Текст книги "Кощей. Звёздные кости (СИ)"

Автор книги: Игорь Лахов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

Глава 7

На следующее утро перед рейдом на вражескую территорию проверили несколько раз своё снаряжение и получили от Ворона повтор вводных. После чего погрузились в автобус, который и доставил группу до периметра.

Дальше пошли уже своими ножками. Ну как пошли? Побежали, так как долго находиться в опасной зоне большого желания не возникало. Местные растения сразу же стали атаковать нас различными шипами, ядовитыми спорами и прочей неприятной хренью. Герметичная броня и фильтры защищали тела отменно, только всё равно нервировало подобное внимание к нам. Особенно выбешивали лианы, изо всех сил пытающиеся поймать в свои петли-ловушки и устроить виселицу незваным гостям.

Но в какой-то момент лес, словно по команде, присмирел. Пробежав ещё несколько сотен метров, мы сделали первый привал и из шланга, подключённого к переносному резервуару, дезраствором отмыли доспехи от всякой дряни. Ну а дальше началась практически туристическая прогулка.

– Стоп, – внезапно приказал Ворон, идущий впереди группы. – Кажется, вляпались в засаду. Виду не подаём, но готовьтесь в любой момент вступить в бой.

Я хотел было спросить, с чего это наш эрон решил про засаду, но не успел. Раздались такие знакомые мне щелчки тетивы, и в нас из густых зарослей джунглей полетели стрелы.

Тело действовало на рефлексах. Я тут же рухнул на землю и из автомата выпустил очередь по кустам. Чуткие сенсоры в шлемофоне уловили то ли стон, то ли крик. Значит, не промахнулся. Хотя, быть может, удачливым стрелком оказался и не я. Остальные бойцы тоже не дремали. Кто лёжа, кто из-за укрытия, но все палили так, что вскоре ближайшие кусты быстро превратились в ошмётки и стали не выше травы.

– Раненые есть? – спросил командир после того, как из джунглей перестали лететь стрелы. – Перекличка!

Мы все отозвались по очереди и сообщили о своём здоровье. Слава богу, никого не зацепило.

– Значит так, – продолжил эрон. – Слишком рано пришлось пальбу открыть. Скоро Анкира обратит на нас внимание и правильно отреагирует. Уверен, все местные хищники, ошивающиеся неподалёку, уже несутся в нашу сторону. Быстро собираемся вокруг меня и идём плотной группой до конечной точки маршрута.

Не успели мы обступить Ворона, как его предсказание сбылось. Сразу стадо кабанов попыталось снести наш сплочённый отряд, а с неба атаковал десяток остроклювых птиц, похожих на журавлей. Быстро разделавшись и с наземным, и с воздушным противником, мы стали двигаться в сторону заветной деревни, постоянно отстреливая то пантер, то иных недружелюбных жителей джунглей.

Наш же командир, находящийся в центре «живой крепости», практически не принимал участия в битве, больше работая навигатором и указывая группе, в какую сторону стоит двигаться.

Несмотря на все наши крутые протезы и импланты, мы потратили на дорогу в три километра почти два часа. И пусть в конце зверьё практически перестало тревожить группу, но я, глядя на свой боезапас, от которого осталась примерно четверть, не испытывал особой радости. Ещё ведь обратно возвращаться придётся…

Ворвавшись в деревню, я увидел, что она состоит из небольших хижин, построенных из местной разновидности бамбука. Тишина полная. Ни одного аборигена не видно.

– Вымерли, что ли, все? – озадаченно проговорил Чак.

– Они уже знают о нашем прибытии, – пояснила Фея. – Скорее всего, готовят ментальный удар, собравшись всей деревней на площади.

– Почему не сбежали? Этот свой Камень защищают?

– Нет. Не Камень… Ну, или Камень тоже. Просто для них земля, на которой рождены, очень важна.

– Но это же самоубийство!

– Верно, Чак, – согласился с ним во время рейда резко посерьёзневший Краплёный. – Только маугли к смерти относятся иначе. Они считают, что теряют только тело. Сливаются с матерью-планетой и ждут нового перерождения, сохранив не только всю свою память, но и предков.

– А ты откуда знаешь такие подробности? – недоверчиво спросил я.

– Я рассказал, – за Краплёного ответил Ворон. – И хватит об этом. Нашли время. Смотрим во все глаза. Могут быть ловушки. Первыми огонь не открывать. Кощей, Чак, это вас в первую очередь касается. Пальнёте сдуру – лично вас грохну. И это не образное выражение.

Тон, каким нас предупредил командир, дал сразу же понять, что он не шутит. Ещё одна монетка в копилку местных странностей. Ладно корпоранты – с ними мне уже всё ясно. Но своих в расход пустить? Бред. Особенно на боевом задании, где можно и ответочку получить.

Как бы то ни было, но пока на мою жизнь никто не покушается и нет повода для серьёзного беспокойства. Хотя теперь стоит внимательно следить и за местностью, и за собственными товарищами. Мутно как-то всё у них…

Через деревню прошли спокойно. Лишь раз Охотник заподозрил наличие ловушки. Не знаю, в чём она заключалась. Просто обошли стороной предполагаемый опасный участок и двинулись дальше, настороженно водя по сторонам автоматными стволами.

Как и было заявлено, все жители собрались в одном месте. Приблизившись к площади, мы остановились, увидев большую группу маугли. Мужчины, женщины, старики и подростки стояли плечом к плечу и пялились на нас. Ну а мы на них. Интересно, у кого быстрее сдадут нервы и начнётся бой?

– Не двигаться и не направлять оружие на аборигенов, – приказал Ворон.

После этого он неожиданно снял шлем, положил свой автомат на пыльную землю и, расставив руки в стороны, пошёл к нашим противникам. С той стороны тоже вышел высокий старик с тёмно-зелёной сморщенной кожей и направился навстречу Ворону. Где-то посередине дороги оба остановились и начали молча смотреть друг другу в глаза. Это противостояние продолжалось примерно пять минут. За это время я взмок от напряжения, несмотря на то, что кондиционер в моих доспехах работал исправно и обдувал лёгким освежающим холодком.

Закончив играть в гляделки, командир и старик синхронно повернулись и пошли обратно к своим.

– Ну что? – спросила Ворона Фея, как только он снова надел шлем.

– У них нет Камня. Уходим. Мешать нам не будут.

– Не понимаю, – признался за нас двоих Чак. – Откуда такая информация? Вы же с этим зелёным ни слова не проронили.

– У нас свои методы общения, – туманно ответил Ворон. – Всё. Пора домой.

Обратный путь был намного легче. Нас вообще никто не тревожил. Словно реально Ворон и старик о чём-то договорились, и теперь планета не имела к нашей группе претензий. Правда, отчего-то пошли иной дорогой. Буквально через полчаса бега по пересечённой местности внезапно напоролись на ещё одну деревушку. Вернее даже не деревню, а хуторок из нескольких хижин. Сооружения почти полностью выгорели.

– Обыскать и проверить территорию вокруг! – поступил немедленный приказ от начальства.

Странное распоряжение. Без очков видно, что тут нет никаких аборигенов. Но обсуждать его я не стал и послушно стал осматривать остатки хижин. Судя по всему, хутор уничтожили недавно. Пепел ещё достаточно свежий, не слежавшийся. Но не он взволновал меня больше всего, а останки местных, сваленных в кучу. В этот момент я ощутил себя не бойцом, а карателем, окончательно поняв, чем мне предстоит заниматься весь этот проклятый контракт.

Ни одного взрослого мужчины не увидел. Все маугли были либо женщинами, либо маленькими детьми. Даже младенцев расстреляли!

– Так зверствует только «Айсберг», – пояснил за моей спиной Ворон. – Порезвились напоследок, суки. Теперь видишь, почему мы ненавидим и презираем первую группу? Это был местный «детский сад». Аборигены первые несколько лет жизни проводят в нём под присмотром наставниц. Так они вдалеке от больших селений учатся заново чувствовать Анкиру после своего перерождения в новом теле. Поверь, никакой угрозы для нас они не представляют. Поэтому и мы, и «Орлы» обходим стороной подобные места.

Но тварям Кнехта плевать. Им главное: отчитаться о количестве уничтоженных маугли и получить высокую оценку от своих начальников из корпорации.

– Падлы! – выдохнул я. – А что делаем мы? Разве ненамного лучше поступаем? Тоже пришли на чужую землю и убиваем невинных ради интересов «Светлого мира».

– Всё сложнее, Кощей. Намного. Сними шлем и посмотри мне в глаза.

– Но…

– Это приказ, рон Кащиев! – неожиданно рявкнул командир, направляя на меня пистолет. – Положи автомат! Даю три секунды! Время пошло!

Понимая, что первым выстрелить не успею, я опустил оружие на землю и осторожно снял шлем. Ворон, не переставая целиться в меня, одной рукой тоже отстегнул свой. Глядя в его единственный настоящий глаз, я внезапно испытал, как провалился сознанием в какой-то серый бездонный колодец. Полностью дезориентированный, упал на землю. Тут же контакт с Вороном разорвался, и я пришёл в себя.

– Добро пожаловать в команду, – совсем не к месту улыбнулся командир, протягивая мне руку.

– Чего?

– Того. Считай, что тебе повезло попасть в нужное место и к нужным людям, – со смешком проговорил он. – Ну и охреневший видок у тебя сейчас, Кощей! Видел бы себя со стороны!

– Я не пони…

Договорить не успел. Громкий хлопок выстрела прервал странный разговор. Сразу же за ним послышался ещё один. Отложив выяснение отношений на потом, мы, напялив шлемы, подбежали к месту, откуда палили.

Увиденное повергло меня в шок. Чай стоял рядом с лежащим на земле неподвижным телом, в котором я сразу же узнал Чака.

– Что случилось⁈ – заорал Ворон.

– Не при нём, – показав на меня, проговорил Чай.

– Давай при Кощее. Я его проверил.

– Сейчас…

Больше не обращая на окружившую его группу никакого внимания, Чай резво ломанулся в кусты. Буквально через несколько секунд он вынес оттуда маленькое обнажённое тельце. Ребёнок примерно двух лет. Его… её кожа ещё не успела приобрести зеленоватый оттенок, поэтому девочка в мощных бронированных руках Ахмата казалась не аборигенкой, а нашей, с Земли.

– Жива⁈ – взволнованно спросила Фея.

– Пока да, но сильно истощена и явно умирает. К тому же нога сломана. Сколько же дней она тут пролежала одна… Чак хотел её убить. Я приказал не трогать, но он не послушал, заявив, что не собирается подвергать себя риску из-за какой-то ублюдочной дикарки. Я только и успел, что его ствол в сторону отвести. Ну, а потом… Извини, командир, не стал тебя дожидаться для окончательной проверки кандидата. И так всё с американцем понятно. Поэтому ликвидировал, пока он повторно не выстрелил.

– Всё так, – кивнул Краплёный. – Мы все слышали по гарнитуре их переговоры.

– Правильно сделал, – коротко ответил Ворон. – Крест, проверь состояние ребёнка.

– Ничего нового не скажу. Она скоро умрёт, – через минуту произнёс наш отрядный медик. – И помочь тоже не в силах. Полное истощение и обезвоживание. К тому же открытый перелом воспалился. К сожалению, наши препараты местным не подходят. Нужен Камень.

– Да где ж его возьмёшь… – вздохнул я.

– В деревне, откуда мы пришли, – заявил эрон Воронцов.

– Там его не было. Ты же сам сказал.

– Мало ли что я говорил. Ты его просто не видел за толпой на площади. Так что, Кощей, хватай ребёнка и неси туда. Фея, подстрахуй новобранца. А мы вас здесь подождём.

Несмотря на то, что совсем запутался в происходящем, задавать уточняющие вопросы не стал. Девочке осталось жить всего ничего, поэтому не время лясы точить. Подхватив ребёнка на руки, я ломанулся через чащу по уже проложенной нами тропе. Бежал так, словно сдаю невыполнимый норматив на полосе препятствий Эно-2. Фея бежала впереди, расчищая путь моим и своим «джедайчиками». Мы старались как можно быстрее добраться до Камня, поэтому уложились минут в двадцать.

– Дальше идёшь один, – резко остановившись на краю деревни, произнесла моя напарница.

– И что мне одному там делать?

– Разберёшься, Кощей. Просто иди до площади. Поверь, так надо. И шлем сними. Иначе местные через него тебя не почувствуют и могут неприветливо встретить.

Я уже ничему не удивлялся. Выполнив рекомендации, неторопливо, всем своим видом показывая, что я не агрессивен, понёс девочку на вытянутых руках. Каждую секунду ожидал нападения, но встреченные аборигены не хватались за оружие. Лишь молча пристраивались на пару шагов позади меня. На площадь вошёл с целой процессией.

Рядом со светящимся красным светом шаром, метра полтора высотой, увидел того самого старика, с которым переглядывался Ворон. Дед сидел, скрестив ноги, закрыв глаза и приложив ладони к Камню. Не иначе, местный шаман или кто-то в этом роде. При моём появлении «будда» отмер и встал. Осторожно взяв девочку, он положил её рядом с Камнем, ну а мне рукой показал на одну из хижин.

Понятно. Видимо, стоит ожидать в ней. Правда, непонятно чего. Но неспроста Фея сказала идти одному и что «так надо». Что-то явно из ряда вон выходящее намечается. Блин! Голова уже кругом от этих загадок! Мало мне корпорантов с их наёмниками-карателями! Ещё и местные тут каким-то боком затесались!

Хижина оказалась абсолютно пустой, не считая циновки на земляном полу. Усевшись на неё, стал размышлять о сегодняшних событиях. То, что наша группа «Чёрный клык» контактирует с анкирийцами, сомнений не осталось. Причём люди Ворона делают это тайно. К тому же явно саботируют приказы корпорантов. Иначе бы давно зачистили деревню и уже бешеным паровозом ломились на А-1, чтобы передать координаты для бомбардировки из космоса.

Второй немаловажный момент. Здесь не церемонятся. Ворон чётко выстроил систему «свой-чужой». К несчастью для Чака, он оказался чужим, поэтому его без сожаления убрали. В принципе, понятно почему. Я бы в беспомощного ребёнка, пусть и дикаря с иной планеты, стрелять бы не стал даже под угрозой смерти. А Чак и без приказа хотел это сделать.

Да… А ведь американец казался нормальным парнем. Достаточно компанейским, улыбчивым. Мы же с ним почти подружились на почве общей «салажьей» судьбы. Но в бою часто проявляется истинное нутро человека, и тут уже никакая лицемерная маска не спасёт.

А вот что командир решил по мне – пока спрятано в тумане неведения. Ворон вообще фигура очень загадочная. По всем признакам имеет некие мистические способности. Вон как меня при непонятной проверке по мозгам припечатал. Да и телепатически разговаривать с аборигенами умеет. Это что-то да должно значить. Может быть группа эрона Воронцова шпионами Анкиры? Вполне. Но тогда очень странно, что их планета атакует при выходе из-за периметра плацдарма…

Несмотря на то, что я проверочку как бы прошёл, она, кажется, ещё не до конца закончена. Иначе бы Ворон послал с ребёнком в деревню более опытного бойца. Да и Фея не зря рядом. Если вдруг моя вербовка Анкирой обломается, то кореянка обязательно должна ликвидировать опасного свидетеля.

Мои действия в подобной обстановке? Не знаю… Прорываться в одиночестве на базу и доложить, что группа Ворона состоит из предателей? Сообщить карателям о предателях в их рядах? Как-то дико звучит.

К тому же наши бойцы имеют чувство чести и сострадания. Поэтому стараются лишний раз не убивать. Да и то, за стволы хватаются только тогда, когда на них нападают. Но и послушно дать себя грохнуть – тоже для меня вариант фиговый. Поэтому, даже если не пройду проверку, всё равно стоит для начала попытаться договориться, а потом уже решать, как действовать дальше.

А если пройду проверку? На кой ляд мне это нужно? И к чему подобное приведёт? Ох… Одни вопросы без намёка на ответы! Знал бы всё заранее, лучше на Земле «обрубком» остался! На хер мне эти суперпротезы, если всё равно оказался в положении крысы, загнанной в угол?

Минут сорок просидел, придавленный тяжёлыми мыслями. Незаметно для себя задремал. Проснулся оттого, что в хижину заглянул шаман. Опять, не говоря ни слова, он жестом приказал следовать за ним. Ну вот и начинается «момент истины»…

Глава 8

Приблизившись к светящемуся красному Камню, огляделся по сторонам. Раненую девочку нигде не было видно. Жестами спросил у шамана о её самочувствии. Пантомима корявая вышла, но зелёный дед её понял и ответными жестами показал, что с малышкой всё хорошо, и она спит в одной из хижин.

Прямо от сердца отлегло от такой новости. Значит, вовремя успел! Но тут же улыбка быстро сошла с моего лица. Шаман начал объяснять, что я должен сесть и прикоснуться ладонями к Камню. Пусть и не сразу, но смысл его телодвижений уловил. Чёрт… Чего боялся, то и случилось.

Подавив внутреннюю неуверенность, плюхнулся на землю и положил обе ладони на Камень. Шаман с задумчивым видом посмотрел на меня и попросил убрать искусственную ладонь. После этого старик тоже приложил свои руки на местный артефакт и замер, сверху вниз глядя на меня.

Вначале ничего не происходило. Потом я почувствовал лёгкое жжение в ладони, но оно быстро прошло. Шаман впервые открыл рот и на своём тарабарском, со смешными причмокивающими звуками языке что-то стал объяснять мне. Вот тут я ничего не понял, жестами было как-то легче разговаривать.

Старый тоже догадался, что толку от голосового общения не будет. Убрав одну руку с Камня, он пальцем почти ткнул меня в глаз. Потом повторил жест, но уже со своим оком. Ну вот так бы сразу. Нужен непрерывный зрительный контакт, как был с Вороном? Это мы легко устроим. Кивком показав, что посыл понял, уставился в чёрные, со зрачками, как у змеи, огромные глаза шамана.

Ладонь моментально обожгло. Казалось, будто Камень раскалился жарче конфорки электрической плиты. Но рефлекторно отдёрнуть руку не успел. Как и при проверке командира, вокруг меня образовался серый туман. Не так. Я сам стал частью тумана, распавшись на миллион частиц, бывшими когда-то Дмитрием Кащиевым.

То ли ветер, то ли чья-то сильная воля вдруг понесла меня в неизвестном направлении. Испугаться бы от происходящего, но было абсолютно пофиг. Я спокоен, как удав. Никаких эмоций во мне нет. Лишь только чувство, что бывшие атомы моего организма меняются. Они разрастались, сливались между собой, образовывая живые клетки. После того как последний атом был структурирован, клетки тоже стали соединяться. Кажется, прошла целая вечность, но я снова стал человеком, а не серым туманом.

– Мать разрешила быть тебе, существо без Мира,– неожиданно раздался в голове голос. – Открой глаза.

Неизвестный говорил на ранее незнакомом мне языке, но я его отчего-то понял. Послушавшись приказа, открыл глаза и уставился на шамана. Дед из тёмно-зелёного превратился в почти серого. Видимо, вымотался сильно, являясь проводником к сути Анкиры, которую аборигены называют Матерью. Понимание этого само пришло в мою многострадальную башку. Что-то последнее время её часто используют как флешку, загружая инфу без разрешения хозяина. Что корпоранты, что маугли не особо церемонятся с моими желаниями.

Шаман, дав мне несколько секунд отдышаться, продолжил ментальную беседу.

– Ты чужак, но ты гость в доме Матери,– распознал я ранее непонятные мне слова. Мать всё увидела и сказала своим детям быть друзьями, а не врагами тебе. Приходи, если понимаешь, что нужно прийти. А теперь оставь нас. Твоя самка волнуется. Передай, что Мать её помнит.

– Спасибо за приглашение, друг, – мысленно ответил я. – Но…

– Не продолжай, – перебил меня шаман. – Ненужные знания вредны, а нужные у тебя есть. Всё остальное – твоё или наше. Ты не Семья Матери и ничего не понимаешь. Мы же не понимаем твою Семью. Уходи, Чёрный Клык, в свою Семью. Она тебя поддержит лучше. Тебе пора. Мне тоже.

Старик резко прервал зрительный контакт, развернулся и пошёл в ту самую хижину, где я ожидал испытания. Поняв, что больше мне ничего не светит, я направился вон из деревни. На её окраине увидел Фею. Она расхаживала взад-вперёд и нервно крутила в руках нож. Заметив меня, девушка остановилась и положила руку на кобуру с пистолетом.

– Мать просила передать, что ты засранка, но она тебя помнит, – не дожидаясь очередной реакции Феи на моё появление, весело проговорил я.

– Мать не могла сказать про «засранку». У анкирийцев не приняты оскорбления.

– Значит, просто помнит. Чего к словам придираешься?

– Смотрю, Кощей, знакомство с планетой прошло нормально? Что ещё сказала Мать?

– Больше старый колдун говорил. Что я гость и друг. Ну и посоветовал не лезть с глупыми расспросами, а сосредоточиться исключительно на своей Семье. Поняла, Феюшка? Мы теперь семья.

И, по словам зелёного деда, ты моя самка. Делай выводы! В жёны, конечно, не позову. На фиг мне такая машина для убийства на кухне нужна? Но в постели можешь оказаться интересным экземпляром. У меня никогда не было симпатичной азиаточки с искусственными конечностями. Зажжём по полной! Мне тоже есть чем похвастаться, поэтому позвеним протезами знатно!

– Обломись, сексуальный террорист, – приняла мою игру девушка. – Корпорация восстановила мне исключительно необходимые для службы части тела. Репродуктивные органы к ним не относятся. Так что сам с собой «звени».

– Жесть… – перестал лыбиться я. – Это так сильно тебя покалечило? Извини. Я не хотел наступить на больную мозоль. Просто после Камня что-то на расслабоне дурь из меня попёрла.

– Проехали, – отмахнулась Фея. – По этому поводу я давно переживать перестала. Лучше быть фригидной, чем валяться на койке без рук, с одной ногой и по кусочкам криво собранным бедром… Ты должен это понимать.

Но странно, что такой бодрый. Я после Камня еле ползла. Даже протезы почти не слушались. У остальных тоже было состояние не лучше. А ты прямо фонтанируешь энергией. Видимо, у вас с Анкирой своя связь. Такое только у Ворона есть. Ты с ним потом поговори на эту тему, ничего не скрывая. Командир поможет в себе разобраться.

– Принято, – кивнул я. – Пора в путь? Пусть я теперь и стал гостем для маугли, но всё же не очень уютно рядом с их селением гулять.

– Это у всех так, – пояснила Фея. – Мы слишком разные в энергетическом плане. Во всём разные… Корпоранты так вообще даже на планете не могут больше двух часов находиться. А от живого аборигена прямо в эпилептическом припадке заходятся.

Мы быстро добежали до сожжённого хутора. Вся группа при нашем появлении как бы ненавязчиво направила на меня стволы автоматов.

– Свой! – коротко произнесла девушка.

– Ну, слава богу, – с явным облегчением в голосе выдохнул Ворон. – Я уже переживать начал. Почти три часа отсутствовали. Скоро все сроки нахождения за периметром выйдут. Так что, «ласты в плавники» и резвенько домой возвращаемся. Кощей, в состоянии сам передвигаться?

– Ещё и Фею на плечах донесу.

– Вот как? Это хорошо. Сейчас не до разговоров – время поджимает. Но хочу предупредить, чтобы на А-1 резко забыл о сегодняшних приключения. Ни слова, ни полслова о них. Ещё успеем предметно поговорить на следующем выходе.

– Прослушка? – догадался я.

– Тайная обязательно должна быть. И не только прослушка, поэтому по губам прочитать могут. По всем статьям корпоранты должны держать руку на пульсе. Значит, либо скрытно наблюдают за землянами, либо имеют стукачей среди вспомогательных групп. Скорее всего, всё вместе. Кстати, я сам официально числюсь доносчиком у местной службы безопасности. Даже деньжат за это подкидывают. О как! Ты тоже не отказывайся, если предложат.

Надо будет «прогнуться» и доклад отослать, что «Айсберг» плохо зачистил этот хуторок. В результате их преступной неряшливости попал в засаду и погиб Чак. Всё! Инструкции закончились и начинается марш-бросок! Кощей. Раз такой уверенный в собственных силах, то на тебя и возложим почётную миссию – нести доспехи героически убиенного товарища.

– Нашли самого молодого, – пробурчал я, взваливая на себя амуницию Чака.

– Нашли, братишка! – довольно оскалился Краплёный. – И я этому безумно рад. Раньше мне приходилось таскать лишние тяжести, а теперь новый «вол» появился. Но если станет невмоготу, то говори, не стесняйся. Я помогу тебе… Правда, на расстоянии и исключительно мотивирующей речью.

– Злые вы люди.

– Обижаешь, Кощеюшка. Просто тебе сейчас реально нагрузки полезны. Импланты ещё не до конца вошли в свою силу, и нужно тело постоянно напрягать для лучшей синхронизации родного и искусственного.

– Краплёный! – недовольно рявкнул Ворон. – Будешь салагу не по делу отвлекать, заставлю самого нести не только доспехи, но и меня лично! Группа! Бегом марш!

Это была увлекательная прогулка, несмотря на то, что бежали через лес на полной скорости. Повесив на нагрудное крепление шлем, я наслаждался чистым воздухом, полным незнакомыми мне, но, тем не менее, приятными ароматами трав и листвы. Остальные тоже вели себя расслабленно, понимая, что никто на них сейчас нападать не собирается. Птички не пытались проломить клювом буйны головы людей, а заливисто пели, скрывшись в кронах высоких деревьев. Хищники послушно обходили нас стороной.

Даже лианы, кажется, убрались с пути группы, чтобы мы не могли ненароком зацепиться за них. Красота! Такое ощущение, что Анкира с радостью выпроваживала своих непонятных союзников.

Но хорошее закончилось быстро. Не добежав примерно километр до заградительного растительного барьера, созданного планетой вокруг плацдарма, мы остановились и привели себя в нормальный боевой вид.

– Укладываемся в сроки, – довольно проговорил Ворон. – Значит так, бойцы. Внимание и ещё раз внимание! Ради нас Анкира не станет снимать барьер, поэтому готовьтесь к отражению атаки с любой стороны. Фея, прикрывай Кощея. Он сейчас носильщик и не очень поворотлив. К тому же неопытен ещё. Даю вводные для отчёта.

Задание выполнено, деревня зачищена полностью, но Камень в ней не обнаружен. На обратном пути наткнулись на большой отряд маугли, и пришлось уходить к А-1 не кратчайшим, а безопасным маршрутом. Поэтому чуть было из графика не выбились. Боезапас прикопайте здесь, чтобы было видно, что мы чуть ли не до последнего патрона отстреливались. Только, как обычно, по паре магазинов себе оставьте.

– Может, не будем ломиться через опасный участок? – предложил Чай. – Вызовем эвакуационную группу и уже в бронемашинах спокойно доедем.

– Нет, Ахмат, – отрицательно помотал головой командир. – Во-первых, не стоит подвергать вспомогательные отряды лишнему риску. Во-вторых, видок у нас больно свежий. А нужно, чтобы выглядели задолбавшимися. Так что придётся ещё немного поработать.

На подступах к барьеру нас атаковало различное зверьё. Правда, вяленько. Оставшегося боезапаса хватило, чтобы легко отбить неожиданные атаки. Ну а дальше началось самое сложное. Бешеным растениям было глубоко наплевать, являемся ли мы «гостями Матери» или нет. Закинув автомат на спину, пришлось активно орудовать плазменным мечом, расчищая себе путь к базе.

Эти пятьсот метров реально вымотали. Мало того, что пришлось работать на пределе своих возможностей, так ещё и чёртовы доспехи Чака сковывали движение. Честно говоря, если бы не поддержка Феи, то мог и остаться в негостеприимном лесу.

Но всё обошлось. Переступив через границу периметра, мы по инерции пробежали ещё сотню метров и повалились на искусственное покрытие базы. Немного отдышавшись, своим ходом пошли на дезинфекцию. Даже сквозь защитные фильтры доспеха я всё равно почувствовал вонь от едкого раствора. Ощущение лесной свежести напрочь вышибло из лёгких.

Дальше мы попали в лапы медиков. Часа три тупо просидели на карантине в наглухо задраенном отсеке, Но анализы показали, что никакой заразы ни в себе, ни на себе группа не принесла. Поэтому нас милостиво отпустили в казармы.

Тут же началось самое ненавистное для любого солдата – чистка оружия. И пусть в нём было нагара меньше, чем от пороховых патронов, но сложность конструкции автоматов и пистолетов заставила потратить почти час, чтобы отдраить каждую детальку и углубление.

Лишь когда Ворон лично убедился, что никто не сфилонил, мы наконец-то оказались в душе. Ну а потом, естественно, и в столовой. После рейда напал такой жорчик, что я умял не только стандартную порцию безвкусной бурды, но и ещё несколько раз добавку заказывал под непрекращающиеся подколки товарищей.

– Рядовой проглот Кащиев! – ржал Краплёный. – Держи марку позывного! Кожа да кости – вот истинный облик порядочного кощея. А с таким аппетитом скоро округлишься, и придётся тебя в Колобка переименовывать. И смерть твоя будет не в яйце, а в тесте!

– Чего ты привязался к парню? – поддержал его флегматичный Чай. – У Дмитрия на первом боевом выходе повышенное недержание случилось, вот он и пополняет организм на тот же вес, что в памперсе брони остался. А там, по всей видимости, почти весь Кощей оказался.

– Димочка, остановись, – вторила им Фея, невинно хлопая глазками. – Я пошутила, что от местных «деликатесов» член растёт. Извини! Больше так не буду!

Остальные тоже не остались в долгу и даже начали делать ставки, на какой тарелке я остановлюсь. Лишь только Ворон смотрел на меня и по-отечески улыбался, время от времени приговаривая:

– Кушай, дорогой. Кушай. Уж чего-чего, а для подчинённого я дерьма не пожалею.

Я же мёл как не в себя, время от времени отвлекаясь на то, чтобы жестами послать шутников по известному направлению или подойти к автоматической раздаче за очередной порцией питательной жижи.

Но самое странное, что не во время разведывательного рейда, а именно в этот момент вдруг почувствовал себя частью группы. Да, притираться нам ещё придётся – у всех характеры непростые, но мы уже не чужие. Мы, как и говорил шаман, Семья. Среди нас нет чужих. Только свои, объединённые общей тайной и желанием не превратиться в опасные игрушки в руках корпорантов.

Впервые после подписания контракта в земном госпитале с души свалился огромный груз. Я теперь не один. Не знаю ещё всего. Пока что слепым котёнком себя ощущаю, но всё это «жу-жу» неспроста. Видимо, у Ворона есть свой план. Есть гипотетический выход из поганой ситуации. И он как-то связан с Матерью Анкирой.

Следующие сутки мы расслаблялись, практически ничего не делая. Лишь предоставили письменные отчёты по заданию. Слава богу, встроенные в доспехи видеокамеры за периметром базы быстро выходили из строя, поэтому узнать, как всё было на самом деле, корпоранты не могли.

От этого безделья, кажется, страдал один я. Было жуткое желание откровенно поговорить с Вороном. Еле сдерживался, чтобы лишнего не ляпнуть. Поэтому до изнеможения гонял себя на тренажёрах в спортивном зале.

– Правильно делаешь, – поняв моё состояние, поддержала Фея. – И для прокачки полезно, и голова забита.

– Тоже так мучилась? – поинтересовался я, лёжа пластом на кровати, от усталости не в состоянии нормально пошевелиться.

– Ещё как! Хотя чрезмерно любознательной никогда не была. Служба на земле приучила не лезть, куда не просят.

– Ну, слава богу. Я такой не один. Че Ён… Как ты покалечиться так круто умудрилась? Ведь Северная Корея, кажется, ни с кем активно не воюет.

– Извини, Дима. Военная тайна, – мягко проговорила Фея,– Мы хоть и не на Земле теперь, но я осталась верна присяге и подписанным документам о неразглашении. Так меня воспитали.