Текст книги "Путь попаданки. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Инесса Иванова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Глава 48

Я пыталась сначала изобразить страх, потом гнев, но видела, что герцог Родриго Каста смотрит на меня – холодно, оценивающе, будто ювелир на искусную подделку. Его синие глаза, тёмные, как омуты, не дрогнули ни на минуту.

Он догадался.

– Я тёмный маг? – вырвалось у меня. Голос дрожал, но я заставила его звучать резко, почти презрительно. – Это вы осквернили мою магию своей силой!

Лучшая защита – нападение.

– Ещё чего! – его губы искривились в усмешке. – Но моя магия для существа с изнанки мира, как святая вода для еретика. Так что перестаньте удвоить разговор в сторону. Говорите, кто вы? И как забрались в тело королевы? Зачем?

Он двинулся ко мне, я отступила, споткнувшись о край ковра. Герцог не дал мне упасть – резко схватил за руку и усадил в кресло, затем наклонился так, чтобы я видела его лицо во всех подробностях. Чёрная прядь его длинный тёмных волос выбилась из хвоста и коснулась моей руки.

Дыхание герцога обожгло мне кожу, оно пахло чем-то горьким – полынью или ядом.

– Вы пришли убить короля? Или кого ещё? Возможно, ты просто существо, пожирающее всех на своём пути.

Я вздрогнула, но заставила себя не отводить взгляда.

– Вы это говорите мне, ваше сиятельство, или сами себе?

Его пальцы впились мне в горло. Воздух перекрыло – в ушах застучало, перед глазами поплыли тёмные пятна. Я чувствовала, как сила уходит из меня. Как жизнь покидает тело Бланки, как пальцы герцога сжимаются всё сильнее, и понимала – другого тела мне не дадут.

Это конец.

Я вцепилась в его руку, ногти вонзились в кожу, мои пальцы свело судорогой. Только тогда он ослабил хватку, я рванулась назад, жадно хватая ртом воздух.

– Кто ты?

Он не отступал.

– Королева.

Слово вышло похожим на змеиный свист.

Я не собиралась сдаваться. Честно.

Но мне было нечем дышать даже сейчас.

Меня убьют, и всё. Конец.

Окончательнее некуда.

– Пустите!

Ослабил хватку, но не собирался отступать.

– Кто вы? Говорите!

– Королева, – упрямо повторяла я, боясь, однако, посмотреть ему в глаза.

Казалось, стоило нашим взглядам встретиться – и он прочтёт во мне всё. Как в открытой книге.

– Ладно, начнём по-другому.

Он отступил, и я получила свободу. Воздух снова наполнил лёгкие.

– Вы сами захотели, чтобы всё вышло именно так, ваша милость.

Голос его звучал с издёвкой, но он отошёл к столу, и мне стало легче дышать. В груди затеплилась робкая надежда – пронесёт?

– Я не знаю ничего.

Я – королева Бланка де Бурбон, жена короля Энрике Первого. Я – покорная супруга.

Не заметила, как начала шептать эти слова, словно мантру, как если бы эти фразы могли защитить.

Тишина давила на виски, но я чувствовала его взгляд.

Холодный, изучающий.

Наконец, молчание стало невыносимым, и я подняла голову.

Герцог стоял у стола, кормил с руки попугая зёрнами из кармана.

– Глупая птичья дрянь! – прокаркал попугай, обращаясь не то ли ко мне, не то к герцогу. Или к своей еде.

– Не надумали? – Родриго Каста повернулся. – Тогда смотрите, кем вы жертвуете! А я всё равно добьюсь от вас правды.

Герцог схватил одной рукой Сируса за горло, что у бедняги выпучились глаза. Птица забилась, глаза выпучились, бедняга заверещал, что его убивают, просипел пару проклятий, а потом обмяк.

Наверное, это трюк. Наверняка трюк. Я видела, что Родриго Каста привязан к жако, но всё выглядело так натурально, что у меня слёзы выступили на глазах. Я кинулась на помощь несчастной двукрылому, который посерел и закатил глаза.

– Сначала я сверну шею ему, потом – вашей Ирен. Кто знает, может, молва права, и это её косой глаз наводит порчу.

Герцог говорил спокойно, но я видела тьму вокруг него, выпустившую щупальцы.

Он не блефовал.

Ему, может, и неприятно всё это, но он выполнит долг.

Выведет на чистую воду существо с изнанки мира. С той стороны книжного переплёта.

Я чувствовала боль Сируса как свою. И его страх, ужас, оседавший масляным горьким пеплом на кончике языка.

Что-то хрустнуло, надломилось со звуком, означающим конец. Будто сломались позвонки моей шеи.

Птица повисла и вытащила язык.

– Я другая. Не королева! – со слезами на глазах выкрикнула я, падая на колени. – Остановитесь! Хватит!

Герцог разжал пальцы. Попугай бесформенной грудой рухнул на стол, распластав крылья.

– Где королева? Что ты с ней сделала? – голос герцога раздался над моей головой.

Он присел передо мной, двумя пальцами взял за подбородок – его прикосновение казалось касанием раскалённых щипцов.

Он долго изучал моё лицо, будто видел его впервые.

Я видела его глаза и боялась говорить. Но понимала – без ответа меня не выжить.

Я не выйду из этого шатра, никто не поможет.

– Сир-рус! – вдруг каркнул серый негодник, вставший на лапы и отряхнувшийся. Повращал шеей и уставился на нас как ни в чём не бывало.

– Это трюк? – спросила я.

Мой язык онемел и плохо слушался.

– Странное вы существо, – задумчиво произнёс герцог.

Провёл рукой по моей щеке, словно хотел убедиться, что я из плоти и крови.

А потом подал руку, помог встать. Кажется, его пальцы чуть заметно подрагивали. Или это были мои?

Ответить я не успела.

Только подумала, как в шатёр вбежала Ирен. Дрожа от страха, сделала книксен и пробормотала, что с герцогом хотят поговорить. Посетитель в лагерь явился.

– Пошла вон вместе с ним! – прорычал герцог.

Но Ирен не двинулась. На её лице была написана отчаянная решимость не сдвинуться с места. И если понадобится, умереть рядом со мной.

Во мне что-то дрогнуло. Вероятно, это единственный человек, которому я без опаски могу доверить свою жизнь.

Которая всё делала ради блага королевы, а не своего собственного.

Я встала между ними и, глядя герцогу в глаза, произнесла:

– Не смейте так говорить с моей молочной сестрой! Ирен сейчас выйдет. И мы с вами договоримся.

Он замер.

– С такими, как вы, не договариваются, – прошипел он.

Но первым отвёл глаза.

Краем глаза я увидела, как Ирен потянулась к поясу, за которым хранила кинжал, но я перехватила и крепко пожала её руку. Мол, не пыли.

– Иди, но будь рядом с шатром. Я скоро освобожусь.

Когда Ирен вышла, я скрестила руки на груди и отчеканила, глядя герцогу в глаза:

– Вы права, ваше сиятельство. Я заняла тело королевы, но сделала это не по своей воле. Я хочу вернуться на свою изнанку мира и больше никогда не знать ничего о вашем. Помогите мне.

– Зачем? Что я получу взамен?

Он произнёс это совершенно иным тоном: каким в борделях спрашивают определённую девочку. Как голодный зверь смотрит на раненую добычу, которая уже не сможет оказать достойного сопротивления.

– Вы освободитесь от королевы. Вы ведь ради этого приехали в замок Мендоса? Не спрашивайте, откуда я всё знаю. Я не смогу объяснить, но скажу одно: я тоже хочу вернуться домой. А вы сможете использовать меня в своих планах. Не отрицайте, ваше сиятельство, у вас их целый мешок за плечами.

Он молчал. Раздумывал?

– Бедная Бланка. Вам всем никогда было не жаль её? – продолжила я.

Пусть чувствует вину. И заодно перенесёт её часть на меня.

Вспомнит, что перед женщина.

Он не вспомнил.

Сомкнул длинные пальцы на моём плече и приблизил своё лицо к моему, я даже видела жилки, вздувшиеся на его висках.

– Я всегда считал ваш пол греховным. Ваши уста полны лжи, ваши жесты – уловок.

Что-то личное. Какая-то женщина ему сильно наследила, а мне теперь всё за ней подтирать.

– И демоны, чудовища с изнанки мира ещё хуже. Почему вы пожалели глупую птицу, что за новую игру затеяли?! Птица, служанка – что вам в них?!

Это я позабыла, где нахожусь. Для средневековой Португалии, для всего просвещённой Европы и Руси того времени баба не человек. Служанка и подавно. Что их жалеть-то? Это мужчины здесь полны благородства.

Ага.

Оно и видно.

Я не смогла сдержать ехидной улыбки.

– И это говорите вы, благородный идальго? Что вам сделал Сирус, он заглядывает вам в глаза, ластиться к рукам.

Сирус довольно курлыкнул и перелетел на спинку моего стула. Хотел, бедняга, чтобы я его защитила?

– А Ирен? Преданней её человека во всём королевстве. Вашем. Не найти. А ещё вы считаете меня чудовищем?! Настоящее чудовище у вас в зеркале, ваша светлость!

Ярость схлынула, стоило вспыхнуть тёмным всполохам в его глазах. Но Герцог ответил улыбкой.

– Вот мы и вернулись, ваша милость, к тому, с чего начали. Прежняя королева тоже назвала меня так в первую нашу встречу.

Он отпустил и направился к выходу. Решительно, с прямой спиной, с напряжёнными мышцами на шее и вздувшимися венами на руках.

Обернулся на пороге и произнёс:

– Вы будете в моей власти, ваша милость. Делать всё, что я вам скажу. Тогда я посмотрю, как забросить вас обратно в вашу геенну огненную. А если пойму, что лукавите, то сверну шею. Не ждите от меня пощады. И собирайтесь. До замка Сомбар ещё надо добраться.

Вышел, а я осталась стоять посреди шатра.

Сирус молча перелетел и устроился у меня на плече.

Вот, Оля, и конец твоего долгого пути.

Из союзников – Ирен, Господь Бог (что сомнительно, но надеяться не повредит) и попугай на плече.

Ну просто команда мечты!

А против – вся королевская рать.

Я взяла Писание.

Сирус поднял крылья, но не улетел, а тихо выругался.

Я погладила его по брюшку и открыла Писание наугад, загадав, что меня ждёт впереди:

«Не хвались завтрашним днём, потому что не знаешь, что родит тот день», – прочла я.

Одно ясно – игра продолжается. И следующий ход придётся делать не мне.

Эпилог

Посетителем герцога Каста оказалась Идалия.

Мигел, вернувшийся сразу, как его патрон вышел, сообщил о цыганке, что явилась в лагерь и требовала аудиенции. И спросил, правда ли, что она моя фрейлина.

Я кивнула.

Союзники мне нужны сейчас как никогда.

О том, где она пропадала, спрошу позже.

– Фабиа будет вам прислуживать, ваше величество. Мы хотим, чтобы вы знали, что для нас это огромная честь – быть верными вашему величеству.

– Честь сомнительная, – проговорила я, следя на чернобородым человеком герцога. – Пока я не подарю стране наследника, мы все в опасности.

– Господь направил вас сюда, он и подарит вашему величеству свои иные милости, – с поклоном вышел Мигел, но глаза его сверкнули холодным, стальным блеском.

Или это я стала видеть у всех и вся подлые черты?

Тем временем в шатёр проскользнула Ирен и, дрожа всем телом, бухнулась на колени.

– Герцог говорил, что вас убили, а не верила! Так ему и сказала в лицо!

– А он?

– Только усмехнулся. Говорит, чтобы я лучше за вами приглядывала.

Ирен сжала губы в тонкую полоску. Оскорбилась.

– Говори же! – приказала я.

Ясен пень, герцог наговорил верной служанке про меня всякие гадости.

Я кипела от ярости и лелеяла планы мести – за его жестокость, за его оскорбительные намёки на мою дьявольскую сущность.

Святой выискался!

– Сказал, что вы склонны убегать от того, кто обещает вам защиту, к тому, что желает видеть вас мёртвой. Бланка, прошу вас, будьте осторожны! Я не переживу, если с вами что случится!

Ирен говорила с гордо поднятой головой, глотая слёзы. Я подошла и крепко обняла её, погладила по спине.

Нам обоим не требовалось лишних слов, чтобы понять невысказанное: Ирен недолго протянет в этой стране без меня. Сразу получит обвинение в убийстве королевы.

Очень удобно сваливать всё на ближайших слуг.

– Деуза тоже будет прислуживать вам, ваша милость, – герцог явился, чтобы сообщить мне это лично.

Как раз перед тем, как мы отправились в путь.

– Разве покушение на королеву не караются в этой стране смертью? – с ледяной улыбкой спросила я, глядя Родриго Каста в глаза.

Решила вести себя по-королевски, не поддаваться провокациям.

Мне бы только добраться до замка Сомбал, там я найду способ встретиться с Хосе Паскуалем, изготовителем духов и мыловаром. И вытрясу из него способ вернуться домой.

Надо только сначала позаботиться, чтобы Ирен спокойно добралась до Франкии.

– Она раскаялась. А как пишут в вашей настольной книге, – герцог кивнул на Писание в моих руках, – грешник заслуживает прощения. И второго шанса.

– Почаще повторяйте это себе, ваша светлость, – ответила я, вернув ему его же ядовитую усмешку.

Он не ответил. Как бы случайно дотронулся до моей руки, лежавшей на дверце экипажа.

– Я вернул вам те самые часы с агатами. Пусть они напоминают вам о том, что время не на нашей стороне.

– Благодарю, ваше сиятельство. Они мне очень понравились.

– Как и моя птица?

Герцог отвёл глаза, чтобы взглянуть на клетку с попугаем, которую грузили в мой экипаж.

– Я вам отдам её на забаву в замке Сомбал. Полагаю, там нас ждёт мало развлечений.

– На всё Его воля, – ответила я и исчезла внутри кареты.

Герцог закрыл за мной дверцу и приказал вознице трогать.

Со мной ехали Ирен и Идалия. Деузу я не захотела видеть до самого своего прибытия.

Не верила я в её раскаяние.

Но герцог прав: нынче, когда её роль раскрыта, когда покровители в лице канцлера отвернулись от своей пешки, она может быть полезна.

– Я буду следить за всеми вашими слугами, – со свирепостью разбойника сказала Ирен, бросив убийственный взгляд на Идалию.

С сестрой разбойника мы пока не поговорили начистоту, но ещё будет время.

По довольному виду Идалии я заподозрила, что у неё есть для меня приятные новости.

– Следите, дорогуша, – язвительно усмехнулась она, обращаясь к Ирен. – Что-то раньше вы не преуспели.

– А ты кто такая, чтобы за мной подмечать?! Простите, ваше величество.

Ирен поймала мой взгляд и замолчала.

Они обе замолчали. Я сидела напротив, откинувшись на подушки, потягивала компот из фляги и подводила мысленные итоги.

Не так уж многого я и добилась, но выиграла первый раунд.

Я выжила. Бланка всё ещё королева.

И она соединилась со двором, куда, по слухам, приедет и король. Не сразу… но приедет.

И я точно знаю, кто мне поможет вернуться домой.

– Ваше величество, я привела с собой вашего нового духовного наставника. Это отец Гильерме, он обращал разбойников к Богу, поможет и вам победить ваших врагов, ваше величество.

Идалия замолчала, выразительно посмотрела в окно и снова склонила голову.

Гильерме – «решительный защитник» по-португальски. Что ж, от такого не откажусь.

– Этот тот, кто с шайкой Хорхе Сарвальо промышлял? – вскипела Ирен.

Она бурлила как раскалённый котёл, и я её понимала.

– Он возвращал людей к Богу, а это ли не главная цель священника? И не больше ли чести вернуть в лоно церкви грешника, чем стричь пожертвования с мирной паствы?

Идалия была прекрасно образована для кочевого народа.

И я подозревала, что придётся ко всем присмотреться.

Сервальо, брат с сестрой, станут преданными сообщниками, если удастся вернуть им титулы. Друзья при дворе, вхожие в высокие кабинеты, мне пригодятся.

Добрались до замка Сомбал мы без происшествий.

Наконец-то у меня будет комната и твёрдая опора под ногами!

Замок располагался в предгорье, и ночью здесь было прохладно. Ирен достала мне накидку, в которую я закуталась, как в броню. А чёрную мантилью опустила, словно забрало.

Приехали глубокой ночью.

Меня встречали лишь хозяин – маркиз Тавора, который так низко кланялся и так раболепно заглядывал в глаза, что я даже засомневалась: тот ли это высокомерный человек, что рассуждал о моей «лишней роли» в этой истории.

Несколько придворных, чином пониже, тоже соизволили приветствовать королеву.

Среди них я приметила одного, стоя́щего поодаль.

Он не теснился за место в первом ряду. Напротив, стоял на виду в стороне, будто точно знал, что я сама подойду.

В его лице было что-то такое смутно знакомое.

Я решила нарушить этикет.

– Ваше величество, рад вас приветствовать лично. Разрешите представиться, маркиз Сокуза. Счастлив, что вы меня вспомнили.

Это был высокий, жилистый человек с живыми, тёмными глазами. Полностью седой, он производил впечатление человека, пережившего несчастье в средних летах.

Следы его таились в уголках его глаз глубокими морщинами, в углах волевого рта, в складках на шее.

– Это вы прислали герцогу Каста, сопровождающему меня, донесение о Чёрной смерти?

– Рад оказаться полезным. Я увлекаюсь астрологией – натальные карты предсказали приход Чёрной девы ещё за год до этого дня.

Ещё раз поклонился он, но канцлер оттеснил маркиза от меня.

– Время позднее, и её величество устало с дороги, маркиз, чтобы слушать ваши бабские сказки.

Я подметила, что эти двое на ножах. Враг моего врага мой друг?

Осталось понять, где Бланка его видела.

– Мы ещё поговорим, уверена, – кивнула я Сокуза и позволила канцлеру провести меня в замок.

У входа в этот высокий готический каменный дом я оглянулась.

– Герцог Каста скоро будет. Он всегда появляется тогда, когда его меньше всего ждёшь, – нотки злости прорвались сквозь елейный тон канцлера.

– А вам, я смотрю, ваше сиятельство, полегчало с нашей последней встрече. Господь за ваши труды в нашем королевстве избавил вас от болей в коленях, – не смогла удержаться от колкости я.

А то изображал, что ему сложно вставать, а тут – вон как бежал впереди меня!

Пусть не думает, что я могу им обмануться!

– Благая весть пришла в мой дом, вот и полегчало!

Улыбка на его тонких губах мне не понравилась. С такой говорят гадости.

– Весть о чёрной смерти? – спросила я с невинным выражением лица.

– Не накликайте беду на мой дом, ваше величество! – тихо ответил канцлер, и в его тоне я услышала угрозу. – Моя дочь Мария снова ждёт ребёнка.

Ну блин!

Я чуть не споткнулась на ступенях, но сделала вид, что это из-за усталости.

– Я провожу вас в ваши покои, ваше величество.

«Покои» в его устах прозвучали как «тюрьма».

Мы поднялись по винтовой лестнице в башенную пристройку и оказались на третьем этаже.

– Отсюда открывается чудный вид на дорогу, – многозначительно пробормотал канцлер, поймав мой взгляд.

Не входи.

Ирен, Идалия, следовавшие за мной по пятам и больше занятые соперничеством, чем моей персоной, тут ж вспомнили про свои обязанности.

Присели в книксен перед канцлером и с гордым видом прошествовали мимо, отворив для меня покои.

– Я пришлю вам утром своих служанок, – пробормотал канцлер так, будто хотел подарить шёлковый шнурок, чтобы я удавилась.

И никому не портила жизнь.

Ирен распахнула дверь.

Моя спальня была просторной, светлой, на столе у окна я сразу приметила те самые часы из чёрного вулканита, что подарил мне герцог на свадьбу.

Подарил Бланке.

– Впусти свежего воздуха, – велела я Ирен, пока Идалия активировала магические шары и зажигала свечи.

Канцлера мы оставили за дверью.

Слава богу, он хоть не поскупился на магическое освещение!

Замок производил впечатление места обжитого. Уютного.

Богатого, однако не кичившегося роскошью.

Пока Ирен с Идалией обустраивали комнату, на пороге появилась Деуза, за которой шли слуги с моими сундуками.

Мне всё это казалось бесконечным.

Деуза, трепеща и боясь меня, как кролик удава, с поклоном и слезами подала письмо. От герцога.

Я сломала его печать в виде летящей птицы и прочла:

«Вы выиграли эту битву. Ждите указаний и не доверяйте никому. Приеду завтра с вестями».

Я слишком устала, чтобы строить догадки.

Приедет он!

И всё же, опускаясь в кресло, глядя на часы, на деву, заключённую в них, я ощутила умиротворение.

По крайней мере, у меня будет передышка.

Бесконечная дорога отнимала силы.

У всех нас, кроме Сируса, который принялся тихонько насвистывать песни, стоило снять с клетки покрывало.

Слуги с поклоном удалились, оставив меня с моими тремя фрейлинами.

– Разберём вещи завтра. Сейчас готовьте постель и ванную.

Маркиз очень удачно разместил меня в покоях, где имелись и комнаты для моих приближённых дам. И каморка для Деузы. И даже купальня. Моя собственная!

Почти роскошь.

Не успела я расслабиться, как крик Деузы заставил вскочить.

Она стояла над моей кроватью, откинув покрывало.

Ирен оттолкнула её и выхватила кинжал из-за пояса.

– Она давно мертва, – только Идалия сохранила спокойствие. Голыми руками подняла небольшую змею, скрывающуюся в моей постели. Показала мне и выкинула в коридор.

– Она не была ядовитой. В отличие от тех, кто её подбросил, ваша милость.

В висках запульсировала головная боль.

Похоже, я ошиблась.

Первая битва закончилась, чтобы тут же началась вторая. В других декорациях.

– Вам тут записка, ваша милость, – Идалия протянула мне сложенный вчетверо листок бумаги.

– Разрешите мне первой посмотреть, – подскочила Ирен, чуть ли не крестясь в сторону Идалии, чем только вызвала усмешку последней.

Деуза тем временем меняла постельное бельё, всхлипывая от пережитого ужаса.

– Оно неопасно. Я проверила.

Идалия указала на кулон, висевший у неё на браслете. В виде камня, который в народе называли, кошачий глаз.

Я развернула листок, уже зная, что найду.

Почерк был женским. Незнакомым. Буквы выписаны ровными строчками, с кокетливыми вензелями.

«Я вам его не отдам.

Вам лучше уехать в свою страну или уйти в монастырь в этой. Двоим нам подле короля не удержаться. Я сражаюсь во имя Бога, своей любви и детей».

Подпись – буква М.

Мария Тавора. Фаворитка короля. Моего мужа.

Мать его троих, почти четверых детей.

Некоронованная королева двора.

И я пришла, чтобы забрать у неё всё.

И сделаю это с подачи герцога Каста, тень которого я всё время ощущаю за спиной.

Сделаю не ради любви, не из мести. Ради того, чтобы вернуться.

Но это, конечно, никого из нас не утешит.

И не оправдывает.

От автора:

Спасибо за поддержку, мои любимые читатели!

Вторая книга – начну выкладку в ближайшие дни. Соберусь с силами, отряхну эмоции от этой истории. И вперёд!

Спасибо, что читаете.

До встречи во второй части!