Текст книги "Исповедь кочегара"

Автор книги: Игорь Андреев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 24 страниц)

Демон наслаждался всем происходящим, он просто упивался каждым мгновением.

Композиция подходила к концу, силы принцессы практически иссякли, и Демон решает, что пора внести последний штрих в данный вечер. Он выхватывает кинжал из золотых ножен и, развернув принцессу лицом к Каю, становится за её спиной.

– Баста! Иван, не делай этого! – закричал Кай, резко поднявшись с места.

Демон выглянул из-за плеча принцессы вороватым взглядом, жалкое подобие улыбки было больше похоже на грозный оскал. Приставив кинжал к тоненькому горлу принцессы, Демон замер. Девушка в маске еле стояла на ногах и покорно запрокинула голову назад в ожидании освобождения от гнетущей её усталости. Лезвие с силой

вжалось в плоть, и Иван перерезал глотку бедной принцессе. Девушка открыла рот и сильно захрипела. Из её горла бил багровый фонтан крови. Хрупкое тело обмякло в демонических лапах партнёра. Иван не дал бездыханному телу упасть на пол, ловким движением он развернул её к себе и продолжил танцевать.

Пара продолжала танцевать, а Кай всё смотрел на это жуткое зрелище, как демон кружит в танце мёртвую девушку. И тут всё тело принцессы вдруг засветилось изнутри. Изо рта, потухших глаз и зияющей раны на шее ударили яркие лучи света, которые были намного ярче общего свечения тела. Кожа девушки начала

трескаться и шелушиться, словно в руках демона не плоть умершей девушки, а фарфоровый манекен. Трещины стали расходиться, из них просочился такой же яркий свет, как изо рта. Кожный покров стал шелушиться, и хлопья из плоти посыпались, словно лепестки с абрикосового дерева в конце апреля. Но эти хлопья не падали на пол, а загадочным образом кружились вокруг танцующей пары. Свет, который пробивался изнутри бедной девушки, стал невыносим, и Кай закрыл глаза рукой.

В этот момент тело принцессы окончательно распадается, свет медленно начинает меркнуть, но демон продолжает кружиться в сонме хлопьев. Свет погас, Кай убрал руку и увидел, как все эти хлопья Иван впитывает в себя. Композиция закончилась, демон прекращает танцевать и делает поклон своему единственному зрителю.

ГЛАВА 24

КОЛЕСНИЦЫ БОГОВ

Случившееся сегодня ночью выходило за рамки возможного.

Поражённый мозг Кая отказывался верить в то, что произошло на его глазах. Демон погубил ни в чём невинную девушку, после чего уничтожил её душу и впитал в свою кожу, словно солнечные лучи. Кай знал, что Иван черпает свои силы, выполняя чужие желания, но он никак не предполагал, что эти, на первый взгляд, безобидные вещи заканчиваются губительной концовкой, для глупого человека, который загадывает эти желания, даже не задумываясь о последствиях. До этого момента Кай считал своего личного демона особенным, не похожим на всех остальных. Но после того, что он сегодня увидел, Иван стал гадким, скучным, банальным бесом, пожирателем душ.

Единственное, что его отличало от остальной нечисти в глазах Кая, так это то, что он всегда был одет с иголочки.

– Ну, как тебе зрелище? – спросил Иван и этим вопросом выдернул Кая из задумчивости. – Мой напарник остался доволен этой скромной демонстрацией?

Кай молчал. Ему было мерзко представить, что он должен будет опуститься до определённого уровня, чтобы остаться в живых и рассчитаться с Иваном.

– Я хочу, чтобы ты поделился со мной своим вдохновением, – тихо сказал Кай. Иван никак не ожидал такой просьбы и поэтому просто промолчал. – Возможно, я не подхожу по параметрам для этого или у меня нет определённых возможностей, но я хочу испытать то, что ты чувствуешь во время исполнения желаний.

– Я не совсем понимаю…

– Я хочу, чтобы ты позволил мне впитать в себя часть чужой души, – Кай уверенным тоном перебил собеседника.

Желание мальчишки показалось демону чересчур дерзким, но Иван сумел парировать этот выпад.

– Твои аппетиты растут, и это не может не радовать, – усмехнулся Иван, – но эта затея слишком рискованная. Твоё тело может не выдержать этого, и ты сразу же умрёшь.

Это была ложь. Просто всё, что касалось его добычи, было исключительно его добычей, которой он ни с кем не собирался делиться.

Материальное барахло в виде ненужных бумажных купюр и самый разнообразный металл любого оттенка и любой пробы, которые так милы обычному человеку, это сколько угодно. Но живительные жизненные соки, естественный румянец лица, душевные силы – этим Иван делиться не готов.

– А я готов рискнуть, – Кай был уверен в этой затее как никогда. – За последнее время я выдержал многое, и если выдержу это, то такое понятие, как страх, мне будет неведомо. Я даже выбрал место для этого мероприятия время, а самое главное – песню, под которую я хочу ощутить, так сказать, подпитку.

Сегодня на небе сияет полная луна, я это расцениваю как благоговейный знак, и именно сегодня всё и случится. Если ты откажешься, то рискуешь прослыть трусом в моих глазах, а для такого самоуверенного и харизматичного (чуть не сказал человека), щегольского пройдохи, как ты, это будет не самый слабый удар по самолюбию, мессир!

Кай сделал смелый и очень рискованный словесный выпад и сейчас он покорно ожидал ответа. Пауза затягивалась, Кай начал немного переживать за свою судьбу. Он не был уверен, но, похоже, Иван скрипел зубами, и это был не самый хороший знак. Но существовал вариант, что Кай просто придумал себе это, потому что звон в ушах Кая

не позволял полноценно прислушаться к звукам окружающего мира.

– Хорошо! Ты получишь то, о чём просишь, – грозно молвил демон. – Ты отведаешь сполна из моей чаши и ни в коем случае не будешь обделён, но заруби себе на носу, – тональность голоса изменилась до неузнаваемости, она была обильно пропитана ненавистью и неприкрытой угрозой, – за твою дерзость я буду работать самым

грубым образом. Твоё тело подвергнется максимальному нажиму с моей стороны, и если какая-то из костей не выдержит, или треснет твоя бледная шкура, то пеняй только на свою хилость и неподготовленность.

Ну а сейчас – ПРЯМО СЕЙЧАС! – ты встанешь и без единого промедления направишься на то самое место, которое ты посчитал достойным для нашей, как ты выразился, подпитки.

***

Была глубокая ночь. Холодной рукой проникала за шиворот ночная прохлада. Кай интенсивно шагал к намеченному пункту назначения. Он не знал, что происходило, но его тело было сковано давящей усталостью. По ощущениям это походило на огромный камень, который он взвалил себе на хребет и, надрываясь, волочит его вниз по склону. Тропка, которая вела нашего героя к месту, вилась сверху вниз. Если бы он шёл под горку, то воображаемый камень можно было бы сравнить с крестом, а гору – с Голгофой. Но этого не случилось. Ещё пара шагов и Кай остановился. Он стоял на небольшой поляне. Справа от него был дубовый лес, слева – крутой овраг и огороды дачников, которые уже давно заросли полевыми сорняками.

– Всё, мы пришли, – сказал Кай.

Иван не ответил. Кай стоял, ощущая, что тяжесть невидимого груза не чувствуется, когда стоишь на месте.

Подул неестественно холодный ветер, ночные облака разошлись, на небе показалось огромная полная луна и залила всю поляну светом. Кай смотрел на то, как трава переливается в лучах лунного света, и уже хотел повторно обратиться к молчаливому демону, но вдруг обратил внимание на одно очень любопытное и неестественное явление. Граница лунного света сужалась. Такое было бы легко объяснить, если бы облака начали закрывать собой луну, но Кай поднял взгляд вверх и увидел, что на небе вообще нет ни единой тучки, а месяц засветился ещё ярче.

Граница света продолжала сужаться. Это происходило до тех пор, пока Кай не оказался в ярком лунном конусе, диаметр нижнего основания которого был не более трёх метров. Внутри черепной коробки Кая начала звучать музыка. Это была именно та песня, о которой Кай говорил Ивану (The Korea – Армада), а это означало, что всё началось без какого-либо предварительного предупреждения. Температура воздуха внутри конуса начала стремительно понижаться. Каю стало не по себе, и он решил выйти из круга света, но ничего не вышло. Он только наткнулся на невидимую стену и всё. Упершись в воздух руками и пытаясь вырваться из плена, Кай ощутил очень холодный отпор. Отдёрнув руки, наш герой увидел на ладонях добротный слой

инея, и в этот момент наступила паника. Изо рта вместе с прерывистым дыханием вырывался пар. Было чертовски холодно. Сила звучащей музыки росла. Усталость вернулась в тело Кая и возрастала в геометрической прогрессии. Было чувство, что лунный свет имеет вес и огромный многотонный столб давит на хрупкое человеческое

тельце.

Мы здесь…

Вылетели первые слова, которые прозвучали неестественно громко. Невидимая тяжесть соединилась с силой звука, ударили Каю по ушам, и сбили его с ног. Кай упал на колени, и острые заледенелые листья травы вонзились в плоть. Зазвучал первый куплет, голова Кая закружилась от оглушительного вопля, и он упёрся ладонями в землю, отчего ощутил болезненные уколы тех самых неестественно твёрдых стеблей полевого бурьяна. Было очень громко, но тут дело дошло до третьей строчки и…

Перед тобой величие силы

…Из ушей Кая тонкой струйкой потекла кровь. Сам демон не издавал ни звука, но он нашёл очень интересный способ общаться с Каем.

Он создал крепкий, звуконепроницаемый купол света и увеличивал громкость внутри него на тех строчках, которые хотел выделить как обращение к Каю. Выделяемые Иваном строчки доходили до весьма высокой отметки и с лёгкостью вызывали контузию. Последняя выходка Кая сильно разозлила демона, и он решил жёстко проучить наглеца. Безжалостная процедура перевоспитания продлится ровно четыре минуты сорок семь секунд. Именно столько длится выбранный Каем трек. И если за это время наш герой не сдастся и не испустит дух, то Иван решил сдержать своё слово и позволить впитать Каю хлопья чужой души.

Тем временем процесс перевоспитания продолжался. Кай вопил во всё горло, но никто этого не слышал, столб лунного света не пропускал сквозь себя ни малейшего звука, все человеческие вопли уходили в небо.

Армада – движение рук вверх.

Очередная сверхгромкая строчка-послание, но в этот раз Иван добавляет физическое вмешательство в жестокий поучительный момент. Всё это происходило в реальном времени, в котором существовал Кай. В этом пространстве демон невидим, и он решает этим воспользоваться. Находясь за пределами лунного столба, Иван трансформируется в настоящее чудовище и в несколько раз увеличивает свои габариты. Руки превратились в отвратительные, когтистые лапы, вместо ступней стали копыта, лицо превратилось в страшную морду с хищным оскалом, а на лбу прорезались крошечные рога.

После последней строчки-послания Иван протянул свои лапы к Каю (столб лунного света не стал для демона помехой), крепко схватил его за запястья и медленно потянул вверх. Кай в этот момент почувствовал, как его руки зажали в стальные тиски, а потом он поднялся в воздух и завис на высоте трёх человеческих ростов.

Армада – нет больше, нет больше надежд.

Ещё один удар по чувствительным барабанным перепонкам, и Кай неожиданно падает вниз. Он сильно ударяется ступнями о замёрзшую землю. Его стоны остаются неуслышанными. Холод становится невыносимым, онемевшие пальцы отказываются слушаться. Кровь, сочащаяся из ран, замерзает прямо на коже.

Каждый сам за себя, не остановить меня!

Силы Кая были на исходе, присутствовало огромное желание сдаться. Невидимый гнёт лунного света становился всё сильнее, но это были цветочки по сравнению со следующей выходкой демона.

После очередной оглушительной строки Иван в виде чистого воплощения зла поднимает своё копыто и с лютой ненавистью опускает его на грудь Каю. Наш герой не понял, что произошло, но он услышал хруст, который слабым отголоском откликнулся в его голове. Это можно было сравнить с бетонным блоком, который сорвался со строительной площадки четвёртого этажа и угодившим плашмя прямо в грудину. От боли зубы Кая заскрежетали, и изо рта брызнула кровь. Иван не хотел убивать Кая, но ему было непонятно, как хрупкое, человеческое тело способно выдержать такие увечья и при этом оставаться в живых. Демон временно прекращает давить нашего героя

смертельной громкостью и, похрустев костяшками когтистых пальцев, решает испытать свои возможности телекинеза.

Кай лежит в осколках ледяной травы и тяжело дышит. Элементарное дыхание приносит ему невыносимую боль, потому что у него сломано не менее пяти рёбер. Руки и ноги давно онемели, пальцы на ногах начали чернеть. И тут Кай чувствует, что снова поднимается в воздух. Перепуганный пленник зарыдал, пытаясь схватиться хоть

за что-нибудь, потому что знал, что от левитации ничего хорошего ждать не придётся. Но удержаться не удалось. Демон стоял вне круга света и протянул когтистые лапы в сторону парящего туловища Кая. Растопырив пальцы, он полностью контролировал полёт своей живой марионетки. Первое, что пришло в голову демона – это дыба, и он подумал: «Почему бы и нет?». И, словно уличный мим, сжал перед собой кулаки, схватив лишь воздух перед собой. В это же время Кай вытянулся горизонтальной стрункой и ощутил на запястьях и на щиколотках уже знакомый захват невидимых

тисков. Иван медленно разводил кулаки в стороны, а тело Кая начало неестественно растягиваться. Каю казалось, что хруст суставов заглушал даже вопль неудержимой музыки. Крик беспомощности рвался из глотки растягиваемого, но его слышал только Иван и сам Кай. Иван разжал кулаки, и Кай снова упал на осколки льда. Даже не дав

парню отдышаться, демон продолжает свою холодную пантомиму.

Он якобы накрывает еле живого пленника своей огромной ладонью и, возомнив себя барменом, который протирает стойку, делает энергичные вращательные движения. Кай начинает вихрем кататься по кругу лунного света, ломая в острые осколки остатки нетронутых листьев травы. Ивану быстро надоело, да и время подходило к концу. Настал момент для последней – финальной – строки. Кай лежал лицом ниц, весь в резаных ранах. Иван не придумал ничего лучше и вонзил свои когти парню под лопатки. Наш герой это ощутил, но сил на крик боли уже не осталось. Пришло время ощутить последние муки.

Высоко меж звёзд

Боги с холодом в сердце

Смотрят на нас.

Зазвучали финальные строки, под которые Кай, подвешенный на невидимых крюках за лопатки, стал медленно подниматься вверх. Его полностью расслабленное тело устало сопротивляться и безвольно повисло, словно старое пальто на вешалке. Он поднимался всё выше и выше, не выступая за границы лунного света. Выбранная Каем песня подходила к концу. В этот момент он находился на высоте примерно трёх сотен метров над землёй. И как только трек закончился – наступила полная тишина. Столб лунного света закрыла единственная на всём небе туча, словно занавес закрывает сцену, и это свидетельствует о том, что представление окончено. Кай прекращает медленно

подниматься вверх и начинает стремительно падать. Так и не потеряв сознания на протяжении всей пытки, Кай молниеносно приближался к земле. Он был готов встретить свою погибель, но Иван решил иначе.

***

Лёд, который был совсем недавно основанием светового конуса, начал таять. Рядом с этим кругом стоял всё ещё видоизменённый Иван и держал обмякшее тело Кая на своих лапах. Присев, Иван положил то, что осталось от человека, на свежую траву и встал над ним во весь свой огромный рост. Глаза Кая не видели этого огромного чудовища, но он ощущал его, он даже был уверен в том, что именно Иван поймал его буквально в паре метров над землёй. Хриплое дыхание и мелкая дрожь от холода, которая больше походила на предсмертные конвульсии, были единственными признаками жизни, подаваемыми измождённым Каем.

– Ты смог, – раздался грубый, видоизменённый голос Ивана. – Ты выдержал все испытания, которые я послал на твою долю.

Я восхищаюсь твоей силой духа и твоим мужеством! Я был очень зол на тебя за твоё хамство и неуважение, но ты вкусил моего гнева сполна, и я преклоняюсь пред твоей выносливостью. За то, что ты не умер, и даже не потерял сознания, я выполняю твою прихоть в полной мере! Я позволю поглотить тебе полноценную душу человека, а не часть, как ты изначально просил. Это даст тебе возможность частично восстановить потраченные силы.

Кай не проронил ни звука. Силы, которые остались в его теле, едва хватало, чтобы дышать и просто смотреть на небо. Он не мог пошевелить ни руками, ни ногами. Единственное, что он чувствовал, это тёплые струйки крови, которые стекали по холодной коже. Иван прекрасно понимал: то, что пережил этот крохотный человечек достойно уважения. Лишь один из тысячи способен выдержать такое температурное, психологическое и эмоциональное давление. И вот этот тысячный лежит сейчас у ног уже успокоившегося демона и истекает кровью.

– Нет времени мешкать, – подумал демон, – нужно действовать, пока он окончательно не выдохся и не умер от потери крови.

Огромный монстр раскинул свои лапы в стороны и тяжело задышал. Шерсть на холке Ивана стала дыбом и, закричав, он упал на колени. Его грубая, местами чешуйчатая, кожа начала трескаться. Свет вырывался из трещин на коже Ивана. Первые хлопья сорвались с места и начали кружить над Иваном весьма замысловатые виражи. Так

продолжалось до тех пор, пока демон окончательно не принял свой прежний человеческий облик. Руки Ивана по-прежнему были широко раскинуты, этим жестом он как бы контролировал сонм целительных хлопьев давеча погубленной человеческой души. Кое-как поднявшись с колен, демон неуверенным шагом подошёл к мирно лежащему телу Кая. Мимолётное колебание (стоит это делать или нет?), и демон опускает руки ладонями вниз. Тысячи светящихся хлопьев медленно начали опускаться и, не подлетая в плотную к телу Кая, они ускорялись и светящимися иглами вонзались в тело. Большинство хлопьев врезались в открытые раны, которые прямо на глазах начинали затягиваться. Последний элемент света проворно влетел в рот изрядно потрёпанного парня и, возможно, именно это спровоцировало Кая широко

открыть глаза и глубоко втянуть в лёгкие прохладный ночной воздух.

Это была одноразовая вынужденная мера, после которой наш герой снова закрыл глаза, выпустил из лёгких воздух и мгновенно уснул. Да-да, именно уснул, это был не обморок, а целительный сон, который напустил изнеможённый, бледный, еле державшийся на ногах, Иван, но он старался не выдавать своей усталости.

Так было нужно, потому что только в таком состоянии, в состоянии глубокого сна демон имеет полную власть над человеком. Человеческое тело в принципе не предназначено для поглощения душ, но если такое случается, то после такого мероприятия перегруженные мышцы человека отказывают, и он не в силах даже пошевелить пальцем. Сейчас Кай находился в той же ситуации, но Иван предусмотрел это и снова решает задействовать один из своих скрытых талантов. Но так как ситуация нестандартная, то демон сделает переплетение из телекинеза и лунатизма.

На дворе глубокая ночь, улицы безлюдны, луна спряталась за густыми облаками. Истощённый демон чувствует, что его силы уже на пределе, но он не может бросить Кая здесь. И он начинает. Иван водит руками в воздухе. Круговые движения, будто он колдует, выглядели по-детски примитивно, но в данный момент обессиленный демон не может справиться одним лишь взглядом. Сначала Иван навеял на Кая лунатизм, а потом сразу же помог ему подняться на ноги при помощи телекинеза. Вялое тело Кая напоминало тряпичную марионетку, за нити которой дёргал неумелый кукловод -дилетант. Равновесие было поймано, и демон медленно повёл подопытного в сторону дома.

Часть 3

ПЛАТЁЖ ПО ВЕКСЕЛЮ

ГЛАВА 1

ЯДОВИТАЯ ТВАРЬ

На следующий день после сеанса брутальной подпитки Кай не нашёл в себе сил даже приподняться с кровати. Тотальная крепатура после поглощения душевных хлопьев временно парализовала все мышцы тела. Иван решил, что будет лучше погрузить пострадавшего во временный летаргический сон.

Прошла неделя.

Кай полностью восстановился, но за время, которое он провёл в постели, не смог вспомнить ни малейшего фрагмента. Последнее, что помнил Кай, – это состояние свободного падения с огромной высоты. О той ночи ему будут напоминать многочисленные мелкие шрамы от порезов остекленевшей травой. А самое обидное – это то, что он даже не помнил заветный момент поглощения. От всего процесса

Кай вкусил лишь щедрую порцию горького послевкусия, которое полностью обездвижило всё его тело.

Как позже выяснилось, на протяжении всей недели к Каю приходил наркоман и хотел вынести дверь сокрушительными ударами. Иван подстраховывал спящего хозяина и просовывал под двери крупные купюры денег. Наркоман их забирал и убирался прочь.

Неотложных заданий пока не было, и Кай решает прогуляться, чтобы немного проветриться и подышать свежим воздухом. Во время прогулки в голову полезли угнетающие размышления по поводу оплаты долга человеческими душами. Начали перебираться возможные варианты из местного окружения.

Было жарко. Сухой горячий воздух натолкнул на мысль, что неплохо бы сделать паузу в размышлениях и купить мороженого.

Энергично взбежав по ступеням, Кай приветливо кивнул продавщице, которая разговаривала по мобильному телефону и даже не соизволила окинуть покупателя взглядом, потому что внимательно вслушивалась в слова собеседника. Наш герой не стал отвлекать продавщицу и направился к витрине с мороженым, ведь тётя Вера

никогда не отличалась приветливостью, она всегда была груба, резка и вечно недовольна. Видимо, отсутствие мужчины пагубно сказывалось на общем душевном состоянии.

Тётя Вера работает в этом магазине уже больше двадцати лет, Кай её помнил с самого детства. Когда ей было около тридцати лет, то у неё имелся женатый любовник, который выглядел в два раза старше её самой. Он был скуп и противен, но, видимо, вариантов было не шибко много, поэтому тётя Вера довольствовалась тем, что есть.

Про это знала вся округа, но высокомерной продавщице было плевать на мнение окружающих. Даже жена седого «Казановы» была в курсе сложившейся ситуации, но никогда не опускалась до уровня склочной бабы, которая будет устраивать разборки на почве ревности, потому что была такой же высокомерной тварью, только в модной шляпке и с мелкокалиберной дворняжкой на поводке.

Ещё у тёти Веры имелась душевная отрада – любимый сынок, которого она раскормила до размеров колхозного кнура. Тупоголовое создание с трудом окончило девять классов средней общеобразовательной школы, а вот ПТУ осилить не удалось, выгнали на втором году за систематические прогулы. Но меньше любить сыночка тётя Вера не стала.

С тех пор прошло десять лет. Седовласый Мега Мачо, любовник, уже три года как издох, и его никому ненужная могилка обильно зарастала сорняками. Любимый сынуля переехал в большой город, устроился сторожем на продуктовом складе и, заступив в ночную смену, потягивая краденое сгущенное молоко прямо из жестяной банки, даже не думал вспоминать про родную мать. Всеми брошенная, сексуально неудовлетворённая, раздражительная тётя Вера осталась фактически одна. Любой современный подросток уже начал бы задумываться о возможных вариантах зрелищного суицида, чтобы хоть как-то (даже посмертно) обратить на себя внимание. Но этого не случилось, потому что наша тётя Вера не из робкого десятка. Баба-кремень! И она нашла себе отраду в этой жизни. Вариант внутреннего самоудовлетворения нашей склочной особы был очень примитивным, низким и в какой-то мере бородатым. Это были сплетни. На две трети вымышленные, вечно перекрученные, грязные слухи.

Считанные подруги, можно с уверенностью сказать собутыльницы (потому что только алкоголь мог собрать их за «душевным» разговором), с жадностью впитывали всю ту грязь, которая изливалась из пасти этой падшей женщины. Такие беседы начинались с того, что бывалые подружки орошали свои клювики дешёвым пивом или портвейном и тут озвучивалась дежурная фраза, с которой завязывался гнилой диалог.

– Подруга, я тут такое узнала, в жизни не поверишь, – говорила тётя Вера и подкуривала тонкую дамскую сигарету. – Только это секрет, так что ты никому.

– Я – могила! Ты же знаешь.

После этих дежурных фраз, словно два шпиона, которые обменялись словесными паролями, начинается изрыгание мутных вод.

Основным предметом для застольного разговора «лучших» подруг является сменщица, мать-одиночка, которая живёт с родителями, – Алевтина.

Аля очень чуткая и скромная особа, жизнь её не сложилась изначально, поэтому ей приходится работать продавщицей в посредственном продуктовом магазине. Родители Алевтины уже в возрасте, за ними нужно присматривать, поэтому съехать на съёмную квартиру возможности нет.

Кроткая девушка не лишена естественной красоты, и покупатели мужского пола частенько преподносят ей небольшие презенты в виде шоколада или мороженого, всячески стараясь обратить на себя её внимание. Но она вежливо сводила все их попытки на нет, и после ухода неуклюжих кавалеров возвращала товар обратно на витрину, а стоимость товара брала себе деньгами, потому что дома есть крохотная дочурка, которой шоколад ещё рано, но зато есть ряд других обязательных потребностей, таких как памперсы, детское питание и так далее. Та крохотная зарплата, что она получает в этом вшивом гадюшнике, часто недостаточна для её нужд, а обманывать покупателей Аля не может, потому что воспитание не позволяет.

Именно в такие моменты внутри тёти Веры вспыхивает такое недоброе человеческое качество, как зависть.

– Алька, ты дура! – с дружеской улыбкой на устах говорит тётя Вера и по-матерински обнимает девушку за плечи. – С таких ротозеев можно снимать тройной вершок, причем, не прилагая никаких усилий, а ты довольствуешься шоколадкой, у которой скоро годовщина по случаю новоселья в нашем «замечательном» магазине.

Тётя Вера придвинулась ближе и заговорщицки зашептала Але на ухо:

– А если ещё и ножки раздвинуть…

Алевтина не хотела этого слышать и энергично высвободилась из объятий сотрудницы.

– Нет, я так не могу! И вообще, мне уже пора домой. Отпустите меня, пожалуйста, меня дочка дома ждёт.

Тётя Вера разочарованно махнула рукой в сторону девушки.

– Иди, куда тебя денешь такую непутёвую, – и наигранно улыбнулась.

Алевтина поспешно сбросила с себя рабочий фартук из её глаз брызнули слёзы. Ей стало очень стыдно, потому что слова тёти Веры всегда очень оскорбляли кроткую натуру девушки. Она была не в силах сдержать слёзы и начинала плакать прямо при ней. Это случалось крайне редко, но в 90% случаях Аля успевала выходить из магазина

и лишь тогда тихо рыдала по пути домой.

– Иди-иди, только и знаешь, что ныть, – подумала про себя тётя Вера, провожая разволновавшуюся девушку взглядом, – мне бы твои данные, я бы уже целый гарем из спонсирующих лохов укомплектовала бы.

Тётя Вера завидовала Алевтине, завидовала чёрной завистью. Ей чертовски не хватало мужского внимания и те скудные попытки, которыми она пыталась заинтересовать своей разжиревшей персоной хоть одного Алькиного ухажёра, заканчивались ничем. Именно поэтому бурлящая грязь, льющаяся из оральной клоаки тёти Веры, лилась

именно на голову Алевтины.

***

– Скажите, а у вас есть какое-нибудь фруктовое мороженое?

Кай ждал очень долго, но продавщица, занятая телефонным разговором, не желала обращать на покупателя никакого внимания.

– Я тебе говорю, она дала ему прямо в подсобке! Я когда пришла, то она уже натягивала на себя трусы, – тётя Вера пыталась кому-то что-то доказать, упрямо не замечая клиента.

Кай помахал двумя руками прямо перед лицом продавщицы. Ура!

Она обратила на него внимание.

– Чего тебе? – недовольно поинтересовалась тётя Вера, прикрывая рукой микрофон мобильного телефона.

– Говорю, фруктовое мороженое имеется в продаже?

– Не знаю. Выбирай из того, что есть, – дерзко бросила продавщица и продолжила разговор.

Кай не захотел разводить дискуссию и терпеть неуважение, он развернулся и направился к выходу. И уже переступив порог, он слышит следующее:

– Представляешь, а ко мне тут только что забегал соседский байстрюк, ну той неблагополучной из соседской пятиэтажки, хотел мне сделать нервы, но его попытка явно провалилась, – и эта реплика была подкреплена издевательским смешком.

Кай остановился в дверях, и, не поворачиваясь, застыл на месте.

Он прекрасно знал определение слова «байстрюк», он прекрасно знал, что тётя Вера никогда не стремилась к эвфемизмам, и если ей удавалось кого-то оскорбить или унизить, то она считала, что день прошёл не зря. Кай не стал посвящать продавщицу в то, что его мать умерла, он решает лично преподать урок вежливости. Так и не обернувшись, герой удаляется. За его спиной раздаётся очередной, громкий пуще прежнего, издевательский смех. И этот смех окончательно убеждает его в правильности своих намерений по поводу невоспитанной, испорченной продавщицы.

ГЛАВА 2

АМПУТАЦИЯ ВО БЛАГО

– Дайте, пожалуйста, перекись водорода и капли в нос, которые моментально пробивают заложенность носа.

Раскрасневшийся Кай бросил пятьдесят гривен на монетницу в аптеке и нетерпеливо ждал, пока молоденькая фармацевточка пробьет лекарства.

– Вам пакетик нужен? – с заигрывающей улыбочкой спросила девушка.

– Нет, – грубо ответил Кай, давая понять, что ему сейчас не до знакомства.

Сладкая улыбочка тут же пропала, и девочка разочарованно объявила общую сумму.

– Сдачи не надо, – сказал Кай, сгрёб два пузырька, уверенно подмигнул и улыбнулся симпатичной особе в белом халате, не желая портить её настроение.

***

Кай поспешно направлялся в сторону скромного обиталища тёти Веры, он прекрасно знал адрес её убогой съёмной квартиры. На часах было почти семь, а это значит, что эта тварь скоро закроет магазин и будет идти домой. Срезав путь через сквозные дворы и параллельные улицы, Кай занял позицию в пышных кустах сирени.

Было принято решение отдышаться и проверить содержимое своего рюкзака. Перекись водорода, капли в нос, новая пара садовых перчаток, пассатижи, моток липкой ленты, третий титановый нож-бабочка, купленный через интернет, который Кай пока оставил у себя, и старый эластичный бинт, валявшийся в рюкзаке ещё со времён юношеских тренировок боксом. Всё, что требовалось для воспитательной беседы, было в наличии. Вот только за прошедшее время злоба ощутимо убавилась, и Кай крепко остыл в своём намерении. Руки била мелкая дрожь. Но Кай понимал, что отступать уже поздно, ему нужны чужие души, точнее он стал орудием для умерщвления человеческих тел, чтобы щегольский демон получил эти самые души и оставил нашего героя в покое.

Кай начал прокручивать в голове ту самую издевательскую фразу тёти Веры, которая спровоцировала его на данный замысел. Он вертел эти слова снова и снова, издевательский смех эхом проносился в голове, к этим мыслям непроизвольно добавилась картинка мёртвой матери, лежащей на столе.