Текст книги "Путь меча. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Илья Ангел

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 13

Коснувшись Стелы, я увидел Истину Меча. Простую, как линия горизонта, и бездонную, как ночное небо.

Мне показали не просто удар, а сам момент рассечения. Я увидел лезвие, входящее в дерево. Как волокна древесины не ломаются под силой, а расступаются перед остриём, если оно движется под правильным углом, с правильным намерением.

Я увидел, как камень можно расколоть не грубой силой, а ударом, чья вибрация резонирует с его внутренней структурой.

– Всё режется, – пронеслось в сознании. – Воздух, свет, мысль, энергия. Вопрос не в твёрдости материала, а в остроте твоего намерения и точности угла атаки. Ты не пробиваешь преграду. Ты находишь путь, по которому мироздание позволит тебе пройти.

Это касалось всего. Защита противника из сгустка льда? Её можно не сломать, а разморозить ударом, заставив рассыпаться безобидными снежинками. Иллюзия? Её можно разрезать, сконцентрировав взгляд и волю в одной точке, рассеяв концентрацию творца.

Мне показали мой собственный блок – грубый, силовой, останавливающий атаку противника ценой огромных затрат силы и разрушения моего равновесия.

А потом Стела показала Иной Путь.

Я увидел, как можно встретить вражеский удар не лоб в лоб, а по касательной. Не останавливать его, а перенаправить. Лёгкое движение запястья, точный угол. Вражеская сила, её инерция, её намерение ударить – всё это не гасилось, а перехватывалось и использовалось.

Его удар, уводящийся в сторону, открывал тело врага для моего ответа. Его мощный рубящий удар, слегка отклонённый, мог увлечь противника вперёд, подставив под мою ногу. Защита переставала быть пассивной. Каждый блок становился началом моего следующего удара, а каждый вражеский удар – источником силы для моей контратаки. Это была не техника парирования, а состояние духа: ты не обороняешься, а разрушаешь атаку противника, рассекая её замысел и форму.

Потом Стела показала мне, как моя рука, держащая меч, растворялась. Оставалось только намерение, облечённое в форму лезвия. Я понял, что значит «меч – продолжение тела» на самом деле. Это не про хват. Это про то, что центр тяжести, импульс, поток Ци – всё должно быть единым целым.

Мне показали, как можно вложить в меч не просто силу, а концепцию. Желание «уничтожить» рождает пламя «Огненного Вздоха». Желание «пронзить без промаха» делает «Иглу Дракона» неотразимой. А что, если вложить желание «быть невесомым»? И клинок в видении стал лёгким и молниеносно быстрым. Желание «быть незыблемым»? И клинок превратился в несокрушимую преграду. Сила меча рождалась не в мускулах, а в ясности и силе моего духа, проецируемого в сталь.

Затем видение усложнилось. Я увидел себя с двумя мечами. Клинок в левой руке ощущался чужеродно, его движения были отдельными, не связанными с правой рукой.

А потом пришло понимание: не думай «у меня две руки», думай: «у меня одно намерение, выраженное двумя путями».

Правый меч атакует? Левый не просто «тоже атакует» или «защищает». Он контролирует пространство, создаёт помеху, перехватывает внимание, готовит почву для правого. И наоборот. Один разум, управляющий двумя инструментами с единой целью.

В высшем проявлении количество клинков не имело значения. В видении я увидел мастера, чья воля материализовала сотни и тысячи сияющих клинков из энергии, и все они были частью одной, совершенной формы атаки и защиты. Суть не в количестве оружия, а в способности разума дробить единое намерение на несколько идеально скоординированных проявлений.

Следующий урок я уже не смог воспринять. Что-то начало выталкивать моё сознание в реальный мир.

Первое, что я увидел в реальности, была Сяо Бай. Она стояла между мной и двумя незваными гостями: Цзинь Тао и Цзинь Нинг. Выглядели они потрёпанными, но полностью готовыми к бою.

– Ну вот мы и встретились, – сиплым голосом произнёс Цзинь Тао. Его лицо, всегда напудренное, сейчас было испачкано пылью и сажей, но ухмылка осталась такой же самовлюблённой. – Думали, отсидитесь в этой развалюхе? План был бы неплох, если бы кто-то не раструбил о нём на весь клан. – Он кивнул на Сяо Бай.

Цзинь Нинг не говорила ничего. Она просто смотрела. Сначала на Сяо Бай, оценивающе, холодно, как удав смотрит на кролика. Потом точно так же на меня.

Я застонал, пытаясь подняться. Тело, затёкшее и тяжёлое после более чем десяти часов неподвижности у Стелы, не слушалось.

– О, проснулся наш доблестный защитник! – Цзинь Тао радостно всплеснул руками. – Я вот хотел узнать, а сколько она тебе заплатила? Ведь наверняка не так уж и много. – В его руке появился увесистый мешочек. – Договоримся за пятьдесят золотых?

– Не договоримся, – хрипло выдавил я, упираясь ладонями в холодный пол. Каналы на руках отозвались зудом и теплом. В них забурлила энергия, готовая к выбросу. – Поэтому советую вам свалить отсюда, пока целы.

– Целы? – Цзинь Тао захихикал. – Это хорошая мысль, – он бросил взгляд на Сяо Бай, и его голос стал мечтательным. – Нинг, а отрежь ей кисти и ступни, чтобы не брыкалась.

Цзинь Нинг медленно повернула голову к Сяо Бай. Она всё ещё не говорила. Просто подняла руку, и в ней сам собой появился меч, созданный изо льда, после чего коротким ударом разбила защитный барьер, выставленный Сяо Бай, и прыгнула к ней, стараясь выполнить приказ Цзинь Тао.

– Не смей! – прорычал я, отталкиваясь от пола и используя «Клинок, Рассекающий Ветер», чтобы мгновенно оказаться перед Цзинь Нинг. Меч вылетел из ножен с громким рёвом. Багровые прожилки в клинке вспыхнули, и из них вырвалось яркое пламя.

Казалось, тонкий ледяной клинок Цзинь Нинг, которым она заблокировала мой «Огненный Вздох», должен сломаться как тростинка или отлететь в сторону. Однако ни по силе, ни по крепости клинка девушка мне не уступала.

От столкновения наших мечей воздух наполнился пронзительным, режущим слух шипением, словно раскалённое железо погружали в ледяную воду. От точки соприкосновения брызнули клубы пара, перемешанные с серебристыми искрами, а Сяо Бай и Цзинь Тао сделали несколько шагов назад, спасаясь от этого буйства стихий.

Почти сразу я почувствовал, как чужая воля, холодная и острая, как игла, потянулась по лезвию меча, стремясь просочиться в мои меридианы. Это было мерзко, похоже на прикосновение скользкой, мёртвой рыбы к коже.

Но я не стал отдёргивать клинок, а усилил напор, стараясь продавить блок. Пламя на «Огненном Вздохе» взревело, вырвавшись с новой силой, и просто сожгло энергию, которую девушка пыталась пропустить через него.

– Вот это да! – цокая языком, произнёс Цзинь Тао, наблюдая со стороны за представлением. – Кажется, гений нашего клана не такой уж и гений. Обычный бедняк вполне может тебе противостоять. Как ты это объяснишь старейшинам, Нинг?

Цзинь Нинг отступила на полшага. Её лицо всё также не выражало ничего, но она слегка наклонила голову, изучая меня.

– У тебя есть сила, – произнесла она наконец. Её голос был ровным, лишённым всяких эмоций. – Но она груба. Беспорядочна. Ты не контролируешь её.

Она сделала лёгкое, почти небрежное движение запястьем. Её ледяной клинок описал круг, и из этого круга ко мне рванула волна льда, мгновенно замораживающая всё, чего она касалась.

К счастью, медитация возле Стелы не прошла даром. Теперь я видел не просто атаку. Я видел её энергетическую составляющую, а мой «Взгляд Мечника» точно указывал, как её можно рассечь.

Вместо того чтобы отступать, я шагнул вперёд, навстречу волне. Мой «Огненный Вздох» дрогнул и совершил короткий, резкий укол в точку чуть левее и выше центра. В то самое место, где сходились и переплетались энергетические нити, формировавшие атаку.

Раздался звук, похожий на лопнувшую струну. Наступающая волна холода дрогнула, замедлилась и превратилась в клочья ледяного тумана, тут же испарившиеся от жара моего клинка.

Цзинь Нинг замерла. На её лбу появилась едва заметная морщинка, а пустые глаза прищурились.

– Интересно, – сказала она, и в её голосе впервые появился оттенок, принятый мной за лёгкое удивление. – Ты тоже видишь?

– Что он там видит⁈ – взвизгнул Цзинь Тао. Его самодовольство сменилось раздражением. – Кончай эту игру, Нинг! Он всего лишь выскочка с дешёвым мечом! Руби его и хватай девку.

– Замолкни, – тихо, но чётко произнесла Цзинь Нинг, не отводя от меня взгляда.

Она опустила свой ледяной клинок, тут же растаявший и превратившийся в пар. Её рука не остановилась, она потянулась к ножнам и вытащила оттуда меч. Настоящий меч.

Это был цзянь, прямой и узкий, длиной около метра. Его клинок был из воронёной стали, матовый, не отражающий свет. На нём не было ни узоров, ни украшений. Только функциональность. Рукоять была обмотана простой чёрной кожей. Это было оружие не для парадов, а для сражения. Оружие мастера.

Она приняла базовую стойку. Холодное давление, исходящее от неё, сконцентрировалось и заставило меня на миг дрогнуть. Всё же, моя культивация была ниже на целую звезду, и в энергетическом плане я был слабее.

– Покажи, всё, что ты можешь, – произнесла она. – Сделай меня совершеннее.

Я не ответил. Вместо этого я взял «Огненный Вздох» в одну руку, а во вторую достал из кольца хранения «Спутник Охотника». Получив уроки от Стелы, я мог сражаться сразу двумя клинками. Конечно, второй меч был просто крепкой сталью с удобной гардой. Но какое-то время он продержится.

Увидев второй клинок, Цзинь Нинг не изменилась в лице, но её стойка стала чуть ниже.

– Скорее он сделает тебя мёртвой, – подала голос Сяо Бай, призывая свой лук. – А я ему в этом помогу.

– Ну, раз моя невестушка решила повоевать, – усмехнулся Цзинь Тао, и в его руке материализовался длинный, извивающийся посох, увенчанный ядовитой змеиной головой, – то и я разомнусь. Скучно стоять в стороне.

Сяо Бай шагнула в сторону, создавая дистанцию. Она не стала целиться – её пальцы коснулись тетивы, и три стрелы, сотканные из сгустков пространственной энергии, помчались к Цзинь Тао с разных траекторий, мгновенно меняя направление в полёте. Одновременно пространство вокруг алхимика сжалось – она пыталась наложить на него знакомые ловушки.

Цзинь Тао фыркнул. Он ткнул своим змеиным посохом в пол перед собой. Из набалдашника вырвался клубок ядовито-зелёного тумана. Он не стал рассеиваться, а завис перед ним, образуя полупрозрачную, пульсирующую стену. Стрелы Сяо Бай, врезавшись в него, замедлились, словно попали в густой мёд, их энергия начала размываться и растворяться в ядовитой субстанции.

Пространственные ловушки, пытающиеся сомкнуться вокруг него, встречали то же сопротивление – зелёный туман искажал саму ткань пространства, делая его вязким и неподатливым.

– Старые трюки, милая, – просипел Цзинь Тао. – Если хочешь победить, то тебе понадобится что-то другое.

Мой же мир сузился до двух точек: до острия воронёного цзяня и до глаз Цзинь Нинг. Мы начали сходиться. Медленными, осторожными шагами. Расстояние между нами сократилось до критического. Воздух трещал от противостояния двух энергий.

Первой атаковала Цзинь Нинг. Её движение было обманчиво простым: прямой укол в горло. Но для моего «Взгляда Мечника» оно раскрылось как сложнейший цветок смерти. Остриё её клинка замораживало саму реальность, испуская во все стороны потоки ледяной Ци.

Я сделал короткий, быстрый шаг назад. «Огненный Вздох» в правой руке встретил её цзянь сбоку, отклонил его в сторону с громким лязгом и шипением пара. Одновременно «Спутник Охотника» в левой руке закрутился короткой, яростной восьмёркой, одно за другим перерубая ледяные щупальца энергии, пытающиеся схватить меня с флангов. Сталь звенела, разбивая кристаллы льда в мелкую пыль.

Когда я закончил, раздался звук, похожий на звон хрустального колокола. Реальность дрогнула и восстановилась. Цзинь Нинг чуть приподняла бровь. Её взгляд на мгновение скользнул по «Спутнику».

– Этот хлам тебе не поможет.

– Проверим в бою, – усмехнулся я, меняя хват на «Спутнике». Теперь я держал его обратным хватом, заведя руку за спину.

Внезапно девушка исчезла. Пространство вокруг неё сложилось, и она оказалась слева от меня, её меч уже описывал горизонтальную дугу, целясь мне в ноги. Вместе с лезвием двигалось несколько волн холода, расходящихся веером, чтобы заблокировать все пути отступления.

Но я не собирался отступать, я сделал рывок вдоль одной из волн. «Огненный Вздох» в правой руке работал как таран, рассекая холодную преграду. «Спутник» в левой, заведённый за спину, действовал как щит, отбивая ледяные осколки и разрезая энергетические атаки.

Воздух завизжал, сопротивляясь, но я прорвался, оказавшись прямо перед ней. Её глаза впервые расширились от искреннего удивления. Вокруг тела девушки мгновенно появилась броня изо льда, а её цзянь, резко сменив траекторию, пошёл вверх, блокируя «Огненный Вздох», который я занёс для рубящего удара.

Однако «Спутник Охотника» уже был в деле. Пока её внимание было приковано к моему главному мечу, вторым я выполнил «Иглу Дракона». И хоть девушка успела схватить клинок, не дав проткнуть себя, энергетический узел в её защите я пробил.

Защита Нинг дрогнула, лёд защитных доспехов пошёл трещинами. Всего на долю секунды. Но этого хватило. Я сделал подшаг, вложив вес всего тела в удар, и со всей силы ударил лбом ей в лицо.

Эффект превзошёл ожидания. Ледяной шлем взорвался осколками, а её лицо окрасила кровь из разбитого носа и губ.

Но она не потеряла концентрацию. Не закричала и не отпрянула. Глаза девушки, теперь видные из-под обломков шлема, сузились до щёлочек, и её окровавленное лицо резко дёрнулось вперёд, нанося ответный удар лбом мне в переносицу.

Нос онемел, рот наполнился тёплым, солоноватым вкусом крови. Зрение поплыло. Я отскочил назад, инстинктивно выставив мечи в защиту.

Девушка тоже отошла на пару шагов. Воздух по всему Склепу гудел от столкновения аур наших мечей. С потолка сыпалась каменная пыль. «Спутник Охотника» начал покрываться трещинами.

– Ты смог пролить мою кровь, – произнесла она, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. – Если ты умрёшь, я помолюсь за твоё перерождение.

Рядом грохнул взрыв, заставив нас обоих на миг отвлечься. Сяо Бай, покрытая царапинами, с разорванным рукавом, отлетела к одной из Стел, смягчив удар пространственным искажением. Цзинь Тао стоял, опираясь на свой змеиный посох, его лицо было бледным, а рот растянут в оскале. Зелёный туман вокруг него постепенно рассеивался.

К сожалению, Цзинь Нинг не позволила мне наблюдать дальше. Она атаковала снова, и теперь в полную силу. Каждый удар был смертельным и предельно точным.

Её воронёный цзянь мелькал в воздухе со скоростью молнии. Холодная воля, концентрированная в клинке, пыталась добраться до моего сознания. Ледяные волны атаковали со всех сторон, а её скачки в пространстве создавали ощущение, что она везде одновременно.

Но мой «Огненный Вздох» ревел, встречая каждый удар. Я кружил, использовал «Клинок, Рассекающий Ветер» для коротких рывков, уходя из зоны её самых разрушительных техник, а вторым мечом наносил внезапные контратаки. Да, я был слабее по чистой силе, но моё мастерство фехтования и новое понимание меча позволяли держаться. Кроме того, я научился видеть момент, когда она готовилась к пространственному скачку – её аура на миг сжималась. Этого хватало, чтобы по направлению её взгляда предугадать, откуда ждать следующего удара.

Скорость нарастала всё больше и больше. Мы превратились в два смытых вихря – багровый и белоснежный. Звон стали слился в непрерывный гул, ледяные осколки и искры пламени кружили в воздухе. Каждый наш шаг оставлял на камне следы – трещины или пятна инея. Напряжение достигло предела. Я чувствовал, как её терпение заканчивается. Она привыкла побеждать быстро, а я всё ещё держался.

И в этот миг она совершила ошибку. Разозлённая затянувшейся схваткой, она решила снова применить дальнобойную технику. Её аура сжалась сильнее обычного, что потребовало от неё полсекунды лишнего времени на подготовку. После чего она исчезла, чтобы появиться в нескольких метрах за моей спиной.

Но я это предвидел, поэтому в тот же миг, не оглядываясь, метнул за спину «Огненный Вздох» в точку, где, как я рассчитал, должно было быть её горло в момент появления.

Раздался тихий, влажный звук. Повернувшись, я увидел Цзинь Нинг. Она стояла, держась за рукоять моего меча, глубоко вошедшего в её шею. В глазах девушки застыло чистое недоумение. Её тело качнулось и рухнуло на каменный пол.

Вопль Цзинь Тао, прозвучавший через секунду, был полным ярости и паники. Его самодовольная маска разбилась вдребезги. Но вместо того чтобы бросаться в атаку, его пальцы с бешеной скоростью забегали по поясу. Он выхватил небольшой, испещрённый трещинами нефритовый диск.

– Вы заплатите за это! – прохрипел он, и с силой швырнул диск себе под ноги.

Я рванул к нему, используя «Клинок, Рассекающий Ветер», но был остановлен чёрным вихрем, возникшим вокруг разбитого амулета. Цзинь Тао же мгновенно исчез, оставив после себя лишь запах озона и серы.

Тяжёлое дыхание Сяо Бай, прерываемое слабым кашлем, и моё собственное – вот и всё, что теперь нарушало покой Склепа.

Я первым пришёл в себя и шагнул к ней. Девушка сидела, прислонившись к своей «Стеле Безмолвного Сдвига», одной рукой прижимая платок к прожжённому ядом боку. Лицо было бледным, но её энергия пульсировала ровно. А это значило, что раны девушки не смертельны.

– Сильный яд, – выдохнула она, отвечая на мой немой вопрос. – Но я предвидела это и запаслась хорошими антидотами.

Я кивнул, достал из кольца ещё один флакон: концентрированный отвар для поддержания Ци и регенерации – и протянул ей.

– Спасибо, – она приняла флакон и сделала небольшой глоток. Её щёки немного порозовели. Затем взгляд девушки скользнул по телу Цзинь Нинг. – Ты её убил, практика Шестой Звезды Ученика.

– Мне повезло, – просто сказал я, осматривая девушку. Ничего не сломано, но синяков будет много.

Сяо Бай слабо улыбнулась, но её глаза стали серьёзными.

– Думаю, он не вернётся сюда один. Скорее всего, побежит к точке эвакуации, – она посмотрела на меня. – Предлагаю остаться тут как можно дольше, – Сяо Бай качнула головой в сторону своей Стелы. – Знания этих Стел безграничны, мы можем стать ещё сильнее.

Она помолчала, изучая моё лицо.

– Всё так, – сказал я вслух. – Но, как я и говорил, мне нужно в сердцевину.

Сяо Бай нахмурилась.

– Что может быть важнее усвоения знаний Стелы и своевременного возвращения? – В её голосе прозвучало недоверие. – Сокровища всегда можно купить.

– Дело не только в сокровищах, – ответил я, честно, глядя ей в глаза. – Это долг перед учителем. Мне действительно нужно туда пойти.

Несколько секунд в ней боролись практик, жаждущий силы, и просто девушка, которой я только что спас жизнь.

– Извини, но я не пойду с тобой. Не могу потерять шанс стать сильнее, – она откинулась на холодный камень Стелы, доставая из кольца несколько свитков. – Возьми карту и пояснения к ней. Мой клан более семисот лет трудился над этим. Надеюсь, они тебе помогут. Но если нет… – Она вздохнула. – Клянусь небом, что возьму твою семью под личное покровительство.

– Спасибо, – сказал я, поднимаясь. Боль в теле притупилась до фонового гула, а сознание вернуло ясность.

Я бросил последний взгляд на зал, на мерцающие Стелы. Потом усилием воли, переместил себе в кольцо вещи Цзинь Нинг и твёрдым шагом направился к дальнему проходу, который, согласно карте, вёл в сторону Сердцевины.

Глава 14

Путешествие к сердцевине проходило лучше, чем я предполагал. Карта клана Сяо была чудом точности и лаконичности. Каждая трещина, каждый опасный выброс энергии, каждый участок нестабильного камня был отмечен.

Я двигался не спеша, экономя силы, но не задерживаясь. Моё тело, избитое и истощённое боем с Цзинь Нинг, заживало с пугающей скоростью. «Покров Тени» работал без устали, исцеляя меня быстрее, чем самые лучшие пилюли.

Через полдня ходьбы пейзаж начал меняться. Каменистые равнины сменились пологим подъёмом к кратеру потухшего, а может, просто спящего вулкана. Воздух стал насыщенным энергией Ци настолько, что каждый вдох обжигал лёгкие.

К вечеру я достиг вершины, где на чёрном базальтовом постаменте сидел Император Е Фань.

Он не был похож на того, кем он предстал передо мной в храме. Здесь, в месте своей силы, он обрёл чёткость. Всё тот же плащ из звёздной ночи, но теперь в нём можно было различить намёк на латы, сросшиеся с тканью. Его лицо по-прежнему было скрыто в глубокой тени капюшона, но два светила-глаза горели ярче, освещая скулы и жёсткую линию челюсти.

Он сидел, подперев голову рукой, в позе вечного правителя на троне, которого давно нет.

Я остановился у подножия постамента, не опускаясь на колени, но склонив голову в глубоком, уважительном поклоне.

– Наследник приветствует великого предка.

Светила-глаза медленно опустились на меня. Тишина длилась так долго, что я начал слышать биение собственного сердца.

– Наследник? – голос прозвучал прямо в сознании. – Это нужно ещё доказать. – Он медленно поднялся. Его движения были плавными, лишёнными всякой суеты. – Ты победил духа звука. Убил клинком шестую звезду, будучи на пятой. Смог принять часть знаний у Стелы, но ты всё ещё груб, как неотёсанный булыжник. Твой меч – быстр. Твоя воля – крепка. Но что такое воин с одной рукой?

Император сошёл с постамента, и, казалось, земля под ним дрогнула. Внезапно он оказался прямо передо мной. Пространство просто сжалось, доставив его ко мне. Я даже не успел дрогнуть.

– Покажи свою стойку.

Это был не вопрос, а приказ. Я автоматически занял низкую, устойчивую стойку, выставив перед собой «Огненный Вздох».

Светила-глаза внимательно осмотрели меня.

– Предсказуемо. Основа – как у всех последователей холодной стали, – Е Фань сделал шаг в сторону, и его фигура на мгновение расплылась. – Хороша для начала, но потом почти бесполезна.

Император снова обрёл чёткость, но теперь в его руке был меч. Такой же чёрный, как его одеяние, но отливающий синевой. Без замаха и предупреждения он нанёс удар плоской стороной клинка по моему правому предплечью.

Боль была просто невероятной. Она прошла не только через мышцы, но и через меридианы. Я ахнул, отпрыгнул назад, и в тот же миг его нога, описав короткую дугу, ударила в левое плечо.

Кость вылетела из сустава, и я рухнул на землю, скрипя зубами.

– Вот ты и остался без обеих рук, – Он укоризненно покачал головой. – Вставай, наследник.

«Покров Тени» резко дёрнулся, вправляя мне руку. Боль стала ещё больше, но конечность начала двигаться, и я смог подняться.

– Хорошо переносишь боль, – Тень довольно кивнула. – Теперь атакуй меня.

Я рванулся вперёд, нанося серию быстрых, жёстких ударов «Огненным Вздохом».

Император позволил моим ударам достичь себя, но они разбивались о невидимую преграду в сантиметре от его тела. Кроме того, каждый раз, когда меч почти касался Е Фаня, из него вырывалась крошечная, сконцентрированная волна силы, которая отбрасывала меня назад, причиняя адскую боль в суставах и мышцах.

– Слишком линейно. Слишком много лишних движений. Ты тратишь энергию на разгон, а не на удар, – он внезапно исчез и появился сбоку. Его кулак вонзился мне в бок чуть ниже рёбер.

Я скривился, чувствуя, как его энергия проникает внутрь тела и нарушает циркуляцию Ци в меридиане желудка. Тошнота подкатила к горлу.

– Отсеки всё лишнее, оставь только то, что эффективно, – Тень дала мне несколько секунд отдышаться, после чего снова атаковала, заставив упасть от одного удара.

Так начались мои тренировки и испытание. Е Фань был безжалостным, но не бессмысленно жестоким. Каждый удар, каждый бросок, каждый вывих или перелом сопровождался лаконичным, бесстрастным пояснением.

Он заставлял меня драться в кромешной тьме, когда моё зрение энергии было бесполезно, и я мог полагаться только на слух, ощущение движения воздуха и на интуицию. Создавал гравитационные аномалии, заставляя моё тело весить то втрое больше, то словно бы парить, ломая все привычные представления о балансе. Атаковал не только тело, но и разум, насылая иллюзии боли или, что было ещё хуже, удачного блока, за которым следовал жестокий реальный удар.

Я падал, поднимался и снова падал. Император не давал мне времени ни на еду, ни на сон. Вместо этого он поддерживал меня в тонусе какой-то странной техникой, что наполняла тело энергией. «Покров Тени» исцелял меня, а моё собственное упрямство не давало мне сломаться. Постепенно сквозь боль, начало приходить понимание.

Я начал чувствовать его движения ещё до того, как они начинались. Ощущать малейшее напряжение в его плечах. Использовать не только меч, но и ноги, локти, колени, голову, даже плечи для коротких, взрывных толчков, выбивающих его из равновесия на долю секунды.

По сравнению с его умениями – это был мизер, но на третий день таких тренировок я добился того, что смог парировать прямой удар мечом и ответить быстрым уколом в горло. Он, конечно, отклонился, но впервые за всё время тренировки он замолчал на секунду.

– Лучше, – наконец произнёс он, и в его голосе, сквозь привычную сдержанность, пробилась тончайшая нота одобрения. – Ты учишься не только повторять, но и думать.

На пятый день, когда я снова встал с земли после того, как «Покров Тени» вправил мне вывихнутую ногу, он не напал снова. Он просто стоял и смотрел на меня, взгляд его светил-глаз скользнул по «Огненному Вздоху», мирно покоившемуся в ножнах.

– Почему ты всегда пытаешься разрушить направленные в тебя энергетические атаки своим клинком?

Я, превозмогая ноющую боль, пожал плечами.

– А что с ними ещё делать? Принимать на тело?

– Видимо, Юнь Ли тебя этому ещё не обучала, – задумчиво произнёс он. В его ровном голосе звучала лёгкая досада, словно у мастера, видящего, как ученик использует алмазный резец, чтобы колоть орехи. – Мечник, конечно, может разрубить всё, потратив большое количество энергии, в то время как мастер энергетических атак, в свою очередь, просто соберёт две половинки своей атаки без потери энергии.

Он поднял руку. Между его пальцами возникло тонкое, почти невидимое волокно сияющей энергии, тут же свернувшееся в тугую, гудящую петлю, похожую на аркан из молний.

– Это «Хлыст Пустоты». Стандартная атакующая техника разума. Попробуй защититься мечом.

Я мгновенно выхватил «Огненный Вздох». Багровые прожилки вспыхнули, предчувствуя бой. Хлыст, извиваясь, помчался ко мне со скоростью атакующей змеи. Я встретил его диагональным рубящим ударом – «Рассекающий Горизонт»!

И произошло то, о чём предупреждал Император. Лезвие прошло сквозь сияющий шнур, разрезало его пополам, но он тут же соединился вновь. Сразу же внутри моей головы вспыхнула острая, режущая боль, будто кто-то провёл раскалённой иглой прямо по моему мозгу.

– Видишь? – голос Е Фаня был спокоен. – Ты рубил форму, а не суть. Энергия – это не камень. Это река. Ты можешь построить против неё плотину, истратив уйму сил, а она найдёт щель. Иногда проще изменить её русло.

– Как мечом изменить русло? – выдохнул я, тряся головой, чтобы прогнать остаточную боль.

– Перестань думать о мече только как о лезвии. Даже на клинке есть плоская сторона. А кроме того, в нём есть рукоятка, гарда и навершие. Это всё можно и нужно использовать. Ты должен не рубить поток, а коснуться его. Принять его импульс и, не вступая в прямое противоборство, мягко направить в сторону.

Он снова сделал едва заметное движение. Хлыст атаковал снова, теперь целясь в ноги.

– Не руби! Касайся! Веди его!

Инстинкт снова заставил меня замахнуться для удара, но я сдержался. Вместо этого я выставил «Огненный Вздох» почти параллельно траектории атаки, не для удара, а для парирования.

Клинок дрогнул, когда хлыст коснулся его. Это было странное ощущение – не удар, а мощный, упругий напор, как от сильного течения. Моё собственное пламя на лезвии взревело, вступая в конфликт с чужеродной силой. Я почувствовал, как моя Ци яростно сопротивляется, пытаясь отбросить атаку, и это стоило мне огромных затрат. Хлыст, однако, отклонился, чиркнув по камню рядом и оставив дымящуюся борозду.

– Слишком грубо, – сказал Е Фань. – Ты всё ещё борешься. Ослабь хватку и позволь клинку стать продолжением потока, а не его преградой.

Это казалось противоестественным. Расслабиться, когда на тебя несётся убийственная энергия? Но иного выбора не было. Когда хлыст атаковал в третий раз, я сделал глубокий вдох и просто подставил клинок, позволив его острию встретить поток. И в момент касания, вместо того, чтобы давить, я совершил им едва заметное, плавное круговое движение, словно наматывал невидимую нить на кончик меча.

И произошло чудо. Сияющий шнур не отскочил и не проскользнул. Он последовал за движением клинка, обвил его на мгновение, а затем, потеряв силу и направление, растаял в воздухе с тихим шипением. Моя Ци почти не потратилась. Было лишь лёгкое чувство тепла и покалывания в пальцах.

Я замер, глядя на свой меч. «Огненный Вздох» тихо гудел, и его багровый свет пульсировал ровно, не буйствуя, как раньше.

– Да, – произнёс Е Фань, и в его голосе прозвучало удовлетворение. – Ты постиг основу техники «Танец Клинка». Почувствовал разницу между грубым отпором и утончённым направлением. Теперь – закрепи.

Последующие часы превратились в изнурительный, но прекрасный танец. Он атаковал хлыстами, сферами сжатого огня, ледяными иглами, волнами дробящей звуковой энергии, а я учился.

Сначала получалось плохо. Иногда слишком напрягался, и атака взрывалась у клинка, отбрасывая меня, иногда прикладывал слишком мало сил, и энергия проходила сквозь защиту, оставляя ожоги на теле. Но «Покров Тени» и моё упрямство работали без устали.

Я научился чувствовать мечом «тяжесть» чужой энергии ещё до соприкосновения. Император показал несколько приёмов с техникой «Танец Клинка»: короткое, отводящее касание для молниеносных атак; широкое, круговое движение, чтобы поймать и развеять мощный заряд; едва заметное дрожание клинка, чтобы рассеять сгусток ядовитой Ци, не дав ей сцепиться с моей.

– Недурно, – произнёс он через сутки после того, как я развернул его же огненную сферу обратно в него. – Мой оружейник, Лян Чжань, говорил, что истинный мечник дружит не только со своим клинком, но и с клинком противника. Ты начинаешь дружить с самой их силой.

В его голосе, обычно полном лишь холодной оценки, прозвучала ностальгия. Он начал оживать, эти уроки будили в нём память не только об империи, но и о людях, с которыми он её строил и защищал.

На седьмой день, когда я смог парировать и отправить в небо целый веер из десятков ледяных игл одним широким, сметающим движением «Огненного Вздоха», он опустил руку.

– Достаточно. Ты уловил суть. Остальное – шлифовка в настоящем бою. Запомни: твой меч – это не только разрушитель. Он – всё, что ты в него вложишь. Щит, зеркало, проводник и ещё сотни вариантов.