Текст книги "Да, я счастливчик, и что с того?! Том 2 (СИ)"

Автор книги: Илья Романов

Соавторы: . Байяр
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

– Рад за тебя, – процедил сквозь зубы.

От одиночества здесь мне точно помереть не грозит. Моя своенравная зверушка научилась разговаривать. Видать, язык развязался в родных пенатах. Но как бы я ни хотел получить больше информации о ее, а, следовательно, и наших, способностях, первостепенная задача сейчас иная. Хотя бы до воды добраться, а дальше видно будет.

– Знаешь, где… ближайший водоем?

«А всё тебе скажи, – мысленно ухмыльнулась тварь. – Может, тебе еще и задницу подтереть, человечишка?»

– С задницей уж как-нибудь справлюсь, – выдохнул, поднимаясь на ватных ногах.

Понятно. Помощи от нее можно не ждать. По крайней мере, до того момента, пока мы не разберемся в наших отношениях.

Эх, если бы мой кот, которого я оставил в родном мире, однажды овладел человеческой речью, такого бы мне высказал… Надеюсь, мать забрала его себе после моего внезапного исчезновения.

Виски прострелила боль надвигающейся опасности. Перстень неистово сигнализировал, и я, преобразовав его в копье, принялся лихорадочно оглядываться по сторонам.

Да-а-а… охотников на дикой земле быть не могло. Каждый шаг грозил мне встречей с одной из тварей. Расширенная версия охотничьего патруля по нечетным дням, двадцать четыре на семь.

Тот, кто отправил меня сюда, сделал это, скорее, от отчаяния. Ясно же было, что пока мой запас удачи не исчерпается, убить меня крайне трудно. Необходимы были более острые и эффективные меры по устранению. Следовательно, тот, кто это сделал, догадывался о моих способностях…

К слову, единственным безупречным снайпером, которого я знал, был Рябчик. Человек, подчиняющийся напрямую Маргарите Шлейфер. Интересно девки пляшут…

Рев несущегося на меня чудовища выудил из размышлений. Массивное тело, горбатая спина с крепкими роговыми наростами, крупные лапы с подобием каменных боксерских перчаток… Рагноар. Та самая хрень, которую Каменецкий на две части в общаге разрубил!

«Ты стоишь на одном месте, чтобы ему легче было целиться?» – не удержалось существо от издевки. Веселые меня каникулы в тропиках ожидают, конечно.

Слабое место рагноара – его мягкий живот, как и у многих других тварей, облаченных в непробиваемый роговой щит. Копье мне сейчас особо не пригодится, так что остановил свой выбор на спиралевидном ноже джикомандо, мысленно удлинил его и направил в сторону монстрятины, аккурат в область мягкого пуза.

Воткнул его, после чего рагноар болезненно взвыл. Провернул и одним точным продольным движением распорол его тушу до основания задних лап. Мертвое тело так и не успело достигнуть своей цели, а я так же при помощи левитации вернул окровавленный нож в руку.

«Думаешь, ты молодец? Убийца? Профессиональный охотник? – с каждым перечисленным понятием гоготало существо пуще прежнего, пока я преобразовывал оружие в перстень и надевал на палец. – Дерьма ты кусок, малец! Если бы не силы, застать тебя врасплох и снести башку оказалось бы легче простого! Да ты мне в ноги кланяться должен за дар, которым удостоился владеть!».

– Не слишком ли много на себя берешь? – буркнул под нос, оставляя развороченную тушу и осмелившись двинуться дальше в джунгли.

«А ты быстро учишься! Я тоже быстро научился вешать таких, как ты, на деревья башкой вниз! Чтобы все, кто на них натыкался, срали в штаны и давали дёру!»

– Умно. Но в конечном итоге тебя и самого на тот свет отправили. Будешь это отрицать?

«Я не настолько глуп, чтобы отрицать очевидное, малец. Но тот, кто меня одолел, сделал это хитростью, а не так, как ты сейчас распотрошил это милое создание! Теперь его самочка осталась вдовушкой, а детишки без отца, аха-ха-ха!»

– Невелика потеря.

«И в этих словах вся ваша кровожадная человеческая сущность!»

Мне достаточно было парочки диалогов с этой тварью, чтобы удостовериться в том, что она именно такая, как я и предполагал. Жестокая, капризная, наглая и донельзя хвастливая. Легко выпендриваться, когда ни на что иное более не способен.

А еще спустя столько времени она наконец-то нашла себе собеседника в моем лице, которому могла высказать всё наболевшее за годы смиренного молчания где-то на задворках сознания Димитрия. Может, и не только Димитрия… Не факт, что хоть кто-нибудь из его предшественников перемещался в Саммун, где у монстрятины внезапно развязывался язык.

«Водичка-то, кстати, прямо по курсу!» – оповестила тварь, но доверять ее словам не хотелось.

На всякий случай, замедлил шаг, продираясь сквозь тропические заросли, и не прогадал. Перстень подал сигнал об опасности за пару секунд до того, как нога зависла над крутым обрывом.

«Аха-ха-ха! Шажок, еще шажок! Жаль, не вижу твоей физиономии, малец! Вас, людишек, вообще провести элементарно!»

– Ага, конечно, – снова нырнул я в заросли уже в ином направлении. – Я-то думал, что ты мудрое создание, раз легендарным называют. На самом же деле обыкновенное тупое зверьё.

«Я на личности сейчас не переходил, так что ты первый начал! – нисколько не обиделся тот. – Вот уж кто, в самом деле, слаб на умок, так это ты, малец. Сам себе препятствия на пути чинишь, а оправдываешь каким-то идиотизмом. И сестрицу свою мог оприходовать еще раньше, да только кишка тонка!»

– Чтобы на одного мерзкого человечишку меньше стало?

«Аха-ха-ха! Да!»

Что и требовалось доказать. Был во всей этой ситуации лишь один ощутимый плюс – частичное разъединение наших личностей не позволяло твари взять контроль над моим собственным разумом, чувствами и эмоциями. И лучше терпеть этот бас в голове, отдающийся эхом в ушах, чем вновь утратить себя и слиться с ней воедино.

Воду тоже пришлось искать самостоятельно, по пути обрушиваясь на местных чудищ и расчищая себе дорогу с помощью перстня и множества его ипостасей. Создавалось стойкое ощущение, что вторая сущность специально испытывает меня на прочность, прежде чем начать работу сообща.

Насколько я знал, способности мои передавались другому носителю перед смертью. Если же я сдохну здесь, посреди джунглей, вряд ли эта тварь сумеет переселиться в новый сосуд. И пусть душа ее существовала вечно, как она и сказала, без носителя сил душа эта была обречена влачить жалкое существование во времени и пространстве.

– Чего же ты заткнулась? – не удержался от того, чтобы поддеть ее. – Верно же я мыслю, да? Нет у тебя намерения свести меня в могилу. Значит, мы должны быть на одной стороне, хочешь ты этого или нет.

«На стороне жалкого человечишки, хозяйствующего в моих владениях, как и сотни других подобных твоему племени? Не бывать этому, малец!»

– Вот и посмотрим, как ты потом запоёшь.

Продвигаясь вперед, успел и вероятность по кубикам сверить, и работоспособность смартфона. Первые выдали мне результат в восемь единиц, второй – отсутствие связи. Что не удивительно из-за отсутствия вышек в ином мире. Да и с кем мне тут связываться? С обезьянами? Много же они мне скажут на своеобразном диалекте приматов.

Кстати, насчет моих пушистых подданных…

«Моих подданных, смертный!» – не преминула поправить меня тварь.

Так вот, насчет них. Я уже заприметил мелькавшую среди ветвей рыжую шерстку, однако выходить на контакт они как-то остерегались. Держали безопасную дистанцию и подходить знакомиться не решались.

Что ж, еще далеко не вечер. Привыкнут к новому обличию своего господина и осмелеют настолько же, как и мои подружки. Уже соскучился по ним, кстати. Как они там без меня, крохи? Может, Ромка о них позаботится?

«Подозрительное сочувствие с твоей стороны, малец! Насколько же сильно ты башкой при падении приложился?»

– Настолько, что ты соизволил со мной поболтать, – пробурчал под нос, прорубая себе путь в непроходимых зарослях с помощью мачете.

«Подловил, аха-ха-ха!»

Около часа прошло, прежде чем уловил вдалеке отчетливый плеск воды. Пересохшее горло тут же дало о себе знать с новой силой, и я закашлялся, чем развел эту тварину на очередной словесный понос о моей слабости и нередкостной среди людей тупизне.

Достаточно уже времени минуло, чтобы она сменила свою шарманку на что-нибудь пооригинальнее, но нет. Я всё такой же полудурок, а оно – величайшее из когда-либо существующих творений природы. Назойливое, правда, как комар, жужжащий ночью над ухом и мешающий сомкнуть глаза.

Спустился по пологому склону, цепляясь за витиеватые корни деревьев и листья кустарников. Проскользил по песку и камням, и наконец-то достиг заветной влаги. Забежал в реку чуть не по колено, склонился над ней и принялся жадно зачерпывать прохладную воду обеими руками.

Ох, какой же вкусной она была… Никогда еще я не утолял жажду с таким наслаждением. Едва не захлебнулся, наполняя ею желудок до самых краёв.

Да, в идеале ее следовало бы очистить, простерилизовать. Наверняка, заодно песка нажрался и всяких паразитов. Однако чувствовал, что от обезвоживания помру быстрее. Мало того, что сушняк после вчерашней попойки, так еще и парилка в Саммуне стояла нестерпимая. Лучи палящего солнца просачивались в джунгли даже сквозь густые древесные кроны. Борьба с тварями тоже сильно меня измотала.

Короче говоря, хрен с ней, с фильтрацией. В Робинзона Крузо поиграю тогда, когда хотя бы немного приду в себя.

Потому, напившись вдоволь и обмывшись, вернулся на берег, прислонился к стволу и сполз по нему вниз. Местная фауна перекрикивалась на разные голоса. Стайка радужных птиц пролетела чуть ли не над самой поверхностью воды, зачерпнула в лапки мелких рыбешек и плавно взмыла в воздух с добычей.

Понимал, что решать проблемы следует по мере их возникновения, и всё-таки припомнил слова Константина о том, что выбраться из другого мира – задача не из простых. Портал обратно можно и вовсе никогда не отыскать, так что неизвестно еще насколько меня сюда забросило. Временно или до скончания моих дней.

«Как жаль… – прогудела тварь и цокнула языком, которого у нее не было. – Все твои самки остались среди бетонных джунглей. Будет совсем невмоготу – оприходуешь наших. Но только с моего разрешения! Аха-ха-ха!»

– Хоть кто-нибудь говорил, что чувство юмора у тебя отвратное?

«До тебя никто не жаловался!»

Да поди некому было. Или же она чуток приврала. Зависит от того, как давно ее грохнули и сколько носителей это существо сменило. Вряд ли я был единственным, пробудившим ее. Или же единственным носителем, забравшимся настолько далеко?

– Время отвечать на мои вопросы еще не настало, да?

«Чтобы я, Прекрасный Царь Обезьян и Великий Мудрец, Равный Небу, играл в твою тупую викторину, малец? Возрадуйся, что даром тебя столь дивным наградил, и научись включать башку, когда это требуется! Мир не прогибается под идиотов! Это они прогибаются под мир и мрут, как мухи!»

– Прекрасный Царь Обезьян? – прыснул я от смеха. – Великий Мудрец, Равный Небу? А самомнение-то у тебя еще покруче, чем у некоторых людишек будет, которых ты презираешь.

Я был бы не прочь выбраться отсюда, но раз уж подвернулась бесценная возможность исследовать это место, то почему бы ею не воспользоваться? Разберусь, что здесь к чему. Отыщу обиталище легендарной твари и есть вероятность, что именно оно сумеет ответить на мои вопросы. Уже после этого можно попробовать задействовать способности, дабы найти портал, что вернет меня обратно.

– Абуага?

Опустил глаза, и встретился взглядом с совсем еще маленькой обезьянкой, положившей крохотную пятипалую лапку на мою лодыжку. Глазки-бусинки часто моргали, носик дергался, вдыхая новый запах.

Вот и первый контакт, отлично. Скоро и остальные подтянутся. Понимал, впрочем, их сомнения относительно себя. Запах у меня человеческий – опасный и неприятный, а магическая аура не сильно отличается от ауры хозяина этих земель.

Всё новые и новые обезьянки выползали из джунглей, с любопытством разглядывая меня. Большие и маленькие, молодые и старые. У некоторых даже подобие бородки седой имелось вкупе с полинявшей шерстью.

Пока сидел, прислонившись к дереву и восстанавливая силы, протяжно заурчал живот. Но и тут малютки быстро нашлись. Сообразили, что мне сейчас необходимо, и принялись собирать припасы.

Спустя некоторое время возле меня возникла целая горка разнообразных фруктов и ягод. И пусть о местной флоре я ничего не знал, понадеялся, что ядовитыми плодами они меня не накормят. Лишь тем, чем питаются сами. Так что похватал сладко пахнущий провиант и принялся уминать его за обе щеки, пока за мной отовсюду увлеченно наблюдали, хлопая маленькими глазками.

«Хочешь, приведу пример человеческой тупости? – попутно портил мне обезьяний царь аппетит. – Вы не пьете воду из-под крана, потому что она грязная. Но моете ею фрукты, утверждая, что теперь они чистые. Всегда хотел спросить, где же тут логика?!»

– Она чифше, сем фукты, – отвечал ему с набитым ртом.

«Всё равно тупость! И тебе меня не переубедить, малец!»

Лишь покончив с обедом и хлебнув воды на дорожку, решил продолжить исследование местности, на сей раз с проводниками. Пусть они не понимали ни единого моего слова, одних только намерений, чувств и эмоций пока что было достаточно для коннекта.

Обезьянки уже целенаправленно вели меня куда-то, двигаясь впереди и показывая дорогу. Не сомневался, что как раз-таки к логову их господина мы в конечном итоге придем.

– Имя-то у тебя есть нормальное? – осведомился у царя, на что тот мысленно фыркнул.

«Имена у меня лишь те, которые я заслужил за годы своего правления! – не без гордости отозвался он. – И обличены они в понятия, а не бессвязный набор букв, как у вас, человечишек. Димитрий! Вот что такое «Димитрий»?! Никем ты являешься и звать тебя никак!»

– По понятиям, значит, живешь? – усмехнулся под нос. – Знал я людей, которые живут по понятиям…

«Уж всяко они посильнее тебя умишком будут!»

Перебиваясь такими вот бестолковыми разговорами, расчищал перед собой дорогу. Выматываясь, ненадолго останавливался, а вместе со мной выжидала и вся моя армия приматов.

Попутно бросал кубики, но результат на них оставался прежним, равным восьмерке. Странно, ведь способностями я пользовался, да и артефактом, пожирающим ману, тоже. Это наводило на мысли о том, что резерв маны в пределах Саммуна не тратился.

«Слабо берешь, малец! Очень слабо. Дело вовсе не в твоем резерве, как вы его называете».

– В чем же тогда?

«А в том, что я хозяин сих плодороднейших и цветущих земель! И весь этот мир, каждая маломальская его часть – это и есть мой резерв! От мелкой песчинки до бескрайнего Неба! От одного края до другого, вся Абба-Ала моя! Аг-г-гр…»

Теперь понятно. Мои способности здесь черпают магическую энергию не изнутри, а… снаружи. Грубо говоря, она… бесконечна?

– Абба-Ала, говоришь? И какое понятие у этого слова?

«Плодороднейшие и цветущие земли, охраняемые вершинами священной горы Ала!»

– Впечатляюще, но как-то длинновато, не находишь?

Окружающие меня со всех сторон света джунгли начали редеть. Обезьянки выводили меня из дремучих зарослей, и тут-то я заприметил первые следы людей, которые природа скрыть не сумела. Мятую жестяную банку. Затем еще одну, а также проржавевший и разбитый фонарик.

«Вы называете себя венцами творения, а гадите хуже стада рагноаров!» – разбавил Равный Небу мои поиски утробным рычанием.

Однако именно мусор привел меня на поляну с разбитым на ней лагерем. Обитаемым? Вряд ли, но… пройти мимо и не пошарить здесь как следует было просто невозможно.

Глава 22

– И что я собирался здесь найти? – вслух поинтересовался у самого себя, осматривая последнюю палатку в лагере.

Ничего особенного здесь не было. Лишь мусор, вышедшая из строя техника; размокшие документы, напечатанный текст на которых уже не прочитать. И скелеты в количестве семи штук. Уверен, людей на исследования отправилось больше, вот только остальных прикончили где-то поодаль отсюда.

«А на что же ты надеялся, малец? – с мысленной усмешкой вопрошал Царь. – На то, что мои верные подданные позволят им и дальше засирать наши земли?!»

– Тебя только мусор волнует, что ли? – переворачивал я отсыревшие спальники, чтобы обнаружить за ними целую колонию жирных личинок.

«Вы и есть мусор! Самый что ни на есть! Вот смотри…»

Вздохнул, вылезая из очередной палатки ни с чем. А нет, несколько упаковок лапши быстрого приготовления откопал со стертым сроком годности. С тем же успехом можно сожрать первые попавшиеся грибы в надежде, что меня не вывернет наизнанку.

«…если бы я зашел в твое жилище и наложил посреди него здоровенную кучу, пришелся бы тебе по душе такой гость?!»

– Риторический вопрос…

«А вот вы, всякий раз здесь оказываясь, делаете то же самое! Дерьмо хотя бы разлагается естественным образом, природа озаботилась этим… О, обернись назад! Какая занимательная гирлянда, аха-ха-ха!»

Обернулся и задрал голову, становясь свидетелем раскачивающихся на ветвях вниз черепами скелетов. И как они еще не свалились-то?

«А не свалились, потому что мои верные подданные эти гирлянды постоянно обновляют!»

Будто бы заслышав своего повелителя в моей голове, обезьянки принялись кривляться, хмуриться, кое-кто высунул маленькие язычки.

– Мда-а-а… Угораздило же меня именно в это тело угодить. Изуродованное одной редкостной тварью.

«Сам ты тварь! Редкостная!»

Короче говоря, небольшая передышка на обыск лагеря мне в любом случае не повредила. И, пожевав любезно принесенных мне фруктов, двинулся дальше.

Солнце на окраине джунглей припекало еще сильнее. Воздух стал суше, а ветер – горячее. Пришлось стянуть с себя пропитавшиеся потом футболку с рубашкой, обвязать вокруг талии и уже в таком виде продолжать путь. Небольшой спойлер: бледная кожа мне за это спасибо не сказала, со временем запекшись чуть ли не до румяной корочки.

В таком темпе, когда солнце уже склонилось над горизонтом и окрасило местность во все оттенки красного и желтого, достиг скалистого подножия высокой горы. Настолько высокой, что верхушка ее уходила пиками в небо.

«Вот она – священная гора Ала!» – прокомментировал самый хреновый из гидов, каких я только знал. А ведь я с матерью на экскурсию по Золотому кольцу ездил с одной из самых бюджетных туристических фирм, так что можно поверить мне на слово.

– Значит, и логово твое там?

«Логово?! Как смеешь ты называть логовом мою светлейшую обитель?! Мой храм!»

– А я, знаешь ли, не особо верующий человек.

«Уверовать никогда не поздно, но только в правильных богов, малец! Посещал я ваши храмы с иными носителями. Были бы у меня свои желудок и глотка, проблевался бы на месте от духоты и смрада ваших благовоний!»

– Хорошую ты, кстати, идею подал, – ухмыльнулся, присаживаясь на относительно плоский камень и принявшись выжимать одежду. – Как только вернусь, обязательно в один из таких наведаюсь.

«Только посмей, мерзавец неблагодарный!»

Не, лезть на такую высоту на ночь глядя, даже с использованием перстня, форменное самоубийство. Лучше потерпеть до рассвета. Сколько там дней пройдет, прежде чем меня в розыск объявить смогут? Дня три? Следовало грамотно воспользоваться отведенным мне временем. Пораньше лечь – пораньше встать.

Предположим, весь следующий день или добрую его часть я потрачу на подъем в гору. Следующий уйдет на изучение обстановки и поиски любой полезной информации. После можно будет и порталом заняться. Учитывая мой абсолютный уровень удачи в этом мире, это не должно было составить особого труда. Но, как говорил мой дед: «Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь». Ночь бы пережить в окружении местных тварей, а дальше видно будет.

Обезьянки, впрочем, самостоятельно организовали мою охрану. Пока совместными усилиями собирали дрова для костра, часть уже улеглась среди камней; другие же заняли позиции повыше, поставив ладошки козырьком и внимательно вглядываясь в сгущавшиеся сумерки.

А они еще умнее, чем я предполагал. Посменный патруль, значит?

«Если мои последователи не способны изъясняться на человеческом языке, это еще не повод считать их безмозглыми!»

– Что ж, возьму на заметку, – улегся я на подстилку из крупных гладких листьев, закинув руки за голову.

Однако сон под открытым небом, понятное дело, не шел. Окружающая меня обстановка не то чтобы не располагала, но непривычной была однозначно. А еще мошкара, звенящая над ухом… Короче говоря, сомкнуть глаза и расслабиться не получалось никак.

– Ты что-то упоминал о предыдущих носителях… – начал было я интересную для меня тему. Пусть хоть какую-то пользу принесет своим подвешенным языком.

«Носителях? О чем это ты, малец? Не припоминаю такого…»

– Поздновато уже заднюю давать. Да и не по-мужски это, знаешь ли.

«А я себя мужчиной никогда и не называл! Я – здоровый примат в самом расцвете сил! Прекраснейший и мудрейший из когда-либо живущих во всех мирах. И на земле, и на небесах!»

– Окстись, прекраснейший. И мудрейший туда же, – начал терять я терпение. Вегетарианская диета вообще до добра меня не доведет. Завтра же надо будет сходить на охоту перед подъемом и в кусок сочного мясца зубами впиться. – Ты кривлянием своим не только мне палки в колеса вставляешь, но и себе. Хочется тебе этого или нет, но тело у нас одно на двоих – мое. И от нас обоих зависит, насколько оно противостоять способно всякой херне. Если в небытие кануть желания нет, давай говорить начистоту, пока есть такая возможность. В противном случае я тебя всё равно за собой утащу. Так что выбирай и не парь мне мозги.

Заткнулся он ненадолго.

«Ты всё еще слишком жалок для того, чтобы заслужить мою помощь, смертный. И всё еще жив лишь потому, что я позволяю тебе не помирать».

– Вот как? – хмыкнул под нос.

«Убить!!!» – громыхнуло в голове так, что я зажмурился и непроизвольно зажал уши руками. А когда распахнул глаза, каждая из окружавших меня обезьянок уже пялила на меня с нескрываемой злобой в маленьких глазках.

«Шучу, шучу! Аха-ха-ха! – залился царь басовитым смехом, а вся его ватага в тот же момент расслабилась, отвернулась от меня и продолжила заниматься тем, чем занималась до этого. – Запомни, малец, раз и навсегда: если во имя вечной жизни мне однажды придётся поступиться своими принципами, мне такая жизнь и даром не сдалась. Никто не смеет указывать Прекрасному Царю Обезьян и Великому Мудрецу, Равному Небу, что ему следует делать! И что не следует – тоже!»

Отпуск намечается еще веселее, чем я думал. Еще и по сторонам теперь оглядывайся, в любой момент ожидая удара в спину.

«Вот это ты зря, малец. В отличие от мерзопакостных людишек, в спину я никогда не бью. Предпочитаю, чтобы моя жертва знала, от чьей руки подохла! От руки того, в чьем доме нагадила!»

– Это я и так уже уяснил.

«Молодец! Можешь взять с полки бананчик!»

Шумно выдохнул, свернувшись калачиком на зеленой лежанке. Даже перед плотно закрытыми глазами всё еще стояла картина озверевших существ, готовых по одной лишь просьбе этой твари разорвать меня в клочья.

В голову лезли навязчивые мысли, сменяя друг дружку по кругу. Но практически все они были связаны с типами, способными прикончить мою сестрицу тройкой выстрелов и затащить меня в это место. На флаге готов был присягнуть, что портал на свалке был открыт непосредственно тем же магом, что и возле торгового центра в ночь прорыва. Но без веских доказательств мои предположения останутся всего лишь предположениями.

* * *

МАБМ, кабинет ректора…

За день до настоящих событий…

Принятие студента после начала учебного года считалось редким исключением, подтверждающим строгие правила академии и четкое соблюдение устава. Впрочем, окончательное решение зависело от того, способен ли потенциальный ученик, сидящий в данный момент перед Маргаритой Артуровной, принести ощутимую пользу не только академии, но и ей самой.

Неспроста она боролась за свой пост. Потратила немало времени на то, чтобы убедить родню высокого полета, что педагогика – это прямо вот ее. Самая сокровенная мечта, во имя которой женщина готова была поступиться карьерным ростом и преумножением финансов рода в иных, более легких и одновременно прибыльных сферах.

Ректорское кресло престижной магической академии даровало Шлейфер свои неоценимые преимущества. Дело было вовсе не в мечтах, а в целях более приземленных. Способности позволяли ей читать любого из множества юных магов, как на ладони, а вкупе с зачатками эмпатии в подходящий момент находить всё новых и новых исполнителей. Стоило кому-нибудь из них показать зубки, и на его место в считанные дни отбиралась замена.

До недавнего момента Маргарита считала, что замену редкостному счастливчику она найти не сможет. Даже породистые зверушки порой заболевают, отбиваются от рук, наглеют и капризничают. Однако лишь второй раз в жизни она пересекалась с человеком, который одним своим присутствием мог гарантировать успех операции ее тайной гвардии. Кадр был слишком ценен, чтобы так просто избавиться от него.

– О-о-о… мой маленький бон-бон остаться совсем один, – причитала высокая тощая блондинка с отчетливым французским акцентом, заламывая руки. – Его папá наложить на себя сначала одна рука, потом вторая!.. Оставить малыша совсем один!

– Разве в пределах Французской Империи нет приличных на ваш взгляд магических академий? – вскинула ректорша бровь.

Она еще раз скосила взгляд на пухлого сверх меры блондина с ясными голубыми глазами и в светлом костюмчике с иголочки. Его толстые ножки были настолько короткими, что едва доставали до пола.

– Мой бон-бон считать, что раз уж дорогой папá испустил свою душа, то более с достопочтенным родом Жируа его связывает ничего. Он всегда больше быть привязан к своей русской мамá, поэтому…

– Я хочу учиться там, где обучалась моя мать, – заявил, как отрезал, ее племянник на чистом русском и воззрился на Маргариту Артуровну исподлобья. – Можете вы организовать мой перевод или нет? Мы выразили бы нашу благодарность в достойном денежном эквиваленте, – добавил он чуть тише, сложив толстые пальцы домиком перед собой.

– Намекаете на взятку? – улыбнулась ректорша уголками губ. Но ее, несомненно, привлек деловой подход паренька. С такими ребятами работать проще всего.

– Но, но, но… – замахала руками мгновенно побледневшая блондинка. – Какой взятка?!.. Благодарность, только и всё…

– В любом случае, я бы хотела проэкзаменовать вас, Дамьен Морисович, наедине, – многозначительно перевела взгляд женщина на его нервозную тетку.

– О, си, си! – тут же подскочила она со стула, и уж было ретировалась из кабинета…

– Материал, Вивьен, – повернулся к ней пухляш вполоборота. – Мне нужен материал. Где я тут его достану?

– Матерьяль!.. – спохватилась блондинка и поспешила вернуться к племяннику. – Бьен сюр, мон шер…

Прищурившись, Шлейфер не без любопытства наблюдала за тем, какая сцена перед ней разворачивалась. Пусть и ощущала ауру способностей, исходившую от паренька, однако всё еще не догадывалась, каким образом он может проворачивать метаморфозы, на которые был способен в потенциале.

А дамочка тем временем выудила из своей сумочки расписной чехол, достала из него изящный стилет с украшенной рукоятью и резанула себя по указательному пальцу, слегка поморщившись. Капнула несколько алых капель в протянутую ладонь паренька…

– Вот теперь можешь идти, – отпустил он ее, не отрывая взгляда от заинтересованной всем происходящим ректорши.

Блондинка еще не успела скрыться за порогом, как молодой человек поднес ладонь ко рту, медленно слизнул с нее одну из капелек крови. Секунда, две, три… и Дамьен преобразился почти в точную копию своей тетки. За некоторым исключением, а именно – его избыточный вес никуда не делся.

Теперь перед Маргаритой Артуровной сидела Вивьен Жируа, прибавившая добрую сотню кило и пару лишних подбородков. Зрелище, скорее… забавное, нежели способное принести ей пользу.

– Я знаю, о чем вы подумали, – тонким голоском, неотличимым от француженки, прощебетал пухлячок. – Но это лишь потому, что вы стали свидетелем моей трансформации. Считайте это побочкой, потому что мое внешнее преображение имеет ментальную природу.

– Интересно… – протянула женщина, откидываясь в кресле и постукивая пальчиком по нижней губе.

Сделав откат, парень вернулся к изначальному облику.

– А вот теперь закройте глаза.

– Ладно, хорошо, – с улыбкой кивнула ему ректорша и послушно прикрыла глаза ладошками.

– Открывайте.

И, как только она вновь взглянула на сидящую перед ней Вивьен, как две капли воды схожую с оригиналом, секрет был разгадан, и женщина не удержала восхищенного вздоха. Метаморфозы затрагивали не действительные параметры молодого человека, а лишь то, как их воспринимал мозг смотрящего. Похоже, его силы не были в полной мере рассчитанными на подобный… вес своего носителя, а потому возникала и побочка. Для свидетеля перевоплощения мозг вовсе не успевал перестроиться с реального веса на магически измененный.

– Но ведь маскировка – это не всё, на что ты способен? – подалась женщина вперед, чувствуя в его ауре нечто еще.

– Верно, – кивнув, согласился Дамьен. – В школе меня прозвали Самозванцем. И приплачивали за то, чтобы я заменял ребят из параллели во время экзаменов. В том числе по магическим дисциплинам.

– Копирование способностей?

– Внешность и способности, да. Если уж совсем начистоту, родня моего почившего отца не видела меня нигде кроме службы в политическом аппарате, как и все они. Магии чураются, как ненормальные. Так что подумал, что на родине матушки рады мне будут больше, учитывая широту применения магии в Российской Империи и потенциал ее изучения. Здесь я сумел бы продать свои умения более выгодным образом, если понимаете, о чем я. – Лже Вивьен изящно закинула ногу на ногу. Картину портил лишь висящий на ней мешком светлый костюм и лакированные мужские туфли. – Ваш девиз гласит: «Мы обучаем лучших из лучших». Так вот он я. Не вижу смысла препятствовать моему поступлению.

– А вы полны энтузиазма, Дамьен…

Вернее, нарциссизма. Но одно другому не мешало, а являлось, скорее, следствием.

– Разумеется. Именно поэтому я и не подавал заявку, а приехал сам. Уверенный, что в тот же день мне достанется место в общежитии. Ну так… обговорим условия? Слышал, клятву нужно принести? Принесу, если потребуется. И ментальный боевой факультет устроит меня более чем.

– Что ж… вы правы. Разве же в моей власти ограничивать такой… увесистый потенциал? Ментальный боевой, говорите? – отставила она чашечку в сторону. – Места у нас ограничены, сами понимаете, а клятвы уже принесены…

– Но для вас же ничего не стоит отчислить какой-нибудь неликвид? – устало протянул Дамьен, закатывая глаза.

– Неликвид в этих стенах мы принципиально не обучаем, – напомнили ему. – Но я подумаю, как можно будет удовлетворить вашу просьбу. Не сразу, – поспешила добавить Шлейфер, – но сообщу вам, как только ситуация прояснится.

– Чем скорее, тем лучше, – поднялся молодой человек с места, в движении возвращая себе изначальный облик. Нижняя пуговица его пиджака при этом не выдержала давления и со свистом пролетела мимо левого уха женщины. – Надеюсь на вашу оперативность, Маргарита Артуровна. И, как я уже говорил, деньги – не проблема. Методы, кстати… тоже.