Текст книги "Кощей. Звёздные кости (СИ)"

Автор книги: Игорь Лахов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Глава 15

Вернувшись в рубку, мы проверили наших пленников. Один из них уже отправился на встречу с душами тевтонцами. Второй же пришёл в сознание и что-то пытался мычать с тряпкой во рту. Фея быстро достала кляп и, приставив к горлу пирата нож, жёстко спросила.

– Где серверная? Куда сбрасываются все записи с камер наблюдений?

– Вторая направо дверь от нас, – быстро сдался мужик, решивший не играть в героя.

– Кто послал на станцию?

– Не знаю. Анонимный контракт. Через закрытый канал обнета (общего интернета) переслали все коды доступа и задание. Даже аванс был очень щедрым, поэтому отказываться не стали. Да всего-то и надо было добраться до лаборатории, вынести из неё определённые сервера, а потом взорвать Эно-2. Ну, или хотя бы серьёзно повредить её. Нам говорили, что тут есть приличные бойцы, но рассчитывали, что успеем всё провернуть. Ошиблись. Таких зверюг встретили впервые.

– Понимаю, – кивнула Фея. – Кто вы сами такие?

– Наёмники. Специализируемся на захвате космических объектов повышенной сложности.

– Где ваша база?

– Планета Лу корпорации «Завтрашний день».

– Эта корпорация вас наняла? – не унималась Фея, профессионально ведя допрос.

– Я же сказал, что нет. Да и денег у них не хватит. Корпорация слабенькая, молодая. Всего две планеты, одна из которых мало населена. Мы иногда сами ' Завтрашний день' спонсируем, чтобы нас не трогали. Ну и под её прикрытием получаем часть техники и оружия, запрещённых к использованию частными лицами.

– Где корабль-матка вашего модуля?

– В тёмной зоне, – выдал незнакомый мне термин пират. – Через сорок восемь минут он выйдет из неё и сообщит, где нас подберёт. К этому времени мы уже должны отстыковаться от Эно-2 и отлететь на безопасное расстояние.

– Молодец. Что ещё можешь добавить к сказанному?

– Пристрелите, – неожиданно заявил мужик. – Как видите, я честно ответил на все вопросы. Подарите лёгкую смерть вместо пыток в застенках СБ. Вы же сами не корпоранты, а наёмники. Значит, должны понимать мою ситуацию и присягой «Светлому миру» не обременены.

За это я вам дам фальшивые удостоверения личности. Сделаны качественно и пройдут почти любую проверку. Их база данных хранится на случай, если вдруг что-то пойдёт не так и придётся самостоятельно добираться на «перекладных» через Объединённые Корпорации.

– Нормальный размен, – не дожидаясь ответа задумавшейся Феи, согласился я. – Где электронные паспорта?

– Носитель вон в том сейфе, – скосил глаза пират на большой серебристый шкаф в углу рубки. – Двадцатизначный код я вам продиктую.

Убедившись, что пират не обманул, мы развязали его. Боевик не просил пощады, понимая, что мы подарить её не сможем. Кажется, он даже улыбался, когда автоматная очередь пробила его лёгкую броню.

После этого потратили несколько минут, чтобы представить бойню на третьем ярусе, будто это именно пираты убили людей Кнехта. Затем посетили серверную и разнесли её по винтикам остатками взрывчатки. Такие руины электроники восстановлению точно не подлежат, а значит, нельзя будет просмотреть записи с камер и понять, что здесь произошло на самом деле.

Успели вовремя. Буквально через несколько минут после того, как мы заняли оборону около входа в модуль, показались фигуры в знакомой корпоративной броне. Мы тут же подняли руки вверх, всем своим видом показывая, что не опасны. А то ещё пальнут сдуру без связи.

Дальше началось самое интересное. Не дав времени на отдых, нашу троицу отвели к знакомому лагарду СБ.

– Доклад, – коротко приказал он.

– Усилиями группы из шести человек был захвачен стыковочный модуль, господин лагард! – чётко начала отвечать Че Ён. – Задание было выполнено. Во время боя погибли рон Гот, а также лаоны Ной и Гёте.

– Почему погибли только люди первого отряда?

– Не знаю, господин лагард, – выдала Фея заранее приготовленную легенду. – Нужно смотреть камеры. Мы разделились. Наша тройка зачищала первый ярус, а группа первого отряда брала штурмом третий. Решили действовать одновременно, чтобы предотвратить любые попытки ликвидации или отстыковки модуля.

Закончив с машинным отделением, мы пошли на помощь к товарищам. Но, к несчастью, помогать уже было некому. Тело Гота обнаружили на лестнице, ведущей со второго на третий ярус. Трупы Ноя и Гёте оказались в рубке. Там же были один живой и один мёртвый связанный пираты. После короткой стычки пришлось ликвидировать и живого.

Потом мы произвели тщательный осмотр всех помещений модуля и заняли оборону у входа в него.

– Вообще-то, – добавил Краплёный в своей манере. – Изначально Фея хотела с нами брать рубку. Но люди Кнехта рогом упёрлись, что пойдут именно туда. Типа самые умелые, а мы всего лишь довесок к ним. Вот и довыёживались.

– Заткнись, – нахмурился лагард. – Я тебе слово не давал.

– Всё было именно так, – продолжила Фея, как ни в чём не бывало. – Терять время на споры я не стала. Отправила их наверх, решив, что докладную о возмутительном поведении бойцов «Айсберга» подам после боя.

– Правильно сделали, лаон Че Ён, – впервые за всё время позволил себе лёгкую улыбку сбешник. – Важны не потери, а выполнение задания.

Но, несмотря на его почти благожелательный вид, мы больше часа, подключённые к детектору лжи, повторяли все свои показания. Судя по тому, что никого не заковали, успешно обманули местную «правдолюбку».

К сожалению, на этом моё общение с недоверчивым лагардом не закончилось. Уже без свидетелей он затеял иной разговор.

– Что тебе показалось странным, рон Кащиев? Во время первого допроса я внимательно наблюдал за твоим лицом. Фея о чём-то не договаривает?

– Не она, господин лагард, – признался я, с удовольствием отметив, что моя загадочно-тревожная мина не укрылась от сбешника, и он на неё купился. – Я не стал говорить при всех, но есть одна странность. Вы осматривали трупы Ноя и Гёте?

– Этим занимаются иные люди.

– Пусть они обратят внимание на один странный факт. Оба стояли рядом не в боевом порядке. И в Ноя, и в Гёте, судя по направлению расплескавшихся мозгов, стреляли спереди. Словно оба вели с кем-то спокойный разговор и не смогли достаточно быстро среагировать на выстрелы.

К моменту нашего появления в рубке был всего лишь один живой пират. Значит, никто другой не мог быть собеседником. О чём разговаривать тем, кто по всем статьям должен воевать друг с другом? И мёртвый пленный мне покоя не даёт…

Просто несчастный случай или запланированное убийство? Что, если его гибель не случайна? Да и тот факт, что люди Ноя, с пеной у рта и чуть ли не угрожая нам оружием, стремились пойти именно на третий ярус, вызывает очередной странный вопрос.

– А ты наблюдателен, Кощей. Глаза и голова работают синхронно. Хороший навык, – похвалил меня лагард. – Кажется, я не ошибся в тебе. Всё обязательно проверим. Но если такой умный, то может, скажешь, кто разнёс серверы модуля, тем самым уничтожив все данные и по полёту, и по происходящему внутри десантного корабля?

– А как этот сервер выглядит и где находится? – мигом поинтересовался я. – К сожалению, в моей образовательной программе нет информации по таким вещам.

– В комнате с ним был взрыв. Единственный во всём модуле.

– Понял. Ничего не могу внятного сказать. Подобные вопросы не в моей компетенции. Только зачем оставшемуся в живых пирату лишать себя надежды отстыковаться от станции? Тем более, связь со штурмующими группами отсутствовала, и ему было сложно предсказать исход операции. Получается, что он либо психопат, либо было что-то ещё между людьми Ноя и пиратом.

– Свободен, – внезапно потеряв интерес к разговору, произнёс особист.

Приняв душ и залечив парочку небольших ран в регенерационной ванне, я очутился в нашем родном кубрике. Из всей группы присутствовала лишь половина бойцов.

– Большие потери? – спросил у хмурого Ворона.

– Охотник и ещё трое встанут на ноги дня через три. Остальное – мелочи, – проговорил он. – Но, кроме Юнги, безвозвратных потерь нет. Сам как?

– Уже лучше всех.

– Молодец. Фея мне пересказала ваши подвиги. В принципе, сработали отлично. Но Кнехт обязательно всю вину за гибель своих бойцов попытается взвалить на Че Ён. Она же официально была командиром.

– Отбрешусь! – махнула рукой Фея, не вставая с койки и явно играя для скрытых камер. – Эти придурки слишком уверовали в свою силу. За что и поплатились. К тому же по видеозаписям модуля сразу станет понятно, что моей вины в произошедшем нет. Зато Кнехту прилетит капитально. До такой степени распустил своих бойцов, что они начали спорить с приказами во время боя. Кощей, ты оружие почистил и магазины перезарядил?

– Когда⁈ – возмутился я.

– Тогда вали отсюда. Пока снарягу в порядок не приведёшь, считай, что войнушка ещё не закончилась.

Недовольно фыркая, я поплёлся в оружейку. На самом деле подобный приказ меня порадовал. Небольшой чип с фальшивыми документами пиратов заранее был спрятан в один из автоматных магазинов. Провозившись с чисткой и пополнением боеприпасов примерно с час, я выудил чип и незаметно пристроил его под одним из ящиков с «неходовыми» патронами.

После этого с чистой совестью вернулся в кубрик, где выслушал о событиях, происходивших в коридорах базы. Всё прошло почти штатно. Ворон и Кнехт без особых усилий попали через воздуховоды в нужные точки. В назначенное время атака с тыла произвела неизгладимое впечатление на пиратов, решивших, что одна из их групп ликвидирована, и теперь злые земляне всем скопом принялись за другую.

Резня в коридорах шла ожесточённая. Но хорошо прокачанные и обученные работать в самых экстремальных ситуациях, «Чёрный клык» и «Айсберг» не оставили шансов супостатам, почти не понеся серьёзных потерь. Правда, нашим вспомогательным группам досталось неслабо. Они хоть и выстояли в обороне, но приняли главный удар пиратов на себя.

По словам Ворона, радоваться победе не стоит. Теперь и мы, и «Айсберг» имеем серьёзный некомплект, поэтому не готовы заступать на анкирийскую смену. К тому же, почти вырезанные две вспомогательные группы тоже вносят неразбериху в график дежурств на планете. Значит, пока не прибудет в большом количестве «свежее мясо», намечается неразбериха во всём. А при нашей работе она смертельно опасна.

Буквально на следующий день на мой счёт пришла незапланированная тысяча бонусов. Видимо, сказка прокатила, и лагард СБ всерьёз воспринял мои «догадки». Но меня больше интересовали не деньги, а возможность ментально поговорить с Вороном, чтобы рассказать ему о трофее и о том, как всё было на самом деле.

Командир по осторожным намёкам уже догадывался, что его ожидают интересные сюрпризы, но устраивать гляделки сразу не решился. Уж очень подозрительно будут выглядеть они после боя. Тут бы в себя немного прийти, протезы продиагностировать и медиков послушать, а не в игрушечки играть.

Лишь на третий день мы устроили очередной турнир. Ворон к этому времени совсем потерял способность мысленно говорить, но, слава богу, его ментальный приёмник работал исправно. Узнав о наших приключениях, командир в какой-то момент не выдержал и, проматерившись, разорвал контакт.

– Круто, Кощей, играешь. Достойная смена подрастает, – завуалированно похвалил он наши действия. – Теперь бы ещё воевать научился – совсем цены не было. А то талант есть, но возможности в полной мере применить его пока не получается.

– Хуже, когда ничего нет, – поняв, что мы не просто так языком треплем, добавила Фея. – Курочка по зёрнышку клюёт. Глядишь, когда-нибудь и получится всё у Дмитрия.

– Главное, чтобы большая куча дерьма после «поклёвки» не образовалась. Но ты права: лучше что-то… Найти бы этому всему правильное применение, а то пока только,«шары вылупив», развлекаем друг друга.

В переводе на нормальный язык это означало: «Чип – штука хорошая, но опасная. Если его обнаружат, то могут наши головы полететь. Хотя и отказываться от такого подарка было бы глупостью. Пока рано о чём-то говорить, не имея точных планов побега.».

Предчувствия Ворона о бардаке после массовых потерь подтвердились буквально в конце недели. Группа «Орлы» уже отсидела свою смену, и её нужно было менять. Но и мы, и «Айсберг» остались серьёзно не доукомплектованы.

Командование попыталось было набрать пополнение, да вот только с Земли ещё не поступили приличные кадры. Вернее, кандидаты были, но их врождённые способности не позволяли надолго заходить вглубь Анкиры. Вне зоны периметра ментальное воздействие могут выдержать самые крепкие не только телом, но и ментально.

А менять разведгруппы раз в недельку – слишком рискованное занятие. И так все богу молятся, чтобы остаться в живых при десантировании на планету. За тридцать лет Анкира умудрилась уничтожить пару десятков групп с серьёзными бойцами. Набрать бы их побольше, только слишком разный уровень восприятия у землян. В элитные подразделения годны лишь единицы.

Приказ временно объединить «Айсберг» и «Чёрных клыков» в одну группу прозвучал как гром среди ясного неба. Причём Кнехт становился нашим непосредственным командиром, а Ворон – всего лишь его заместителем. Естественно, наши возмущённые вопли были проигнорированы начальством. Кто мы такие, чтобы оспаривать решение важных корпоративных офицеров?

Я даже рискнул и, произнеся кодовое слово, вышел на экстренную связь с майором СБ. Ждать пришлось недолго. Буквально тем же вечером мы встретились с лагардом.

– Извините, – без обиняков начал я, – но после долгих размышлений абсолютно не доверяю Кнехту… то есть эрону Краузе. Если при захвате модуля двое его подчинённых как-то спелись с неприятелем, то где гарантии, что сделали это не по приказу своего командира?

– А Ворону доверяешь? – вопросом на вопрос ответил сбешник.

– На Анкире я теперь не доверяю никому. Даже себе. Слишком непонятны её излучения. А вот на Эно-2 эрон Воронцов вполне себе адекватен. Если и есть что предъявить ему, то только лёгкую апатичность к званиям. С его способностями и умом можно было давно дослужиться до орда, как Юрий Тучин, но почему-то командиру плевать на звания. Человек без чёткого карьерного вектора всегда настораживает.

– Мне приятно общаться с тобой, Кощей. Ты умеешь с правильной стороны подходить к тонким вопросам. Когда закончишь свой контракт, то, быть может, предложу тебе большее. В наших рядах, разумеется, и при условии, что не выгоришь эмоционально.

Да. Всё так и есть. И к Кнехту у нас действительно очень много вопросов накопилось. Поэтому мы и поставили его командиром группы. Хотим понаблюдать за действиями эрона Краузе в обстановке, когда его окружают не только единомышленники, но и конкуренты. Для этого как раз удобный случай подвернулся.

И за Вороном проследить не мешает. Как он поведёт себя в роли подчинённого? К нему тоже немало вопросов. Пусть их чуть меньше и иного контекста, но любой вопрос в нашей службе трактуется как повод к подозрению. Так что поле твоей деятельности сильно расширяется. Придётся внимательно отслеживать действия двоих эронов сразу.

– Почему бы просто не устроить им жёсткую мозголомку? – предложил я. – Без этих многоходовок? Даже если эроны как-то научились обходить детекторы лжи, то от подобного точно расколются.

– Расколются, – согласился лагард. – Правда, потеряют часть своих умственных способностей. Зачем нам туповатые командиры? Подобное непродуктивно. К тому же каждого из них наши конкуренты могут использовать втёмную. Поэтому я и доверяю больше новичкам вроде тебя. Для того чтобы завербовать бойца, нужно много времени.

Ты пока ещё чист. Но поверь, что со временем конкуренты начнут и к тебе искать подходы. К сожалению, технологию порталов хотят узнать многие, поэтому тратят огромные деньги, чтобы проникнуть на Эно-2. Иногда им это удаётся.

Пример тому – недавнее нападение. Коды прохода через защитное поле можно было получить только отсюда. Даже главный офис «Светлого мира» не имеет к ним доступа. Мы работаем в некоторой степени автономно.

Ловить мелкую рыбёшку не собираемся. Всё равно с нашими протезами вы никуда не денетесь и будете нести службу, даже если не хотите этого. А вот выйти на более крупную дичь очень хочется. Так что не собираемся обрубать явные каналы для вербовки наёмников. Главное – знать, кто уже завербован или кого хотят завербовать.

Кстати, если тебе предложат, тоже не отказывайся. Только не забудь сообщить мне об этом. На этом наш диалог считаю оконченным. Через четыре дня готовься к новой, очень своеобразной смене. Свободен.

Буквально через два часа после общения с лагардом всех «Чёрных клыков» переместили в более просторный кубрик. В нём уже обживались люди Кнехта. Увидев нас, они замерли и очень нехорошо посмотрели. Впрочем, взгляды наших бойцов мало чем отличались.

Глава 16

То, что спокойно с тевтонцами не уживёмся, стало понятно сразу. Мы и раньше с ними «на ножах» были. От стычек спасало лишь то, что жили в разных частях базы и практически не пересекались. Ну если только на общих собраниях. Теперь же приходилось делить один кубрик. И пусть Ворон нас всех строго-настрого предупредил, чтобы не поддавались на провокации, но тут не поддаваться, а самим хотелось их устроить, чтобы немного покалечить выродков Кнехта.

– Опоздание три минуты, – заявил наш новый командир. – В «Айсберге» бойцам надлежит соблюдать пунктуальность.

– Хрен тебе на воротник, а не «Айсберг»! – моментально окрысился Ворон, забыв, что недавно сам призывал нас к порядку. – Ты своих бойцов в коридорах базы положил, поэтому не имеете права называться полноценным отрядом. У меня ситуация не лучше. Так что оставь свои замашки, пока тебя нормально не укомплектуют новыми «эсэсовцами». Сейчас же твоих и моих людей примерно поровну.

– Да, группа не полная, – невозмутимо ответил Кнехт. – Но командиром сводного отряда являюсь именно я. Значит, и правила мои. Ты же, Воронцов, всего лишь мой заместитель. Учти, за любое непослушание и тем более за неисполнение приказов буду наказывать строго.

– Слышь, командир недоделанный! – не выдержал я. – Как твои уроды исполняют приказы, мы лично убедились во время захвата модуля! Поэтому Бисмарка из себя тут не строй!

– Во-во! – поддержал меня Краплёный. – А то мигом Сталинград вам всем устроим! Поэтому включайте генетическую память и сильно не отсвечивайте!

Вот тебе и «не поддались на провокацию»… Достаточно было малейшей искры, чтобы и мы, и тевтонцы моментально встали за спинами своих командиров в боевых стойках.

– Предлагаю компромисс, – неожиданно заявил Кнехт. – Хотите ли вы этого или нет, но старшим командование поставило именно меня. Рад ли я такому? Нет. Слишком много проблем с вашей анархией намечается. К тому же руководить группой почти в полтора раза больше, чем предписано правилами, очень сложно. Думаю, ситуация всем ясна. Поэтому предлагаю пока оставить в стороне разногласия и переименовать группу в «Зеро».

– Почему в «Зеро»? – поинтересовался я.

– Потому что мы не отряд, а сборище! Ноль! Нас просто нет! Лучше не укомплектованными на Анкире оказаться. Твой командир, как и все «Чёрные клыки», не вызывают у меня ни малейшего доверия. К тому же сводная группа – явление временное. Как только прибудет новое достойное «мясо», опять разойдёмся по своим кубрикам, делая вид, что друг друга не знаем.

– Принимается, – кивнул Ворон. – Что ещё хочешь предложить, чтобы не допустить массового побоища? А оно, уверен, рано или поздно случится. Уж слишком мы разные. В условиях Анкиры подобное приведёт к печальным последствиям. Да и на Эно-2 за такое накажут строго. Казнить всех, конечно, не казнят, но парочку и твоих, и моих ребят в назидание остальным уничтожат. Мы же с тобой лишимся званий.

Но плясать под твою дудку не собираюсь. У меня есть костяк отряда. Если изменить привычные нам правила игры, то он развалится. Потом, после того как разойдёмся кораблями в море, психологически придётся почти заново создавать «Чёрный клык». Уверен, что твой «Айсберг» тоже пострадает, живя по нашим правилам.

– Ты правильно говоришь, эрон Воронцов, – легко согласился Кнехт. – Нужны новые правила. Общие. Я уже думал над ними. Каждая из групп продолжает жить в автономном режиме. Тренируемся тоже отдельно, за исключением моментов, когда необходимо отработать общую тактику боя для групп. Времени для притирки у нас совсем не осталось – скоро смена. Так что успеем всего лишь несколько раз совместно пройти полосу препятствий. Бойцы «Айсберга» будут основной ударной силой, а «Клыки» – прикрытием. Координировать действия бойцов будем мы с тобой, но решающий голос остаётся за мной, как за официальным командиром.

Все разногласия между нашими людьми решаем тоже вместе. Любая драка наказывается сурово, не глядя на то, кто был её зачинщиком. У нас просто нет времени для разбирательств.

– Принимается, – коротко ответил Ворон. – Примерно такие же мысли и у меня в голове бродили. Рад, что хоть в этом у нас нет разногласий. Друзьями нам не стать, но так хоть не перестреляем друг друга на эмоциях. Поэтому предлагаю больше не затягивать со спорами, а идти на полосу препятствий. За такой короткий срок полигончик, конечно, не даст нам нормально отработать совместные действия, но хоть поймём принцип размещения групп.

– Именно, – нехотя раздвинул в улыбке губы Кнехт. – Теперь уже наш общий гард Манус завершил написание новой программы полосы препятствий. Через полчаса выдвигаемся на учения… Полчаса и плюс-минус пять минут. Заметьте, я даю допуск по времени, так как уверен, что минута в минуту вы не уложитесь из-за своей расхлябанности.

– Оценил. Но это лишнее. Во-первых, нам не ставили чётких сроков появления в новом кубрике. А во-вторых, на боевых заданиях мы считаем каждую секунду. Так что все допуски оставь для своих.

Закончив с «пропиской», мы быстро разложили свои вещи на койках, находящихся в противоположном углу от лежанок людей Кнехта. Потом прошли в новую оружейку и начали экипироваться.

– Мне бывшие арсенальные комнаты больше нравились, – тихо сказал я Ворону. – Там выбор был больше. Как бы не растащили всё, пока мы на смене.

– Не растащат, – поняв, что я имею в виду чип, успокоил меня командир. – Туча приглядит. Я с ним договорился.

Прямо гиря с души упала! Значит, орд Тучин уже осведомлён о фальшивых бланках документов и сделает всё, чтобы их сохранить. Как умудрился передать ему эту информацию Ворон, даже спрашивать не стал. Не то время и место.

Учения прошли туго. Два разноплановых, привыкших работать самостоятельно отряда постоянно перетягивали одеяло на себя. В первый проход мы даже не уложились в норматив! Зато появилась пища для размышлений. Потратив на совместную отработку тактики около двенадцати часов, с двадцатой попытки наконец-то разнесли полосу препятствий в пух и прах. Благо, все люди опытные и быстро схватывают информацию.

После короткого отдыха Ворон и Кнехт развели наши группы по разным помещениям, чтобы в спокойной обстановке и без лишних ушей донести до своих «политику партии и правительства».

– Почти молодцы, – похвалил нас командир. – На рожон не лезете и скандалов не устраиваете. Но не расслабляйтесь. Кнехт – мужик очень продуманный и отсутствием мозгов не страдает. Вон как быстро сориентировался в обстановке и разрулил намечающийся конфликт.

– Ты бы смог не хуже, – не забыл вставить своё слово Краплёный.

– Мог, Саня, – согласился Ворон. – Но если бы я предложил такое, то не факт, что не обошлось без торгов. Специально отдал инициативу Кнехту. Пусть это будет исключительно его решение. Только не надо думать, что нам всё простили. Скоро обязательно прилетит подстава. Причём такая, что не отмоемся. Скорее всего, не здесь, а на Анкире. Там нет вездесущего наблюдения и можно легко скрыть правду.

– Тогда нас будут подставлять на выходах за периметр, – добавил я. – А-1 ведь тоже прослушивается и просматривается. И странно, что за все наши крамольные мыслишки СБ до сих пор не закрыла всех.

– А кто воевать будет? – усмехнулась Фея. – К тому же корпоранты и так знают наше отношение к ним. Ну а тёрки между землянами? Слышал фразу: «Разделяй и властвуй»? Она сюда шикарно подходит.

– Че Ён права, – согласился командир. – Чем больше группы в пределах разумного конфликтуют между собой, тем меньше вероятность общего бунта. И пусть мы не собираемся ничего такого устраивать, только корпоранты хотят исключить любую возможность сговора.

Весь этот разговор Ворон затеял явно для наблюдателей из СБ. Пусть они знают, что мы боимся провокаций. И если вдруг они произойдут, то сегодняшнее видео компетентные люди изучат обязательно. Правда, и Кнехт может поступить подобным образом, представив нас исчадиями ада.

Ну и заодно командир лишний раз напомнил нам, чтобы не ляпнули лишнего. Остальное уже обсудим на выходах на Анкире. Хотя теперь совсем непонятно, как это сделаем. Пикники отменяются. Да и лишний раз шлем не снять под пристальными взглядами тевтонцев.

Оставшееся до смены время пролетело быстро и очень продуктивно. Нас гоняли, не давая времени даже на короткий сон. Благодаря имплантам и тонизирующим препаратам мы могли и дольше обходиться без отдыха. Так что никто не ныл. Тем более было обещано, что по прибытии на А-1 обязательно отоспимся перед первым рейдом.

Десантирование на планету произошло так же жёстко, как и в прошлый раз. Но перенёс его намного легче. То ли уже знал, что ожидает и заранее включил морально-волевые. То ли прокачка новыми имплантами прибавила сил, но после приземления страдал недолго. Хватило получаса, чтобы почувствовать себя «огурцом».

Ну а к вечеру совсем хорошо стало. Было ощущение, что после прибытия на Анкиру подключился к дополнительной батарейке. Энергия, несмотря на жуткое желание спать, просто переполняла каждую часть моего настоящего тела.

Заметил, что Ворон тоже расцвёл прямо на глазах. В последние дни на Эно-2 он ходил квёлый и раздражительный, словно старик. А тут помолодел лет на десять. Видимо, «Мать» Анкира даёт нам обоим свою подпитку.

Остальные наши были в своём обычном состоянии. Зато люди Кнехта еле выползли к ужину. Из-за такого их состояния даже встречу с начальником А-1, незнакомым мне Шахтёром, пришлось перенести на утро. Впрочем, лучше бы с ним вообще не встречался.

Некто орд Якобс в прошлой жизни был потомственным буром и занимался охраной алмазных копей в ЮАР. По словам Ворона очень жёсткий, склочный человек, не обременённый совестью. Зато хитрости и лизоблюдства ему не занимать. Именно благодаря этим качества и смог быстро дослужиться до местного «полулейтенантика». Чем неимоверно гордится и при каждой встрече не забывает подчеркнуть свой статус.

– Намаемся с ним, – вздохнул Чай. – Хуже начальника и не придумаешь. Ещё и «Айсберг» под боком. Кнехт с Шахтёром в приятельских отношениях, так что готовься, Кощей, к тому, что нас с тобой будут обслуживать по остаточному принципу. Кажется, намечается худшая смена в моей жизни.

Все опасения подтвердились уже на первом собрании. Орд Якобс внешне чем-то напоминал Кнехта. Такой же белёсый, с холодными глазами змеи на безэмоциональном лице. Для начала он устроил всем разнос. Вернее, нам. Ему, видите ли, не понравился порядок в нашем кубрике. И хотя перед уходом я не увидел там никакого бардака, но всё равно Шахтёр нашёл, к чему мелочно придраться и постоянно ставил в пример соседний кубрик, в котором обосновался «Айсберг».

Пришлось выслушать целую лекцию о том, насколько важна для солдата чистота и дисциплина. При этом орд Якобс ссылался на себя, как на пример идеального военнослужащего. Типа, лишь благодаря усердию и венику в руке смог стать незаменимым человеком для корпорации «Светлый мир». От такого я чуть было не заржал, но вовремя сдержался.

Дальше было ещё интереснее. При Туче – да хранят все боги этого святого человека! – мы сами разрабатывали планы тренировок и график жизни. Ворон подходил к каждому бойцу индивидуально. Но теперь нам предъявили целую «простыню» режима дня. Что мы должны делать в ней было расписано поминутно, до самого отбоя.

Особенно меня поразил тот пункт, что почти два часа мы обязаны ежедневно терять на пропагандистские ролики «Светлого мира». Не тренироваться, не отдыхать, а именно тупо пялится в экран. Я, конечно, с радостью бы подремал, делая вид, что смотрю подобную ахинею, но ведь после ролика ещё и на сотню вопросов по увиденному нужно ответить. Вот шакал! Всё продумал!

– Понравилось? – ехидно спросила меня Фея, как только Шахтёр выдохся и гордо покинул аудиторию.

– Прямо плачу от счастья, – грустно отшутился я. – Хорошо ещё, что про рейды этот «Держиморда» ничего не сказал.

– А вот хренушки тебе, Кощей. Командирам выдадут предписания, сколько и каких боеприпасов они имеют право брать в рейд. Во всяком случае, раньше Шахтёр всегда так поступал. И не просто будем грузиться патронами, а отчитываясь за каждый. Если будет перерасход, то на следующий рейд получим меньше на десять процентов. Господин Якобс очень рачительно относится к имуществу корпорации. Прямо как к своему.

– Чтоб его черти задрали! – искренне пожелал я Шахтёру. – Урезать группы⁈ Он сам хоть раз в рейды ходил⁈

– Нет, и не собирается, – встрял в разговор Ворон. – Ему больше нравится около кухни и начальства отираться незаменимым человеком. Но советую тебе «забить» на все эти заморочки. Живём, как жили. На нас, конечно, донос объёмный накатают, но не в первый раз. Я когда с Шахтёром познакомился, тут целый бунт устроил.

Он придурок, из-за перерасхода патронов хотел нас с половинным боезапасом в рейд отправить. Пришлось взять штурмом командный пункт и напрямую связаться с Эно-2, предупредив корпорантов, что группа не готова по вине начальника А-1, поэтому уходит в «творческий отпуск» до решения проблемы. Не знаю, в какую позу Шахтёра начальство поставило, только с тех пор он урезает лишь десять процентов. Правда, только на бумаге.

– Ого! – восхитился я таким подробностям. – Странно, что его вообще не разжаловали.

– Хотелось бы. Но корпорация очень любит экономных. А в смены орда Якобса база потребляет меньше всего запасов, при этом оставаясь в боеспособном состоянии. И всем плевать, как мы тут выживаем. Главное, что выполняем поставленную задачу. Так что, Кощей, путь к славе и погонам лежит не через героические поступки, а через всё это дерьмо. Не зря же почти все генералы с брюшком и упитанными щёчками. Боевых среди них единицы, зато «правильных шаркунов» немерено.

На этом обсуждение начальства закончим. Сейчас Кнехт проведёт летучку, на которой обсудим первый совместный выход. Попрошу слушать внимательно и анализировать каждое слово.

Эрон Краузе, несмотря на всю мою нелюбовь к нему, действительно оказался профессионалом. Свой план донёс чётко и без лишних отступлений.