Текст книги "Да, я счастливчик, и что с того?! Том 2 (СИ)"

Автор книги: Илья Романов

Соавторы: . Байяр
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Чтобы проверить Царя на вшивость, попытался преобразить перстень в копье, впитав в него часть своей маны, однако тщетно. Артефакт в моих руках превратился в красивую, но бесполезную безделушку.

«Ты да я, да мы с тобой… – весело пропела тварь, – Ты да я, да мы с тобой… А вот теперь моя очередь!»

С последним произнесенным им словом ощутил, как мана зациркулировала в энергетических потоках. Секунда, и я выронил копье на пол, едва не задев отпрыгнувших в сторону обезьянок.

– Вот же сука… – процедил сквозь зубы.

«А я бы сказал: хочешь жить – умей подчиняться более сильной и мудрой натуре, чем ты сам, аха-ха-ха!»

* * *

Москва, катакомбы…

Тем же вечером…

– Хм. И что же с тобой не так? – сидела женщина на корточках перед скованным настенными кандалами мужчиной. – Я предполагала, что с диамантом будет непросто, но ты ведь… человек? Верно же?

– Из плоти и крови, госпожа, – спокойно отозвался тот.

Глаза его были скрыты под куском черной тряпки, но испещренное синяками и кровоподтеками лицо не выражало ни единой эмоции. Что действительно поразило Шлейфер, так это то, что даже усиленная магией эмпатия не позволяла ей прочитать пленника. Его эмоциональный фон был чист, как белый лист, и Маргарита впервые встречала подобное явление.

– Знаешь, я даже немного завидую Гордееву, – мягко улыбнулась женщина, склонив голову набок. Палец ее скользнул по бледной щеке Константина и опустился к ключицам. – Мне бы такого преданного и невозмутимого гвардейца, как ты, в арсенале… Горы бы с тобой свернули.

– Сочту за комплимент, госпожа.

– Эх… – с искренним сожалением вздохнула она и поднялась, поскрипывая кожей коричневого комбинезона, выгодно обтягивавшего все округлости и стройную талию. – Информацию из тебя не выудишь, заключенный нами договор не сработал, шантаж на тебя не действует… Слишком ты ценный экземпляр, чтобы избавляться от тебя так просто. Жаль, что не мой.

– Жаль, что не ваш, госпожа, – с каменной физиономией поддакнул Константин.

– Но не оставлять же его тут, – обратился к Маргарите коренастый мужик, расправляя плечи. Нашивка в виде языка пламени на плече его куртки блеснула в тусклом свете потолочной лампочки. – Он нас пугает, если честно.

– Правда? – игриво захлопала Шлейфер глазками. – Это чем же?

– Да мы его тут на пару дней оставили без еды и воды, в темноте. Измором хотели взять. А когда вернулись…

– Ну-у-у?..

– Отсюда целое полчище крыс выбежало. Думали, пожрали его с концами. Заходим, а у этого чудика здесь полный пансион. Хавки и воды, как на складе. А одна крыса ему на плечо забралась и с лапок своих мелких кормила.

– Это п*здец, госпожа, – шумно выдохнул второй мужик.

– Не адамант он, а принцесса какая-то из мультиков девчачьих, – закивал первый. – Не, ну вы только поглядите на него, – выразительно указал он рукой на пресную мину пленника. – Как будто издевается над нами. И над вами, кстати, тоже! Давайте… давайте просто порешаем его, пока он сам с цепи не сорвался!

– Я не читаю способность подчинения зверей в его ауре, – задумчиво постучала Маргарита пальцем по нижней губе. – Может, показалось?

– Да своими глазами видели! – воскликнул второй. – Найдем другого диаманта. Их же штук десять у Гордеевых. А этот какой-то бракованный, нахер его! Всё равно ведь место менять будем. Вдруг телепортнется, пока перетаскиваем.

– Ты только послушай, как много причин, чтобы тебя убрать… – усмехнулась женщина, переведя взгляд на гвардейца. – Лишний раз доказывает, насколько ты хорош.

– Вы мне льстите, госпожа, – ровно таким же будничным тоном отозвался Константин.

Но от дальнейшей судьбы Константина ее отвлекла настойчивая вибрация смартфона. Вынув телефон из поясной сумки, Маргарита мельком глянула на имя, высветившееся на дисплее, и приняла звонок.

Не успела она и слово сказать, как на нее вылился целый поток сбивчивых фраз, смысл и главный посыл которых женщина поняла не сразу. Но когда поняла…

– Что ты сделал?! – прорычала она, а сердце пропустило удар. – Разумовской?! Ну и полудурки же меня окружают… Успокойся, – постаралась она вразумить обеспокоенного самозванца, а заодно унять бурю в собственной душе. Вдохнула, выдохнула, приводя мысли в порядок. – Веди себя так же, как и раньше. Ничего не меняем. Эту ситуацию обсудим позже, а пока держи себя в руках и просто не попадайся ей на глаза.

Недослушав ответ, женщина бросила трубку. Мысленно сосчитала от десяти до нуля, пока люди позади нее скептически переглядывались между собой. Ее деятельность подразумевала под собой и взлеты, и падения, так что ничего удивительного в возникающих попеременно сложностях не было. А великие дела требовали соответствующих им жертв. То ли еще будет, когда ей больше не придется прятаться. Когда она во всеуслышание заявит о своих намерениях и выйдет из подполья, чтобы перейти к открытым действиям.

– Ответь мне, Константин, – прежде, чем уйти, решила она задать адаманту последний вопрос. – Наш разговор на Монетной. Твои слова о том, что мною движет не столько жажда наживы, сколько польза на благо Империи. Да, я запомнила их, – усмехнулась она себе под нос. – Скажи, какую именно деятельность ты тогда имел в виду? Дипломатическую, моего рода? Или же… политическую, лично мою?

– Прошу прощения, госпожа… – нарочито медленно произнес пленник, и Маргарита затаила дыхание, – …но я вам тогда соврал.

– В чем именно?

– В том, что меня хоть сколько-то интересует, что принесет или не принесет благо нашей Империи. Ведь смысл моей жизни заключен лишь в жизни моего господина. Ничего кроме.

– Ничего кроме… – поджала женщина губы. – Повезло же ему, твоему господину. А вот меня ты немного… разочаровал.

– И вновь прошу прощения, госпожа.

– Хм, – улыбнулась та уголками губ. Развернулась к своим людям. – Оставьте его здесь. Стервятнику.

Мужики переглянулись с нескрываемым ужасом в глазах. Хотя бы потому, что этими самыми глазами видели, каким образом мрачный и молчаливый старик производит свою «зачистку». И зрелище это было не для слабонервных.

– Лучше б тебя это… крысы пожрали, – напоследок выдавил один из революционеров, сдерживая рвотный позыв, и поспешил убраться следом за покачивающей бедрами Шлейфер.

Глава 28

Москва, катакомбы…

Несколько минут спустя…

«Этого ведь ты и добивался…» – прозвучал в голове Константина прохладный голос твари.

«Верно, – мысленно ответил тот. – Мы оба знали, что они отправят за мной Стервятника. Именно он нам с господином и нужен».

Секунда, и мужчина телепортировался на пару метров в сторону, избавляясь от оков и потирая затекшие запястья.

«Ты уверен, что сейчас подходящий момент?» – поинтересовалась тварь.

«Разумеется. Потому и добивался, чтобы мы остались наедине. Если ожидания не оправдаются, ничто не мешает однажды попробовать снова».

«Димитрий вернется со дня на день. Тогда же всё и начнется».

«Поэтому нет смысла тянуть».

«Согласен…»

Пройдя к письменному столу с зеленоватыми плесневыми узорами на древесине, Константин уселся за него, закинув ноги на столешницу и скрестив их. Включил тусклую настольную лампу и, покачиваясь, принялся ждать пугающего гостя.

Правда, сам гвардеец не испытывал к нему ровным счетом никаких эмоций. Как и к жизни во всех ее аспектах в принципе. Он знал, что произойдет, вплоть до момента собственной смерти, и более скучного существования не придумаешь. Однако путь этот ему следовало пройти до конца хотя бы ради того, чтобы быть рядом с господином в ключевые моменты и сослужить ему верную службу.

Жизнь его была словно на таймере с тех пор, как в одну из ночей предсказанный охотник явился, и физическая оболочка сына Павла Платоновича приняла его душу. Поэтому Константин нисколько не удивился, что работа и увлечения Димитрия нисколько не трогали иномирца. У каждого из них был собственный путь, а единственной задачей ассистента являлось направить парня на истинный. Ибо лишь единственную вещь Константин не мог знать наверняка: дату и причину смерти его господина. Для него это всё еще была тайна, покрытая мраком, а значит, лишь от него, самого господина и его последователей зависела скорость и сила поворота колеса судьбы.

Носители обязаны объединиться. И если хоть один из них останется верен противоположной стороне, война обещала унести еще больше жизни. Принести еще больше разрушений и, вероятно, унести жизнь господина раньше времени. Этого Константин допустить не мог.

«И после Стервятника тебе следовало бы заняться французом…» – подсказала тварь, на что мужчина согласно кивнул.

Наконец металлическая дверь медленно приоткрылась, но адамант даже бровью не дернул. Возможно, потому что не умел испытывать страх. А может быть, потому, что определенно знал, чью сторону рано или поздно примет Стервятник. Но лучше рано, чем поздно, а потому Константину было не в тягость немного задержаться.

– Ых… – хрипло выдохнул старик, встречаясь взглядом с потенциальной жертвой.

– Доброго времени суток, – спокойно поприветствовал его Константин, покачивая заляпанными грязью ботинками, закинутыми на стол.

– Ты всё еще… здесь… – прохрипел Стервятник, едва выдавливая из себя членораздельные звуки, и гвардеец коротко кивнул.

– Лишь для того, чтобы открыть тебе глаза, если ты сам до сих пор не удосужился это сделать, – повел мужчина плечами. – Ничего личного, а потому я был бы не против, если бы Гадес присоединился к нашему диалогу.

– Гадес-с-с… – проскрежетал старик в ответ. – Хе-хех…

– Да. Хотел бы предложить ему авантюру куда увлекательнее твоей. Почти уверен, что спустя столько лет он помирает от скуки в надежде отыскать что-нибудь по-настоящему стоящее его внимания.

Стервятник замер, переваривая услышанное. Константин же решил воспользоваться всеми имеющимися в его рукаве козырями в полной мере, не делая передышки.

– Знаю, с какой целью ты бегаешь на поводке у Шлейфер. Дело ведь не в деньгах, а в, так называемой, зачистке. Гадес требует новых жертв, и с каждым годом его аппетиты растут всё сильнее. От скуки. Но качество ведь лучше количества. Обсуди с ним этот момент и поймешь, насколько я прав.

Старик скривил губы в едкой усмешке.

– Ты также понимаешь, к чему всё ведет, – ловким движением поменял гвардеец местами скрещенные на столе ноги. – Нетерпение в среде революционеров нарастает. Со дня на день они перейдут к открытому противостоянию. Их идейность и страсть даже сейчас не могут не поражать Гадеса. Но ты только представь, насколько вкуснее станет его рацион, если ты перейдешь на другую сторону баррикад. Да и для тебя самого это будет ощутимым плюсом. Соскучился, поди, по молодому телу?

Нахмурившись, Стервятник отвел взгляд. Облизнул тонкие пересохшие губы. И тогда Константин понял, что двигается в верном направлении.

– Только представь. Наливающиеся силой мышцы, разгладившиеся морщины, стремительно отрастающие волосы… Никакой подагры, артрита, гипертонии. А еще у нас есть печеньки, – продемонстрировал мужчина надкусанную крысами и зачерствевшую плюшку. Повертел в руках. – Ах да, наверняка, ты сидишь на одних пюре и салатах из тертых яблок и моркови. Как давно у тебя выпали последние зубы? Лет эдак… двести, двести пятьдесят назад? Скольких господ за это время ты сменил? Уверен, что именно тогда Гадес начал тебе жаловаться на скуку. Сейчас же у тебя появился реальный шанс зарядиться на годы вперед подле соратников. Да и Гадесу будет, с кем поболтать. Или же второй вариант, – отбросил гвардеец пожеванное печенье и расслабленно откинулся на спинку стула. – Ты, следуя приказу Шлейфер, попытаешься избавиться от того, кому сегодня умереть не суждено. А вот насчет даты твоей смерти я всё еще не уверен. Можно построить массу предположений, но еще действеннее было бы проверить их на практике. И Якомару со мной целиком и полностью согласен.

Едва заслышав имя твари, Стервятник перевел на Константина заинтересованный взгляд. Прищурился, вновь облизнул губы.

Некоторое время они оба провели в молчании. Атмосфера в сырой и пропитавшейся запахом канализации комнатке сгустилась.

– Где?.. – наконец прохрипел старик.

Похоже, его внутренний диалог с тварью состоялся не иначе как в пользу Константина, и если бы адамант умел испытывать какие-либо эмоции, вероятно, почувствовал бы облегчение. Но это не точно.

– Оставь мне свои контакты, и я сообщу, где и когда. Придется затаиться на несколько дней, однако уверен, что лично тебе это проблем не составит. Ты везде найдешь, чем поживиться.

Стервятник в ответ ухмыльнулся, пугающе скривив физиономию, напоминающую лежалый чернослив, а Константин, кивнув ему, исчез, оставив после себя пустой стул и грязные следы от ботинок на поверхности письменного стола.

* * *

Москва, Императорский дворец…

На следующее утро…

Дзинь-дзинь-дзинь.

Это донышко чашечки с чаем позвякивало об блюдце в руках Дамьена, пока он сидел на диване подле Полиночки и не знал, куда спрятать глаза. Девушка притащила его сюда чуть ли не за шкирку, и теперь парень проигрывал в своей голове самые худшие из возможных сценариев.

Вероятно, она убедит отца проверить своего липового жениха на вшивость с помощью придворных магов, и тогда его истинная личность раскроется. Либо же он отправится прямиком в пыточную, дабы императорская семья смогла вытрясти из него как можно больше информации касательно планов Шлейфер. Он искренне не знал, какие там планы у этой зловещей мадам, но никого это волновать не будет. Замучают бедолагу, а труп вывезут куда-нибудь в область и закопают подальше от чужих глаз.

Работая в политических кругах, Дамьен знал, что в личных интересах люди, власть имеющие, действуют быстро и четко. Пикнуть даже не успеет, что его миссия заключалась лишь во временной подмене Гордеева младшего.

Император сидел напротив с полуулыбкой на лице, то и дело поглядывая на трясущиеся руки своего потенциального зятя. Полиночка же быстро просекла фишку и как следует хлопнула Дамьена по спине. Так, что горячий чай безжалостно брызнул на штаны.

– Просто волнуется немного перед свадьбой, – пояснила она отцу. – Для мужчины это естественно. Такая ответственность на плечи сваливается… – закатила княжна глаза, – …жуткая. Знаете, как раз по этому поводу мы и приехали. Похоже, нам нужно еще немного времени на подготовку.

– На подготовку? – изогнул бровь Лев Алексеевич.

– Ну, понимаете… – скривила девушка губы. – Моральную подготовку. День церемонии будет самым важным в нашей жизни. Так что хочу, чтобы всё было идеально! В последнее время его словно бы… подменили, – процедила она сквозь зубы, и Дамьен шумно выдохнул. – Пусть все мы настроимся на нужный лад. Перенесем свадьбу недельки эдак… на две? Как думаете? Не критично ведь?

«Ясно. Значит, мы приехали всего лишь из-за ее страха прочесть брачную клятву не с тем человеком, – обнадеживающе заключил парень. – Никаких пыток и допросов».

«Только настоящ-щ-щие варвары будут пытать такого с-с-сладкого пирож-ж-жочка, как ты… – поддакнула Мими.

«Да и я, знаешь ли, особым желанием уже не горю читать брачную клятву с этой мадмуазель».

«Потому ч-ч-что она тебя недос-с-стойна…» – не смогла не согласиться тварь.

«Тоже верно», – мысленно улыбнулся Дамьен, на деле же всё еще нервно постукивая чашечкой об блюдце.

– Но будет у меня еще одна просьба, – неожиданно произнесла Полиночка, подавшись вперед. – Усилить городские патрули. Есть у меня подозрения, что те люди, которые похитили меня и те, что открыли шестой портал во время последнего Прорыва – одни и те же.

– Шестой портал? – нахмурился Император, пытливо уставившись на дочь. – Это он рассказал тебе о нем? – кивнул мужчина в сторону Дамьена, и блондинка кивнула.

– Можете не отнекиваться, батюшка, – предупредила она. – И он, и его дружки охотники в курсе того, о чем умолчали СМИ.

– Ты, вроде бы, собиралась грызть гранит науки, – парировал Лев Алексеевич. – С какого же момента увлеклась сферами, которые нисколько тебя не касаются?

– С тех пор, как эти сферы вырубили меня какой-то пахучей херней, заперли на заброшке и попытались отрезать палец, чтобы прислать дорогому папуле в коробке с бантиком! – вышла Полиночка из себя, вскакивая с места. – А ты настолько сильно ссышься падения рейтинга в народе, что замалчиваешь всё, что касается «Огней Революции»! Думаешь, что на их сторону все переметнутся?! Конечно, переметнутся, если они еще один Прорыв организует, а спасать их жопы будет уже поздно!

– Аполлинария! – прикрикнул мужчина, косясь на дрожащего подлее нее Дамьена. – Во-первых, ты не имеешь никакого права разговаривать со мной в подобном тоне. А во-вторых, насколько бы сильно «Огни» ни вышли из-под контроля, политические распри всё еще вне твоей компетенции. И никогда ею не станут.

– Что ж, – схватила она липового жениха за запястье, бросив на отца кипящий ненавистью взгляд. – Мое дело – предупредить, твое – послать меня нахер. В общем-то, как и всегда. Вот только не приползай ко мне потом на коленях и не утверждай, насколько же я оказалась права! Причем тогда, когда всё еще можно было исправить. Пойдем давай, скотиняка, – потянула она парня за руку. – Будем самостоятельно разгребать это дерьмо.

– Аполлинария! – настойчиво повторил Император, стискивая зубы.

– Да на кой хер меня вообще назвали, как водоросль?! – снова вскинулась княжна, но вовремя уняла бушующую внутри бурю. – И только попробуй отправить по мою душу своих пацанов и опять заковать меня в этих стенах. Я уже давно выросла, папочка. А большие девочки стреляют из больших пушек. Или ты и сейчас понимаешь, насколько я права? – заметила она, как отец до побелевших костяшек сжал кулаки.

Не дождавшись ответа, парочка пересекла гостиную. Однако стоило отворить дверь, как на пороге возник целый отряд имперских гварцейцев, ожидая лишь приказа своего господина к началу захвата.

– П*здец какой ты предсказуемый, – выдохнула Полиночка, захлопывая дверь перед самыми их носами. – Ну, держись, мякиш хлебный, – крепче сжала она потную ладошку Дамьена. – Сейчас птичка вылетит из гнезда.

И, взяв разбег от двери с криком «Чао-какао!», княжна бросилась в окно одновременно с ввалившимися в гостиную гвардейцами.

«Пирож-ж-жочек!..»

Осколки брызнули во все стороны, изранив обоих беглецов, но девушка ловко приземлилась на четыре конечности. Дамьену, немного погодя выбравшемуся на четвереньках из колючего кустарника, повезло меньше. И всё-таки мысленно он возблагодарил приобретенные способности за то, что вообще жив остался после подобного экспромта со стороны этой ненормальной.

– Видишь? – уперла Полиночка руки в бока, наблюдая за ползущим французом. – А говорят, что свиньи летать не умеют. Умеют еще как! Теперь сваливаем, – процедила она сквозь зубы, как только завидела несущуюся на нее со всех сторон подмогу в черных костюмчиках. – И сюда, и в МАБМ путь нам заказан.

– За что-о-о?!.. – белугой взвыл Дамьен, улепетывая следом за блондинкой и спотыкаясь на ровном месте.

– За то, – на бегу обернулась она к нему, гневно зыркая, – чтобы я снилась тебе во всех эротических кошмарах, самозванец херов!

– А-а-а! – с ужасом воскликнул тот, представив себе подобное сновидение.

– Что? Задымилась шишка, аха-ха-ха?! – зловеще расхохоталась Полиночка, схватила парня за воротник и, оттолкнувшись от земли, одним мощным прыжком перемахнула через изгородь, вновь приземлившись на четвереньки уже за ее пределами.

– Ваше Императорское Высочество? – почти сразу же раздался перед ними ледяной голос, и девушка в недоумении задрала голову. – Я думаю, сейчас вам было бы куда комфортнее в моей компании, нежели в чьей-то еще. Вы так не считаете?

* * *

Пентхаус в доме номер семнадцать по Монетной улице…

Тем же утром…

– Вау… – восхищенно выдохнул паренек, проходя в просторную светлую гостиную. – Классно… у вас здесь.

– Дизайн по собственному проекту, – отмахнулась Маргарита от его лести. Присела на диванчик и кивком пригласила мальчишку сесть напротив. – Чай? Кофе? Не стесняйся.

– Нет, спасибо, – тепло улыбнулся тот, принимая приглашение. – Я ненадолго.

Льющийся из панорамных окон солнечный свет слепил его, и с такого ракурса превращал Шлейфер в изящный темный силуэт.

– Вы… вы, кажется, говорили, что у вас есть что-то очень важное для меня, – начал Артем, щурясь и пытаясь сфокусироваться на скрытом в тени лице ректорши.

– Есть, – кивнула та, улыбнувшись краешками губ. Нагнулась над кофейным столиком, положила на него звякнувшие артефакты и придвинула их к пареньку, вновь откинувшись на спинку дивана. – Знаешь, что это такое?

Брать артефакты в руки Артем постеснялся. Лишь склонился над поверхностью стола, чтобы лучше их рассмотреть. Золотые ожерелье и браслет с ромбовидными вставками, украшенными витиеватыми узорами.

– Ага, – немного погодя закивал он. – А-а-а… откуда они у вас? – искренне удивился он, поднимая на женщину глаза.

– Вопросы здесь задаю я, – жестко отрезала она. – Где серьги?

– Серьги?

– Серьги из этого комплекта. И не ври, что не знаешь, о чем идет речь. Одна птичка нашептала мне, что в последний раз их видели у твоей родственницы. Правда, достаточно дальней… но сути это не меняет. Серьги принадлежали роду Северских. Где же они?

Мальчишка шумно сглотнул.

– Тебе страшно, – прочитала его Маргарита, как открытую книгу. – И если бы ты не знал, где они находятся…

– Вы же сказали, что поможете мне, – вжался Артем в спинку дивана. – А тот портал напротив торгового центра… Теперь еще и фиструм!.. Вы кто такая вообще?!

– Тебе очень страшно, – нарочито медленно произнес темный силуэт.

– Нет! Мне вообще ни капельки не страшно! – вскочил Артем, тыча в Маргариту пальцем. – Я сказал отцу, куда иду! И вообще… с самого начала думал, что открытие портала посреди города – это какая-то дикость! А вы сказали: «Маленькая просьба», – передразнил он тонким голоском. – Там же столько людей погибло!

– Зато мы выяснили, что твои способности не поддаются контролю.

– Но вы же пообещали, что поможете! А вы… вам нужен был фиструм!

Поджав губы, парень обогнул диван и бросился к выходу, попутно вынимая из кармана смартфон.

Маргарита же оказалась быстрее, вынув из-под декоративной подушки револьвер и сделав один точный выстрел в затылок Северского.

– Всё равно ты оказался бесполезным, – хмыкнула она под нос, наблюдая за тем, как под мальчишкой растекается лужа крови. – Что ж, найдем другой способ.

Глава 29

– Я подозревал, что не думать ни о чем – это сложно, но чтобы настолько… – прошептал, стиснув зубы.

«А ты наивно предполагал, что подчинение удачи – это как два пальца обделать, малец?! – возмутился Царь. – Вот теперь сиди и дрочи свой даньтянь, а не то, что ты обычно привык! Аха-ха-ха!»

– Очень смешно… – скривил губы.

«Сконцентрируйся!»

Сконцентрируйся на том, чтобы ни о чем не думать. Звучало это легче, чем было на деле. Всё равно что убедительно потребовать не думать о рыжей обезьяне, которая сама по себе возникает в мыслях, как бы ты ни отвлекался.

Мои же мысли заполняли думы о грядущих планах «Огней Революции». Если от меня пожелали избавиться столь оригинальным образом и в кратчайшие сроки, то дела, и правда, дрянь. Неизвестность пугала, переживания по поводу шаткого положения Полиночки настойчиво сверлили мозги. Ах да, а еще они сестрицу мою грохнули, которой при жизни палец в рот не клади. И как со всем этим мне предлагают ни о чем не думать?!

«Это на землях Абба-Алы запасы твоей маны неисчерпаемы. В любом ином мире неосторожно брошенные намерения пожрут резерв так быстро, что пикнуть не успеешь! Потому тебе и следует научиться контролю, малец. Иначе все твои планы пойдут по известному месту. А значит, и мои тоже!»

Ноги уже затекли, и я решил сосредоточиться на процессе дыхания. Вдох, выдох. Вдох, выдох…

«Самая верная стратегия!»

Вдох, выдох. Вдох, выдох… Добавил к этому счет от одного до десяти. Вдыхаем, выдыхаем – один. Вдыхаем, выдыхаем – два… Проблемы насущные временно отошли на второй план. Момент здесь и сейчас вышел на первый.

«Вот сейчас ты, и впрямь, совсем ни о чем не думал!– неожиданно похвалили меня. – Прогресс налицо, так что разрешаю достать с полки банан! Расскажу тебе о фиструме!»

Сделав последний выдох на счет десять, улегся на пол перед алтарем в позе морской звезды.

– Фиструм? – переспросил, едва шевеля пересохшими губами. – Это еще что за тварь?

«Не тварь, а то, часть чего ты столь настойчиво пытаешься заполучить, малец. Комплект артефактов, включающий в себя кулон, браслет и серьги…»

– Так-так-так… – прищурился, глядя в потолок. – Банан довольно вкусный. Выкладывай всё, что знаешь.

«По отдельности они мало что значат. Браслет открывает случайные порталы в иные измерения, кулон – закрывает их, а серьги… серьги действуют как пульт управления, позволяя вызывать портал определенный. Как… как доставка пиццы, но только миров, аха-ха-ха!»

– Если все эти побрякушки соберет ректорша, смешного будет мало…

«Целая армия бесконтрольных тварей хлынет одномоментно, пожирая, давя и испепеляя всё на своем пути! Далеко не радужные перспективы для людишек… Однако им невероятно повезло, что есть такой полудурок, как ты, готовый бросить вызов распоясавшейся самке! И поставить свою жизнь и жизни дорогих ему людей на кон в борьбе за мир, в котором даже не родился! Аплодисменты!»

И обезьянки, окружавшие меня со всех сторон, бурно захлопали в ладоши, засвистели и заулюлюкали.

В какой-то момент, и правда, почувствовал себя редкостным полудурком, да и слова Царя звучали вполне логично. Мои способности вкупе с серьгами позволили бы мне вернуться… домой. Не в особняк рода Гордеевых, а в ту самую квартиру, где я оставил своего кота.

«А про уговор наш ты, кажется, забыл. Тогда я напомню. У нас был уговор!»

– Уговор. Точно…

Как-то даже от сердца отлегло. Сперва стоило остановить надвигающийся Апокалипсис, учитывая, что и сам своими действиями поспособствовал его началу. А уже после размышлять, к какому из миров у меня сильнее душа лежит.

Подумать только… Я ведь чуть ли не лично вручил в руки Шлейфер и кулон, и браслет, наличие которых уже позволило бы ей посеять в Москве настоящий хаос. Куда хлеще, нежели в ту ночь.

– И эти серьги принадлежали первому носителю?

«Фиструм был разделен между людишками из племени беловолосых. И серьги… Да-а-а, серьги принадлежали ей. Той, кому я доверил нести бремя моей прекраснейшей души».

Племя беловолосых… Неужели род Северских? Можно, конечно, предположить, что комплект был создан в этих кругах, поскольку именно их способности взяты за основу, но… с какой целью? Хотя нет, не так. Для кого?

Как только выберусь из Абба-Алы, первым делом нужно будет наведаться к Артему. Пока что он единственный член рода Северских, которого я знаю лично. Да, предыдущий наш разговор и разговором полноценным назвать сложно, но в следующий раз всё будет иначе. Вопрос жизни и смерти.

«Передохнул? Отлично! А теперь вновь настало время ничего недумания! Самое желанное время для большинства жалких смертных, аха-ха-ха!»

– Ц-ц-ц… – медленно приподнялся с пола, уселся в позу лотоса и прикрыл глаза.

Вдох, выдох – один… вдох, выдох – два…

* * *

Москва, заброшенная средняя школа номер семь…

Тем же днем…

Для Константина было вполне ожидаемо, если Ее Императорское Высочество начнет воротить нос от условий их временного убежища. Пока всё не улеглось, и ей, и ее спутнику желательно было скрыться от зоркого взора герцогини Шлейфер и ее пташек, которые уже наверняка прочесывали МАБМ в поисках княжны.

Однако едва ножка Полиночки ступила на прогнивший пол заброшенной школы, глаза девушки буквально вспыхнули от восторга.

– Это здесь мы тусить собираемся, пока чертова мымра пытается покончить с моей семейкой?!

– Здесь, госпожа, – коротко ответил Константин.

– Обалденно! – хлопнула блондинка в ладоши. – Слыш, пупсень?.. – обернулась она на своего спутника, как две капли воды схожего с Димитрием Гордеевым, и бросила на него высокомерный взгляд снизу вверх. – Не визжи, как порось резанный, когда тяги свои бархатные испачкаешь. Мы ушли в подполье. И надеюсь, что надолго.

– Подполье… – жалобно протянул парень, но Полиночка уже ускакала вперед, осматривая свой новый дом. Или же владения, если учитывать ее превосходящий всех окружающих статус.

– Не настолько долго, как вы думаете, господин, – обнадежил мальчика Константин.

– А вы тоже знаете, кто я такой? – подняли на него помутневший взгляд.

– Я знаю, какое участие вы будете принимать в будущем. А также то, что никакой опасности для моего господина вы не несете. Лишь пользу. Остальное не имеет значения, господин.

Парень шумно сглотнул. Хотел уж было спросить что-то еще, но внезапный возглас Полиночки перечеркнул его желание.

– Эй, Константин! А у нас тут бомж какой-то завелся! – выглянула светлая головушка с двумя хвостиками из-за дверного пролета. – Можно его оставить?! Я буду о нем заботиться, честно!

– Это не бомж, – с завидным спокойствием отозвался мужчина. Поправил очки-половинки, сползшие на кончик носа, и прошел в залитый солнечным светом класс.

Отсыревшие доски поскрипывали под его ногами, но крыша над головой лучше, нежели полное ее отсутствие. Школа еще не совсем превратилась в руины. Часть окон была разбита, но если на ночь укутываться принесенными им одеялами, жить можно.

Константин знал, что скрываться в особняке рода – дело пропащее. Первая волна охватит его со всех сторон, превратив в ловушку. Любое из помещений, принадлежавших господину, так же не подойдет. Герцогиня уже подозревает, что Димитрий может схорониться в одном из них. Твари в считанные часы обратят их в нечто похожее на место, в котором они сейчас находились. Благо, мысль о седьмой школе вряд ли придет ей на ум. По крайней мере, не сразу, а тогда, когда отряд носителей уже успеет принести ощутимую пользу городу.

Пройдя в класс с исписанной ругательствами доской, раскиданной мебелью и разрисованными портретами известных литературных классиков, Константин задержал взгляд на сидевшем в углу с бутылкой пива Стервятнике и Полиночке, тыкающей в него пальцем.

– Вот же! – обернулась к нему княжна.

– Это не бомж, госпожа, – повторил мужчина. – Это Стервятник. Один из носителей.

– Стервятник? – хохотнула девушка, умилительно уставившись на старика. – А я-то думала, что хуже моего имени не придумаешь. А… – вновь повернулась она, – …что за носитель? Или ты хотел сказать… износитель? Тогда правильнее говорить «насильник».

– Ых…

– Оно разговаривает! – радостно пискнула Полиночка, подпрыгнув на месте.

– Носитель, госпожа – терпеливо поправил ее Константин. – Носитель души твари внутри своего сознания. Такой же, как вы.

На некоторое время княжна зависла, переваривая услышанное. Насупилась, уперла руки в бока, лихорадочно бегая глазами по классу.