Текст книги "Кощей. Звёздные кости (СИ)"

Автор книги: Игорь Лахов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Ближе к концу первого контракта случилась трагедия. Наша группа попала в такой переплёт, что даже вызванная с А-1 подмога не смогла помочь. Из восьми бронемашин лишь только две добрались к месту боя. Одной из них управлял Юрка Туманов… Да, тот самый, что сейчас периметром руководит.

В сторону своих прорываться не было возможности, поэтому мы углубились на несколько километров в джунгли, где и нарвались на большой отряд маугли. До сих пор не знаю, отчего сдетонировал боезапас, но рвануло знатно!

Очнулся в непонятном месте. Рядом лежал Туман, напоминавший большую кровавую отбивную, а не человека. Да и сам я… Половину морды разворотило, из ног только протез на правой хоть как-то двигался, а родная левая превратилась в месиво. Руки и туловище тоже, мягко говоря, здоровьем не блистали. По всем меркам не жильцы с Туманом оба. Да вот только ни я, ни он боли не чувствовали!

Потом появился дед, похожий на того шамана, что тебя инициировал. С ним ещё несколько маугли-охотников… Заметь! Охотников, а не воинов! До вторжения корпорации «Светлый мир» эта планета вообще ничего не знала о войнах. Дети Анкиры являются одной Семьёй и друг на друга не нападают.

Кстати, даже имён не имеют аборигены, так как между собой способны определять индивидуальный ментальный отпечаток каждого жителя. Ладно, не о том сейчас. К тому же разобраться в этом обществе даже примерно невозможно. Тут привычные нам понятия и логические цепочки почти не работают.

Короче, отнесли нас к какому-то огромному красному Камню в пещере. Он очень похож на тот, что ты видел, но раз в двадцать больше. Ну а дальше провал в памяти. Второй раз пришёл в себя от нестерпимого зуда во всём теле. Поверь, Кощей, это даже хуже, чем боль. Думал, горло выплюну, надрываясь от крика. Хотя с отсутствием части лица кричать было практически невозможно, но всё равно умудрился. Рядом от подобной пытки страдал Туман.

Закончилось всё внезапно. Ну как – внезапно? За пару часов отпустило. Примечательно, что руки-ноги и всё остальное было целым. Только вот физиономия моя была, как прежде, вдрызг размозжена. Ну и протезы почти не работали.

А дальше наступило самое интересное. Дед-шаман вошёл с нами в мысленный контакт. Вернее, стал проводником для контакта с Анкирой. Она отчего-то признала нас гостями и предложила сотрудничество.

– Жизни в обмен на лояльность? – предположил я.

– Не так, Кощей. Свободу взамен на помощь. Анкире нужно, чтобы все чужаки убрались. За это она предоставит нам шанс покинуть это проклятое место и обосноваться в ином месте космоса.

– Похоже на «разводку», уж извини за откровенность. Если она может вас перекинуть, то почему тогда остальных насильно не выпрет?

– Опять упрощаешь, Дима. Анкира может убрать только тех, кто связан с ней. Знаешь, почему корпоранты из «Светлого мира» так трясутся над найденными Камнями? Потому что благодаря им они смогли выстроить настоящие телепорты! Остальные корпорации, вовремя отступившие от Анкиры, теперь «глотают пыль» и не могут похвастаться такой эксклюзивной технологией. Другой разговор, что планета не в состоянии контролировать энергию Камней, вывезенных за её стратосферу. Но через нас можно дотянуться до телепортов.

Для этого нужно «всего ничего». Сделать так, чтобы орбитальная станция Эно-2 снизилась до критической высоты. Дальше уже не нашего ума дело. Через телепорт, установленный на станции, она переместит нас на иную планету, к месту выхода засекреченного портала. После саму станцию Эно уничтожит.

– Ага! Супер! – ехидно прокомментировал я. – То есть подохнем не тут, а там!

– И такое может быть, – спокойно отреагировал на мою реплику командир. – Но я не зря упомянул, что иные корпорации тоже хотят получить доступ к секрету телепортации. На самом деле наш «Светлый мир» середнячок среди Объединённых Корпораций, поэтому пока ещё не может оказать им достойного сопротивления. К тому же сами корпоранты очень жадные до денег и власти, так что даже на нашей Эно-2 их шпионов хватает.

С одним из них я и вошёл в контакт… Это наш лейтенантик-гард Тилус. Способностями, что получил от Анкиры, я давно просканировал этого урода. Хватило пары намёков, чтобы он клюнул на удочку, пообещал «золотые горы» и помощь конкурирующей корпорации. Врёт, конечно, как сивый мерин. Как только нас выпотрошат, моментально избавятся от таких свидетелей.

Переходить на чью-либо сторону я не намерен. Просто воспользуюсь возможностью и сам ликвидирую будущих хозяев, как только представится возможность при нашей транспортировке с планеты на планету. Но это будет уже в нормальном обитаемом мире. Понимаешь?

– Понимаю. Тоже практически самоубийство намечается, только с небольшим шансиком на выживание.

– Да, – подтвердил Чай. – Но призрачные шансы стать свободными всё же лучше, чем совсем никаких. Если же не получится… Рано или поздно нас всех здесь всё равно убьют.

– Согласен.

– Поэтому, – продолжил свой рассказ Ворон, – и нужна группа. Мы с Туманом приняли предложение и сразу поняли, что вдвоём рыпаться бесполезно. Почти весь прошлый контракт собирали подходящих кандидатов в мой отряд. Выбирали тщательно и осторожно. Гипотетических мясников, вроде тварей Кнехта, отсеивали сразу. Ну, ты и сам видел на примере Чака. Остались лучшие из лучших, которых признали не только мы, но и Анкира. По-другому – никак.

Ну а дальше, после нашего согласия, маугли отнесли двоих землян к месту разгрома группы. Там мы через чужой скафандр подали сигнал «Пламя». Прибывшая группа почти легко эвакуировала нас. Начальство удивилось, как мы могли почти неделю без нормальной защиты продержаться на планете. Но после длительного лечения и основательных допросов с пристрастием решило, что Ворон и Туман – просто везунчики, вовремя скинувшие с себя броню и голышом продержавшиеся в джунглях фантастический срок. Полгода точно в тюрьмах и лабораториях провели. Самое поганое время за все мои жизни.

– Странно, что ваши мозги взломать не получилось, – удивился я. – Корпоранты, как понимаю, легко в них влезть могут.

– Пробовали, Кощей. Но новые ментальные способности сделали своё дело. Там на целую книгу приключений было. Главное, что корпоранты нам поверили и вернули в строй. Такие живучие аномалии решили использовать по полной программе.

Думаю, на сегодня с тебя инфы хватит. К тому же мясо закончилось. Группа, подъём! Нам ещё в деревню наведаться надо. А то в прошлый раз из-за наличия двух непонятных салаг я не смог нормально пообщаться с Анкирой.

Глава 11

Почти полтора месяца на Анкире… За это время я полностью привык к планете, и волнующая новизна первых дней окончательно выветрилась из моего сознания. Реалии перестали восприниматься какой-то фантастикой, несмотря на то, что понять эту планету так и не смог. Её, как верно заметил Ворон в первые дни моей службы, невозможно понять. Как только выстроишь в голове хоть какую-то структуру местного общества и его ментальных связей с Анкирой, так сразу же всё летит к чертям собачьим. Нет здесь нормальной человеческой логики!

Да, мы как бы гости, и сильное агрессивное воздействие на нас не оказывается. Даже в большие деревни с Камнями входим спокойно и общаемся через шаманов с Анкирой. Но при этом легко можем попасть в засаду маугли-охотников из мелких деревенек и хуторов.

Ворон говорит, что охотники – в основном молодёжь, которая хоть и получила связь с Матерью, но та в ней не до конца окрепла. Типа: подростки в пубертатном возрасте и со всеми проблемами переходного периода: «мамку» не всегда слушаются и частенько очень агрессивны. Ну а если учесть, что анкирийцы доживают до двухсот пятидесяти годиков, то возраст непослушания здесь растягивается на несколько десятков лет.

Первыми на таких мы никогда не нападали, чтобы Анкира не заподозрила нас в явной агрессии. Но отбиваться от засад маугли приходилось часто. И тут уже земляне были как бы в своём праве. Даже иногда полностью уничтожали охотничьи деревни. Благо, в них не жили старики, женщины и подростки, недавно получившие связь с Анкирой, но ещё не вошедшие в нормальные физические кондиции.

К концу смены уже большая часть «Чёрных клыков» имела ранения различной степени тяжести. Наша бравая лаон Фея получила перелом нескольких рёбер и сотрясение мозга. А Телль вообще вторую неделю без сознания отлёживался под капельницами в медицинском отсеке, ожидая нормального лечения по прибытии на Эно-2.

Временная потеря этих двоих сильно снизила огневую мощь нашего отряда. Да ещё и обещанное влияние Анкиры на головы землян стало проявляться всё больше и больше. У меня началось с навязчивого комариного писка в ушах. Он не затихал ни на минуту и сильно выбешивал.

Через несколько дней резко, как по команде, прекратился. Но легче от этого не стало – голову словно стальной обруч сдавил. Это небольно, но очень дискомфортно. Мысли начали слегка путаться, появилась небольшая заторможенность. Вместе с ней и очередные раны при вылазках за периметр.

Но, к сожалению, мы не могли отказаться о рейдов. Во-первых, необходимо проводить разведку и поиск Камней любой ценой. Корпоранты зря кормить «туристов» не собирались и выжимали каждый вложенный в наши тела рубль… Вернее, «бонус» – именно так называется общая денежная единица Объединённых Корпораций.

Ну, а во-вторых, нам необходимы были эти выходы. Точнее, больше не нам, а Ворону, единственному из отряда, на мозги которого не давила Анкира. Через маугли-старейшин командир ментально общался с планетой и о чём-то с ней договаривался. Я было попытался выяснить смысл этих молчаливых бесед, но получил туманный ответ:

– Пока ничего сказать не могу. Пойми, Кощей, не потому, что не хочу, а сам до конца не понимаю смысла. Но верю планете, что без этого никак не обойтись. К тому же Анкира пытается считать вашу энергетическую структуру и учится полностью копировать её. Для неё это сложно, и мне приходится выступать в роли то ли консультанта, то ли подопытного кролика.

– Зачем ей наши копии?

– Всему своё время. Пока обнадёживать вас нет смысла, так как не факт, что получится. Поэтому отставь своё любопытство в сторону и внимательно смотри по сторонам. Со дня на день начнётся ментальная буря. Если она нас застанет в рейде, то поверь, мало не покажется.

– Что за метальная буря?

– Считай, что «месячные» у Анкиры, – влез в разговор Краплёный. – Она, как и любая баба, в это время очень нервная. Хаос наступает полнейший, и никакой защиты нам не гарантировано, от слова совсем. Пока Мать нас по головке гладит. Вон даже огнестрельное оружие нормально работает. Но при буре придётся отмахиваться исключительно «джедайчиками».

– И даже местные мирные жители начнут считать нас чужеродным элементом, а не гостями. Поэтому постараются избавиться всеми доступными способами, – дополнил Чай. – Подобное длится примерно сутки. Только если вдруг оказался в это время за периметром, то на базу уже гарантированно не вернёшься. Маугли не укокошат, так с ума сойдёшь и сам себе башку свернёшь.

– Именно, – кивком подтвердил правдивость бойцов Ворон. – Поэтому, Кощей, внимательно считывай поведение местной флоры и фауны. Часа за три до бури оно сильно меняется. Обо всех странностях немедленно докладывать. Даже если ахинея какая-нибудь привиделась. Наша задача: вовремя распознать ментальное возмущение и успеть добежать до периметра.

– На плацдарме эти «месячные» уже не угрожают?

– Относительно. И пусть вспомогательные отряды обычно легко справляются с массовыми, но неорганизованными и очень тупыми атаками тварей Анкиры на А-1, только всё равно всем по мозгам бьёт знатно.

– А сама Анкира предупредить тебя не может? Вы же с ней плотно общаетесь, – задал я очередной вопрос.

– Вот неугомонный… – вздохнул командир. – Не может или не хочет. Не знаю. Но за несколько дней до этого знаменательного события у меня в груди поселяется тревожность на ровном месте. После неё и случается ментальная буря. Может быть сегодня, а может и через неделю. Временные промежутки размыты. Но… Я уже второй день на нервяке.

В тот раз ничего страшного не случилось, и мы почти спокойно разведали местность, послушно нанеся на карту новые, до нас не разведанные места.

Западло ожидало в конце смены, за два дня до предполагаемой отправки на Эно-2. Как потом нервно пошутил Краплёный: «дембельский аккорд» во всей красе. Полностью ментально измученные Анкирой, мы решили не сильно углубляться в дебри. Настроение у всех неважное, реакция снизилась вдвое. А постоянное нервное раздражение превратило некогда боеспособную группу в непонятный сброд.

Несколько раз на базе среди бойцов случались резкие перепалки, чуть было не доходящие до драк. Хорошо, что Ворон был полностью адекватен и конфликты гасил в зародыше. Причём делал это не только словами, но и явно своими уникальными ментальными способностями. Так что вся дисциплина держалось исключительно на воле командира. Интересно, как в других отрядах поддерживают её в конце смены? Ведь такого уникума, как Ворон, больше ни у кого нет.

– Колют транквилизаторы, допинг и прочую химию. Отстань, и без тебя тошно! – огрызнулся Краплёный на мой вопрос, остервенело круша «джедайчиком» очередную лиану.

– Почему же мы не колем?

– Отвали, сказал. Есть вопросы – лезь с ними к командиру, а не суйся мне под руку.

– Нельзя, Кощей, – раздался в наушниках голос Ворона.

– Почему? – начал заводиться я от такого невнятного ответа. – Задолбал темнить!

– Потому что химия мешает Анкире считывать нас. Так что придётся потерпеть.

Хотел было сказать, что в гробу видал такое терпение, но внезапно осознал, что это не совсем мои мысли. Просто, как и другие бойцы, эмоционально взвинчен воздействием извне. Понимание происходящего немного остудило голову, хотя радости это и не принесло.

Громкий, полный боли крик впереди заставил резко остановиться.

– Танго лианы жрут! – моментально в шлеме раздался чей-то панический голос. – Не душат! Жрут! У них зубы! А-а-а-а! Суки! Нате вам! Нате!

Удивиться такому сообщению не успел. Похожая лиана с разинутой, полной то ли зубов, то ли шипов, пастью попыталась атаковать меня справа. Увернувшись, схватил плазменный меч и отсёк ожившему растению предполагаемую голову.

Тут же почувствовал боль, идущую от искусственных сенсоров правой ноги. Посмотрев вниз, увидел, что ещё одна лиана, прокусив доспех, вцепилась в мой протез.

В этот момент поблагодарил всех богов, что нога является ненастоящей. Иначе бы во второй раз остался без неё. Но и тут медлить было нельзя. Благодаря броне лиана пока не могла нанести серьёзного урона протезу, но так отчаянно работала челюстями, что не оставалось никаких сомнений: скоро у неё получится лишить меня средства передвижения.

Джедайчик быстро отчекрыжил ещё одну растительную голову. Ну а дальше начался самый настоящий ад.

– К базе! – не своим голосом заорал Ворон. – Буря на подходе!

Только и без его командирского предупреждения до всех сразу же дошло, в какой заднице скоро окажемся. Сбившись в кучу, мы начали отступать. Автоматы у всех резко перестали стрелять, только плазменные тесаки исправно кромсали лианы.

Через пять минут мы выбрались из зелёной ловушки. Но её сменила иная напасть. Обычно хорошо видные чёрные пантеры отчего-то стали прозрачными. Хрен такую в прыжке разглядишь, пока её пасть рядом не окажется.

Одна из них почти вцепилась в бронированный загривок Чая. Я успел на мгновение раньше и разрубил пантеру на две части. Тут же краем глаза увидел, что сам атакован. Крутанувшись на месте, отсёк твари часть морды.

Резкий удар в спину. Всё… Хана… Отбегался… Но никакой боли и хруста брони не последовало. Видимо, меня тоже с тыла кто-то подстраховал.

– Быстрее! Быстрее! – торопил нас Ворон. – Поднажмите и строй не нарушайте! Скоро периметр! Пятнадцать минут продержаться, братцы! Успеваем!

За эти пятнадцать минут я потерял часть доспеха и был несколько раз ранен. Но, понимая, что через ядовитый барьер Анкиры в разобранном снаряжении до базы не дойду, всё равно старался не выпадать из битвы, рубя тварей и страхуя товарищей. Сознание потерял, не добежав до спасительной границы периметра совсем чуть-чуть.

Дальше всё как в тумане. Слегка придя в себя, понял, что меня куда-то тащат. Потом знакомая вонь дезинфекционной камеры. Потом какие-то расплывчатые лица перед глазами. Всё короткими флешбэками. Адекватно сознать происходящее затуманившимся от боли и ядовитой пыльцы мозгом не мог. Но, кажется, я дома…

Сознание возвращалось медленно и очень тяжело. Я, словно последний нарик, не мог заставить работать свой мозг. Какие-то галлюцинации постоянно окружали меня. То огромные пауки, играющие на губных гармошках непонятную, но очень противную мелодию. То бородатые голые женщины бесстыдно показывали все свои прелести и призывно кукарекали, намекая на соитие.

Потом падение в пропасть. Я летел, словно в вязком киселе, осознавая, что скоро разобьюсь. Даже видел своё тело, лежащее на камнях ущелья с расколотой головой. И одновременно летел, летел, летел…

Лишь последнее видение мне понравилось. Сильно похудевшая, с чёрными кругами вокруг глаз и небом над головой, Фея смотрела на меня и отчего-то улыбалась. Несмотря на её далеко не цветущий вид, я не мог налюбоваться на девушку. После её ранения мы почти не виделись. Ни эмоционально, ни физически просто не хотелось. А тут прямо возникло острое желание обнять и поцеловать.

– Потерпи, Кощей, – почти пропела она, резко выключив нимб над головой. – Скоро погрузка. На Эно-2 отправляемся. А там уж нас быстро подлатают.

И тут я понял, что это не галлюцинация. Че Ён реально сидит рядом с моей койкой. Я же лежу весь в капельницах, не в силах пошевелиться. Попытался спросить, что приходит на А-1 и сколько наших выжило. Но язык отказывался шевелиться.

– Ты временно парализован, – пояснила Фея. – Не волнуйся. Так надо. Любое движение провоцирует рост попавших в тебя семян растений барьера. К тому же небольшая трещина в позвоночнике имеется. Это не проблема.

За сутки излечишься в регенерационной ванне. Споры и семена вдали от Анкиры дохнут. Главное: пережить нагрузки в стратосфере. Хотя взлёт – это не приземление, но всё равно тяжко придётся. Я буду рядом и верю, что ты справишься.

Произнеся это, девушка наклонилась и поцеловала меня в губы. В таком парализованном состоянии я ничего не почувствовал, но в груди разлилось какое-то волшебное тёплое чувство.

– Спасибо, – глядя в глаза своей кореяночки, мысленно поблагодарил я.

– Пожалуйста, Дима, – словами ответила она, но вдруг дёрнулась и застыла на мгновение.

После этого, приблизив своё лицо вплотную к моему, почти беззвучно прошипела:

– Я тебя слышала… Кажется. Скажи ещё что-нибудь.

Сам офонаревая от такого, я послал мысленный комплимент лёгкого эротического содержания.

– Красивые грудь и попка? Моргни, если про них сейчас фантазировал, – правильно расшифровала мысль Че Ён.

Я моргнул.

– Что я тебе сейчас ментально передала? – чуть слышно продолжила допрос девушка.

– Ничего не слышу, – без слов признался я.

– Жаль… А если…

Наш эксперимент прервала бригада медиков. Выгнав Фею из палаты и приказав ей собираться в дорогу, санитары стали готовить меня к транспортировке. Все капельницы и датчики были за пару минут отключены от тела. Потом меня завернули в странную переливающуюся фольгу и, словно мумию, повезли на каталке до знакомого автобуса. В нём уже сидела вся группа. Башкой крутить не получалось, но нескольких человек я краем глаза успел заметить.

Перелёт на Эно-2 дался с большим трудом. От перегрузок боль настолько затопила мой израненный организм, что, не стесняясь, орал благим матом. Думал, что не выживу. Рядом со мной вопило ещё несколько голосов. Видимо, не я один оказался в тяжёлом состоянии после последнего боя.

В регенерационной ванне провалялся почти двое суток. Но когда смыл с себя лечебный гель, то ощутил заново родившимся. Ох… Как же хорошо быть здоровым человеком, с отменным аппетитом, без всех этих трубочек и капельниц! Но ещё несколько дней в медицинском отсеке мне пришлось провести, пока доктора полностью не убедились в моей боеготовности.

Хотя, думаю, дело даже не в этом, а в неприметных людях в синих кителях без погон и петлиц. Они всю душу вывернули допросами. Заставляли вспоминать чуть ли не поминутно каждый мой день на Анкире. Особенно их интересовал Ворон и последний выход перед ментальной бурей.

Причём все мои ответы проверялись местным детектором лжи. Вначале от этого дёргался, боясь, что невольно выдал правду, но на удивление, обманул приборы достаточно легко. Ну а в конце заточения ко мне припёрся первый сбшник с петлицами лагарда на воротнике голубого кителя.

Этот майор не стал ходить вокруг да около, а сразу же предложил работать на него. Негласно, разумеется. Помня предупреждение Ворона, что отказываться не стоит, всё же решил сразу не сдаваться. Для достоверности, так сказать.

– Я уже служу корпорации, а в контракте чётко прописаны все условия. Господин лагард, какая мне выгода взваливать на себя больше, чем положено?

– Резонный вопрос, рон Кащиев. Если ты дальновидный человек, то должен понимать, что благосклонность нашего ведомства поможет тебе в будущем. К тому же небольшая прибавка к официальному жалованию ещё никому не вредила.

– Насколько «небольшая»? – продолжил я играть сомневающегося.

– Тридцать процентов к основным выплатам. Ежемесячно. В случае получения действительно важной информации можешь рассчитывать на премию. А через пару лет безупречной службы готовься к повышению в звании до лаона и, естественно, к очередным бонусам.

– Как и лаон Че Ён? Она тоже из ваших подопечных?

– Неужели ты думаешь, что я скажу тебе правду? – усмехнулся лагард. – Хотя тут мне скрывать нечего. Фея не подходит нам по своему психотипу.

– А чем же я хорош?

– Ты, Кащиев, по своей натуре одиночка. Подобные личности не привязываются к людям и легко их предают. Мы тебя отследили ещё с земной базы, где такие, как ты, обзаводятся протезами. Кстати, впечатлило, насколько равнодушно смог принять смерть наказанного товарища. Даже глазом не моргнул, хотя весь был в его крови.

– Просто он мне не товарищ, – равнодушно пожал плечами я, хваля себя за то, что с первого дня выбрал правильную тактику поведения. – Попутчик, случайно оказавшийся рядом. И чего за него переживать? Но я понял вашу мысль, господин лагард. Естественно, на таких условиях будет глупо отказываться от сотрудничества с вами. Как передавать донесения?

– Не волнуйся, Кащиев, – довольно улыбнулся корпоративный «чекист». – Мы сами придём за информацией.

– А при необходимости экстренной связи?

– Молодец. Понимаешь. Придумай кодовое слово, которое не используешь в обиходе. Чтобы потом накладок не было.

– «Дубоёлина» подойдёт?

– Вполне. Главное: сам его не забудь. При необходимости просто громко произнеси вслух, и с тобой свяжутся. Вот бумаги, которые необходимо подписать. Учти, играть с нами не рекомендую. Наказание за такое тебе очень не понравится.

После ухода сбешника меня тут же попросили на выход из медицинского отсека. «Лечение» закончилось.

Друзья! Спасибо вам за то, что тепло приняли мою историю. Благодарю за все лайки, награды и комментарии! Для меня это ценно! С сегодняшнего дня ввожу график выкладки: четыре раза в неделю. Понедельник, среда и пятница – обязательные дни. Ещё один день будет «плавающим».