри, а от её сына? Мэйксанейро всё-таки сдержал обещание?

– Только госпожа Са-о-Ри и принц Мейксанейро могут покидать место их… пребывания… – Нина отметила, что подростку с трудом даётся говорить на языке Алекс, хотя речь звучит плавно и без явного акцента. – Они оба передавали вам уважение и поклон.

Алекс долго молчала, но, в конце концов, заговорила тихим дрожащим голосом.

– Как тебя зовут? – она приняла цветок из его рук, а потом извлекла из-под ворота одежды рассечённый кулон и надела ему на шею. Кулон Нины.

– Лео… – тихо ответил подросток, – так мне сказали.

Алекс улыбнулась и с материнской нежностью погладила его по голове.

– Хорошо, Лео. Я рада нашему знакомству. Я присмотрела тебе отличную семью, а пока… пойдём в дом, я тебе всё покажу.

Нина очнулась. Полная темнота, в которую её выкинула сфера Лара, сменилась сумерками, и вокруг стали различаться очертания предметов. То, обо что она стукнулась, оказалось высоченной отвесной скалой из неизвестной ей породы, голова болела – защитный костюм почти не смягчил удар.

«Синяки точно остались», – подумала Нина и привычно потянулась к руке с чипом, но связи по-прежнему не было, МАРИ ничего не слышала, работали лишь базовые функции. Нина представила, как где-то там далеко Антон ждёт сигнала, хоть какой-то связи с ней, как совсем недавно, возвращаясь со следственного Изолятора на «Аврору» ждала она. Дождётся ли? О том, что случилось с мамой, Нина боялась даже представить. В конце концов, она решила, что тревога сейчас ей ничем не поможет, и, заставив себя отбросить лишние мысли, медленно села и прислушалась к собственному телу. Серьёзных повреждений не нашлось. Нина поднялась на ноги, ощущая необычно сильное притяжение планеты, повела плечами, разминаясь, и только тогда заметила впереди нечто необычное.

Небольшое полупрозрачное облако тумана клубилось вокруг чьей-то фигуры – Нина осторожно пошла вперёд и очень скоро различила в тумане Марго. Её бывшая преподавательница сидела прямо на земле, спрятав лицо в ладони, и горько рыдала. Из-за шлема Нина ничего не слышала, но из того, что видела, могла предположить, что атмосфера здесь пригодна для её вида. Она скинула шлем и осторожно вдохнула – воздух оказался сладким и чистым настолько, что закружилась голова, появилась бодрость, а боль в месте удара отступила. Нина снова вернула внимание к Марго и сделала несколько шагов в её сторону. Марго повернулась, подняла заплаканный взгляд и вдруг изменилась в лице. Один удар сердца, и вот Марго выхватывает бластер и целится в Нину – какая-то доля секунды, за которую Нина не успела бы среагировать ни при каких обстоятельствах. Четыре маленьких сгустка энергии вырвались из бластера вместе с тихим хлопком, рассекли воздух и, скользнув опасно близко у головы Нины, врезались во что-то позади неё… или в кого-то. Звук, раздавшийся за спиной, вселил первозданный ужас. Нина резко обернулась, запрокинула голову, раскрыв рот, и отшатнулась, шокированная увиденным. Из темноты сверху прямо к ней тянулись жуткого вида волокна, похожие на переплетение жил и сосудов, будто кровеносную систему не очень аккуратно отделили от тела, вырвав с клочками плоти. Именно в них и попали пули Марго, обратив их в лёд.

– Уходим! Эффект не вечный! – Марго схватила Нину за руку, напугав её ещё сильнее, и потащила в противоположную сторону, прямо сквозь облако тумана.

– А Лар?.. – Нина поспешила за Марго, вглядываясь в темноту. Но ни сферы, ни самого Лара не увидела, лишь очертания остова разбитого и местами догорающего корабля.

– С ним всё будет хорошо, – не очень уверенно ответила Марго и на мгновение отпустила Нину, чтобы перезарядить бластер. В этот момент раздался страшный хруст, волокна снова пришли в движение, и Марго подтолкнула Нину вперёд. – Видишь белую стену света? Беги, туда! – сказала она и заняла боевую позицию.

Только теперь, обратив свой взгляд к горизонту, Нина поняла, в какое место они попали. Похоже, пригодная атмосфера была единственным преимуществом этой планеты. Над равниной, покрытой лёгким пухом плесени, расстилалось белёсое небо, но свет не проникал к земле, находя препятствие в волокнах, окутавших планету сетью. То, что Нина приняла за скалу, было плотное сплетение волокон, врезавшееся в почву, проникающее в самые её недра. Это нитевидное кошмарное существо жило здесь, питалось планетой и её жизнью, вытягивая всё до последней капли, и давало лишь одно – азотно-кислородную атмосферу. Процентного соотношения кислорода и азота Нина узнать не могла, отсутствие связи лишило её и доступа к общей базе и основным системам, так что чип по ручному запросу выдавал ошибку. Снова раздались выстрелы, но на этот раз они не спасли ситуацию, а ухудшили её. Всё небо пошло волнами, сеть волокон сдвинулась, смешалась и стала скручиваться, будто для атаки. Нина, успевшая уйти на пару десятков шагов от Марго, обернулась и кинулась обратно.

– Бежим! – теперь уже она схватила Марго за руку, но ту и не нужно было уговаривать. Она обернулась, широко распахнула глаза и бросилась за Ниной.

Волокна ползли со всех сторон: маленькие и большие они норовили схватить за ноги, руки, вцепиться в шею. Приходилось отстреливаться и отбиваться, но было ясно как день, что тот поток волокон, спускавшийся сверху, остановить не удастся. Стена приближалась неумолимо медленно. Нина экономила патроны – оружие пилотов «Пегаса» могла перезарядить только МАРИ, а обычного у Нины не было, поэтому она старалась стрелять только для того, чтобы прикрыть Марго во время перезарядки её бластера, но ей всё равно не хватило. Им оставалось не больше ста шагов до стены, когда тонкое, почти неприметное в полумраке волокно, схватило Марго за ногу и уронило на землю. Бластер выпал из рук. Нина обернулась, прицелилась последней своей пулей, но не попала – другое волокно преградило путь и приняло удар на себя. Марго вскрикнула, и её потащило во тьму. Нина убрала пустой бластер и выхватила табельное, спустила всю обойму, но добилась лишь того, что волокна опутали Марго сильнее и ускорились. Сдаваться было нельзя. Нина рванула вперёд и поймала руку Марго, вцепилась в неё крепкой хваткой, но сила обладателя волокон была несоизмеримо велика. Нина бухнулась на живот, и её поволокло следом.

– Отпусти! – крикнула Марго. – Отпусти! Ты мне не поможешь! Ты нужна им! Иди к стене… к защите их… – она вдруг вся выгнулась и закричала от боли.

Нина пыталась зацепиться ногами, но волокна были повсюду, подползали к ней всё ближе и ближе, а земля будто специально выровнялась и стала гладкой и скользкой.

– Нет! – бросила она в ответ. – Никаких больше смертей!

Нина попыталась собраться, отбросить чувства и понять, что делать дальше. И озарение пришло, когда раздался хруст ломающихся костей, и Марго закричала снова. У Нины был только один шанс, но для этого ей нужно было рискнуть. Отпустить Марго, чтобы спасти… или не успеть, как произошло с Кристофером. От мыслей о втором варианте бросало в дрожь. Оставаться в одиночестве в этом кошмаре Нина не собиралась, да и не желала Марго смерти, несмотря на прошлое. Вдох-выдох. Нина выпустила руку Марго, перевернулась на спину и быстро набрала нужную комбинацию на высветившейся панели чипа, а потом перевернулась, резко поднялась на ноги и с размаха бросила бластер вперёд. Панель чипа показала короткий обратный отсчёт в четыре пункта, бластер достиг крайней точки своего полёта перед падением и взорвался, вспыхнул белым светом, волны которого разнеслись в разные стороны на пару десятков метров, оставляя после себя белые обуглившиеся угольки волокон. Существо зашипело, взвилось, забеспокоилось, готовясь к новой атаке. Нина понимала – у них всего несколько секунд – поэтому, не теряя времени, подбежала к Марго и, взяв под руки, поволокла её к стене. У Марго была сломана нога, кость торчала наружу, всё тело в ссадинах и кровоподтёках. Идти она не могла, но и не выказывала прежней слабости. Нина в который раз поймала себя на мысли,что мадам Лабуле сильно изменилась с тех пор, как она видела её последний раз. Нина решила расспросить её об этом при первом удобном случае, сейчас же ей оставалось верить, что за стеной белого света действительно безопасно и что они успеют туда пройти.

Остатки взрыва почти растворились, а волокна тянулись по земле и воздуху, только уже как-то медленно, будто нехотя. От стены исходила невероятная сила, Нина ощущала её, а когда оказалась рядом, поняла – стена по структуре и форме была точно такой же, как сфера, созданная Ларом. Свет на деле оказался не светом, а энергией, в которую обе девушки погрузились, будто в ледяное молоко. На миг Нина потеряла способность видеть, но вот стена пропустила их, и в лицо ударил ветер, наполненный ароматами влажной земли и цветов. Волокна облепили стену с внешней стороны, но так и не смогли пробраться сквозь неё. Марго выскользнула из рук Нины и рухнула на землю, Нина посмотрела на неё, выдохнула и устало легла рядом. Воздух приятно холодил лицо, из темноты космоса подмигивали звёзды, и в сердце Нины родилось счастье. Она жива! Они выжили! Она повернула голову, чтобы взглянуть на Марго, и с удивлением обнаружила, что та смотрит на неё.

– Спасибо, – сказала Марго, – я бы тебя бросила, – её испачканное ободранное лицо заливали слёзы.