Текст книги "Поглотитель (СИ)"

Автор книги: Илья Трифонов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 25 страниц)

Да, она тоже это почувствовала. От кортозисного оружия ощутимо тянуло Темной стороной. Не сильно, но для адептов Света даже такие эманации казались сродни тухлой вони посреди благоухающего цветочного сада. Видимо, в свое время клинки успели побывать в настоящей мясорубке, отголоски которой намертво въелись в металл гневом и яростью древних одаренных. Их световое оружие оказалось бессильно против жаждущего живой крови черного металла, и даже спустя века, кортозис все еще фонил болью и страхом отобранных жизней.

– Нужен другой металл, – после паузы и собравшись с мыслями, произнес я, обращаясь к терпеливо ждущему меня продавцу. – Есть еще варианты, способные выдержать сверхвысокие температуры?

– Например, столкновение со световым мечом? – мужчина понимающе улыбнулся Анье, чей неприкрытый клинок свободно свисал с пояса, но более ничем не выразил своей заинтересованности. Профессионал. Желание клиента превыше всего.

– Прошу Вас пройти в зал ожидания. Клинки такого рода находятся в закрытой от общего доступа секции. Мне нужно проконсультироваться с господином Санрайдер.

– В этом нет нужды, Эркин. Дальше я справлюсь сам.

Реакция нашего сопровождающего оказалась моментальной. Оберенувшись на голос, раздавшийся с лестницы, ведущей на второй ярус лавки, Эркин глубоко поклонился в пояс и учтиво произнес:

– Господин.

Бейтельеро дождался, пока его помощник вернется за стойку у входа, после чего цепко оглядел нас, особое внимание оделив квардионной фигуре Фриса.

– Предлагаю сразу перейти к делу, господа джедаи. Мне не нужны проблемы с Орденом, однако и за бесплатно я ничего не продам. Экспонаты из бескара, фрика и ультрахрома стоят от миллиона кредов и выше. За особо редкие экземпляры цена доходит до пяти. Вы располагаете подобными средствами?

Душевная жаба озадаченно квакнула, впечатленная размерами наглости коллекционера, от которого явно несло эманациями жадности. Пришлось наступить ей на горло и утвердительно кивнуть, благо вопрос оплаты с Фрисом обговорили еще на пути через джунгли.

Чтобы не вызвать временного парадокса, он будет использовать накопления с обезличенного чипа, которое на всякий пожарный всегда таскал в своем ядре. О причинах подобной паранойи я не спрашивал. Как говорит, от кого поведешься… Денег было достаточно для покупки любого оружия в лавке, еще и останется столько же.

Тем не менее, спидербайки для перелета в Изиз Фрис все равно взломал. В память о старых добрых временах, когда его звали Фрисби, и тело адаптивного кварда заменял металлический корпус с вшитой матрицей дроида-диверсанта. Я не смог возразить ничего против, раз погонщик терминала все равно получил достойную плату, покрывающую стоимость угнанных спидеров в два раза. После того, как загруженный Фрисом вирус вывел его позитронные мозги из спящего состояния, уже после нашего прибытия в Изиз.

– Тогда прошу за мной, – старик удовлетворенно буркнул что-то после считывания на наручный коммуникатор данных протянутого ему банковского чипа. – Сейчас вы увидите жемчужину моей коллекции!

Фрис, подобно мне, закатил глаза: сколько пафоса. Все эти барыги одинаковы, когда дело касается манящего блеска кредов. А если к этому выдается возможность распушить хвост перед симпатичной девушкой, картинно хлопающей ресницами и благостно внимающей рассказам о бурной молодости контрабандиста, хорошее настроение обеспечено. Мне оставалось только усмехаться и наслаждаться зрелищем того, как опытная бансен’тор Ордена джедаев умело играет на струнках чужой души, внутренне оставаясь такой же спокойной и беспристрастной.

С ее помощью мне осталось только пройтись по рядам оружейных стоек и выбрать понравившийся бескаровый клинок, притянувший внимание благородным серебристым блеском и аурой силы предыдущего владельца. Остальное Анья сделала сама, без Силы, одним лишь женским очарование разведя маслянисто лыбящегося сластолюбца на смешную цену в девятьсот тысяч кредов. Практически даром за оружие из бескара, обычно применяющееся исключительно для создания мандалорских доспехов и куда реже для чего-то иного.

Взяв в руку рифленую рукоять меча, я сделал пару пробных взмахов, привыкая к весу и балансу оружия, совершенно отличного от используемого одаренными. Хм, весьма недурно! Длина чуть короче стандартного светового меча, лезвие сабельного типа с характерным изгибом в сторону обуха. Не припомню такого оружия в культуре мандалорцев, значит, самодел по чьему-то особому заказу. Но, пусть меч и не бывал в гуще боя, от него явственно веяло внутренней Силой и отголосками эмоций мастера, вложившее в свое творение всю душу.

Отчасти поэтому мой выбор и пал на него среди прочих других клинков, больше подходящих мне по форме и размерам. Мандалорское железо крайне прочный и в то же время пластичный материал, что касается духовного плана. Подобно кортозису, чутко реагирующего на Темную сторону, оно способно накапливать токи Силы и хранить отголоски душ предыдущих владельцев.

Не зря мандалорцы передают свои доспехи из поколения в поколение. Часть культуры имеет под себе вполне реальные корни, воплотившись в культ бескара, в некоторых кланах принимающего довольно гипертрофированные формы. Хотя те же Ордо в этом плане не столь ортодоксальны, но даже они, увидев носителя подобного меча, потребует его возврата в лоно Мандалора для переплавки и очистки от налета грязи тех, кто не следует Пути.

«Быть может, он даже станет символом, – я крутил меч в руках, принимая окончательное решение. – Когда разделась с Могру, передам его Дженне. Вместе с василиском это упрочит ее положение в клане и даст хорошие шансы на преемственность. Со временем Атран получат должного им главу Ордо – недурная перспектива».

– Беру. Анья, переведи креды на счет, пожалуйста.

– Сделано. Как тебе этот меч, Джове? Нравится?

– Прекрасно. Теперь хоть на передовую с ситхами! А ты что-нибудь себе присмотрела? Фрис?

– Нет! – быстро ответила за моего брата Анья, уже успевшего открыть рот и потянуться в сторону здоровенной секиры из ядовито-красного металла. – Нам уже пора.

– А-а?.. – Бейтельеро Санрайдер, который вдруг перестал ощущать на себе накатывающие волны женского очарования, разочарованно обернулся ко мне и даже как-то просительно пролепетал. – Уже уходите, господа? Но я хотел предложить замечательный хашийский каф…

– Боюсь, у нас мало времени, – я отрицательно покачал головой, не поддаваясь щенячьему взгляду Фриса. Успеет еще цацками обзавестись. Анья права: сперва дело, а мы и так сильно задержались.

– Но, подождите! У меня есть еще кое-что, – возбужденно забегал Бейтельеро, никак не желающий отпускать запавшую ему в душу молодую джедайку. Пусть и весьма плачевного вида, в робе, потрепанной похождениями в джунглях, но даже так остающуюся самым ярким лучом красоты в этом царстве блестящих драгоценностей минувших эпох.

– Только сегодня, исключительно для дорогих гостей-джедаев: оружие вашего Ордена, хранимое моей семьей испокон веков!

– Что? – тон Аньи моментально заледенел. – У вас хранятся незарегистрированные световые мечи?

– Прошу вас, миледи! – испугался и замахал ладоншками обильно вспотевший коллекционер. – Все законно! Эти мечами владели мои предки по материнской линии во времена древних ситхских войн. Двухклинковая «Песнь воды» и одноклинковое «Сияние неба». Уникальные вещицы в своем роде, именные, авторский дизайн…

– Покажите, – непререкаемым тоном велел я, внезапно ощутив какое-то странное волнение в Силе. Что-то неуловимое, но заставившее меня намертво вцепиться в появившийся шанс.

Бейтельеро перевел взгляд с Анья на меня, и улыбка его потускнела.

– Эти мечи не для продажи, мастер-джедай. Они – святые реликвии моей семьи. Но я не против показать их вам. За определенную плату, разуеется…

Красноречивый намек в сторону опешившей от такого наглого подката Аньи не остался безнаказанным. Бесстрастное лицо девушки вдруг отразило непримиримый внутренний Свет, сияющий в ее источнике подобно яркой утренней звезде. А пробирающий до мурашек спокойный тон заставил лоб Бейтельеро покрыться очередной порцией пота. На сей раз холодного.

– Показывай.

Даже Фрис восхищенно присвистнул, что уж говорить обо мне. До сих пор Анья еще не являла свою возросшую Силу, и теперь я имел удовольствие наблюдать, как она выросла со времени нашего вынужденного расставания в прошлом. Не только, как джедай, но и как лидер, способная принимать нелегкие решения и адаптироваться к любой ситуации.

Ощутив мое оценивающее внимание, Анья повернулась и, дурачась, включила режим плохой девочки, показав дразнящий кончик языка. Кхм. Что я там говорил об изменениях? Беру свои слова назад…

– Что? Барсен'торы должны уметь настоять на своем.

«Добро должно быть с кулаками, – перефразировл Пятый, беззастенчиво копаясь в остатках памяти, доставшейся нам от Ивана. – Какая женщина! Сила, я влюблен».

«Эй, – возмутил я. – Она моя, лапы прочь!»

«Ха-ха».

Между тем, развивший крейсерскую скорость владелец антикварной лавки успел метнуться наверх и вернуться с красивой деревянной шкатулкой, украшенной декоративной резьбой и выкрашенной в небесно-голубой цвет.

– Прошу, миледи. Вот сокровище, которое передается в семье Санрайдер в ожидании часа, когда среди нас вновь появится достойный носить их.

Аккуратно приподняв едва слышно скрипнувшую крышку шкатулки, Бейтельеро показал нам ее содержимое. Анья и я проявили сдержанный интерес, тогда как шумно засопевший Фрис едва ли не запустил внутрь голову.

Как старик и говорил, нашему взору предстали два световых меча, выполненных в одном стиле. Полагаю, оба когда-то принадлежали рыцарю-джедаю, прошедшему суровую школу войны. Одноклинковый имел простую рукоять из серой стали, слегка сужающуюся на креплении фокусировочной линзы и переходящую в удлиненную ребристую поверхность силовой ячейки, для более сильного сцепления с рукой. Вполне себе типовой меч для начинающего рыцаря-джедая, только недавно ставшего на продвинутый путь познания Светлой стороны.

С другой стороны, меч-посох имел уже более проработанный дизайн и резкие черты, выражающихся в спиральных бороздках, идущих от эмиттера к центральному соединению рукояти. Выходные отверстия для клинков были дополнительно защищены укрепленными вставками, на одной из которых даже остался след поврежденного металла – результат столкновения с другим мечом.

В общем и целом, ничего особенного. Однако то колебание в Силе никуда не делось. И, по мере того, как длилась пауза, я начал понимать причину его происхождения.

Фрис.

Мой брат завороженно смотрел на световые мечи, пока сквозь его квардионное ядро и кайбер-кристаллы проходили потоки Силы. Процесс настолько необычный и завораживающий, что мы с Аньей затаили дыхание и не шевелились до тех пор, пока Фрис не издал тихий вздох и не отстранился от шкатулки.

– Сколько? – раздался его приглушенный голос. Бейтельеро Санрайдер моргнул и уставился на кварда, будто впервые видел его.

– Я же сказал…

Фрис покачал головой и, протянув руку ладонью вверх… направил Силу. У меня отвисла челюсть, как и у Бейтельеро, при виде шевельнувшихся световых мечей. У одноклинкового повернулась муфта эмиттера и открылся защитный лепесток, являя свету мягко мерцающий голубой кайбер кристалл. У посоха что-то щелкнуло в рукояти, и декоративные вставки на концах мечей вдруг удлинились вдвое, явив заостренные концы тонких лезвий, которыми вполне можно было работать, как обоюдоострым кинжалом.

Еще миг, и оба меча взмыли вверх, активируясь с приятным слуху гудением. Лавка озарилась нежным небесно-голубым светом, заставив Бейтельеро схватиться за сердце и опереться на ближайшую стойку.

– Как же так?.. – донесся его слабый неверящий шепот. – Никто из семьи… За столько веков… Почему они открылись тебе?!

Я неотрывно смотрел на брата, а он на меня, когда его слова коснулись воздуха, гармонично вплетаясь в песню световых мечей.

– Они предназначены не для вас, и тот, кто их создал, знал это. Назовите цену.

Старик, по щекам которого катились дорожки слез, намертво вцепился в пустую шкатулку и осел на пол. Силы покинули его и, подскочивший помощник тот же потянулся с портативной аптечкой, явно готовый к чему-то подобному. Но сухая узловатая рука в морщинах остановила его на полпути. Бейтельеро поднял голову и, сморгнув слезы, уставился на вращающиеся по часовой стрелке световые мечи, зависшие перед Фрисом, стоявшим с крайне одухотворенным видом.

– Только тот, кто истинно чист душой, сможет активировать мечи, – убитым голосом сказал старик. – Пророчество… Мы верили, что это будет кто-то из нашей семьи, но Силу не обмануть. Спустя тысячи лет наследие Номи наконец ожило. В руках того, кто достоин нести его Свет в мир.

– Бейтельеро, – все еще переваривая произошедшее, я попытался что-то сказать в наше оправдание, но старик резко тряхнул головой и, кряхтя, с помощью заботливого Эркина поднялся на ноги.

– Уходите.

– Но…

– Пока я не передумал.

Старик еще раз посмотрел на нас троих и остановился напротив Фриса, который уже деактивировал световые мечи и аккуратно принял их себе в руки.

– Как тебя зовут, дитя?

– Фрис. Атран.

Ладони старика легли на плечи брата, а в его голосе прозвучала затаенная горечь. И надежда.

– У моей семьи есть напутствие, Фрис Атран. «Пусть Песнь воды укроет тебя от невзгод в бесконечном океане космоса, а Сияние неба укажет путь среди звезд. В неизвестности, куда ты ступаешь».

Бейтельеро Санрайдер отступил в сторону и указал ему рукой на дверь.

– Надеюсь, Номи сделала правильный выбор. Ступай, юный шард. И принеси мир в галактику.

Глава 8. «К логову зверя»

Мы с Фрисом стояли на командном мостике «Бегемота», наблюдая, как сопящая от напряжения Митина прокладывает курс, ведя корабль сквозь атмосферные аномалии растущего воздушного тоннеля, соединяющего Ондерон и луну Дксун. Планетарное Слияние обещало вот-вот начаться, и мы летели в самый его эпицентр.

– Кхм, – я первый нарушил затянувшееся молчание, и, не сводя глаз с обзорного окна, деланно-незаинтересованно вопросил. – И как давно ты ощутил Силу?

Фрис улыбнулся, но также остался на месте без движения.

– А я все ждал, когда ты не выдержишь.

– О, это было непросто! Чуть мозги не лопнули от перенапряга. И?..

– Сложно сказать, в какой именно момент, – тон брата стал задумчивым, а выражение лица отстраненным. – Все началось с установки импланта гибридной модуляции. Он наделил меня всеми чертами органических форм жизни, включая возможность чувствовать. По-настоящему, а не имитировать по твоему образу и подобию, как раньше.

– Не думаю, что ты когда-либо имитировал чувства, – мягко возразил я ему. – Даже, когда впервые осознал себя Фрисби на Тайтоне. Этот дар всегда был с тобой.

Фрис приосанился и повеселел. Расцветший цветок ярких эмоций показал, насколько ему приятно слышать эти слова.

– А какая она для тебя? – жадно спросил я, поддавшись своему любопытству. – Сила?

– Иная. Я знаю, как ее чувствуешь ты, но у меня… это как подключение к ядру дополнительного источника вычислительных мощностей. Настолько большого, что мне приходится ограничивать скорость обмена данных, чтобы не спалить нейронные связи. Это завораживает! И пугает. Вернее, пугало… поначалу.

– Что изменилось?

– Не ты один учился у Пряхи, – в эмоциях брата промелькнули нотки гордости. – Она помогла мне понять, что значит не просто чувствовать себя живым, но быть им.

– А есть разница?

– Есть. Я тоже не понимал, пока она не показала. И тогда, думаю, меня осенило: Сила всегда была рядом. Просто я не мог понять, что это и как ее направлять. Теперь знаю. «Сияние неба» помогло увидеть, – его кончики пальцев любовно провели по рукояти своего нового светового меча, занявшего положенное место на квардионной имитации пояса.

– А «Песнь воды»?

– В меньшей степени. Я могу ее использовать, но она слишком остра для меня. Во всех смыслах. Сейчас я просто подрабатываю курьером, чтобы передать ее тому, кто по-настоящему достоин.

– И кто же…, – я осекся, увидев ухмылку брата. Еще с пару секунд потребовалось, чтобы интерпретировать бурю эмоций, взметнувшихся у него в груди, и узнать ответ.

– Да ладно. Не может быть!

– Нет? Что мы с ней такое, по-твоему, брат? Помнишь, я говорил еще тогда, у Стража на Альдераане: Гри не могут создать жизнь. А Сила – да! В сочетании определенных условий для нее нет ничего невозможного. Зерно, которое Сот передал для пробуждения Джун, уже имело встроенные наниты с той же матрицей, как у моего импланта гибридной модуляции. Так что мне остается просто передать ей «Песнь воды» и ждать, когда связь установится.

Фрис сделал паузу и тихо, так, чтобы слышал только я один, продолжил:

– Именно поэтому кайбер-кристаллы Гри такие особенные. Малыш… он ведь тоже осознал себя, в самом конце. Пусть и не так, как я, но твоя Сила, Джове, помогла ему увидеть мир по-другому. Также, как помогла мне.

Против воли предательские слезы навернулись на глаза, и мне пришлось приложить немалые усилия, чтобы удержать их вместе с рвущимся из груди судорожным вдохом. Пуду. Кажется, этот груз вины не отпустит меня уже никогда. Потому что, чтобы я не говорил окружающим, в глубине души я не смирился с сделанным выбором и корил себя за содеянное.

За предательство того, кто пожертвовал собой ради исполнения моих желаний. Как же хреново…

«Джове! – сознание всполошил предостерегающий крин Пятого. – Твоя защита слабеет!»

«А, харш!»

Спохватившись, я торопливо перехватил ускользающие поводья от сетей, окутавших спящую сущность Поглотителя. Хищник в глубине подсознания недовольно заворочался, но все же погрузился обратно в беспокойный навязанный сон.

«Следи за собой, ситх тебя дери! – выругался Пятый, и я почти наяву увидел, как он утирает холодную испарину со лба. – Эта тварь только и ждет шанса, чтобы вырваться. И твои душевные метания никак не помогают».

«Прости, – искренне повинился я. – Просто…»

«Просто все, что в тебе до сих пор сдерживал якорь Машины, вышло наружу. Вторая всегда была эмоциональной, и ты очень похож на нее. Порой даже чересчур».

«Это такой толстый намек перестать лить бабские слезы?»

«И сжать яйца в кулак, – без малейшего намека на издевку подтвердил Пятый. – Пойми наконец, Разящий Свет: от тебя сейчас зависят не только наши жизни, но и напрямую миллионов других существ! Если Могру добьется своего, последствия будут катастрофическими. Ты должен сохранять разум чистым, чтобы одолеть его».

– Внимание экипажу! – внезапный окрик Митины вывел меня из самокопаний. – Входим в зону турбулентности, может немного потрясти.

– А куда делись компенсаторы…, – начал говорить я и едва не прикусил язык, когда звездолет ощутимо так тряхнуло. Понял, молчу. Митине виднее, как там ее толстячок небеса бороздит.

– Джове! – рявкнула навигатор, бледная от напряжения и носом прилипшая к стенной панели с извивающимися кривыми графиков и стройными рядами смеющихся символьных параметров интера. Ее последняя команда пилоту оказалась неудачной, вызвав каскадную встряску по каркасу корабля, когда сопящий от напряжения пилот-салластанец выкручивал штурвал по крутой траектории на снижение. – Куда именно нужно!?

– Пустошь справа по курсу. Видишь? Там, – я оперся на подголовник кресла второго пилота и через обзорное окно указал на песчаное пятнышко у окраины джунглей, проглядывающее в потоках взвихряющегося воздуха на границах атмосферного фронта. – Заходи со стороны солнца и зависни над джунглями. Оттуда мы доберемся своим ходом.

– Вам делать больше нечего что-ли? На кой хрен вам в эту харшову дыру лезть, если можно прямо до места долететь?

Мы с Фрисом молча переглянулись, благодаря науке Пряхи ощущая то, что для менее чувствительной Митины оставалось скрытым.

– Так надо.

– Ну и хер с вами! Сдохните – жаловаться не приходите. Терпеть не могу призраков.

Фрис хмыкнул, а я медленно вздохнул, беря под контроль вертящиеся на языке остроты. Это Митина. И перевоспитывать ее бесполезно.

– А мне что прикажешь потом делать? – буркнула чуть успокоившаяся клановый навигатор, все еще недовольная, что ее планы на тотальный расслабон с бухлом и девочками нарушили сразу по прилету в Изиз. – Кантиной с пазааком тут не пахнет.

При этом к раздражению Митины примешалась изрядная доля эмоций, испытываемая еще со времени нашей встречи в столице. Мы с Фрисом так и не смогли объяснить, как умудрились добраться до города раньше нее, если остались в лагере мандалорцев после отлета «Бегемота». И что стало с нашей внешностью, слишком изменившейся за такой короткий период разлуки.

А вопросы не могли не возникнуть. Для любого, кто был знаком с нами лично, будто не десяток часов прошел с момента нашего расставания, а полновесный год по стандартной временной шкале. За который я вытянулся, хотя, казалось, куда еще больше, и окончательно потерял последние юношеские черты, став внушающим уважение молодым мужчиной. Волосы стали еще светлее, потеряв детский пшеничный оттенок и став почти белыми. Не седыми, а именно белее, отражая произошедшие с организмом изменения, покрепленные глубокой связью со Светлой стороной.

В свою очередь Фрис столь виртуозно овладел своим квардом, что теперь его было почти не отличить от реального разумного из плоти и крови. Не считая небольшого фонового сияния неона вокруг фигуры, он выглядел… настоящим. Во всех аспектах своей жизни, а не только духовном, делающим его частью Единой Силы.

Но если первое еще можно было списать на апгрейд, то не заметить второго Митина со своей гиперпаранойей не могла. А уж когда Анью на мостике увидела… Скажем так: я ожидал грома и молний, но тилина ограничилась нервным глазным тиком. Поначалу. После чего слегка отошла и с ходу ультимативно заявила, что ноги этой «крашеной самки харша!» не будет на борту ее корабля.

Каких трудов нам с Фрисом стоило ее успокоить – отдельная песня. Трагичная, полная обид, угроз, взаимных упреков и поэтических матерных конструкций, коими не побрезговали бы и самые отмороженные головорезы в криминальных синдикатах хаттов. При этом я, как глава клана Атран, проявил чудеса дипломатии, одной рукой удерживая рвущуюся в бой тилину, а второй придерживая за талию пышущую святой местью эвин, так и норовящую схватиться за световой меч. И смех, и слезы. Особенно в свете предстоящих разборок с остальными дамами клана, носящими под сердцами моих детей.

В общем, с грехом пополам, шаткий мир был установлен, но Митина все же добилась, чтобы Анья покинула мостик. На что мне, скрепя сердце, пришлось пойти, внутренне содрогнувшись под пламенным взглядом возлюбленной, которым она наградила меня перед спуском на нижние палубы.

«Ох, чую, ждет меня на Альдераане веселая жизнь, – внутренне пожаловался я Пятому, вновь вспомнив тот момент и ежась от колючих мурашек, бегущих по спине. – Может, ну его? Пусть ушастик делает свое дело. Бахнет и ладно. Зато всем будет не до меня…».

«А вот за наивность основе Ивана спасибо скажи, – мой духовный собеседник по обыкновению рубил правду-матку. – Помнится, он тоже любил тешить себя призрачными надеждами. И нас заодно».

«Зануда».

«Обращайся».

Корабль накренился, болтаясь в мощных воздушных потоках и медленно снижаясь, стараясь не привлекать лишнего внимания. Насколько это было возможно внешне, благо в Силе стараниями Аньи нас практически не ощущалось. Ее опыт барсен’тора позволял творить и не такие вещи, что пришлось весьма кстати в виду предстоящей встречи с Могру. Чем неожиданней будет для него наше появление, тем больше вероятность, что Нак Зиил с джедаями и остальными пленниками будут спасены..

– Фьюф, – пилот-салластанец подвел «Бегемот» к растительной кроне джунглей, вызвав нездоровое шевеление цепких ветви хищных лиан, потянувшихся к небу. Выполненный маневр скрыл его от посторонних глаз со стороны бывшей трассы свупов, и я надеялся, что остаток пути по земле пройдет также гладко. По расчетам Фриса времени, прежде чем наши «прошлые» версии встретят Могру и провалятся в хроноколодец Звездной Сети, осталось совсем немного.

Пилот откинулся на кресло, утирая ладонями мокрые от пота крыловидные капли поверх рта.

– В унгрус я драл такие посадки, босс! В другой раз найдите способ самоубиться попроще.

– Отличная работа, Ринго, – расщедрилась Митина на похвалу, повторяя движение салластанца и буквально утонув в мягком ложе второго пилотского кресла. – Одной проставой не отделаешься, Джове. «Бегемоту» потребуется полный фарш на ближайшей верфи. За счет фирмы!

– Будет, – Фрис утвердительно кивнул под моим взглядом. – Молодцы, заслужили. Теперь наш черед.

Митина широко показательно зевнула, едва не вывихнув челюсть.

– А-а-аф! Вперед. Мы тут подождем.

– Митина.

– Ладно, ладно, – ворчливо отозвалась навигатор, нехотя выпрямляясь скрипнувшем кресле. – Улетим после высадки. Хотя, не думай, что ты отвертелся от объяснений!

На это я только усмехнулся и кивнул Фриса, вместе с ним покидая мостик. Тилина могла сколько угодно вредничать, но в конечном итоге сделает, как ей велено. Потому что ощущает мою возросшую Силу и инстинктивно признает главенство Вожака в стае, как принято у ее расы.

И еще потому, что будущее уже определено. И в нем я не помню никакого тяжелого транспортника, ошивающегося в обозримой близости от логова Могру.

Тем временем Анья на нижней палубе успела неплохо поладить с судовым техником, бортовым программистом и раздражающей занозой в заднице Митины – салластанцем Ихором Ворром. Мы с Фрисом обнаружили этих двоих, сидящих на краю погрузочного контейнера с чашками ароматно дымящего кофейного тоника. За приятной беседой на политические темы современных реалий на Республиканской арене, время полета пролетело для них незаметно. Мы с братом успели застать уже конец разговора.

– …выходит, Лашта-Со получит чрезвычайные полномочия?

– Считай, это уже простая формальность. За последние три года Миротворческий флот пополнился еще на сотню тяжелых вымпелов новейшей постройки. И я не про тот хлам, которым гоняют пиратов на задворках фронтира Внешнего Кольца. Под командованием адмиралтейства ходят новейшие суда со стапелей Куата и Коррелианских верфей. Бриллианты в куче говна из ржавого железа! Знаешь, какие там цифры крутятся, дочка? Без чрезвычайных полномочий продавить такой гос-заказ практически невозможно. А, значит, Сенат настолько глубоко запустил язык в очко канцлера, что может отполировать ей зубы изнутри. Еще и до кончиков лекку дотянется, если откат получит.

– Фу, дядя Ворр! Где ваши манеры? – Анья хихикнула и, не замечая нас с Фрисом, остановившихся в тени грузового контейнера, пригубила из исходящей дымком чашки. – И все равно, я не понимаю, откуда такая агрессия? Империя ситхов пала много веков назад, а нынешние их последователи… Как их там, культисты? Даже не смешно. Кучка любителей во главе с опальным мастером. Они скорее досадная помеха, чем реальная угроза Республике. Может, канцлер знает что-то еще, что не известно другим?

– Кхм.

Я вынужденно прервал несомненно увлекательную беседу, шагнув на свет и отозвавшись на вопросительный посыл Аньи в ментале.

– Да, пора.

– Спасибо за приятную беседу, дядя Ворр. Как-нибудь повторим, – девушка пожала руку распустившему слюни салластанцу и с наигранным вскриком спрыгнула вниз, позволив мне подхватить ее на лету.

– Мой рыцарь, – послужил от нее наградой короткий чмок в губы, поневоле поднявший мне настроение. – Готов вершить подвиги в мою честь?

– Ради тебя хоть в гнездо ранкора с голой жопой.

– Хи-хи. Как романтично!

Фрис, ради поддразнивания которого и была сыграна театральная постановка в двух лицах, закатил глаза и первым удалился в сторону шлюзовой камеры. Довольная смеющаяся Анья побежала его догонять, пока я на минуту задержался у салластанца, последний раз прогоняя наш план и убеждаясь, что команда четко осознает свою роль.

Мне было не нужно, чтобы экипаж «Бегемота» путался под ногами, рискуя срывом всей спасательной операции. Пока на нашей стороне неожиданность, я собирался использовать все полученное преимущество, чтобы застать Могру врасплох. И, даст Сила, его будет достаточно, чтобы предотвратить непоправимое.

– …и не забывайте мониторить сеть, пока мы будем внизу, – отдал я последние указания кивающему салластанцу. – Как только планетарное Слияние закончится, у нас будет совсем короткое окно, чтобы незаметно убраться из системы.

– Понял, босс, – со смешком передразнил Ихор повадки молодого пилота Ринго и уже куда более серьезным тоном добавил. – Ты уж побереги себя. Будет обидно похерить все в самом начале, когда дела семьи только пошли в гору.

Крепким рукопожатием поблагодарив старика за заботу, я метнулся к шлюзу, нагоняя ожидающих меня Анью и Фриса, уже облачившихся в боевую экипировку.

На эвин красовался защитный костюм из синтоволокна белого цвета, выбранного ей самой еще в Изизе. Плечи покрывал плотный тканевый плащ с глубоким капюшоном – дань уважения джедайским традициям. Лицо прикрывала маска с узкими прорезями для глаз и встроенной фильтрационной системой, защищая органы дыхания от вредных веществ. Почти копия тех, которое носят стражи в джедайских Храмах, но с более резкими воинственными чертами.

В свою очередь Фрис притушил свечение неона кварда и сменил столь любимый им облик «вечного защитника», использовавший наработки закуульских рыцарей Вечной Империи на такой же слизанный с моего экзера четвертый образ. А именно, «доспехи хамелеона» или джедая-охотника. Гибкие, подвижные, с адаптивной внешней структурой, позволяющей маскироваться к окружающей местности. Идеальный вариант для диверсионной вылазки в глубоком тылу врага.

Решив не отставать от команды, я дал мысленную команду экзеру, под восхищенный возглас Аньи воплотив наименее редко используемый образ с порядковым номером три. Дюрасталиевый облик «Тяжелого рыцаря». Вариант, чем-то походящий на доспех мандалорских коммандо. Как тот, что носил громила Арус, перешедший в подчинение Дженны Ордо после смерти ее брата. Только, в отличии от бескаровых доспехов, более грузный внешне и не такой изящный. «Тяжелый рыцарь» вызывал чувство угрозы уже одним своим видом, со стороны представляясь этакой бездушной машиной убийства, которой, для полного образа, не хватало только огромного двуручника за спиной.

Но и бескаровый клинок с хищной грацией сабли тоже неплохо смотрелся у меня в руках. Обнажив его из сформировавшихся ножен на поясе, я лишний раз порадовался, что, несмотря на размеры, «Тяжелый рыцарь» ощущается точно также, как и любой другой образ экзера. Удивительный симбиот Гри, способный не только выдерживать запредельные нагрузки, умел так подстраиваться под носителя, чтобы доставлять минимум дискомфорта и не стеснять движений. Иначе, вздумай я нацепить на плечи подобную гору реального металла, даже с помощью Силы передвигаться было бы проблематично.