Текст книги "Поглотитель (СИ)"

Автор книги: Илья Трифонов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 25 страниц)

Охватившее Джове отчаяние отдалось болезненным звоном в сумраке, став последней каплей, запустившей цепную реакцию схлопывания Купола, сотканного из жертвы Второй. К счастью, Пятый был готов к такому повороту и смог закапсулировать свою основу, погружаясь в некое подобие ментальной комы в ожидании, когда будет прорван второй духовный контур.

Пятый предполагал, что это может занять еще месяц или около того, перед тем, как Джове соберется с силами для предстоящей конфронтации с Могру. Но все вышло гораздо быстрее.

В какой-то момент пелена сумрака сжалась, активируя ментальную закладку, вырвавшую Пятого из искусственного сна. Все еще ошалелый от внезапной смены состояния бодрствования, альфа услышал обрывок фразы Джове: «Все закончилось». А следом Пятого накрыло волной его эмоций. Сильных, подавляющих. Тут примешались и радость, и боль, и гнев. А еще горечь и торжество. Слитые воедино, они образовали крепкий коктейль, отчасти объяснивший не совсем адекватную реакцию Пятого, ощутившего свободный мыслительный канал. С жадностью иссушенного жаждой путника припавшего он припал к нему и подтянул следом основу, спустя пять с лишним лет заточения в сумраке чужого подсознания наконец-то вырвавшись на волю в реальный мир.

«Наконец-то, свобода!!! Выкуси, Первый, я же говорил, что смогу! О, а вот и местечко свободное образовалось. Не против, если я тебя немного потесню, дружок? Так я и думал».

Джове не был против. Скорее он просто не понял, что происходит, и счел голос в своей голове случайным глюком, вызванным прорывом второго духовного контура. Охваченный эйфорией Пятый не стал переубеждать его, наслаждаясь ощущением полноценного живого тела, которое теперь ощущал, как свое собственное.

Конечно, по осколкам воспоминаний Джове он уже знал, какого это, но чужой и свой опыт – две совершенно разные вещи! Ощущать пьянящий прохладный воздух в легких, чувствовать приятно льнущий к коже симбиот-экзер и свободно осязать токи Силы вокруг… было прекрасно. Воистину, только тот, кто был чего-то лишен, может ощутить всю полноту красок жизни, после того, как вернет утерянное!

Еще с пару минут Пятый с восторгом наслаждался биением жизни Джове, совершенно забыв, что по-прежнему находится простым наблюдателем в его теле. Но даже когда вспомнил, это не сильно испортило ему настроение. Яркие людские эмоции, не приглушенные давлением сумрака, подбивали совершить какую-нибудь глупость, докучи развязывая язык и вынуждая говорить первое, пришедшее на ум.

Так что, увидев фамилиара воплощенной Светлой стороны Силы, усевшегося на треугольную рамку портала Звездной сети, и ощутив недоумение Джове, Пятый предостерег его:

«То ли еще будет. Не доверяй этой суке, что бы она не предлагала. Целестиалы всегда преследуют только свои интересы».

Вот еще один бонус владения вторым потоком сознания Джове. Вместе с ним Пятому достался полный доступ к памяти. Все то, что раньше приходилось собирать в сумраке по осколкам, сейчас оказалось полностью доступно. В любых размерах и запросах, включая полную информацию об Архитекторах, строителях или целестиалах, в которых Пятый узнал знакомые воплощения Темный и Светлой сторон Силы.

«Выходит, они все же не боги», – с облегчением подумал альфа, прежде чем Джове собрался с мыслями и с большой опаской обратился к нему мысленно.

«Кто ты такой?»

Пятый не удержался от легкого ребячества, взяв небольшую паузу и не став отвечать сразу. Почему-то ему показалось забавным вызывать боязнь того, кто долгие пять лет держал в страхе его вместе с остальным кластером.

Ровно до того момента, как Джове кинулся к рамке портала, на котором сидела сова-фамилиар воплощенной Светлой стороны.

– Анья!

Еще до того, как Джове принял окончательное решение, Пятый понял, что тот собирается делать, и ощутил прилив злости.

Возможно, Первый был прав, и в Джове все еще осталось слишком много от Поглотителя. Конечно, мотивы парня можно было понять, но даже без влияния якоря он оказался слишком ослеплен своей любовью к Анье, выбрав в качестве платы за ее спасение цену, которой оказалась…

«Другая жизнь, – с пронзительной грустью сказал Пятый, вспомнив Вторую и попытавшись донести до Джове всю степень охватившего его разочарования. – Боюсь, этот рок будет преследовать тебя до самой смерти».

Дальнейшее воссоединение двух влюбленных Пятый с чистой совестью пропустил, погрузившись в свои невеселые мысли и обратив внимание на происходящее, только когда прозвучало имя сына Аньи.

– …Кирон Атран, в честь деда и по фамилии отца. Сначала думала назвать Джоем, но Кирон сам не захотел. Знаю, звучит странно, но он заходился плачем каждый раз, как я к нему так обращалась. Хотя потом полюбил истории о своем отце. И усердно тренировался, чтобы быть на него похожим. Думаю, когда подрастет, ему будет под силу побороться за место грандмастера Ордена… что вы так смотрите?

Шестеренки в основе Пятого закрутились с бешеной скоростью, проливая свет на еще одну тайну, которая не давала покоя кластеру еще во времена, когда он был единым целым.

«Ха-ха! – не выдержав абсурда ситуации, Пятый расхохотался, внутренне ощутив, как вздрогнул Джове. – А Третий всю башку изломал, отчего мы родство со стариком чувствовали. Грандмастер Кирон! Ха! Кто бы мог подумать. Первый… ты все продумал до мелочей».

Выходит, Джове – отец того самого грандмастера джедаев, который стал одной из причин раскола Ордена наравне с Фаниусом и Могру. И кто, сам того не подозревая, является сосудом для сущности, чей единственный смысл жизни состоит в мести своему отцу. И как после такого не решить, что Сила не так уж далека от чувств, присущих слабым разумным из плоти и крови? О чем Пятый и сказал Джове, как только тот смирился со своим нежданным отцовством и смог мыслить хоть немного рационально.

«Сила не лишена иронии, не так ли? Впрочем, об этом мы тоже позже поговорим. Сейчас же позволь исполнить данное обещание и показать, с чего все началось».

Как бы не хотелось Пятому хотя бы ненадолго просто остаться наедине со своими мыслями, у него все еще оставалось одно незаконченное дело. Последнее обещание, данное Четвертому перед тем, как он ушел на перерождение.

«Покажи ему все, – попросил альфу тот, кто, вне сомнений, был мозговым центром кластера. – Он должен знать все, чтобы не совершить тех же ошибок».

«Думаешь, он на это способен? Первый так не считает».

«Но ты считаешь, и я тоже. Каждый имеет право на второй шанс. И Вторая… она бы хотела этого».

«Ему придется пройти через ад. Не уверен, что он сможет вынести то, что сделал с нами. И с остальными».

«У него нет выбора. Как и у тебя. Этот путь вам придется пройти вместе, брат».

Тогда Пятый не понял полной подоплеки слов Четвертого, но теперь, ощущая терзающие Джове муки совести за содеянное, не смог противиться неизбежному.

Выбора действительно не было. Ради будущего им придется пережить все с самого начала. От рокового часа, когда Поглотитель пришел в этот мир, до мига прозрения, вызванного прорывом второго духовного контура Джове. Только так они смогут найти свой путь и исполнить предначертанное Силой.

Тон Пятого заметно похолодел, обращая минувшую историю вспять и увлекая Джове в водоворот воспоминаний. К началу, когда его еще не существовало на свете. И был лишь один…

«Добро пожаловать в Ад, Поглотитель. Твой и мой, до конца времен».

***

Сознание вернулось рывком, вырывая меня из недр чужой памяти, заставляя с хрипом прогнуться в спине и жадно хватать ртом воздух, пока плечи и щеки обнимали руки Фриса и Аньи.

– Джове, слава Силе! Что с тобой снова… Почему ты плачешь?

Я не ответил, смотря сквозь встревоженное лицо любимой на лик молодого мужчины, не сильно старше меня самого в прошлой жизни. В чьей внешности собралось многое от Ивана, а также меня самого, приправленное личными представлениями Пятого о мужской красоте. Что выразилось наличием аккуратной бородки в джедайском стиле и стильной, но все же консервативной удлиненной прическе с аккуратными проборами на висках.

А еще он носил доспех. Седьмой образ экзера без шлема, который я почти не использовал. «Вечный защитник» идеально подходил Пятому, пусть он и не имел положенной рукояти светого меча на поясе. Однако, я не сомневался в наличии у него самого опасного оружия, данного человеку творцом сущего: пытливого ума, вознесшего его на всеми другими видами в известной мультивселенной.

– Пятый, – мой голос дрожал от с трудом сдерживаемых рыданий, а слезы ручьями текли по щекам, капая с подбородка на Звездную тропу и вызывая на ней мелкую рябь расходящихся водяных кругов. – Я не хотел. Ничего из этого! Мне так жаль!..

– Мне тоже, – сказал Пятый, зеркальным жестом повторяя мой, чтобы утереть мокрое от слез лицо. – Но только так мы можем двигаться вперед.

– Да.

– Джове! С кем ты говоришь?

Встревоженные голоса Фриса и Аньи больно ворвались в уши, но я продолжал смотреть в одну точку в бесконечной мгле черного космоса, где видел образ того, кому обязан самим фактом своего существования.

– Прости меня, Пятый. Если бы я только знал…

– То я бы был уже мертв. Как Иван. Или Вторая. И теперь ты знаешь, почему.

Я не просто знал. Видел. Причем куда больше, чем мог представить Пятый, внутренне ужасаясь открывшемуся зрелищу. Потому что Пятый ошибался, а Первый был прав.

Поглотитель был жив.

Но узнать об этом они никак не могли, так как изначально имели людские души. А, значит имели ограниченную способность воспринимать истинную картину тонкого духовного мира, тогда как полный обзор был доступен лишь рожденным в нем. Подобно сущностям, призванным очищать души от личностей перед очередным перерождением.

Теперь, зная, что именно искать, я замер от переполняющего нутро животного ужаса при виде своей основы. Под правильным углом духовного зрения оказавшейся ничем иным, как Поглотителем. Тем самым жутким хищником-спрутом, вооруженным ментощупами, который сожрал Ивана и Вторую. А после впал в глубокую спячку из-за обилия сытой и калорийной пищи, приправленной изрядной порцией Живой Силы.

Уснул, но не умер. Тогда как процесс, запущенный Машиной, послужил своего рода батарей для стазисной ловушки, в которой Поглотитель хранился до того, как я выдрал ментальный якорь и потревожил сладкий сон зверя. Теперь он ворочался, вынуждая меня прикладывать заметные усилия, чтобы удерживать его в бессознательном состоянии. Но как долго я смогу удерживать его? Процесс еще не завершен, и мое тело слабеет с каждым днем.

«Не проще ли в таком случае прекратить долгую агонию и сделать шаг вбок с тропы, похоронив монстра вместе с собой?» – как я не старался ее задавить, предательская мысль все же промелькнула в голове. Но оформиться во что-то более тревожное так и не успела, с треском раздавленная командирским рыком Пятого.

– Даже думать об этом не смей! У нас еще осталось, ради чего жить, Джове. И ты мне должен виртуальный мир Сота на Альдераане. Пока не притащишь ему преобразователь на блюдечке – даже думать не смей сдохнуть, понял?

– Понял, – я выдавил из себя кривую улыбку, больше похожую на гримасу от принятия горького лекарства. После чего все же обратил внимание на откровенно паникующих Анью и Фриса, уже почти срывающихся на крик в попытках вывести меня их «разговора с самим собой».

– Простите, что напугал. Мне нужно кое-что вам рассказать.

– Уж потрудись, брат! – фыркнул Фрис, украдкой стряхивая со лба капельки квардионного пота. – И, так, на будущее: в следующий раз за такие выходки получишь в челюсть.

– А я добавлю! – поддакнула все еще сердитая, но счастливая от факта, что я не сошел с ума, Анья. – Рассказывай!

– Не здесь, – я отрицательно помотал головой и, переглянувшись с Пятым, кивнул в сторону уходящей вдаль Звездной тропы. – Обсудим по дороге на Ондерон.

Глава 6. «Спящий Поглотитель»

Я не смог рассказать Фрису и Анье всего, даже если бы захотел. Многое из увиденного в памяти Пятого попросту не укладывалось в голове. Кто-то более слабый на моем месте мог бы вполне двинуться рассудком, но, как справедливо заметил Пятый, я уже не совсем человек. А, вернее, совсем не человек. И никогда им не был.

Вот откуда взялся ментальный дар юнлинга Джове, который прежде никогда не блистал талантами. До сих пор я списывал свои способности на частицу зелтронской крови в генах. А также на некое провидение Силы, даровавшей возрожденной душе способность тоньше ощущать новый мир, чтобы лучше адаптироваться в нем.

Отчасти это действительно было так. Вот только мой ментальный дар – не награда, а проклятье. Для всех, кто находился со мной рядом.

Поглотитель всегда был голоден. Пока я жил и занимался своими делами, ни о чем не подозревая, оставленные без прямого контроля ментощупы, собирали пищу. Отовсюду. С каждого разумного существа, оказавшегося в их зоне контроля.

Тогда мне казалось, что так они просто несут информацию об окружающем мире, снабжая мозг дополнительным чувственным восприятием, недоступным обычным существам. И многим тем, кто был чувствителен к Силе, но плохо владел техниками Разума. Однако на самом деле… ментощупы просто питали Поглотителя. Впаивались в ауры окружающих и по крохам собирали духовную энергию, передавая мне и понемногу формируя личность того Джове, каким я был в Храме на Тайтоне: сборная солянка из личностей Ивана, аурной добычи других взрослых и эмоций окружающих меня юнлингов.

Так продолжалось до момента, когда Поглотителю стало этого мало, и проголодавшийся зверь потянулся к ближайшему самому доступному источнику пищи: кластеру несчастных душ, запертых в его подсознании без малейшего шанса выбраться из смертельной ловушки.

Вспоминая их отчаяние и ужас в тот момент, я серьезно хотел покончить с собой. От отвращения и брезгливости к тому, что представлял собой на самом деле. И, если бы не поддержка Пятого, меня бы ничто не остановило от опрометчивого шага в пропасть Звездной сети, по чьей тропе мы с Аньей и Фрисом шли по пути к порталу на Ондерон. Летящая впереди сова-фамилиар то и дело косилась назад, убеждаясь, что мы следуем за ней.

Странное существо. Оно не подало ни единого знака, показывая, что понимает разумную речь. Но на высказанные мысли вслух об Ондероне среагировало моментально, и мы с Аньей, и Фрисом отчетливо поняли: нас выведут именно туда, куда требуется. Может, в другой ситуации я бы поразмыслил на эту тему, но сейчас мою голову занимали более насущные проблемы.

– Ты – не он, – еще раз настойчиво напомнил мне Пятый, видя, что я опять скашиваю затуманенный взгляд к освещенной линии, ограничивающей край Звездной тропы. – Все это сделал Поглотитель. Тебя тогда еще даже в проекте не было.

Пятый был прав. Я-Джове появился тогда, когда Вторая пожертвовала своей жизнью ради спасения кластера. Ее Светлая сторона уравновесила тот сумбур толком непереваренной пищи, который Поглотитель собрал к моменту отлета с Тайтона. И создала совершенно новую личность, в которой переплелись черты Ивана и ее самой.

Этим и объяснялась моя «резкая просадка в Силе», а не обретением воспоминаний прошлой жизни, как мне всегда казалось. Нет. Просто «плюс» наложился на «минус», отчего мой источник, склонявшийся к Темной стороне по вине Поглотителя, пришел в равновесие.

Так был рожден Джове-джедай. И так он начал постигать Светлую сторону Силы под руководством опытного боевика-джедая, точно знавшего, как вбить нужные знания с налетом патриотизма в пустую голову своего падавана. Причем, в моем случае, скорее в прямом смысле этого слова. Пустую.

После того, как Поглотитель ассимилировал Вторую и погрузился в сон, я сильно изменился. Как характером, так и поведением, уже мало напоминая того безбашенного сорванца, каким был в Храме на Тайтоне. Я стал падаваном Ордена джедаев, и начал постигать Силу, одновременно продолжая впитывать в себя навыки окружающих, дополняющих мою новую светлую натуру.

Но все же, кое-что во мне осталось прежним. Жажда открытий и желание наладить свою личную жизнь, ранее составлявшие важную часть основы Ивана, стали краеугольным стержнем моей новой личности. И в эту концепцию прекрасно вписывалась прошлая надстройка гипертрофированной эмоциональной привязанности к юнлингам первого клана, которых я считал частью своей будущей семьи. Той самой, для создания которой и было сделано все возможное при подготовке на Дорине своего процветающего бизнеса.

А потом на горизонте появился форпорт джедаев и Машина Архитекторов, вбившая финальный гвоздь в формирование взрослой личности Джове. Новый «Я» получил поведенческую привязку на основе создания семьи и клана, так как именно эта цель являлась доминирующей в основе Поглотителя, созданной из души Ивана с примесью благородства и доброты Второй.

Пятый, как и я, подозревал, что эти двое когда-то жили в одном мире, волею Силы оказавшись слиты в один кластер после смерти. Иначе не объяснить, как филигранно наложились одни поведенческие паттерны на другие, окончательно формируя новое сознание, полностью независимое от хищной сущности Поглотителя.

Так Джове-джедай переродился Джове-Главой-клана, бросив все силы на укрепление своего состояния с попутным освоением науки джедая, которым себя уже не считал. Пусть я и использовал Светлую сторону Силы, но во взглядах на жизнь сильно расходился с типичными представителями современного Ордена, усилиями Могру пущенного под откос. Теперь моей главной задачей стало то, что диктовала установка якоря Машины: создание семьи и клана.

Спасение бывших соклановцев из лап ситхов и раньше не вызывало во мне внутренних противоречий. А после установки якоря еще и прекрасно вписывалось в его модель, сглаживаемую моральными принципами Второй, не позволяющими бросаться в крайности ради достижения цели. Сейчас, оглядываясь назад, я не могу не испытывать благодарности за тот шанс, что она дала своей жертвой не только своему кластеру, но и мне самому.

Иван передал мне цель жизни. Вторая подарила моральный компас, который помогает ее достичь, не скатившись в Темную сторону и сохранив свою человечность. Даже если, по происхождению, я не имею ничего общего с людьми.

– Ты гораздо более «человек», чем многие, с кем тебе доводилось общаться, – мягко сказал Пятый, слышащий все мои мысли сквозь второй духовный контур. – И не спорь! Мне со стороны виднее. Да, ты совершаешь ошибки, но кто их не делает? Это часть взросления, так бывает со всеми детьми.

Я глухо вздохнул, сдерживая подступивший к горлу горький комок слез и испытывая бесконечную благодарность к Пятому. Который верил в меня, не смотря ни на что. Даже теперь, когда узнал, что Поглотитель жив, и все еще угрожает вырваться на волю, если я хоть на миг потеряю над ним контроль.

«Но этого не случится».

Пряха хорошо обучила меня, и теперь я знал, как обуздать звериную сущность в глубине своей основы. Знала ли она? Думаю, нет, но могла что-то подозревать. И потому учила на совесть, передав весь опыт, какой смогла за такое короткое время. Хватит ли его, чтобы обуздать Поглотителя? Хороший вопрос.

Сейчас я видел этого хищника и знал, что пока процесс Машины не завершен, он будет ослаблен и не сможет взять верх. Что будет потом… сейчас об этом рано говорить. Для начала надо разобраться с Могру, уладить вопрос с Аньей и нашим сыном, в глубине души которого дремлет мой самый жуткий кошмар. И, наконец, завершить процесс, начатый Машиной.

Теперь, когда сдерживающие цепи якоря пали, и Пятый открыл мне свою память, я многое понял. Как и то, что нужно сделать, чтобы разорвать этот бесконечный цикл поисков новых жертв, пригодных для исполнения целей Машины.

А еще мне предстоит очень нелегкий разговор с моими женщинами. Теми, кто стали заложницами иллюзорных чувств, навязанных кластером ради своего выживания. Увы, теперь я это видел. Ни Лана, ни Кара на самом деле изначально не любили меня. То было влияние кейю, подогреваемое сексуальным влечением и тонкими воздействиями в Силе от Четвертого и Третьего. Уже гораздо позже искусственно поддерживаемые огоньки разгорелись в настоящее пламя искренних чувств, которое не требует поддержания со стороны.

Но хуже всего придется Илонии. Бедняжка влюбилась в меня по своей воле, но изначальная причина нашей связи глубже. Она желала стать матерью. Так сильно, что была готова отказаться от всего: своего положения, семьи и связей. Только чтобы получить возможность создать жизнь, которой ее лишили эксперименты далеких предков, желавших улучшить расу альдераанцев.

И это единственное, чего я больше не могу дать ей. Не только потому, что отныне принадлежу только своей эвин до конца жизни. Главная проблема кроется в чисто физиологической причине.

По мере того, как процесс Машины менял мою ДНК, все дальше отдалялся рубеж совместимости, отделяющий человеческую расу от всех остальных. В какой-то момент это сыграло даже на пользу, дав возможность зачать дитя в обход генетической стерильности Илонии. Киллики ощутили это, и потому тщетно пытались свести нас феромонами в улье, пока процесс изменений машины не зашел слишком далеко.

Тогда я бы еще мог дать Илонии желаемое, но с той поры прошло слишком много времени, и момент безвозвратно упущен. Сейчас я стал куда ближе к Архитекторам или Небожителям, нежели к людской расе. А это значит, создать жизнь простым и положенным природой способом уже не смогу. Не с женщиной, принадлежащей к совершенно иному биологическому виду.

В сравнении со мной и Илонией у того же человека и твилека, неспособных иметь общее потомство, куда больше общих физиологических черт. Несмотря на мою схожесть с человеком, наличие тех же внутренних органов и аналогичного костного каркаса, сам организм работает совершенно на иных принципах. Теперь, когда цепи якоря пали, я чувствовал это всем нутром и точно знал, что не ошибаюсь. Думаю, пройдет какое-то время, и мне даже воздухом дышать не придется. Просто тому, что Сила обеспечит меня всем необходимым.

Или убьет, если не завершить процесс Машины правильно.

Знали ли об этом Небожители, которые следят за мной? Уверен, что да. Как и в том, что Третий, Четвертый и Первый смогли успешно уйти на перерождение не без их помощи.

«Или Ее. Живого воплощения Светлой стороны. Женщина, которую я видел на Дорине, и кто назвала меня Разящим Светом».

Теперь я узнал шепот, который порой улавливал в видениях Силы. Или слышал во снах. Она наблюдала за мной с самого начала появления в этом мире. И, вполне возможно, ждала, пока процесс завершиться, чтобы явить себя полностью.

Я не собирался ждать, пока это произойдет. Как только разгребу свои проблемы и вернусь на Дорин положить конец изменениями Машины – настанет ее черед. Вместе с чокнутым братцем, воплощавшим Темную сторону Силы и, без сомнений, сделавшим Первого тем, кем он стал в конце жизни кластера.

«Сила всегда стремится к равновесию», – учат джедаи. И они правы. Тьма и Свет неделимы. Где есть одна, там всегда присутствует другой. Так и в сумраке, яркий Свет кластера уравновешивался Тьмой Первого. Которая в конечном итоге поглотила его и вынудила сделать то, о чем я так боюсь рассказывать Анье.

Посмотрев на эвин, взявшую меня под локоть и идущую со мной рядом, пока Я-Джове рассказывал краткое изложение своей истории, а Я-Пятый занимался самокопанием в глубине души, грудь сжало от щемящей тоски. Сучьи Небожители! Уже за одно это с них стоит спросить по полной при встрече! А сколько еще раз они вмешивались в мою жизнь, играясь рожденной личностью Поглотителя и забавляясь мучениями душ в глубине его подсознания?

– Спокойно, – напомнил Пятый, ощутив вздымающуюся злобу в моем источнике. – Именно этого Он и добивается, видишь? Она победила, когда ты смог отделиться от Поглотителя. Теперь его последний шанс – вывести тебя из равновесия, чтобы хищник вырвался на свободу. А мы этого не хотим.

– Нет, – убито согласился я, в который раз передергиваясь при виде истинной сущности своей основы. Великая Сила, ну и гадость! И как я только раньше не замечал, какую жуть представляю в духовном мире? Видимо, выверты психики, идеально копирующей человеческую. Иначе я бы и с Ее помощью рассудка лишился, не выдержав осознания того, кем являюсь на самом деле. Но в то же время не являюсь…

Р-р, харш, как же сложно! Хотя с языка рвались выражения похлеще, с использование кланового-русского, но то был уже не я. Иван. Или то, что от него осталось.

«Хм, а ведь он предупреждал меня о Поглотителе! – с внезапным озарением вспомнил я давнюю тренировку в пещере Темной стороны на Дорине, когда сражался с падшим во Тьму Иваном. – Не напрямую, но предупреждал!»

Тогда я не мог понять потаенного смысла, произошедшего в пещере. Схватка наложилась на вбитые Нак Зиилом представления о Силе, обернув все противостоянием Темной и Светлой стороны. Но так ли оно было?

Теперь, с помощью Пятого я вновь обратился памятью в тот день, еще раз переживая события минувшей давности и прокручивая диалог со своим темным отражением. Нет, не то. Слова ничего не значат, являясь простым антиподом тех представлений, в который Джове-джедай верил на тот момент. Значит…

«Да».

Бой. Схватка на световых мечах! Этот момент, когда я начал читать кодекс, чтобы справиться с темным Иваном.

Замедлив последние секунды схватки до максимума и остановившись на моменте, когда я принял свою мнимую смерть с финальной строкой кодекса, мы увидели Его. Хищник, таящийся в тенях, и схвативший щупальцами-ментощупами истаивающий образ Джове-джедая, в последний момент открывший глаза и дико закричавший от ужаса.

– Не помню этого, – обливаясь холодным потом, который моментально впитывал экзер, пролепетал я. – Какого хрена, Пятый?

– Он учится, – хмуро сказал альфа кластера, точно также находясь под впечатлением от увиденного. – И тогда, и сейчас. Я ошибался, думая, что Поглотитель простой хищник без мозгов. Он куда опаснее.

– Вот ты сейчас совсем не успокоил! – возмутился я, стараясь не касаться духовного плана, где мне мерещилось хищное шевеление ментощупов. – Мне страшно.

– Не тебе одному, друг. Не тебе одному.

Мы с Пятым притихли, сжавшись вдвоем в отведенном ему втором духовном контуре, пока другой моим голосом завершал рассказ о похождениях Джове-главы-клана. Анья при этому уже давно не улыбалась и хмурилась, начиная понимать, с каким на самом деле парнем связалась.

– Это все, конечно, очень интересно, – произнесла она холодным тоном. – Но с другими твоими женщинами и детьми мы разберемся позже. Сейчас меня волнует только Кирон. И этот Могру. Говоришь, он втянул нашего мальчика в свои грязные дела?

Я-Джове покаянно кивнул, пока Я-Пятый радовался, что Анья не подозревает о наличии в душе ее сына темной твари, в любой момент готовой сорваться с цепи. У меня хватило мозгов не рассказывать Анье всего, хотя касательно моих отношений с женщинами клана пришлось быть полностью откровенным. Иначе бы мы не смогли доверять друг другу и планировать совместное будущее вдвоем. А в том, что оно будет, я не сомневался. Достаточно было взглянуть в любящие глаза эвин, все еще такие же теплые и счастливые, не смотря на не самые приятные новости.

– И сколько ему сейчас лет? Стой, не говори. Он же должен сейчас быть глубоким стариком…

– Не совсем, – влез Фрис, все это время тактично отмалчивающийся в сторонке. Но у всего есть предел, в том числе у моего брата, с которым, как оказалось, на связывало много больше, чем просто названное родство.

Оба рожденные в неволе. Оба дети, не осознающие глубины мира, в котором живут. И оба постоянно совершаем открытия, переворачивающие привычную картину вселенной с ног на голову. Мы были истинными братьями по духу, и теперь этому есть прямое доказательство… О существовании которого Фрису пока не стоит знать ради его собственного спокойствия. На него и так много навалилось за последнее время. А я слишком люблю его, чтобы взваливать еще и это.

– На самом деле он довольно бодро выглядит для своих трехсот лет, – хмыкнул квард, пока пришибленная масштабами Анья молчаливо открывала и закрывала рот. – Нет, серьезно! Вполне себе живчик, только волосы седые. И больше на тебя похож, чем на Джове. От него у Кирона только противный характер и харшево упрямство.

– Фрис!

– Что?

Мы с Аньей синхронно покачали головами. После чего она взяла меня за руку и серьезным тоном сказала:

– Пообещай, что мы с ним увидимся после того, как разберемся с Могру. Я должна его увидеть.

– Анья…

– Пообещай!

Где-то в глубине второго духовного контура Я-Пятый звучно впечатал ладонь в лицо. Тогда как мне оставалось только смиренно опустить плечи и дать тихое согласие, едва сдерживаясь, чтобы не скрестить пальцы за спиной.

– Вот и хорошо. А теперь пойдем надерем этой зеленой макаке зад.

– Барсен’тор Анья Рал! – деланно возмущенно воскликнул Фрис. – Разве этому учили в Ордене одну из самых уважаемых его членов за всю историю?

Лицо Аньи Рал вдруг стало откровенно злым. Но она быстро взяла эмоции в узду – сказывался большой опыт – и спокойно произнесла:

– Джедаи тогда, да и сейчас, думаю, тоже, учат только, ложкой какого размера разгребать дерьмо за Сенатом. Позвольте расскажу, как я оказалась в той дыре, откуда вы меня вытащили за пару минут до смерти.

И она рассказала. Начав с того момента, когда оказалась вышвырнута на нашем корабле из Центра-Прайм в звездную пустоту где-то на окраине ядра галактики, откуда методом Силовой Навигации добиралась до освоенных территорий долгие восемь месяцев. Успев попасть к обитаемым мирам Ядра незадолго до того, как пришло время рожать.

Слушая эвин, у меня самопроизвольно руки сжимались в кулаки, и из груди рвалось приглушенное звериное рычание. Но легкое касание пальчиков к щеке и теплый взгляд вынуждали выдохнуть и продолжать слушать историю становления той, кого однажды назовут барсен’тором Ордена джедаев.

После рождения Кирона Анья долго приходила в себя, проведя месяц в реабилитационной клинике на Адане, где восстанавливалась после тяжелых родов под наблюдением тамошних медиков. Девушка промолчала о своей принадлежности к Ордену, и с ней обошлись хорошо, отнесясь с пониманием к отсутствию кредов и взявшись за лечение в обмен на обильные припасы с ее корабля.

После восстановления новоиспеченная мать не стала сообщать о себе в Орден и поспешила с грудничком на Альдераан, где, как она знала, должны были основать свое поселения члены клана Атран. Того, который создал Джой вместе со своими друзьями, чтобы они подготовили крепкий и надежный тыл для будущей войны с ситхами. Вот только там Анью ждало не совсем то, что она ожидала.

Азур и остальные хорошо приняли ее. Зелтронки были в восторге от малыша Кирона, довольно мощно ощущавшимся в Силе несмотря на невинный возраст. В то же время Динор с Азуром были готовы сделать все, чтобы уберечь супругу Главы и его ребенка от мнимых ужасов внешнего мира. Вот только Анье было нужно не это. Она хотела вернуться ко мне, и немедленно, на что уже не мог пойти сам Азур.