Текст книги "Тайна космического цветка (СИ)"

Автор книги: Инна Ласточка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Последующие несколько дней Марго наблюдала. То, что изначально она приняла за чужой шаттл, оказалось кораблём Лара. Он сам обмолвился, когда переносил её в маленькую каюту, где над постелью мерно покачивалась серебристая цепочка из каких-то незнакомых камней. Лар поил её лекарством, ухаживал за ней и кормил. Поразительная щедрость для обитателя планеты-тюрьмы. И чем легче Марго становилось, тем больше она думала, что без Лара не справится, погибнет, и все старания Тианы и Ричарда будут напрасны.

Ричард. Когда Марго впервые подумала о нём, минуло, пожалуй, больше десяти галактических суток. Что с ним? Как он? Никто в этом месте не мог ответить на её вопросы, но она и не чувствовала никакой потребности знать ответ. От её одержимости Ричардом сохранилось лишь дружеское тепло, оставшееся со школьной скамьи, и это было поважнее всего остального. Это пугало.

– Итак, комета, признавайся, – голос Лара прозвучал прямо над головой Марго в один из тех её пробуждений, когда она уже не стеснялась притворяться больной, чувствуя себя при этом вполне сносно. От Лара пахло солью и, что удивительно, алкоголем. – Я знаю, что ты не спишь, и что можешь со мной говорить. Тебе легче. Меня не обмануть. Итак… – Лар склонился к ней так близко, что Марго почувствовала дыхание на своей щеке и распахнула глаза, – ты человек?

Этот вопрос прозвучал до дикости абсурдно, но Марго смогла бы найти ответ, если б не встретилась взглядом с Ларом. Серые, будто грозовое небо с фотографий прошлого, его глаза ярко выделялись на фоне смуглой кожи, курчавые тёмные волосы едва покрыла седина, а тонкие губы, наискосок располосованные некрасивым шрамом, притягивали внимание.

– Я Марго… – невпопад прошептала она и затаила дыхание.

Лар кивнул, отстранился и, с усмешкой бросив последний взгляд, удалился куда-то вглубь помещения, прозвенел металлическими приборами, местной посудой, а потом вернулся.

– Ясно, значит Марго… – заключил он и протянул ей кружку со странной вязкой сине-розовой жидкостью. – Но я всё равно буду звать тебя «комета», ладно? На вот, выпей.

– Что это? – Марго почувствовала запах топлива и скривилась.

– Извини, легко тут не будет, – сурово ответил Лар, вкладывая кружку ей в руки. – Тебя кто-то траванул древней гадостью, которой я в галактике мириады зим не встречал, но ты нужна мне живой. Мне нужен был человек. Ты человек, значит, пора убираться с этой чертовой планеты и наведаться к моей семье.

Марго скривилась.

– Не слишком ли рано собрался знакомить меня с семьёй? Может, хотя бы предложение сделаешь?

– Не доросла ещё до предложения, мелкая, – съязвил Лар. – Пей, позже всё объясню. Тебе нужно окрепнуть, привыкнуть к местному притяжению и помочь нам выбраться… – он закатил глаза, заметив, как Марго принюхивается к напитку. – Пей! Не отравлено и не так противно, как тебе кажется.

Марго подозрительно прищурилась.

– Выпью, если ты расскажешь мне, что здесь происходит, как ты меня нашёл и… ты сам-то кто? – она передразнила его. – Человек?

Лар шагнул в сторону, подкатил металлическое кресло на колёсиках, застеленное какой-то ветошью, плюхнулся на него и только тогда ответил.

– Расскажу. Только пей, – он сложил ногу на ногу, пристально разглядывая Марго, отчего ей стало неуютно, и она действительно сделала глоток на удивление сладкого напитка. – Я наполовину человек и для людей не опасен. Даже напротив, мы можем помочь друг другу. Я изгнанник моего народа, но около галактического года назад со мной связалась семья, им нужен человек… и этот человек ты.

Марго как раз набрала в рот новую порцию напитка и на этих словах чуть не выплюнула её обратно.

– Я? – с трудом сглотнув прохрипела она. – Да я знать тебя не знаю? Почему я?

– Я ждал не тебя, а любого человека, но здесь ты, моя комета, – Лар коварно ухмыльнулся. – Но о причинах после. Лучше скажи, ты знаешь, что это за планета?

Марго кивнула.

– Да. Ты сказал, что это Рега. Я знаю только одну Регу, из астероидного пояса, одну из планет-тюрем Конфедерации.

– Да, – удивился Лар, – думал, ты не такая умная. Значит, в курсе и о защитных полях, и о башнях, и о местном контингенте.

– Э-э… – протянула Марго, – о башнях и полях знаю, но местные…

Лар хмыкнул.

– Бежать отсюда в одиночку чистое самоубийство, хотя и вдвоём шансы не велики. Но ты – человек. Поскольку люди никогда не попадают на такого рода планеты, системы не распознают их. Ты сможешь сделать часть всей работы, которая недоступна мне, для побега. Мы вместе покинем планету, я доставлю тебя к своей семье, а потом…

Марго допила, чувствуя, как тепло от напитка разливается по телу, и остановила его.

– Ты же тоже человек.

– Наполовину, – напомнил Лар, – а тот, кто человек наполовину, всё равно, что совсем не человек.

Марго окинула его оценивающим взглядом.

– Так чего хочет твоя семья? – в глубине души она понимала, что должна бояться такой заинтересованности своей личностью и людьми в целом, но почему-то не могла. – Что со мной сделают?

Лар склонился вперёд, опираясь локтями на собственные колени.

– Вопрос не в том, что сделают с тобой, а в том, что сделаешь ты…

– Но я никто, – Марго пожала плечами, – учитель танцев, только и всего. Я не знаю кодов доступа, секретных данных, я даже не могу связать вас с кем-то из руководства «Авроры». Но я могу послать сигнал. Меня ищут, за мной прилетят. Отсюда можно отправить сигнал?

– К звёздному дьяволу «Аврору», моя кометочка, нам это не нужно. И, конечно, никакой сигнал не пробьёт это защитное поле, иначе я бы уже улетел, а моя семья… даже если бы хотели помочь, не смогли бы. Лишь малая толика моего народа способна покинуть место, где мы живём, и они не станут тратить силы, чтобы спасти меня. Как у вас говорят, спасение утопающего, дело рук самого утопающего…

– Ага, – задумчиво кивнула Марго, – говорят.

– Поэтому мне нужна твоя помощь, – продолжил Лар, – чтобы уйти отсюда. А моей семье нужно… Я подготовлю тебя, а ты найдёшь и приведёшь нам человека, на которого тебе укажут.

Марго почувствовала сонливость, глаза стали закрываться, и она усилием воли заставила себя говорить. Она хотела возмутиться, сказать, что никуда не полетит, что она просто слабая женщина, а не наёмный сыщик, но вместо этого вяло произнесла:

– Почему… ты зовёшь меня так? – она закрыла глаза. – Почему «комета»?

– Потому что… – Марго услышала это, проваливаясь в сон, и невольно улыбнулась, – ты упала с неба как комета, пылая ярче самой яркой звезды.

* * *

Нина думала, что сфера «Илларион» не должна была существенно отличаться от «Новой Земли», но, едва увидев её, поняла, что ошиблась. Город с круговой гравитацией, замкнутый в прозрачную сферу, напоминал подарочный шар из исторических сводок. Такие дарили и сейчас: шарики с городами и фигурками внутри, с блёстками или снежинками, одни из них могли висеть в воздухе, другие крепились к стенам, третьи от движения запускали внутри целую погодную катастрофу или сжимались до размера пуговицы. Самый интересный шар был выставлен на Авроре в секторе сувениров – в спокойном состоянии он выглядел как маленькое солнце, но от прикосновения начинал проходить все стадии жизни звезды от рождения до взрыва, от карлика до гиганта, – стоил этот шар, конечно, целое состояние. Нина слышала, что дворец Ак-Ауро оплатил покупку этого шара, но не знала, получил ли его заказчик. Сфера «Илларион» казалась Нине таким подарочным шаром, маленькой игрушкой в огромной ладони космоса.

– Она же рассыплется от одного удара небольшой ракеты… – проговорила Нина, рассматривая приближающуюся сферу в смотровое стекло.

– Захожу на посадку. Автоматический режим. Ручное управление запрещено, – сообщила МАРИ.

Антон склонил голову, поворачиваясь к Нине.

– Посмотри на панель, – он указал на мигающие красным треугольники, – управление заблокировано, оружие заблокировано, щиты тоже. Координаты определить невозможно. «Илларион» постоянно перемещается, и даже если кому-то удастся наткнуться на него случайно или, что почти за гранью возможного, отследить, его система обороны превосходит любую известную тебе систему защиты.

Нина взволнованно сглотнула, когда сфера нависла над ними, раскрывая пасть парковочного тоннеля. Несмотря на всю красоту и хрупкость, «Илларион» внушал трепет и скорее был схож с хищной птицей, которая заприметила жука и уже распахнула клюв, чтобы сцапать его. «Пегас» плавно заскользил по прозрачному рукаву тоннеля к посадочным платформам.

Антон отстегнул ремни и встал, чтобы подготовиться к выходу. Ему не давала покоя информация о Томпсоне. Он не знал, как к ней относиться, и не знал, как сообщить об этом Нине. Антону многое хотелось обсудить, но главным препятствием для разговора был тот ночной поцелуй – наутро Нина ничего не помнила, а Антон не нашёл в себе сил напомнить ей, и теперь мучился, не в состоянии поговорить даже о деле. И чем дальше жизнь уводила их от того дня, тем сложнее ему было признаться, тем сложнее находиться рядом с ней.

– Добро пожаловать, – сообщил порхающий у шлюза голубой мотылёк, прерывая мысли Антона. Будто бы сотканный жидким светом, мотылёк сиял, оставляя в воздухе длинные мерцающие следы. Он взмахнул крыльями и направился к массивным дверям.

Там пилотов «Пегаса» ждал транспорт – блестящий двухместный шаттл, балансирующий над полом, похожий на тот, что встретил их в первый день на «Новой Земле». Его корпус прошивали линии жёлтого и синего света, поминутно переливаясь и перетекая одна в другую.

– На «Илларионе» атмосфера не подходит для вашего вида. Прошу вас не раскрывать шлемы защитных костюмов или воспользоваться масками в шаттле слева и справа от вас, – вежливо сообщил мотылёк. – Пожалуйста, до прибытия в место назначения не используйте голосовую связь.

Антон помог Нине забраться и сесть, затем сел сам. Всю дорогу, пока быстроходный транспорт нёс их к месту назначения, они оба не проронили ни звука. Антон оставил мысли о Томпсоне и перешёл к насущным вопросам. Например, кто именно будет передавать им сообщение главы Конфедерации и как следует себя вести, чтобы случайно не стать причиной скандала? Он не верил, что Октавия Асмирату решит встретить их лично, но… так и случилось.

Место, в котором Октавия ждала их, Мотылёк назвал садом. На деле же это оказалась аллея биомеханических растений – красивых и неживых. Октавия обернулась, когда Антон и Нина вошли, и пламя в её глазах угасло, стало тусклым и тёплым, как затухающий костёр. Мотылёк что-то пискнул и растворился в воздухе, сбросив на пол горстку голубых блёсток.

– Си. Де. Ра, – голос Октавии прозвучал доверительно и тихо. – Я очень рада видеть тебя, дорогой друг. – Октавия обращалась к Нине с уважением и настороженностью, а может, так лишь казалось.

– Сияния звёзд и вечного мира, – поспешила ответить Нина, склонив голову, и вдруг физически ощутила, с каким удивлением Антон смотрит на неё. – Вы… наверное, меня с кем-то спутали… – голос подвёл её, и слова прозвучали хрипло и невнятно.

Время застыло, всё вокруг словно растворилось, Нина ощущала удивлённый взгляд Антона и заинтригованный главы Конфедерации и не могла ничего понять. Она не смотрела на Октавию, но представляла себе её лицо так, будто знала его очень хорошо, и в глубине души понимала – Октавия каким-то образом тоже её помнит. Но как? Как такое возможно?

– Сияния звёзд и вечного мира, – Антон первым нарушил воцарившееся и уже прилично затянувшееся молчание. – Прошу прощения, мы не учли, что бортовая система нашего корабля не сможет здесь активировать встроенные переводчики. Возможно ли получить портативный переводчик… – он снова взглянул на Нину, – полагаю, что… один?

Октавия медленно перевела на него взгляд, затем кивнула и подняла руку. Голубой Мотылёк появился у её плеча.

– Один портативный переводчик, пожалуйста, для майора Чехова, – сказала она.

Нина совсем запуталась в том, что происходит.

– Почему один? – слова вырвались сами собой ещё до того, как мысль успела полностью сформироваться в голове.

– Наверное, потому… – с нажимом ответил Антон, – что ты не сказала мне, что знаешь язык Акустико.

– Я⁈ – удивилась Нина, но тут же прикрыла рот и посмотрела на главу Конфедерации. Её осенило. Антон не понял, что Октавия сказала во время приветствия, а Нина поняла и ответила ей.

– Любопытно… – Октавия сложила руки на груди, отставив в сторону левую ногу, – любопытно… – она неотрывно смотрела на Нину, пока Антону не принесли переводчик, и тогда заговорила снова, откинув через плечо белоснежный локон. – Адмирал верно поняла мои намёки, я ждала именно вас, – она взглянула на Чехова, так что ему стало неуютно.

– Меня? – уточнил он и ухмыльнулся. – Странно, мне показалось, что здесь для вас есть боле интересный собеседник.

Октавия проигнорировала его смелый выпад.

– Времени мало. Предстоящее дело может помочь предотвратить хаос в межгалактическом сообществе. На кону жизни целых рас, – её голос прозвучал ровно и строго.

Антон и Нина переглянулись и на всякий случай достали планшеты.

– Полагаю, что будет правильным рассказать всё с самого начала, – сказала она и повела рукой в сторону, к высоким серебристым стульям, свитым прямо из растений. Октавия села, не дожидаясь их, и продолжила. – Это было очень давно даже по меркам вселенной. Система, где обитал мой народ, звалась Илларион и находилась в далёкой галактике Ли Мо. Планета Акустико не была самой большой в системе, но она обладала самыми комфортными условиями жизни для нашего вида. Мой отец – глава дома Акустико и правитель системы – шёл по пути лидера, его целью было занять место во главе Верховного Совета и создать Конфедерацию галактик. Идеи его сторонников были понятны и лояльны ко всем народам. Однако глава Ауро… юной тогда расы – был против этих идей и лично против моего отца. Мы и подумать не могли, на что будут способны Ауро, чтобы добиться своего.

В один из вечеров, когда шесть лун Акустико опускались за горизонт, наши близкие нашли у внешнего сектора планеты дрейфующий корабль. Признаков жизни он не подавал, но при детальном изучении оказалось, что на нём есть двое детей и двое их мёртвых родителей. Дети выглядели как мы, но никто не знал их рода и какая именно планета нашей системы была им домом. Мы приняли детей к себе, а через две межгалактических недели они заразили всю планету страшным вирусом – Аур-эсенада. Тогда я была ребёнком и ничего не знала, просто однажды ночью отец собрал вещи и увёл меня на корабль. Утром, когда мы вышли за границы системы Илларион, у Акустико сработало самоуничтожение. Мы с отцом стояли и смотрели, как одна за одной взрываются наши планеты, как угасает мир, который мы знали… Мой отец уничтожил всех наших близких и спас нас.

Дети оказались из расы Ауро и к моменту встречи с нами успели побывать на всех планетах системы. Отец предъявил претензии главе Ауро за уничтожение нашей расы перед лицом всего Верховного Совета. Ауро были наказаны, их планету уничтожили, а оставшихся в живых отселили за дальние рубежи в безымянную систему в галактике «Млечный Путь». Им приказали уничтожать Аур-эсенада у всех до единого, включая новорождённых и тех, кто родится после, и они сделали это, пожертвовав частью своих способностей. Продолжая избавляться от Аур-эсенада, Ауро не только утратили возможность принимать чужой облик, но со временем перестали производить на свет и обладателей Аур-эсенада.

– Это же фактическое уничтожение целой расы, – произнесла Нина. – Не слишком ли жестокое наказание лишать другую расу сути?

Октавия посмотрела на неё.

– Не мне судить о том, что случилось. Ауро оказались сильнее, чем мы думали, и из пепла, на останках прошлого, возродилась цивилизация небывалой мощи. На данный момент, вам, надеюсь, это известно, Ауро являются одной из самых высокотехнологичных рас в межгалактическом сообществе, – Октавия закончила на этой ноте и замолчала.

Нина не знала, что сказать, и на некоторое время между ними повисла тишина, которую рискнул нарушить Антон.

– Что мы должны делать?

Октавия встрепенулась, будто вынырнула из далёких воспоминаний, и тихо произнесла.

– Я не доверяю Ауро и строго контролирую их, но я не всесильна, как и совет Конфедерации. Есть опасения, что Ауро нашли способ вернуть Аур-эсинада. Если это так, в опасности всё живое. Каждая планета, каждая раса – мы должны быть начеку. Мне нужно, чтобы вы подтвердили или опровергли эту информацию. Проверьте донесения о том, что на планете-мастерской Ауро-эс есть лаборатория – проберитесь туда, возьмите все возможные данные, не привлекая внимания, и вернитесь. Живыми! – она сделала акцент на этом слове. – Я заключила соглашение с адмиралом Картер, никто более не должен знать о цели вашей миссии. Есть ещё вопросы?

Антон промолчал, сосредоточенно о чём-то раздумывая, и Нина спросила за него, уверенно взглянув Октавии в глаза:

– Что такое Аур-эсенада?

Глава 6

Побег

Марго казалось, что она провела на этой чёртовой планете целую вечность. Сначала её тело никак не хотело адаптироваться к местному притяжению, потом отрава, о которой говорил Лар, изводила тело и сознание – Марго пережила много мучительных дней, прежде чем смогла вставать самостоятельно, нормально есть и пить. Лар нянчился с ней как с ребёнком, но всё закончилось, когда Марго окончательно пришла в себя. С этого момента из заботливого опекуна Лар превратился в строгого и беспощадного учителя. Он учил её сражаться в основном холодным оружием, но иногда, в редких случаях, когда пунцовое здешнее небо накрывали седые облака, а на горизонте взвивались песчаные вихри, Лар доставал единственный оставшийся у него бластер и показывал, как им пользоваться. Марго легко давалась техника боя. После танцевальных тренировок это казалось всего лишь дополнительной разминкой, очередным преодолением себя для достижения новых вершин. Однако Лар ни разу её не похвалил, он считал, что подготовиться за такой короткий срок нельзя, и даже если Марго сейчас выполняет всё хорошо, это не значит, что в бою у неё получится так же. Впрочем, тянуть он тоже не хотел, поэтому вскоре, по подсчётам Марго через несколько месяцев пребывания на планете, Лар стал брать её на вылазки. Так Марго узнала подробности о месте, куда волей судьбы попала.

Рега, как Марго уже знала, была частью небольшой системы в пустоте блуждающего астероидного пояса. Система никому не принадлежала, и Конфедерация использовала её как тюрьму для самых жестоких преступников, а заодно и как свалку некоторых технических отходов, запрещённых для уничтожения в открытом космосе. Искусственная атмосфера и мощные защитные поля, накрывающие Регу, держались на двадцати вышках управления, где попеременно несли службу солдаты объединённой армии Конфедерации. Попавшие внутрь защитного поля, пусть даже случайно, уже не могли выбраться – здесь, среди гор мусора, упавших кораблей и шаттлов, было не выжить одинокому существу. Рычащие твари, которых в первый день здесь слышала Марго, были единственным коренным населением, и они, к сожалению, любили полакомиться разумными существами, в особенности залетевшими случайно. Случайных не регистрировали, но и не выпускали без запроса из вне, опасаясь, что могут выпустить кого-то не того, и они застревали здесь надолго, если не навсегда. По словам Лара, только за время его пребывания на планете случайных гостей погибло не меньше тысячи, однако находились и те, кто удачно избегал участи быть приготовленным на ужин. Эти объединялись в группы, примыкали к преступникам и выживали только потому, что Конфедерация подкармливала их, присылая провизию вместе со сменой караула. Конечно, попыток сбежать было много, но те отчаянные, кто смог пробраться мимо местного населения, попадали под прицел бластеров охраны и навсегда засыпали в песке.

Лар не был преступником, он не примыкал ни к одной группировке и совершенно точно не относился к местному населению. Его корабль, упавший на планету много лет назад, чудом сохранил жизнеспособность, у него даже работал синтезатор еды, которую Лар обменивал у местных на всякие полезные вещи. Хотя Марго так и не поняла, как ему удалось выжить, ведь его могли просто убить, вместо того, чтобы договариваться и вести обмен. Но факт оставался фактом, местные Лара уважали, преступники не совались без дела и иногда приходили за помощью, взамен отдавая что-то ценное. Так у Марго появилась нормальная одежда, у Лара два боевых кинжала, а у них обоих карта ближайшей вышки.

Лар торопил события и готовился к побегу, Марго не верила ему, считала эту идею безумной, а его разговоры о семье выдуманной причиной. Они спорили, планировали и снова спорили, его невозможно было переубедить, и Марго, в конце концов, вынужденно согласилась с ним, но для себя решила, что не станет рисковать понапрасну, а если всё получится, то сбежит при первой же возможности.

– На вот, возьми, – Лар вошёл в помещение, где поселил Марго, отрывая её от размышлений, и бросил в её сторону какие-то вещи, – одевайся! Пора.

– Уже? – ей казалось, что старт их плана где-то ещё очень далеко, что у неё ещё есть время подготовиться, собраться с мыслями, но время неумолимо бежало вперёд. Медлить было нельзя, отступать тем более.

– А чего ты хотела? Что мы будем здесь вечность? – Лар хмыкнул и, не дожидаясь ответа, отправился заниматься последними приготовлениями.

На Реге не существовало привычных для людей дня и ночи, но местные всё равно использовали эти термины. Ночью, когда все расходились по своим укрытиям, на планете бушевали песчаные бури такой силы, что выжить было попросту невозможно, а днём наступало затишье и относительно тёплая погода. Осадков тут не выпадало, зато воздух сам по себе был влажным и прохладным. Рассветом называли период, когда бури уже утихли, а серые тучи ещё не растворились в алом небе. Самый благоприятный период времени – сумерки и тишина.

Приближающийся рассвет начинал решающий день в жизни Марго и Лара. Они должны были навсегда покинуть своё убежище, чтобы, наконец, убраться отсюда подальше. Их план был прост. Лар по старой дружбе должен был подкормить местное население собственноручно приготовленным снотворным, это же снотворное добавить в дротики для охраны вышки и распустить слух в сообществе преступников о важном металле, сброшенном в полутора километрах от его корабля. К этому моменту – Марго уже знала это – всё удалось. Местные приняли дар, преступники клюнули на сплетню и точно не могли помешать, а дротики были заряжены и с вечера лежали в сумке.

– Одевайся, – повторил Лар откуда-то из-за стены и что-то тихо приказал бортовому компьютеру.

Марго подняла с пола вещи и с удивлением обнаружила кожаные высокие сапоги, брюки, кофту с высоким узким горлом и чёрный приталенный жакет с ремнём-креплением для бластера и ножа или кинжала. Одеваясь, она впервые за много дней ощутила сжимающую сердце тоску, вспомнила лицо Ричарда и всхлипнула, но не заплакала – Лар прервал её, снова возникая рядом.

– Готовность две минуты, другого времени не будет, – он сложил пистолет для дротиков в сумку, ещё раз всё проверил и пошёл к двери.

– Лар! – Марго окликнула его, поправляя жакет. Странный азарт и эйфория охватили её от одной только мысли, что им предстоит совершить самое опасное в её жизни путешествие. Он обернулся у выхода, их взгляды пересеклись. – Если мы погибнем…

– Мы не погибнем, – перебил он. – Мы выберемся, даже не сомневайся.

* * *

На каждой вышке присутствовали по два-три охранника за раз, и чаще всего это были представители самых сильных армий галактики – Эллейн, Исса, Ауро или Акустико. Последние очень редко выходили на службу, ведь вся Конфедерация знала, что их раса понесла невосполнимые потери, их планета, дарующяя наследников, давно канула в небытие, а они сами, хоть и могли жить бесконечно долго, потеряли всякий смысл к существованию.

Марго и Лар заранее просчитали, чтобы на вышке оказались именно представители Исса – иссинианцы были слабее остальных и плохо переносили снотворное. Оставалось только добраться до пункта управления, сделать несколько точных выстрелов и снять щиты для одного единственного в ангаре корабля. Этим утром Исса должны были спуститься на планету для замены представителей Ауро, что Марго и Лар собирались использовать как пропуск на вышку.

И пока всё получалось. Они добрались до ангара без помех и спрятались за соседней горой мусора. Ждать пришлось недолго. Вскоре массивные двери ангара с грохотом раздвинулись, и в них плавно вошёл золотистый круглый шаттл, похожий на шар для боулинга – Марго и Лар проскользнули следом.

– Тихо! – прошептал Лар, увлекая Марго в полумрак ангара, в угол, где укрылись отдыхающие моющие дроны. – Переждём.

А подождать действительно стоило. Из своего тайного укрытия ни Марго, ни Лар не могли полностью видеть, что происходит, но по звукам выходило, что Ауро сдают пост Исса и загружаются в собственный шаттл. Когда двери раскрылись снова, выпуская на свободу вторую группу охраны, в ангаре уже никого не было.

– Идём! – произнёс Лар одними губами и жестом приказал быть наготове.

Марго напряглась, вцепилась в бластер, который Лар почему-то отдал ей, но опасности не было. Серебристый шаттл оставался безмолвен, как и весь ангар до самого выхода, а камеры не реагировали на их движение.

– А что с камерами? – прошептала Марго, когда они добрались до лифта и нажали кнопку вызова.

– Не переживай, они нас не видят, – загадочно улыбнулся он.

Марго посмотрела на него и, возможно, впервые разглядела в нём нечто особенное. Он был одет как она: жакет мужского кроя, высокие сапоги, брюки, кофта с высоким воротом, – но было в нём что-то и потустороннее, завораживающее. Лар открыл рот, вероятно, чтобы спросить о причине её взгляда, но так ничего и не сказал. Лифт щёлкнул, остановился и раскрыл двери. Лар улыбнулся, рукой предлагая Марго идти первой.

Лифт медленно и тихо полз вверх, пока Марго, сцепив руки перед собой, покачивалась на носочках, а Лар с мрачной решимостью сжимал пистолет с дротиками. Ничего не могло произойти, они почти победили, осталось только… Эта мысль оборвалась остановкой лифта, а в следующий момент Марго поняла, как сильно она ошибалась. У приоткрытой двери пункта управления в конце небольшого коридора стояли представители Исса, а с ними отряд из шести Акустико. Лар поперхнулся и толкнул Марго в небольшую нишу справа от лифта, но прятаться было поздно. Их заметили и без разбора открыли огонь. Против Акустико не действовали дротики, и их способности всегда оставались тайной – никто бы не рискнул вступить с ними в бой.

Марго больно впечаталась в стену спиной, Лар прижался к ней, закрывая от пуль. Страх и отчаяние охватили её. Их убьют, их просто убьют и на этом всё закончится! Марго вцепилась в Лара и посмотрела ему в глаза, с удивлением замечая в них уверенность, но другую – не наполненную надеждой на счастливый исход ситуации, а будто способную причинить боль им обоим.

– Верь мне! – произнёс он, перекрывая звук выстрелов. – Стой здесь, оставайся на месте, что бы ни случилось и постарайся не бояться. Не позволяй панике завладеть тобой.

– Чего мне бояться? – сыронизировала Марго. Ситуация казалась ей безвыходной, и она не нашла ничего лучше, чем посмеяться над ней. – Смерти?

Лар сделал вид, что не заметил иронии, он оставался серьёзен и предельно сосредоточен.

– Не смерти, – сурово сказал он, – меня, – и, не позволив ей больше задавать вопросы, сделал шаг назад и обернулся.

Марго хотела зажмуриться, ожидая, что энергетические сгустки пуль сейчас пронзят его тело, но замерла и от удивления распахнула глаза ещё шире. Лар раскинул руки в стороны и вдруг рассыпался в прах, обращаясь эфемерным тёмным туманом, в котором, словно искорки далёких звёзд, алыми всполохом сверкнули рубиновые глаза. Его одежда разлетелась на куски, но не упала на пол, а собралась обратно серым балахоном, создавая из тумана гуманоидный облик существа, одного из тех, кого Марго видела лишь в файлах на уроках обществознания в начальной школе. Пули, летящие в Лара, прошли насквозь и оставили в дверце лифта чёрные обожжённые углубления. Акустико ненадолго растерялись, а потом, переглянувшись, отбросили бластеры и изящно выставили полусогнутые руки перед собой так, будто держали в ладонях по два тяжёлых шара – от этого действия металлические вставки на их телах задвигались, расширились и полностью скрыли плоть, а затем выпустили волны такого мощного высокочастотного звука, что Марго, схватившись за голову, сползла по стене на пол и прижалась к нему, будто бы это могло помочь.

Она не меньше других знала о Флёрсарин и Акустико, но сейчас ей было абсолютно всё равно, кто они, и кто из них на её стороне – обоих она боялась в равной степени.

Бой тем временем продолжался. Против того, кем стал Лар, даже Акустико мало что могли сделать, но они продолжали сражаться, видимо, рассчитывая на то, что смогут повлиять на его человеческую сущность. Однако через четверть часа Исса и Акустико лежали без сознания на полу, и только один, самый сильный ещё отбивался звуковыми волнами. Лар преодолел и это, и прижал его к стене. Марго отчётливо слышала голос побеждённого Акустико, глухо проходивший через переводчик подбитого центрального компьютера вышки.

– Тебе уже не стать прежним, ты полукровка, ты сдохнешь здесь!

Лар схватил Акустико за металлическую вставку в районе солнечного сплетения и потянул на себя.

– Я знаю, что ты не убийца, – проговорил Акустико, – но ты умрёшь. Исса успели отключить шаттл от системы кодов. Тебе не уйти.

– Я уйду! – упрямо заявил Лар.

Акустико хватался за стену – Марго знала, что там, где его держит Лар, у него находится жизненно важный орган, и что если достаточно долго оставлять его открытым, Акустико потеряет сознание, а в худшем случае умрёт.

– Уйдёшь… – из последних сил выдохнул Акустико, – и это тоже будет значить смерть, – он дико ухмыльнулся, сверкнув солнечным взглядом, закрыл глаза и повалился на пол.

Лар отшатнулся и посмотрел на собственные дымообразные руки, потом, словно вспомнив что-то, обернулся к Марго и пошёл к ней. От его взгляда, от зловещих сверкающих рубинов, Марго передёрнуло, и она подобралась, стала отползать назад. Лар был быстрее, он склонился к ней и подал руку, его голос разлился в воздухе мелодичный волной, позволяя Марго понимать его без всякого переводчика.

– Дай мне руку, я не опасен.

Марго покачала головой, сжимаясь в комок.

– Нет… нет…

– Да чтоб тебя! – Лар совершенно по-человечески выругался, сам схватил её за предплечье и потянул на себя.

Мир вокруг вдруг размылся, стал сливаться, комкаться и, в конце концов, утащил их в тёмную бездну.