Текст книги "Путь попаданки. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Инесса Иванова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 35

Перед сном я зажгла магический шар и снова обратилась к Писанию.

Прочла молитву, какую нашла в памяти Бланки, а она знала их много, и задала мысленный вопрос: «Стоит ли мне идти в монастырь на встречу с фавориткой? Поможет ли мне это вернуться домой?»

Да, вопроса было два, но из одного выходил второй, поэтому так и задала.

Выдохнула и раскрыла книгу, ткнув пальцем.

«Поразит пред тобой Господь врагов твоих, восстающих на тебя; одним путём они выступят против тебя, а семью путями побегут от тебя».

Второзаконие, хм. Что бы это означало? Например, что я выиграю от свидания с фавориткой, ладно. Одним путём выступят – значит, герцог и фаворитка с канцлером Тавора заключили союз, всем вместе стараются меня устранить. Но я их рассорю? В союзе семь человек, или это метафора?

Проворочалась в постели, прогнав любопытную служанку, которая поинтересовалась, почему у меня горит магический шар. Эти шары очень дороги, так что Фабиа, понятное дело, беспокоилась, но возразить мне не смела.

Ничего, герцог им оплатит счёт. И мне заодно!

Снова я вернулась мыслями к нему. Вот что за гад! Решил меня предать, влез в душу со своими разговорами о чести и совести! Ага, о том, что он за меня хлопочет, что фаворитка ему враг. Видела, как он возле неё увивался. Как орёл возле добычи! Ничего, я вам устрою!

Может, король Энрике здесь не такой уж и Жестокий? Вот кто настоящая тёмная лошадка, с прочими, увы, всё понятно!

Я заснула глубоко за полночь. Мысли так и вертелись то вокруг знатных особ, то я переживала, как там моя верная Ирен. Не сошла с ума в беспокойстве за Бланку? Если бы можно было послать ей весть, что со мной всё в порядке! Но герцога не обманешь, он сразу всё поймёт.

Хорошо, пока это отложим. Будем действовать пошагово.

Утром меня разбудили крики во дворе. Спросонья я подумала, что это дворники во дворе ругаются возле мусорных баков, как бывало часто поутру, а потом открыла глаза и поняла, что нахожусь в доме с деревянным потолком.

Вспомнила, кто я теперь, и резко села.

Ругались две женщины. Одна была точно Фабиа, прогоняющая вторую, называя её нищенкой и побродяжкой. Грозилась спустить на неё собаку, которая тут же начала лаять во дворе.

Возле двери уже переминались с ноги на ногу две служанки. В руках одной был чан с чистой водой, вторая держала в руках полотенце и мочалку.

– Гранда, разрешите помочь вам? – робко начала одна.

Обе были молоды, и манеры имели грубоватые. Видимо, взяты в услужение из близлежащих деревень.

– Что там происходит? – спросила я, сдерживаясь, чтобы не подойти в одной ночной рубашке к окну. Неприлично, конечно, тут меня не поймут.

А тем временем вторая дама из ругающихся что-то тихо произнесла со знакомым мне акцентом.

– Быстрее оденьте меня, мне надо быть там.

Я махнула рукой на удивлённых служанок, но оказалось, что поторопить их нереально. Существовал протокол как отхода ко сну знатной дамы, так и пробуждения. И даже если бы за окном происходила битва, служанки не смогли бы его нарушить.

Но я сообразила, что могу отправить одну из них с посланием к Фабии.

Черканула пером на бумаге записку, где сообщала, что прибывшая – моя дама, и я прошу разместить её, пока не буду готова к выходу. И с чистой совестью отправилась в соседнее помещение, похожее на баню.

Помыться как следует, конечно, не удалось. Некогда размываться. Даже магия была бессильна против времени. У меня его оставалось очень мало, так что я только обмылась наскоро с помощью служанок, умылась и позволила им расчесать мои волосы.

Совершу омовение в монастыре. Урсулитки – богатый орден, туда попадали знатные девы и приносили с собой весомые дары, да и Мария Тавора, насколько я успела составить о ней мнение, была слишком тщеславной, чтобы подвергнуть себя аскезе. Святости убогой жизни, то есть.

Большинство верили в Бога, как и в моё время, либо когда припёрло, либо когда того требовал обычай. Или, что чаще всего, формально соблюдали ритуалы.

Это касалось даже некоторых священнослужителей, строящих карьеру подобно моему духовнику отцу Педро.

Наконец, я была готова принять гостью. Вышла в единственную комнату, что служила мне спальней и столовой, дала знак служанкам позвать хозяйку. И села на стул, приготовилась ждать.

Постаралась придать лицу безмятежное выражение, но даже без зеркала, оставшегося на сундуке, понимала: я вся в нетерпении.

И пусть! Пусть считают, что я не умею владеть собой.

Тем легче будет моим врагам, если они здесь, выдать свои истинные намерения.

В приоткрытую дверь проскользнула Фабиа. Она выглядела свежей, как майская роза, кокетливой, будто не в лесной глуши сидела, а на приём собралась. И платье сменила.

Но на лице её отражалось изумление, сменяющееся беспокойством при взгляде на меня. Точь-в-точь как тогда, когда герцог заподозрил во мне умалишенную!

– Ваша милость, – присела она в лёгком реверансе. Здесь любили красивые ритуалы без повода, манерные поступки и слова. – Я поражена услышанным. Та оборванка утверждает, что служит вам!

– Верно, – брякнула я и посмотрела на Фабиу так, что все её слова застряли в горле. От герцога набралась. Не иначе.

Раньше я всегда старалась быть хорошей девочкой, угодить отцу, которого давно не видела, потмоу, что «он ведь услышит обо мне и придёт». И оценит.

Не пришёл и не оценил.

И Бланка ждала того же сначала от брата-короля, матери и отца, потом от венчанного супруга. Оба мы с ней наивные дурочки! И я тоже хороша: поверила словам того, кто играет всегда за себя. Лживая тварь!

Он ещё пожалеет, что хотел меня обмануть!

– Может, я должна с вами советоваться, гранда, в выборе слуг?

– Но его сиятельство дал мне указания.

Ох, лучше она о нём не вспоминала.

Я отшвырнула веер на стол и встала.

– Его здесь нет. И он не выше меня, гранда. Помните об этом. Зовите Идалию, и все вон!

Ох, нелегко быть королевой.

Мне сразу захотелось извиниться перед Фабией, глаза которой наполнились словами, а на усталх застыли слова извинения.

– Не сейчас. Потом принеси мне виноградный сок. Хватит с меня вина!

В комнату вошла Идалия. С видом не горничной, но женщины, готовой служить. Не бескорыстно, но с пользой для всех.

На ней было тёмно-вишневое закрытое платье, и она в нём совсем не походила на нищенку. Разве что на небогатую вдову.

– Я увидела ваш зов, гранда. Рада служить. Приказывайте.

Чуть склонила голову.

– Есть первое небольшое поручение, Идалия. Вот и посмотрим, как ты с ним справишься.

Глава 36

– Мне надо, чтобы ты проникла в стан герцога незамеченной и отдала записку моей молочной сестре Ирен. Узнаешь её по ножу за поясом. Она светловолоса и косит на один глаз. Она передаст тебе духи, которые ты принесёшь ко мне сегодня же. Справишься?

– Зачем вам духи?

– А тебе не всё равно? – ответила я вопросом на вопрос.

Наверное, я устала, потому что раздражалась по любому поводу. Сказывалась усталость от ноши на плечах, и это совсем была не королевская мантия.

Мой путь затянулся, не было видно уже не только ни конца ему ни края, но и стало непонятно, в какую сторону идти, чтобы доставить Бланку живой к мужу. Ещё пару дней назад я бы ни за что не согласилась ехать к фаворитке, почитая её за главную злую силу, но сейчас не была ни в чём уверена.

– Скажи, – произнесла я, посмотрев Идалии в глаза. – Это ведь правда, что маг, создающий воспоминание, не может его подделать?

Цыганка кивнула.

– Тогда я даю тебе верное поручение.

– Хочу убедиться, что не зря буду рисковать жизнью. Я слышала о тёмном герцоге, что он не щадит шпионов.

Идалия говорила со мной не как с королевой, но как с предводителем. Которому не зазорно и задать мучивший вопрос.

– Мне нужны духи, потому что в них заключена моя удача. Они созданы специально для меня мастером Паскуалем. И хочу дать знать Ирен, чтобы следовала за мной. Так понятнее?

– Стягиваете сторонников, – кивнула Идалия. – Давайте записку.

Я подошла к комоду, окунула перо в чернильницу и быстро набросала Ирен несколько слов. Предложила следить за герцогом и быть готовой к побегу, когда дам знак. Жалко, что у меня не было обратной связи.

Но хоть так!

Идалия свернула мою записку в трубочку и сунула в рукав, под повязку, которую носила на правом запястье. Из красной ткани, вероятно, от сглаза. В институте мы не изучали ритуалы цыган Португалии, да и здесь они могли отличаться от тех, что приняты в реальном мире.

«Реальном? – усмехнулся внутренний голос. – Какой мир реальнее: тот, что остался за плечами, или тот, что способен убить тебя?»

Чтобы меньше бояться, я предпочитала думать, что убить могут Бланку, не меня.

Ещё одно заблуждение, с которым следовало расстаться. Ощущение опасности уже дышало в затылок, я больше не могла прятаться за иллюзиями.

– Герцог приставил ко мне служанку, думаю, это она устроила пожар. Будь с ней осторожна.

Наскоро описала внешность Деузы: ничем не примечательна, таких сотни в любом маленьком городке, а в большом – тысячи.

Умолчала об одном: уж не фаворитка ли приставила её, чтобы следить за мной и герцогом.

– Я вернусь через пару часов, гранда.

– Тогда мы пообедаем и поедем в монастырь Урсулиток. Мне надо будет встретиться с графиней Марией. Той самой. В чьих руках сердце моего мужа. Так говорят.

Я не могла смотреть в лицо Идалии. Мне казалось, она всё понимает и знает, не хуже меня. Если бы рядом была верная Ирен!

– Позвольте, скажу, гранда. Я редко даю советы, но раскинула перед приходом сюда карты – они сказали, что вы хотите помочь моему младшему братцу. Я тоже, значит, нашим повозкам по пути, а если нападут на караван, то и вам, и мне проку от недомолвок не будет.

Ох уж эта Идалия! Любила говорить загадками. Намекала, что наши интересы совпадают, значит, я могу ей доверять, что ей сказать на это? Выбора у меня всё равно нет.

– Говори без предусловий!

Я снова принялась медленно ходить по комнате, «выписывать кружева», как любила говорить моя мама. Так мне было спокойнее.

– Я предлагаю сказать о ваших планах тёмному герцогу.

Если бы Идалия предложила перерезать мне по-быстрому горло, чтоб не мучилась сама и других не изматывала, наверное, я бы удивилась меньше. Но она как ни в чём не бывало продолжила:

– Не о визите в монастырь, конечно. Просто что вы взяли меня в услужение и желаете получить его одобрение. Мужчины любят думать, что последнее слово остаётся за ними. И герцог будет думать, что вы ему доверяете, ждёте его одобрения. И, возможно, захочет переманить меня на свою сторону, если действует против вас.

– Он не так прост, чтобы начать вербовать тебя в шпионки с порога.

– Всё возможно, гранда, – кивнула Идалия.

Я невольно вспомнила его лицо. Волевое, со сжатыми губами, обозначенными высокими скулами. И тьмой в синих глазах, которая хотела меня сожрать. Пока сдерживалась, пока раздумывала, будто желала узнать, кто я на самом деле.

Я была уверена, что заинтересовала герцога. Но понимала, что если стану на пути его долга, то он смахнёт меня с доски жизни, пусть и с лёгким сожалением!

С чего это я взяла, что он сможет помочь мне вернуться домой? Только потому, что он тёмный маг?

– Ладно, может, ты и права. Герцог всё равно узнает о твоём визите, лучше сделать его явным. Но возвращайся после полудня. Не позже. Сегодня вечером я ужинаю с графиней Ридегейрой, негоже заставлять её светлость ждать. Держу пари, что ей не терпится со мной познакомиться.

Идалия выскользнула из дома и вскоре исчезла так же незаметно, как появилась.

До обеда я гуляла по подворью в обществе двух служанок, одна из которых держала надо мной кружевной зонтик от солнца. Ага, а нас учили, что такие зонты появились у дам в восемнадцатом веке! Вероятно, магия, которой пропитан мир книги, наложила свой отпечаток.

Ну что, я не возражала. Если бы это не вызвало подозрений, то принялась бы расспрашивать служанок об их жизни и обо всём, происходящем вокруг. Хотя вокруг ничего странного не происходило.

Людей в подворье было немного. Несколько слуг носили туда-сюда то чаны с бельём, то какие-то припасы. Скотины и вовсе не было, из чего я сделала вывод, что здесь постоянно не жили. Какой-то перевалочный пункт, по типу склада. Наскоро облагородили только дом, в котором я жила.

Значит, герцог не собирался держать меня долго.

Мыслями я всё возвращалась к нему. Может, рассказать ему правду? Не про то, что я из другого мира, в дом для умалишённых мне не хотелось. Но о письме Марии Тавора, например. Что бы он сказал: изобразил неведение или принялся уверять, что это часть его плана?

И почему мне так хочется, чтобы герцог был на моей стороне? Вероятно, потому, что иных защитников у меня нет.

Что он вообще сейчас делает? Как ищет виновника в поджоге? Или делает вид?

Чтобы отделаться от мыслей о герцоге, а они меня уже начинали беспокоить, я принялась за обедом расспрашивать Фабиу о короле.

Она обрадовалась, что я больше не спрашиваю о её муже и почему его так долго нет. И перестала отрицать, что видела короля воочию.

– Его величество очень видный мужчина. Проницателен и вспыльчив временами, имеет твёрдую, тяжёлую руку, но такова его ноша.

Самодур, то есть. И параноик. Прекрасно.

А я надеялась, что Энрике Первый не повторяет характер Педро Жестокого – своего исторического прототипа. Ладно, мне -тоо что?! Лишь бы живой добраться, а там Бланка покорится судьбе.

Я всё ещё продолжала надеяться, что нас поменяют местами. Цеплялась за эту мысль с отчаянием утопающего.

И когда она уже начала вызывать головную боль, вернулась Идалия. Время было как раз послеобеденное.

Духовник уже ожидал неподалёку, чтобы отвезти меня в монастырь под предлогом личной беседы. Всё было готово к побегу.

Идалия вошла в мои покои с докладом и сразу после поклона произнесла:

– Гранда, я видела герцога. Имела с ним беседу.

Сказала с таким видом, будто он сам сейчас сюда придёт.

– Да что он такого сказал?!

– Велел передать для вас подарок, гранда. И записку. Сказал, это срочно. Я всё принесла.

Глава 37

– И записка для вас имеется, гранда. От его сиятельства. Он просил убедиться, что прочли только вы.

– Давай сначала подарок. Посмотрим.

Идалия открыла небольшой заплечный мешок, который прятала за спиной, и аккуратно, будто речь шла об опасном предмете, способном взорваться в руках, поставила его, обёрнутый в белую тряпочку на комод, служивший и письменным столом.

Томимая любопытством, я подошла ближе.

– Разворачивай, – прошептала я.

Мне казалось, что сейчас я получу ответ ещё на одну тайну герцога. Или ухвачу ниточку, ведущую к ней.

Даже мелькнула шальная мысль никуда не ехать, остаться здесь, но я сразу отбросила её.

Воспоминания фаворитка подделать не могла, это все подтвердили. Но герцог не мог не учитывать, что она может их сохранить и использовать против него. Или он так ослеплён страстью к прекрасной Марии?

В это я тоже не очень верила.

Дотронулась до предмета, завёрнутого в тряпицу. С виду он походил на статуэтку высотой с небольшую плюшевую игрушку. У меня в детстве такого размера неваляшка была.

– Я не чувствую опасности, гранда, – подбодрила меня Идалия, видя мою нерешительность. А я не стала говорить ей, что медлю не поэтому.

Мне просто хотелось продлить момент незнания. Если там какая-то гадость или обидный намёк, я расстроюсь. Если что-то незначительное, пустая безделушка, то пойму: я ничего не значу для герцога. Он мой враг и видит во мне номинальную королеву, которую легко заменить другой.

А мне необходимы союзники! Люди, болеющие душой лично за меня. Не за мой титул. Если это вообще возможно.

И всё же иногда медлить с ответом не стоило.

Прекрасное неведение может дорого обойтись.

Я размотала свёрнутую вокруг твёрдого тяжёлого предмета ткань, и увидела настольные часы. Из чёрного вулканита, Бланка сразу узнала эту статуэтку девы, у которой в груди вместо сердца тикает часовой механизм.

Часы круглые, довольно большие, красивые и редкие. По краям циферблат отделан чёрными агатами, эти же драгоценные камни горят в глазах вулканической девы и сверкают в её распущенных по плечам волосах.

– Артефакт? – тихо спросила Идалия, отступившая за мою спину.

– Не думаю. Они стоят дорого, герцог бы не подарил его мне на свадьбу. Просто ценный дар из Заморских земель, где люди поклоняются языческим идолам.

Я машинально перекрестилась, Идалия сделала то же самое. В этом мире за тобой всегда наблюдали, не стоило давать повода обвинить в недостаточной вере.

Я раскрыла письмо герцога, сломала его печать в виде летящей птицы. Точь-в-точь как родимое пятно на его шее!

«Я ошибся в вас, ваша милость. Либо за несколько лет уединения вы настолько изменились, что я решил дать вам ещё один шанс. И начать всё сначала, зачеркнув ваше и моё прошлое. Будем считать, что ранее мы не были знакомы. И вы просто новая супруга его величества, которой я счастлив преподнести в дар эти часы.

Напомню, что они сделаны из чёрного вулканита – горной породы в мире, где магия не искажена религией, а течёт согласно ей. Как две реки они сливаются в единое целое и становятся сильнее.

В том мире верят, что эти горы священны. Часы я сделал для вас собственноручно. Была у меня такая слабость, постыдная для человека моей крови.

Когда-то я верил, что эти механизмы способны управлять временем. Но теперь я знаю: время управляет ими и нами.

У нас с вами, ваша милость, мало времени. Не тратьте его попусту».

– Герцог подозревает о моём побеге?

– Не думаю, гранда. Скорее он привык просчитывать все варианты. И не доверять никому.

– Что он ещё тебе сказал?

Я всё не могла оторвать взгляда от часов. Их можно держать в сумке на боку, хотя ноша будет нелёгкой.

Я понимала Бланку, когда она отказалась от такого дара. Слишком необычный, на грани с однм из тех идолов, которым поклонялись в Заморских землях. Я бы хотела расспросить о них герцога поподробнее. Если бы представилась такая возможность.

Но этого не случится.

Мы с ним герои разных историй.

Возможно, это к лучшему.

– Говорил, что одобряет ваш выбор касательно меня. Думаю, это он смеётся над вами. А ваша Ирен сказала, что у меня дурной глаз. Но и она поняла: вам пока лучше находиться под моей защитой.

– А ты способна меня защитить? – улыбнулась я, посмотрев в лицо цыганке.

Она прищурилась.

– Говорю же, гранда, у нас договор. Я честно выполняю его условия, пока и вы тоже – я готова любого за вас со свету сжить. Только укажите.

И посмотрела так, как и мой защитник – герцог. Мол, сила у меня такая, что шею сверну, кому скажете. Или вам, если понадобится.

Немудрено, что с герцогом Кастра они так быстро нашли общий язык!

– Я сейчас соберусь, позову тебя, когда буду готова. Всем прочим отвечай, что знать ничего не знаешь, ждёшь моих приказаний.

Поклонилась и вышла, оставив на комоде рядом с часами и духи от Ирен.

Мне очень не хватало артефакта, оставшегося у Ирен, защищающего от прослушки, но Идалия заверила: мол, не бойтесь. И я стала бояться больше.

Если бы у меня была реальная магическая сила, а не вот это вот: не причинишь вреда, пока сама не захочу. Вернее, причинить можно – убить до конца не получится.

Даже в моём времени и мире знали много способов довести человека до отчаяния, а уж в четырнадцатом веке и подавно!

Духовник отец Педро явился так скоро, будто стоял под дверью и ждал, пока я его позову. Заверил, что всё в порядке, он готов сопровождать меня и служанку, и что к вечеру мы будем слушать службу в монастыре Урсулиток.

– Я сам остановлюсь в деревне неподалёку у деревенского главы.

– Как вы полагаете, герцог же пустится в погоню?

– Пустится, но у нас будет время. И потом, никто не может, не будучи про́клятым, переступить святую обитель с целью навести там свой порядок. Кроме его величества, а наш Государь сражается на востоке с мятежниками. Дай ему, Господь, сил!

– Аминь! И всё же я не смогу скрываться в монастыре вечно.

– Положитесь на Господа, дочь моя. Он укажет путь, ибо сокрыты от нас замыслы его.

Приходилось креститься через каждое слово, что начало меня утомлять. И ещё больше вселять тревогу в сердце: ну куда меня несёт?

Правда, монастырь ближе к дороге, ведущей к западной границе, а там рукой подать до родной Франкии, но это лишь крайний путь. Кузен-король, даже если пообещает защиту, может передумать. Когда получит более выгодное предложение.

Я всё ещё жена другого короля и прежде всего нахожусь в его власти. И Святой Престол, способный аннулировать брак на основании того, что между мной и королём не было близости, далеко.

Положитесь на Господа, говорите?

Я снова подошла к Писанию, спросила совета и открыла книгу, ткнув наугад.

«Но не всегда будет мрак там, где теперь он огустел».

Через четверть часа я была готова отправиться в путь. Велела Идалии взять с собой часы герцога, духи нанесла на запястья и за ушами, спрятала флакон в маленькой жемчужной сумочке, которую можно брать с собой на прогулку. И дала знать духовнику, что готова следовать по пути, который избрал для меня Господь.

– Я тут читала Писание…

– Очень мудро, дочь моя. Вы просите меня растолковать непонятную фразу? Давно я не слышал от вас таких просьб.

Ага, святоша выискался! Служит кому угодно, но не Богу. Сейчас я тебя немного укорю. Здесь верили в пророчества и в знаки свыше.

– «Какой мерой меряете, такой и вам отмерено будет и прибавлено будет вам, слушающим. Ибо, кто имеет, тому дано будет, а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет».

– Евангелие от Марка, – пробормотал духовник, пряча глаза.

– Верно, отец мой. Как вы считаете, здесь говорится о предающих из чувства страха?